Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Driving Home for Christmas ‡или...наше первое Рождество вместе


Driving Home for Christmas ‡или...наше первое Рождество вместе

Сообщений 41 страница 42 из 42

41

Шакса раздирали несколько противоречивые чувства, когда он лицезрел картины, сотворенные Милошем. Слишком тяжело было смотреть на одну из них, где чешски художник явно запечатлел собственного племянника. Словно картинка, воплощенная в реальность из какого-то триллера или психологического опуса. К примеру, Ллойд никогда не понимал психологов, как они могут выслушивать людей, которые делятся с ними самыми разнообразными проблемами. Это же надо все пропускать через себя, чтобы иметь возможность хоть как-то помочь человеку, попавшему в ловушку из собственных мыслей и чувств. Это капкан, из которого нет выхода, только если абсолютно чужой человек не протянет тебе руку помощи. И ты должен довериться этому чужому человеку, переступить через себя, через собственную гордость, суметь открыться и снять на мгновение розовые очки или попытаться содрать тяжелые чугунные оковы со своей души.
А те несчастные, которые пережили насилие, как Саймон? Это же вообще ад наяву. Насилие может быть тоже самым разным, как физическим, так и психологическим. Для таких существует служба доверия. Вот точно куда бы Шакс не пошел работать. Эдак можно попросту свихнуться. Поэтому, глядя на ужасающую картину, окружной прокурор чувствовал, будто бы все это видит он сам. И когда Саймон, словно небольшой ураган, ворвался в комнату, то он смог отлечь мужа от жутких мыслей, переполняющих его. Он мотнул головой в тот момент, когда Сай крепко-крепко сжал его руку. Видимо сам думал о чем-то таком, что заставляло его внутренне переживать. В этом супруги были немного похожи. Все переживали внутри себя. И если все эмоции Саймон мог выплеснуть на окружающих людей, то у Шакса это не очень хорошо получалось. Не сказать, что он был замкнутым, но точно знал то, что к психологу за консультацией он точно не пойдет. Хотя с его профессией следовало заиметь семейного психолога, на которого можно с некой периодичностью вываливать собственные проблемы и обрушивать их как снег на голову. Но нет, он еще не настолько съехал с катушек. Приехали, называется, в гости к родственнику. И теперь все дружно стоят и думают о чем-то нехорошем.
- Саймон, тише-тише, что случилось? - тихо проговорил Шакс в тот момент, когда племянник несколько истерично выкрикнул то, что он хочет поехать на кладбище и увидеть могилы своих родителей. Прокурор слегка закусил губу и больше ничего не говорил, потому что уже понял, что когда Котики выясняют отношения, то лучше не соваться, а тихонько забиться в угол и напоминать застывшую статую. В результате все закончилось тем, что Саймон умчался, хлопнув дверью, а Милош и Шакс, кажется, дружно вздохнули. Ллойд подошел к мужчине, слушая то, о чем он говорит, и в конце мужчины обнялись. Прокурор слегка улыбнулся.
- Милош, я вас услышал и все понял. Спасибо вам большое за гостеприимство. Я очень рад, что у Саймона остался такой замечательный родственник, который любит его всем сердцем, - Ллойд говорил искренне и ничуть не лукавил и не льстил. Ему понравился Милош и, конечно же, он был совершенно не против побывать здесь еще раз и увидеть наконец-то те интимные картины, о которых говорил художник. Сейчас было немного не до этого. Нужно было хоть как-то успокоить Саймона и съездить с ним на кладбище. Это место тоже особой радости не вселяло, но навещать могилы - дело нужное, и о мертвых нужно помнить. В особенности, если это твои собственные родители. У Шакса, к счастью, со здоровьем близких проблем особо наблюдалось, но вот что будет, когда он познакомит их с мужем... Нет, сейчас думать об этом он категорически не желал. - Говорят, любовь живет три года. У нас же нет еще и года, хоть наш брак совершенно нетрадиционный. Общество его никогда не примет, и я об этом прекрасно знаю. Однако каждая пара притирается друг к другу, и мы будем стараться решать конфликты по возможности мирным путем. Поругаться лишком легко, а вот помириться бывает гораздо сложнее. Спасибо вам за наставления, Милош. Звоните нам и как-нибудь обязательно приезжайте тоже в гости в Сакраменто. Я буду очень рад вас видеть, - с этими словами он развернулся и направился вслед за Саймоном, который уже был на улице. Он даже не попрощался с дядей, а за окном уже снова стал падать снег. Шакс получше замотал шарф, чуть ли не уткнувшись в него и тихонько подошел сзади к Котику-младшему.
- Попрощайся с дядей, Сай. Сейчас приедет такси, и мы поедем, куда скажешь. Не переживай ты так. Милош - художник, и конечно же ему приятно продемонстрировать свои творения. Пусть случилось так, что сегодня я увидел то, что всколыхнуло и в тебе самые горестные воспоминания, но ведь это он сделал не со зла, - он взял мужа за руку, а после прижал его к себе слегка, чмокнув в щеку. - Я пригласил Милоша к нам в гости, когда он...если он захочет приехать в Америку, - поправился он, - я хотел бы его увидеть еще не единожды. Мне понравился твой дядя и, кажется, я ему тоже. Я люблю неординарных людей, - и уже через несколько минут из-за угла выехала желтая машина с шашечками. Шакс поднял голову, смотря на небо, которое моментально затянули тучи, из которых сыпался снег, который усиливался и усиливался. Наверное стоит еще заехать цветы купить перед посещением кладбища. Прокурор тяжело вздохнул и забрался вслед за Саймоном в машину.

+1

42

Этот старый город...Эти петляющие улочки заводящие каждый раз в места, которые не знал, даже будучи коренным жителем. Но закрывая глаза и прислушиваясь к голосу сердца, ты все же без труда можешь найти нужную дорогу. Дорогу домой. Если закрыть глаза и идти в никуда, Саймон так или иначе придет к порогу дома дяди Милоша. Здесь однажды, он нашел такой жизненно необходимый и важный приют для души, который у него жестоко отобрали в родном доме. А этот дом...Это его убежище. Эта квартира, старые стены которой впитали в себя музыку Бетховена и Штрауса, так и звенящей в каждом уголке, напоминает молодому человеку о том, что он остался жив не просто так. Что его существование не простое паразитическое обывательство. Он живой человек. Он частичка мира, общество которого в нем нуждается. Дядя всегда был справедлив в словах, когда говорил племяннику, что каждому человеку дана лишь одна жизнь, чтобы прожить её достойно, и если в какой-то промежуток времени она ускользает, словно вода сквозь пальцы, значит нужно любимыми усилиями удержать хотя бы одну каплю. Важна каждая минута, каждая секунда жизни - какой бы она не была. А если мы приложим усилия, тогда она будет такой, какой мы хотели бы её проживать - счастливой, радостной, теплой, иногда грустной (но лишь чуть-чуть!), незабываемой, откровенной и даже безумной. Но так чтобы рядом были близкие. Как можно дольше. Любить их, ценить их, дарить им себя и забываться в их улыбках, в их объятиях и задыхаться от реальности бок о бок с ними. Ведь никакой выдуманный мир с его несбыточными грезами, не сравниться с тем, что мы имеем в самом деле.
Думая обо всем этом, Саймону становилось тоскливо на душе и конечно же совестно. Иногда он неосознанно причиняет боль своим близким. Раня других, он ранит и себя. Моральный мазохизм - штука заразная. Нельзя становится подконтрольным ему, нельзя идти на поводу у собственных эмоций. Но как? Как справляться Котику со всем тем эмоциональным террором, который раз за разом взрывает его психику на манер водородной бомбы? Возможно, это болезнь. Его давний дефект. А дефекты следует исправлять. Казалось бы, что может быть лучше эффекта "чистого листа"? Начать все с начала, открыть чистый лист и уверенно вписывать в него приведенную в порядок историю жизни. Вот только, прошлое не способно отпустить и забывать его, так же не самое выгодное условие. Получается палка двух концов. Ты не в силах справиться с эмоциями из-за старых травм оставленных прошлым, но и забыть прошлое не можешь, ведь в нем есть те, кого ты любил. Разрываемый на части нахлынувшей депрессией, Котик безучастно мерил шагами расстояние между подъездом дома, где жил Милош и тротуаром. На его не покрытую шапкой лохматую голову падали крупные хлопья снега. Поднимая голову вверх и глядя в серое небо, Сай ощущал как падающие на его лицо снежинки, таяли, прокатываясь по щекам фальшивыми слезами. Небо Праги оплакивало родителей Саймона, воспоминания о которых вихрем заполонили каждую клеточку мозга Котика-Ллойда. Да, он желал видеть их, пусть и почивающих под холодными мраморными плитами. Он не был на их могилах так давно, что стыдно представить.
Я плохой сын, - говорил сам себе Саймон, кусая синеющие губы и ощущая во рту металлический привкус. От сильного мороза его чувствительные губы начинали трескаться.
А еще, я плохой племянник, - как бы в нагрузку подытожил парень, мельком взглянув в сторону окна гостиной Милоша. Дядя стоял у него и украдкой следил за Саймоном из-за тяжелой темной портьеры. Сай не заметил его, хотя сердцем чувствовал, что дядя смотрит на него. Когда дверь подъезда тихо отворилась и только выпавший снег устеливший дорожки заскрипел под чьими-то шагами, Сай задрожал, желая поскорее оказаться в объятиях мужа. Шакс не заставил себя ждать. Когда он обнял Котика и поцеловал, и наговорил ему безусловно приятных и важных вещей, Саю стало немного легче. Обида на дядю стала быстро улетучиваться. Сердце оттаяло, согрелось, так же как и пальцы окоченевшие от холода, стоило им попасть в плен горячих ладоней мужа. Саймон вновь посмотрел вверх на окно, за которым маячила беспокойная фигура. Он поднял руку и помахал дяде, а потом указательным пальцем коснулся виска, сердца и направил его в сторону Милоша. Это был их старый семейный знак: "мысленно и сердцем всегда рядом с тобой".
- Спасибо, Шакс. Спасибо, что все понимаешь и не оставляешь меня, - обернувшись к мужу, прямо в губы прошептал ему Сай. А после, за ними подъехало такси, которое увезло супругов по указанному адресу. Таксист несколько неуверенно дважды переспросил у Саймона адрес, так как не совсем понимал, зачем двум мужчинам понадобилось ехать под вечер на кладбище, да еще и в такую непогоду. Но Саймон настаивал. По дороге они заехали в цветочную лавку, где купили большие букеты из белых лилий, которые любила мама Котика, и только после этого, таксист довез их до большого городского кладбища, на котором были похоронены родители Сая. Уже стемнело, но фонари загораясь один за другими осветили тихие аллеи разделяющие кладбище на большие сектора. Могилы Котиков находились совсем недалеко от входа, в том секторе, в котором обычно хоронили людей известных или просто заслуженных деятелей Праги. Саймон попросил таксиста подождать их с Шаксом и супруги отправились на поиски могил. Сай плохо ориентировался в этом месте, оно навевало грусть и тоску, хотя и вселяло в душу удивительное спокойствие. Каменные изваяния, прекрасные скульптуры ангелов и скорбящих дев украшали ту или иную могилу. Были здесь и фамильные склепы и свежие насыпи с католическими крестами. Саю понадобилось немало времени, чтобы разыскать родителей среди всего траурного убранства, которым было усеяно кладбище. Но он все же нашел их. Белые мраморные плиты с аккуратно выгравированными на них инициалами имен отца и матери объединенных одной мелозвучной фамилией - Котик. После смерти Евы, по личному эскизу Милоша была создана прекрасная статуя ангела, которая не просто украшала могилы супругов, но и как бы стояла на страже их покоя, укрывая своими большими крыльями их могильные плиты.
- Привет, мама, папа...- Сай наклонился над могилами и смел перчаткой налипший на плиты снег. Сперва он был наигранно серьезен, пытаясь скрывать в себе бушующие эмоции. Он дождался пока Шакс уложит на надгробия букеты из ярко пахнущих белых лилий, а после вцепился в предплечье мужа, прижался к нему и смотря на могильные плиты, будто бы видя перед собой души умерших родителей, робко заговорил дрожащим голосом:
- Простите меня, что я так давно не приезжал. У меня так много всего произошло в жизни. Но самое главное, что я хотел вам сказать и даже показать...Это мой Шакс. Мой любимый человек. Простите, если я не оправдал ваших ожиданий. Возможно, я не смогу продолжить наш род, потому как всем сердцем люблю мужчину и не могу подарить ему детей, ведь я сам мужчина. Но я хочу, чтобы вы приняли его. В моей жизни нет никого дороже. Мы любим друг друга и я уверен, что мой выбор правильный. Вам не стоит переживать. Мама, - Сай еще крепче прижался к Шаксу и заплакал. - и в моем выборе нет твоей вины. Все, что случилось тогда, не имеет никакого отношения ко мне теперешнему. Я просто люблю его. Люблю так, как любят только раз в жизни. Как любили вы с папой. Вам больше не стоит волноваться за меня. Я нашел свое счастье, и Шакс, он всегда будет оберегать меня. А вы...Спите спокойно родные. Я люблю вас. 
Саймон и Шакс еще немного побыли у могил Котиков, пока младший приходил в себя и окончательно не успокоился уткнувшись в плечо любимого мужа. Потом они вернулись в теплый салон такси и уехали прочь. Неизвестно, когда еще представиться возможность побывать на могилах родителей, но отныне у Котика младшего не будет тяжким грузом висеть вина за недосказанность перед родными. Его сердце очистилось от боли. Ему стало легче. Теперь ему легче. И он никогда не отпустит руку, за которую ухватился тем морозным вечером на кладбище, полным откровений и грустных воспоминаний.

The End...or to be continued 

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Driving Home for Christmas ‡или...наше первое Рождество вместе