vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Она проснулась посреди ночи от собственного сдавленного крика. Всё тело болело, ныла каждая косточка, а поясницу будто огнём жгло. Открыв глаза и сжав зубы... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » 21 грамм... ‡или, тишина тоже умеет разговаривать


21 грамм... ‡или, тишина тоже умеет разговаривать

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Участники: Sophie Briol & Frederick Klemente
Место: Венгрия, Будапешт
Время: 3 апреля 2000 года

Вспомни что чувствуешь когда говорят "он умер" или "она умерла"
сердце мгновенно срывается вниз, но не находит дна
что означают эти отдающие морозильным холодом,
почти беззвучно сказанные слова..
чувствуешь, как сильно кружится голова?
чувствуешь, как тысячетонное небо ложится на плечи?
так вот, ты хоть плачь хоть смейся
а мир теперь ровно на 21 грамм легче

+1

2

Лондонский симфонический оркестр - Реквием по мечте
(Вагнер, Оригинал)
Не знаю, сколько у каждого из нас впереди жизней, и перевоплощаемся ли мы в кого-то после смерти, но так хочется верить, что смерть — это кнопка «пауза», а не кнопка «стоп».
©

https://33.media.tumblr.com/e5b025dfa1669f0f084e748d95ef464f/tumblr_neutyqoT6P1tiikwoo10_r1_250.gif


https://38.media.tumblr.com/d8abf3212b7fc2545796aa456a95c15c/tumblr_myhayyCZOR1sph6tno1_500.gif- Beszél angolul? 1
- Да. Р'азумеется, господин!
Медленно снимая перчатки, Фредо выдохнул в ответ:
- Как я могу к вам обращаться?
- Отто, мой господин!
- Отто, - прошептали тихо губы.
Венгр крайне обескуражено смотрел на ночного гостя. Указывая рукой в сторону, он с характерным акцентом пролепетал:
- Ваши весчи, господин?
Вещи? Они мне не нужны.
- Я налегке. Когда-то мой отец останавливался у вас. Мне нужна комната. Позаботьтесь о том, чтобы она находились в тихой и укромной части дома.
Едва ступая по паркету, Фредерик медленно провел пальцами по довольно дряхлому полотну, изображающему одного из монархов древней Венгрии, и довольно тихо продолжил: - Я не люблю, когда меня беспокоят по пустякам. О завтраке не переживайте. Главное, кофе. Его подавайте вовремя и только.
- Да, мой господин. Как я могу Вас величать?
- Господин Клементе...
За несколько секунд молчания, Фредо начало казаться, что все щели в полах этого отеля просто кричат от весеннего ветра. Уж слишком громкой была тишина. Она царапала барабанные перепонки и перекрывала дыхательные пути. Сдавливала глотку, завязывая петлю на шее.
- Ах, господин! Самая лучшая комната только для Клементе. Ваш о'тец часто' бывал в нашей обители. Как его здоровье?
Все, это время Отто вел длинными коридорами, временами останавливался и открывал двери. Затем закрывал и опять шел. Будапештский вариант "лабиринта Фавна" с готическими нотками в архитектуре и декадентством, что сочилось вместе с ветром, плавно оседая на древних картинах.
Откашлявшись, Фредо тихо ответил:
- Его убили.
- Простите, мой госпо'дин!

Mi manchi... mamma
Ты любила скрипку, поездки в Европу и клубнику со сливками.
Я помню твой любимый парфюм - тонкий аромат утренней свежести с нотками жасмина; помню красную ленту, которую ты всегда вплетала в свои прекрасные волосы; изумруды, которые так любил дарить тебе отец... Они так шли твоей белоснежной коже...
Тебе все было к лицу...
- Perché?2
Мужчины так редко замечают таки простые и элементарные вещи. Воистину, правда, женщины имеют гораздо больший внутренний мир, они способны замечать детали и помнят то, что было сто лет назад. Их нежности и ранимости нет предела. И мы, мужчины, порой забываем о том, что они маленькие и хрупкие намного сильнее нас, психологически.
Фредо впервые был в Будапеште. Он шел по мостовой и довольно равнодушно смотрел на все эти дома в готическом стиле, на эти шпили и на весь мир в самом сердце Венгрии. Он знал, что у него мало времени. Слишком мало. Всего несколько дней. Каких-то жалких 60 часов на то, чтобы наконец увидеть ту страну в которую была так влюблена "Леди Лью".
На самом деле, Фредерика привлекала еще одна частичка. Когда-то именно здесь в Будапеште его отец познакомился с матерью. Он увидел ее в консерватории, когда та играла в оркестре на скрипке. Прекрасный мотив и печальная скрипка. Реквием. Вместо тысячи лишних слов.
Ведь именно мама открыла маленькому Фредо мир Моцарта, Вагнера и Шопена. В ее руках оживала скрипка.

     Венгрия. Она была влюбленна в эту дикую и холодную страну. А отец был влюблен в нее. Такова участь темпераментных и горячих итальянцев. Это было когда-то... Далеко, словно, в другой жизни.
Прошел практически месяц со дня ее смерти. А Фредо все думал о том, что так и не успел спросить. Спросить у собственной матери: "Зачем? Зачем все это?"
Он не знал ничего на венгерском, кроме одной фразы. Да, и как-то не подумал об этом, отправляясь на поиски хоть чего-то, что напомнило ему бы маму.
И вот стоя в самом центре Будапешта, он, как маленький мальчик просто потерялся, заведомо понимая, что даже не знает у кого спросить дорогу. Не знает, как объяснить венграм свою проблему. И уж тем более не имеет ни малейшего понятия, где находиться та самая скрипка о которой когда-то говорила мама.
Несколько иронично улыбнувшись, Фредерик выругался на родном языке его отца:
- Oh, merda!3


1. Beszél angolul? (венг.) - Вы, говорите по-английски?
2. Perché? (итал.) - Почему?
3. Oh, merda! (итал.) - Вот дерьмо!

Отредактировано Frederick Klemente (2015-01-16 01:58:44)

+1

3

внешний вид
Hozier – Take Me To Church

Невозможно сойти с ума за одну ночь. Это процесс долгий, но необратимый. Все начинается с каких-то незначительных мелочей, которые, кажется, даже не замечаешь. Только много позже вспоминая эти моменты начинаешь понимать, что это и были те первые звоночки, на которые стоило обратить внимание. Вот только уже поздно.
Теперь уже, просыпаясь от звонка телефона, рука дрожит, беря его в ладонь, а нажимая на зеленую кнопочку "принять вызов", сердце срывается и летит вниз. Вернуть его на место может только голос отца, сестры или любого другого живого человека. Но все чаще это падение заканчивается болью. Слышать того, кого уже давно нет в живых - первый признак того, что ты больна, либо экстрасенс. Вот только в разговоры с потусторонним миром ты не веришь, а шизофрения, как говорят, передается по наследству. От матери к дочери. С гнилой яблони может упасть лишь подгнивающий внутри плод.

- Софи, почему ты весь день сидишь в комнате? Будапешт весной прекрасен. Может, пойдем погуляем? - Роше присаживается на край кровати и обеспокоено смотрит на дочь. Его пугает, что последние дни его маленькая девочка ходит совсем на себя не похожая. Плохо спит, почти не ест. Не для того он взял отпуск, чтобы новый город оказал на нее такое влияние. Наоборот, врачи советовали сменить обстановку, дабы избавится от кошмаров и встряхнуть психику. Подарить мозгу новые воспоминания и впечатления. Конечно же, все понимали, что это не лекарство от начинающейся шизофрении, вот только никто пока и не понимал, что она начиналась.
- Я плохо спала, может, ближе к вечеру? - На устах слабая улыбка, а в душе полнейшее нежелание общаться с кем-то, видеть кого-то и вообще существовать. Француженка до сих пор держится только потому, что не хочет портить отпуск отцу. Только потому, что не хочет выглядеть слабой. Только потому, что он будет волноваться за нее больше, чем необходимо. Только потому, что она так сильно его любит, она не имеет права показывать, как ей страшно и насколько она уже устала.
Раздается телефонный звонок. Софи вздрагивает. Неужели ночной кошмар повторяется и сейчас - во время, когда кошмарам уже давно спрятаться в самый темный угол до ночи. Пальцы сжимаются в кулак, но невольный взгляд на отца заставляет немного успокоится. Роше тоже слышит перезвон. Подходит к телефону, отвечает.
Ее молодой отец так красив и так одинок. Софи в свои пятнадцать лет уже все понимает и знает - одному растить дочь сложно. Одному и просто жить сложно, что уж дальше. Вот только он как-то справляется. И сейчас, когда его отвлекают от времяпрепровождения с ней расстраивается. Разом становится собранным и решительным. Совсем не походим на того Роше Бриоль, которого привыкла видеть дома дочь. Разговор по телефону очень короток, но и так понятно - сегодня у него будет полно дел, а значит, Софи сможет скрыться в своей комнате этого огромного чужого дома. Хотя, француженка уже привыкла, что у нее нет дома. Практически раз в несколько месяцев они переезжают.
- Малышка, прости, у нас там... - она начал объяснять ситуацию, но осекся. Понял, что это в общем-то не имеет никакого значения. Ему попросту нужно сегодня быть не здесь. - Ничего, пап. Привези мне вечером ананас и мы будем квиты. - Вторая улыбка получается куда лучше и непринужденней первой. Но все равно - даже в ней сквозит некая боль. Мужчина кивает, подходит к кровати, мягко целует в висок. - В холодильнике была какая-то еда. Я оставлю деньги, закажешь пиццу или покушаешь в ресторанчике, что напротив. И прошу, если выходишь - бери телефон. - Он как обычно слишком волновался, оставляя ее одну. - Все будет хорошо, я же уже взрослая девочка, пааап. - Вот только именно это его и волновало. Его девочка росла слишком быстро. Он никак не мог привыкнуть, что она уже такая самостоятельная.

Если бы сейчас рядом был отец, он непременно бы сказал: "а я тебе говорил...". Только отца рядом не было, а вот куча незнакомых людей в огромном чужом городе - были. Людей, которые не разговаривали ни на ее родном, французском, ни на английском. Ладно, с английским было все несколько проще, хотя бы пару слов, но практически любой прохожий сказать мог, но все равно этого было недостаточно.
Стоя на пути у множества незнакомых людей, которые спешат по своим каким-то важным делам и понимать, что совершенно не помнишь какими улочками забрела на эту улицу - довольно страшно. Единственное, помнишь, что проходила мимо какой-то большой красивой статуи. То ли скрипки, то ли виолончели. Дорогу от того памятника ты знала хорошо, но вот как выйти хотя бы к нему?
Всегда был вариант позвонить папе и сказать, что заблудилась. В этом варианте было несколько неприятных "но". Как-минимум, она в очередной раз покажет, что без его помощи не способна обойтись и дня, а как максимум, опять заставит его нервничать. Потому на этот раз стоит все же постараться и отыскать путь.
Что может быть более оглушающим, чем тишина? Трель звонка телефона, когда он в выключен. Сначала кажется, будто это у кого-то рядом что-то звонит. Вот только прохожие даже не пытаются найти свои телефоны, а значит - этот звук слышен лишь ей. Рука тянется к мобильному, девушка долго разглядывает мигающий экран, а потом нажимает на кнопочку вызова. Сначала из динамика не вылетает и звука, но потом... - Привет, Софи. Сегодня я хотела познакомить тебя со своей подругой. - Бриоль белеет и сжимает пальцы. Нет, она уже почти привыкла к голосу мамы, вот только разговоры с "подругами" это нечто новенькое. В этом не может быть ничего хорошего.
Несколько сильных тычков на кнопку отключения разговора. Телефон в карман. А после - бежать вперед, еще больше плутая в незнакомом городе.
Иногда бег помогает выкинуть из головы ненужные мысли. Иногда же - сталкивает людей.
Не разбирая дороги, не различая ни людей, ни пути бежала Софи пока не остановилась аккурат носом в какого-то незнакомца. Врезалась, остановилась, и сделав шаг назад подняла на мужчину свои заплаканные глаза. - excusez-moi... извините... - сбиваясь с французского на английский, обращается к незнакомцу. Только сейчас француженка замечает, насколько тяжело ей дышать, а из глаз льются непрошеные слезы. - Я вас не поранила? - Все же решает уточнить, перебарывая какую-то неловкость возникшей ситуации. Еще и эти слезы, которые так и не хотят остановится.

+1

4

Такие города, как Будапешт, Париж, Рим... Особенно, Рим! Они поглощают весь мир вокруг тебя; они способны раздавить любого эгоиста и с гигантского великана сделать маленькую черную точку... Посреди огромного города. Все это дополняют такие же черные точки, как и ты сам. Маленькие, никому не нужные и одинокие, на фоне огромного мерцающего шара под названием Земля.

Фредо отчетливо вспомнил слова сказанные врачом неотложки, когда у его матери участились приступы. Он помнил, как тот встряхивал его и довольно холодно, резко сказал:
- Запомни парень. В этом мире всем на всех и все срать! И если ты не можешь сам, то никто и никогда за тебя ничего не сделает!
И он тоже тогда был по-своему прав. Леди Лью не хотели переводить на обследование в более качественную клинику. А у него не было денег, чтобы их заставить это сделать. Да, спасибо "семье"! Они сжалились над мальцом, но с какой надменностью, с каким пафосом. Словно, он был мелкой сошкой в их глазах. А он и правда не стоил и гроша...
Он не стоил ни единого цента, вложенного родителями в его эгоистичную персону, ни капли слез родной матери, что так разнежила Фредерика на шелках. Типичный ублюдок, стоящий сейчас среди улицы в огромном городе, где он даже не знал, как попросить людей показать ему консерваторию...

И все это давило на Фредерика, сбивало с толка и злило. Но, ровно до того момента, пока его личное пространство не было нарушено кем-то извне. Кем-то живым и крайне не расторопным. По крайней мере, так он считал первых несколько секунд. Вернее, успел словить себя на мысли, что несколько неоднозначно отнесся к впереди стоящей девушке, что по воле рока в него врезалась.
- Я вас не поранила?
А он растерялся, не проронив и слова. Все слишком просто и банально. Несколько раз моргнув, Фредерик впал в ступор, не зная, что ответить. Он несколько часов искал хоть кого-то, кто смог бы связать два слова на родном английском и без акцента, а сейчас молчал, поджав губы.
И вся суть парадокса была именно в том, что жизнь любит сталкивать носом к носу людей в интересных местах, городах... И, несомненно, с такими неповторимыми историями жизни. Так, словно, это продумано кем-то свыше, или ниже.
Мы редко задумываемся над этим. И обычно делаем это, кстати, слишком поздно. Но, сейчас откуда ему было знать, отчего глаза незнакомки влажные и почему она так напугана.
Да, он успел сделать несколько выводов. Успел рассмотреть ее, но это не отменяло тягостного молчания. В какой-то момент Фредо очнулся от ступора и довольно растерянно, даже мягко проговорил:
- А вы, собирались меня ранить?
Он так же прекрасно понимал, что перед ним стояла довольно юная особа, но...
Но, дамы и господа, воспитание и благородство невозможно взять и вышвырнуть из человека. Это просто нереально. И чтобы интеллигент не сделал, но он даже ругается культурно и с извинениями. А перед тем, как начать махать кулаками, несомненно, бросит своему врагу в лицо перчатку. И во всем этом, была заслуга ее... Леди Лью.
Хотя, спустя десять лет он научится открывать дверь с ноги, начнет называть вещи своими именами и разучится извиняться. Но, это будет потом. А пока. Пока, невинный мальчик во взрослом Мистере-Дэнди все еще был жив. И он с трепетом, толикой нежности доставал из внутреннего кармана "косухи" шелковый носовой платок. С таким же трепетом передавал его девушке. И как-то был сжат. Маленький Фрэдди всегда был несколько скован и нежен в общении с женщинами. Ведь он ими восхищался и боготворил их.
Увы! Мальчик начал умирать, едва Фредерик попал в "семью Торрели". Он просто забился в угол, где-то очень глубоко в душе молодого человека. Забился и зачах, оставляя серую дымку за собой; как отпечаток.
- Почему вы плачете?
Он даже не спросил ее имени. Просто потому, что... Потому, что это было не столь важно, а вот слезы. Он ведь так ненавидел женские слезы. Милый мальчик дэнди; славный и добрый Фрэдди. Каким же ублюдком, вы станете мистер, через десять лет!

А пока. Пока они стояли посреди площади в одном из самых мрачных и готичных городов мира. Они стояли в центре снующей толпы, и в какой-то мере, эта юная незнакомка полностью завладела его вниманием. Так, словно, никого и не было вокруг. И так надо. Так правильно. Ведь, порой, душевные раны стоит лечить рядом с такими же людьми, как и ты сам.
Все, в порядке, Фрэдди. Все, хорошо. Это просто жизнь.
Почему так больно?
Ты, просто наконец-то взрослеешь...
... стареешь душой. Но, это пройдет. Ты станешь большим и холодным, как глыба черного мрамора.

Отредактировано Frederick Klemente (2015-01-16 00:49:11)

+1

5

Такое бывает редко, но все же случается - чужой ответ попросту выбивает почву из под ног. Такой простой, но в тоже время неожиданный. Зачастую люди отвечают "ничего страшного" и забывают об этом досадном инциденте уже через пару минут. Потому что никому ни до кого нет дела, только очень редкие люди способны выйти за грань обыденности и ответить вразрез ожиданиям. Ответить так, будто говорят совсем не о столкновении на дороге, а о чем-то недосказанном. - Думаете, я могла бы? - Глаза-блюдца поднимаются на мужчину, будто в желании понять об одном и тоже они сейчас говорят или она что-то упустила.
Стоящий перед ней молодой человек был тем типом людей, с которыми ее часто знакомил Роше. Высокий, статный и с каким-то странным блеском в глазах. Рядом с такими людьми всегда витал успех и целеустремленность. Она же в свои юные годы еще не успела познать ничего из этого, а потому ее тянуло к таким людям. Софи хотела узнать секрет, как стать такой же в будущем. Такой, к которой захочется прикоснуться, которую захочется оставить рядом... впрочем, в данный момент ее душевное состояние несколько повлияло на мироощущение, потому незнакомец показался ей не только успешным и настойчивым, но и всецело несчастным в душе. Показалось же? Не могут быть такие люди одинокими или несчастными. Наверное, это было первое из разочарований во взрослой жизни - понять, что даже взрослые люди не лишены душевных травм, и сколько бы ни были они успешные, богатые или знаменитые, внутри у них бьется такое же живое трепетное сердце.
- Это сложно объяснить... - достаточно сложно, чтоб вы не решили, что меня лучше сдать в больницу. Софи делает глубокий вдох, выдох и решает высказать лишь половину правды. - Я всего несколько дней в Будапеште, город такой большой и запутанный, что я умудрилась потеряться. Мне нужно найти площадь со скрипкой, недалеко находится мой отель. - Вот только это несколько не объясняет слезы. Маленькая француженка не походила на девочку, которая начинает плакать из-за того, что потерялась. Здесь было что-то еще. Что-то, что по какой-то причине она не хотела говорить. Пока не хотела. - Вы здешний? Не могли бы мне помочь? - Слезы еще стоят в глазах, но на губах возникает робкая улыбка.
Хочется верить, что не все происходящее в этой жизни происходит просто так. Действительно хочется, чтоб иногда теряясь в новом городе можно было найти человека, который найдет тебя саму, а, может, ты поможешь ему не потеряться?
- Не знаю, что на меня нашло, но я вышла на прогулку и совершенно забыла взять с собой не то что деньги, а даже телефон. - Чем дальше, тем все безумнее становилась ее откровенность. Конечно же, она не могла рассказать первому встречному, что убегала от голосов в своей голове. От того безумия, что захватило ее разум. Конечно же, ей хотелось выглядеть нормальной, хоть немножечко. Вот только чтоб быть нормальной, нужно разыскать в себе еще немного мужества, чтобы сознаться в своих слабостях, а именно этого она сделать сейчас и не могла. Пусть уж лучше незнакомец думает, что она маленькая испуганная девочка, которая хочет к папочке, чем попытается понять, что она медленно, но уверено съезжает с катушек. А ведь ей всего пятнадцать. А ведь у нее еще вся жизнь впереди... если повезет, будет.

+1

6

Я - натянутые струны нервов Фредерика Клементе.
Быть откровенным с самим собой. Нет, только не сейчас. Давайте упустим эти сопливые разговоры со своей собственной персоной на темы: тленности бытия и вечности в объятиях смерти. Пускай так, пускай это ложь. И пускай, весь мир сейчас похож приторную патоку цвета детской неожиданности. Не совсем удачный пример, но именно так он представлял на данный момент большой шар с названием: Земля.
- Думаете, я могла бы?
Это звучало с ее уст слишком мило и так... живо, что-ли? Сама эта формулировка всего этого диалога могла вызвать львиную долю умиления. А вместо этого, он тихо и печально прошептал в ответ:
- Сомневаюсь. Вы, слишком нежны для этого. Вам, по-крайней мере, не хватает чего потяжелее в руках.
Фредо улыбнулся, понимая, насколько глупо и главное, наивно звучали эти слова. В последнее время, он считал, что хуже уже и быть не могло. Все началось с гибели отца, потери родных пенатов, нищеты и когда он повторял себе эти слова, эхо внутри его жалкой душонки отчетливо твердило злорадным голосом: может, может...

А ведь, в первую очередь, стоило сейчас обрадоваться, что-ли. Что вот посреди этого чужого города все же нашелся один единственный человек, знающий английский так же, как и ты сам. Пожалуй, это здорово.
Площадь со скрипкой.
Я - тоска в глазах Фредерика Клементе. А он, кажется, уже и забыл о скрипке. Или нет? Нет, не так. Хотел забыть о скрипке. Поднимая верх глаза, он озадачено осмотрелся по сторонам. Скрипка? Подумать только на какие уловки способна судьба, сталкивая людей лбами посреди большого города.
- Скрипка. Я даже и не знал, что здесь есть такая площадь.
Когда просит женщина, он готов упасть перед ней на колени, лишь бы не видеть слез. Фредо, Фредо. Милый мальчик Фредо. Знал ли ты, что спустя 10 лет не одна женщина будет лить по тебе слезы, а ты даже этого и не заметишь. Что холодное покрывало цинизма и нарциссизма плотно скроет твое истинное обличие. Нет, но тем и лучше. Ведь тогда бы ты пустил себе пулю в висок.
Высокие моральные принципы, уравновешенность и спокойствие. Трепет по отношению к женским слезам и к ним самим. И вот уже этот милый мальчик-дэнди выставлял в бок локоть, тем самым предлагая ей свои услуги. Улыбался слишком наивно и так добродушно.  А в ответ говорил тихим, бархатным и успокаивающим голосом:
- Конечно, здесь и речи быть не может. Я вас одну не отпущу. Пойдемте, найдем вашу площадь... А я.
И здесь он замолчал. Ведь, правда, площадь найти легче, чем небольшой музыкальный инструмент.

Я - потерянное детство Фредерика Клементе.
- А вообще, знаете. Это потрясающее совпадение. Скрипка, - надо было держать себя в руках, надо было брать волю в железный кулак, впервые в жизни: - Представляете. Я тоже ищу... Только саму скрипку. Увы, не площадь.
И вот она большая каменная глыба с виду, с такой тонкой и лирической душой, уверенно шагала по мостовой. Ровно, в полшага, чтобы  прекрасная и юная особа за ним не бежала. Ведь, то был бы дурной признак. И не позволил бы себе такого хамства к женщине мистер-невинная-душа.
- Вот только, понимаете. Я только одну фразу знаю на болгарском и то криво-косо.
И ведь не врал. Не умел врать. Да-да. Тогда, еще лет 10 назад мистер-дэнди краснел, бледнел и зеленел; не умел врать и брал девушку слишком нежно за руку; боялся связать "семью" и свои пристрастия; и порой, был слишком откровенен.
А он забыл спросить даже ее имя. А может посчитал лишним, что спугнет ее невинную кроху. Хотя. Хотя, спугнуть он ее мог как раз этим:
- Скажите, а вы не спешите? А то я правда, согласен вам помочь, - облизнув бегло губы, Фред опять озадаченно оборачивался по сторонам на все четыре стороны, - найти площадь, но насколько быстро. Быть может, вы опаздываете. А я вас задерживаю.
Повернув голову в ее сторону, Фредерик несколько печально и так откровенно-нежно посмотрел девушке в глаза.
Я - милый мальчик-дэнди, что скоро умрет в душе Фредерика Клементе.

+1

7

Неужели, чтобы быть опасной обязательно стоит держать в руках бензопилу или молоток? Женское оружие куда опасней и прицельней любой снайперской винтовки. Даже, если женщине всего пятнадцать и она совершенно ничего не знает о жизни. Даже когда она растерянная и потеряна, особенно, если она заплакана. Так уж повелось - женские слезы самое опасное оружие для мужчин, которые считают, что сами не имеют права на слезы.
Софи ничего не ответит. Лишь неловко и совсем по-детски улыбнется, смахивая последние слезинки. Она не собиралась ранить его, но все же стрела некоего чувства застряла в его сердце. Пусть, это могло быть довольно далеко от любви мужчины к женщине, но вполне напоминало связь родственную, а потому - нерушимую. Возможно, молодой мужчина еще и сам не понимал этого.
- Площадь была давно, а вот скрипка, как я поняла из рассказов местных, была воздвигнута совсем недавно - несколько лет назад каким-то приезжим бизнесменом. Кто-то рассказывал, что это дань любви. Но не мне об это знать и рассказывать. - Ей даже рассказывали эту историю, но она в то время была погружена в какие-то свои мысли и совершенно не заинтересовалась. Возможно, запомни хоть что-то из легенды, Бриоль сейчас смогла бы с большей легкостью найти нужное ей месте. А, может, стоило найти все же кого-то, кто живет здесь уже давно. Вот только в ее распоряжении был лишь этот молодой человек, а потому выбирать было особо не из чего. - Спасибо... - Софи наконец-то удастся совладать с нахлынувшими чувствами. Успокоится и стать чуть более нормальней, чем всего пару минут назад. - Она небольшая, находится то ли у театра, то ли у филармонии. Я не разбираюсь в этом особенно.
Откровения мужчины были так неожиданны. И действительно - бывают же в жизни совпадения подобного рода. - Что за скрипку вы ищете? - Признаться, маленькая француженка не понимала, о чем говорил мужчина. Скрипа, инструмент... он - музыкант? Или что еще может означать это все?
Они не спеша шагали куда-то вперед. Никто не знал дороги, но Будапешт не такой уж и большой город, чтоб здесь потеряться и не найтись.
- Одну? Мне даже стало интересно! - Казалось, первоначальный испуг растворился. Вообще психика у подростков очень пластична, а потому им не свойственно слишком долго испытывать какое-то негативное чувство, без постоянного раздражителя. Потерялась? Не беда! Найдется. Да и отец, как только поймет, что пропала, сразу же кинется на поиски.
- Куда я могу спешить, когда я потерялась? - Малышка развела руками, будто показывая, что причины для спешки у нее теперь то уж точно нет. - Да и некуда. Здесь я на отдыхе, у отца сегодня в очередной раз важные дела по работе, а я сидела в гостинице одна. Заскучала, вышла прогуляться... и вот я потерялась в чужом городе. Даже как-то странно. - Бывали случаи и раньше, что она терялась. Вот только в этот раз все произошло из-за матери, которая зачем-то приходила к ней. Откуда малышке то знать о своих психических проблемах и причинах их появления, когда отец старался всячески оградить свое дитя от внешнего мира и стрессов. Вот только не всегда есть возможность это сделать. Не всегда родители могут уберечь.
- Ой, простите, я совсем забыла представится. Меня зовут Софи Бриоль, я прилетела несколько дней назад из Франции. Хотя, по-правде говоря, мы с отцом так часто путешествуем, что я уже сомневаюсь, что моя родина и дом - во Франции. - Кажется, француженка заметила знакомую улицу, а потому свернула в проспекта на нее. Все это произошло так непринужденно, что осталось даже не замеченным. Она просто шли не разбивая дороги, полагаясь на удачу. - А как вас зовут? И, может, это я отвлекла вас от каких-то планов? - Если уж быть совершенно откровенной, она прекрасно понимала, что у взрослых людей куда больше занятий, чем у подростков. Потому если уж кто кому и мешал, то это явно была она.

+1

8

Only the young can...
Lost when the wind blow...
Only the young can...
Lost when the wind blow...

© Brandon Flowers
Рыцари не умерли. О, нет!
Они живут глубоко в нас. Но, жаль, что так мало женщин осталось ради которых джентльмены просыпаются в нас, ублюдках. Мы часто забываем. Прости. Прошу. Благодарю.
Мир изменился и мы вместе с ним. Очерствели, стали холодными и безразличными.
Фредрик шел медленно, позволяя девушке не переходить на бег. Изредка наклонял голову, чтобы лучше ее слышать. Пожалуй, это был один из самых лучших выходов из этой далеко не перспективной ситуации. Ведь скрипка сейчас отошла на второй план, она больше напоминала воздушную метаморфозу. Деформировалась в девичий голосок, улочки Будапешта и легкий весенний ветерок.
Это, как легкая сепия на стареющем фото, где все улыбаются, позируя фотографу. Это, легкий бриз на лице, который мы стараемся сохранить в памяти на долгие годы. И он запомнит Будапешт именно таким. Со скрипкой, милой девочкой, брусчаткой и готическими зданиями города.

Проходя мимо калеки, что просил милостыню, милый мистер-дэнди остановился и порывшись в кармане куртки, достал купюру в 500 форинтов местной валюты. Он был и раньше наслышан от матери о ценах в Венгрии и, соответственно, качества. Эти деньги, наверное, их бы хватило бездомному на еду. Молоко и хлеб. А сам, Фредо был искренне уверен, что они не пойдут ни на алкоголь или наркотики. Уж слишком, у старца был добрый вид, а главное, глаза - полные горечи, усталости и одиночества... А впрочем, мы все одиноки. Но, каждый по-своему. Таковы правила игры судьбы.
Подав деньги старику, бандит улыбнулся. Он ничего не понимал, что тот говорил ему в ответ. Но, это было и неважно. Взгляд полный благодарности вместо тысячи слов на венгерском. Пожалуй, за этот взгляд он был готов отдать все свои деньги заработанные рэкетом и грабежом. Этакой "Робин Гуд" нашего времени.
- Прости, я отвлекся, - он медленно и довольно сглажено перешел на "ты".
Удачный момент? Просто, это был шанс повернуть. Повернуть историю, добавить и раскрасить ее новыми нежными красками.
- Очень приятно, Софи. А я - Фредерик, - повернув к ней голову, молодой человек подмигнул девушке: - Просто Фред.Mother it's cold here. Father thy will be done.
Thunder and lightening crashing down.
They got me on the run, direct me to the sun.
Redemption keeps my covers clean tonight.
- Франция. Говорят, она прекрасна. К сожалению, я никогда не посещал эту страну. Расскажешь мне о ней?
Отчего-то глядя в глаза той девочки, Клементе вспомнил Лорелеа. Всего несколько лет, но таких долгих и тяжелых. То обручальное кольцо, что так и не было одето на палец его возлюбленной из городка Сан-Хосе. Мафия. Она - клеймо. Пятно, даже на самом искреннем человеке. Она способна очернить все на свете и... лишить самого ценного, что есть в жизни.
А впрочем? Дело ведь не только в рэкете. Дело в нем самом. И когда-нибудь он это поймет. Лет через десять. Но, пока.
Пока была неспешная прогулка, что называется: куда глаза глядят. Фредди удачно начал забывать зачем вообще приехал в Будапешт. И наконец, отлегло от сердца. Он отвлекся от сердечных терзаний, самобичевания и гнева.
Такие моменты. Такие люди. Пожалуй, они нужны. Они сглаживают углы и успокаивают больные души. Ведь он никогда и никому не скажет о своих терзаниях и душевных ранах. Он "разобьет не одну стену", но так и не сможет признать своей слабости. И в этом, мы мужчины преуспеваем лучше всего. Наверное, потому и умираем раньше...
- О, нет! Что ты. Я искал, - оглянув очередную улочку, Фред остановился взглядом на торговых лотках, где продавали всякие сувениры из самого сердца Венгрии, - Я тоже искал скрипку, только настоящую. Когда-то на ней играла моя мама. Причем, в этом городе и возможно, в той самой консерватории о которой ты говорила.
Улыбнувшись уголками губ, молодой человек смотрел ей в глаза. Молчаливый диалог взглядами. Он стоит дороже всех слов и способен передать гораздо больше эмоций и чувств, чем скудные словосочетания и предложения сказанные, как между прочим.
Смотрел на нее, возможно, слишком наивно, слишком нежно... живым кричащим взглядом. Такие взгляды запоминают лучше всего, они остаются в закромах памяти на всю жизнь.
- У тебя печальные глаза. Ты, ведь плакала не из-за того, что потерялась, верно? - Фред говорил тихо и ласково.
Возможно, это был и бестактный поступок, но он - искренен с самого корня и в нем не было никакого подвоха. Это было чувство переживания, некая толика страха.
- Прости, наверное, я лезу не в свое дело.
Выходя из этой нелепой ситуации, Клементе перевел свое внимание на торговые лотки. Улыбнувшись несколько по-детски, мистер-бандит живо проговорил:
- Пойдем посмотрим, что там? Я вообще не люблю ходить по сувенирным лавкам, но почему-то сейчас захотелось.
Все хорошо, все в порядке. Просто у тебя есть душа, Фредди.
Даже в таком ублюдке есть своя частица света. Пускай маленькая, пускай. Но, она просыпается не всегда и далеко не со всеми.And the sun will shine again.
And the sun will shine again.
Are you looking for a sign?
Or are you caught up in the light?

+1

9

Время текло неумолимо вперед. Каждое брошенное слово, улыбка или поступок становились уже через миг необратимыми. И хоть плачь, хоть умоляй время повернуть вспять - все останется неизменным. Потому, чтобы жить, нужно идти вперед. Только там будет будет что-то. Нет, нечто. Именно ради этого нечто Софи и продолжила путь. Возможно, когда-нибудь потом, она осознает, что именно в этот день она встретила одну из важных составляющих своей жизни - мужчину, который станет другом. И не будет в их отношениях и капли лжи. Они как открытая книга друг перед другом. Они как личный дневник, которому никогда не суждено побывать в чужих руках.
- Я буду называть тебя Фредди! - Уже совсем повеселев, отзывается Бриоль. До этого момента она будто плыла в лодке и боялась выглянуть за борт, увидеть воду. Но теперь она четко различала свое отражение. Можно было с легкостью его разбить - лишь соприкоснувшись с водной гладью. - Франция, да что о ней рассказать? - когда ты не так уж и долго живешь в каком-то месте, а потом меняешь места обитания раз в пол года, они перестают для тебя отличаться хоть чем-то, кроме языка, быть может. - Я там родилась и жила лет до шести-восьми, потом мы с отцом начали много путешествовать. Потому я не могу сказать, что Франция чем-то выделяется. В ней жить практически так же уныло, как и в Англии, Италии или России. - Деприссивные подростки остаются деприссивными в любой стране, как, впрочем, и подростками. Софи не была исключением, ее настроение скакало не хуже кузнечика, особенно в те дни, когда она забывала принять таблетки. Как сегодня, к примеру.
- Да и лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, неправда ли? - Нет, француженка даже не предполагала, что однажды свозит Фредерика в Париж. Но это будет многие годы позже. Это будет уже после того, как они на двоих пуд соли съедят, проверяя свои отношения на прочность. - А ты, оказывается, еще больший мечтатель, чем я. Когда это было? Когда они играла здесь на скрипке? - Почему-то это внезапное признание подкупило ее. Кто еще будет искать к огромном городе скрипку, которой, возможно, уже и нет? Только истинный безумец! Такой же, как и она. Безумие сближает, не так ли?
Слабо улыбнется, услышав ответ. Может ли она сказать правду? Поверит ли он ей? Софи не знала, а рисковать было слишком страшно. Взрослые люди привыкли все опускать с небес на землю и ее состояние называть "признаками начинающейся шизофрении". Страшный диагноз, неправда ли? - Это все очень сложно. - Еще до конца не зная, сможет ли открыться парню, или сохранит свою тайну. - Нет, все не так страшно... - я просто схожу с ума, и это не заразно.
Конечно же, хотелось во всем признаться. Рассказать о своих страхах, опасениях и быть понятой. Но Бриоль уже устала от всех этих взглядов, который жалели такую молоденькую красивую девочку, а уже неизлечимо больную. Жалость - хуже топора в спину. Его хотя бы можно вытащить и запустить обратно, а с жалостью то ей что делать?
- Сувениры? Отличная идея! - Цепляясь за любой повод лишь бы только не говорить о своей маленькой тайне. И ведь правда - они забрели на целую ярмарку. Здесь было безумно много всего. Украшения, поделки, раритетные вещички. Вот только у Софи совсем не было денег, потому она могла лишь жадно рассматривать понравившиеся безделушки, но не купить их.
Схватив одну из шляп, которые раньше она видела только в гангстерских фильмах, нахлобучила ее на голову Фредди. - А тебе идет! Ты почти как самый взаправдашний гангстер шестидесятых! - Засмеется, примеряя на себя подходящую к тому времени дамскую шляпку. - Нет, все-таки мое - это межпланетная одиссея в команде хиппи! - Улыбается и показывает два пальца, - пис брат. - Настроение поднимается вверх, уже почти не страшно, что она потерялась в чужой стране. Уже почти не страшно, ведь теперь она не одна.

+1

10

[audio]http://prostopleer.com/tracks/4428133hytg[/audio]Это было более, чем мило. Это, как легкое дуновение ветра с запахом фиалок. Аромат любимых маминых французских духов, кофе и пирогов от пани Возняк. "Фредди", это напомнило дом. Напомнило его друга Цезаря, библиотеку отца и клубнику, собранную руками матери. И таких моментов он мог вспомнить еще добрую тысячу, слишком многое для него значила семья. И та, которая дана была ему при рождении... И та, что сейчас медленно ломала привычный мир мальчика-дэнди.
А ведь совсем недавно, каких-то несколько лет назад он врывался в окно к Ло, с украденным букетом лилий. Потом влазил в местные разборки и вместе со своим другом уносил ноги на стареньком бьюике. Сан-Хосе. Таких моментов в жизни мистера-неженки было более, чем предостаточно. И он помнил все.
Но, пройдет время и это все померкнет от рутины серых будней, окровавленных манжетов и ослепительно-белых воротничков рубашки. Придет время холодной стали в душе и пустоты. Но пока... Пока были лилии в памяти, побег с голым задом из квартиры его бывшей возлюбленной и истошного вопля ее соседки с нижнего этажа. И были такие моменты:
- А ты, оказывается, еще больший мечтатель, чем я. Когда это было? Когда они играла здесь на скрипке?

Это было давно. Слишком давно. В той, другой жизни. Он не знал, как ответить. Не знал, как объяснить, что даже не видел эту скрипку воочию, но не мог забыть о ней, с тех самых пор, когда впервые мама рассказала, как они познакомились с отцом в Будапеште. И это стало для маленького мальчика-дэнди именно святыней. Более того, когда мальчик вырос и он так же знакомился со своей единственной любовью - Лорелеа Леншерр. Эта параллель была очевидна. Милый, славный мальчик, что медленно окаменеет со временем. Все просто. Еще несколько лет назад он действительно занимался рэкетом и грабил у богачей, отдавая деньги бедным и многодетным семьям. А сейчас? Сейчас в его жизни была черная бухгалтерия семьи Торелли, мимолетные связи и та самая любовь угасла, после разрыва с Ло. Он больше не испытывал к женщинам такой острой привязанности, вбив в свою черепную коробку  дословно цитирую: "За таких ублюдков не выходят замуж, Ло. Это ничтожество, что принесет тебе лишь сплошные разочарования!"
- Я не видел ее никогда. Моя мама просто когда-то рассказала, что виной знакомства с моим отцом стала именно та скрипка. Она выступала с оркестром здесь в Будапеште, а он в нее влюбился. Хотя, это долгая история. И скрипка сыграла весомую роль в их отношениях...[float=right]My sweet sixteen,
Oh runaway child
Oh sweet sixteen
Little runaway girl.
[/float]
Фред резко опешил и замолчав, поправил шляпу на своей голове. Это, словно, обухом по голове. А ведь эта славная и милая девушка даже подумать не могла, что до того самого гангстера он был близок, как никто другой. В какой-то мере, это укололо. Задело за ту самую ниточку, как когда-то было с матерью Ло.
Но, на удивление это быстро прошло. Настолько быстро, что даже сам Фредерик не заметил, как купил эту шляпу. Все его внимание было сосредоточено в этой юной "хиппи".
- пис брат.
Не выдержав, Клементе тихо рассмеялся. В последнее время он не привык показывать свои эмоции. Оно и верно, что семья Торелли его зажала в свои стальные кандалы. Конечно, шляпа совершенно была не к месту и смотрелась более, чем странно в тандеме с его байкерской курткой. Но, и это отошло в сторону. По факту он выглядел так же странно, как когда-то в школе, когда играл роль Джульетты в школьном театре. Правда, сейчас было без макияжа и того жуткого платья с кучей непонятных бретелек, шлейфами и прочим. Но, ассоциация сложилась именно такая. Лучше бы не вспоминал.
Он видел, как она рассматривала всякие мелочи. Малышка больше не печалилась и отчего-то это успокаивало без того "воющую" душу мистера-джентльмена.
Ему захотелось, что-то оставить ей о себе на память. Может, даже и эту шляпу гангстера.
- А вот обереги, - переведя взгляд на невзрачный лоток с кучей погремушек и ловцов снов, Фредо усердно вспоминал мамины рассказы о Венгрии, - мама когда-то говорила, что здесь можно найти не только старые упоминания о рыцарях.
Проведя пальцами по одному ловцу, Фредо несколько озадаченно проговорил:
- Хотя, откуда здесь могут быть ловцы снов? Латы там, какие-нибудь мешочки с мелочью или кулоны еще понимаю.
- Народ требует.
Дернувшись, молодой человек обернулся на голос и пронзил говорящего продавца свои фирменным взглядом:
- Ага. Бизнес, - облизнув губы, он добавил: - вы на английском хорошо говорите?
- Ну, как-то... так-то.
Оборачиваясь к Софи, Фредерик глянул ей через плечо и тихо спросил:
- Что-нибудь есть интересное на "борту межпланетной одиссеи"?

+1

11

Взгляд блуждал по различным вещичкам, они все были будто из другого столетия, а некоторые - эпохи. Но вот выбрать что-то для себя Софи не могла. Все было таким "не в ее стиле", что даже как-то грустно становилось. Лишь одна статуэтка бросилась в глаза - небольшой постамент скрипки, который она точно уже где-то встречала, а точнее эта фигура была куда больше и выглядела куда лучше. Бриоль спросила у продавца - как пройти к площади, где стоит вот такая же скрипка. Торговец улыбнулся и указал рукой вперед, через этот небольшой базарчик. - Вы в двух шагах. До конца улицы, а там увидите. - Такой удаче и верить то нельзя было. Обрадовавшись, Софи уже хотела рассказать о новости Фредди, как он сам окликнул ее.
- Нашла, - кивает француженка и подзывает к себе, - гляди. - Показывает на скрипку, а после добавляет: - и это не единственная скрипка, которую я нашла! Площадь, которую я искала, оказывается, она совсем недалеко! - В голосе чувствуется радость. Все же Бриоль не нравилось ощущать себя потерянной, а теперь есть некая уверенность, что домой она точно попадет.
Все могло закончится хорошо, они бы нашли ее гостиницу и, скорее всего, уже никогда бы не встретились, если бы не случай. торговец пытается удержать предположительных покупателей еще немножечко, и все же продать им что-то, показывает на старый раритетный телефонный аппарат, снимает трубку, в которую нужно было слушать и прислоняет к уху Софи. Из трубки раздается женский незнакомый голос: - привет Софи, твоя мама сказала, что сегодня ты встретишься с моим сыном. Передавай ему привет. - Такое происходило впервые. Раньше Бриоль не слышала других голосов, кроме собственной матери, а потому на какой-то миг малышка одеревенела, а после - отшатнулась от телефонной трубки. Вцепилась в кисть мужчины своими побелевшими пальцами, сжала со всей силы и тихо спросила: - что случилось с твоей мамой?
Француженка не причисляла себя к экстрасенсам, но иногда от матери она узнавала то, чего не могла бы узнать ниоткуда больше. Скорее всего, это попросту мозг подмечал что-то такое, что было не дано заметить самой девушке и ее основной личности, потому шизофреничные голоса открывали ей глаза, делая из нее чуть ли не телепата. Место для этого разговора было не очень подходящим, да и взгляд торговца вызывал дискомфорт, а потому ноги сами собой пошли в направлении указанной площади, не отпуская рук мужчины. - Понимаешь, я иногда знаю нечто такое, что не дано знать другим и... слышу это. Она разговаривает со мной. Но сегодня это была не она. Твоя мама передала тебе привет. Скажи мне, пожалуйста, что это невозможно. Скажи мне, что она жива и здорова. Не лежит ни в коме, ни в земле. - Казалось, это уже была не та Софи, что минуту назад. Кожа стала цвета мела, голос стал более низким, а взгляд - тусклым. Возможно, стоило словить такси и везти ее в больницу, и любой скептик поступил именно так, но еще был шанс поверить ее словам и спросить. Кто знает, может, действительно где-то на грани ее болезни есть небольшая лазейка для умерших, которые могут прорваться на краткий миг в мир живых. У Софи не было ответа, и ей так же было страшно. Но что сделает Фредди? Захочет ли он поверить?

+1

12

[audio]http://prostopleer.com/tracks/5267089f2WV[/audio]Ты, должен быть сильным, Фредо. Запомни мой мальчик, сила не в кулаке, а у тебя внутри...Да, он верил. Верил с детства в эти слова. Его отец был отличным учителем, хоть и весьма строгим. Он стал примером для славного мальчика Фредди. Когда его убили, у малыша-дэнди что-то оборвалось внутри. Именно так, словно, ему выкрутили руки и завязали их морским узлом. Он растерялся, ведь всю свою жизнь мальчишка чувствовал надежную опору под ногами, что давал ему отец. Любовь, как и правду, милый, не купишь и не продашь. Она способна растопить даже айсберг...И ведь покойная миссис Клементе была тоже права. У нее было удивительное свойство видеть во всем прекрасное. Но, после ее кончины, милый и славный юноша-аристократ очерствел, закостенел изнутри. Его сердце превратилось в камень, вытеснив светлые оттенки. Пожалуй, через это проходили пусть немногие, но некоторые. Одни кончали плачевно, сам же Фредерик посвятил оставшегося себя "семье Торелли". Лишь потому, что так он забывался. Несвоевременно взрослел и пытался адаптироваться под этот внешний мир, что абсолютно противоречил тому - живому с семьей, пани Возняк и запахом жасмина из сада. Так ломаются люди...

А он, ведь, уже обрадовался вместе с девушкой. Значит, все же фортуна была и на их стороне. И, возможно, он нашел бы и свою скрипку. Ту, что в последствии перевез бы обратно в Сакраменто и хранил вместе со старыми семейными фотокарточками, лентами и флаконами с мамиными любимыми духами. Да, это была дань, его персональная памятка. Примерно такая же, была и с отцом. Только сам Фредо хранил любимые марки своего родителя, его дневники и старый кинжал, что передавался из поколения в поколение по отцовской линии.
В какой-то момент, Фредо растянулся в кошачьей ухмылке, едва услышав радостные нотки в голосе француженки. Но, так же быстро эта улыбка стянулась и нервно дернулась губа. Ничего, такое бывало, просто нервы. Но, ведь никому не скажет об этом? Верно, не скажет.
- Что случилось с твоей мамой?
Она сжимала его руку, а он опять падал и разбивался о холодный камень мостовой. Все эти яркие и красочные тона тускнели и опять запахло медицинским спиртом и еще какой-то хренью, которой пичкали перед смертью его святую маму.
Снимая другой рукой шляпу, Фредо постарался перевести взгляд. О таких вещах не говорят вслух, об этом молча скорбят. Он молчал в ответ, поджав губы. Молчал и ловил себя на мысли, что не стоило ей позволять поднимать эту чертову телефонную трубку. Он не думал о том, что с ее психикой и здорова-ли она, вообще. О, нет! Милый и славный Фредди совсем недавно вздохнул спокойно и полной грудью. Ведь его не напрягали, не злили и какая-то наивная, даже более того, подростковая радость окутала своей призрачной дымкой, подарив ему чудесное знакомство. И оно целиком оттеснило истинные причины его приезда в Будапешт. Ведь он уже успел забыть о трауре по матери.
Но, эта чертова трубка разбила все в пух и прах.
[float=right]18 and life, you got it,
18 and life, you know
Your crime is time and it's
18 and life to go
[/float] Софи, крошка, кажется, начала выговариваться. А он сам шел за ней покорно и  в душе проклинал этот старый аппарат. Даже промелькнуло желание вернутся и купить его, чтобы, в последствии, выкинуть на свалку или утилизировать. Сорвать на нем злость.
Твоя мама передала тебе привет.
Это звучало более, чем утопично. Верил-ли он в жизнь после смерти? Когда-то милый Фредо считал, что после смерти души возносятся на облака и там проводят бесконечные дни в радости. Но, после его первого полета на самолете, мальчик жутко разочаровался и после этого ворвавшись в отцовский кабинет, начал терроризировать отца вопросами о смерти, жизни и душах. По факту же, он так и не определился и по сей день, верит ли он в переселение душ или их воскрешение. Но, что-то осталось в нем. Что-то, отчего чертовски хотелось верить француженке. И пожалуй, это была та самая любовь, которую невозможно ни купить, ни продать.
Поджав губы, он молчал. Не знал, что сказать ей, да и нужно-ли было? Фредерик улавливал ее страх и боялся сделать еще хуже. В какой-то момент он просто остановился и обнял девушку. И именно тогда он посчитал это даром. Даром свыше. Милый, славный, добрый мальчик Робин Гуд.
- Она жива, - прошептали губы, - она всегда будет жить в моем сердце. Как бы я хотел сейчас услышать ее голос...

+1

13

Хочется верить в то, что ничего не происходит просто так. Люди не находят друг друга без причины, не расстаются без веских на то оснований. Хочется знать, ради чего все эти новые знакомства, для чего были старые встречи. Зачем в этом огромном городе ей повстречался мужчина, а из неожиданно приставленной к уху телефонной трубки говорил незнакомый голос. Как бы Бриоль хотела знать ответы на все вопросы, что так задевают за живое, тревожат ее душу и сердце. Она знает, как больно терять тех, кого любишь. Она еще помнит, как страшно наблюдать за болезнью дорогих тебе людей. И пусть болезни тела и болезни разума - различны, но наблюдать за ними все так же одинаково страшно. А пережить, забыть это все, практически невозможно, особенно детям, которые так привязаны к своим родителям. Которые так зависимы от них.
Мужчина обнимает за плечи, прижимает к себе, словно в надежде успокоить, усмирить безумные видения и мелкую дрожь, что пробегает по коже. Софи утыкается носом в такие внезапные но необходимые чужие плечи. Она уже не может и плакать, только чужой холодный голос все звенит в сознании. Голос, когда-то бывший таким теплым, живым и мягким, навсегда заледенел и стал подобен уколам иголок. - Нет, поверь мне, ты бы не захотел его слышать сейчас... - француженка знала о чем говорит. Когда-то давно ей тоже безумно хотелось услышать голос матери, а когда она его начала слышать, поняла, что это последнее, что теперь ей хочется. Этот голос пугает ее. Этот голос настойчиво зовет малышку ступить за грань.
Приподняв голову вверх, Софи заглядывает в глаза Фредерика. - Прости, я не хотела тебя расстроить. Мне просто хочется верить в то, что я не схожу с ума... но, видимо, это уже произошло. - Подросток мягко отстранится, и молча махнет рукой куда-то вдаль. Еще несколько минут помолчит, а потом выпалит как-то неожиданно даже для самой себя: - Не стоит о грустном, ведь правда? - Когда же твоя жизнь соткана из грусти, разочарования и страха, иногда очень сложно найти место для чего-то иного. Но Софи не хотела сдаваться. Она всегда пыталась идти вперед, и чем дальше, тем лучше. Только не всегда это действительно было в цене.
- Пойдем? Я зайду в гостиницу, возьму денег и мы зайдем в кафе, если у тебя нет других дел. Мне не хочется оставаться сейчас в одиночестве. А еще... - она не была уверена, что имеет право говорить об этом. Наверное, стоит рискнуть и вновь быть честной. - А еще мне совсем не хочется оставлять тебя на этой ноте. Я не должна была лезть в твою жизнь, в твои чувства. Прости, что не сумела сдержаться. - Она бы могла и не заходить в свой номер, но денег совсем не было, а быть нахлебницей не хотелось. Да и это она решила, что они сейчас пойдут в кафе, может, Фредерик не хочет этого? Может, она настолько испортила ему настроение своими странностями, что он уже не может дождаться, когда распрощается с нею? - Но, если не хочешь, я пойму. - Голос был тих и еле различим. Он тонул в гомоне проходящих мимо людей, проезжающих машин и чужих эмоций. Софи же надеялась, что собеседник услышал ее, а еще ей так хотелось, чтобы он не посчитал ее больной, как зачастую делали другие люди.

+1

14

[audio]http://prostopleer.com/tracks/6118166YrC8[/audio]А он отдал бы все золото мира, чтобы вернуть те беззаботные года, когда леди Лью играла для гостей, что часто посещали родительский дом. Когда Коррадо поднимал бокал и говорил тост за него, никчемного сосунка, когда Фредо вмести с Дитером колесили по штатам. И зачастую вечно умудрялись вляпываться в разного рода передряги. Это было всего от силы пять лет назад, но такие сочные и яркие воспоминания. Они, словно, разноцветные слайды в голове и каждый раз для того, чтобы их просмотреть следует включить прожектор - память. Тоже было и с Ло. И ее тоже он помнил, как своих родителей. С той лишь разницей, что ее не убивали. Хотя и опекали местные бандиты из Сан-Хосе. И это тоже своеобразные, но очень яркие моменты из его жизни.
Он не помнил голоса отца. Хотя, нет не так. Он помнил его слова, наставления и советы, итальянский юмор. Но, интонация голоса...
Тоже было и с ней, мамой.

Считал-ли Фредерик ее сумасшедшей? Человек, который в 22 года выбрасывал труп маньяка в кювет, вряд-ли будет так многословен на счет психики и адекватности. Так, что нет. Он не считал ее "чокнутой". Разве что, так самую малость и в пределах того, какими могут быть подростки. Ведь все тинэйджеры немного "не в себе". Сам им был.
- Я не думаю, что это сумасшествие, - оглядываясь по сторонам, он словно проверял. А вдруг он сам сошел с ума? Хотя, вряд-ли. Ведь сходят с ума в одиночку, но далеко не в компании. По крайней мере, так считал сам итальянец.
Но, ведь и такое иногда бывает. Вдруг, сама девушка плод его воображения. Ведь в последнее время, он не раз взвывал к безумию и даже подумывал вздернутся в петле. Было, правда, было. Его личным стопом стал, как всегда Дитер, что вовремя встряхнул молодого человека и давая знатную затрещину, высказал все, что думает по этому поводу. Ну, и как следствие, сам Фредо поменял одно безумие на другое. Да, он связался с семьей Торелли, в надежде, что скоро его убьют. Конец, занавес.

И возможно, именно сейчас на его пути попался тот самый стоп-кран, что похлеще затрещин Дитера действует. Возможно, именно то, что должно было встряхнуть его и поставить на место. Такая вот маленькая и хрупкая девочка, у кого хватает сил  встать и сказать: "Не стоит о грустном, ведь правда?" А он так и останется стоять на мостовой и смотреть на нее, словно, на диковинку. Стыд? Да, именно он. Ведь крошка справилась. А он? А он уже искал очередной способ самоубийства, чтобы так - наверняка, но менее болезненно.
- Стой, - он говорил, скорее, по инерции. Удерживая ее за руку, Фредерик проговорил: - Подожди. У меня есть деньги.
Мистер-дэнди должен был сделать хоть, что-то. Что-то, что вновь воссоздаст в нем образ героев и героинь того же Шекспира. Что-то, что не позволит ему умереть окончательно внутри, очерстветь и превратиться в каменную глыбу. И самому "Муссолини" казалось, что это вот он последний шанс привести его в чувство и не дать загнуться.
- Я правда, хочу. Но, может сразу пойдем? - он смотрел на нее печальными и еще живыми, такими ранимыми глазами, в надежде, что она позволит ему это сделать, ведь тогда он сможет себя почувствовать тем джентльменом, коим он являлся с рождения, - Пускай, это будет вместо не нужных и неуместных извинений.
Он улыбнулся. Хоть и натянуто, но старался. Правда, ведь он редко искренне улыбался в тяжелые минуты, а не скалился. И у него, правда, были деньги... хоть ворованные, но все же были. На кафе, конечно, им хватит.
- Куда ты хочешь пойти? - совсем по-мужски и это так бодрит, дает тебе возможность... просто стать для кого-то мужчиной, не сопливым боем для битья, а именно мужчиной.

Отредактировано Frederick Klemente (2015-05-03 22:31:50)

+1

15

Когда что-то происходит впервые, ты вначале не можешь поверить в то, что это действительно все с тобой, а не с кем-то другим и ты лишь подглядываешь чужую жизнь. Потому когда Фредерик не отталкивает, а наоборот - понимает или делает вид, что понимает. Когда он принимает вот такое странное и совершенно ненормальное в незнакомке, Софи вначале даже не понимает смысла слов. По-инерции хочется сбежать от неприятного разговора, от обвинений и попыток вновь запереть ее в белых стенах. Привычка, что все поступают именно так - не отпускает и ввергает в какой-то ступор, когда не натыкаешься на закрытые двери, а влетаешь в широко распахнутые. А ведь, малышка уже хотела обороняться. И только спустя какое-то время. Спустя водопад сказанных слов, предложения пойти в любое кафе на выбор, приходит понимание, что действительно не произошло ничего страшного. Странное - да. Неприятное - возможно. Но не такое, после чего может остаться очередная рана. - Не считаешь? - Француженка встряхнет головой, будто не веря словам. - А что же ты об этом думаешь? - Бриоль слишком удивлена, чтобы оставить это без внимания. Ей необходимо знать причину, потому что без причины она все равно не поверит, что это все по-настоящему и происходит именно с ней.

А вот ноги сами собой вели Фредерика к любимому кофетерию, которой француженка приметила и облюбовала еще по приезду. Раз уж внезапный кавалер решил угостить ее чашечкой кофе с пироженкой, то нужно вести именно в то место, где можно почувствовать себя в безопасности. Кафе было уютным и небольшим. В послеобеденное время не так уж и много было посетителей, потому занять столик у окна не составило особого труда. Заказав у официантки зеленый чай и кусочек шоколадного торта, Софи вновь полностью вернулась вниманием к Фредди. Да и разговор захотелось вновь вернуть к произошедшему. Расставить все точки над "i". - Кажется, ты совсем не этого ожидал от сегодняшнего дня? - Из окна хорошо просматривалась площадь со скрипкой. Теперь все это приобрело более глубокий смысл и символизм. Даже, если эту скрипку поставил не отец Фредерика, француженке ничто не мешало думать так, как она думала. Ничто не запрещало ее мозгу придумать некую легенду, которая в ее воображении стала уже настоящей и живой.
Но даже эта приятная фантазия не смогла полностью увести от чувства, которое сжимала ее изнутри. Оно будто бы говорило: тебе некуда бежать. Когда мозг играет в глупые игры с твоим подсознанием, можно с легкостью допустить ошибку. Например, посчитать себя абсолютно не той, кем являешься.
Все события сплетались в клубок и выдвигали на первый план мысль о том, что Софи может быть ведьмой, или экстрасенсом. Вот только легче поверить в собственное безумие, чем в такие объяснения. А, быть может, ведьмы и экстрасенсы - безумные, которые приняли свое безумие? Малышка Софи не была готова к такому, ей хотелось быть обычной. Чтоб на нее не косились и воспринимали так, как и всех прочих подростков.
- Ты когда-нибудь был не таким, как все? Ужасное чувство. Будто ты подопытный кролик и все только и ждут, когда ты вычудишь очередное представление... - Смотря на Фредди, Софи даже подумала, что зря спросила. Мужчина не выглядел так, как выглядят зачастую изгои. Той, кему суждено было однажды стать и француженке.

+1

16

[audio]http://prostopleer.com/tracks/13274676VEEj[/audio]Какая разница была в том, что он думал? Прожить свою жизнь на шелках, в окружении фарфора и в один прекрасный момент скатиться до того, что от безысходности продать семейную печатку, которая переходила от отца к сыну уже несколько поколений подряд. Смехотворна жизнь, однако. Но, именно болезнь матери и поставила его тогда в тупик. Он не имел выбора, да и все равно денег не хватило, даже с белого золота и тонкой работы, что очень ценилась мастерами-ювелирами. А когда Фредо отмыл свои первые деньги и принес залог за кольцо... его не было. Его купили.
Что он думал? Он считал себя давно пропащим психопатом, с замашками декадента и воспитанием благородных итальянцев.
Но, Фредди, славный юный павиан. Он еще не был так жесток и холоден. Не был сжатым. Нет, в его груди еще был слабый и едва тлеющий огонек... Но, он все же светил.
И в этот момент он не придумал ничего лучше, чем просто нагнутся к ней и улыбнутся своей кошачьей ухмылкой, так, словно, это их тайна. Маленькая и очень весомая тайна.
- Я не встречал нормальных или не нормальных. Мы все разные и у каждого свое безумие. Но, мы равны. И это здорово, - она потянула его за собой, а он по инерции и не сопротивлялся. К слову, Фредо редко сопротивлялся женщинам. И возможно, Дитер был прав - они его и погубят. Но, думал он об этом лишь самую малость, да и то, крайне редко.
В какой-то момент, мистер-дэнди остановил Софи и задорно добавил:
- Ты не псих, и я не псих, - и совсем уж наивно добавил, вздернув нежно ее очаровательный носик, - мы индивидуумы, личности.
[float=right]It's hard to understand - and find a way
Hard to understand - to understand
Hard to understand - you and me have a chance
To give you all my life
[/float] И он верил в это. Искренне убеждал себя, каждый раз, что мафия была одним существующим вариантом выхода из его плачевной ситуации. Бил кулаком в грудь и опять говорил, что он аристократ с большой дороги и буквы. Что вернет все, что принадлежало Клементе, до единого цента и бумаги. До последних акций. И печатку отцовскую найдет и вернет. Неважно, что ее уже триста раз могли переплавить, к примеру, в колье или брошь. Нет, неважно! Найдет и точка. И виллу обязательно вернет. Верил, как в детстве все верят в Санта-Клауса и Рождество. И это тоже было безумием. Но, таким наивным и ранимым.
Ожидал? Чего мог ожидать человек, который за последние несколько лет потерял практически все? Разве, что неизбежности и тотального краха. В последнее время, именно этого и ждал каждую секунду некогда золотоносный и юный павиан. Но, вот именно в таких ситуациях эти мелочи - скрипка на площади, хрупкая девочка с нестандартным подходом и отношением к жизни. Именно, они сделали свое дело и он подумал, что все не так уж и плачевно. А значит надежда есть...
Он любил крепкий кофе и пил его с удовольствием, словно, впервые пробовал этот чудесный и обжигающий напиток.
- Откровенно говоря, я вообще ничего не ждал, - это прозвучало, как констатация факта, теорема, что была им доказана уже больше года назад, - Но, когда ничего не ждешь, зачастую, происходят чудеса. Мое чудо само появилось из "ниоткуда".

Да, пожалуй, бандит и не догадывался, что в душе был не старше этой девочки и, что этот переход в жизни был для него катастрофически тяжелым. Необычайно сложным и отпечаток еще долго будет ему напоминать о том, какой он был и стал. Он просто подхватил ее волну, почувствовав, что можно не играть в пафосные игры мафии, или уличные грязные "салки". Нет.
Мистер-дэнди расслабился. На него не смотрели, как на пижона или мелкую сошку на фоне статных авторитетов-мафиози. Более того, она даже не имела представления, что перед ней сидит самый обычный рэкетир и аферист. И в этом тоже был свой плюс.
Он держал чашку кофе в руках и с прищуренным взглядом, смотрел на нее. Подбирал слова и думал. И ведь она была права, по-своему. Но, несомненно, права.
Я живу с этим всю жизнь. Но, промолчал. Старался забыть об этом и перевести на другую ноту разговор. Возможно, скованность. Она всегда тонко чувствуется подростками.
- Скажи, Софи. А ты? Ты, делаешь что-то из ряда вон, выходящее? - вопрос-ответ, как бумеранг, - Я хочу запомнить Будапешт не только с нотками скрипки или ярмаркой. У нас может быть свой второй маленький секрет. Ты, давно встречала закат на крыше? Здесь отличные шпили и панорамы города.
Конечно, бред чистой воды. Но, тем Муссолини и отличался... в нем были нотки безумств, необъяснимых поступков и авантюрных приключений. Это потом. Совсем скоро он забудет обо всем этом и превратится в гордого льва. Ну, а пока ... всего лишь игривый львенок...

Отредактировано Frederick Klemente (2015-06-08 23:11:33)

+1

17

Надежды любят себя не оправдывать. По щелчку пальцев разлетаться во все стороны, наполняя все твое существо разочарованием и печалью. Именно потому Софи никогда ни на что не надеялась, а действовала по какому-то неимоверному импульсу. Врывалась в жизнь другого человека и если он ей нравился, то увлекала его в свой мир Зазеркалья, то позволяла увлечь себя в чужой мир. Сегодня роли менялись, как мотыльки-однодневки летом. Впрочем, как и настроение. - Чудеса иногда превращаются в кошмары. Потому нужно спешить жить тем настроением и состоянием, которое тебе нравится.
Капучино был сладким, даже приторным, но это не особенно огорчало маленькую Софию, все же нервы всегда требовали заесть свой расход чем-то наполненным глюкозой. И чем больше будет сладости, тем легче организму будет примириться с действительностью.
- Стыдно признаться, но я только и живу, что нарушая правила. Так легче, когда ты не связан ничем с миром, в котором находишься. - К сожалению, это было правдой. Софи как ни пыталась контактировать с этим миром, не выходило. А переезды научили Бриоль не подпускать никого близко, ведь привычка заставляет потом тосковать по тому человеку, которого давно не видел, но которого любишь. Француженка боялась полюбить кого-то, у нее был отец, семья погибшей матери и бабушка с дедушкой. На этом список близких людей заканчивался. Кто бы мог подумать, что здесь она повстречает того, кто пройдет с ней через года. Будете пусть редким, но желанным гостем. Всегда.
- Я мало путешествовала по городу, у меня не было ни компании, ни настроения, потому... - девчонка легонько пожала плечами, - если у тебя есть идеи, то веди меня, Сусанин.
Оставленные деньги в кофейне, с лихвой перекрывающие и заказ, и чаевые. Оставленные там же мысли о том, что стоило бы наведаться в номер - не вернулся ли отец. Оставленные ненужные фразы, невысказанные, но обдуманные. Почти живые. Впереди ждала только какая-то неизведанность. И Броль бы задуматься, куда она собственно решила отправиться с человеком, которого видит впервые. Безопасно ли это? Не маньяк ли он? Но малышка не думала об этом. Она вообще редко в своей жизни думала хоть о чем-то, что могло заставить ее остановиться и передумать. Она, как гончая бежала только вперед.
- Иногда мне хочется потеряться в новом городе, да так, чтоб отец ни за что не нашел. Я доставляю ему только переживания. Он ведь всю свою жизнь отдал мне. - Мысли вновь вернулись к отцу. Она прекрасно понимала, что именно на одна большая проблема в его жизни, но ничего не могла с этим поделать. И потеряйся - не нарочно, а случайно, но навсегда, кто знает, может у него и появилась бы другая семья. Вот только как ни кичилась Софи своей самостоятельностью, пока она была еще ребенком, который не выживет в этом мире. - Но потом я думаю о том, а вдруг он будет страдать еще больше, чем вот с такой мною? - Больною на всю голову. Шизофреничкой, как и мать.
Софи вообще не понимала, как у отца хватало сил. Как он смог выстоять после той трагедии - самоубийства матери. Она хотела, но никак не могла поставить себя на его место. Ей было еще слишком мало, чтоб получилось. Но и в будущем не понятно - получилось ли.

+1

18

http://img0.liveinternet.ru/images/attach/c/5/87/844/87844514_parashutuy.gif
[audio]http://prostopleer.com/tracks/7710146jiaT[/audio]

А ему не оружие нужно было чистить, да взрывать машины, а сонеты Данте Россети читать на сцене. Не с того теста был слеплен юный павиан Фредди. Ему бы Питера Пена играть, да девушкам цветы срывать с клумбы. Но, судьба-злодейка сыграла в злую шутку с благородным семейством Клементе. А итальянский Идальго сейчас вел крошку по бульвару. Да, он планировал посетить самое высокое и старинное здание. И совершенно, не для того, что бы залезть к подростку в трусики. Для всех этих амурных дел, у него всегда была тройка-другая девиц, что сами раздвигали ноги перед молодым человеком. Нет. Во всем этом было что-то иное... с легкими нотками детства, отрочества и безумств.
Он держал ее за руку, как держат обычно детей, чтобы те не затерялись в толпе. И к слову, это было весьма актуально. Хаотично вспоминая, куда и как завернуть, Фредо с Софи удачно попали в толпу местных. Одни были в каких-то масках. Нет, не все. Другие смеялись и покупали детишкам воздушные шары. Откуда же было нашим героям знать, что горожане Будапешта так устраивали свой досуг во время государственного праздника. И неведомо было, что именно за праздник. Но, все это, несомненно, поставило Муссолини в ступор.
Этот город был прекрасен. Он жил, чувствовал и смеялся. Так, и должно быть. Это правильно. Будапешт медленно поддавался чарам заката. Итальянец замер. Он был на развилке своих мыслей и желаний. А впрочем, была бы воля самого Нарцисса, то он бы везде влез и на этом гулянии, и на крышу бы поперся запускать воздушного змея. И еще кучу разных безумств, коих ему чертовски не хватало с момента появления в доме оружия. О, да! Большой-Маленький Фредо хлопал глазами и смотрел по сторонам взглядом полным неожиданности и шока. Когда он последний раз видел радость и счастье на лицах людей?
А еще... Еще продавали всякие вещицы из фосфора и бумажные фонари. Их покупали так же, как и мигающие рожки. И да. Муссолини передумал. Ничего, это нормально. Ведь, эти года пройдут, но вспоминать их будет приятно с нотками легкости и радости. Недолго думая, Фредо повел за собой Софи к одному столику, где были разная мигающая хрень, от изобилия которого глаза напрягались. На что указал перст бандита? Правильно на милые рожки, что мигали алым цветом. Натянув обруч на девушку, Клементе с озадаченным взглядом поплелся дальше.
[float=right]You take my self, you take my self control
You got me living only for the night
Before the morning comes, the story's told
You take my self, you take my self control.
[/float] - А знаешь, я передумал.
Волна сама несла. Подаваясь ей по инерции, Клементе отступил назад и дал пройти вперед Софи. Это позволяло ему контролировать  хоть как-то ситуацию среди толпы. Фактически, он напоминал сейчас коршуна, что навис над француженкой. Только Фредо добрый. Пока, добрый.
И да. Были эти бумажные фонари. Муссолини смотрел на них с нотками тоски. Когда-то, леди Лью любила их запускать в небо. Она твердила, что они исполняют желание. А юный дэнди смотря вслед мигающему фонарику в небе, спрашивал куда он летит. Мама всегда отвечала, что туда на небо к богу, где он собирает все послания людей и исполняет их мечты. Эта женщина была большой мечтательницей и творческой натурой. Но, эти отголоски из прошлого навсегда останутся в его душе, они не дадут холоду и ненависти окончательно завладеть его душой. И да, он тоже это будет говорить своим детям. Несомненно, скажет...
- Можно тебя попросить? - нагнув голову к алым и мигающим рожкам, итальянец добавил: - напишешь желание?
Эта кошачья улыбка и мерцание в темных, как омут, глазах. Безнадежный романтик и большой ребенок. Он еще жив, он кричит и просится вырваться наружу.
Смотря на все изобилие этих бумажных и запакованных детских забав, Фредо положил руку на плечо Софи:
- Какой возьмем? А еще лучше два. Чтобы, наверняка. Только не эти... - показывая другой рукой на "бумажные ягодицы", как их ласково называл отец, бандит скривился, - они мне напоминают совершенно не то, на что рассчитаны.

Отредактировано Frederick Klemente (2015-06-11 22:15:20)

+1

19

Рожки вообще шли всему образу Софи. В далеком будущем она действительно станет, если не дьяволицей, то чертенком так точно. Но этого пока еще никто не знал, а сейчас она была скорее потерянным ребенком, который так хотел найти выход ситуации в которой оказался...
- Мне идет? - Спрашивает в шутку, смеется. На самом то деле Софи все равно - хорошо она сейчас выглядит или не очень. Разводы от слез, спутанные волосы, первая попавшаяся под руку одежда не могли сделать ее красавицей, но вот природный шарм за этим всем не скроешь.
Как-то внезапно они оказались в совершенно неожиданном месте: вновь среди торговых лотков, но на этот раз продавали не старье, а какие-то украшения, летающие фонарики и прочую чепуху, которая предназначена для вечера или ночи. Фредерик захотел купить летающий фонарик, самое забавное, что Софи раньше никогда не пускала ничего подобного. И предложение написать желание было слишком неожиданным, но Бриоль знала, чего попросить у Бога Огня. Она хотела стать нормальной, хотя бы для кого-то. Может, Фред станет тем человеком, который всегда ее поддержит? Который не даст оступиться, а наоборот - протянет руку и проведет рядом с пропастью?
- Да, я могу написать, но это ведь будет мое желание. А как же ты? - Эгоизм зачастую появляется с годами. Софи находилась как в такой стадии, когда он еще не укоренился в ней и новые люди вызывали в ней интерес, довольно много интереса. А еще сочувствие и желание помочь. Возможно, эта тяга к помощи другим не давала ей думать о своих проблемах и теряться полностью в своем безумии.
Бриоль выбрала два фонарика на одном написала свое самое заветное желание - стать нормальной хотя бы для кого-то. А второй фонарик она протянула Фредерику: - Напишешь свое жаление. А если ничего не придумаешь, то за тебя это сделаю я. Но только если вообще-вообще ничего не выдумаешь. - И после этого Софи взяла за руку Фреда и потащила прочь от лотков. Она знала чудесный мост недалеко, с которого можно было бы пустить фонарик.
Мост был широким, большим и одни вдвоем на самой середине. Самое время поджигать мост с разных сторон. Самое время разрушений, но они не для того здесь сейчас. Они для другого: чтобы дать нечто новое - веру в их жизнь. Веру в то, что все будет хорошо. Потому что как иначе жить, без веры то? Это слишком грустно и как-то совершенно ненормально. Потому, написав желания фонариках, Софи очень хотела верить в то, что все поменяется.
- Кстати, я ни разу их не запускала, ты знаешь как это делается? Даже как-то неловко в этом сознаваться. - И улыбка, как броня, как защита и плата за то, что он не причинит никакого боли. За то, что вера хоть раз окажется оправданной, а люди не такие твари, какими пытаются казаться. Софи протягивает фонарик Фредди, тот, на котором написано желание. Ее желание быть нормальной для него.
Странно, неправда ли? Хотеть благосклонности человека, которого и не знаешь толком, которого встретила только сегодня. Бывает же такое... родственные души, что ли? А, быть может, это судьба свела девушку с парнем сегодня?
И ведь не было и тени романтизма в этом всем, только некие братские чувства. Что странно, ведь мужчина физически был очень красив. Очень.

+1

20

Вечер пролетел очень быстро, а в памяти остались картинки, как фотографии: как они запускали летающие фонарики, как улыбались, как радовались. Потому долго-долго разговаривали, казалось, обо всем на свете. Такое действительно случается очень редко: когда люди встречаются на улице, помогают друг другу найти дорогу, а находят себя друг в друге. Кажется, что это даже лучшее, что вообще могло вообще произойти в этом странном Будапеште. Если бы кто-то из них знал, чем обернется эта встреча и прогулка. Наверное, Софи бы хотела повторить ее вновь. Потому что парень за очень короткое время стал действительно очень дорогим человеком. А самое странное, что судьба и после сводила их в разных городах при различных обстоятельствах. Поняв, что их дороги будут пересекаться и дальше, они просто перестали сопротивляться ей и начали развивать отношения. Они стали друг для друга семьей. Братом и сестрой, который всегда помогали друг другу, при этом не обременяя друг друга, но искренне любя той странной любовью, которая может связывать лишь кровных родственников.
В первую же их встречу, Фредерик познакомился и с отцом Софи, а после уже воспринимался мужчиной, как тот, кому можно было доверить дочь. Странные бывают встречи, и как хорошо, что они бывают, ведь подобное не может не радовать... ведь подобное, казалось, заключено было на небесах. Родственные души, не для любви, как женщина к мужчине, но как сестра к брату. Но как нечто нерушимое и от того лишь более необходимое... нужное им обоим.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » 21 грамм... ‡или, тишина тоже умеет разговаривать