Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Сука, ну какой пиздец, а.
Дверцу машины ты захлопываешь с такой силой, что звук рассыпается по всей улице, звенит в ушах, вспугивает парочку пиздецки нервных подростков с банками пива, которое...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » прошлое на пороге, прошлое открывает дверь


прошлое на пороге, прошлое открывает дверь

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Участники:
Хью и Саша
Место:
shuftenberry street, 20
Время:
21/01/15
Время суток:
глубокая ночь, но никто не смотрел на часы
Погодные условия:
никого не волнуют
О флештайме:
из всех десятков, сотен вызовов за ночь - этот
из всех докторов, машин, глаз - никакие другие
давай, расскажи мне о том, что не веришь в судьбу.

+1

2

В ту рабочую смену, выпавшую на прохладную ночь в Сакраменто, на нашей подстанции в боевой готовности находилось по меньшей мере четырнадцать дежурных бригад. Более, чем достаточное количество на небольшой район для того, чтобы не чувствовать себя помеченной картой в тасующейся колоде и не делать ставки на то, кого же следующим сорвут на очередной вызов. На моём месте мог оказаться каждый из остальных семи врачей и пяти фельдшеров, так же как я и мог оказаться на месте любого из них.
Планомерно за годы врачебной практики я обрастал определённым слоем цинизма, за пеленой которого, казалось бы, уже невозможно верить ни в высший разум, ни в колёсо фортуны, ни в пресловутую судьбу, написанною каждому из нас на роду. Однако же, в ту ночь мы даже не были единственной свободной бригадой.
Вместе со своей напарницей – молодой, но весьма перспективной медсестрой – мы пили кофе в небольшой кухонке подстанции, собирая крупицы своей энергии воедино и потирая уже изрядно уставшие глаза. За соседним столиком, уронив лицо в ладони, коротал мгновения сна мой коллега; наши с ним шансы отправиться на тот вызов были равным и составляли меньше пятидесяти процентов, ведь в каморке напротив сопел ещё один потрёпанный фельдшер.
Только сейчас мы кажемся спокойными и умиротворёнными, но на самом деле каждый уже успел съездить как минимум на четыре адреса и испытывал, как и всегда, одно и то же внутреннее натяжение нервов, сосредоточенно вслушивался в стоявшую здесь тишину; даже тот, что умостился на топчане в своем маленьком укрытии, сквозь тревожную дрёму осознаёт, что тишина эта может быть разбита в любую минуту голосом диспетчера. Его слышно в любой точке подстанции и с него всё всегда начинается с начала и вновь.
Седьмая бригада, Хью, принимайте экстренный вызов. Далее последует короткое описание дело, в которое не обязательно вслушиваться – весь минимум, который нужно знать на момент выезда, будет значиться в карте вызова.
В такой сонливой тишине голос этот пробирает до самых костей. Поневоле вздрогнешь и нехотя потянешься, разминая затёкшие суставы и мышцы, чтобы в следующую секунду собрать свою волю в кулак и подскочить с места.
- А ночь уже начала казаться мне подозрительно спокойной. – Я ободрительно улыбаюсь своей напарнице, ещё не совсем привыкшей работать в таких условиях, и забираю из её рук увесистый саквояж – «укладку» скорой помощи – чтобы избавить её хотя бы от этой ноши.
- Вызов приняли, уехали. – На ходу получаю в руки набросанную диспетчером карту, автоматически отчитываюсь отработанной фразой, которая за пару месяцев стала отскакивать от зубов, и, накинув на свои плечи утеплённые форменные куртки, мы вместе с моей медсестрой выскакиваем в прохладный ночной воздух. Он, признаться, бодрит покрепче всякого кофе.
- Давай мигалку, экстренный. – Усаживаясь на переднее сиденье автомобиля скорой помощи, командую я водителю, и тот, коротко кивнув, мгновенно даёт по газам, включает сирену.
В третьем часу ночи даже такой мегаполис, как Сакраменто, никогда не бывает насыщен трафиком, поэтому до места мы добираемся меньше, чем за пятнадцать минут. Уверенным и быстрым шагом направляясь к крыльцу,  совершенно не понимаю, почему вдруг засосало под ложечкой и не успеваю придать этому хоть какое-то значение. Ответ уже поджидает меня.
Прошло около половины минуты, прежде чем за дверью послышались шаркающие шаги и щёлкнул, открываясь, замок. Дверь нам открыла Александра.
Да, та самая Александра. С которой я не имел возможности попрощаться и которой не видел уже… Сколько? Округлёнными глазами она уставилась на меня, и вполне справедливо. На её месте я бы тоже был удивлён увидеть меня; впрочем, мне и на моём оказалось не лучше.
Уна – моя медсестра – не мешкала ни секунды, проворнее меня юркнула в дверь и задела меня локтем, невзначай, но так кстати. Впрочем, она всегда заходит первой, а я делаю шаг вслед за ней.
Почему Саша сама открывает дверь? Ей ведь полагается лежать. Почему она одна, где Имс, и почему она вообще здесь, когда вернулась, или, может, и вовсе не уезжала, а просто исчезла от меня? Но сейчас я не вправе преследовать свои личные интересы и теряться в терзающих вопросах, и, к счастью, очень хорошо об этом помню.
- Здравствуй. Куда проходить? – спрашиваю я, на удивление твёрдо и сдержанно.
Именно этот вопрос в первую очередь чаще всего слышат те, кто вызывает скорую помощь. Он вылетает всегда на автоматизме и сейчас кажется даже самым уместным. Времени на любезности у нас не то, чтобы очень много.
Лишь теперь – о, как не вовремя, - я вдруг понял, что, кажется, ни разу не был в жилище семейства Фитцжеральдов, хотя адрес слышал ни единожды.

Отредактировано Hugh Weller (2014-12-25 00:17:41)

+1

3

Пинок от кармы или месть Сакраменто? Последнее пару часов я могла рассуждать только об этом – спать не удавалось. Раньше я бы выбрала какой-нибудь простой способ отвлечься, почитала бы книгу или просто бродила бы по квартире, пытаясь прикинуть, например, что изменилось в ней за полгода моего отсутствия. Но ничего не выходило. Где-то под пупком вот уже некоторое время расползалась тупая ноющая боль; при ходьбе становилось только хуже, так, что среди ночи я оказалась заложницей собственного организма, который не позволяет даже проследовать на кухню ради кружки чая.
Разумеется, ни Имса, ни Себастьяна дома не оказалось. Еще бы, это было бы слишком просто! Самостоятельно садиться за руль для того, чтобы доехать до ближайшей больницы, я не решилась. Да и надо было признаться себе, что у меня вряд ли получится даже без посторонней помощи натянуть на себя свитер, пусть январь в Сакраменто и имел значительные отличия в сравнении с любым зимним месяцем в Лондоне.
«Просто фантастика», - заключаю я. На поиски телефона уходит слишком много времени, сил не хватает даже на то чтобы выругаться, когда слетает с прикроватной тумбочки светильник. Это бессилие злит сильнее всего, оно слишком непривычно, оно сбивает с толку.
Женский голос в трубке звучит с холодным безразличием, задает стандартные вопросы и начинает казаться, что он не принадлежит живому человеку. Операторов скорой помощи можно понять – сколько вызовов они принимают за ночь? Десятки? Сотни? Не работа мечты, уж точно.
Пока едет скорая, я устраиваюсь в гостиной, верно предположив, что отсюда маршрут до входной двери будет наиболее коротким и простым. Отправляю Имсу короткое, но максимально информативное сообщение: «Пишу завещание. Позвони, хочу знать, нужен ли тебе мой пистолет». Откидываю телефон куда-то в сторону, уже совсем рассеянно думая, что теперь найду его, только если братец и впрямь решит позвонить – боль только разрастается, но все равно удается ненадолго прикрыть глаза и задремать. Кажется, поднялась температура.
Разбудил меня мелодичный, чтоб его, звонок в дверь. Неясно сколько времени прошло, но даже думать об этом не хочу, последние силы уходят на то, чтобы подняться с дивана и преодолеть совсем небольшое расстояние. Открыть дверь. Онеметь. Разом забыть не только о своем состоянии – спроси у меня кто-нибудь мое имя, я бы не нашлась что ответить.
«Ох, дьявол», - думаю я. Стою, должно быть, с наиглупейшим выражением лица и смотрю на Хью округлившимися глазами. А он… не изменился?
Тот самый Хью, каким я его запомнила, тот самый Уэллер, которому я никак не наберусь смелости позвонить с тех пор, как вернулась в Сакраменто. Он должен меня ненавидеть, это было бы справедливо. Но звезды сложились так, что Хью стоит на моем пороге – до меня даже не сразу доходит причина визита, - и смотрит, без тени злости или даже удивления.
- Ты? Почему… - ну конечно, стоило выйти из ступора и ничего более приветливого произнести не удается. – То есть. Привет.
Я еще с секунду мнусь на пороге, ловлю на себе другой взгляд, по всей видимости, напарницы Хью и ощущаю, как кровь начинает приливать к лицу. Жестом указываю на диван, развернутый спинкой к входной двери. Наверное, это тоже вполне подойдет
Как так вышло, что я ни разу не приглашала Хью внутрь? Кажется, раз или два он довозил меня до дома, но никогда не провожал до квартиры. Да и жильцов тут, если подумать, слишком много, чтобы я осмелилась устраивать в лофте Имса романтические свидания.
С опозданием доходит, что нужно еще что-то сказать, но даже слова подбираются с трудом. То ли от внезапной встречи, то ли от общего состояния, но мысли путаются. И, черт возьми, я просто не нахожу в себе сил смотреть Хью в лицо. Отвожу взгляд в сторону и выдаю практически те же сухие факты, что недавно выдала женскому голосу оператора скорой помощи: где болит, как долго и сильно. Ничего лишнего.
Взгляд напарницы Хью кажется совсем строгим и это несколько отрезвляет. Из последних сил заставляю себя собраться, обхожу диван и присаживаюсь на его край. Дальше-то что?

Отредактировано Alexandra Fitzgerald (2014-12-25 12:22:46)

+1

4

Похоже на западню, подстроенную свыше. Мне необходимо видеть её, находиться рядом с ней, вести себя профессионально. Разговаривать и задавать вопросы, но не спрашивать о самом главном. О том, что гложет и топчется за моей спиной вот уже несколько месяцев. Попробуйте меня убедить, что это не жестоко – даже не по отношению ко мне, но по отношению к нам.
- Да, я теперь не только в госпитале работаю. – Следует немного запоздалое и немногое растерянное объяснение её недавнему вопросу. – Подрабатываю на «скорой» уже около пяти месяцев. – В этой фразе не должно бы было быть двусмысленности, чего-то потаённого, но почти мгновенно я жалею о сказанном, о том, что не позаботился об аккуратности слов и формулировок.  Равно как и о том, что если Александра не глупа – а так и есть – то ей не составит труда сопоставить факты или просто догадаться о том, что на «подработку» меня привела вовсе не нужда в деньгах. Не сейчас – так потом, когда придёт в себя и будет в норме.
- Проходи, тебе нужно лечь. – Я киваю в сторону того же дивана, на которой мне указала сама девушка и хмурюсь, наблюдая, как она едва переставляет ноги.
Вот только – западня ли? Возможно – продуманный свыше ход. Поворот судьбы, если хотите. Не знаю.
На самом деле, всё, что нужно мне сейчас – это абстрагироваться. Кем бы ни был тот человек, по щелчку пальцев ты становишься ни больше, ни меньше, но только лишь медицинским работником в белом халате. Тем, кто не имеет права ни на личную жизнь вне своей работы, ни на какие-либо личные чувства. Всё, что у тебя есть – это твой врачебный долг и внешние факторы не должны препятствовать его добросовестному исполнению.
И у меня уже было достаточно времени для того, чтобы привыкнуть к постоянному эффекту обезличивания всякий раз, когда вступаешь в контакт с пациентом. Эта простая истина помогает самому же врачу в первую очередь и с каждым годом своей деятельности мне удавалось всё лучше и лучше следовать этому неукоснительному правилу. Но сегодня это оказалось несколько труднее, чем всегда, за что я тихо себя возненавидел.
Впрочем, терзания мои видны были только моей напарнице, сбитой с толку и потому ощутимо напрягшейся. Хмурая и строгая более, чем обычно, она крутилась вокруг Саши, что с опаской сидит на краю дивана, подготавливая всё то, что могло быть мне необходимо.
- Ляг, пожалуйста, - снова скомандовал я, усаживаясь на табурет напротив Фитцжеральд.
- И подними майку, мне нужно тебя осмотреть.
Всего несколько стандартных манипуляций, перед которыми никогда прежде не холодели руки. Нельзя себя за это ругать, ведь это реакция, не подвластная мне, но больше чем обыкновенно мне хотелось оставаться безликим халатом, заполненным человеком, не имеющем имени. Чтобы только оградить её от всего того, о чём не время сейчас задумываться и размышлять.
- А я-то думал, ты умотала в Лас-Вегас, выскочила замуж за какого-нибудь отвязанного рокера и теперь загораешь где-нибудь на пляже в Майами. – Хмыкаю я, беззлобно и с полуулыбкой.
Сосредоточенно слежу за собственными руками, за всем тем, что делаю. Только чтобы не встречаться с ней взглядом, не создавать для неё ещё большего дискомфорта. Соприкосновения с кожей сопровождаются короткими вопросами в духе «болит здесь, или здесь?», «а вот так больно?», «больше больно тут или тут?». Но по её реакциям всё понятно и без словесных ответов.
- Прости. На самом деле, я так не думал. Просто хотел немного разрядить атмосферу.
Закончив осмотр, на который ушло не более пяти минут, я отодвигаюсь от дивана на несколько сантиметров и принимаюсь заполнять карту выезда, попутно задавая последние вопросы. Обрисованная картина слегка нетипична, что, в общем-то, не делает её менее определённой.
- Саш, аппендикс тебе не удаляли? – контрольный вопрос, ставящий точку ввиду положительного на него ответа. – Так вот, самое время, у тебя острый аппендицит. Нужно в больницу.
Напарница понимает мои распоряжения с одного кивка и вот уже копошится в своём тяжеловесном саквояже, выуживает оттуда систему и несколько ампул.
- Тебе нужно какие-то вещи взять с собой прямо сейчас, помочь собраться? Или всё потом привезёт брат?
По большому счёту, едва ли халат или тапочки пригодятся ей в больнице вот прямо сегодня, но – кто знает. Как правило, люди теряются и не любят уезжать из дома, не прихватив с собой хотя бы своего дорогого и любимого сердцу бокала.
И суета нам ни к чему. Быстро, но размеренно и не суетно. Чёрт возьми, я всё же переживаю куда больше, чем переживал бы, окажись на точно таком же вызове в соседнем доме.

Отредактировано Hugh Weller (2014-12-25 20:50:23)

+1

5

Идиотская, идиотская, до чего идиотская ситуация!
Готова провалиться сквозь землю. Ситуация – безнадежней некуда. При всей своей выдержке я впервые в жизни хочу просто сбежать, чтобы сгорать от стыда где-нибудь наедине со своей совестью. А меня, к тому же, просят поднять майку.
Повинуюсь, впрочем, без лишних вопросов, то, что происходит там, под кожей, не вписывается уже ни в какую испытываемую ранее боль. Ох не так я представляла нашу с Хью первую встречу. А может, я это даже заслужила.
Обычные медицинские манипуляции отдают все той же болью. Ощущаю, как напрягаются мышцы живота. Из глаз непроизвольно брызнули слезы. Рыдать я еще не готова, и в таком, очередном предательстве, снова виню собственный организм.
Ну как, доволен видеть меня такой?
Он произносит что-то колкое, как его же прикосновения: свадьба, Вегас – все пронизано горькой иронией. Одариваю Хью взглядом, полным сожаления, но решаю подыграть.
- Что ты, рокеры – не в моем стиле. Да и загар мне никогда не шел, - уже сажусь на диване, потому что лежать в подобной ситуации совсем неловко. Не хочу смотреть на Хью снизу вверх. Он заполняет какие-то бумаги, это дает мне время перевести дух, смахнуть тыльной стороной ладони влагу с висков и немножко успокоиться. Прав говорить мне гадости у Хью гораздо больше, чем он использует, и я ему за это благодарна.
Диагноз звучит до смешного банально, но я все равно округляю глаза. Вроде как не думала, что это настолько важно. И еще, что это приносит такую муку.
- Нет, - отрицательно машу головой, но Хью, кажется, заранее знает ответ.
В больницу? Собрать вещи? Неужели, операция? Бред какой-то. Я – человек, который отродясь не утомлял своим существованием докторов, человек, побывавший в перестрелках без вреда для здоровья, должна поехать в больницу из-за банального аппендицита.
- Попробую сама собраться, - произношу тихо, но как можно внятнее. Даже сейчас боюсь растерять привычную себя.
Весь мой пыл почти спадает, когда я медленно поднимаюсь на ноги. Не выходит из меня сильной и самодостаточной женщины. К тому же, до конца не удалось отойти от ситуации, а голову уже нужно забивать совсем другим - мыслями о том, что же нужно захватить с собой.
В комнате царит привычный бардак, потому что я всегда ненавидела разбирать вещи и в этот раз, не слишком с этим спешила. Тем легче выцепить из завалов сумку, кинуть туда наспех пару футболок, белье, что-то из мелочей вроде расчески и зарядного устройства для телефона. Даже не уверенна, что мне понадобится, например, одежда - вряд ли всем необходимым меня не снабдят в больнице. Куда больше времени тратится на поиск документов, потому что вероятно, мне нужна страховка.
Самое лучшее - мне удается переключиться и почти успокоиться за эти драгоценные минуты сборов. Внимательные взгляды двух пар глаз теперь не кажутся такими уж болезненными, хотя приходится отдернуть себя от мысли о том, чтобы схватить Хью под локоть, в немой просьбе о позволении быть слабой. Не сейчас.
- Сумка легкая, - произношу я тихо, все равно предполагая что Уэллер не поверит, наверняка отберет. - Только помоги закрыть дверь. Замок в последнее время заедает.
Киваю на столик у двери, где лежат пара ключей сцепленных между собой забавным брелком. В последний момент накидываю пальто - оно длинное и под ним мне плевать на то, что на мне, в общем-то, не самый подходящий наряд.
- На долго это? - запоздало интересуюсь уже оказавшись за пределами квартиры. Лучше бы сейчас, наверное, молчать.

+1

6

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » прошлое на пороге, прошлое открывает дверь