Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Driving Home for Christmas ‡или...наше первое Рождество вместе


Driving Home for Christmas ‡или...наше первое Рождество вместе

Сообщений 21 страница 40 из 42

21

Внезапно у Шакса сложилось такое впечатление, что сегодня он почему-то все делает неправильно, говорит неправильно, думает неправильно. Да, тема, которую неожиданно затронул Саймон, была не из приятных в первую очередь для него. Точно также, как и Шаксу было весьма неприятно слушать о том, что у его супруга до него было еще с десяток-другой-третий любовников разных мастей. Ведь каждому хочется быть единственным и неповторимым, а тут так или иначе сравниваешь одного партнера с другим. Да, Ллойд-старший сам был далеко не ангелом, у него точно также были связи с очень многими девушками и парнями в силу его бисексуальности, но все-таки он предпочитал об этом не распространяться. Тайны из этого не делал, но и не ставил свои прошлые связи во главу угла. Потому что щадил чувства своего нынешнего любимого человека. В особенности, если этот любимый человек превратился в супруга и теперь они вместе являлись пусть маленькой, но семьей.
Интересно, почему все-таки Кот задал Шаксу именно такой вопрос? Хотя ответ у прокурора намечался только один: Саймон решил разнообразить их постельные утехи и попробовать побыть сверху. Не сказать, чтобы мужчина был против подобного развития событий, но ведь он сказал Саю чистую правду о том, что сам был в роли пассива только несколько раз в своей жизни и то - все эти разы можно пересчитать по пальцам. И его тело явно отвыкло от подобного обращения с собой. Поэтому в этом смысле его можно было вполне считать девственником. Но после его ответа Кот явно так уже не считал. Шакс слегка сощурился, внимательно наблюдая за мужем, у которого все недовольство и разочарование было написано на лице. Более того, Саймон высказался относительно того, что ожидал лишь краткого ответа от Ллойда, отчего Шакс еле сдержался, чтобы не закатить глаза и не состроить саркастическую гримасу.
Милый, кажется я сейчас нахожусь не на допросе и ко мне не подключены электроды детектора лжи. И на поставленные вопросы я не обязан отвечать да или нет. Черт, да что же это такое? Коротко ответишь - скажет, что я что-то скрываю от него, слегка пояснишь свой ответ - так разглагольствования повлияют на потенцию. Что делать - разорваться что ли? Как в том анекдоте: умные направо, красивые налево, а мне не разорваться.
Конечно вслух все свои мысли Шакс не высказал, слишком уж они были острыми и, рискни он сказать это все, вместо секса случился бы очередной скандал, чего Ллойд меньше всего хотел. Неужели они и в постели будут выяснять отношения? Шакс не понимал этого и считал, что если Саймон хочет выяснить какие-то нюансы в области секса, то все-таки должен выслушать то, что говорит прокурор, а не придираться к тому, короток либо длинен был ответ. Но таков характер Котика и совершенно противоположен характер Шакса, и если уж они решили связать себя узами брака, то должны принимать друг друга такими, каковы они есть. Им еще придется притираться, и притирка эта будет длительной. Может быть лучше, что они расстанутся на такой длительный срок, чтобы все как следует осознать? Черт, видимо снова кто-то или что-то сбивает Шакса с истинного пути.
- Если ты считаешь, что мой ответ на твой вопрос является секретом, то пусть так и будет. Я запомнил, в следующий раз буду краток, - слегка недовольно проговорил немец, прикрыв глаза после того, как его поцелуй явно пришелся не у места, поскольку Саймон нахмурился. - Но я считаю, что если ты что-то хочешь узнать, то я расскажу тебе все. Ты только заранее скажи, с подробностями или без, - да, обошлось не без легкого сарказма, Шакс тоже весьма неплохо умел придираться к словам, но также умел вовремя замолчать, иначе и правда их игрища закончатся также быстро, как и начались. А ему хотелось получить удовлетворение точно также, как и Саймону. Даже несмотря на то, что его возбуждение поубавилось после непродолжительного разговора. Может быть и вправду слова в сексе лишние? Нужно просто заниматься любовью и не болтать почем зря. А выяснить нюансы либо до, либо после. Боже, да почему же так тяжко-то?
Зачем ворошить прошлое, когда мы хотим построить свое будущее вместе? Именно вместе, потому что поодиночке ничего не получится. Я люблю тебя, Саймон, люблю всей душой, но иногда бывают такие моменты, когда мне хочется тебя придушить вот за такое поведение. Или отшлепать, как непослушного котенка.
- Я скажу тебе только то, что смысл есть всегда. В особенности в придумывании и привнесении новизны в наши отношения. Если ты этого действительно хочешь. Да, я универсал, но сказать по правде, снизу я был всего-то несколько раз и достаточно давно, поэтому считай, что я девственник, - мужчина открыл глаза, глядя на Саймона внимательно, но с какой-то нежностью и проникновением. Ну а Коту, видимо, не хотелось портить то, что сейчас происходит точно также, как и Шаксу, поэтому вредный муж судя по всему, решил помучить Ллойда или довести его до того состояния, чтобы тот просил его прекратить или продолжить, содрать с него одежду, чтобы не мешалась, отвязать его, отлюбить или же поиметь самого Шакса в конце концов. Почему-то сцена последнего варианта сейчас слишком уж явственно встала у Шакса перед глазами.
Я еще не замечал за собой желания оказаться снизу. Но...но...почему-то я думаю, что буду только за. Ой, а мы же даже не были в душе.
Мелькнули быстрые мысли перед тем, как Ллойд осознал то, что начал вытворять Саймон. Точнее, почувствовал прикосновение его горячего языка и зубов на собственной плоти, отчего с его уст сорвался томный стон. Возбуждение вернулось практически моментально, прокурор сильнее натянул шарф, но куда там, если бы он рванулся, то вполне мог сломать спинку кровати. Помятуя об этом, он ослабил свое рвение, и немцу оставалось только извиваться под мужем, постанывая и что-то бормоча невнятное на немецком языке. Эта ткань белья, как же она сейчас мешала, но в то же время насколько были чувствительны прикосновения влажного язычка Кота, отчего у Шакса начала медленно ехать крыша. Он тяжело и часто дышал, постанывая и принимая эту сладкую и вместе с тем мучительную пытку. Кот явно мстил ему таким образом, от ласки хотелось скрыться, но одновременно Шакс хотел, чтобы этот кайф продолжался.
- Ох, Сай... - только и смог простонать прокурор, когда муж достаточно крепко впился пальцами в его ягодицу. Боли не было, как таковой, но все ощущения словно обострились.

Отредактировано Shax Lloyd (2015-02-24 22:12:00)

+1

22

Долгая прелюдия, порой бывает куда приятнее самого качественного секса. Но постойте-ка - качественный секс? А это как? Реально ли давать оценку сексу и подчеркивать его знак качества? Почему бы нет! Ведь для каждого из нас имеет место качество жизни, в которой не последнее место отведено интимным связям, которые воплощают наши низменные желания в реальность, которые уносят нас далеко в некое подобие прострации и заставляет задыхаться от огромного гормонального всплеска в конце полового акта. Безусловно секс - это одно из лучших природных инстинктов к которому приспособлено все живое на нашей планете. Но в отличии от животных, мы, люди, способны на проявление большей фантазии в своих сексуальных практиках. Одного соития нам мало. Мы дарим друг другу наслаждение через прикосновения к самым чувственным местам, которые распознаем по томным стонам и естественному напряжению мышц под кожей любовника. Мы получаем моральное удовлетворение, когда смотрим в глаза партнеру и видим в них просьбу и настойчивую мольбу. Мы готовы жизнь отдать в тот сладострастный момент, когда губы любимого человека приоткрыты в истоме и беззвучно требуют продолжения. Нас охватывает дикое вожделение стать кем-то вроде сказочного волшебника исполняющего желания послушного малыша, и мы творим сказку. Взрослую сказку в пределах влажных простыней и разбросанных в хаотичном порядке подушек. Мы дарим друг другу чудо сотканное из взаимной любви и страсти. И всего этого невозможно достичь без прелюдии.
Наверняка ты сейчас думаешь, что я хочу тебе вставить. Что я хочу поменяться ролями, оприходовать тебя так, чтобы больше не осталось сомнений в том, что ты мой мужчина и я не приму факта существования в твоей жизни каких-то бывших любовников...Но, знаешь Шакс, я не стану так поступать. Ты уже мой. Мне не нужно говорить тебе этого, ты умный, сам догадаешься. Просто, сейчас я хочу довести тебя до исступления так, как умею я. Ведь я мастер оральных практик, правда, детка?
Саймон крепче сжимает ягодицу Шакса и смотрит на него сквозь взъерошенную челку. В его глазах непредсказуемость, которая так сильно вводит прокурора в заблуждение, что ему просто не остается другого выбора, как подчинится действиям своего сладкого мальчика, который так резко стал одержим идеей наказания. Но наказание наказанию рознь, а люди к несчастью еще не научились все поголовно читать мысли друг друга. Поэтому Сай решил потянуть интригу. Он вновь склоняется над пахом мужчины и кусает его за твердую горячую плоть, получая сверху короткий, но шумный вздох, а после медленно подается вперед практически ложась на Шакса и оказываясь с ним лицом к лицу. Взять в плен его губы, но не целуя, а кусая также, как делал это с возбужденным членом. Кусать сильно, чтобы муж застонал и чуть было не прослезился от внезапной боли, закрывая глаза.
- Нет. Смотри на меня, - назидательно проговаривает Кот и целует возлюбленного в ямочку между ключиц. Сай начинает сексуально двигать бедрами, так что его собственный член упирается в пах Шакса и ощущение жара, ощущение настигающей интимной близости теперь стало еще ярче. Парень весь вздрагивает при каждом чувственном соприкосновении, внутри все напрягается в одну звонко звенящую струну. Сай упирается ладонями в кровать и кусает губы, демонстративно прогинаясь, будто бы желая показать Шаксу всю прелесть своей пластичности. Пора избавлять Шакса от белья и увидеть воочию результат недолгой прелюдии и обезоруживающих ласк. Кот стягивает весьма чувственно плавки с бедер мужа и оставляет их на уровне колен, как еще одно некрепкое обездвиживающее средство. Член мужчины весь мокрый и блестящий, как привлекательный леденец, что вовремя окажется во рту у большого капризного ребенка. И этот ребенок уже весь в нетерпении, внутри у него все трепещет и пульсирует, особенно сзади. И если бы не обещание о долгой прелюдии, Саймон предал бы самолично сотворенную интригу и оседлал бы налитый соками ствол. И он чуть не хлещет себя ладонями по красным щекам, чтобы хоть как-то вернуть прежний настрой. Он мысленно кроет себя трехэтажным матом и после короткой паузы ложится между ног мужа и наконец работает ртом, а не слушает внутренний голос, что исходит скорее не от уровня сердца, а от задницы. Он обхватывает пальцами твердый член и берет его глубоко в рот до самой глотки. О да! Саймон Котик король минета, если вы желаете получить реально глубочайшее удовольствие. Он ритмично двигает головой, пока его язык скользит по истекающей соками плоти, ощущая каждый миллиметр набухших от возбуждения вен. Вовремя оставленная в языке серьга касается чувственной головки, что наверняка доводит любовника до внутренней истерии. Сай сжимает ладонью бедро мужчины и решается на маленькую хитрость. Его пальцы проскальзывают между сжатых от напряжения   ягодиц Шакса. Там горячо, но сухо. Маленький минус в сексе с мужчиной, когда хочешь взять его сзади. Пока не сделаешь сладкое местечко влажным, удовольствие будет превращено в жалкие пытки для обеих сторон.
- Ммм, - Котик издает сексуальный стон и на минуту прекращает сосать член Шакса. Его рот переполнен слюной и смазкой, которая бесконечно сочилась из плоти любовника, пока тот приближался к пику своего самообладания. Сай лукаво улыбается сдерживая во рту кое-что ценное, а после сплевывает его на ладонь. Парочка ловких движений и там где раньше было жарко и сухо, становится мокро и еще жарче. Теперь Саймон может прикоснуться к "гордости" своего мужчины и посягнуть на неё. Это может звучать смешно, но большинство мужчин ассоциируют свое анальное отверстие именно с гордостью. И как хорошо, что в этот момент руки Шакса связаны и кроме его рта, больше ничто не может оказать Саймону протест.
- А вот и твое наказание милый. Думаю, мне нужно пообещать быть нежным? Хотя знаешь, хочу тебя жестко трахнуть, - ангельская улыбка, взгляд дьявола. Кот взял в рот член мужа и одновременно проникает двумя пальцами в его жаркое естество. Нужно было видеть глаза Шакса в тот момент, когда похотливый мальчишка брал полноценно инициативу в свои...руки и рот?

+2

23

Фантазия у Саймона бурлила - дай Боже. Подобное случалось в последний раз, когда у пары была первая брачная ночь. Хоть ночь, как таковая, была уже давно не первой, но вот в законном браке, то да. Шакс прекрасно понимал, что надолго его точно не хватит в плане терпения, но вот Кот явно не собирался отпускать его просто так. Мстил? за что? За слова, которые были высказаны Ллойдом в пылу эмоций и узнанной неприятной информации? Подобная месть, конечно чудесна, но правильно ли мстить в сексе? На размышления у прокурора было очень много времени, однако же его мысли сейчас занимало нечто совершенно другое. Он ощущал прикосновения своего мужа практически каждой клеточкой, а в моменты, когда тот касался самых чувствительных зон его тела, то и вовсе неоднократно сходил с ума. Мужчина сам не раз грезил о том, какова будет его реакция, если супруг привяжет его к кровати и даст волю своим помыслам, и вот пожалуйста - сбылось. Хотел инициативу, получай и терпи столько, сколько сможешь. Терпением немец, конечно, обладал, но далеко не бесконечным.
Полгода без него. Здесь даже речь идет не о сексе, а о том, что мы впервые расстанемся на такой долгий срок. Да конечно, на свете существует скайп, мобильная связь, а также возможности для поездок в другую страну, чтобы хоть ненадолго, но увидеться. Но я не доверяю расстоянию не потому, что не верю Саймону или же не уверен в себе, а потому что боюсь, что долгая разлука может что-то испортить в наших отношениях. Конечно это может быть глупо, но когда подобное случается впервые, невольно начинаешь задумываться.
Раздумывал в очередной раз Шакс недолго, потому что Кот словно почувствовал то, что его супруг мысленно не здесь, и поэтому легко куснул его за самое дорогое, отчего Ллойд шумно выдохнул и решил, что еще пара-тройка таких укусов и придется лед прикладывать. Вредный кусачий Кот. Но подобным укусом Саймон не ограничился, буквально через несколько секунд продолжил тоже самое и с губами Шакса, отчего тот невольно зажмурился, на что парень сообщает ему, чтобы он не закрывал глаза.
- Что...что же ты со мной делаешь, - прокурор облизывает ноющую губу и снова сильно натягивает шарф, обмотанный вокруг его запястий. Нет, наверное сегодня он точно сломает спинку. Только вот как объяснить администраторам отеля то, по какой причине она сломалась, это вопрос. А Саймон начинает чувственно тереться о супруга, да так, что тот практически сразу забывает о боли и снова оказывается во власти сильного возбуждения. Шакс сузил глаза, смотря за Котом, который и сам, судя по всему, изнывал от нетерпения, но будучи упрямым и одержимым некой мстительностью, продолжает сладострастно изматывать немца. Он наконец-то избавляет мужчину от мешающего нижнего белья, но не снимает его полностью, отчего Шакс недовольно что-то ворчит. Но ворчание длится недолго, поскольку его плоть вновь подвергается таким ласкам, что Ллойд, уже не стесняясь, начинает стонать в голос. Он сильно выгибается в тот момент, когда муж касается серьгой в языке головки и чуть ли не вскрикивает, поскольку это чересчур уж чувствительно.
Я...еще несколько подобных прикосновений, и я не выдержу. Не могу терпеть подобное.
Казалось, что сердце сейчас проломит ребра и выскочит из груди, настолько сильно и громко оно стучало. Шакс почти что извивался на кровати, слыша, как спинка данного предмета мебели жалобно скрипит, поскольку еще немного, и прокурор точно рванется, чтобы высвободить руки. Все то, что он ощущал, было полнейшим безумием.
- Когда...когда я выберусь, я не знаю, что я с тобой сделаю, - от страсти и возбуждения Шакс не узнавал собственный голос, который изменился и стал гораздо более глухим. - Не останавливайся, прошу...
Да куда там, это было только началом длительной ночной и сладкой гонки. В то время, когда Ллойд выгнулся, он ощутил, как пальцы Саймона скользнули меж его ягодиц. Он широко распахнул глаза, но более ничего выговорить не смог. Да что же этот паршивец (любя) с ним собирается делать? А любимый паршивец тем временем как раз сообщил о своем желании жестко трахнуть собственного мужа, яростно сверкнув глазами и погрузил плоть Шакса в рот, а два пальца в него, предварительно увлажнив. Не то, чтобы было неприятно или больно, нет. Ощущение было странным, поскольку Шакс и вправду забыл о том, что когда-то и с ним творили то, что у них происходит с Саймоном каждую ночь. Снова стон, снова ощущение серьги в языке, и мужчина уже наплевав на самообладание двинул бедрами, дабы глубже насадиться на пальцы Котика. По крайней мере пока это всего лишь пальцы. Наверное, он даже частично излился, когда почувствовал посягательство на свое тело, брюнет не понял сам. То, что творил с ним муж, было самой настоящей пыткой, и немцу казалось, что сегодняшняя ночь не закончится.
- Ты подписал себе приговор самостоятельно, - полустон, сорвавшийся с уст Шакса не был какой-то угрозой. Он до основания натянул шарф, сжимая руки в кулаки до такой степени, что ногти впивались в ладони, оставляя красные полумесяцы. Такое сочетание было для него в новинку, но попросту не могло не нравится. Казалось, что своими стонами он перебудит людей в соседних номерах, ну и пусть. Некрасиво завидовать. Взгляд с поволокой, умоляющий не останавливаться свидетельствовал о том, что Кот все делает более, чем правильно.

+1

24

Судя по реакции Шакса, все действия Кота имели ошеломительный успех, хотя Саймон изначально не был серьезно настроен на какие-либо радикальные проявления любви в пределах постели разделенной на двоих. Изначально он включал всю свои фантазию и уловки, которые могли бы довести мужа до сладострастного помутнения рассудка, но парень никак не ожидал, что Шакс будет смотреть на него таким взглядом, в котором нет ничего кроме мягкого требования идти до самого конца. Вот так, лишь по одному взгляду Сай мог разгадать желания своего мужчины, который кажется медленно, но верно отдавал душу божкам секса. По правде сказать, даже сам Кот получал удовольствие от не совсем привычного для него процесса. Нет, минет он делал Шаксу не один и даже не сотню раз. Суть в другом. Котику нравилась его новая позиция. Быть сверху, значит проявлять свою первостепенную гендерную принадлежность. Природный инстинкт вставить ключ в замочную скважину живет в каждом мужчине с начала их полового созревания. А Сай все это время внушал себе иную позицию, в которой он мог будто бы раскрыть нараспашку свой внутренний мир находясь под кем-то. А если этот кто-то твой законный супруг, какие еще могут быть сомнения по поводу сексуальных предпочтений? Никаких. Ведь Саймон без ума от секса с Шаксом. Не из лести и даже не потому, что они теперь семейная пара преданная друг другу, Сай считал и будет считать Шакса своим лучшим любовником. И может быть именно сейчас, Котик не хочет глубоко в душе проигрывать ему или еще хуже - добиться утраты интереса к своей сладкой заднице. Сказать с гордостью мужу: "Видишь, я и так могу! Цени и люби меня за это еще больше!" - чтобы тот восхищался запасом энергии своего любовника и той дерзкой напористости, которой у модельки хоть отбавляй. Чтобы он весь трясся от мысли, что его мальчика может кто-то перехватить. Чтобы наконец узрел истинного Саймона Котика, который не просто фривольный мальчишка с подиума, у которого губы пышнее попы, а попа сексуальнее любых бабских сисек. Саймон чудо на вес золота или платины или какого-нибудь другого ценного металла. И это эгоцентричное чудо сейчас делает своему мужчине коронный минет одновременно лаская его сзади. Делая это нежно и аккуратно, пытаясь завести мужа, стараясь подарить ему такие ощущения, которые могли бы перевернуть его отношение к позиции "я снизу". У многих геев имеется подсознательный страх, но вместе с тем неуемное желание отдаться другому мужчине. Страх закрепляется на подкорке особенно тогда, когда попадается неопытный или грубый партнер. Есть те, кто кайфует от причинения другим боли, а есть те, кого вообще не заботят чувства его партнера, его ощущения: "Больно? Ну и хер с тобой! Главное я кайфую от твоей узкой дырки!". Нда...
- Ты подписал себе приговор самостоятельно, - стонет Шакс, и Саймон отрывается от процесса ублажения самой сексуальной из всех частей тела мужа. Он сжимает ладонью член Шакса и трет подушечкой большого пальца красную головку. Улыбка на устах. Хочется в очередной раз сказать что-нибудь дерзкое или заклеить рот мужа страстным поцелуем с привкусом мускуса и соли. Или сделать это поочередно, а после еще немного поиграв в садиста, отпустить любимого и отдаться ему так, как хотелось обоим. Но...
- Тогда, раз мой приговор все равно не может подлежать пересмотру, я завершу начатое преступление, - с этими словами, Кот испускает томный полустон и стягивает с себя джинсы вместе с бельем, которое просто катастрофически ему мешало. Обнаженный, он нависает над Шаксом, ловит зубами его нижнюю губу и прикусывает её, после чего ласково целует, облизывает и раздвигает мягко, но настойчиво бедра мужчины. Кончики пальцев пробегают от шеи до самого низа, нежно поглаживают кожу внутренней стороны одного из бедер Шакса. Там горячо, там просто скопление вулканической лавы! Кот и сам возбужден не на шутку. Он терпел дольше Шакса и весь изголодался, а теперь готов с аппетитом поглощать любимого мужчину. Погружаться в него, как если бы он окунался в молочную горячую ванную с запахом ванильной эссенции. Почему-то до безобразия извращенная фантазия Котика являет ему вот такие незамысловатые сюжеты совершенно не связанные с сексом.
Парень обхватывает свой член влажной рукой и ведет ею по всей длине. Он течет, как сучка, хотя сейчас у него другая роль. Впрочем, лишняя смазка вовсе не лишняя, когда нужно добиться максимального комфорта при соитии с партнером, у которого благодаря огромному перерыву этот раз станет все равно, что первым. Сай устраивается между ног Шакса и приставляет член к его анусу. Да, парень реально настроен дойти до конца! И даже если он не проникнет до самого самого конца, он это все равно сделает.
- Я серьезно, Шакс. Я правда хочу...Ты только не напрягайся, хорошо? Готов? - и Котик медленно вжимается в напряженное от мышечного спазма так пленяще манящее отверстие. Он и сам напряжен до предела. По вискам стекают дорожки пота и губы покалывает, приходится их прикусывать. Головка нелегко, но все же проникает внутрь и тогда оба издают оглушительные стоны и мычание. Сай ощущает сводящий с ума жар внутри любовника и то, как крепко обхватывают его возбужденный ствол мышцы сфинктера. У парня кружится голова, но некогда мечтать и вдаваться в первые ощущения. Котик совершает первый толчок и его член постепенно продвигается глубже. Потом еще и еще. Движения Саймона медленные, не резкие. Он ни в коем случае не хочет сделать Шаксу больно. Он хочет подарить обоим обоюдное удовольствие, которое бесспорно видно невооруженным глазом. Котик уже далеко продвинулся, практически оказавшись по основание заточенным в пленительном естестве возлюбленного. В таком горячем, даже обжигающем. В тесном и таком томительно затягивающем. Сай прижимается к Шаксу, удерживая одной рукой его за бедро и тянется, чтобы поцеловать его. Такой сладкий и утешительный поцелуй, как бы просьба простить за напористость и дерзкую выходку.
- Милый, ты такой горячий. Я плавлюсь в тебе...

+1

25

День сегодняшний должен был закончиться на прекрасной ноте, и этой самой нотой не обязательно станет секс. Но так было угодно судьбе и двум любящим друг друга людям. Пусть их брак большинство людей не принимало всерьез, кто-то брезгливо морщился и отворачивался, а кто-то и вправду желал двум парням счастья. К сожалению последних было немного, а Шакс и Саймон поженились буквально совсем недавно, около месяца назад. Но Ллойд-старший был целиком и полностью уверен в том, что личная жизнь каждого человека должна ею и оставаться. А тот, кто вмешивается, считает себя выше других хотя бы из-за "нормальной" ориентации, попросту жалок. По своей природе окружной прокурор зла не желал никому, даже собственным завистникам, которые только и делали, что харкали желчью и ядом. В конце концов они ею же и захлебнутся. А он будет жить так, как считает правильным, как хочется ему и так, чтобы любимому человеку с ним было хорошо и комфортно. Остальное - ну почти что тлен и ерунда.
Но к тем, кто посмеет посягнуть на сохранность его семьи, на его собственную честь, придется несладко, потому как брюнет, наверное, был бы даже способен на убийство в такой ситуации. Хоть никогда об этом и не задумывался. Взять, к примеру, его дражайшую сестру Сэльветрис, у которой был уже один неудачный опыт за плечами. Её бывшему мужу Шакс с удовольствием бы вырвал руки. Однако, к счастью, бракоразводный процесс прошел у Сэль достаточно спокойно, видимо только потому, что после него Ллойд подошел к ее уже бывшему супругу и пообещал ему множество проблем, если он еще раз подойдет к его сестре ближе, чем на сто метров. Своей любимой родственнице старший брат желал только счастья, и был уверен в том, что так и будет. Сейчас он женился сам, пусть даже совсем не так, как думали его родители и друзья, которых после свадьбы Ллойда меньше не стало, к счастью.
Конечно он не думал о том, что в самом начале ему не удастся как следует проникнуться семейной жизнью. Возможно только потому, что пока что он не очень представлял ее саму. Но ведь стоило только лишь начать и все... И вот Саймон ему сообщает о намерении уехать на полгода. Кто бы остался здесь равнодушным? И Шакс среагировал еще спокойно, потому как если бы он был более взрывным и эмоциональным, реакция могла быть непредсказуемой. Но вера в то, что все будет так, как хочет Сай и в то, что у них все будет хорошо, его не покидала. Он верил своему мужу целиом и полностью и отдавался ему без остатка. Как сейчас...
Немного странно. И здесь даже дело не в том, что сейчас именно Саймон доминирует в наших постельных игрищах. А то, что, наверное, я наконец-то целиком и полностью осознаю то, что я сделал правильный выбор. У нас должна быть гармония во всем. За свою жизнь Кот повидал немало горя и бед. Во мне он видит единственный лучик света, который поклялся ему в верности, хотя он до сих волнуется из-за того, что вокруг меня вьются красивые женщины. И все из-за моей бисексуальности. Он боится, что я могу метнуться в иную, с точки зрения современного общества, правильную сторону. Но я уверен в том, что после всех моих поисков, я смогу наконец-то обрести свое истинное счастье в его лице.
Казалось, что Саймон вошел в раж. Он делал все настолько нежно и аккуратно, что у Шакса было ощущение, что внутри него начинает плавиться самая настоящая лава. Таких чувств он не испытывал уже очень давно, хоть и занимался любовью со своим теперь уже мужем уже бесчисленное количество раз. Однако же мужчине безумно хотелось избавиться от сковывающего его движения шарфа, чтобы хотя бы обнять Кота. Не говоря уж о другом. Но нет, у Саймона были на эту ночь совершенно иные планы в отношении супруга. И Шакс сам этого хотел, иначе бы уже высказал свой протест или недовольство словесно. Он не терпел то, что вытворял с ним Саймон, наоборот он наслаждался даже тем, как тот погрузил в него пальцы, делая все максимально осторожно, чтобы не причинить боли, так как Шакс признался ему, что был снизу уже очень и очень давно, хоть это признание и не понравилось Коту. Но он готов был идти до конца точно также, как и Сай. Наконец-то парень начинает раздеваться, прожигая своего мужа таким взглядом, от которого у Шакса внутри все переворачивается. Он желает своего супруга не меньше, чем сам Шакс, положение которого весьма неудобное из-за того, что его связали. Но зачем жаловаться, когда сам давно хотел попробовать такой несколько своеобразный секс.
- Преступников следует сажать в тюрьму, ааа... - Ллойд понимал, что сейчас несет полную околесицу, но Саймон видимо из мести вновь дотрагивается до его плоти, начиная весьма чувственно потирать головку, из которой неустанно сочится смазка. Шакс снова и снова выгибается к нему, а парень продолжает ласкать его и говорит о том, что хочет пойти до самого конца, раз его супруг не проявляет никакого негатива по отношению к тому, что он делает и что решил в этот рас побыть сверху. Ну вот что за дурацкая людская привычка? Когда тебе говорят не напрягаться, ты непроизвольно именно это и делаешь. Шакс зажмурился, но не потому, что поначалу было больно, хоть Сай и никуда не спешил, а просто ему было так проще расслабиться. Он приоткрыл губы, вновь выгибаясь и попытавшись максимально расслабиться, чтобы мужу было легче двигаться, после дернул руками снова и уже в этот раз узел шарфа, и так разболтанный, развязался окончательно, и Ллойд впился пальцами в простыни, застонав от удовольствия, смешанного с первыми болезненными ощущениями. И в то время, когда он снова открыл глаза, он увидел перед собой лицо любимого, который поцеловал его, сообщая о том, что внутри горячо. И теперь наконец-то Шакс может его обнять, прижимаясь так плотно, чтобы он вошел до конца, заполнив его собой полностью. движение, еще и еще, и вот боль медленно уходит, оставляя после себя только наслаждение, и прокурор довольно постанывает мужу на ухо, толкаясь уже к нему навстречу, словно молчаливо умоляя ускорить движения.
- Люблю тебя, - и теперь уже его очередь слегка царапать спину Саймона, извиваться под ним и просить не останавливаться...

+1

26

Признаться честно, у Сая был опыт в полноправном доминировании всего пару раз. Поэтому, он как и Шакс можно сказать сейчас проходил повторное боевое крещение. И если бы у парня не было даже того мизерного опыта, который он когда-то получил от связи с коллегами по творческому цеху, кто знает, хватило бы ему смелости "сунуться" в подобного рода искушение. Или же, не имей он опыта, стал бы одним из тех спесивых юношей, которые рвутся за ощущениями не заботясь о комфорте партнера. Нет. Котик делал все правильно, хотя и переживал глубоко в душе. Ему как дурачку хотелось бесконечно повторять однотипные вопросы на тему "Тебе не больно?". Он даже чувствовал себя немного виноватым перед мужем, потому что в какой-то момент, в его голове вдруг проскользнула навязчивая мысль о том, что задница у Шакса далеко не как у мальчика. Здесь все равно, что с антиквариатом имеешь дело, не меньше! Поэтому Сай не шел на поводу у инстинкта совокупляться по-звериному: жестко, грубо, быстро. Преследуемый чувством ответственности за происходящее, он подстраивался под ситуацию и не терял слишком голову. Хотя, следует подметить, что задница у любимого мужа действительно ОГО-ГО. Кот несколько раз замирал в нем, прекращая какие-либо движения, чтобы раньше времени не кончить - так хотелось растянуть удовольствие. И если взять и свести все чувства и ощущения Сая в одну кучу, то получался какой-то слишком ванильно-приторный трах. Исправится они с Шаксом могли только в одном случае - вернув себе свои роли. Но, раз Котик заварил всю эту кашу, значит обязан был довести начатое до конца. Медленно истязая Шакса своей любовью, вторгаясь в него как можно нежнее, Сай задыхался от жаркой волны, которая приливами обдавала каждую клеточку его тела. Парень вновь пришел к выводу, что будучи активом в сексе, не может вести эротическую игру слишком долго. Шакс сжимал его слишком сильно, слишком горячо было внутри него, так что начинало покалывать в кончиках пальцев и губах. Голова шла кругом, а сердце то билось как оголтелое, то замирало на долю секунды - все равно, что умираешь сотню раз в преддверии оргазма. А когда любимый мужчина избавленный от подручных оков обнял Саймона и начал царапать ему спину, Кот чуть не заныл, так хотелось ему поскорее найти выход скопившемся в нем сокам. Он нашел губы Шакса и обласкал их мокрым языком, испуская в приоткрытый рот возлюбленного утробный стон. Запустив пальцы в лохматую кудрявую голову и вдохнув родной уже запах мужа, Кот все же позволил себе несколько ускорить движения, так что оба партнера начали в унисон громко стонать. А перед тем как кончить, чувствуя сильный спазм внизу живота, Кот вышел из Шакса и схватив его член и свой, обхватив их крепкой хваткой, начал энергично мастурбировать. Они практически одновременно конвульсивно извились и кончили, оставив друг на друге следы страстного порыва и уже вошедшего в привычку примирения посредством секса.
- Думаю...- пытаясь перевести дыхание, начал было Кот смотря на Шакса глазами с поволокой, - теперь мое наказание не за горами. Может быть по второму кругу отделаешь меня в душе? По-взрослому, да, мистер прокурор?
Кот демонстративно провел ладонью по своему животу, размазывая обилие спермы и спускаясь рукой все ниже и ниже, пока не приласкал себя сзади на глазах у мужа, сладко растягивая сексуальные звуки вырывающиеся из собственного порочного рта.
- Хочу, чтобы вы жестко разоблачили меня и назначили грубейшую меру наказания!
Сказано-сделано. Уже через какие-то пару минут Шакс сгреб Котика в охапку и унес в ванную, где отходил его так, что уже без сомнений крики неугомонной модельки дошли до ушей постояльцев из соседних номеров. Прижатый к кафелю, Сай принимал свое заслуженное наказание очень достойно, выстояв на подкашивающихся от удовольствия ногах по меньшей мере минут двадцать. По части оприходования Шакс был куда сильнее Саймона, а Кот в свою очередь был из тех, кого не пугает жесткий секс. Его попка была весьма натренирована и он любил принимать в себя до конца. Поэтому Шакс дважды кончил в него, после чего парочка удовлетворяла друг друга водными процедурами еще около часа. А потом было шампанское и клубника в три часа ночи, и только после этого супруги позволили себе сон в крепких объятиях друг друга. Помирились.
Следующий день был днем знакомства Шакса с дядей Милошем. Прожив с дядей бок о бок пять лет, Саймон научился подстраиваться под особенности его творческой натуры. Дядя всегда был занят. Его жизнь представляла собой бурлящий красочный процесс, в который он окунался с головой и иногда не выходил из него сутками, абстрагируясь от сложной реальности. В его мире все было проще и эмоциональнее. Он жил своей работой, поэтому ему сложно было совмещать такие вещи, как жизнь в социуме и жизнь за его пределами. Одним словом, Милош был из тех шизиков, которые видят мир под другим углом и живут так, как непривычно большинству людей. К примеру, ему было куда приятнее вести односторонний монолог со своими картинами забираясь с ногами на любимое кресло в галерее, чем ходить на светские вечеринки переполненные людьми-пустышками. Он был выше людей. Он был каким-то уникальным индивидом из другой планеты. Саймон никогда не видел его с женщинами и даже мужчинами. Как-будто дядя соблюдал тайный целибат. Даже для самого Котика, Милош всегда оставался человеком-загадкой, но вместе с тем, дядя подарил Саю новую жизнь и научил тем вещам, о которых возможно парень не узнал бы из школьных учебников или уст университетских преподавателей. Милош единственный родственник Котика, поэтому парень обязан был познакомить его с Шаксом. Дядя заменил Саю родителей и он во всем поддерживал племянника, даже в решении выйти замуж за мужчину. К сожалению он не присутствовал на их с Шаксом свадьбе, но кто знает, может быть так даже лучше.
- Предупреждаю только об одном - ничему не удивляйся. Милош необычный человек. - говорит Кот мужу, когда они подъезжали на такси к дому дяди.
- И не нервничай, вы обязательно найдете общий язык. Ты ему понравишься, - Сай сжал ладонь Шакса и улыбнулся ему, зная насколько муж щепетилен ко всему и какой он перфекционист даже в отношениях с людьми. Все должно быть идеально, хотя зная Милоша, их с Шаксом знакомство обещает быть весьма интересным.

Милош вот такой)

http://i5.imageban.ru/out/2013/03/21/ea8745e9143e086e8593a13ae60df7cf.jpg

Отредактировано Simon Lloyd (2015-04-05 22:13:40)

+1

27

Шакс никогда даже и не думал о том, что когда-нибудь в их сексуальной жизни Саймон примет на себя роль актива. Не то, чтобы он ему не доверял, а просто наверное слишком уже слился с этой ролью сам. И поэтому он не мог сказать, что данное положение ему не по нраву, вовсе нет, а просто скорее всего он не привык к тому, чтобы быть снизу. Но Кот двигался настолько медленно и осторожно порой, по максимуму нежно и смотрел в синие глаза окружного прокурора с таким обожанием, что Шакс забывал о каких-либо болевых ощущениях и уже практически растворялся в нем, в этих движениях, и мог только издавать сладкие стоны. С одной стороны неправильно мириться именно с помощью секса, а с другой это чересчур уж приятно. Не ругаться гораздо тяжелее, чем воздерживаться от занятий любовью, но раз уж так случилось, значит так должно было быть. Ллойду-старшему казалось, что его собственная температура уже зашкаливает, настолько ему было жарко, будто внутри его взрывались тысячи огненных фейерверков, и эпицентр находится в районе паха. То, что сердце уже практически выпрыгивало из груди, стало абсолютно нормальным явлением. И мужчина только и мог, что выгибаться Саймону навстречу, цепляться за простыни или за его плечи, шептать его имя с придыханием и двигаться в такт с ним.
Никогда и ни за что, никому не отдам свое счастье. Я буду биться за него настолько сильно и жестоко, как только возможно. Потому что это счастье только мое, потому что моя судьба быть с ним. И если мне суждено быть с этим человеком, в чем я неоднократно убеждался, то я просто обязан сделать все возможное и невозможное, чтобы сделать его счастливым. И стать этим своеобразным счастьем для него. Нужно лишь иногда уметь читать по глазам, уметь вовремя смолчать и десять раз подумать прежде чем сказать, чтобы не обидеть...
Спустя несколько минут после медленных движений Шакса стало несколько потряхивать в преддверие оргазма. Он терпел столько, сколько было сил, но и те заканчивались с ужасающей быстротой. И Саймон словно чувствовал это, что муж сжимает его внутри себя с каждым разом все сильнее и сильнее, поэтому целует его и начинает ускорять темп, отчего с уст Шакса срываются все более громкие стоны. Царапины на спине Кота стали появляться уже чаще, становились длиннее и глубже, поскольку брюнет был уже на пределе своего терпения и эмоций. И буквально через минуту супруг выходит из Шакса, обхватывая оба члена, начиная достаточно активно двигать рукой, доводя до оргазма уже их обоих одновременно. Ллойд жмурится снова до вспышек перед глазами, но голос мужа выводит его из состояния своеобразного транса, и тот просит отделать уже его, но в душе. Да-да, только до душа еще нужно добраться. Шакс медленно приходи в себя, между ягодиц слегка саднит, но есть один, весьма действенный способ избавиться от некомфортных ощущений. И сейчас он был озвучен Саймоном.
- Ты не кот, а кролик, - ухмыльнулся прокурор, принимая вертикальное положение и наблюдая за тем, как моделька демонстративно и специально начинает себя ласкать, вновь возбуждая в своем муже какое-то звериное и неистовое желание. Не зря провоцировал его. И вот душ, вновь ласки и слияние двух тел, душ и сердец. Не единожды, но с не меньшим желанием, как, впрочем и всегда. А после снова душ, но уже именно водные процедуры, дабы смыть с себя остатки той самой яркой и такой взаимной любви. Прекрасное примирение закончилось крепким сном, Шакс обнял Саймона, прижимая его к себе, и наконец-то парочка позволила себе (и вполне возможно, что и соседям по рядом находящимся номерам) полноценный отдых и крепкий сон.
Наутро Саймон проснулся первым, что, надо сказать, весьма удивило Шакса, поскольку его несравненный муж был большим любителем поспать как можно дольше. Но в этот раз что-то случилось видимо или мироздание решило распорядиться по-своему, или Саймон уже был заранее готов для великих дел и свершений, что первым растолкал крепко спящего Шакса и возвестил ему о том, что сегодня они идут знакомиться с его дядей. С трудом продрав глаза, окружной прокурор попытался осилить, что только что сказал муж, и только со второго раза до него дошел смысл. Будто бы надрался вчера, но нет, не было выпито не единой капли. Это организм приходил в себя после того, как Сай с удовольствием его вчера отлюбил. Почему-то захотелось еще, но Ллойд понимал, если сейчас они осуществят это "захотелось", то сегодня они явно никуда не пойдут. Ну или поползут ближе к вечеру, а сие будет уже совсем неправильно и некрасиво. Собирался Шакс недолго, но все-таки он слегка нервничал касательно того, как его примет единственный родственник Саймона. Вообще немец также должен был обязательно познакомить Кота и со своими родителями, предварительно вымолив у них прощения за то, что не пригласил их на собственную свадьбу. И кто знает, как они отреагируют на мужа своего единственного (не считая Сэльветрис) сына. Конечно они уже видели фотографии Саймона, и Шакс неоднократно им рассказывал о том, кто он и чем занимается, но все-таки это были только слова, а человека можно узнать, только увидев его и поговорив с ним. Но это будет несколько позже.
- Да меня сложно чем-то удивить, я много чего повидал в своей жизни, - говорил Шакс Саю, который предупредил его о том, что Милош - очень своеобразный человек. Да Ллойд не особо-то и нервничал, но все-таки как любому нормальному человеку ему было немного не по себе. Его не пугали странности других людей, у каждого свои тараканы. Но почему-то он был уверен в том, что Милош представляет собой эдакий ящик Пандоры, не в том самом смысле бед и несчастий, конечно, а в том, что он не знал, чего ожидать и как реагировать. ну что же, надо действовать по обстоятельствам. В случае чего Кот поможет и подскажет. Если сам в шоке не будет. Потому что творческие люди имеют свои странности, а судя по словам Саймона, странностей у Милоша было навалом. И еще Шакс надеялся на то, что Милош разговаривает хотя бы на английском, потому что чешский он не знал, а если муж будет переводчиком, тоже как-то не особо комфортно.

Отредактировано Shax Lloyd (2015-04-13 00:43:54)

+1

28

Ну-ну, посмотрим насколько ты закаленный, - вторил мысленно Сай, саркастично ухмыляясь и глядя куда-то в окно автомобиля. Безусловно Шакс был из тех людей, которых мало чем удивишь, ведь когда твоя работа напрямую связана с другими людьми, с их бесконечно тревожным потоком на грани нервного срыва, то невольно приходиться приспосабливаться. Приходиться переступать через собственные принципы и не пытаться разглядеть соринку в глазу человека, в то время, как в своем собственном не замечаешь бревна. А люди со странностями...Контакт с такими только прибавляет опыта и закаляет. Так, что, сегодняшнее знакомство мужа с дядей, будет нехитрым способом проверить прокурора на вшивость так сказать. Саймон не сомневался, что у дяди найдется не один десяток вопросов со скрытым дном, которые он припас персонально для супруга любимого племянника. На первый взгляд Милош может показаться сдержанным и отстраненным, а через время отставив в сторону формальности уподобиться любимому амплуа - быть жестким сатириком. Он без малейшего чувства стыда может устроить незнакомому человеку моральную взбучку и выставить его идиотом. Это от него Сай набрался дерзости и приобрел такую колкую черту характера, как прямолинейность. "Говори человеку в лицо все, что о нем думаешь, и тогда твоя гордость не пострадает. Молчи только в самых крайних ситуациях, когда есть риск получить ниже пояса, по самому центру мужской гордости. И молчание не есть уделом мудрых, оно скорее природный инстинкт самосохранения. В остальном - молчание для пассивных сучек." - учил Котика Милош. И ведь не ошибся ни разу.
- Благодарим за поездку, - пролепетал Котик на-чешском таксисту отдав ему несколько купюр, когда тот доставил их с Шаксом к указанному месту. Открылись двери с обеих сторон и Сай вместе с мужем покинули салон автомобиля. Дом дяди находился в исторической части Праги, то бишь  в Старом Граде. Он был одним из той череды домов, глядя на которые туристы не могли сдержать восхищенные вздохи. Очень давно, дядя выкупил несколько квартир в том доме, в котором проживает более двадцати лет и со временем превратил свою жилплощадь в современный пентхаус, который только со стороны улицы кажется исторической достопримечательностью от которой веет стариной. Внутри все выглядело настолько ультрасовременно, что создавалось удивительное впечатление переноса из одной реальности в иную, когда зайдя в дом и поднявшись по старой каменной лестнице на самый верх, открываешь дверь квартиры Милоша и погружаешься в совершенно другое пространство. Саймон давно не появлялся в Праге, но это не мешало его памяти по крупинкам воссоздать такие трепетно хранимые воспоминания, чтобы чуть ли не с закрытыми глазами открыть дверь подъезда и легко преодолев расстояние в несколько этажей, добраться до нужной двери. Двери его родного дома. Двери его второго родного дома. А если принять во внимание всю тяжесть судьбы Котика, то ручка именно этой двери кажется наиболее теплой и дарит ощущение легкой ностальгии.
Я дома...- улыбается Кот поглаживая кончиками пальцев округлую ручку. Он поворачивает её в сторону и дверь с тихим рокотом, как-будто гладишь любимого кота по шерсти - отпирается.
- Дядя, я дома! - теперь уже в голос произносит Кот и смеясь оборачивается к Шаксу. Он берет мужа за руку и заводит в прихожую, захлопывая за ними входную дверь. Милош по обыкновению не выходит встречать племянника, даже с учетом того, что парень сегодня пришел не один. Казалось бы это жирный минус в копилку негостеприимного хозяина, но Саймона данная выходка дяди нисколько не расстраивает. Он уверен, что Милош в душе тоже слегка нервничает, поэтому ему важна обстановка, в которой он впервые столкнется взглядами с избранником Сая.
- Он наверняка в галерее. Раздевайся, милый - Саймон стягивает с себя сапоги и курточку, ухаживает за мужем вешая его верхнюю одежду на вешалку и снова взяв его за руку тянет за собой в глубь комнат.
- Экскурсию проведу тебе позже. Кстати, привыкай к запахам. Милош не всегда рисует только в мастерской. - говорит Кот, ведя Шакса прямиком в огромный зал с невероятно высокими потолками, который дядя выделил под собственную галерею и хранилище. Сай без стука открывает дверь галереи и тут же упирается взглядом в сидящую к нему спиной фигуру в кресле. Со стороны показалось бы, что сидящий в нем мужчина спокойно спит, но на самом деле, Милош рассматривал картины мысленно обращаясь к героям своих шедевров за какими-то советами. И Сай даже был на сто процентов уверен, что они ему отвечали. Простым смертным не понять тонкой связи художника с его персональным мирком.
- Что говорит тебе твой любимый "Мальчик с чупа-чупсом"? - иронично спрашивает Котик по-английски у дяди, так чтобы было понятно Шаксу. А намекал Саймон на один из обожаемых дядей портретов, на котором мальчишка с черными кудрями и голубыми глазами аппетитно лижет конфету на палочке.
- Он говорит, что чупа-чупсы нынче перестали волновать его, как раньше. Теперь он любит конфеты другого размера и текстуры, - отвечает Милош на превосходном английском, растягивая лениво слова. Ах да! От дяди Котик перенял еще и способность к языкам. Но таким полиглотом, каким был Милош, Саю еще, как до Москвы раком. Милош встает с кресла и наконец поворачивается к новоприбывшим гостям. Подойдя к парочке, мужчина пристально смотрит Шаксу в глаза, коротко кивнув головой и протягивая руку, представляется:
- Милош Котик. А вы, я так понимаю Шакс Ллойд? Мы еще вернемся к вашему имени и фамилии, которые вызывают у меня массу противоречий, а пока...Рад знакомству. - Милош крепко сжимает ладонь Шакса и трясет её в рукопожатии, после чего строго смотрит на племянника всего пару секунд и заключает в свои объятия. Саймон обнимает дядю в ответ и целует трижды в скулы, улыбаясь до ушей.
- Не буду говорить тебе о том, как сильно ты повзрослел и возмужал за то время, пока мы не виделись, потому что язык не повернется назвать себя стариком. Это ужасно! Но я рад видеть тебя, мальчик - живым, здоровым и надеюсь счастье в твоих глазах не фальшивое.
- Конечно нет! Я счастлив, Милош. Вот оно - мое счастье, - Саймон обнимает мужа, целуя его в щеку и улыбаясь.
- Хм, тогда держи его крепко за- Милош смотрит на Шакса сверху вниз пытаясь подобрать синоним к слову "хвост" и не находит ничего лучше, чем сказать...- яйца. Ну, чтобы никуда не делся от тебя.
Разворот и мужчина чуть ли не паря выходит первым из галереи, оставляя парочку молодых супругов наедине с общим замешательством. У Саймона вырывается нервный смешок. А за ним еще один. И еще...

+1

29

Милош был единственным родственником Саймона, и Шакс должен был относиться к нему с должным уважением. Собственно, уважительно относился окружной прокурор ко всем людям почтительно возраста, но, насколько было известно мужчине, Милош был вовсе не таким уж и старым. Да и какая разница, какого он возраста? Порой старики как дети и дети как старики. Не в прямом смысле этого слова, конечно же. Но в жизни бывает так, что молодежь рассуждает гораздо мудрее, чем пожилые люди, а вторые несут жуткую околесицу. А если взрослый человек занимается еще и творческой профессией, то и он накладывает свой определенный отпечаток на психику, ровно как и любая профессиональная деятельность.
К чудачествам других Шакс относился достаточно прохладно, до того момента, как эти самые чудачества не переходят определенную грань. То, что человек что-то высказывает, неподвластное пониманию других - это одно, а если переходит на личности, начинаются скрытые оскорбления или же еще что-то - совсем другое. Вот такие по привету получали и ответ, и Ллойд искренне надеялся, что дядя Саймона окажется не из второй категории. Шакс не расспрашивал своего супруга о тонкостях характера Милоша, но знал одно, что если ему будет некомфортно, то Кот об этом узнает первым. Конечно прокурор не любил устраивать скандалы или выяснять отношения на людях, но никогда не молчал о том, что было ему не по нраву.
Да и когда-то они договорились с Саймоном о том, что будут рассказывать друг другу о том, что им не нравится, чтобы потом не было обид и недопонимания. Не всегда это получалось, но со своей стороны Ллойд-старший старался порой даже переступать в некоторых случаях через себя. но и получалось так, как вчера. ему не понравилась новость, и он высказался об этом в своей манере, чем обидел Кота, совершенно этого не желая. Иногда у него складывалось впечатление, что Саймон забывает о том, что обещал Шаксу, и это было весьма неприятное ощущение. Ллойд отличался поистине дьявольским терпением, которому, конечно же, был предел, и если кто-то переступал этот самый предел, мог ощутить на себе всю эмоциональную шкалу прокурора. И это было иногда страшно.
Дорога до дома Милоша прошла у Шакса и Саймона молчаливо. Брюнет разглядывал красоты Праги из окна автомобиля, Саймон же, казалось, погрузился в свои воспоминания, выдергивать из которых его прокурор не хотел. Не сказать, чтобы у Ллойда было плохое настроение, но оно было каким-то пофигистичным что ли. И он не понимал причины такого своего состояния. Возможно, это отголоски вчерашнего известия или же нечто иное. Но пока они оба молчали, и Шакс не особо стремился нарушить это молчание. Весь путь до внешне безумно красивого старинного здания, именуемого домом Милоша занял не так много времени, за которое Шакс уже успел поразмышлять над тем, как выглядит дядя Кота, похожи ли они внешне и вообще о том, как мужчина их встретит и какое впечатление произведет Ллойд на него. Ведь одно дело представить своего парня именно как парня, и совсем другое как мужа. Хотя Шакс еще даже и не пытался помыслить о том, как он будет знакомить Саймона со своими родителями. Наверное это будет гораздо нервознее в первую очередь для него самого.
И вот наконец-то они вышли из машины, Шакс расплатился с водителем, поблагодарил его и направился к дому вслед за мужем. Саймон на какое-то время время замирает возле двери, но потом все-таки открывает ее, дергая за ручку и заходит в помещение. И спустя минуту берет Шакса за руку и втаскивает следом. Милоша нигде не видно. Первая странность - не встретить гостей. Но может быть он просто не слышит вновь вошедших? Ллойд пожимает плечами, кивает мужу в знак согласия, когда тот делает предположение о том, что дядя в галерее. После чего он снимает обувь и куртку, протягивает их Саймону, ухаживающему за ним, и вновь беря его за руку, идет вместе с ним искать Милоша где-то в других комнатах.
- Я достаточно спокойно отношусь к запаху краски и порой он мне даже нравится. К счастью, головными болями не страдаю и аллергией тоже, - сообщил Коту Шакс, улыбнувшись и ласково чмокнув того в щеку. А Милош и вправду нашелся в галерее и после коротенького разговора с племянником, мужчина наконец-то соизволил развернуться к гостям и подойти в первую очередь к Шаксу, здороваясь с ним за руку и представляясь. Фраза, брошенная им про имя и фамилию заставила Шакса несколько приподнять бровь, и он еле сдержался, чтобы не закатить глаза, мол, еще один. Но раз обладаешь таким своеобразным именем, то будь добр, терпи. - Именно так, приятно с вами познакомиться, Милош, - Шакс пожал ему руку в ответ, внимательно следя за каждым жестом, а мужчина тем временем наконец-то обнял счастливого племянника. После чего Ллойд удостоился еще одного поцелуя от мужа, который вызвал его довольную и счастливую улыбку и обнял парня за талию, прижимая его к себе. А дальше...выражение про кота и яйца заставило Шакса тихо хохотнуть. Да уж, палец в рот Котику не клади. Котику... Немного странно видеть еще кого-то с такой же фамилией, как у Саймона. Хотя сейчас он уже Ллойд. Но на первый взгляд Милош понравился Шаксу. И как только он покидает галерею, Сай начинает смеяться, а Шакс скалится довольно во все зубы. - Ну и дядюшка у тебя, скажу я. Мне, конечно, интересно, что он еще отчебучит, а еще я никак не пойму, чего все так интересуются моим именем. Фамилия-то вполне себе нормальная.

+1

30

Саймон ожидал всего, в том числе и шуточки дяди на генитально-эротическую тематику. Но даже заведомо подготовившись к возможным перлам Милоша, парень не смог сдержать маленького масштаба истерику. Он весело смеялся смахивая с уголков глаз выступившие слезы и хлопал любимого мужа по плечу. Но стоит отдать должное Шаксу, он еще прилично выдержал первую волну остроумия Милоша Котика. Все-таки внутренний стержень в Ллойде не из олова, а прочнейшего титана. Вот только дядя затронул заезженную фишку с именем мужа, который за всю свою жизнь намаялся объяснять людям впервые с ним знакомящимися, что из себя представляет таинственное имя "Шакс".
В отличии от немалого большинства знакомцев супруга, Кот никогда не задавался вопросом об происхождении его имени и фамилии. Ну Шакс и Шакс, ну Ллойд и Ллойд. Главное, что его не звали Джульеттой Абрамович и его фамилия прекрасно звучала с именем Котика - Саймон Ллойд.
- Милый, зато у вас уже есть тема для разговора и Милош заинтересовался тобой. Расскажи ему в подробностях о себе и я тоже с удовольствием узнаю о тебе что-то новое, - Кот пригладил волосы Шакса цепкими пальцами и вновь взяв его за руку повел теперь уже в гостиную, откуда зазвучала приятная классическая музыка проигрываемая на раритетном граммофоне. Больше всех из числа классиков виртуозов, Милош обожал Моцарта и Шуберта. В его огромной коллекции пластинок есть парочка трепетно оберегаемых дядей оригиналов самых первых пластинок его любимых композиторов, за которые Котик когда-то отдал целое состояние и жил впоследствии впроголодь...Несколько дней, пока с молотка не ушли его самые известные работы. В общем и целом, дядю Милоша можно назвать тем еще отчаянным испытателем собственных сил, возможностей и силы воли. Он мог бесстрашно погружаться в омут с головой, не задумываясь шел на рискованные поступки и при этом каким-то удивительным образом всегда выходил победителем из любой ситуации.
- И что вы так долго? - в гуще атмосферной мелодии [audio]http://prostopleer.com/tracks/6549772SYxX[/audio]
раздается высокий голос Милоша, который стоя у стола в центре гостиной, вертел в руках бутылку с вином. - Я ради вашего приезда решил откупорить бутылочку бургундского DRC Romanée Conti 70-летней выдержки. Не каждый день я знакомлюсь с человеком, который осмелился окольцевать моего племянника. Шакс, надеюсь вы не против моего самонадеянного выбора с напитками и стариной Вольфгангом?
Саймон смотрит сперва на мужа, потом на дядю и решается вклиниться в процесс набирающего обороты гостеприимства дома Котиков. Оторвавшись от Шакса, он уходит на кухню за бокалами, которые Милош как-то сразу не подумал принести. Впрочем, Котика младшего не удивил бы тот факт, что дядя возжелал бы пустить бутылку с французским вином хрен знает какого года производства будто бы трубку мира, чтобы троица отпила его прямо с горла. Такой себе приветственный жест объединяющий души и сердца. Временно оставив самых дорогих мужчин наедине, Сай не торопясь идет по длинному коридору на кухню, рассматривая стены, которые Милош специально оставляет девственно пустыми и не загружает их картинами. По его мнению, картины не должны висеть где попало. Им нужно собственное широкое пространство, которое станет для них землей обетованной художественного масштаба. Поэтому несколько комнат были отданы под галерею, которая считалась у художника священным местом, где спят души. Да, Милош так же считал, что картины одухотворенные существа, так как художник в каждую из них вкладывает частичку своей души.
Пока Саймон ходил за бокалами, Милош успел откупорить бутылку с вином и рассказать Шаксу о происхождении напитка, который он выбрал для их знакомства. А после вновь вернулся к теме имен и фамилий, показывая свою не самую лучшую из сторон.
- Вы же немец, так почему носите чисто американского происхождения фамилию? Или она у вас от матери? И почему Шакс? Почему вас не назвали Гансом или Гербертом или Морицом? Ваши родители экспериментаторы? - цинично вопрошал Милош, время от времени поднося к носу пробку от вина и вдыхая насыщенный сладковатый букет из ароматов фруктов и меда. На половине ответа Шакса, вернулся Саймон с тремя бокалами и внес в неясную атмосферу каплю веселья благодаря своей счастливой улыбке. Вино медленно заполнило прозрачные сосуды, окрашивая стекло в насыщенно алый цвет. Котик вдохнул его пряный запах и слегка прищурился. Все же вина с таким сроком выдержки не простая жужка и крепость в них выше общедоступных напитков. Саймон не был поклонником алкоголя и это знал, как Шакс, так и Милош, которого в общем-то даже слегка удивило, что Сай так уверенно вцепился в свой бокал.
- Ты теперь сторонник горячительного? - поспешил уточнить Милош у Саймона.
- Нет, дядя. Но иногда, вот в таких случаях, я могу пересилить себя и выпить один бокал. Ты же знаешь - я и алкоголь враги навечно! - и кажется кто-то лукавил, и кажется кто-то сейчас в сторонке прыснул от смеха вспоминая боевое крещение Кота и его первый задушевно интимный контакт с унитазом в квартире его лучшего друга.
- Ну тогда, за встречу мальчики! За знакомство! И с Рождеством! - Милош поднял свой бокал и парочка молодоженов присоединились к нему. Прозвучал праздничный звон бокалов, лица засияли улыбками и по телу пошло приятное тепло от невероятно вкусного вина.

+1

31

Находясь здесь, у Шакса складывалось несколько двоякое впечатление. Почему-то с момента первого знакомства с Милошем, он был уверен в том, что этот человек посмеет задать ему еще кучу неудобных или же заезженных вопросов. Это словно как ты находишься на своеобразном собеседовании. Только как будто не на работу устраиваешься, а Милош проверяет испытуемого, тот ли это человек, с которым его единственный племянник теперь связан узами брака. Вполне возможно, что эти проверки совершенно ни к чему, поскольку жить Шаксу и Саймону друг с другом, а не его дядя или, к примеру, сестре Ллойда, но тем не менее самые близкие родственники должны знать о том, кем является супруг их отпрыска, пусть хоть и не совсем кровного. К слову, на том же самом собеседовании также могут задавать абсолютно разные вопросы, порой даже совершенно не касающиеся профессиональной деятельности, вот точно также и здесь. Милош представлял собой эдакого экзаменатора, только вот сдавать данный экзамен Ллойд не хотел по той причине, что не был к нему готов. Однако же брюнет был уверен в том, что - импровизация - это его все, вкупе с вежливостью, чувством юмора и уважением к "преподавателю". И это было только лишь началом...
Однако же, несмотря ни на что, Шакс дождался, пока Саймон просмеется, все это время улыбаясь и наблюдая за ним, потом все-таки жестом указал, что все-таки стоит направиться за хозяином дома, пусть хоть и не самым гостеприимным. Хотя кто знает, эта его оригинальность могла вылиться  в то, что ни Шакс, ни Саймон не ожидают.
- Сай, мне кажется, что ты знаешь обо мне уже если не все, то девяносто восемь процентов информации тебе точно известно. Именно этот девяносто восьмой процент я тебе поведал сегодня ночью. Ты помнишь, о чем я говорю, - мужчина ухмыльнулся, слегка приподняв бровь и, чмокнув мужа в щеку, охотно пошел с ним в гостиную, откуда уже полились звуки музыки. Шаксу нравилась классика, хоть и не вся, но Моцарта грех было не узнать. Этот великий классик занимал одно из первых мест среди тех музыкантов, которые производили на немца огромное впечатление. И, судя по всему, Милош разделял его вкус. Уже большой плюс и новая тема, которую можно будет обсудить с творческим человеком. У Шакса были очень уж разносторонние интересы, и в том-о и дело, что он мог поддержать разговор практически на любую тему, но откровенно признавался, что в некоторых аспектах жизни или каких-то увлечений не силен, чтобы не выглядеть идиотом.
- Простите нас, Милош, - улыбнулся Ллойд, входя в гостиную и наслаждаясь мелодией, льющейся из большого граммофона. Антиквариат, не иначе. И Шакс почему-то был уверен, что если бы здесь была Сэльветрис, то она осталась в доме чеха по меньшей мере на неделю, чтобы рассмотреть все старинные вещи, картины и предметы искусства, которые здесь были. Интересно, понравилась бы сестра Милошу? - Конечно, вина такой выдержки обладают неповторимым вкусом, поэтому я весьма признателен буду вам за то, что вы окажете честь откупорить эту бутылку в честь нашего с вами знакомства, - фразочку о том, что Милош знакомится с смельчками, которые посмели окольцевать Саймона, Шакс пропустил мимо ушей, и просто не стал ничего говорить по этому поводу. Все самые колючие вопросы могут быть еще впереди, и он был в этом целиком и полностью уверен. Саймон же тем временем куда-то ушел, видимо за бокалами, которых здесь не наблюдалось, и оставил дядю и мужа наедине. Шакс с удовольствием выслушал Котика-старшего о происхождении данного сорта вина, которое он выбрал, а далее последовал вопрос об имени и фамилии окружного прокурора
Конечно же, вы не могли не спросить меня об этом и проверяете то, как я отреагирую на то, что этот вопрос мне задают уже в милионный раз. Странно почему сам Кот не интересовался этим никогда, а вот совершенно посторонние люди проявляют к моим инициалам неподдельный интерес.
- Да, Милош, ваши вопросы абсолютно верные и позвольте мне объяснить и ответить на каждый по порядку. Вы правы, я немец по отцу, моя матушка - американка. У меня немножко все запутано, и во мне перемешано несколько кровей. Однако же моя фамилия у нас передается поколениями, потому что кто-то из предков моего отца также был американцем. Оттуда и пошло. А именем меня озадачила бабушка, - ухмыльнулся Ллойд, - поэтому экспериментатором, скорее, можно назвать ее. К сожалению, ее уже нет в живых, но у моей сестры не менее интересное имя. Ее зовут Сэльветрис, сокращенно я зову ее Сэль или Трис, - постарался объяснить прокурор, а в это время уже вернулся Саймон с бокалами, как и предполагал Шакс. Милош же вопросил о том, как давно Саймон стал употреблять за компанию, а парень успел быстро ответить, что он с алкоголем вечно будет враждовать, на что Шакс не выдержал и слегка фыркнул, вспоминая то, что бедного начинающего алкоголика скрутило от пина-колады, которой его щедро потчевал Курт. Тот день запомнился всем троим, а вечер так тем более.
- Да, за приятное знакомство и с праздником! - кивнул прокурор, и все трое соприкоснулись бокалами. Хоть Ллойд и знал, что Сай напиваться не будет, но тем не менее не мог не следить за ним и его состоянием уже чисто по привычке. - Милош, скажите, у ваших картин, у какой-нибудь из них есть какая-то интересная история ее создания?

+2

32

После ответа Шакса и праздничного звона бокалов Милош надолго "ушел в себя", чтобы переварить полученную информацию. Он медленно смаковал терпкое по своим вкусовым качествам вино и разглядывал потолок, то и дело странно ухмыляясь и щурясь. Милош был из тех людей, которые зациклены на своем происхождении и чтят чистоту крови. Не меньше для него значила фамилия. Котики были не последней семьей, которая владела неприкосновенным авторитетом в Праге. Все выходцы из рода Котиков были талантливыми живописцами, архитекторами, музыкантами, одним словом - люди искусства. Впрочем на Милоше и Саймоне сей блестящий род так и накроется медным тазом. Сай не задумываясь возложил на алтарь семьи то, чем так дорожит его дядя, а также саму возможность продолжения рода Котиков, а сам Милош...У него даже при огромном желании не выйдет наклепать наследников. Полноценная личная жизнь, которую дядя Сая так бережно скрывал от племянника все это время, была попросту недостижимой фантазией, о которой он перестал думать лет так с двадцати, когда его сразил наповал паротит, что в процессе спровоцировал бесплодие. Милош пробовал сожительство с женщинами, влюбляясь в собственных моделей до беспамятства, так что обещал им звезды с неба и весь мир к их ногам. Но со временем, каждая из его женщин однажды задавалась вопросом о замужестве и семье, тем более на кону стояли престиж рода и немалый капитал Милоша. Но увы и ах, как говорится. А когда Милошу представилась возможность воспитывать Саймона, он бросил свою гиблую привычку влюбляться, грея в душе надежду, что младший отпрыск Котиков реабилитируется после всех случившихся с ним несчастий и однажды придя к Милошу, скажет ему: "Дядя, ты скоро станешь дедом". Каким бы не был эгоистом Милош, но даже такой как он, задумывается о простых земных вещах, и дети, тема не для исключений. А что касается фамилии, которую присвоил себе племяш после замужества, так она Милошу не нравилась и еще больше опротивила, после пояснений Шакса, который вроде бы как не особо был увлечен собственным происхождением, раз вскользь озвучил фразу о "ком-то из предков" от кого пошел его род. Но это было мнением одного человека, который думает так, как не думает большинство. Чудаковатый чех, у которого с детства остались частичные признаки аутизма, что искривили его представление о мире и людях его населяющих.
- Сестра...Всегда мечтал о сестре. - вдруг заговорил Милош после длинной паузы и отставив бокал на одну из полок в гостиной, взял оттуда же пару рамок с фотографиями. Вернувшись к Саймону и Шаксу, он вклинился между ними и начал тыкать пальцем в стекло, как бы поглаживая очертания милого женского лица. На фото была Ева - мама Саймона. Губы Сая поджались и взгляд потемнел. Как бы сильно он не любил своих родителей и не чтил их память, но видя их улыбки на старых потертых фотографиях, парню становилось больно. Милош всегда скандалил с племянником по этому поводу, стараясь внушить Саю простую истину: "Память сердца вечная, но не зрительная. Чтобы образ близкого человека не стирался со временем, ему нужны краски. А краски мы находим в фотографиях и портретах".
- Это Ева - мать Саймона. Она была прекрасной женщиной и той самой сестрой, которой не было у нас с Петром. Пусть для него она была в первую очередь женой, но я с первых секунд нашего с ней знакомства принял её, как давно желанную сестру. А еще она была глупой. Но надеюсь Господь простил её за те вещи, которые она совершила.
- Дядя! - не выдержал Котик и обозленно смерил Милоша уничтожающим взглядом. Тот в свою очередь посмотрел на него весьма флегматично, но прохладно, выдерживая зрительное противостояние, которое с треском проиграл младший из Котиков. Саймон задетый за живое отвернулся от дяди и подойдя к граммофону снял иглу с пластинки. В данный момент Моцарт раздражал его. Гостиную тут же накрыла напряженная тишина.
- Чем тебе не угодил великий классик? - надменно спросил Милош у племянника. Кажется они давно не имели возможности вступить в семейные разборки.
- Не перегибай палку! - огрызнулся Сай.
- Молодой человек, кажется вам вино ударило в голову. Пройдите на лоджию и подышите свежим воздухом.
- И без Вас разберусь - Дядя! - нарочито фамильярно заговорил Сай уже на родном для обоих Котиков языке. Парень вихрем вылетел из гостиной в коридор, схватил курточку в прихожей и через смежную комнату ушел на лоджию курить. Саймон ненавидел разговоры о матери в таком контексте, который выносил на суд дядя Милош просто таки вырывая из парня с корнями тщетно забитое куда по-дальше в закрома памяти прошлое. А у Милоша было иное видение на этот счет. Он специально провоцировал Саймона, чтобы тот помнил и не забывал. Чтобы со временем, он не совершил тех же ошибок, которые по элементарной глупости и слабости совершила его родная мать. Милош хотел, чтобы племянник наконец стал сильным духом человеком, а не плаксивым затравленным сморчком, которого покусала жизнь. Поэтому и проверял его сейчас по старой уже привычке.
- Ничего не изменилось. Шакс, не идите за ним. В такие моменты его нужно оставлять наедине с самим собой. Или же он еще больше расклеиться. Я думаю, он все вам рассказал о себе и своих родителях, поэтому мне нет смысла юлить и что-то от вас скрывать. Я не могу простить Еву за то, что она сделала, насколько бы дорога она не была мне. Но Саймон мне дороже всех, понимаете? - Милош отставил рамки с фото и пригласил Шакса сесть на диван. Его указательный палец хаотично следовал за контуром нижней губы, когда он в задумчивости сидел на диване в деловой позе.
- Самое обидное, что как бы не было противно, как бы не старался, но всегда к этому мальчику будешь испытывать чувство жалости. Это его клеймо. Не знаю, как продвигаются ваши отношения, насколько сильны ваши чувства к нему, но Шакс...Я скажу вам это один раз в жизни - не причиняйте боль моему мальчику. Ему достаточно.
Милош смерил Шакса весьма грозным взглядом. Говорят, что порой одного взгляда достаточно, чтобы кровь застыла в жилах, наверное у Котика старшего был в арсенале подобный зрительный прием. Но он не хотел тем самым вывести Ллойда на тропу войны объявляя пожизненное противостояние, а просто предупреждал, как сделал бы это любой отец. А пока он был для Сая и отцом и дядей и всей семьей.
- Вы там что-то о моих картинах говорили? Интересная история написания? - резко перешел от темы к теме Милош, расплываясь в доброжелательной улыбке. - Скажу вам так, практически все мои работы имеют интересную историю, и лишь часть из них были написаны в таком состоянии, которое психиатры называют кататоническим возбуждением. Хотя я не шизик. Я начинаю видеть мир под другим углом и такие вещи, которые недоступны простым обывателям. Позже, я проведу вам экскурсию по моей галерее и расскажу о любой из картин, на которую вы ткнете пальцем. Кстати, я рисовал много портретов Саймона. Вам будет интересно на них посмотреть. У него очень выразительная мимика и взгляд. Кстати, что-то долго его нет. Думаю, вам стоит его поискать. Лоджия или его комната. А я пока пойду накрою на стол в столовой - у нас ведь семейный обед, как ни как.
Милош быстро объяснил Шаксу где найти Саймона и как не заплутать в огромной квартире, а сам удалился на кухню. Тем временем, Котик глушил свою душевную боль уже второй сигаретой, подставляя влажное лицо морозному ветру, что дул в открытое окно лоджии.

+1

33

Шакс чувствовал напряжение, исходящее от Милоша в то время, когда он начал рассказывать о том, откуда происходит его фамилия и, видимо, его ответ не особо понравился дяде Кота. Нет, тот не выразил никакого негатива и даже вообще ничего не сказал по этому поводу, только лишь молчал и внимательно слушал, но Ллойд не вчера родился для того, чтобы научиться понимать людей. Он был весьма неплохим психологом, достаточно много общался с людьми, чтобы научиться по мимике определять, понравилась ли услышанная информация собеседнику или же нет. С одной стороны окружному прокурору было абсолютно все равно, что скажет или подумает о нем Милош, но вот с другой стороны ему не хотелось становиться неугодным в этой семье. Не факт, конечно, что он вообще понравился Милошу, хотя и сам Шакс никогда не думал о человеке то или иное с первого лишь взгляда, но все-таки дядя Сая был гораздо старше его, многое повидал, и у него могло сложиться свое собственное мнение о том, кто рискнул стать для его племянника супругом.
Атмосфера была несколько напряженная, но вот поэтому Ллойд и задал вопрос насчет картин, дабы хоть как-то разрядить обстановку. Но, казалось, у него это не очень получилось, хотя говорить загодя было еще слишком рано. Но вот предчувствие у Шакса было каким-то не очень хорошим. Он и так нервничал перед самой поездкой к Милошу, хотя старался этого Саймону не показывать и усиленно делал вид, что все в порядке, переживая свои эмоции где-то глубоко внутри. И даже, наверное, Саймон ему поверил, хотя что-то скрывать от мужа Шакс не хотел. Потому что в отличие от него у Кота все чувства и эмоции были налицо, а вот Шакс был гораздо более сдержанным и даже казался ледяной скульптурой, из-за чего многие называли его айсбергом, даже не подозревая о том, какой накал страстей может бушевать внутри. Плохо скрывать истинные чувства, ведь в один прекрасный день Шакса могло просто прорвать и тогда тот, кто попадал под горячую руку, хотел совершить ритуальное самоубийство, по видимости, лишь бы не оказаться сметенным тем ураганом.
Но вот когда Ллойд вспомнил свою любимую сестренку, Милош словно оттаял, потому что хоть что-то сказал и, казалось, пришел в себя после длительных раздумий, когда уже окружному прокурору начало казаться, что тот спит с открытыми глазами. Мужчина благоразумно умолчал насчет того, что у его сестры вообще имя греческого происхождения, иначе бы Милошу это, вероятно, могло бы не понравиться еще больше то, что Шакс ему поведает. Да и вообще, какая разница, чистая у человека родословная или же нет? Отец Шакса имел огромное влияние в Германии, наверное, как и семейство Котиков здесь, в Чехии, но Гакс никак не мог взять в толк, почему нужно обязательно сохранять свою фамилию или чистоту крови. Но это были всего лишь его домыслы, поскольку Милош не подтвердил и не опроверг его непонимание происходящим. Саймон говорил о том, что его дядя странный человек, и Милош подтверждал это всем, чем только возможно. Но все-таки не уважать единственного родственника своего любимого мужа Шакс не мог и не имел на это никакого права.
- Да, я очень люблю свою сестру. Она мне ближе всех моих родных, вместе взятых, наверное, - абсолютно честно, но вместе с тем несколько отстраненно ответил Шакс, посматривая на Саймона. А Милош тем временем принес пару рамок с фотографиями, на которых была изображена мама Саймона. Ева. Шакс изначально был очень удивлен, когда узнал о том, что их дорогих матушек звали одинаково. Он тихо проговорил: - Мою маму тоже зовут Ева, - но после стал внимательно слушать то, что говорит ему Милош. видно было, что вспоминал мужчина о Еве с огромной теплотой и трепетом, но вот Саймон внезапно обозлился на дядю за его слова, выключил граммофон и после пары переругиваний, умчался в неизвестном направлении.
Замечательно, вот только мне семейных разборок недоставало для полного счастья. Пока что за Саем я не пойду, ему явно нужно побыть одному, а мои расспросы и сочувствие могут только раздражать.
И его мысли буквально подтвердил Милош, который сообщил о том, что для него Саймон дороже всех. И Шакс его прекрасно понимал. И его и Саймона. Конечно же Кот давно все рассказал своему мужу без утайки, и Шакс его слушал, не перебивая. Рассказ был очень тяжелым как для рассказчика, так и для слушателя, но все-таки такова судьба и, как бы мы не хотели что-то в ней изменить к лучшему, прошлого не вернешь. Несколько эгоистично и жестоко было так думать, но в какой-то мере Шакс считал, что если бы не случилось все так, как случилось, он бы не встретился с Саймоном или встретился бы при иных обстоятельствах, и они не были бы вместе. Но он был благодарен судьбе за то, что их дороги с Котиком пересеклись, и сейчас они являются супругами.
- Самое обидное, что как бы не было противно, как бы не старался, но всегда к этому мальчику будешь испытывать чувство жалости. Это его клеймо.
В какой-то мере Милош прав. Я и вправду жалел Сая, когда он мне рассказал обо всем. И о том, что с ним сделал собственный отчим. Милош до сих пор не может простить Еве то, что она связала свою судьбу с тем ужасным человеком, ведь если бы так не произошло, женщина была бы жива. И Саймон не был бы столь несчастным. Но несмотря ни на что он смог много добиться сам, и какие бы тяготы не доставляла ему жизнь, я буду рядом и постараюсь ему помочь во всем, что бы не случилось.
Шакс кивнул, взгляд Милоша не напугал его и не настроил как-то против, он был с ним согласен во многом. Но вот сейчас без Саймона ему стало как-то холодно, и мужчина уже хотел встать и пойти найти Кота. Окружной прокурор понимал, что Милош желает своему племяннику только самого лучшего и, возможно, Ллойд не тот, который может считаться самым лучшим, но по крайней мере он может попробовать стать таким.
- Не знаю, как продвигаются ваши отношения, насколько сильны ваши чувства к нему, но Шакс...Я скажу вам это один раз в жизни - не причиняйте боль моему мальчику. Ему достаточно.
- Я очень постараюсь сделать так, как вы говорите, Милош. С самого начала я сказал вашему племяннику одну вещь, что буду рядом с ним до тех пор, пока он меня не прогонит. И я исполню свое обещание. Нам обоим пришлось слишком многое пройти, и я знаю то, что предстоит еще немало, но я уверен в том, что если мы будем вместе, мы все преодолеем. Я с удовольствием посмотрю ваши картины, в особенности те, на которых вы изобразили Саймона. Спасибо вам за то, что вы сказали мне. Поверьте, это очень важно. Пойду найду его, - Шакс поднялся, Милош же рассказал ему, как найти Котика и покинул комнату. Ллойд нашел мужа без труда, тихонько полошел к нему сзади, положив руки на плечи и слегка сжимая пальцы. Какое-то время он ничего не говорил, дождавшись, пока Саймон нервно докурит сигарету и затушит бычок, потом обнял его за талию и прижал к себе. - Сай, не злись на своего дядю, пожалуйста. Я верю в том, что он желает тебе только самого лучшего и хочет, чтобы ты был счастлив. Прости ему его вот такую память и такое мнение. Я вижу, что он тебя очень любит. Не держи на него зла, хотя ты имеешь также полное право на свое мнение. Но Милош очень хороший человек, хоть и своеобразный. Мы оба тебя любим, и ты для нас важнее всего на свете, - Шакс сказал также и о себе, но все-таки хотел, чтобы Кот понял.

+1

34

Пепел второй по счету сигареты медленно осыпался и гонимый колючим холодным ветром, уносился прочь, куда-то в неизвестность, а может быть даже ложился под ноги прохожих вместе с искристыми снежинками. Стеклянный взгляд Саймона был устремлен перед собой. Он стоически замер в одной из тех задумчивых поз, которые редко поддаются фиксации объективов камер, что снимали известную модель вот уже пять чудесных лет. Еще несколько минут назад его обуревало раздражение и злость на родного дядю, который так некорректно упомянул мать Сая. Котик любил свою маму. Чтобы не сотворила Ева в прошлом, он её боготворил. Отсюда следует вывод, что любое негативно окрашенное слово сказанное в её сторону, порочащее её светлую память воспринимается Саем, как оскорбление его же личности. Глубоко в душе, так же как и Милош он не одобрял поступок матери, но в тот же момент, он не желал нести в своем сердце память о матери, как о порочной женщине предавшей его. Она была для него той, кому он обязан собственным рождением. Она была его ангелом хранителем, который наверняка не покидает его по сей день. Ему тяжело вспоминать её, так как память о ней самая дорогая. Отец ушел из жизни слишком рано, и воспоминания о нем составляют лишь крохотные крупицы, рваные обрывки памяти. А Ева...Иногда Саймону слышится её звонкий смех среди толпы, который заставляет резко оборачиваться и завороженно искать взглядом ту, что больше никогда не сможет назвать его по имени, сказать ему: "Сынок". Он помнит её нежный запах - ей всегда нравились приятные ароматы ванили и кофе. Саймон помнит, какими грустными становились её глаза, когда она вспоминала об отце и как тут же на её лице появлялась едва печальная улыбка, стоило Саю обнять её и сказать: "Я с тобой, мама". Глядя на свое отражение в зеркале, будучи уже взрослым мужчиной, Кот находил в нем многое от матери: глаза, ямочки на щеках, пухлые губы. Она словно стала частью Саймона, найдя в нем собственное продолжение.
И вот сейчас, думая о ней, Котик не мог заставить свое сердце биться медленнее. А может быть всему виной слишком большая доза никотина? Во рту стало очень горько, так что свело скулы. Парню было зябко, его всего колотило, как во время сильной лихорадки. Но уходить отсюда, возвращаться в компанию бесчувственного дяди он не желал. Сгоряча Саймон мог бы наговорить ему кучу гадостей, за которые после ему было бы очень стыдно. Они не виделись так давно, что лишняя ссора только усугубила бы весь трагизм их существования порознь. Но как, как себя вести? На миг Котик захотел стать одной из снежинок кружащихся по ветру. Такой же легкой и безмятежной. Но доля снежинки предрешена и неизбежна, а жизнь Саймона еще такая длинная. У него есть уйма времени, чтобы начать работать над собой. Как говориться: "хочешь изменить мир - начни с себя". Многие проблемы Котика основывались на его сверхтонкой эмоциональности. Во многом ему следовало вести себя сдержаннее и не принимать близко к сердцу то, что давно исчерпало себя. Матери больше нет и её суицид никак не стереть из памяти. Прошлое не перепишешь и его нельзя выбросить из головы. Но в силах Котика не допустить в будущем тех же ошибок, что совершила в свое время Ева. Это пытался и пытается внушить племяннику Милош, которому далеко не безразлична судьба мальчика, которого он принял, как собственного сына. И Саймон прекрасно это понимал, но...
- Сай, не злись на своего дядю, пожалуйста...- голос мужа. Руки мужа ложатся на плечи и крепко их сжимают. Его сила способна избавить тело от неуемной дрожи. Саймон протяжно выдыхает, чуть ли не издавая болезненный стон. Сигарета выпадает из его пальцев и неумышленно летит за пределы балкона. Шакс притягивает парня к себе, обвивая его талию столь мужественными руками. Кот подается назад и кладет голову мужу на плечо, стоя так молчаливо еще некоторое время. Он слушает все, что говорит ему Шакс и в какой-то момент на его губах промелькнула тень теплой улыбки. Он прекрасно знал о чувствах любимого человека и родного дяди. Их любовь такая же осязаемая, как и объятия мужа в этот холодный зимний день. Но Саймону грустно. Грусть не покидает его сердце и она живет там слишком долго, претендуя на право быть в нем прописанной.
- Он боится, что я когда-нибудь уйду так же, как Ева. - произносит бесцветно Сай, разглядывая ладони Шакса, что цепко обхватили его талию. - Боится, что её слабость перейдет мне по наследству. Но мне ведь незачем так поступать, правда? Жизнь никогда не казалась мне дерьмом, чтобы со мной не происходило в прошлом. Я любил и люблю её. Даже не знаю, что способно повлиять на меня так, чтобы я обзавелся желанием покончить с собой. Наверное горе моей матери было слишком невыносимым. Говорят, что Бог не посылает нам испытания, которые мы не способны вынести. Значит...Её испытание было невыносимым. Или я просто оправдываю свою мать. В любом случае, пока у меня есть ты, - Котик медленно развернулся к мужу, смотря на него искренне любящим взглядом и накрывая ледяными ладонями его щеки, - а еще этот вредный Милош, Миша, крестники, Курт, Сэль и все остальные...Я никогда не решусь на харакири, будьте спокойны. И я тоже люблю вас. Очень сильно люблю.
Саймон нежно поцеловал Шакса в губы и крепко обнял. От объятий мужа он получал не только тепло, но и душевное умиротворение. Поэтому придя в столовую, где Милош эксцентрично накрывал на стол, словно рисовал очередной шедевр (цветы, посуда, приборы, еда и напитки были расставлены в удивительной цветовой гамме), Кот с порога тихо пробубнил:
- Милош, спасибо, что переживаешь за меня. Прости меня.
Дядя на миг замер, будто бы прибывая под действием сильнейшего галлюциногена и видя свой ярчайший в жизни глюк. Он уставился на племянника во все глаза, так что нельзя было предугадать, что же в сию минуту выдаст его мозг. Но он лишь молча кивнул Саю, пожал плечами и прочистив горло, продолжил как не в чем ни бывало поправлять идеально разложенные приборы. Лишь во время ужина, который Милош приготовил собственноручно по случаю приезда любимого племянника и его супруга, он обронил среди десятков фраз жизнеутверждающее:
- Ты стал настоящим мужчиной.

+1

35

Наверное Шаксу было сложно понять то, что так тревожит Саймона. Он видел, что муж грустит и старался найти те самые слова, которые могли бы его подбодрить настолько, чтобы он хотя бы на какое-то мгновение забыл о своей грусти и не ругался с дядей. Да, Милош был очень эксцентричным человеком, от которого можно было ожидать всего, что угодно, но тем не менее за свою жизнь и за свою карьеру окружного прокурора Шакс видел много самых разных людей, со своими характерами и самыми разнообразными оттенками в эмоциях. Среди них были запуганные люди, слишком уж взрывные, злые и спокойные, подобно самому Шаксу, а бывали и те, про которых говорят: в тихом омуте черти водятся. Поэтому в какой-то мере знакомство Ллойда-старшего с Милошем Котиком не было для него чем-то новым. Единственное, в чем была громадная разница между теми людьми, которые приходили на прием к прокурору или против которых он давал показания на судебном заседании, так это в том, что они были для него никем. Обычные клиенты, которых он и видит-то всего один раз в жизни. А Милош был единственным родственником мужа, и с ним следовало наладить максимальный контакт, чтобы мужчина был уверен в том, что его единственный племянник попал в надежные руки. Да, конечно Шакс не знал тонкостей в отношениях между Милошем и Саймоном, он не был посвящен в нюансы их семейных разборок, но в одном он был уверен, что всему свое время.
Сколько Шакс себя помнил, он никогда не подталкивал Саймона к тому, чтобы он немедленно рассказал ему обо всем, что вызывает интерес у Ллойда. Так случилось в тот самый страшный вечер, когда Саймон признался Шаксу в том, что его изнасиловал собственный отчим. И парень никак не рассчитывал на ту реакцию, которая возникла тогда у немца. Он думал, что Ллойду станет противно, что тот немедленно отвернется от него, но Шакс был не так воспитан, более того, он искренне любил Котика и желал ему только самого лучшего. К тому же...отказываться от любимого человека из-за того, что у него в детстве произошла самая большая трагедия в жизни,  более того, даже не одна, по меньшей мере глупо и жестоко. Поэтому тот вечер хоть и не обошелся без легкой ссоры между двумя парнями, но все-таки все закончилось хорошо, и они смогли понять друг друга, а также сделать один большой шаг к еще более глубокому доверию. А сейчас ситуация снова несколько накалилась, когда Милош вспомнил о Еве, матери Саймона, а тот и вспылил, потому что суицид самого близкого и важного человека в жизни Кота, подкосил юношу, который проходил лечение в психиатрической клинике после изнасилования отчимом, еще сильнее. Вот и сейчас Шакс высказал свое мнение о сложившейся ситуации и замолчал, давая Саймону обдумать все то, что он сказал.
К тому же он для себя уяснил один очень немаловажный нюанс, что при разговоре с Саймоном надо всегда очень тщательно подбирать слова, поскольку так недолго обидеть и поссориться. Так чуть не случилось вчера, когда Сай объявил о том, что уедет на полгода, и Шакс чуть дар речи не потерял, хотя высказался в очень обидной своей манере. Ну что поделать, у прокурора была отвратительная привычка придираться к словам, и доебаться, как говорится, он мог даже до фонарного столба при желании. Но он учился на собственных ошибках, поэтому сейчас молчал, уткнувшись в макушку Кота и сильнее обнимая его, прижимая к себе. Сай не оттолкнул его, а это значит, что есть шанс, что муж успокоится и помирится с дядей. Также весьма внимательно Ллойд выслушал то, что сказал Саймон ему несколькими минутами позже, в том числе и о собственной матери. Он облизнул пересохшие губы, слегка передернув плечами от холодного ветра, который усилился, кружа снежинке в каком-то замысловатом танце. А вскоре Саймон повернулся к нему, заключив лицо Шакса в ладони. Шакс улыбнулся уголками губ, все также обнимая мужа.
- Я ни в чем не обвиняю твою маму. Во-первых, не имею на это никакого права, а во-вторых я считаю, что та беда, которая случилась с тобой стала для нее непомерной ношей. Ведь каждая мать стремится защитить своего ребенка от всех жизненных невзгод, а то, что произошло с тобой, для нее было слишком сильным ударом. Ведь каждый человек переносит трудности по-своему. Кто-то ломается, кто-то становится сильнее. Она ушла, потому что поняла, что не смогла защитить тебя, а уход самых близких людей для каждого человека это ведь тоже своеобразная ноша. Милош все прекрасно понимает, просто он расценивает ситуацию со своей точки зрения и он...очень боится потерять тебя. Может поэтому и говорит несколько грубо, что злит тебя. Знаю, что понять нелегко, но ты все-таки постарайся. Может быть не сразу, не сегодня и не сейчас, но просто постарайся поставить себя на его место, - от нежного поцелуя частое сердцебиение Шакса, который все-таки переживал за своего мужа, несколько успокоилось, и он улыбнулся более открыто и широко, и эта улыбка была ободряющей и была адресована только Саймону. - мы тоже тебя очень любим, а уж если ты доверился мне настолько, что согласился связать себя узами брака со мной, то я поклялся перед Богом, что буду защищать тебя. Может быть в какой-то мере я выполнил этот своеобразный долг перед твоей мамой в тот момент, когда понял, что очень боюсь потерять тебя в тот страшный миг, когда произошло крушение Боинга. И в дальнейшем я уверен, что все у нас будет хорошо и даже лучше. Не все же полосы в жизни черные.
Шакс мягко взъерошил прическу Саймона, погладив его по голове, и оба парня вернулись обратно в столовую, где уже вовсю хозяйничал Милош, и пахло настолько вкусно, что у Шакса моментально заурчало в животе. Саймон с порога пробурчал извинения, но все-таки когда все расселись за стол, Ллойд заметил, что Милош эти извинения принял, а также своеобразно был благодарен Шаксу за то, что ему в какой-то мере удалось успокоить своего мужа. Шаксу было интересно также еще и то, что Милош расскажет о своих картинах, а также вполне возможно, что у него бывают выставки, на которых немец также не отказался бы побывать. А сложная ситуация вроде бы сошла на нет, и у Ллойда отлегло от сердца.

+1

36

Как и сказал Шакс, в жизни не бывают лишь одни черные полосы. Конечно, случаются просветления и в эти прекрасные моменты эфемерного счастья стараешься как можно дольше задержать голову в облаках, побыть немного веселым идиотом и прочувствовать сладость существования. Мы так устроены, что происходящие в наших судьбах болезненные удары, воспринимаются трезвее и жестче, чем к примеру мимолетные приливы радости. Мы склонны к переживаниям и как бы не хотелось научиться быть пофигистами, нам и тысячи лет жизни не хватит, чтобы хотя бы чуть чуть скорректировать в себе ген отвечающий за дурацкое чувство тревоги. Вот и сейчас, сидя за обеденным столом и вроде бы прибывая в отличном расположении духа, Саймона не оставляло назойливое чувство тревожности, подкрадывающееся к нему как бы со спины. Он старался отбросить прочь мысли о долгой разлуке с Шаксом, о том, что вскоре ему придется последний раз с головой окунуться в непростой, но вместе с тем такой будоражащий мир моды, благодаря которому о нем узнал весь мир. Котик давно принял для себя решение и расставил приоритеты так, как было бы лучше не только ему. Он учел все, хоть и пришлось идти на маленькие (по сравнению со всем, что ему придется терять) жертвы. Он еще не раз будет просить прощения у мужа, которого так беспощадно огорошил новостью об отъезде. Но ведь, в любой ситуации найдутся как минусы, так и жирные плюсы.
Я останусь с тобой. Буду только твоим. Наконец ты сможешь отобрать меня у всего мира. Я исполню твое желание и мы будем вместе столько, насколько хватит твоих железных нервов, твоей устрашающе безмерной выдержки. Я же не подарок, да любовь моя? В какую рисковую авантюру ввязался ты тогда, когда мы впервые встретились. Как легко ты повелся на мои уловки и...Уверен, ты влюбился в меня с первого взгляда. Ты лукавишь, о, как ты лукавишь называя себя айсбергом! Я тот, кто растопит любой, даже самый холодный и крепкий лед в твоем сердце. Ты любишь меня и только  попробуй не любить меня так же сильно, как люблю тебя я!
Саймон завороженно смотрел на мужа, который увлеченно беседовал с Милошем. Иногда в нем даже просыпалась какая-то странная ревность к этим двум мужчинам. Ему и нравилось то, что они оба так легко нашли общий язык, порой переходя на кажущуюся какой-то демонической болтовню на немецком; в тоже время, Сай хотел заткнуть им рты и развести по разным комнатам. Спрятать по-дальше, чтобы на их лицах не было таких любезных улыбок, чтобы их жесты не были настолько панибратскими, будто бы Милош и Шакс были какими-то давними знакомыми. Дядю вообще было не узнать! Скрытный и нелюдимый Милош Котик проявлял доселе нераскрытые племяннику таланты по обхаживанию гостей. В те времена, когда Сай был зеленью и жил за дядиной спиной, Милош редко баловал его настоящей домашней едой, тем более собственного приготовления. Кот младший безусловно знал о его многогранности, о его тысячи и одном таланте, но чтобы Милош так вкусно и разнообразно готовил...А еще эта его обходительность! Откуда ей было взяться, когда в глубине души Милош отстраненный от социума аутист. Сегодня он много говорил. Саю показалось, что за все то время, что он знал своего родного дядю, он не слышал от него и половины тех слов, что в данный момент сыпались на Шакса. Шакс понравился Милошу?
- Мне кажется, я готов познакомить вас со своей святая святых, - быстро сказал Милош, вставая со стола и бросая на стул полотенце, которым тщательно вытер каждый палец по два раза. Саймон никогда не придавал этой его привычке особого значения, хотя однажды узнал из банальной статьи в интернете, что повторяющие друг друга по нескольку раз действия дяди, признак психического расстройства. Сколько тараканов было в голове Милоша не знал никто, даже Котик младший. - Шакс, вы же хотели видеть мои работы. Я покажу вам свою галерею, а еще проведу экскурс по самым любимым из моих творений. Если конечно мои рассказы вас не утомят...
Милош попытался улыбнуться, но получилось как-то криво и неловко. Его губы словно сковал спазм и его всего передернуло. Саймон издал тихий смешок, который утонул в его вовремя подставленном кулаке, понимая, что дядя попросту стесняется. Кот встал из-за стола следом за любимыми мужчинами и подтолкнув мягко Шакса в спину, шепнул ему на ухо:
- Ты ему понравился. Если он собрался рассказать тебе о своих картинах, ты определенно ему понравился. Я рад, что вы поладили. - а потом Сай оставил Шакса наедине с Милошем, а сам быстро прошел в прихожую, где порывшись в собственной сумке, достал из неё флакон с обезболивающими таблетками, которые тут же высыпал на раскрытую ладонь и проглотил не запивая. Голова раскалывалась. И каждый раз, когда Саймона одолевали подобные вспышки боли, он волей неволей вспоминал авиакатастрофу, ночь в палате интенсивной терапии и лицо мужа, который тогда еще им не был, но с таким чувством признавался парню в любви...

***

-...а это одна из моих самых сложных работ, - понизив голос, произносит Милош, указывая Шаксу на портрет ребенка с затравленным взглядом, похожим на Маугли, которого нашли в глубине леса. Ребенка в разодранной детской ночной рубашке, который был больше похож на девочку с длинными кучерявыми волосами, чем на мальчика. Но это был мальчик. Худой, скорченный на грязном подобии матраса мальчик, чье тело покрывали синяки, ссадины и пятна запекшейся крови. Казалось, что это вовсе не портрет и мальчик вот-вот сойдет с холста и всю галерею настигнет его сокрушительный, жалобный, охрипший крик о помощи. Но это был портрет. Настолько реалистичный и прописанный до мелких деталей, передающий всю глубину душевного состояния покалеченного ребенка, что во рту появлялся странный железный привкус, а по коже пробегал леденящий холод.
- её нет в моих каталогах. Это моя память. Её самые болезненные обрывки, которые я перенес на холст, чтобы они не душили меня. Но я обязан помнить. В наказание за то, что не был с ним близок до того, как он переступил порог моего дома оставшись сиротой, я вынужден смотреть в его молящие о помощи глаза каждый день. У каждого свой крест, Шакс.

0

37

Конечно Шакс не был изначально уверен в том, что день сегодняшний пройдет гладко. В особенности, когда Саймон ему поведал о том, что Милош Котик - не самый простой в общении человек. У каждого из них за плечами определенный жизненный багаж, и в какой-то мере у Саймона он - наименьший из всех, но вот то, сколько пришлось вытерпеть на своем веку Котику-младшему, порой и взрослый, умудренный опытом и годами, человек не выдержит. Ллойд никогда никого не судил, более того, он был не судьей, а обвинителем в какой-то мере. Из-за насмешки или по велению судьбы ли? Но он осуждал то и тех, кто, по его собственному мнению, а также по закону был виновен. Да, конечно случалось так, что осуждали тех, кто не был виноватым и стал своеобразной жертвой, однако жизнь всегда сама все расставит по своим местам, и может случиться так, что и обвинитель станет обвиняемым. Но по всей видимости кто-то сверху хранил Шакса Ллойда от бед, хотя и неприятности не обходили его стороной. Вот и сейчас, когда он стал сильно сомневаться в верности и преданности своей помощницы, которая явно от него что-то скрывала, но прокурор в будущем обязательно это выяснит. И открытие для него будет не из самых приятных. Придется в очередной раз разочароваться в человеке, которого считал своим другом. Но лучше не иметь друзей подобного рода, и отныне Шакс будет относиться к людям с еще большим подозрением, чем раньше. Но это будет совершенно другая история...
Я не могу все-таки не задумываться о том, что нам придется в скором времени расстаться. И срок разлуки будет очень уж длительным. Я никогда не расставался с теми, с кем встречался так надолго. А ведь Саймон стал для меня человеком гораздо большим, чем просто очередная пассия. Он - мой муж, а это значит, что я просто обязан взять себя в руки, а свою злость и гордость засунуть как можно дальше. Сейчас хоть и есть современные средства связи, с помощью которых можно быть онлайн практически круглосуточно, но ведь так не получится. Саймон ведь едет работать, да и я не собираюсь полгода сидеть и депрессировать по тому поводу, что мы расстанемся уже так быстро после свадьбы. Ладно, не хочу об этом думать.
А Милош, казалось, как-то даже воодушевился, раз разговорился с Шаксом. И даже вполне себе прекрасно говорил по-немецки, отчего Ллойд удивился не меньше. Да, он сам знал несколько языков, что довольно-таки сильно помогало в командировках, да и в общении тоже, но он даже и не думал, что Котик с ним заговорит именно на его родном языке. Это удивление было из разряда приятных. Саймон, по-видимому, не понимал, о чем именно говорят Шакс и Милош, и как-то несколько недоверчиво косился на них, но уже при виде того, что его дядя довольный, а муж начал держаться более уверенно и расслабленно, казалось, тоже несколько расслабился. Шакс не стремился понравиться Милошу, но ему очень хотелось, чтобы единственный родственник Сая был целиком и полностью уверен в том, что его племянник сделал правильный выбор. Но он также не был уверен в том, что его родители примут его выбор, ведь наверное каждый человек хочет, чтобы его ребенок был счастлив...как бы это выразиться, с представителем противоположного пола, но никак не своего. Хотя Шакс довольно часто разговаривал с родителями, чтобы те не чувствовали себя брошенными, но все-таки он понимал, что просто обязан будет познакомить родителем с Саймоном. И как они отреагируют...бог их знает. И это несколько напрягало. Но сейчас думать о подобном было очень рано. Когда настанет час икс, тогда и время для паники, но никак не заблаговременно...
- Правда? - Шакс несколько отвлекся от своих невеселых мыслей в тот момент, когда Милош сообщил о том, что готов показать ему свою галерею. Не сказать, что немец был уж таким ценителем искусства, но он всегда почитал чужой талант, если это действительно могло считаться талантом. А в том, что дядя Саймона был талантлив, Ллойд не сомневался. - Я с удовольствием посмотрю все и послушаю ваши рассказы об истории того или иного шедевра, - а потом Саймон с улыбкой сказал мужу, что рад за то, что дядя и Шакс поладили. - Я очень надеюсь, что это так и есть. И я верю в то, что Милош действительно принял твой выбор, да и меня в качестве спутника жизни. Я так понимаю, что сейчас пойду один с Милошем. Постараюсь скоро вернуться, но ничего не обещаю, поскольку не знаю, на сколько твой дядя воодушевится и что именно поведает мне.
Ллойд встал, несколько одобряюще сжал руку Саймона и направился вслед за Милошем в галерею. Он и вправду рассказывал ему о возникновении тех полотен, которые висели в галерее, а потом подвел Шакса к той картине, от которой окружного прокурора чуть не передернуло. Во рту моментально пересохло, и, смотря на эту картину, немец непроизвольно сглотнул ком, подступивший к горлу. Он замолчал, и в этот момент в мозгу сразу же всплыли воспоминания о том, что рассказал ему одной дождливой ночью Саймон. О своей самой большой трагедии в жизни. И Шакс также совершенно отчетливо вспомнил все свои ощущения в тот момент. Наверное впервые сегодня он не знал, что сказать, да и стоит ли вообще. Он просто подошел к Милошу, положив руку тому на плечо и ощутимо ободряюще сжал. И только потом смог что-то произнести.
- Я знаю об этом, Милош. Однажды Саймон рассказал мне обо всем и даже решил, что я его сразу же брошу, как узнаю. Я согласен с вами, но знаете...я считаю, что несмотря на крест, у каждого есть свой ангел-хранитель. Правда в моем случае он порой в шоке от того, что я вытворяю, но все-таки я хотел бы постараться стать таким же своеобразным хранителем для Саймона. До ангела мне очень далеко, но все-таки я готов пообещать вам, что буду стараться. И я благодарен вам за то, что вы показали мне эту картину. Мы не должны забывать, но если рядом те, кто смогут сделать нашу жизнь хоть чуточку счастливее, это тоже очень важно.

+1

38

Сай подошел к двери ведущей в галерею и застыл у порога. Он горячо любил искусство в разных его проявлениях, а живопись вызывала в нем приятную дрожь и волнение. Но картины дяди пугали его. С самого детства. И до сих пор. Милошу каким-то мистическим образом удавалось рисовать так, будто бы его рука не человеческая, а самого дьявола, который может вывернуть наизнанку любую душу и запечатлеть её в своем творении. Люди на его картинах получались настолько выразительными и открытыми, что глядя на тот или иной портрет казалось, будто бы нарисованный человек потерял свою нематериальную защиту и все его секреты, его скрытые стороны и чувства хлынули нескончаемым потоком, обрушиваясь на внимающему искусству любителю красок, масла и туши. Люди на портретах Милоша совершенно беззащитны и предсказуемы. Они слабы перед миром и тем необъятным искушением, что преследует каждого из нас день ото дня. Хотя есть в его работах и те, что оставляют после себя густой и терпкий след загадочности. Но не всегда творчество Милоша можно понять и тем более принять. К примеру, Саймон ненавидел работы дяди посвященные ему самому. Будь на то воля Котика младшего, он бы сжег дотла все свои портреты, несущие в себе сплошной негатив. Особенно тот, на котором он постиг самое жуткое и омерзительное унижение в своей жизни. Имея фотографическую память, Милош запомнил тот эпизод из истории семьи Котиков, когда он привез Еву из санатория домой и они стали свидетелями гадкого преступления, а потом, он просто взял и перенес свои воспоминания на холст. Этой своей картиной, он нарочно дает Саю отрезвляющую пощечину - он был там, он спасся, он...Опорочен. Навсегда. И как бы не пытался наладить свою жизнь, Саймон не способен забыть прошлое, к которому привязан колючей проволокой.
Значит, крест, да? Как же он достал меня, этот крест...- подслушав разговор дяди и Шакса, Кот тихо ударил кулаком по стене и замотал головой, как бы прогоняя из своего подсознания до боли яркие воспоминания. Его взгляд уперся в обручальное кольцо, а под ним красовалась совсем свежая татуировка, которую он набил себе и Шаксу в знак их вечной любви. По крайней мере они рассчитывали на вечность - не больше, не меньше. И он понял одну вещь - приехав в Прагу, он вынудил себя на печальную экскурсию по прошлому. Этот город - и есть его прошлое. А прошлое, следует оставлять в прошлом. Его нынешнее место рядом с любимым человеком. С ним он наслаждается настоящим и трепетно лелеет их будущее. А с прошлым пора бы уже кончать и прекратить обращать вспять то, что заезженной призрачной кинолентой прокручивается в памяти, в снах и разрывает реальность на две части. Нет, дядя не прав. Или же прав, но отчасти. Крест несут те, кто когда-либо ошибались, сворачивали с пути истины на путь лжи, предательства и всех тех порочащих душу соблазнов, за которые в будущем приходится расплачиваться. Саймон не был святошей. Как и любого другого человека, в нем жили свои черти подталкивающие его пинками на разного рода грешки. У него не было белых крыльев за спиной и фирменного нимба над головой, чтобы его можно было назвать святым или непорочным агнцом. Нет! Безусловно, у него есть свой крест, который он несет и знает за что он его несет. Вот только совсем недавно, до него начала доходить суть событий прошлого. Он многое переосмыслил в своей жизни и понял и принял одну вещь - он не обязан нести чужой крест. Если раньше он считал себя косвенно причастным к суициду матери, то сейчас, будучи взрослым и зрелым молодым мужчиной, который так или иначе смог приобрести средний багаж опыта и знаний, Саймон может избавиться от тяжелой ноши. Он не виноват. И она не виновата. Каждый человек поступает так, как велит ему душа и сердце. Возможно, Ева не могла по другому жить и видела выход лишь в добровольном уходе. Единственное, что должен Сай, так это помнить. Помнить мать, отца и то время, когда они были вместе. Вспоминать о хорошем прошлом и научиться мериться с любыми его трудностями, оставлять их далеко позади. Не оглядываться. И вообще - не думать о прошлом, как о кресте. Поэтому Котик младший и не согласен с дядей на все сто. Пора было прекращать этот лишний экскурс по трагическим событиям семьи Котиков. Саймон не скрывал от Шакса ничего, но и не хотел чтобы муж лишний раз думал о нем, как о жалком мальчишке. Тот жалкий и беззащитный мальчишка остался на одной из пожелтевших страниц огромной книги названной судьбой. Пора перелистнуть страницу и сочинять новую историю.
- Дядя! Зачем ты показываешь ему это...Прости, у меня язык не поворачивается назвать ЭТО искусством! - Кот вошел в галерею так стремительно, что и сам не заметил, как его ноги понесли. Он подошел к Шаксу и вцепился в предплечье мужа. Насупив брови и кусая губы, он с отвращением смотрел на свою масляную маленькую копию. О, сколько раз он видел этот жуткий потрет! Вот бы взять его, да спалить!
- Тогда мой дорогой, ты не мыслишь в искусстве ВООБЩЕ, - чуть ли не по слогам произнес Милош и сложив руки на груди, строго смерил Сая испытывающим взглядом.
- Шакс, это было очень давно и совсем не правда. Это не я. И вообще, лучше бы Милош показал тебе что-то реально стоящее, - быстро запротестовал Котик, который уже как месяц был Ллойдом. Голова болела активно спорить с родным дядей, поэтому Саймон  молча прижимаясь к мужу, рассматривал мраморный пол у себя под ногами.
- Реально стоящее? Может быть мне показать того самого мальчика с чупа-чупсом, портрет которого так и кричит зарождающейся сексуальностью? - от слов Милоша Сая бросило в жар и его уши запылали багровым цветом.
Шакс, уведи меня отсюда...-чуть ли не выл глубоко в душе Кот, уже устав краснеть от выходок дяди.
- Милош! Ну прекрати, умоляю тебя! Разве я центр твоей Вселенной, чтобы ты выставлял меня на первый план? И вообще...Я говорил тебе, что ухожу из модельного бизнеса? Я же говорил, правда? Или нет? Черт, моя память такая ужасная, как-будто мне лет восемьдесят...- Котик потер кончиками пальцев висок и зажмурился. Головные боли, частые потери памяти и забывчивость, слабость в руке, которая иногда вообще теряет чувствительность - всё эта блядская травма!
- Ах, вот так да? Не говорил. Ну что ж. Ты откусил от этого приторного ядовитого пирога достаточно большой кусок. Жалеть тебе не о чем. Ты молод и можешь пробовать себя где угодно, лишь бы тебе от этого было хорошо. Знаете, об одном прошу вас обоих - не спешите к размножению. Слышал, что в ваших кругах модно плодится посредством временного инкубатора в виде мадам с поношенной маткой. Ужасно. Живите для себя. А то вдруг еще разбежитесь через год, а дети? А они чаще не цветы жизни, а обуза. И не смотри на меня так Саймон. Чтобы ты не говорил, но тебя я ставил в центр своей Вселенной.

Отредактировано Simon Lloyd (2015-08-19 20:47:53)

+1

39

Шакс смотрел на эту дикую картину если не с отвращением, то с каким-то ужасом. Как же мог вот так Милош запечатлеть на куске холста то, что пережил Котик много лет назад. Жестокости и извращенности человеческой фантазии нет и не будет никогда предела. По своей работе Ллойд сталкивался со множеством таких ужасов, о которых обычный человек и не подозревает. Ему попадались такие маньяки, что, читая материалы по уголовным делам, которые были посвящены этому зверью (иного слова окружной прокурор просто не мог подобрать), мужчине казалось, что он попросту поседеет скоро. Это было ужасно, мерзко и отвратительно и даже самая высшая мера наказания для таких извергов была мала и буквально ничтожна. Вот бы их самих подвергнуть тем же пыткам, которым они подвергали своих несчастных жертв. Да, можно было что-то говорить про суд Божий, но это все если и будет, то после смерти, а искалеченные людские уши уже ничем не излечишь. Вот также было и с Саймоном, который поведал когда-то своему будущему мужу страшную тайну своего не менее страшного прошлого. Шакс даже не хотел представлять себе то, что испытал когда-то Сай, но вот как удалось Милошу воссоздать такую мерзкую картину? Будто бы он см там присутствовал. Ведь не мог же Сай когда-то предстать перед ним в таком вот виде. а может Милош и вправду это видел? Немец не стал его расспрашивать, он понимал, что показывая эту картину ему, дядя Сая и сам невольно вспоминает о том, что случилось в родной ему семье. Или же это просто эдакое своеобразное видение художника, видение того подсознательного ужаса, что владел в тот момент Саймоном. Прокурора несколько передернуло и он, не в силах смотреть на это больше, отвел глаза. И все-таки смерть для таких людей, как отчим Сая, слишком мала...
И в этот самый момент в галерею зашел Кот, который практически сразу метнулся к мужу, возмущаясь тому, что дядя показывает Шаксу именно те картины, от которых чуть ли не голова болеть начинает, потому что невольно все это себе представляешь. Он слегка приобнял за талию вцепившегося в него Саймона, чуть вздохнул и молча наблюдал за тем, что разнервничавшийся Саймон высказывает дяде то, что лучше бы тот показал Ллойду-старшему другие свои творения. Шакс несколько заинтересованно посмотрел на Милоша - ведь не все же его творения, посвященные племяннику, такие ужасные? Но экскурсия длится не так уж и долго и вполне возможно, что прокурору доведется еще увидеть что-то такое, что ему понравится. Не менее внимательно немец смотрел и на мужа. Тот находился в недовольном возбуждении и, судя по всему, у него снова разболелась голова, поскольку зрачки парня были расширены, некоторые движения были более резкими, чем обычно, и прокурор легко прижал Сая к себе.
- Сай, искусство бывает разным. Значит Милош счел правильным показать мне именно эту картину. Я понимаю...нет, не понимаю, но пытаюсь понять то, что от негативных воспоминаний мы стараемся избавиться всеми силами, однако , к сожалению или к счастью, тебе была дана именно такая жизнь. И как я уже сказал, что постараюсь сделать все, дабы в дальнейшем в твоей судьбе было побольше светлых полос, - и тут Милош сообщил о том, что готов показать Шаксу какую-то другую картину про мальчика с чупа-чупсом. Видимо у прокурора стало гораздо более заинтересованное и хитрое выражение лица, с каким он посмотрел на дядю своего мужа, что Котик сразу же запротестовал, покраснел и зачастил о том, что он собирается завершить свою карьеру. Он фыркнул и покачал головой. - Я готов любые картины посмотреть, какие мне позволит Милош и сочтет нужным мне их продемонстрировать. И даже ту, про мальчика. Мне интересно очень, - поддразнивал он Саймона, чтобы только они с Милошем снова не поругались. Еще только этого не хватало, чтобы встреча дяди и племянника после столь долгой разлуки, превратилась в выяснение отношений. Он видел, что несмотря ни на что Милош очень любит Саймона, к тому же после сего тот подтвердил догадки Шакса, сообщи о том, что Саймон является центром его Вселенной. Кивнул, целиком и полностью соглашаясь с ним.
Хотелось бы посетить не только Милоша, но и другие места, которые приносят Саймону хорошие воспоминания. А вообще по-хорошему нужно навестить могилы его родителей, чтобы отдать дань тем, кто дал жизнь моему мужу. Мне кажется и сам Саймон хочет сходить на кладбище, только почему-то пока молчит об этом. Не буду капать ему на мозги, сам решит и скажет мне. Надеюсь, Милош больше не будет мне эти ужасы показывать. У него абсолютный талант воссоздавать на холсте жизненные события, от которых мурашки по коже.

+1

40

Саймон откровенно говоря прозревал от слов Милоша. Безусловно, он знал на что шел, когда принял решение познакомить самых близких людей друг с другом, знал, что не избежать недопонимания, знал, что дядя не упустит возможности раскрыть свою необычную личность в таких красках и оттенках, от которых все чувствительные рецепторы получат мощный взрыв. Но в некоторых местах Милош переигрывал и вел себя не тактично. По крайней мере, взрослые себя так не ведут, а тем более мужчины знающие цену воспитанию и хорошим манерам. В семье не без урода. Но если посмотреть на эту парочку Котиков со стороны - оба уроды. В хорошем смысле слова, конечно же. Один шизик-художник ведущий затворнический образ жизни и люто презирающий социум, второй пошел против морали, соблазнил порядочного человека, влюбил в себя по уши, да так, что у того поехала крыша на почве любви и они поженились. С другой стороны, только такие люди с точки зрения Саймона заслуживают на жизнь. Потому как проживают они её не примитивно и не рвутся стать одним целым с огромным круговоротом судеб, засасываемым в одну гниющую зловонную яму.
И как только я жил с тобой столько лет...- думает Саймон глядя Милошу в спину, и тут же перед глазами пробегает все его прошлое, в котором фигурировал дядя. Сколько раз они ссорились, сколько раз Саймон сбегал из дому, сколько раз Милош вырывал его из лап смерти, когда Саю жить не хотелось и эта самая жизнь горьким комом стояла у него в горле. О да, если вернуться на десяток лет назад, то в тех несладких годах Саймон действительно напрашивался на звания центра Вселенной Милоша Котика. Милош сердечно отдавал ему все свое время, хоть и мерился характерами с уязвленным подростком. Оба были друг для друга не подарками. Но все же - семьей. Нужно отдать должное за их терпение и преданность. Ведь, если бы не Милош, судьба у Саймона была бы одной - покоиться рядом с отцом и матерью. А дядя, он внушил Саю самое главное - в смерти нет ничего прекрасного, а в жизни его много. И каким бы не был Милош чудаком, в его словах всегда имелся колоссально весомый смысл. Даже сейчас, когда он сказал в грубой манере о пополнении в семье и о том, что брак с Шаксом может распасться так же легко, как и заключился, Саймон одернул себя слегка призадумавшись. Он говорил когда-то Шаксу, что боится однажды стать третьим лишним, боится быть брошенным ради более подходящей партии в супруги - женщины. С женщиной можно все - начиная от традиционности брака, заканчивая созданием маленьких продолжателей фамилии. А что Кот? Он объект любви, страсти и желания. Такие больше подходят на роль любовников.
О Боже! О чем я только думаю! Я лучше пойду на двойное преступление, а после на самоубийство, чем позволю ему быть с кем-то другим! - Котик так крепко сжал руку Шакса, что в месте ладони, за которую он тоже хватался, остались следы от ногтей. Он замотал головой, старательно отгоняя от себя параноидальные мысли, которые вгоняли его в депрессию.
- Милош, - нервно дрожащим голосом позвал Кот дядю, - я хочу на кладбище. Мне нужно к родителям. Я давно не был на их могилах и хотел, чтобы Шакс...Чтобы они увидели, с кем я связал свою жизнь.
- Но картины...- начал было дядя и тут Саймон сорвался на истерический крик.
- К черту картины! - Котика снова трясло. - Отвезите меня к родителям, а потом делайте, что хотите!
Саймон отпрянул от Шакса и быстрым шагом направился в прихожую, где спешно оделся и не дожидаясь пока раздуплятся его горячо любимые мужчины, выбежал из квартиры на улицу. Уже вечерело, но солнце еще не село. На улице было так морозно, что горло резало.

- Снова злится на меня. Ну, что ж...Может быть это к лучшему. Не будет жить иллюзиями. Шакс, вы создаете доверительное впечатление. Ничего не имею против вас, поэтому не подумайте, что я хотел как-то влезть в ваши отношения. Надеюсь мой племянник будет счастлив с вами. Но прошу, не превращайте его жизнь в розовые иллюзии и сами не становитесь их заложником. Когда-нибудь ваши теперешние отношения будут подвержены метаморфозам и только от вас будет зависеть - укрепить их или проколоть мыльный пузырь и уничтожить иллюзию вечной любви, а с ней все, за что вы боролись. Вечность - самая зловещая ложь. Её не бывает. Всему когда-нибудь наступает конец. - Милош подошел к Шаксу и робко обнял его, хлопая по плечам.
- Было приятно познакомиться с вами. Приезжайте когда захотите. Я обязательно познакомлю вас со всей своей коллекцией. А теперь...Идите за ним. Я вызову такси.
Милош суетливо потоптался на месте, не находя куда бы ему устремить свой взгляд. А после художник в замешательстве ушел в гостиную, где набрал с домашнего номер службы такси, быстро диктуя оператору адрес кладбища на чешском. Вот так всегда - настроение и жизни Котиков, как американские горки. Вверх-вниз...Вверх-вниз. Вниз...Вниз...Приехали.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Driving Home for Christmas ‡или...наше первое Рождество вместе