Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » A seven nation army couldn't hold me back ‡I'm gonna fight 'em all.


A seven nation army couldn't hold me back ‡I'm gonna fight 'em all.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://sa.uploads.ru/khQnd.gif
Robin Ackerman & Gabriel Norris & Charlie O'Hara(нпс)
Скажи мне, ты боишься? Ты чувствуешь, как страх медленно завладевает твоим разумом и телом? Ты чувствуешь эту безысходность? Скажи мне, какого это: смотреть в глаза смерти?

Отредактировано Gabriel Norris (2014-12-13 19:36:33)

+1

2

внешний вид Габриеля & внешний вид Чарли

Из-за тишины, царившей в кабинете Норриса, в висках давило все сильнее, а глаза медленно закрывались. Сделав над собой очередное усилие, чтобы не заснуть прямо за рабочим столом, Габриель встал со стула и щелкнул выключатель электрического чайника. Какая это уже была чашка? Третья? Или может быть четвертая за последние часы? Крепкий чай не помогал приливу бодрости, да и выпитая последней чашка кофе тоже не дала нужного эффекта. Норрис открыл окно и глубоко вдохнул свежий поток воздуха. Проведя рукой по растрепанным волосам, детектив устремил взгляд на горизонт, из-за которого уже на большую половину выглянуло солнце. Мужчина взглянул на часы. Ровно восемь утра.
- Неужели я провел здесь всю ночь? - спросил Габриель самого себя.
Зевнув, детектив вернулся на свое рабочее место и опустил глаза в бумаги, лежавшие в полном беспорядке. Опустив голову на руки, Норрис в очередной раз проклял себя за то, что согласился взять новое дело, которое было явно ему не по зубам. В Сакраменто редко случались преступления, связанные с серийными маньяками. Их можно было буквально пересчитать по пальцам. И вот какой-то очередной психопат решил пополнить этот список. За последнюю неделю было совершенно два убийства, схожих по способу, особенностях и типажу жертв. "Все два убийства. И над ними нужно висеть целую ночь не смыкая глаза" - , подумает каждый. Здесь ситуация сложилась куда более запутано, чем могло бы быть.
Вы когда-нибудь слышали о Чарли О'Хара? Возможно сейчас это им никто и не вспомнит, но буквально три года назад имя этого человека знала вся Калифорния. О'Хара - серийный убийца, убивавший в период с 2011 по 2012. Его "профессиональная деятельность" продолжалась год, но за это время он успел жестоко убить девятерых девушек. И это были лишь те, чьи тела были найдены. На суде О'Хара даже не пытался отрицать свой причастности ко всем этим убийствам, а наоборот старался как можно красочнее описать сцену действий. Ему так же пытались приписать убийства еще двух девушек, убитых в тот же период, но доказательств не было найдено. "От своих деяний я не отрекаюсь, но и чужого мне не нужно. Мои убийства были куда более искусными, нежели это кровавое месиво", - эта фраза О'Хары присутствовала во всех средствах массовой информации. Ее цитировали все кому не лень, а некоторые пытались придумать продолжение этой цитаты. Чарли наслаждался этим вниманием и купался в лучах пришедшей славы. Несмотря на прошедшие года, у него все еще были фанаты и последователи, которые заваливали его письмами. Кто-то считал его невиновным, кто-то восхищался его "искусством". Хватало и любовных писем от милых дам, которые считают синдром Бонни и Клайда чуть ли благословением свыше.
Чарли О'Хара находился в одной из самых крупных тюрем со строгим режимом Лос-Анджелеса. И вот, спустя три года, убийства О'Хары начинают повторяться в Сакраменто. Кто это мог быть? Сообщник О'Хары, старый друг, желающий отомстить или продолжить труды Чарли? Или же сумасшедший фанат, возомнивший себя новым серийным убийцей или целенаправленно наставленный самим О'Харой?   
От старых размышлений Габриеля оторвал вошедший в его кабинет патрульный. Норрис нехотя поднял на него вопросительный взгляд.
- Как прошла ночка, Лайми?
- Напряжённо. Ты пришел с чем-то важным?
- Да, твой клиент прибыл. Его ведут в комнату для допросов, - Габриель резко поднялся со стула, захватил с собой несколько папок и вышел, оставив под грудой остальных бумаг звонящий телефон.
Захлопнув за собой дверь, Габриель нос в нос столкнулся с О'Харой. Он был примерно его роста, возможно чуть выше, возрастом наверняка младше года на четыре-пять. Рыжие волосы были слегка растрепанны, на лице красовалась легкая ухмылка, а глаза, казалось, не выражали совершенно никаких эмоций. Чарли поднял взгляд на Норриса и задержался на его лице совсем недолго.
- Думаю, вы успеете мне еще надоесть, детектив, - негромко произнес О'Хара, проходя мимо Габриеля. Это немного шокировала мужчину, но он не дал себе долго находиться в ступоре и последовал за преступником, сопровождаемого охранниками.
О'Хара и его надзиратели вошли в комнату для допроса первыми, а Габриель продолжил стоять в коридоре, ожидая пока убийцу "пристегнут" к столу. Минуту спустя охранники вышли и молча кивнули детективу, после чего тот зашел внутрь и закрыл за собой дверь.
- Доброе утро, детектив Норрис. Я правильно произнес вашу фамилию? - поинтересовался О'Хара с неким ехидством в голосе.
- А разве такую простую фамилию можно произнести неправильно? - ответил вопросом на вопрос Габриель.
- Лучше лишний раз уточнить, чем после утопать в бесконечных извинения. Меня зовут Чарли, - после некоторой паузы добавил убийца. - Я бы с удовольствием пожал вам руку, но, увы, - он медленно приподнял руки насколько возможно, демонстрируя стальные браслеты.
- Я думаю, что смогу пережить отсутствие этой легкой формальности. Представляться мне, как я понял, бессмысленно. Может вы так же знаете причину своего перевода в Сакраменто и избавите меня от скучно повествования?
- Безусловно, я знаю причину, но мне хотелось бы услышать интерпретацию этой причины из ваших уст, детектив, - О'Хара слегка прищурился и губы расплылись в кривой улыбке.
- Я не слишком хороший рассказчик, поэтому скажу достаточно коротко и по фактам. В этот понедельник в центральном парке был найден труп первой девушки. Лиза Винтер, 20 лет, - Габриель вытащил из папки одну фотографию, запечатлевшую мертвую девушку, лежащей в луже собственной крови. Норрис посмотрел на О'Хара, стараясь понять его реакцию. Стараясь долго не задерживать молчание, детектив продолжил:
- В четверг было найдено второе тело у городского госпиталя. Кэсси Скотт, 21 год, - он снова вытащил очередную фотографию и положил ее перед Чарли. Преступник склонился над ними, начав тщательное зрительное изучение.
- Полиция сразу же определило ваш почерк: перерезанное горло, аккуратные раны, начинающиеся от ладони и доходящие до района локтевого сустава, сквозные раны на ладонях и порезы на лице. Видимо наш убийца ваш самый преданный фанат, если так точно...
- Грязно... - на лице О'Хары четко читалось отвращение. Он поднял глаза на Габриеля, ожидая его реплики.
- Что простите?
- Все слишком грязно, небрежно. Мне даже стыдно слышать то, что этот человек является моим подражателем, - О'Хара огорченно вздохнул и устремил взгляд куда-то в пустоту. Норрис ничего не ответил на это. Детектив сразу подумал о том, что, возможно, преступник блефует. Но почему-то это мысль отказывалась закрепиться в его мозгу. Почему-то Норрису хотелось верить в слова преступника, потому что его эмоции были настоящими, как показалось Габриелю. И все же, вдруг это блеф...
- В газетах об этих случаях не писали, как я понял, - как будто бы издалека послышался голос О'Хары. Норрис мгновенно пришел в себя и ответил:
- Вы ошибаетесь. В местных новостях и газете уже не раз об этом говорилось. Ему даже дали прозвище О'Хара из Сакраменто.
- Слишком просто и слегка пафосно.
- А я думал, что вам понравится вновь возросшее внимание к вашей персоне. Вы же любите внимание прессы, и ваш подражатель снова подарил вам это внимание.
- Я был бы более доволен, если бы он... - неожиданно О'Хара прервался. Его внимание привлекла открывающаяся дверь.

Отредактировано Gabriel Norris (2015-01-05 10:43:25)

+1

3

Тихо гудит батарея перегревшегося ноутбука. На его жидкокристаллическом плоском экране бегает стандартная заставка режима ожидания Windows XP – трехмерная трубка, складывающееся в запутанный и витиеватый лабиринт. Слабое мерцание тёмно-синего экрана высвечивает на поверхности журнального столика прямоугольник мертвенно-бледного света. Он, будто ультрафиолет, выявляет запекшийся бурый развод жидкости, напоминающий по форме полумесяц. Там недавно стояла кружка с дымящимся кофе, которая теперь покоится в её ладонях.
За минувшую ночь, Робин выпила штук двадцать таких же, и теперь у неё аритмично колотилось сердце, отравленное передозировкой бодрящего энергетика. Но, смотря в пустоту перед собой, девушка совершенно не замечала кардиологический недуг. Мысли её покинули бренную оболочку, упорхнув в неизведанные полумеры псионического поля.
Он не пришёл ночевать …
Габриель не появлялся на квартире уже сутки. Придя из университета, Акерман нашла лишь записку написанную его рукой на небольшом листочке жёлтой бумаги, предусмотрительно наклеенной на дверцу холодильника. На нём содержалось краткое извинение за то, что ему придётся задержаться в участке дольше обычного. Пробежав по каллиграфически выведенным строкам янтарным взором, девушка не придала особого значения сути изложенного, прекрасно понимая важность профессии возлюбленного. Скомкав длинными пальцами  выполнивший свою роль стикер, она выбросила его в мусорное ведро, приступив к  традиционной готовке ужина. Ей хотелось порадовать Норриса, чтобы по возвращению он мог расслабится после тяжёлого трудового дня, поэтому латиноамериканка провозилась на кухне почти три часа, ухищряясь над любимыми блюдами избранника. Когда всё было приготовлено, Робин изысканно накрыла на стол, достала белого вина и даже ароматические свечи — романтично-интимная обстановка сотворённая ей, должна была  отвлечь мужчину от всех тех ужасов, что сопутствуют будням полицейских.  Однако время шло, а Габриель не появлялся.
Несколько раз она пыталась до него дозвониться, но трубку никто не брал — автоматически включалась функция голосового сообщения. С каждым прошедшим часом в голову к Акерман забирались всё новые и новые предположения, пугающие её жуткими вариациями на тему того, что с ним могло приключится нечто фатальное. Ближе к середине ночи, допив половину бутылки «Chardonnay», темпераментная натура стала нашёптывать девушке о том, что, возможно, Норрис нашёл себе кого-то более зрелого. И пока она тут терзает себя волнениями о его судьбе, этот британский негодяй кувыркается в постели с какой-нибудь грудастой медсестричкой. Догадка эта вывела её из состояния апатичной меланхолии, вырвавшись наружу приступом безудержного гнева — недопитый напиток полетел в стену, оставив на светлых обоях мокрое пятно, а на ковре битые осколки.  К счастью, импульсивный порыв на сим остановился; успокоив себя тем, что Габриель никогда даже повода не давал усомнится в его верности, латиноамериканка возобладала над пылкими чувствами, тотчас скрыв следы ревнивого преступления против интерьера квартиры. Подбирая стекляшки, она умудрилась порезать ладонь, но вовремя заметила обильно кровоточащею рану и перевязала её марлевым бинтом, предварительно обработав перекисью водорода из аптечки. Без Норриса у неё всё шло как-то ни так.
Надеясь отвлечь себя от гнетущего ощущения фрустрации, Акерман блуждала по просторам интернета, пыталась смотреть какую-то глупую комедию, но неизменно её усталый взгляд поднимался к цифровому циферблату настенных часов, а после умоляюще скользил к входной двери. И, раз от раза, всё заканчивалось тем, что девушка начинала неприкаянно бродить по комнатам, спеша к окну всякий раз, как на стоянке звучало приглушенное рычание автомобильного мотора. О том, чтобы лечь спать без Габриеля, речи идти не могло! Робин настолько привыкла засыпать уткнувшись носом в его сильное плечо, чувствуя терпкий аромат родного тела, что по другому уже, казалось, никогда не сможет. Именно из-за этой надуманной причины, она взяла приступом кофейный аппарат, всю ночь поддерживающий её в необходимом тонусе.
И вот теперь, когда в зал, через распахнутые занавески, скользнули блеклые лучи восходящего солнца, Акерман вновь потянулась за мобильным телефоном, чтобы попытаться дозваниваться до Норриса. Легко проведя пальцем по сенсорному дисплею, она разблокировала айфон, нервными движениями нажав кнопку вызова на последнем исходящем звонке. Послышались протяжные губки, а спустя пару мгновений опять включился автоответчик. Скрепя зубами от злости, девушка с такой силой стиснула в ладони пластмассовый корпус сотового, что тот жалобно захрустел под её напором.
Шумно выдохнув сквозь плотно сжатые губы, латиноамериканка подорвалась с удобного диванчика, швырнув средство связи на подушки. Её начало порядком раздражать, такое пренебрежение к своей персоне.
—  Ну неужели нельзя взять и ответить: ало, милая, со мной всё хорошо. Я в полном порядке. Ни какой психопат не отхреначил мне пол черепа бензопилой, просто безбожно насело начальство и мне пришлось заночевать в кабинете?! Господи, не уж-то я многого прошу?
Больше не в силах мучить себя догадками, негодующе бубнила Акерман под нос, торопливо скидывая с себя всю одежду. Девушка уже решила, что раз Норрис не желает говорить с ней на расстоянии, то со своими претензиями она заявится приямком в полицейский участок. И пусть он хоть от стыда сгорит, объясняя коллегам причину её сумбурного появления в их рабочее время. Но, прежде чем идти в атаку, следовало устранить с лица все признаки бессонной ночи, чтобы Габриель не обольщался, думая, будто она тут с ума по нему сходила — даже если это правда, знать ему не обязательно. 
Избавившись от лишних предметов гардероба, Робин голышом пробежалась по коридору, игнорируя соседа из дома напротив, который даже сигарету выронил, увидев такое зрелище. Забежав ванную комнату, латиноамериканка наспех приняла бодрящий душ, после чего высушила волосы феном, нанесла макияж, а потом, обмотавшись махровый полотенцем, прошмыгнула в спальню. Выпотрошив из ящиков всю одежду, она надела на себя коротенькое белое платье, поверх него клетчатую рубашку и кожаный жилет.
На сборы ушло не больше получаса. Удовлетворившись своим внешним видом, Акерман вышла из квартиры, сбежала вниз по лестнице к автомобильной стоянке, решительным шагом приблизившись к припаркованному мотоциклу.

***
внешний вид:

Дорога от дома до центрального участка пролетела незаметно. Вовремя своего короткого путешествия, девушка успела дать себе обещание, что если Норриса не окажется там, то при их следующей встречи, она непременно повторит процедуру корректировки его милого носика. Она могла примирится со всем, кроме измены. Если окажется, что прошлую ночь он провел у любовницы, апокалипсис настанет сегодня!
Оставив benelli tnt titanium у входа, Робин несколько минут постояла на крыльце, упорно придавая выражению лица хладнокровную непоколебимость. Только в достаточной мере успокоив бурю страстей, девушка вошла в здание, приветливо здороваясь со многими знакомыми блюстителями правопорядка.
— Эй, пантерка,  — шутливо окликнул моложавый голос, и едва Акерман успела повернутся, как перед ней возник Фредерик Грант. Широко улыбаясь, он крепко её обняла, спешно рассыпаясь вопросами: — ты что тут в такую рань забыла? Случилось что-то? Обидел кто?
— Ищу Габриеля. Срочно нужно с ним поговорить. Он в кабинете?
Ведя беседу, латиноамериканка продолжала идти вперед по узкому коридору, совершенно несмотря по сторонам. Если бы не желание юного офицера угодить ей, то она бы прошла мимо комнаты допроса, даже не подозревая о том, что там происходит. Однако, потугами болтливого языка юноши, Робин узнала, что незадачливый британец отсиживается внутри. Правда Грант забыл упомянуть о том, что компанию ему составляет особо опасный преступник.
Выругавшись на португальском языке, девушка толкнула дверь ладонями, войдя уверенной походкой. Глазам её предстала прелюбопытнейшая картина: прикованный наручниками темноволосый мужчина, как-то подозрительно уставился в её сторону, отчего по спине пробежалась армия мурашек. Скрывая свое сконфуженное душевное состояние, Акерман приняла деловитую позу, стараясь изобразить то ли секретаршу, то ли стажёра. Скрестив руки под грудью, девушка сдула со лба прядку волос, бесцветной интонацией  проговорив:
— Мистер Норрис, не могли бы Вы, в виде исключения, приостановить процедуру дознания. У Вас срочный звонок.

+1

4

От появившейся в комнате для допроса Робин Габриеля аж передернуло. Но почему-то детектив не особо удивился такому раскладу событий. Уж кого-кого, а свою юную избранницу он знал отлично. Порой даже казалось, что лучше, чем самого себя.
Мысленно отчитывая Акераман, Норрис не сразу заметил, как отреагировал на девушку О'Хара. Его внимательный, оценивающий взгляд застыл на лице Робин. Могло показаться, что в эти мгновения мужчина даже не моргал. Чарли слегка наклонил голову набок, приподнял бровь, и улыбка его стала еще шире, нежели пару минут назад.
Норрис, наконец-таки, решил прервать эту молчаливую паузу. Он обернулся к Акерман и с серьезным видом произнес:
- Я даже догадываюсь от кого этот срочный звонок. Не могли бы Вы передать абоненту, что я перезвоню ему слегка попозже. Как видите, я занят очень важным делом, - хотя Габриель знал, что важность дела мало волновала Робин. Она приподняла правую бровь, придавая тем самым своему выражению лица еще большую настойчивость. Норрис уже собирался было ответить на ее невербальную реплику, как в разговор вмешался О'Хара:
- Вы можете отойти, детектив Норрис. Вдруг вам хотят передать что-то действительно важное. Я ведь никуда не денусь, даже если бы попытался, - говоря все это, преступник не сводил глаз с Акерман, которая продолжала стоять в своей деловитой позе. Детектив повернулся к Чарли и не смог ничего сказать ему в ответ. Его наглый взгляд, которым он так бесстыдно пожирал Робин, начал пробивать его крепость "хладнокровия". Мужчина сжал кулаки. В снова нависшей тишине послышался лишь хруст суставов пальцев Габриеля. В этот момент О'Хара наконец переключил свое внимание на детектива. Несмотря на внешнее спокойствие, внутри у Норриса начали разгораться злоба и ревность. И видимо преступник это почувствовал. Детективу не хотелось, чтобы О'Хара чувствовал его уязвимость, думая при этом, что он обладает неким превосходством.
- Ну если вы оба так настаиваете, - Габриель встал из-за стола и, незаметно сжав локоть Робин, вышел с ней в коридор, закрывая за собой дверь. Ему на глаза тут же попался Грант.
- Ты что, не мог подержать ее в коридоре? Или хотя бы отвести в мой кабинет?
- Да я не успел ей ничего даже объяснить. Она рванула в сторону комнаты допроса как сумасшедшая. Или ты хотел, чтобы я ее пристрелил?
- То есть менее радикальных идей в твою светлую голову не пришло? - спорить с Фредериком в данный момент было бессмысленно, да и времени особо не было. Если начальство придет и увидит, что опасный преступник "скучает" в одиночестве, пока детектив, ведущий его дело, мило беседует с патрульным и гражданским лицом в образе Робин, ворвавшейся на допрос в самый неподходящий момент.
- С тобой мы поговорим в кабинете, - обратился Габриель к Акерман и, беря ее за левую руку, повел за собой. На миг мужчина остановился и незаметно провел большим пальцем по ее безымянному. Пробормотав что-то себе под нос, Норрис зашагал ее быстрее, не обращая внимания на замечания девушки.
Открыв дверь кабинета, детектив пропустил Робин вперед, после чего сам быстро зашел и захлопнул за собой дверь. Став в не менее деловитую позу, нежели Акерман, мужчина заговорил:
- Ну и где на этот раз, по приходу домой, я найду твое кольцо? Под подушкой на кровати или на диване? А может где-нибудь на кухне? - Габриель уже не раз замечал за Акерман дурную привычку снимать и крутить в руках свое помолвочное кольцо. Сам процесс снятия и "крутения" не вызывал у Норриса особой раздражительности. Он был не из тех мужчин, которые при таком раскладе обвиняли бы своих избранниц в том, что они несерьезно относятся к их отношениям и всему тому подобный бред. Но каждый раз находить кольцо в новом месте - это детективу не очень-то нравилось.
- И что же заставило тебя, дорогая, приехать в такую рань в участок? Я думал, что ты недолюбливаешь это место, - вопрос был глупый и любой нормальный человек знал бы ответ на него и без объяснений. Но видимо большое количество выпитых чашек кофе и чая, бессонная ночь, проведенная над изучением бумаг, сказались на понимании Норриса. Выслушивая нравоучения Робин о том, какое бесконечное количество раз она звонила ему за последние часы, Габриель вспомнил о своем электроном друге и начал шарить по карманам в его поисках. Ни в джинсах, ни в карманах висящей на стуле куртке мобильного не было. "Да куда же я его положил?" - мысленно задал сей вопрос самому себя, Норрис молча двинулся к столу, заваленному бумагами. Просить Робин помочь ему в поисках гаджета с помощью звонка не было смысла, так как еще вчера вечером детектив перевел телефон в беззвучный режим. Если еще вчерашним утром о детективе Норрисе словно все забыли, то к вечеру всем и каждому понадобилась его помощь или просто дружеская болтовня.
Одним движением скинув большую часть бумаг на пол, Габриель все-таки смог найти телефон. Проведя пальцем по сенсорному экрану, мужчина лишь громко вздохнул. Акерман не шутила. Она звонила ему. И не один раз. Бросив мобильный обратно на стол, Габриель подошел к Робин, обнял ее и быстрым поцелуем коснулся лба девушки.
- Прости меня, неугомонная. Я так заработался, что даже потерял счет времени. Конечно, моему поступку нет оправдания и бла-бла. Боже, Америка все-таки оказала на меня дурное влияние. Я не могу произнести нормальное извинение. Дожил, черт побери, - мужчина улыбнулся и посмотрел прямо в глаза Робин.
Ему бы хотелось, чтобы эта идиллия продолжалась, но в этот момент в кабинет зашел Фредерик.
- Извините, конечно, что отвлекаю, но твой преступник просит тебя поскорее вернуться. У него есть какое-то предложение. Ах да, он так же просить тебя прихватить с собой Акерман, - произнеся это, Грант удалился.
- Даже и не думай идти со мной, поняла? - не дождавшись ответа девушки, Габриель быстро вышел из кабинета вслед за патрульным.

+1

5

Целиком сосредоточив своё пристальное внимание на возлюбленном, смиряющим её ни столько шокированным, сколько строгим взглядом металлически-серых очей, Робин  старательно не замечала прикованного к столу мужчину. Его присутствие поблизости вызывало внутренний дискомфорт, но латиноамериканка мастерски скрывала свои переживания. Она явственно ощущала, как преступник жадно оценивает прелести её молодой и подтянутой фигуры, однако предусмотрительно сохраняла невозмутимое молчание, дабы не скомпрометировать Норриса.
«Если его доставили сюда прямиком из тюремной камеры, —  размышляла Акерман, задумчиво вздергивая подбородок, — то нет ничего удивительного в столь похотливом выражении лица. Он наверняка давно женщины не видел.»
Заметив, как Габриель до хруста сжал пальцы в кулаки, юная прелестница самодовольно улыбнулась. Ей стало чертовски приятно от осознания того, что он ревнует и даже не пытается скрыть этого. Она в полной мере прочувствовала его напряжение, смакуя мимолетное упоение при мысли о том, насколько сильно избранник боится её потерять. Внутренний голос уверенно подсказывал Робин, что если бы мужчина не являлся задержанным на допросе, Норрис проредил бы ему ухмылку, выбив парочку зубов.
— Боюсь, что “абонент” слишком расстроен, чтобы согласится отложить разговор. — В монотонном голосе девушки сквозила холодная ирония, сопровождающаяся вызывающим телодвижением: произнося свою реплику, она отвела округлое бедро в сторону, отчего неприлично короткий подол белого платьица вздернулся вверх, обнажив часть цветочного орнамента татуировки. 
От Акерман не укрылось то, как заблестели глаза арестанта, наслаждающего отменным зрелищем. По-видимому, Норрис тоже оценил перемену в настроении своего подопечного, поэтому своевременно принял решение вывести невесту в коридор. Его пальцы требовательно сомкнулись на худом локте латиноамериканки, решительно уводя её прочь из комнаты допроса. Робин не сопротивлялась, но уже у самого выхода, чтобы позлить любимого, опрокинула голову назад, очаровательно улыбнувшись преступнику:
— Вы очень милы, правда.
От забавы, которую она  планировала учинить, Акерман отвлекло ласковое прикосновение Габриеля. Он мягко провел подушечкой большого пальца по её безымянной фаланге, определённо заметив отсутствие обручального кольца. Несмотря на то, что возлюбленный ничего не сказал по сему поводу, девушка почувствовала, как её бросило в жар, а на щеках разлился смущенный румянец. Вдруг ей стало крайне неловко оттого, что она до сих пор не свыклась с осознанием серьёзности их отношений. Норрис сделал предложение ещё в декабре, минуло достаточно времени с того момента, как она сказала ему «да», однако Робин так и не приучила себя к тому, что обручальное кольцо не просто очередной аксессуар под настроение, а нечто куда более важное и значимое.
Войдя в кабинет, она уже морально приготовилась выслушать очередную длинную лекцию о символизме, рабочем пространстве и прочей крайней важной ерунде. И Габриель не заставил себя долго ждать. Прикрыв дверь, он тотчас пошел в наступление. Девушке только и оставалось, что закатить глазки к потолку, недовольно морща носик.
— Подумаешь, пару раз потеряла. Ты же знаешь, какой я рассеянной становлюсь, когда дело касается бижутерии. Но оно ведь не простая безделушка, так что … вот … — подцепив длинным ногтем серебряную цепочку, Акерман выудила наружу кольцо, повешенное на неё вместо кулона. — Храню у самого сердца.
Отчитавшись за свой промах, она тут же вернула себе утраченную уверенность, решив так же поддеть Норриса, напомнив ему про мобильный телефон и переадресацию на автоответчик.
Пока мужчина искал упомянутое средство связи, латиноамериканка не переставая бубнила о том, что сильно переживала за него, не спала всю ночь и мучилась кошмарами наяву, представляя самые страшные сценарии того, почему он не отвечает на звонки. Нервно расхаживая туда-сюда по комнате, Робин то и дело всплескивала руками, лихорадочно жестикулируя по мере продвижения своего страстного повествования. Казалось, что ей вновь доводится пережить тревоги минувшей ночи, связанные с его халатной небрежностью. Успокоится девушке удалось лишь тогда, когда Габриель коснулся влажными губами её лба, нежно приобняв узкие плечи. Судорожно выдохнув скопившийся в груди воздух, она взбрыкнулась, демонстративно протерев место поцелуя тыльной стороной запястья.
— Мы с тобой помолвлены, а ты всё равно относишься ко мне, как к непутёвому ребёнку.  Когда ты меня так целуешь, я ощущаю себя твоей младшей сестрой, но никак не невестой. 
Интонация с которой она произнесла всё это, выдавала толику обиды и разочарования. Ей начинало казаться, что Норрис стыдится показывать свои чувства, всё ещё волнуясь о том, что про них подумают его коллеги. Подобные тревоги давно гложили душу Акерман, задевая воспалённое самолюбие. Наверное, если бы в их разговор не вмешался Фредерик, выглянувший из-за дверного косяка, то она высказала бы Габриелю всю то, что накопилось в её дурной голове.
— Прихватить? — изумленно вскинув правую бровь, девушка рассерженно хмыкнула. — Да что он о себе возомнил?! Я ему не чемодан без ручки! Можете передать своему заключенному, чтобы катился к черту, вместе со своими прихотями.
Увлеченная своей бравой тирадой, оскорбленная нахальством незнакомца, Робин пропустила мимо ушей назидание Норриса. Однако, поспешно покинув за ним кабинет, она только собралась развернутся в сторону выхода из полицейского участка, как Грант дернул её за рукав рубашки, требовательно заведя за ближайший угол.
— Послушай, строптивая малявка, мы тут не в игры играем. Ты хоть знаешь, кого сейчас пытается расколоть твой ненаглядный? — Юноша выжидающе смолк, но по ошалелому взгляду карих глаз собеседницы быстро понял, что она действительно не обладает ответом на заданный им вопрос: — Это же сам Чарли О`Хара — известный серийный убийца-маньяк. От того, как сработает Габриель, зависят жизни невинных людей, так что засунь свою гордость куда поглубже. — Сжимая ладонь на предплечье девушки, Фредерик тянул её  вслед за собой, не переставая оглядываться по сторонам так, словно затевал шпионский заговор. — Этот долбаный психопат отказывается говорить без тебя. — Сопроводив свою последнею реплику многозначительным выражением лица, патрульный втолкнул Акерман в комнату допроса. Только чудом она смогла удержать пошатнувшееся равновесие, чтобы не растянутся на полу возле стола.
Беспомощно переведя взгляд с Норриса на известного преступника и обратно, латиноамериканка горделиво одернула закатанные рукава, подойдя ближе к своему возлюбленному. Прильнув устами к его уху, Робин честно призналась, что заявилась сюда против своей воли. Все претензии к Гранту.
— Итак, мистер О`Хара, зачем Вы настаивали на моём присутствии здесь?

Отредактировано Robin Ackerman (2014-12-25 15:28:24)

+1

6

Выйдя из своего кабинета, Норрис вздохнул. И этот вздох скорее всего был вздохом облегчения. Уже не раз он выслушивал подобные замечания со стороны Робин. Уже не раз объяснял ей, что ее домыслы глупы и ошибочны. "Прекрати говорить эту ерунду, Акерман. Ты как никто знаешь, насколько сильно я тебя люблю", - а после следовал поцелуй в губы, которых девушке, по ее словам, ужасно не хватало. Габриель никогда не стеснял и не собирался стесняться того, что Робин стала его невестой. Он бы ни за что не сделал ей предложение, если бы считал это постыдным. Норрис любил ее, пусть иногда и выражал свои чувства не так, как того хотелось девушке.
Остановившись почти у самой двери, детектив обернулся и поцеловал Робин в губы. Это был быстрый поцелуй, но Габриель постарался передать в нем всю ту нежность, которую он испытывает к своей ненаглядной. После этого детектив развернулся и вошел в комнату для допроса.
- Как я понял, у вас для меня есть хорошие новости, мистер О'Хара, - Габриель опустился на стул и, положив руки на стол, внимательно посмотрел на преступника.
- Они могли бы быть хорошими, однако, вы не выполнили одну из моих просьб, детектив, - правый уголок его губ резко вздернулся вверх, что придало его лицу еще более зловещий вид. Он считал, что именно сейчас владеет ситуацией полностью, способен диктовать Норрису свои условия. Как не прискорбно это было признавать детективу, но все было именно так. У них не было абсолютно ничего, ни единой зацепки, кроме самого О'Хары. Его подражатель, а возможно и последователь, что преступник тщательно старается скрыть, продолжает разгуливать по улицам Сакраменто, и когда он нанесет свой очередной удар было неизвестно.
- Извините, но я не имею никакого права вовлекать в подобное дело гражданское лицо. Поэтому, как это не печально для вас, я не собираюсь вовлекать в это дело мисс Альварос, - говорить настоящую фамилию девушки Габриель ни за что бы не рискнул. Возможно, эта мелкая ложь и не сыграет особой роли в сохранении спокойствия Робин, но перестраховаться не помешает.
Неожиданно человек напротив Норриса начал смеяться. Его смех был неприятным, холодным. В нем чувствовалась жестокость и абсолютная безрассудность. Торжествующая улыбка сошла с губ детектива. Он удивленным взглядом наблюдал за реакцией О'Хара, когда смех второго начинал становиться все громче и громче. Вдруг, мужчина опустил голову на стол и смолк. "Господи, они дали мне в союзники сумасшедшего", - отметил мысленно Норрис очевидные факты. Тишина в комнате  продлилась буквально доли секунды. О'Хара резко поднял голову, ударил по столу руками настолько сильно, насколько смог, и, почти прокричав, ответил:
- Ложь! Вы хотите, чтобы я был с вами откровенен, детектив Норрис, в то время как вы сами лжете. Я уже встречал расследования подобного рода, когда к нему подключали гражданское лицо. Особо важный свидетель, старая знакомая преступник, любовница - выбирайте для нее роль сами, мне все равно кем она будет в этом деле. Для меня важно, чтобы она была. Иначе вы и дальше продолжите барахтаться в этом дерьме, - О'Хара приблизился к Габриеля насколько ему позволяли наручники, приковавшие его столу.
В этот момент в комнату для допроса вошла Робин. Габриель сжал кулаки еще сильнее. Губы детектива превратились в тонкую полоску. Они сделали то, чего добивался О'Хара. Они пошли у него на поводу. Отступать было некуда. Но больше всего его раздражало то, что в это дело вовлекли именно ее. Именно его Робин. Хотелось наплевать на все и разбить этому поганцу лицо. Вдох. Выдох. Лицо Габриеля вновь приняло хладнокровное выражение. Детектив молча встал, уступая место Акерман. Сблизившись с ней, Норрис тихо произнес:
- Используй фамилию отца. Этому ублюдку не стоит знать твоей настоящей фамилии, - после этого он встал за спиной девушку, опершись на стену и сложив руки на груди.
Все это время О'Хара молча наблюдал за этим "спектаклем". Но более занимательной фигурой для была Робин, как и ожидалось. Он не сводил с нее взгляда своих голубых глаз, а улыбка не сходила с его лица.
- Думаю, что можно обойтись и без лицемерной официальности. Называйте меня просто Чарли. Это относится так же и к вам, детектив, - О'Хара перевел взгляд на Норриса, но, долго на нем не задержавшись, снова заговорил с Робин: - Не представитесь, для начала? Детектив Норрис уже представил мне вас, но он уже успел слукавить сегодня. Так как же мне к вам обращаться, мисс? А возможно уже и миссис.
"Не смей говорить, что мы помолвлены, Робин, не смей этого дела", - мысленно молил Норрис.

+1

7

В замкнутом помещении для допроса висела затхлая и тяжёлая аура настороженности. От эмоционального напряжения Робин казалось, что воздух становится вязким как болото, засасывая её на самое дно непролазной трясины. Переговаривающиеся между собой голоса мужчин болезненно резонировали в голове, чудовищно жестоко раздирая мысли двояким эхо. Волнение, опутавшее тело натянутой леской, легко читалось в скованных движениях, а также бликом плясало на сетчатке потупившихся глаз.
Выданная Грантом конфиденциальная информация, серьёзно потрясла латиноамериканку, хлестко огорошив и окончательно выбив её из привычной калии. Знание того, что прикованный к столу человек, никто иной, как знаменитый маньяк-убийца, безжалостность которого некогда потрясла всю Калифорнию, заметно поубавило дерзкой спеси в поведении Акерман. Единственное, что удерживало девушку от постыдной демонстрации первичного испуга, было присутствие поблизости Габриеля. Одним своим решительным видом, возлюбленный внушал ей уверенность в том, что ничего плохого не случится. Он никому не даст её в обиду.
Нервно сглотнув вязкий комок слюны, застрявший в онемевшей гортани, она присела на освободившийся стул, упершись локтями в холодную столешницу. Кротка кивая головой в ответ на предупредительный шепот Норриса, Робин поерзала угловатыми плечами, пытаясь освободится от заторможенности реакции. Чувствуя на выпрямленной спине заботливый взгляд жениха, латиноамериканка начинала брать эмоции под строгий контроль. Ни к чему преступнику созерцать её душевные метания. Его и так определенно забавлял тот факт, что  каприз, требующий о присутствии гражданского лица на дознании, безоговорочно выполнили.
— Мы с Вами на брудершафт не пили, мистер О`Хара, — легкая дрожь в интонации неблагоприятно оттеняла лживое спокойствие девушки, но она умело вынудила себя подавить её целиком. — Довольствуйтесь официальным представлением. Считайте, что Ваши привилегии закончились: я не являюсь работницей департамента, так что могу покинуть здание в любой момент, как только мне заблагорассудится.
Переплетая длинные пальцы в замок, Акерман деланно зевнула, демонстрируя собеседнику свою крайнею незаинтересованность в его персоне. Таким образом она старалась дать ему понять, что его влияние не распространяется на неё. Потакать ему, отвечая на провокационные вопросы, Робин не собиралась. Она видела достаточно кинофильмов про серийных психопатов, чтобы догадаться о том, чего хочет добиться Чарли.
— Давайте-ка я Вам кое-что разъясню: Вы, sr. asesino, не Ганнибал Лектор, а я — не Кларисса Стерлинг. Так что отбросим “игры разумов”, и начнём, пожалуй, общение по существу. Чем моё присутствие здесь, может поспособствовать  расследованию?
На мгновение затаив сухое дыхание, латиноамериканка ощутила, как резко ускорился темп её  тревожного сердцебиения. На лбу проступили едва заметные бусинки липкого пота, которые она тороплива стёрла тыльной стороной ладони. Не смотря на прозвучавшую уверенно речь, делающею броские отсылки к именитому творению Джонатана Демме «Молчание ягнят», она боялась сказать что-то ни то, дав маньяку моральное преимущество над собой. С лихвой хватало и того, что он вселил в неё трепетное беспокойство.
— Детектив Норрис, не могли бы Вы, если не затруднит, распорядится о том, чтобы мне принесли стакан гранатового сока? Ужасно в горле першит. — Обернувшись к полицейскому полуанфас, так, чтобы О`Хара не видел из-за пышной шевелюры её губы, Акерман безмолвно произнесла ими «мне страшно», а после наигранно изобразила дружелюбную улыбку, вновь обратившись к  преступнику: — Может Вы тоже чего-то хотите? Воды? Сока? Кофе? Виски нам вряд ли предоставят, так что выбор не велик, но вполне сносен.
«Пресвятая дева Мария, что я несу?! Меня от его взгляда мутит. Мурашки по коже армией ходя. Надо собраться. Взять себя в руки. Габриель на меня рассчитывает! Господи, да как он только справляется с таким напряжением, каждый день имея дела с конченными психопатами?!»
Кончиком языка облизав пересохшую кожицу потрескавшихся уст, Робин спрятала руки под столом, то нервно перебирая пальцами белоснежные кружева подола, то начиная прокручивать кожаный  агрессор на худом запястье. Осматривая пустую комнату, она периодически натыкалась пытливым взглядом карих глаз на вмонтированные микрофоны и динамики, ведущие непрерывную запись всего процесса. Всё эти новомодные игрушки, разработанные специально для таких случаев, по-идеи, должны были внушать ей чувство собственной защищенности, однако одного самодовольного вида О`Хары хватало, чтобы разрушить этот иллюзорный обман. 

+1

8

- Ох, какая серьезность и дерзость в такой юной даме. Стараетесь за агрессией спрятать свой страх? Что ж, спешу вас огорчить: это не лучшая стратегия, - О'Хара опустил локти на столешницу и слегка наклонился вперед. Его рот был искривлен неприятной улыбкой, от которой дрожь пробегала по телу. Его холодные, голубые глаза, казалось, заглядывали глубоко в души, нагло роясь в самых сокровенных тайнах и страхах.
Габриель редко поддавался влиянию преступника, но тут он был обязан признать: находиться в обществе этого человека даже ему было жутко неприятно. Что же можно говорить о Робин. Он не должен был втягивать ее в это, но уже было слишком поздно об этом думать. То, что Акерман старалась держаться холодно и спокойно с О'Харой, безусловно импонировало Норрису. Но если бы это давало хоть какой-то эффект. Несмотря на все усилия девушки, на лице преступника не было ни беспокойства, ни растерянности от грубых ответов Робин. На его лице ничего не отражалось, кроме надменности. Норрис еще сильнее сжал кулаки, стараясь не сорваться.
- Давайте-ка я Вам кое-что разъясню: Вы, sr. asesino, не Ганнибал Лектор, а я — не Кларисса Стерлинг. Так что отбросим “игры разумов”, и начнём, пожалуй, общение по существу. Чем моё присутствие здесь, может поспособствовать  расследованию? - и снова ни капли растерянности. О'Хара рассмеялся в голос. Переводя взгляд с Робин на Габриеля, парень заговорил:
- Это вы научили ее подобному ведению переговоров? Querida niña, не нужно копировать своего возлюбленного на допросе, у него это получается гораздо эффектнее, - едва заметным движением голову О'Хара кивнул в сторону Габриеля и продолжил: - Вы абсолютно правы. Вы не Кларисса Стерлинг, вам до нее, извините конечно, далековато. В том же самообладании, хотя вы так стараетесь играть безразличность. И да, я не Ганнибал Лектор. В отличие от него, я не выдуманный персонаж глупого детектива. Мои преступления - настоящие. Мои жертвы - настоящие. Я - настоящий. И это куда более пугающе.
- Вы слишком уж забываетесь в своих лирических отступлениях, Чарли, вам не кажется? Вы сказали, что начнете помогать нам, как только мисс Альварос скрасит наше общество. Но вы уходите от дела. Стараетесь потянуть время? Я могу продержать вас здесь хоть до следующего утра и вы...
- Кого вы обманываете, детектив Норрис. Единственное, чего вам сейчас хочется, так это пойти домой и забыться сном, так как, я уверен в этом, вы провели на ногах всю предыдущую ночь. Ваш усталый вид оставляет желать лишь лучшего, - Норрис вскинул брови от удивление. На мгновение он замешкался и не знал, что ответить преступника, пока вдруг голос Робин не вернул его к реальности:
- Детектив Норрис, не могли бы Вы, если не затруднит, распорядится о том, чтобы мне принесли стакан гранатового сока? - детектив молча кивнул и уже было собрался попросить Фредерика принести стакан, как вдруг на доли секунд замер. Габриель решил, что именно он сам и мешает О'Харе раскрыться. Может стоило попробовать оставить их наедине? "Нет, это безумие, Норрис. Просто безумие", - твердил мысленно детектив. В тот момент в нем проснулся целеустремленный полицейский-профессионал, который должен думать о жизнях тех, кто умирал в муках от рук маньяка. Детектив пытался сопротивляться, но профессионализм взял вверх. 
- Я... я сам принесу вам его, мисс Альварос, - детектив поспешно вышел из кабинета.
- Кажется ваш принц решил поспешно откланяться, какая досада, - парень ухмыльнулся и откинулся на спинку стула. О'Хара снова начал внимательно разглядывать Акерман. Что творилось в его голове в тот момент? Возможно, этого не мог объяснить даже он сам.
- Вы хотите знать в чем ваша, так скажем, миссия, мисс Альварос? Usted es una víctima. Usted - mi nuevo experimento. Я уверен, что вы знаете, каково это, когда душа надламывается. Но знаете ли вы, каково это, когда она погибает? Когда остатки вашего гребаного мира превращаются в золу. Когда вы сама становитесь призраком прошлого. Способны ли вы восстановиться после такого? Способны ли воскреснуть, мисс Альварос?
В этот же момент в комнату для допроса вернулся Габриель, держа в руке стакан с водой. Поставив его рядом с Робин, он произнес:
- Извините, но в участке нет гранатового сока. Лишь простая вода и кофе, - детектив опустил взгляд на Акерман и заметил сильную напряженность в ее лице.
- Все в порядке? - Норрис опустил руку ей на плечо и слегка наклонился.

+1

9

Колючий взгляд арестанта прожигал насквозь, проходил тонкой иглой сквозь выпирающие ключичные сочленения, нанизывая её трепещущие тельце на иллюзорную серебряную нить, будто умерщвленную бабочку для портфолио придирчивого коллекционера. 
Сидя совершенно неподвижно, Робин чувствовала как в горле застревает жгучие дыхание, а по тонкой линии выровненного позвоночника скользят холодные капельки пота, пропитывая белоснежную ткань кружевного платья. Облизывая пересохшие губы, она упрямо смотрела в стеклянный взор убийцы, силясь отыскать в нем малейший отблеск эмоций, но натыкалась лишь на своё преломленное отражение, безжалостно пойманное в западню его сфокусированных зрачков. Из-за этого мертвецкие пальцы дурного предчувствия впились острыми когтями в аритмично перестукивающееся сердце, начиная медленно сжимать его в кулак.
Время для неё остановилось.
— Suficiente! — вскрикнув, Акерман не узнала собственный голос, звучащий неправдоподобно высоко, почти как у забитой церковной мыши. Чтобы вернуть ему жалкое подобие уверенного тона, ей пришлось хрипло прокашляться в носоглотку,  и только после продолжить неприятную беседу с мистером О`Хара: — Не пытайтесь запугать меня, sir Psycho: вы находитесь в здании полном полиции, прикованы наручниками к столу, лишенный всяческой свободы действий, — Вы опасны только на словах и в своем больном воображении.   
Покосившись на стоящего поблизости Габриеля, она старательно выискивала в его взгляде подтверждения своих слов, чтобы хоть как-то отделаться от тревоги долбящей по вискам. За проведенное здесь время Робин уже успела пожалеть о том, что не смогла вовремя обуздать свою ревность и ворвалось в комнату допроса, так неудачно попав в поле зрения Чарли. Будь у неё более спокойный характер, ничего подобного никогда бы не произошло. Но теперь уже поздно винить себя за импульсивность. Сделанного не изменить.
Со скрипом отодвинув стул подальше, латиноамериканка ещё раз оглядела замкнутое помещения, стараясь понять включены ли видеокамеры, закрепленные на стенах в каждом из четырех углов. Несмотря на создаваемую ими иллюзию защищенности, девушка начинала поддаваться плохо скрываемой панике. Её незавидное положение напоминало хождение по катану над бурлящим жерлом активного вулкана. И с каждой пройденной минутой становилось только хуже. То, что маньяк безошибочно определил их близкую с Норрисом связь, подлило масло в огонь. Теперь Акерман была практически на сто процентов уверена, что О`Хара задумал нечто воистину чудовищное.
Едва Габриель вышел за дверь, как девушка резко вскочила на ноги. Стул на котором она сидела ещё пару секунд назад, опрокинулся с характерным грохотом, заполнившим неуютную каморку помещения. Пройдясь вокруг стола, латиноамериканка остановилась за спиной Чарли так, чтобы он мог чувствовать её тяжелое присутствие поблизости, слыша неровное дыхание над самым ухом.
Выслушивая его самозабвенный монолог, Робин до хруста сжимала пальцы в кулаки, испытывая острую потребность заткнуть мужчину, как можно скорее. Осведомленность О`Хары о её семейной трагедии, а именно упоминание про золу, напомнившее ей о пожарище в отчем доме, выбило почву из-под ног.
— Откуда ты знаешь? Кто … КТО ТЕБЕ РАССКАЗАЛ?
Болезненно вцепившись пальцами в худощавое плечо мужчины, Акерман бездумно ударила пяткой по ножкам его стула, опрокидывая Чарли на пол так, что его запястья, прикованные  наручниками к перекладине, жалобно хрустнули в нависшей тишине.
— Ты был там? Ты знаешь, кто это сделал?
Девушка начинала терять контроль над своими эмоциями. Белизна залившая её лицо предвещала разрушительные последствия. Если бы не Габриель, вовремя зашедший в комнату, мистеру О`Харе довелось бы испытать на своей шкуре методы гестаповских допросов. Он шагнул на ломкий лед, дотронувшись до больного места Робин, выпустив темного джина из бутылки. В конце-концов, её с детства приучили к тому, что лучшая защита — это нападение. Конечно, частенько, Акерман трактовала сию мудрость чересчур буквально. Как, например, сейчас.
— Мне … я выйду на свежий воздух. — Запыхавшимся от гнева голосом, произнесла она, глядя на Норриса виноватым взглядом.
Не дожидаясь его разрешения, девушка пулей вылетела в коридор.

Отредактировано Robin Ackerman (2015-03-01 10:09:47)

+1

10

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » A seven nation army couldn't hold me back ‡I'm gonna fight 'em all.