Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » я строю мысленно мосты


я строю мысленно мосты

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://6url.ru/cbyS http://sf.uploads.ru/N8UzR.gif

Alexandra Fitzgerald and Bernadette Rickards

27 декабря 2014 года; торговый центр Сакраменто; вечер

Бернадетт знает о Александре со слов Хью, и единственный взгляд на фотографию, а также громогласная фамилия девушки дают возможность Рикардс узнать ее с первого взгляда. 

Отредактировано Bernadette Rickards (2014-12-28 11:48:14)

+1

2

Вообще-то особых поводов любить всю эту предпраздничную суету у Алекс никогда не было. Сам праздник – это да, особенно та его обязательная составляющая, где вся семья собирается вместе за праздничным столом. Но в этом году что-то шло не так. Весь год шел не так, что уж и говорить, и причиной тому была она сама.
Нормальные люди гуляют по торговым центрам не между Рождеством и Новым годом, выбирают дни поспокойнее, когда можно совершать покупки без лишнего стресса вызванного одурманенными праздничным настроением людьми. Но Алекс этого и хотела: смешаться с толпой, заново влиться в ритм города и его привычную суету.
Огромные торговые центры и масштабно разворачивающаяся к праздникам торговля – то, что объединяет все крупные города. В этом смысле Лондон не отличался от Нью-Йорка или вот от Сакраменто, как и от любого другого американского города, в каком Александре доводилось бывать. И ни одного угрюмого лица. Тут хочешь-не хочешь, а подхватишь волну праздничного настроения.

Выбралась из дома Алекс только вечером, с твердым намерением избавиться от нахлынувшей хандры. Оно и понятно: Имс с Себастьяном снова погрязли в собственных делах, старые связи Фитцжеральд восстанавливать не торопилась – мало ли как отреагируют друзья из прошлого на звонок недавней беглянки. До ужаса хотелось побыть одной и, одновременно, почувствовать, что хоть кто-то ее не осуждает. За неимением вариантов пришлось выбрать первое. Тем более что такое вынужденное одиночество могло бы помочь сосредоточиться на покупке запоздалых подарков к празднику и кое-каких обновок.
С мыслью о последних Александра вот уже с четверть часа лавировала между стеллажей с одеждой, больше разглядывая, иногда прикасаясь к тому или иному наряду чтобы оценить плотность ткани или крой, но, не выбрав ничего конкретного. Когда не знаешь заранее, что ищешь, походы по магазинам грозят затянуться. Если конечно не найдешь чем отвлечься.
Знаете это чувство – ощущение чужого взгляда на собственном затылке? А Алекс предчувствие таких моментов было доведено до уровня рефлексов. Все-таки прежняя работа заставляла быть начеку двадцать четыре часа в сутки, и некоторые привычки совершенно неискоренимы. Хотелось списать все на паранойю и праздничную толкучку – мало ли, кто случайно скользнул взглядом по твоей спине в целом торговом центре, могли и обознаться.
Но вот, снова.
Алекс вся внутренне собирается, поворачивает голову. Влево. Там весело болтают о чем-то две девушки в черных футболках – консультанты магазина. Вправо. Перед тесными рядами с одеждой прогуливается симпатичная блондинка. Заинтересованной существованием Александры, однако, незнакомка пока не выглядит.
«Хорошо, ты сходишь с ума. Тоже мне, новость», - мысленно ругает себя Фитцжеральд и почти силой заставляет себя вернуться к разглядыванию платьев – одно из них она даже может быть решится примерить. Зная Имса, тот наверняка в ближайшие дни потащит ее куда-нибудь отмечать возвращение блудной сестры, так что новое платье она купила бы скорее для него, чем для себя.
И снова это чувство.
- Да какого черта? – тихо бормочет себе под нос Алекс, поднимая голову. Последняя мысль, промчавшаяся в голове отчетливо гласила: «пора бежать прочь из этого магазина».

Отредактировано Alexandra Fitzgerald (2014-12-28 00:47:35)

+1

3

Начнем с того, что Бернадетт забыла ключи от автомобиля в личном кабинете на втором этаже магазина, которым владеет. Эта маленькая связка потонула в кипах бумаг, так и не подписанных ловкой рукой женщины, во всевозможных эскизах и мятых черновиках, относящихся к недописанной книге блондинки. История про балерину была так и не дописана спустя полгода после встречи Берн и Шанталь, которая со второй попытки дала согласие на передачу своего жизненного опыта на книжные листы бумаги. Поначалу задумка казалась великолепной, но теперь она кроется на неубранном столе писательницы, на помятых листах, запачканных каплями кофе и чернилами потекшей ручки. Один из этих листов бережно прикрывает связку ключей, забытых владелицей, именно он не дал Бернадетт забрать список покупок на Новый Год, который лежал в бардачке в салоне автомобиля, и теперь женщина неторопливо бродила по необъятному помещению торгового центра, пытаясь воссоздать в памяти тот злополучный список. Семь этажей, увешанных блестящей мишурой, елочными игрушками нестандартных размеров, омелами и рождественскими венками, колокольчиками и гирляндами. И ели, большие и маленькие, на каждом этаже, что от них начинает рябить в глазах. Поддельные запахи хвои, корицы, имбирного пряника, апельсинов смешались в воздухе. Толпы людей, скупающих все, что ровно и неровно стоит на полках в бутиках, от предметов одежды, бытовой техники и мобильных устройств до средств гигиены и симпатичных безделушек, которым самое место красоваться на каминных полках, создавая некое подобие домашнего уюта. Все куда-то несутся, успевая приложить свои коммуникаторы к уху, выслушивая советы и просьбы своих друзей и родственников по поводу покупок к новогодним праздникам. А Бернадетт все смотрит на эту неугомонную толпу, понимая, что ей тоже не хватает этой предновогодней суеты, но в душе не плещется ни капли желанного праздничного настроения. Кажется, женщина вот-вот готова ухватиться за эту блестящую нить, на которой увешаны колокольчики, отражающие световые блики, и хоровое пение начинает доноситься до слуха, как вдруг все мигом исчезает.
В такие моменты начинаешь тосковать по детству, когда одно только воображение и вера превращали Новый Год и Рождество в сказку наяву.
А ведь Рикардс такая не одна. Она заходит в ближайший бутик с женской одеждой, где толпы не так и много, как в широких коридорах торгового центра, и видит отражения своего выражения лица на лицах других дам. Есть те, кто радостен и весел, а есть те, кто как Берн, совсем утеряли праздничный дух где-то в темных закоулках города. И на душе становится легче, когда понимаешь, что не одному тебе плохо, что не один ты страдаешь от нехватки того, что у других в избытке.
И тут женщина замечает знакомое лицо. Едва ли его можно назвать знакомым, эту девушку Бернадетт не доводилось видеть вживую, это она может сказать точно, но черты ее лица казались до боли узнаваемыми. Некоторое время назад Рикардс уже видела незнакомку на выцветшей фотографии, что держал в руках ее бывший любовник и нынешний друг Хью, рассказывая одну из их общих историй. Фамилия ее Фитцджеральд, а вот имя все никак не всплывала из недр памяти.
Бернадетт не замечает своего излишнего любопытства, которое она выражает одним лишь беглым взглядом, то и дело бросаемым на белокурую девушку неподалеку. Она поворачивает голову, и американка мигом отворачивается, быстро берет в руки первое попавшееся платье глубокого изумрудного цвета, явно не подходящее ей по размеру. Затем Берн вновь поднимает взгляд на Александру. Точно, так ее зовут. Хью не раз упоминал ее имя, когда рассказывал о ней, сидя в квартире блондинки с пораненной рукой и больной после большой пьянки в баре головой. И еще он говорил, что она уехала, не попрощавшись. Что теперь она делает здесь, прячась от толпы среди вороха неприглядной женской одежды?
Александра резко поворачивается и с ее губ слетает вопрос, застигнувший Бернадетт врасплох.
-Чего? – Берн подскакивает на месте и делает шаг в сторону, явно не ожидая такой резкой реакции на ее прикрытое любопытство, которое, как она думала, невозможно будет заметить. – Вы это мне?
Конечно, тебе, не строй из себя безмозглую блондинистую курицу.
-Вы ведь Александра? – женщина постаралась исправить ситуацию. Любопытство хлестало из всех щелей, его уже невозможно остановить. – Фитцджеральд, - добавила она.
-Мне ваше лицо знакомо,-удивительно, как одно событие можно связывать нитями другое. И нет, не только нитями, но и канатами, мостами, по которым люди, рано или поздно, буду готовы пройти друг к другу.

+1

4

Удивительно, как порой нам удается оставлять следы своего существования в памяти даже незнакомых нам людей. Можно быть сколь угодно заурядной личностью и нельзя быть защищенным от старого доброго фактора знакомства через кого-то.
Того, что вопрос заданный скорее от отчаянья, чем от желания найти собеседника, будет услышан, Алекс уж точно не ожидала. Она снова поднимает голову и сталкивается взглядом с той самой незнакомкой, с губ которой тут же слетает вполне естественный вопрос. Фитцжеральд отвечает растерянным взглядом, судорожно выдумывая подходящий ответ.
"Ответить? Нагрубить? Прикинуться местной сумасшедшей, ведущей диалоги самой с собой?"
Благо, незнакомка быстро исправляет ситуацию, разом подтвердив, что паранойя Алекс – не такая уж надуманная штука. Впрочем, ситуация становится только подозрительнее. И интереснее.
- Да, а вы? – Алекс смотрит пристально, скорее раздраженно – взгляд, который вырабатывается за долгие годы работы в полиции. Взгляд, обычно заставляющий говорить даже тех, кто с самого начала настроен ожидать своего адвоката. Хотя опасной незнакомка не кажется. Узнала и узнала, ну что с того? Мало ли в городе людей, чьих имен и лиц она не помнит.
Приходится приложить усилие, чтобы измениться в лице и не выражать подозрительность столь откровенно. Кое-как это даже выходит, но внутреннее напряжение  уходить не спешит.
- А мне ваше – нет, - она даже выдает улыбку, неловкую, но вполне подходящую ситуации. Пытается прикинуть, кем может оказаться блондинка. Выглядит незнакомка слишком уж хорошо для того, чтобы работать где-то на уровне полицейского департамента, и одета со вкусом. Если только выше по статусу – судейская или прокурорская коллегия? Нет. Может все-таки из знакомых Имса? Кто-нибудь, ритуал знакомства с кем был организован братом на одной из вечеринок, а она и запомнить не потрудилась.
- На самом деле даже боюсь предположить, - Алекс неопределённо пожимает плечами. Предполагать она не боится, а вот ошибиться - да. – Но уверенна, что вас не помню.
Не узнавать людей – всегда неловкость, тем более, когда они узнают тебя, да и еще вот так выдают имя и фамилию, хотя потенциально могут владеть и большей информацией. Никакого чувства защищенности, сплошное ощущение нарушения границ личного пространства. И уж точно не то, что ты хочешь испытать, твердо решив сегодня вечером побыть в одиночестве и просто слиться с безликой толпой.
- Вы – из друзей Имса? – осторожно предполагает Фитцжеральд, но по выражению лица незнакомки уже готова догадаться, что промахнулась – слишком очевидный был вариант.
"Может все-таки кто-то из полиции?"
Алекс даже растерянно глядит по сторонам, словно в поисках немой поддержки от мироздания. Вроде бы, обычная бытовая встреча, подстроенной она уж точно не выглядит. Но все это, тем не менее, кажется слишком странным.

+1

5

Бернадетт моментально заметила смятение на лице девушки, когда та назвала ее имя и фамилию. В момент молчания женщина попыталась представить себя на месте Александры, и, возможно, она вела бы себя точно также, только без этих излишне подозрительных взглядов и резкого, неприкрыто напряженного тона голоса. В такой момент важно быть осторожной и снисходительной, в конце концов, Берн не может знать истинного нрава молодой блондинки, но любой человек принимает новоиспеченного собеседника, если тот не скуп на вежливость и легкую, ненавязчивую улыбку. Эх, все-таки давнишние уроки поведения от матери, жизненный опыт и все эти многочисленные вечеринки, светские сборища делают свое дело. Бернадетт, наконец, научилась понимать людей.
-Меня зовут Бернадетт, - ответила женщина, зная, что новая знакомая вряд ли когда-либо слышала ее имя. – Рикардс, - добавила она, спустя несколько мгновений.
Хью рассказывал, что Александра исчезла из его жизни так же внезапно, как и появилась, именно это когда-то отправило его во временный запой, из которого Берн, несмотря на всю комичность ситуации, помогла мужчине выбраться. В какой-то степени Рикардс увидела в блондинке напротив себя, ведь она тоже когда-то убегала, правда, возвращалась лишь в единичных случаях. Ей стало интересна причина побега Александры, от Уэллера ничего толком не узнать, да и он сам не был в курсе всех дел.
-Мы никогда раньше не встречались, верно, - блондинке все больше хотелось подобраться к самой кульминации разговора, ей все не терпелось завести беседу о том, что так треплет ее неугомонное любопытство.
Девушка подтвердила догадки Берн. Ее давнишний друг Имс Фитцджеральд – брат Александры. Немногие сейчас носят подобную фамилию, но блондинка все же думала о неожиданном совпадении, в родстве этих двоих она сомневалась. Слишком разные внешне, о характере ей сложно судить, все же Имса женщина знает недостаточно хорошо.
-Да, я слышала о вас от Имса, - произнесла Рикардс, кардинально меняя свои планы насчет дальнейших действий. – Он как-то показывал фотографию, я запомнила ваше лицо.
О Хью женщина умолчала. Из-за одного только упоминания этого мужчины девушка могла сбежать, не дав шанс для бессмысленных оправданий и попыток исправить все положение. Имс – своеобразное прикрытие, тем более, насчет дружбы с ним Берн не соврала, а значит, совесть ее частично чиста.
-Извините, если напугала, я со своим зрением все не могла понять, вы или не вы стояли рядом, - с усмешкой ответила Рикардс. – Вы не слишком заняты? Я голодна, хотела подняться на последний этаж и немного перекусить. Составите компанию?
Бернадетт не была голодна, но это не препятствие для приема пищи. Особенно вечером.

+1

6

Трудность была в том, что сознание без конца хотело видеть в незнакомке хоть намек на что-то подозрительное. Тем хуже, что женщина со всех сторон казалась слишком уж правильной: хорошо одетой, приятно выглядящей и вообще, во всех отношениях положительной. Это заставляло нервничать. До тех пор, пока, словно волшебный пароль, в воздухе не повисло короткое, но очень важное имя.
- Вот как.
Алекс ответ вполне устраивает. Она не сдерживается и протягивает женщине руку - мужская привычка закреплять знакомство в ней почти неискоренима, снова выдают себя излишки общения с противоположным полом. Тут же смутившись от собственного жеста, она чуть растерянно поправляет выбившуюся из-за уха прядь и прикидывает, настало ли время задавать неудобные уточняющие вопросы. Кто? Откуда? И при каких обстоятельствах состоялось знакомство с братом. Но еще не прошло первое чувство неловкости и Алекс решает оставить вопросы на потом.
Все-таки друзья и знакомые, вообще весь круг Имса – как раз и похож на эту, пока еще незнакомку, представившуюся Бернадетт. В этом плане Александра всегда немного побаивалась смутить своего брата собственным существованием и привычкой, например, не уделять внешнему виду чрезмерного внимания. Что отчасти соответствовало той же работе и образу жизни, а отчасти – характеру Фитцжеральд.
- Совсем не напугали, - Алекс дарит Бернадетт дружелюбную улыбку. – Удивили и только. А перекусить – отличная мысль. Я и сама немного проголодалась.
Она еще с секунду переминается с ноги на ногу и рассеянно оглядывает магазин. Все-таки, ужин в планы на вечер не входил, во всяком случае, не в торговом центре и не в такой компании. Да и вообще, она пришла сюда побродить по магазинам и при случае прикупить что-то новое, так что теперь задать себе новый алгоритм действий дается не так-то просто. Повесить на место вешалку с футболкой – снова выдающей скорее любовь к повседневной одежде, чем к роскошным нарядам; встать по правую руку от Бернадетт и направиться к выходу.
- А вы… работаете вместе? – осторожно интересуется она, когда они вместе покидают магазин. Бесконечное пространство торгового центра буквально накрывает их, со всем своим ярким светом, вычурными наружными стендами и пробивающейся сквозь потоки музыки навязчивой голосовой рекламой. – Дело в том, что я не так давно снова вернулась в Сакраменто и могу не знать каких-то подробностей его работы. Или что-то более… - она бросает на женщину взгляд, добрый, но немного оценивающий. – Художник? Оценщик картин? Критик? У моего брата довольно широкий круг знакомых и друзей, но все так или иначе имеют отношение к творческой среде.
Лестница эскалатора уже поднимает их наверх. Алекс пытается прикинуть про себя, не слишком ли много вопросов она задает и не посчитает ли новая знакомая ее поведение излишне навязчивым.
- Может быть писатель? - делает она последнее предположение.

+1

7

Бернадетт видит облегченную улыбку на губах Александры, и сама улыбается, понимая, что смогла найти подход к этой девушке. Она мало что узнала о ней со слов Хью, но в реальности она все-таки больше располагает себе, чем по рассказам мужчины. Возможно, в нем говорил обиженный ребенок, который есть в каждом представителе противоположного пола, в тот момент Уэллер не может рассуждать здраво.
Рикардс уж было потянулась к руке, протянутой Сашей, но та в какой-то миг одернула ее и небрежно повела к волосам, поправляя выбившиеся из прически белокурые пряди. Берн едва сдерживает усмешку, в этом жесте она видит скрытую черту характера новоиспеченной собеседницы, которую ей пока сложно понять.
-Отлично, тогда пойдемте, - бодро произнесла Бернадетт, и она с девушкой направилась к выходу из бутика, возле которого стояла небольшая толпа молодых девушек, что-то бурно обсуждавших, размахивая тоненькими руками. Все рослые, стройные, как кипарисы, с шикарными гривами и в дорогой одежде, которую, впрочем, сочетать между собой они не особо умели. Модели, на таких Рикардс успела насмотреться за несколько лет работы в модной индустрии.
-Нет, мы не работаем вместе, - отвечает Берн прежде, чем Александра начинает высказывать свои предположения. А мысли на время улетели в сторону Имса Фитцджеральда, которого молодая женщина в последний раз видела довольно давно. С этим человеком она встретилась на одном из многочисленных светских приемов, который проходил в его картинной галерее, но это знакомство всплывает в памяти смутными очертаниями. Кажется, тогда Бернадетт успела выпить свой излюбленный виски, и большая часть вечеринки пролетела у нее перед глазами в тумане, но не в абсолютном беспамятстве. Имс тогда казался напыщенным и гордым человеком, но после Рикардс рассмотрела его с другой стороны, поняв, что, в какой-то степени, видит в нем родную душу. Впрочем, не настолько родную, что им было так легко потерять связь на довольно долгое время.
-Точно! – воскликнула Бернадетт, когда Александра высказала последнее предположение. – У меня есть книга, правда, писателем меня назвать трудно, одно произведение еще не делает меня таковым.
Над второй книгой Рикардс начала работу чуть больше полугода назад, но в связи с бизнесом, усыновлением шестилетнего мальчика и проблемами со здоровьем о писательстве женщина думает в последнюю очередь. Периодически она старается написать что-то дельное, оставляет некоторые черновые работы в ящике стола и уходит, вновь забывая про свою книгу на определенное время.
-А кем работаете вы? – спросила Бернадетт. – Не детектив ли? – с усмешкой добавила, бездумно делая подобное предположение.
Эскалатор поднял блондинок на последний этаж, где располагались множество кафе, что глаза в первые минуты стали разбегаться в поиске подходящего заведения.
-Куда пойдем? – спросила женщина. – Пицца, суши и роллы, супы и салаты, пирожные и мороженое… Я так голодна, что мне уже все равно, куда идти и что есть.

+1

8

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » я строю мысленно мосты