В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Любопытство - не порок, но нос оторвать за него можно


Любопытство - не порок, но нос оторвать за него можно

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Участники: Бернадетт и Ливия
Место: гостиница "Paradise"
Дата: 17 декабря 2014
О флештайме: Бернадетт узнает от Эдди, что гостиница, которой владеет ее бывшая школьная подруга, не что иное, как бордель.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-01-02 16:10:47)

+1

2

Как сложно доверять человеку, с которым дружил много лет назад, а в данный момент  пытаешься восстановить прежние, или похожие на прежние отношения. Время меняет людей, превращает молодость в зрелость, прививает опыт, изменяет привычки, взгляды на жизнь. Прошло много лет с тех пор, как юные Бернадетт и Ливия виделись на окутанных сумерками улицах Сакраменто, и одна не подозревала, что другая пропадет из ее жизни, а затем появится рядом, словно возникнет из пустоты, принимая четкие очертания фигуры, чуть осипший голос и легко узнаваемые, хоть и изменившиеся черты лица. Обе совершенно разные, будто из двух параллельных друг другу миров, когда-то они могли быть рядом, а теперь их общение является отголоском их совместного прошлого, которое перенести в настоящее является практически непосильной задачей.
Бернадетт с улыбкой вспоминает тот вечер, когда Ливия буквально вытащила ее с края пропасти, в которую молодая женщина загнала себя с помощью алкоголя, лекарственных препаратов и самобичевания,  вкупе с жизненными трудностями, вызвавшие состояние депрессии и стресса. Тогда Андреоли казалась бесценным подарком судьбы, и Рикардс закрыла глаза на ее незаконченные фразы, туманные отговорки и холодное отношение к смерти супруга, что, впрочем, вызывало не такие сильные подозрения как улыбка, за которой скрывались сотни недосказанных слов. Бернадетт не хотела знать все подробности жизни своей старой подруги, ведь она сама не собиралась проливать свет на каждое событие, которое так или иначе было связано с ней. Она надеялась, что однажды получит ответы на некоторые вопросы, но она не думала, что эти ответы придут к ней из уст совершенно постороннего человека.
Рикардс хотелось как можно скорее встретиться с Ливией. Она понятия не имела, что говорить и как себя вести, это тот случай, когда бросаешься в дело, словно в омут, совершенно бездумно и поспешно. Ей даже невдомек, что она чувствует, как относится к тому, что подвигло ее сорваться с места и огорошить своим нежданным появлением в гостинице Андреоли. То, что это не просто гостиница, Бернадетт знает чуть меньше двадцати четырех часов,  и ей пока сложно сказать, возмущена она тайным бизнесом своей подруги или обижена, что та так ловко пыталась оставить этот факт в стороне. Возможно, и то, и другое смешалось в женщине, и та самая неопределенность по отношению к тайне бьет обухом по голове сильнее, чем сама суть этой самой тайны. Хотя прошлым вечером все было совершенно наоборот, когда Эддисон, далекая от истории двух школьных подруг, по глупости проболталась о делах своей новоиспеченной начальницы «мисс Андреоли».
Бордель. Бернадетт ловит себя на мысли, что яркая и чарующая взгляды внешность Ливии отлично вяжется с ее необычным родом деятельности. Любому мужчине легко оказаться под ее тонким высоким каблуком, они с давних времен привыкли думать в присутствии красивой женщины не тем местом, каким надо. Возможно, это отлично помогает держать бизнес на плаву, лично Рикардс в этом нисколько не сомневается.
Внешне гостиница «Парадиз» выглядит, как довольно приличное и весьма дорогое место, отделанное с шиком старых времен. Так и чувствуется аромат тяжелых, терпких женских духов, табака и виски с многолетней выдержкой, когда проходишь сквозь стеклянные двери в холл, немного холодный, но в меру элегантный и отделанный с особым вкусом. В данный момент Бернадетт легче оценивать обстановку, чем думать о предстоящем разговоре с подругой. Ситуация, в которой она оказалась, несказанно злила ее тогда, когда она покинула дом Эддисон Хадсон с головой, перегруженной мыслями, и продолжает злить до сих пор, хоть и с меньшей силой. В Рикардс проснулась обиженная на всех и вся девочка, но никак не здравомыслящая молодая женщина, которой свойственно трезво оценивать положение и принимать какие-либо новости без излишних всплесков эмоций и истерик. Впрочем, такой Берн бывает довольно редко, в какой-то степени она все еще остается той девочкой, какую ее можно помнить в школьные времена. Прическа другая.
Бернадетт звонила Андреоли, сидя в машине, несколькими минутами раньше, дабы убедиться, что та на месте, и что едет она к ней в гостиницу не напрасно. Повторно набрав номер, блондинка терпеливо ждала окончания давящих, монотонных гудков, мысленно призывая подругу как можно быстрее ответить на звонок.
-Ливия, дорогая, я приехала, - получилось слишком мягко и даже весело. Сейчас она выглядит полнейшей недалекой дурой. – Жду тебя в холле, возле окна.
Возможно, она поступает неправильно. Но, не сделай она это сейчас, мучительное любопытство с каждым днем одолевало бы все больше, и, в конце концов, бессмысленно оттянутый момент все равно бы наступил.

+1

3

Ливия не собиралась возвращать в свою жизнь Бернадетт. Фотки, воспоминания юности - всё это конечно очень мило, но в настоящем Ливии не было места для старой школьной подруги. Да вообще ни для какой подруги. Если конечно под словом "подруга" понимать истинное значение этого слова, а не (как обычно это делала Ливия) подменять его поверхностным знакомством, приятельством и как еще называют нелепые беседы ни о чем при встрече за чашкой кофе? Да, вот именно. Почему бы и им с Бернадетт просто не оставаться хорошими приятелями, сплетничать об общих знакомых и ходить за шмотками? Не залезая при этом друг другу в душу.
Звонок Рикардс удивил ее не столько своим фактом, сколько информацией, которую он в себе содержал. Нарочно что ли поставила перед фактом, что приехала и ждет ее внизу ее гостиницы? Видимо, нарочно, конечно. Иначе бы Ливия ее быстро отбрила от своего заведения, придумав какую-нибудь отговорку. Она же в прошлую их встречу неспроста в гости напрашивалась? Может, она правда на федералов работает? Хм...
Из своего кабинета Ливия вылетела как ураган. И если бы ковры, уложенные по полу коридора, не скрывали стук каблуков, то ее шаги превратились бы в барабанную дробь - настолько стремительно она направлялась к Бернадетт, которая по ее же словам стояла в холле.
- Что ты здесь делаешь? - тем не менее, встретила Ливия ее тоном весьма радушным для человека, который минуту назад мысленно проматерил. И даже приобняла. - На самом деле ты выбрала не очень удачное время для визита. Я жутко занята, - соврала, изобразив глубочайшее сожаление на лице. На самом же деле она как раз собиралась переждать время прилива первых клиентов, которые, встретив ее, могли бы просто не дать ей прохода, затянув в бар или за карточный стол вместе с ними. А для этих занятий Ливия сегодня слишком устала.
Но теперь эта нерадужная перспектива казалась совершенно неважной по сравнению с тем, что могло произойти, если этих самых клиентов застанет Бернадетт. - У тебя ничего не случилось? - вспомнила про тот факт, что у Рикардс определенные проблемы со здоровьем, и изменила тон на более встревоженный. На сей раз искренне. - Ты лечение продолжаешь? - строго посмотрела на девушку, тронув ее за плечо. Выглядела Бернадетт довольно-таки неплохо, но если вспомнить их первую встречу на открытии ее бутика, то становилось ясно, что скрывать свои проблемы у Рикардс получалось так же умело, как и у самой Ливии.

+1

4

Страшно терять людей, которых любишь. Не сказать, что Бернадетт в свое время питала теплые чувства к Ливии, но, безусловно, она была привязана к ней, видела в ней человека, с которым не страшно пуститься в исполнение своих желаний и замыслов, или просто приятно проводить свободное от учебы и семейных проблем время. Встретив ее спустя много лет, Рикардс все высматривала в ней свою старую школьную подругу, лишь краем глаза замечая ту женщину, какой эта самая подруга стала. И терять блондинке страшно не Ливию Андреоли, а Ливию Манчини, которой уже не существует.
Пока Берн стояла в холле, с мнимой заинтересованностью рассматривая внутреннее убранство гостиницы, по лестнице стремительно сбежала фигура женщины, в движениях которой сразу проглядывалось ее внутреннее состояние. В стенах этого заведения Ливия кажется совершенно другой.
-Решила тебя навестить, - пускай она выглядит недалекой дурой в глазах своей старой школьной подруги, которая чуть ли не кричит о том, что блондинке не стоит лезть не в свои дела, заявляясь в эту гостиницу. Ответ Берн был мягким и сдержанным, будто она удивилась суетливой и притворно радостной реакции Андреоли на ее нежданное появление. Ливия с грубой силой отталкивала от себя Рикардс словами, интонацией голоса, выражением лица, движением рук. Казалось, еще немного, и женщина начнет выталкивать блондинку за дверь, применяя физическую силу.
-Я ненадолго, - отчеканила Берн, расстегивая свое излюбленное кремовое пальто на груди, но снимать его с плеч не стала. В помещении было прохладно. Или не из-за этого кожа женщины в один момент покрылась мурашками?
-У тебя тут красиво, - спокойным тоном произнесла Рикардс. Честное слово, она была практически готова к разговору с Ливией, а теперь стояла, переминаясь с одной ноги на другую, в нерешительности подбирая наиболее подходящие слова для дальнейшей беседы. Холодные пальцы крепко сжимали лямки сумочки.
-Случилось, это же я, - с короткой, случайной усмешкой произнесла женщина. – Но там ничего особенного.
Про Бена блондинка рассказывать не собиралась. Слишком личное, последствия таких событий она привыкла держать внутри себя, переживать до скрежета зубов, а потом выпускать и чувствовать приятную боль.
-Я больна, Лив, - и тут тоже спокойный тон. – Лечусь, и лечение займет много времени.
Тянуть кота за хвост уже становится мучительно. Бернадетт и Ливия стоят вдалеке от посторонних людей и любопытных слушателей, так что начать разговор, ради которого Рикардс и приехала, они могли начать прямо здесь, в холле.
-А еще я знаю, что это за гостиница, - наконец, она смогла. – Понимаю, почему ты была так немногословна, когда речь заходила о твоем прошлом.
За окном просигналила машина. Казалось, этот звук разрезал тишину, как полотно, которая нависла на долю секунды над головами женщин.

+1

5

Вот именно. Ливии Манчини давно уже не существует, и назад к ней дороги нет, как бы они обе не хотели в этом обмануться. Она действительно изменилась: стала жестче, решительнее, холоднее, и вместе с этим со всем сильнее. Но так наверное со всеми происходит, разве нет? В детстве ко всему относишься проще. Бернадетт, в конце концов, ведь тоже другой стала. Не только внешне, но и внутренне. Однако любопытство, коим славились некогда обе девушки, она не растеряла. Ливия своего, впрочем, тоже.
- Позвонила бы заранее, договорились бы о встрече где-нибудь, - Лив озвучила альтернативный вариант, пожав плечами. Как раз-таки дурой Берн ей вовсе не казалась. Ни сейчас, ни когда бы то ни было раньше. Интересно, она правда на экскурсию рассчитывала? Хотя наверное если бы "Парадиз" был обычной гостиницей, то интерес подруги не казался бы таким подозрительным, и желания ее были бы логичны. И тем не менее, расстегивая свое пальто и чеканя фразы, Бернадетт проявляла настойчивость. Ту самую, которая Ливии была знакома еще с детства. - Спасибо, - за комплимент дизайну. И, быть может, звучит это суховато, но мысли Андреоли сейчас заняты совсем не тем, как бы показаться вежливой и деликатной. Надо думать, как выпроводить Бернадетт. Охрана на блондинку и так уже поглядывала, пока Андреоли спускалась к ней по лестнице. Если бы не ее едва заметный кивок ребятам, к внезапной посетительнице уже бы подошли и задали бы пару вопросов. - Экскурсии проводить, к сожалению, у меня времени совсем нет, прости, - не то, чтобы женщина прям сразу увидела здесь оргии посреди зала, но догадаться о том, что наряженные в блестящие платья девушки, наполняющие бар, никто иные, как доступные объекты для съема, не так уж и трудно. Да и карточный стол у нее тут был незаконный.
Не заметить, что Бернадетт ведет себя как-то отстраненно и холодно, тоже было несложно. Да что с ней произошло? Будто бы Ливия успела чем-то ее обидеть. Она ведь даже вежливо старалась держаться. И на правду ее отговорки походили. Неужели она не может быть занята на прямом месте своей работы? Почему же тогда Рикардс держится так, будто Ливия ей что-то должна и давно этого не отдает. - Что значит, ничего особенного? - недовольно нахмурилась. Раз что-то все-таки случилось, и об этом Берн обмолвилась, то речь уж точно не о том, что тосты утром сгорели.
Пока Рикардс отвечала на ее вопросы, в заведение вошел Боб Митчелл, подающий надежды баскетболист и, само собой, любитель женщин. Клиентом он был частым, и с Ливией знаком лично - представил его в свое время крупный финансист, приходящийся парню родным дядей. Сам Боб Ливии жутко не нравился, но из-за богатого дяди, приносящего "Парадизу" хороший доход, она старалась резко его не отбривать, предпочитая тактику избегания встреч. Причина была, естественно в том, что уверенный в своей неотразимости, Митчелл считал за норму подкатывать и к хозяйке заведения. А сейчас, поздоровавшись с охраной у дверей, он конечно же не мог не заметить их с Бернадетт. Сияя улыбкой, он направлялся к ним. Черт...
Последние слова Рикардс эхом пронеслись в голове, заставив резко перевести взгляд с Митчелла на нее. - Что? - спасительный вопрос, дающий время поразмыслить над тем, что услышала. Ливия его любила и сейчас задала его как можно в более непринужденной интонации. Может, она и правда не так поняла. Что Бернадетт может знать? Откуда? Кто-то из клиентов оказался ее близким другом? Или она специально справки наводила? - Не понимаю, о чем ты... - несмотря на то, что удивления особого на лице не сделала, тем не менее и признаваться ни в чем не торопилась. Пусть сама скажет, что ей там известно. И самое интересное, от кого. - Бобби, - протянула с радостной улыбкой имя подошедшего, не зная, что в этот момент ее пугает больше - появление неприятного ей назойливого типа или признание Бернадетт. - Привет, - они обменялись легкими объятиями. - Как дела?
- Привет. Соскучился по твоему месту, - засиял широкой улыбкой Митчелл. - У тебя новенькие? - окинул жадным взглядом Бернадетт. - Мне нравится. Как тебя зовут, малышка? - обратился уже к Рикардс.
- Это моя подруга... - Ливия поспешила остановить зарождающуюся позорную сцену, - ...а не официантка, - решила хоть как-то спасти положение. Хотя Берн и так уже все поняла, даже если изначально на понт ее брала своими фразами про "я все знаю". К тому же руку Митчелла останавливать было поздно - она уже проскользила по спине Берн и спустилась ниже.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-01-07 23:19:03)

+1

6

И от прошлой Берни Рикардс осталось совсем немного. Угас яркий огонек во взгляде светлых глаз, душа перестала истошно орать и рваться на волю, желая быть свободной от всех цепей и влияния общества, пропало элементарное желание быть живой. Женщина нашла свою зону комфорта, хоть на это потребовалось истратить немало времени, и жизнь ее из бушующего шторма в океане превратилась в слабое течение реки. Что-то происходит с Берн изо дня в день, но сидит она в своем родноv городе, как за огромными защитными стенами, а весь остальной мир вновь становится таинственной, бескрайней красотой, а не чем-то реальным и доступным, как было раньше.
-Я не хотела ждать, - сорвалось с языка блондинки резко и мимолетно, казалось, эта отстраненность Ливии начинала ее раздражать. Так было всегда. Андреоли вечно искала альтернативные варианты простым и не совсем простым вещам, а Рикардс предпочитала действовать быстро, не затрачивая на размышления о действиях свое драгоценное время. Берн трясла Ливию за плечи, а та имела способность усмирить пылкий нрав своей неугомонной подруги. – Мне не нужны экскурсии, я бы сама здесь прошлась. Ты ведь занята, - нужно было переходить к главной теме разговора сразу же, а не размазывать кусок масла по хлебу, как это делает сейчас Бернадетт. Кажется, что в здании гостиницы стало предательски тихо, будто даже стены вслушивалась в разговор двух старых школьных подруг и давали возможность услышать его любопытным зевакам.
Рикардс не доводилось посещать бордели такого уровня, раньше она лишь мимоходом, ради интереса, иногда по пьяни заглядывала в дешевые публичные дома, где молоденькие девочки снимали комнаты и пускали в свою постель десяток мужчин за одну ночь. У Ливии все было прикрыто дорогим лоском и огромным количеством денег, которыми были набиты карманы владелицы.
-Тебе будет неинтересно это слушать, - тяжело вздыхая, ответила Берн. – Чужие проблемы имеют свойство утомлять, давай оставим эту тему.
Наконец-то Ливия услышала то, что Рикардс давно хотела сказать.
-Все ты понимаешь, - тихо проговорила женщина, когда к ним подошел незнакомый мужчина. Бернадетт поймала на себе тот взгляд, который либо вызывал в ней жуткий прилив отвращения, либо возбуждение, но в данный момент она ощущала еще и раздирающую изнутри злобу за то, что их разговор с Андреоли был так нагло и неожиданно прерван. В последнее время блондинка стала замечать за собой резкие перемены настроения, каких раньше не было, и порой они выглядят немного пугающе. Бобби, как назвала его Ливия, подошел чуть ближе к Берн, его большая рука скользнула по ее спине и опустилась ниже, нащупывая через пальто так любимые им и желанные женские формы.
Рикардс среагировала мгновенно, не успев подумать о том, правильно она поступает или нет. С силой ударив Бобби локтем в бок, женщина сделала шаг в сторону, чувствуя, как кровь закипает в жилах и нервы натягиваются до самого предела.
Держи себя в руках, Берн, пожалуйста…
-Я, блять, не малышка, - тихо, сквозь зубы проговорила американка, на несколько секунд вплотную подойдя к мужчине. Еще спустя несколько мгновений ярость, охватившая Рикардс, быстро пошла на спад и стала ослаблять свою стальную хватку, которая рвала все живое внутри женщины на части. Ярость ослепляет. Она меняет, и Берн в те несколько преобразилась до неузнаваемости, а затем вновь стала прежней.
-Ливия, поговорим в твоем кабинете? – на самом деле, блондинке хотелось убежать далеко-далеко и сделать вид, что она ничего не говорила, что ничего не произошло. – Я прошу прощение за доставленное неудобство, - отстраненно обратилась женщина к Бобби и вновь повернулась к Андреоли.

+1

7

Вот именно, что в "Парадизе" всё только прикрыто лоском было. А по сути, бордель он и есть бордель. И богачи, захаживающие сюда, зачастую имеют обыкновение забывать о том, что они джентльмены. Это с виду всё красиво, запретно, сладко, интригующе. А на самом деле "Парадиз" - грязное место, давно уже прогнившее от аморальщины, и никакого уважения к женщине здесь никто не проявляет. Да и женщины здешние на подобное обращение не жалуются. И когда их хватают за зад, не просто хуком в ребро не награждают, а наоборот повизгивают от веселья. И это изначально было одной из самых больших трудностей для Ливии - уметь балансировать среди таких мужчин: не позволять им лишнего по отношению к своей персоне и в то же время не скатываться при этом до грубости, вариант которой только что продемонстрировала Берн. Впрочем, та всегда была несколько резковата, как в словах, так и в действиях. Еще со школы. Не зря же с мальчиками драчки устраивала.
- Бобби, извини ее, ради бога, - Ливия подавила появившуюся ухмылку. В принципе, Берн сделала то, что самой Андреоли было не положено. Если бы она так все подкаты к себе обрубала, в ее заведении давно не осталось бы ни одного клиента. А так вроде как даже приятельствовать почти со всеми получалось. Да и "крыша" у нее была такая, что дай бог каждой. Особо настырные могли здорово схлопотать от Торелли. Ну и девочек тут и без Андреоли хватало. Переключались мужчины на них во всяком случае довольно быстро. Не уламывать женщин, в конце концов, сюда приходили. И не только за сексом, кстати, но и просто время провести, за карточным столом посидеть, выпить, дела между собой порешать. Сюда такие старики иной раз захаживали, что самое время им место на кладбище подыскивать, а не то, что о сексе думать. У самих в штанах давно уже ничего не работало, а статус держать надо перед друзьями, вот и мучили они девчонок "Парадиза", тратя их время на зачастую бесплодные попытки возбудить маразматиков. Еще и злились потом.
- Да все путем, - изумленный Бобби от удара Берн хоть и не согнулся, но от греха подальше решил отойти. - Это меня что ли извините... за недопонимание. - пожал плечами.
- Все в порядке, - Ливия улыбнулась ему и указала на Джесси, стоящую за стойкой регистрации, которая, кажется, ногти себе пилила от безделья. - Подойдешь к Джесси? Она тебе найдет развлечение.
Услышав свое имя, девушка тут же отложила все свои дела, и лучезарно улыбнулась Митчеллу, а баскетболист поспешил покинуть их с Бернадетт компанию, шутливо повертев пальцем у виска за спиной последней.
Ливия перевела взгляд на подругу. Ну что, пора и правда поговорить, раз уж на то пошло. В конце концов, славу заведению делают слухи, а избежать их никогда нельзя, даже если в клиентах числятся бизнесмены и видные чиновники. Они хоть обыкновение трепать языком не имеют, но и с людьми все же общаются. Именно таким образом, по мнению Ливии, Бернадетт всё и узнала.
- Ну пойдем, поговорим, - ответила холодно, на самом деле, не зная, как реагировать и что ей отвечать. Что бы там не заявляла Ливия, и как бы себя не позиционировала, мнение некоторых людей о себе ей не было безразлично. Бернадетт относилась как раз к таким.
На второй этаж они поднимались молча, Ливия естественно вела за собой, по шагам понимая, что Рикардс не отстает. Когда они очутились в кабинете, Лив свободно указала ей ладонью на комнату, мол, располагайся. Сама же опустилась в свое кресло и вытащила из первого ящика стола пачку сигарет. - Будешь? - предложила подруге. Потянут время заодно. - Ты вообще от кого узнала? - спросила, сделав первую затяжку. Отпираться в принципе уже бесполезно, но и рассказывать что-то большее про свою жизнь Ливия смысла не видела. Не сводя пристального взгляда с Берн, она медленно растянула губы в улыбке, убирая от них сигарету. - Ну и что обо всем этом думаешь? - не каждый день приходит новость, что твоя школьная подруга, с которой ты шпаргалки к контрольным писала, держит бордель и якшается с бандитами. Об этом ведь Рикардс тоже должна была догадаться. Как-никак в компании Монтанелли на выставке Уинтроп она ее видела. А газеты этого человека упоминали далеко не в рубрике о юморе.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-01-09 16:06:22)

+1

8

В тот момент ей было все равно. Настолько гадко она чувствовала себя с самого прибытия в гостиницу, что во время открытого приставания незнакомого ей мужчины она выплеснула ту часть горечи, что скопилась на протяжении разговора с Ливией. В какую-то секунду Берн подумала, что ошиблась, и что за эту ошибку ей придется платить, но сдержанная реакция Бобби вернула блондинке свободное, ровное дыхание. Он отошел чуть в сторону, Андреоли успела предложить в замену своей подруге одну из своих девочек, что лениво озиралась по сторонам, облокачиваясь на стойку регистрации. Красивая, стройная, молодая, такие, как она, мало напоминают девицу легкого поведения до тех пор, пока та не раздвинет ноги в уединенной обстановке. Берн окинула девушку безразличным взглядом и повернулась к Ливии, которая явно старалась подавить ухмылку на своих губах. Та вскоре повела блондинку за собой, по лестнице, а затем по широкому коридору в сторону кабинета. Вдыхая аромат дорогих, неизвестных ей духов, она чувствовала, как тишина заботливо и молчаливо обволакивает со всех сторон и дает стремительно погрузиться в нее с головой, и странно, нет никакого напряжения, неудобства. Сейчас подругам не о чем говорить, эта тишина намного уместней всех тех бессмысленных слов, которые постарались бы ее заполнить. Бернадетт идет неровно, она чувствует беспричинную щемящую боль в правом колене и то и дело оступается, что не слышно благодаря мягкому ковровому покрытию на полу, а высокие каблуки значительно затрудняли движение. Но блондинка по-прежнему молчала, не сбавляя темп, чтобы не отстать от идущей на пару шагов впереди Ливии.
Кабинет так же шикарен, как и все в этой гостинице. Андреоли выглядит в этом помещении как нельзя уместно, она по-хозяйски прошла вперед, повела рукой, предложив устраиваться в любом удобном месте, а сама заняла свое место в кресле за письменным столом и вытащила из ящика упаковку сигарет.
Берн молча, спустя несколько секунд размышлений сделала первую затяжку и выпустила дым перед собой. Врачи запретили прикасаться к табаку в связи с проблемным здоровьем молодой женщины, но та не могла долго держаться без многолетней привычки. Даже одна сигарета сделает день чуточку лучше.
-Да не важно, у меня много знакомых, которые могут заявляться сюда, - размыто ответила Рикардс, не желая выдавать Эддисон, которая проболталась по собственной глупости и неосторожности.  Надеясь, что Ливия не станет больше затрагивать эту тему, Берн чуть пожала плечами и откинулась на спинку мягкого кресла, стоявшее напротив стола Андреоли.
-Я понимала раньше, что ты не договариваешь, но…бордель. Черт, Лив, ты меня удивляешь, - с беззлобной усмешкой ответила Рикардс. Говорить об этом оказалось намного проще, этот разговор Берн представляла несколько иначе. – Не подумай, что меня твое дело приводит в ужас, я просто все еще не могу принять тот факт, что ты стала вот такой, - она неопределенно взмахнула рукой в сторону подруги, зажимая сигарету в зубах.
-И каково это? – спросила блондинка. – Ты ведь не одна ведешь этот бизнес?

+1

9

Ливия чуть сощурилась, недовольная тем, что источник своей информации Бернадетт раскрывать не пожелала, уйдя от прямого ответа. Но и Ливия сдаваться не собиралась. - Я знаю всех своих клиентов, - сказал твердо, несмотря на то, что немного лукавила, бросаясь подобной фразой. Уследить за всеми просто не было возможности, хотя определенный учет ее девочки конечно вели, на всякие непредвиденные случаи. - Кто конкретно тебе рассказал? - когда вопрос задан так прямо, уйти от ответа гораздо сложнее. Не вызвав при этом к себе негатива. Для чего Ливии была подобная информация? В первую очередь, для того, чтобы знать, кто любит болтать языком и впредь с таким человеком быть всегда настороже.
- Тсс, что за бордель? - со смехом прервала ее мысль Андреоли, намеренно удивляясь такому определению. - У меня гостиница, - возразила спокойнее. Они с Бернадетт говорят о незаконных вещах, и Рикардс, если она не в связях с федералами, должна понимать, что вслух таких громких определений никто не произносит.
- Какой "такой"? - Ливия тоже позволила себе ухмыльнуться, выдыхая дым. Какой "такой" она стала, интересно? Со стороны ведь себя сложно оценивать. На взгляд Ливии, она просто повзрослела, стала более сдержанной, лаконичной. В детстве она много болтала, веселилась, была беспечнее и вздорнее. Как все дети и подростки. Обижалась на глупости, сама же в эти глупости и встревала... С возрастом весь этот вздор уходит. Ну это при лучшем раскладе, конечно. У некоторых детский идиотизм в заднице сидит и по самую старость.
Сама она не считала, что управление борделем как-то ее особо поменяло. Поменяли ее другие события в жизни, о которых Берни лучше вообще ничего не знать. Хотя если уж ей было так любопытно, она могла навести справки о Ливии - в интернете и газетах в свое время писали об убийстве ее мужа, связывая имя Марчелло с мафиозной семьей. Быть может, дело было не столь громким, но совсем не заметным для прессы оно не стало. При желании и упорстве Бернадетт могла покопать и сама узнать о прошлом своей школьной подруги. - Каково это? - быть хозяйкой борделя? Ливия пожала плечами, постучав сигаретой о пепельницу на столе. - Не знаю... бизнес есть бизнес. У тебя он один, у меня другой, - дурацкий вопрос. - Особого выбора у меня не было. Я же говорила, что продолжила заниматься делами мужа, - Андреоли отвела глаза и, сделав последнюю затяжку, затушила сигарету о пепельницу. Разговор начинал ее напрягать. На допросах ей побывать и так довелось сполна, и с тех пор многочисленные односторонние вопросы вызывали в ней только негативные ощущения. - Хватит об этом, - решительно закруглила. - Давай лучше о тебе поговорим. Что там у тебя стряслось, что ты считаешь меня не заинтересует? Поделись. Я же вижу, тебе хочется, - иначе и не заговаривала бы об этом вовсе. - Что-то с Роландом? - спросила с беспокойством в голосе. За то короткое время, что они с Бернадетт пытались узнать друг друга заново, Ливия успела понять, что главные причины тревог Рикардс - это здоровье и приемный сын.

+1

10

Ливия решила не оставлять вопрос о том, чей язык оказался без костей и разболтал важную информацию не тому человеку.
-Да какая к черту разница, Лив?! – блондинке невольно пришлось повысить голос, иначе бы она держала в себе все то раздражение и толику злости, что питала по отношению к настойчивой подруге. Берн умеет лгать, и нервничает она не из-за того, что боится под давлением выдать болтливую, ни в чем не виновную Эддисон; вся сложившаяся ситуация не дает женщине ровно сидеть на месте, словно с шилом в заднице, она вертится в кресле, не может найти удобное положение, чувствуя себя абсолютно некомфортно. Так и хочется подняться с места и выбежать на свежий воздух, стараясь выкинуть из головы недавно произошедшие события.
-Ладно, гостиница, - с усмешкой протянула Бернадетт, делая очередную затяжку сигаретным дымом. Блаженная горечь появилась во рту, в последнее время ее так недостает, но женщина изо всех сил старается бороться с желанием прикончить за день всю пачку сигарет, чувствуя так называемую ломку. Рикардс похожа на даму, перешедшую на диетическое питание, которую так и тянет съесть что-то ужасно вредное и вкусное, и она все-таки позволяет себе раз в несколько дней маленькую сладость.
-Честно, я и не знаю, какой ты стала, - на выдохе произнесла Берн, не сумев придумать более здравый ответ. И она положилась на свою искренность. – Я все пытаюсь высмотреть в тебе хоть что-то от той Ливии, которую я знала раньше, но вижу совершенно другую личность в теле моей школьной подруги.
Глубокая затяжка, пепел чуть не падает с кончика сигареты на ковровое покрытие, но Бернадетт успевает стряхнуть его в пепельницу на столе Андреоли. Блондинка терпеть не может воротить прошлое, в большинстве случаев оно мешает трезво оценить настоящее и не дает спокойно жить дальше, словно удерживает своими стальными цепями.
-Хотя, прошло целых двенадцать лет, о чем я вообще говорю, - горько продолжила Бернадетт после недолгого молчания, повисшего в комнате. Женщина перевела взгляд с сигарету, что сжимала между пальцами, на Ливию. Когда та стала рассказывать про свое дело с гостиницей, упоминая мужа, Рикардс даже не стала пытаться предугадать, какой была жизнь Андреоли, ей и не хочется знать.
Меньше знаешь – крепче спишь.
-Он тебе завещал гостиницу? – ненавязчиво спросила Берн, проводя пальцами по своим волнистым распущенным волосам.
Весь разговор проходил на нервах, блондинка докурила сигарету до самого фильтра и кинула его в пепельницу дрожащими руками. Такое бывало, если после принятия прописанных лекарственных препаратов женщина начинала изрядно нервничать. Неопасно, но неприятно, да еще и заметно. Бернадетт подумала о том, как бы Андреоли не заметила эту дрожь в руках.
-Да не надо, я не хочу говорить о себе, - капризно ответила Рикардс, поерзав в кресле. Безумно хотелось курить. – Роланд как всегда вредничает, но мы стали меньше ссориться, - и видеться тоже. Мальчик стал чаще оставаться в гостях у матери Берн, в связи с нехваткой времени из-за бизнеса. – Еще я лечусь. А Бен… - все-таки проговорилась.  – Не важно. В общем, ничего особенного не происходит, давай закроем тему.
И тут до женщины доходит одна мысль.
-Погоди, ты же не знаешь Бена? - кажется, нет. Рикардс настолько потеряла связь с реальностью из-за бизнеса, светских вечеринок и деловых встреч, что память стала вычеркивать «ненужную» информацию из головы. – Черт.
Бернадетт потянулась к сигаретам, взяла одну, но, одумавшись, вернула ее обратно в пачку. Нет, она не должна.
-У меня все смешалось в голове, боже ты мой, - Берн откинулась назад и прикрыла на несколько мгновений веки, пытаясь взять себя в руки. Внутри все кипит, теперь уже не понятно из-за чего.

офф: ты прости, что я такой тормоз

Отредактировано Bernadette Rickards (2015-01-17 12:53:16)

+1

11

- Больше! - возразила, немного задумавшись над двенадцатью годами, которые утекли из их жизни. - Пятнадцать? - школу они закончили, когда им было по восемнадцать, а Берни родители еще и "сдали" на год раньше, насколько помнила Ливия, так что выпустилась она уже в семнадцать. Вообще все эти рассуждения Рикардс о детстве, о прошедших годах (боже, пятнадцать лет, с ума сойти!), - всё это начинало вгонять Ливию в тоску и печальную ностальгию по безвозвратно утерянному времени. На ее взгляд, эта самая ностальгия не несла за собой ничего хорошего. Вспоминать прошлое конечно приятно, особенно если оно было куда лучше настоящего, но если делать это слишком часто, то рискуешь превратиться в законченного меланхолика и впасть в депрессию. Последнего с Ливией в принципе не случалось уже довольно давно, а может и вообще никогда, учитывая, как она умела "переключаться", но намеренно идти по этой дороге с расклеевшейся Бернадетт итальянка не собиралась. И отпускать в ту же депрессию свою подругу тоже не планировала. У той и так были проблемы с нервами. - Берн, тебе надо расслабиться, переключиться на что-то позитивное, - фразу про наследство мужа Ливия решила оставить без ответа, ловко переключив всю тему на здоровье Бернадетт. - Ты ужасно напряжена, - это было даже видно по тому, как нервно она курила, и Ливия не стала продолжать расспросы о том, кто ей выдал тайну Парадиза, только исходя из одного этого уже наблюдения, а вернуться к данной теме все равно будет никогда не поздно.- Сходим с тобой как-нибудь пропустим стаканчик... - она резко замолчала и взглянула на подругу. - Ой, я забыла, что тебе нельзя пить, - а может и курить? Невольно Ливия взглянула на пачку, к которой снова потянулась Рикардс. - Ну можно и просто посидеть где-нибудь... - ага, в кондитерской, например. Под словом "расслабиться" Ливия уже давно не представляла себе ничего другого, кроме как выпить, послушать хорошую музыку, может кино посмотреть, поговорить... Не обязательно даже при этом сильно напиваясь, достаточно всего-то бутылки вина для подъема настроения. Просто алкоголь и правда имеет обыкновение веселить и расслаблять, а в умеренных дозах и вреда организму, она считала, не наносит, а только улучшению кровообращения способствует. Ну и не в твистер же, в конце концов, им играть? Варианты приободряющих развлечений с непьющей подругой, оказывается, резко сокращались.
Сбивчивую речь Рикардс Ливия слушала молча. Неврастенический настрой обладал каким-то заразным свойством, и смотря как Берн борется с самой собой - как в порыве взять сигарету, так и пуститься в рассказы о каком-то своем хахале - Ливия чуть было сама не потянулась за следующей дозой никотина. - Что еще за Бен? - Андреоли мягко улыбнулась, но взглянула на подругу настойчиво. - Рассказывай уже, - нетерпеливо и несколько недовольно поторопила, не имея обыкновения лезть кому-то в душу поперек их воли и уламывать на откровения. То, что у Бернадетт в голове все смешалось, было и так заметно. Только вряд ли это все же сердечные переживания, скорее дело в курсе лечения Рикардс, ведь сколько врачи выписали ей таблеток, Ливия могла и сама наблюдать еще при том самом первом обмороке у подруги дома. Как-нибудь она обязательно расспросит ее и о результатах дальнейших обследований, и прогнозах медиков, но не сейчас. Рикардс, (это заметно и невооруженным взглядом), и так вся в расстройствах. Видимо частично виновником был этот самый Бен, имя которого так невзначай срывалось с ее губ.

+1

12

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Любопытство - не порок, но нос оторвать за него можно