Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Ray
[603-336-296]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Mafia justice


Mafia justice

Сообщений 1 страница 20 из 48

1

Участники: Frederick Klemente, Michael Rinaldi, Frank Altieri, Livia Andreoli, Guido Montanelli
Место: Сакраменто, одна из строительных площадок
Время: 4 января
О флештайме: Момент, когда мы сплачиваемся, как одна большая Семья.

Отредактировано Guido Montanelli (2015-01-08 17:34:20)

+3

2

Есть люди, без которых мир станет бесспорно чище.  Размышляя об этом, андербосс подразумевал не таких людей, как он сам, хотя и среди них говна много всякого всплывало, сейчас он имел в виду ту мразь, которую только что вытащили перед ним из багажника и пнули тяжелым ботинком в живот. В такие моменты он ощущал себя «санитаром леса», избавляя улицы их города от беспредельщиков, психопатов и прочего дерьма, которое не давало спокойно жить и зарабатывать нормальным людям. Фрэнк сказал вести его на стройку, где находился всю вторую половину дня, обсуждая проект благоустройства прилегающей территорий. За год что велась стройка они успели сдать четыре из десяти домов и это учитывая что в марте почти на целый месяц им пришлось останавливать все работы после того как площадка стала полем боя между доном и его племянником. Квартал этот с самого начала строился на крови. Развязанная не без участия Торелли война в трущобах существенно позволила сбить цены на недвижимость, воспользовавшись чем итальянцы практически задаром выкупили земельные участки с теми хибарами, что на них стояли. Городские власти были только «за» навести здесь порядок и превратить район в нечто, где не страшно будет появляться вечером, а потому никаких преград не чинили, напротив даже воспользовались ситуацией, чтобы поднять себе рейтинги. Но надо полагать, когда за дело берутся такие люди, как Фрэнк или Гвидо, без крови обходится редко. И пускай в открытую здесь сейчас никого не убивали и наркотики на углу не толкали, стараясь для дальнейших продаж создавать атмосферу тишины и спокойствия, по ночам здесь по прежнему то и дело утрамбовывали кого-то в цемент. В фундаменте вон того новенького дома, на котором висела растяжка «Продажа квартир» покоилось двое или трое недругов их клана. Кажется все же трое… А вон в том рядом с ним – двое. Сегодня этот склеп мог запросто пополниться еще одним «жителем». Впрочем, точно с его дальнейшей судьбой Фрэнк пока не определился, подумывая над тем, что того, который совершал убийства находившихся под защитой клана Торелли людей, возможно, стоит линчевать публично. Точнее результаты линчевания предъявить, дабы прочим неповадно было.
- Это он? – повернулся к Фредо, чьи люди и разыскали предполагаемого убийцу Кэт, работавшую в заведении у Ливии девушку, с которой и андербоссу лично приходилось быть знакомым. Ее тело на днях нашли в мусорном баке, и разобраться с тем, кто это сделал было для них, как принято говорить, делом чести. Когда информация дошла до Гвидо, они вместе с Фрэнком решили сами заняться поисками убийцы, подключив всех своих людей на улицах. Кто-то ведь обязательно должен был что-то видеть или слышать, и к счастью, надолго «расследование» не затянулись, уже наследующий день после того, как андербосс обсуждал случившееся с капитанами, кто-то из людей Клементе разыскал этот кусок дерьма и, запихав в багажник, преподнес на блюдечке боссам. – Насчет Терезы не узнали? – спросил у него же, бросая окурок на высыпанную щебнем землю и туша его ногой. Тереза также работала у Ливии и, как и Кэт пропала накануне, но тело ее до сих пор не нашли. Они с самого начала подозревали, что это могло быть взаимосвязано и мысленно Терезу также записали в покойницы, не сумев ничего о ней выяснить. «Кусок дерьма» тем временем держась за окровавленную челюсть и что-то нечленораздельно мыча, пытался подняться. Фрэнк оставил его на капитана, а сам отошел, доставая телефон и набирая номер Гвидо. Тот просил связаться сразу же с ним, когда ублюдка найдут.
- Привет. Подъезжай на стройку, мы его нашли. – Учитывая, что в «розыске» у гангстеров больше никто не находился, а тема о «Джеке Потрошителе» звучала лишь вчера, понять о чем шла речь, Гвидо должен был быстро. Время на часах было лишь девять вечера, и разбудить его андербосс не должен был. Хотя на улице уже прилично стемнело…
- Сейчас Гвидо подъедет, - сообщил Фредерику, вернувшись обратно. С Ливией пускай дон связывается сам, если сочтет нужным. Фрэнк, в общем-то, не видел нужды тащить женщину на стройку и заставлять ее смотреть, как они расправятся с «Джеком». Что это за человек-то хоть? Альтиери взглянул на него. Какой-то невзрачный тип, похожий на наркомана. Ну, в принципе пообщаются с ним еще, пока будут дожидаться Монтанелли. Или Фредо поведает. Не первого же встречного он запихал в багажник и привез сюда? Должен был знать об этом человеке кто он.
- Надо его отсюда оттащить, - дал команду парням, кивнув на «Джека». – Внутрь туда давайте, - показал на один из недостроев рядом с ними. Коробку дома уже собрали, но, ни окон, ни дверей, ни тем более отделки там не было. Разве что временная электропроводка проведена. Фрэнк пошел включить рубильник, пока будущего покойника затаскивали в здание.

+3

3

Luciano Pavarotti & Lucio Dalla - Caruso
Te vojo (voglio) bene assai
ma tanto tanto bene sai
è una catena ormai
che scioglie il sangue dint'e
vene sai

©

https://38.media.tumblr.com/1132c24cdade61dbcb4b73fd26da8d2d/tumblr_n73mwdOrrs1r7i70vo1_250.gif


... часом ранее...

https://38.media.tumblr.com/tumblr_m9nzgjT5dp1qj1dixo1_500.gif
Oh, Dio! Ecco stronzi!1
- Снимите маски, вы в них похожи на трех жирных боровов! Не хотелось, чтобы вся семья смеялась с моих солдат, которые как придурки напялили маски свиней.
Пролетев мимо троицы, Фредо успел дать одному из них подзатыльник и прошипел:
- С чего вы решили, что это именно он?
- Босс, не только ты любишь Парадиз!
- Вы следили?
Конечно, его мальчики-ищейки следили. У них была одна очаровательная черта в характере, причем у всех троих. Умение сливаться с асфальтом и прикидываться мусорными баком на улице...
Одним словом, они были потрясающими шпионами. Хотя, и такими же любителями женского общества, как и сам Фредо. Наверное, потому он так заволновался, едва узнав о пропажах девушек. Ведь он так уважал труд проституток.
- А Тереза? Что насчет нее? Знаете, что-то? И только не притворяйтесь девственниками! Вы и невинность две разные вещи.
- Ищем.
- Ищите лучше. Не хотелось бы увидеть и ее в баке, как и Кэт.
Достав сигарету из позолоченного портсигара, Фредерик покрутил ею перед носом. Ощущая тонкий аромат табака, он закурил.
Кофе... Кажется, я забыл выпить чашку эспресо.
Резко обернувшись к своим "любимым боровам", капо прохрипел:
- Он видел вас?
- Нет. Как обычно. Они никогда не видят нас.
- Тогда, на кой вам сдались маски? - Фредо злился. Фредо замерз и ему остро не хватало кофеина.
- Холодно, - шмыгая носом, отвечал один рыжий.
Кажется, он появился одним из последних. И за него, Фредо по сей день благодарил своего телохранителя. Ведь не смотря на довольно хрупкое телосложение у парня оказалась не дюжая сила, а ловкость рук какая!
Не выдержав, Фредо широко улыбнулся:
- Ecco stronzi! Поехали быстрее, пока не оклемался. Иначе, вы у меня всю жизнь будете ходить в масках.

А ведь на самом деле его мальчики просто были юмористами. И каждый раз он пытался понять чего ждать от своих солдат, но они постоянно удивляли своей смекалкой и неординарным юмором. Ведь такие маленькие ублюдки, тоже люди. Верно?
- Здравствуй, Фрэнк!
Шмыгнув носом и поправив перчатки на руках, одним кивком головы указал ребятам достать "содержимое" багажника, пока оно не умерло от страха:
- Ты, знаешь. Мои ребята неплохие ищейки. И они очень привязаны к Парадизу. Так, что я не сомневаюсь в них. Это он. А вот насчет Терезы...
А что Тереза? Где ее искать он не имел понятия. Да, обычно и не марал такими моментами свою жизнь. За него всю грязную работу делали такие рыжие "шестерки". Они вынюхивали. Прикидывались овечками, играли, юлили и все докладывали ему. Выполняли ту черную работу, за которой он просто следил. И очень редко лично сам присутствовал, когда его "поросята" линчевали того убогого, на кого был указан перст Гвидо и реже Фрэнка.

И только сейчас Фредерик рассмотрел тело. Вот только. Вот только он не мог вспомнить когда он видел этого ублюдка. Облизнув губы, капо перевел взгляд в сторону, словно, спрашивая Фрэнка: "Ну, что? Мочим козла?"
Но, нет. Он прекрасно знал ответ на этот вопрос. Оставалось одно недостающее звено. Гвидо. И до его приезда, максимум он уже позволил своим "обезьянкам". Сломанная челюсть, как мармелад на душу его взрывным солдатам. Как кость голодным псам. Грубо, фамильярно, но это именно так. Ведь мафия не предусматривает словарь лаконичных и ласковых слов. Уважение? Да! Честь? Отсыпьте всем немного чести! Максимум, на что можно было пойти? Так это одеть маску свиньи на голову, как поступили часом ранее его маленькие ублюдки. Шаг влево, шаг вправо - расстрел. Вполне себе такие нормальные отношения в "семье". Главное, уметь вовремя отскочить в сторону и на всякий случай заткнутся.

- Тащите ублюдка, - фамильярно махнув рукой, Фредо опять почесал переносицу и рявкнул: - Он нужен живой, Мэнни! Дождитесь Гвидо! Максимум палец.
Обреченно вздохнув, капо опять вспомнил о не выпитой чашке кофе. Потер висок и тихо проговорил:
- Я сообщу, если что узнаю о Терезе. Хотя и не уверен, что она жива. Этого ублюдка я точно видел в Парадизе. Да, и кто-то из моих мальцов о нем заикнулся. Допросите, может, что скажет.


Oh, Dio! Ecco stronzi! (итал.) - О, Боже! Вот придурки...

Отредактировано Frederick Klemente (2015-01-16 01:56:14)

+4

4

В дорогом пальто черного кашемира и белоснежном шарфе,  Майк Ринальди стоял недалеко от своего шефа, Фрэнка Альтиери. В руке он держал дымящуюся кубинскую сигару. Пристрастием к этому несколько карикатурного вида куреву он был обязан годам гангстерского отрочества. Тогда начинающий бандит и заработал, из-за своего чересчур моложавого вида, прозвище Майки Боя – и всячески старался с ним расстаться, надо признаться, весьма по-детски. Толстые шоколадного оттенка сигары должны были, по замыслу юноши, придать ему солидности.
Мафиози усмехнулся  и  выдохнул клубы ароматного дыма, затем брезгливо отряхнул от налипшей строительной пыли щегольские ботинки. То, что в молодости было проклятием, стало в зрелости приятным преимуществом – на пятом десятке Майкл выглядел, по крайней мере, на семь лет моложе, что отнюдь не вредило его амурным похождениям. Впрочем, этим он был обязан как и счастливой генетике, так и тому, что регулярно ходил в фитнесс–клуб -  а по утрам, галантно раскланиваясь с выгуливающими младенцев девушками-бэбиситтерами, бегал по прилегающему к его дому парку.

Откинув в сторону превратившееся в жалкий окурок изделие острова свободы, человек чести обратил свое внимание на  пойманного кандидата в маньяки.
- Уверен, что это он, Фрэнки! – с отвращением обратился Майки к лучшему другу и непосредственному руководителю,  наблюдая за хватающимся за окровавленную челюсть и мычащим что-то нечленораздельное субъектом – Вот ведь мразь, и ведь судейские  бы такого оправдали, нашли бы ему какого-нибудь больного на всю голову дедушку или мать-алкоголичку, и запихнули бы отдыхать в гребаную психушку! Il diavolo, только и способны, что преследовать честных бизнесменов за деньги налогоплательщиков.

Произнеся эту краткую тираду, Ринальди недобро усмехнулся и поглядел на бьющегося в судорогах от страха пленника. Верный солдат семьи Торелли участвовал во многих расправах – но такая лихорадочная веселость и разговорчивость овладевала им лишь изредка, когда предстоящее убийство было ему эмоционально особо приятно. В таком же настроении он был, когда он и товарищи превратили в живую мишень выдавшую его дядю крысу.  Майкл даже удивился сам себе – что ему до какой-то приконченной шлюхи?
Порыскав в недрах своего разума, Майки Бой нашел ответ. Как всякий в меру консервативный италоамериканец, он ненавидел всевозможных полоумных сексуальных извращенцев – и при этом считал, что настоящий мужчина может и должен получать любую женщину по доброй воле, либо благодаря природному обаянию, либо за деньги. Это же жалкое создание отступило от всех установленных природой законов.
Правда, дело, конечно, было не только в этом.  Маньяк покусился на имущество Коза Ностра, живое имущество, которым могла распоряжаться  только организация – и потому должен был исчезнуть с лица земли. Все просто, business as usual.

-  Привет, Фредо!  - Ринальди дружелюбно, с ноткой почтения, но не более того, кивнул капо восточной стороны – и затем, оставив двух тузов переговариваться между собой, отправился проконтролировать приказ Фрэнка. Приказ оттащить напоминающую бывалого наркомана личность в один из новостроев. При этом преждевременно ему не повредив, до приезда босса – что для не блещущих терпением мордоворотов могло быть затруднительно.
Такова уж была функция Майка – обеспечивать, чтобы даже малейшее пожелание Фрэнка выполнялось без сучка, без задоринки. Прикрывать его со спины, дополнять, порой быть тенью. В команде Нери он был первым, а Ринальди вторым – так сложилось давно и из них получился отличный дуэт.

- Пошли, парни, я все тут знаю… Не раз бывал на этой стройке. – войдя в недоздание,  совладелец строительной компании брезгливо поморщился – кругом валялись окурки, осколки бутылок, упаковки из-под чипсов. Разнорабочие постарались – ну да тут не балет танцевать.
- Там вот стул был, привяжите его… И смотрите, помните, что сказал ваш капитан – не больше пальца! -  правая рука андербосса бдительно понаблюдала за тем, как совсем обмякшего парня прикручивали к обшарпанному предмету мебели. Затем он приблизился к Джеку-недоделку, нагнулся к нему и похлопал по щеке.
- Не бойся, старичок…Жить будешь недолго, но плохо! – с этими словами Майки Бой двинулся наружу, чтобы вновь присоединиться к андербоссу и подождать прибытия Монтанелли.

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-01-08 02:32:47)

+4

5

Кто-то скажет, что Гвидо было не по статусу сегодня находиться здесь, любуясь на пойманного больного на голову ублюдка, что расправу над ним стоило доверить его солдатам, а не заниматься ей лично. Ведь со шкуры маньяка-убийы едва ли удастся получить и цент в перспективе, говоря попросту - это не его уровень. Но Монтанелли был первым, кто узнал о нём, и хотел быть последним, кто посмотрит ему в глаза перед тем, как его не станет, просто привыкнув контролировать самостоятельно всё, чего касается, и дела доводить до конца. В случае с убийцей девочек "Парадиза", впрочем, в какой-то степени играл и личный мотив... все ведь помнят историю, когда другой маньяк пытался завоевать внимание Тарантино? В тот вечер он едва не вырезал ей глаз. И наверняка ведь ему бы это удалось, если бы Гвидо, Рокки и Джозеф не подоспели бы вовремя... в тот вечер Семья тоже стояла на ушах. И как бы кто не относился к Агате - не было никого, кто защищал бы этого Валентина, как Агата его сама прозвала. У неё с тех пор остался шрам на лице; у Гвидо - остался такой же на сердце. Он любил Агату, как сестру - да и, кто бы что не сказал: она и была его сестрой. Она это заслужила.
Так что отвращение ко всякого рода извращенцам, маньякам, серийным убийцам, каннибалам и им подобным, и без того обострённое, у Монтанелли с тех пор стало только сильнее. И то, что у него было нечто схожее со многими из них - только усиливало эту ненависть. Тут ведь все помнят, кем Гвидо был раньше? Чистильщиком - Патологоанатомом, человеком, приходившим тогда, когда уходили все остальные. Чтобы прибрать. Он видел больше мёртвых тел, чем любой член их Семьи, он расчленил за тридцать лет больше людей, чем любой маньяк, но вот в чём разница - он не получал удовольствие от того, что делал, а те, чьи тела он отправил в канализацию по частям или в жерло многоградусовой печи, не чувствовали уже ничего. Возможно, род его "искусства" и был схож с произведениями серийного убийцы, но его "шедевров" никто никогда не видел, за это ему и платили; и Майки, и Фрэнк, и Фредо - пожалуй, в своё время каждый из них это сделал, всем иногда были нужны услуги чистильщика. Маньяки же любят демонстрировать своё безумие, выставлять свои деяния напоказ. В этом и есть кардинальная разница.
Отбрасывая лирику - Монтанелли уже заочно хотел бы сделать с тем, кто порезал Кэт, больше, чем тот смог бы физически выдержать. Только рационализма в этом не было бы нисколько. Жестокость не должна быть необоснованной, даже если перед тобой такой человек, как то, что только что покинул багажник автомобиля одного из парней Клементе. Но на её примере - можно многое показать...

Внешний вид

- Они нашли его. - то же самое, что услышал от Фрэнка. Единственное, что сказал Гвидо, показавшись на пороге Ливии в тот вечер - ему всё равно было по пути. Забавно. Даже слова подходящего не находилось, чтобы называть убийцу Кэт как-то, не было имени, которое хотелось бы ему дать, настолько неприятен был он всем им... Настолько, каждому всё было понятно и с полуслова. Дав Ливии время, чтобы собраться, Гвидо вернулся в автомобиль, кинув взгляд на небольшой чемоданчик рядом с сидением. Инструменты. То, что осталось от его старого ремесла. Вообще-то, они для работы по мёртвому телу; но сойдут и для работы по живому, если понадобится...
- Чао, Фредерик! - Гвидо коротко обнял Клементе, не желая долго церемониться - всё-таки такое количество людей и автомобилей на закрытой на ночь стройке привлекало внимание, а внимание Монтанелли привлекать не любил, верный своим привычкам. Стоило бы закончить побыстрее. А ведь раньше, до того, как была сформирована Южная сторона, Клементе был капитаном - и для Фрэнка, и для Майка. А до этого, несколькими годами ранее, все трое ходили под Риккарди; и кто бы что не говорил - Монтанелли был бы рад, если бы Рик оставался боссом Семьи, а не он сам... по многим причинам. Но Джованни - погиб, а он остался жив. Судьба порой вносит очень причудливые коррективы в жизнь. - Пойдём, Ливия, взглянем на него? Санто, останься и пригляди за территорией... о, верно, это дай мне. - Гвидо, чуть было не забывший свой саквояж, задержался у автомобиля. Его телохранитель остался снаружи, сменив Фредо на стрёме.
В помещение Монтанелли вошёл последним, с величавостью короля, будто входил в обеденный зал на собственных именинах, а не в грязный подвал будущей многоэтажки с саквояжем палача-инквизитора в руке. И Ливия была кем-то вроде королевы, ну, или готовилась ей стать...
- Салют, джентльмены! - Гвидо приобнял Фрэнка, пожал Майку руку, остальных удостоил приветственным кивком. - Господи, Джоуи, что это такое на тебе? - прокомментировал свиную маску, которую один из ребят Фредо с лица передвинул на лоб. Ну, чисто группка великовозрастных сектантов, собравшихся на обряд... аж передёргивает от таких сравнений, правда. - Итак... Где наш гость? Вы позаботились о нём надлежащим образом? - когда ребята расступились, демонстрируя свою поимку, Монтанелли шагнул к нему навстречу. Саквояж с металлическим лязгом грохнулся на бетонный пол, подняв клуб пыли. - Вот ты где. - на парня он взглянул оценивающе. Стул, верёвка, разбитая морда с перепуганными глазками - парни, и правда, постарались на славу. Но было в этих глазах и что-то, какой-то особый, нездоровый блеск, который говорил о том, что парни Клементе не ошиблись - это именно тот, кого они искали эти два дня. - Ты знаешь, кто я такой? - парень замотал головой. Не знает. Видимо, понимание того, с кем он связался, до него дошло только когда его запихнули в багажник... лучше поздно, чем никогда. Впрочем, если ты привязан к стулу, то нет, не лучше. - Меня зовут Гвидо Монтанелли. Не знаю, читаешь ли ты газеты, и вообще, умеет ли такое чмо, как ты, читать, поэтому облегчу тебе задачу... - Гвидо неспешно открыл саквояж, начав раскладывать свои "инструменты". Прямо тут, на голом каменном полу. Чтобы маньяк их видел. - Я один из преступных боссов этого города. Так вот... задай себе вопрос... - тук! - улёгся на пол небольшой молоток-колотушка, такая, которую используют при приготовлении отбивной. - ...зачем такому человеку, как я, связываться с таким ничтожеством, как ты? - тесак блеснул своим покрытием на тусклом свете лампочки. - Не знаю, чем ты руководствовался - может, убивая падших женщин, ты думаешь, что помогаешь им искупить грехи, или что ты ещё какой-нибудь грёбаный мессия; но убив девчонку - ты украл у меня. Украл у моих друзей, нанёс ущерб заведению, которое мы все любим. Ты сделал это самым отвратительным способом, какой можно представить. Парни, а вы Терезу нашли?.. - Гвидо слишком разговорился, пожалуй, но прямо сейчас - он как будто глядел в глаза тому, другому типу, который изуродовал лицо Агаты десять месяцев назад; возможность, которой у него не было тогда, когда от удара Рокки Балдорини голова Валентина треснула, как переспелый спелый арбуз, а в ванне Тата пыталась унять боль... - Не буду скрывать, каждый из нас хочет видеть тебя мёртвым. И ты умрёшь, это тоже не секрет. Но - от тебя зависит, будет ли это легко. Скажешь нам, где вторая девушка, и тебе просто пустят пулю в лоб, без мучений. - глаза парня недобро блеснули; он, кажется, даже улыбнуться попытался своей искорёженной челюстью... Но сообщать что-то у него настроения, похоже, не появилось. - Не скажешь - мы заставим тебя рассказать... перед тем, как ты сдохнешь, пожалев, что вообще родился на свет. Можем прокрутить твои пальцы через мясорубку, или переломать тебе кости, одну за другой. Оторвать тебе нос клещами. Но мне вот больше всего хочется сделать то, что ты сделал с Кэт, в том же самом порядке - отрезать соски, губы, исполосовать кожу лица так, чтобы у тебя глаза вытекли заживо... - он сумел добраться до отчёта коронера. И вряд ли кто-то усомнится - никто лучше него не сделает так, чтобы полицейский эксперт смог бы составить ещё один - почти точно такой же. - Так что мы с ним сделаем сначала... А, Лив? - Гвидо обернулся на Андреоли. Тяжёлые решения, ответственность за поступки, выдержка... Многие из людей Торелли, в том числе - тех, кто присутствовал здесь, до сих пор не хотели верить в то, что Ливия достойна быть одной из них. Что ж, у неё есть шанс доказать обратное, при свидетелях, на глазах у Фрэнка и его ребят, у Фредо и его парней, у самого Гвидо. Человек, сидевший перед ними на стуле, убил её сотрудницу, нагадил ей на порог - по сути, это Ливия должна решать, что с ним станет.

Отредактировано Guido Montanelli (2015-01-08 02:52:04)

+4

6

Внешний вид

Причину беспокойств Ливии нашли довольно быстро. И не удивительно, впрочем. После того, как она поделилась с Гвидо своей проблемой, на уши были подняты солдаты всех сторон, а не только западной, к которой принадлежал "Парадиз". Кто конкретно отыскал "Потрошителя", Гвидо Ливию не просветил. Да и не столь важно это было, на самом деле. Хотя и обязанной ее вроде как делало. Но будучи женщиной в Семье, оставаться полностью независимой невозможно, как бы сама Ливия к тому не стремилась. В бизнесе она может позволять себе поступать так, как считает нужным, и с мелкими проблемами разбираться с помощью своих ребят из охраны - вполне. Но произошедшее в канун Рождества затрагивало не только ее, но и Дока Винса, которому она непосредственно долю отстегивала за ту же защиту, и Фрэнка (часть денег опять-таки в его карманах оседала), ну и дона, само собой. Кто знает, скольких бы еще девочек она лишилась, если бы Монтанелли не поднял на уши все команды? А с потерей девушек сокращалось и количество доходов. Кэт, у которой был довольно обширный список постоянных клиентов, в "Парадизе" работала уже давно и приносила в карманы всех вышеназванных людей довольно крупные суммы. Здесь было, за что вступиться. Ну и предотвратить подобные происшествия, естественно.
До стройки с Гвидо они ехали почти молча. Зная, чем занимался Монтанелли до того, как стал боссом, спрашивать про чемоданчик она не стала - и так могла себе представить. От того, что едешь на своего рода казнь, ощущения были не очень приятные. От насилия Ливия удовольствия не получала никакого, скорее наоборот - старалась всячески его избегать при ведении дел. Но когда вопрос касался больного ублюдка, не просто убившего женщину, а покромсавшего ее, вероятно пытавшего и издевавшегося, прикончить его было единственным возможным наказанием. Для Ливии. У Гвидо фантазия, видимо, была побогаче, и варианты разнообразнее, (учитывая чемоданчик).
Оставив сумку в машине, она вышла из салона, где встретилась со всеми присутствующими. Поприветствовала их быстрыми и легкими рукопожатиями, не считая, что здесь время и место для еще каких-то любезностей. Как человеку, который знал Кэт лично, и как женщине, ей конечно любопытно было поскорее взглянуть на того мудака, который сотворил подобное. Поэтому без лишних слов она прошла вслед за всеми внутрь недостроенного здания.
Кем-кем, а королевой в этот момент она себя явно не чувствовала. Место королевы - в тронном зале, в окружении вельмож, а не посреди пыльного, забросанного окурками помещения, рядом с больным извращенцем и кучкой бандитов, которые ее друзьями считаются. Ребята Фрэдо еще и свиные головы на себя зачем-то надели. Ну да, им весело наверное от всего этого было. Хлебом их не корми - дай кого-нибудь помутузить и тем самым выслужиться. Поглядела Ливия на них мрачно, но в знак приветствия кивнула. Учитывая, что ребят из других команд она заметить не успела, стало быть, изловили подонка именно парни Фрэдо. Майк же здесь как правая рука Фрэнка, вероятно, присутствовал, ну и как его же лучший друг.
Не подходя близко к человеку, прикованному к стулу посреди пустого зала, Ливия, тем не менее, вглядывалась в его лицо, которое казалось ей знакомым. Пока Гвидо терроризировал его своими словами, Андреоли стояла в стороне, гадая, откуда могла его знать. - Ах ты ж сука, - вырвалось наконец у нее, когда за окровавленной челюстью она признала ублюдка. - Это ж парень Кэт, - указала ладонью на виновника и поспешила перевести вопросительный взгляд на остальных мужчин. На Фрэдо в первую очередь. - Вы уверены, что это он? Как вы вообще вышли на него? - может, рано они все обрадовались, и это ничто иное, как банальная ошибка? Разукрасить, впрочем, этого кадра все равно было, за что. С Кэт он обращался не лучшим образом - девушка ей в этом как-то признавалась за личной беседой. А самого Грэга - кажется, так его звали - Ливии доводилось видеть в своем заведении. Они с Кэт вроде там и познакомились. - Идиотизм какой. Я ему еще деньги отсылала за то, чтобы рот на замке держал, - давая копам показания. Молчать он в частности должен был про "Парадиз" и, само собой, про истинное занятие своей девушки в этом заведении.
Вопрос Гвидо, адресованный непосредственно к ней, прозвучал не то, чтобы неожиданно, но отправляясь сюда, Ливия не думала, что будет отдавать какие-то приказы и команды. Или он ее хладнокровие проверял таким образом? Господи, неужели убийство Марчелло и два с половиной далеко не сахарных года в тюрьме было недостаточной проверкой для нее? Монтанелли прекрасно знал, что она далеко не самый жестокий член их Семьи, и мог себе представить, что пытки Грэга ей будет не так просто вынести. Еще и подначивал. Хороша поддержка. Может, ей еще самолично пальцы парня через мясорубку прокрутить? - Пусть скажет, где Тереза, - отозвалась сухо. - Она жива еще? - Жалости к Грэгу она не испытывала никакой, но и его периодические повизгивания от боли и страха удовольствия не добавляли.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-01-08 16:03:48)

+4

7

Фрэнку бы такой дар, какой был у Фредо и Майка, по одному взгляду на человека определять, виновен он или нет.
- А ты-то с чего уверен? – усмехнулся на реплику Ринальди, который видел этого человека впервые и, тем не менее, пытался убедить, что это действительно разыскиваемый ими убийца. Насколько он знал своего друга, дела до всей этой истории с убитыми шлюхами ему было мало. Как и Фредерику, надо полагать. Это у Фрэнка еще был определенный интерес, ему с «Парадиза» доля шла, а вот эти двое, если бы не приказ свыше, так и задниц бы своих не оторвали. Майки, кстати, и не отрывал, оказавшись сейчас в центре событий только лишь потому что был правой рукой андербосса, его другом и партнером во многих делах. Фредо вот, кажется, тоже только сейчас увидел человека, которого выгрузили из багажника. Их обоих не волновало ничуть, убьют они виновного человека или нет. Цена их промашки и в самом деле будет небольшой, а так хотя бы есть шанс, что от них отстанут, позволив дальше заниматься своими, а не «Парадиза» делами.
«Аргумент» Клементе за неимением прочих более вменяемых Альтири принял охотнее. В общем, ждем Гвидо, убиваем ублюдка и разъезжаемся по домам. Если поторопиться и на футбол успеют, а крайними в случае чего останутся «неплохие ищейки» капитана, если вдруг выяснится, что линчевали они по ошибке не того.
- Так может у него спросить? – О Терезе. Фрэнк вопросительно посмотрел на ребят Фредерика. Они сами не догадались разве? Как-то не верилось в это. Совсем уж тупых кадров они в организации не держали, по крайней мере, долго, да и с Джоуи, одним из солдат Клементе андербосс знаком был более чем хорошо, когда они в одной команде были. Альтиери, конечно, быстро через голову Фредерика перелез, сформировав свою отдельную команду, которая, в общем-то, и до того, больше вокруг его дяди была сплочена, нежели тех, кого боссы пытались поставить над ними, но хорошие, или скажем так рабочие, отношения с теми, кто оставался под Фредо, Фрэнк сохранил.
- Вы ее не найдете, - послышался ехидный голос из-под ног того самого «Потрошителя». Что ж, теперь и Альтиери поверил в то, что ребята Клементе приволокли правильного человека.
- Не говорит, гнида. Спрашивали, - ответил Джоуи, пнув еще раз тело ботинком. – Этот гондон был парнем той убитой девчонки, которую легавые нашли.
Вот теперь уже больше информации. Майк был прав, сказав, что такого как он судейские запросто и оправдать могли, сославшись на его невменяемость. А уж про честных бизнесменов и вовсе криком души каким-то было, в андербосса как раз вцепились с этими профсоюными фондами, угрожая засадить на срок, как будто бы он убил кого-то. Облегчало жизнь то, что экономические преступления посложнее и подольше расследовались, нежели убийства, и лазеек в законодательстве достаточно было.
Пока ребята Фредо составляли компанию горе-маньяку, Фрэнк, коротая время в компании капо, лучшего друга и кажется третьей уже по счету сигареты, дожидался приезда босса. На улице уже заметно похолодало, и озябший андербосс застегнул молнию повыше. В отличие от своего друга он отдавал предпочтение комфорту и носил куртки вместо пальто и белоснежных шарфов, если только не собирался на званый ужин или важную деловую встречу, чего сегодня не было.
- Да, кстати, у меня же сын будет. Жена тут снимок сделала, - решил поделиться новостью, вернувшись в здание, где было теплее. Как бы между делом. В точности также как сообщила ему об этом жена… Но суть не в том. Нужно было скоротать время в ожидании Монтанелли, а новостей после рождественских каникул особо никаких не было. Он ведь даже Майку об этом еще не говорил… Минутка доброго и светлого, так сказать, перед тем, как приедет их босс со своим чемоданчиком и зальет здесь все кровью.
Приехал он в итоге не только с чемоданчиком, но и с Ливией. Увидев ее входящую следом, андербосс переглянулся с Ринальди, через секунду, впрочем, вернул внимание дону, который решил обняться, будто в гости зашел на ужин. – Привет, - поздоровался с ним и, взглянув на Джоуи, добавил свои пять центов. – Выброси ты эту гребаную маску, выглядишь еще большим придурком чем обычно. - Их как выяснилось чуть раньше Джоуи забрал у своих детей, в которых они играли на школьном спектакле. Жуткие рожи, стоит признать.
- Привет, Лив, - поздоровался и с девушкой, которая как можно было заметить, пребывала не в лучшем настроении.
- А она-то здесь нахрена? Уверен, что стоило приводить? – рискнул поинтересоваться у Монтанелли, который явно не просто пулю в лоб этому хмырю планировал пустить. Его чемоданчик Альтиери узнал. Принимая как-то участие в подобном деле, андербосса самого вывернуло и он будет сильно удивлен, если Андреоли сумеет выдержать это зрелище. Она, конечно, начнет храбриться, пытаясь доказать, что ничем не уступает мужчинам, но в итоге все равно заблюет здесь пол. Все-таки Монтанелли жестокий человек – заставлять женщин наблюдать такое. У него даже промелькнула мысль, что он специально собирается демонстрировать ей на что способен. Ну, и всем остальным тоже. Чтобы боялись становиться его врагом.
- Да он и не отпирается особо, - пожав плечами, ответил на вопрос Ливии. А то, что Грэгом зовут уже и сами выяснили. Нашли в его кармане водительские права. – Грэгори Престон, - достав карточку, прочитал его имя. Сам ублюдок в ответ на речь Гвидо представиться не поспешил. Хотя и дрогнул, как показалось андербоссу, когда Монтанелли начал перечислять, что с ним будет делать.
- Он шлюха, такая же, как Кэт. Да кому они нужны? – подал голос Грэг. – Если убьете меня, уж точно не узнаете, где она.

Отредактировано Frank Altieri (2015-01-08 16:40:11)

+4

8

... Последующие события один за другим дополняли всеобщую картинку. Эпотажную такую, пафосную и несколько мрачноватую. Фрэнки. Старина Фрэнки с его "доверяй, но проверяй" ничуть не удивил Фреда. Едва заметно поведя бровью, Фредерик молча моргнул в ответ, давая понять что он уверен. И ах, да! Он прав. Вернее, его мальчики здесь больше сыграли. Но, отвечать ведь перед семьей ему.
А вот новость о беременной жене несколько обескуражила. Откровенно говоря, Клементе не привык слышать о личных делах. А может, просто ровнял всех по себе. И хотя вся "семья" знала о его похождениях, холостяцкой жизни, сам капитан больно не чесал языком о том, в какой позе и кого он вчера трахнул на досуге.
- Поздравляю, Фрэнки, - выкинув огарок сигареты, Фредо прищурился и добавил: - И все-то ты успеваешь. Как так?!
О, нет! Это был далеко не сарказм. Хотя, и колкость слышалась. Но, ее можно было легко списать на холодный день и не выпитую чашку кофе с утра.

Майки. Вот за что он любил друга Фрэнка, так это за веселый нрав и характер. А еще он отлично сливался с его мальчиками. И хотя, кабанью голову не напяливал, но парни уважали Майка. А впрочем, им положено было уважать "семью".
Кивнув в ответ, Фредерик медленно выдохнул, наблюдая за паром, что образовывался из-за пониженной температуры.
Он не любил трындеть по пустякам. Обсуждать в таком унылом и мрачном месте падение цен на биржевых фондах, или новые марки машин. Зябко как-то и тоскливо. Ведь Фредерик теплолюбивое и тонкое растение, которое с не особым ажиотажем появлялось на этой стройке. Да, еще и при каких обстоятельствах. Ему самому было чертовски интересно услышать душещипательную историю от того ублюдка, что ожидал своего часа. Но, черт возьми! Фредерик и стройка, две не совместимые вещи.
А вместо всего этого, шмыгнув носом Фредо встречал Гвидо. Затем следовал за всеми, поклонившись Ливии.
- Не думал, что скажу это, но... Фрэнк прав, как никогда. Возможно "миссис" Андреоли не стоит смотреть на эту, - наклонив несколько голову в бок, он продолжил, - малоприятную картину?
Но, по правде говоря, он сам большего всего на свете хотел бы оказаться в другом месте. О, боги-боги мои! Мистер Клементе так в последнее время разнежился, что одна мысль о предстоящих событиях уже вызывала в душе соответствующие порывы. Но, мужчины таковы.
Он прекрасно понимал, что Лив конечно же останется. Ведь дело касалось именно ее девочек. Он так же понимал, что чего-то его "боровы" не договаривали. А может, и правда, свиньи головы несколько отшибли у парней мозги. Но, это были его солдаты. И как говориться: "на дураков не обижаются". Свою работу они выполнили. А уже на досуге он потолкует с ними по-своему с эпитетами, гиперболами и расстановками в речи. И его мальчики знали, что это самое ужасное, что они могут ждать от своего капитана. Ведь если он входил в раж, то кончалось это не одним разбитым бокалом на чьей-нибудь голове. Но, все это было лишь между ними, да подальше от "семьи". Ведь, как всем известно, сор из дома не выносят.

А сейчас в раж начал входить Гвидо. Но, в тот момент, когда дон раскладывал свои инструменты в голове почему-то пронеслась одна мелодия, вспомнился Паваротти. На самом деле, он так успокаивал Фреда. Но, в данный момент был несколько не в тему со своим:Te vojo (voglio) bene assaiПриподняв удивленно одну бровь, капо переводил взгляд с Фрэнка на Ливию, потом на Гвидо, Майка и наконец... Грэгори?
А в голове все так же усердно выводил Лучиано. С расстановками, маневрируя голосом.
"Мальчик для битья" начал понемногу кусаться. И тонкая натура, не выдержала:
- Тс-с-с. Полегче. Здесь же дама. Ты, просто обязан по закону этикета ответить на ее вопрос.
Гвидо и правда начал входить в раж. И тогда в голове опять завыл Паваротти. Прикрыв на долю секунды глаза, Фредерик пообещал себе, что в следующий раз действительно засунет эти кабаньи головы своим солдатам в одно место, да как можно глубже.

Отредактировано Frederick Klemente (2015-01-09 13:30:24)

+4

9

- Ребятки Фредо бы абы кого не схватили, они свое дело знают… - проворчал Майки Ринальди, недовольный тем, что Фрэнк его подловил. Расправиться с маньяком дело хорошее – но тратить на это свое время мафиози паталогически не хотелось. Каждая минута отсутствия в городе стоила ему денег, которые делались на улицах. С Парадиза Майкл не имел ни гроша – а тут на тебе, впрягайся на дамочку, решившую, что может рычать наравне с волками.
Пока шли обратно в здание, Майки Ринальди продолжал курить, его голова теперь, как у выскочившего из бутыли джинна, была окружена живописными дымовыми витками. Терпкий вкус дорогих сигар всегда делал его собранным, прогонял сон и усталость куда лучше чашки черного кофе – которого, надо признаться, гангстер не любил с детства, предпочитая какао или зеленый чай. Желательно с плиткой хорошего швейцарского шоколада.
От размышлений о своих гастрономических вкусах Майкла отвлекло неожиданное сообщение Альтиери об очередном наследнике. Ринальди чуть не поперхнулся, а затем, не стесняясь присутствием скрученного по рукам и ногам подозреваемого (в глазах Майки уже осужденного), крепко хлопнул андербосса по плечу, искренне радуясь за лучшего друга.
-  Mama mia, Фрэнки, старый шулер, и ты молчал?? Это надо будет отметить! Как назовешь парня? Кого крестным отцом возьмете?
Появление вооруженного чемоданчиком босса Cемьи Торелли на время прекратило беседу на вольные темы. Пожав руку Гвидо, Ринальди уже хотел что-то сказать ему  - но в тут в комнату вошла Ливия Андреоли, вызвав у  помощника андербосса приступ глубочайшего неудовольствия.

- И нахрена  Гвидо ее сюда притащил? А все наследие  ублюдка Донато, чтоб его черти в аду тысячу лет жарили. Пришла наглая бабенка, нажаловалась, что муж пару раз по заднице хлопнул – и все. Так называемый босс приказывает завалить посвященного члена, а бизнес вдовушке, да с правом голоса в Семье – и все правила в жопу. Прав Фрэнк, наверное спала она с тем недоноском…

Вслух же Майкл высказался после фраз Клементе и Альтиери, довольно сжато.
- Фрэнк прав, Гвидо, не женское это дело…

Пока дон произносил свой монолог перед будущим трупом, Майки Бой скучал, разглядывая ботинки крокодиловой кожи – не поцарапались ли об обломки кирпичей и строительный мусор. При этом краем глаза продолжал наблюдать за всем происходящим крайне внимательно  - его удивило, что странный тип теперь не проявлял особых признаков страха, даже ехидствовал, смотрел нагло и насмешливо. Сразу видно, что с головой не в порядке, эти субъекты иногда и самоистязанием занимались. Обычный человек давно бы обосрался.
Когда Монтанелли апеллировал к владелице борделя, cпрашивая, что делать с негодяем, Майк нагнулся к Фрэнку, и прошептал ему на ухо – так, чтобы его шутку мог слышать только он.
- Так дело ясное… Женить маньяка на Лив, и через пару месяцев сам откинется, как старина Марчелло…. А Лив боссу скажет – не беда, я вдвое лучше маньячить буду…

Тем временем неудачливого преемника лондонского потрошителя идентифицировали  - был, получается, любовником одной из тех самых девочек. А хозяйка Парадиза его еще и деньгами снабжала – за что боролась, на то и напоролась. Теперь у него занудно требовали, чтобы он сообщил, где Тереза – а щенок скалил зубы и, как говорят вербующие крыс копы, отказывал в сотрудничестве. Утверждал, что если его убьют, то пропавшую шлюху уже не найдут никогда.
Тут Ринальди не выдержал.
- Парень, ты, кажется, не понимаешь, с кем говоришь и что с тобой сейчас будет?  Ты не в участке с адвокатом и гребаными правами Миранды. Мы через пару минут узнаем уже не только, где Тереза – а даже, cкажем, цвет нижнего белья твоей первой девушки. А о смерти ты будешь просить как о сладком избавлении. Так что только в твоих силах сократить эту пренеприятную процедуру.

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-01-09 16:57:27)

+4

10

Собирался ли Гвидо убить ублюдка быстро, или же его смерть станет более долгой и мучительной, на самом деле, не столь важно - как и то, вырвет ли кого-нибудь из присутствующих или нет; в том случае, если смерть Грегори лёгкой не станет, чисто в этом подвале всё равно не будет, так что намного работу тому, кто останется, чтобы привести его в порядок, они в любом случае не усложнят. Как бы там ни было... Да, Монтанелли хотел, чтобы Ливия присутствовала здесь сегодняшним вечером. Тот парень, что был привязан к стулу, был им всем одинаково неприятен, но проблемой, при этом, он был только для самой Андреоли, пожалуй, даже и не настолько крупной, чтобы собирать столько человек вокруг. Действовал он на общей территории, но гадил-то только ей. Стоило только взглянуть на этого Грега повнимательнее. По сути, кто он такой? И кто нём пожалеет - может быть, Кэт? На самом деле, Гвидо верил, что Ливия могла бы справиться с этой проблемой самостоятельно, если бы не побоялась это сделать. Что касается Донато - ему она всё доказала, убрав своего мужа; а Гвидо был свидетелем тому, как легко она обрегла на смерть, причём не на самую приятную, того "поэта", что они выдали за Джованни, но вот что касается остальных... Особенно Фрэнка, до сих пор мечтавшего о том, что войдёт в её заведение однажды хозяином, и Майки с остальными его парнями - до сих пор, они не видели Ливию в деле. Грег был её проблемой, но присутствующие даже не верили в то, что сейчас место Ливии было именно здесь. Пожалуй, даже в большей степени, чем каждого из них. Услышав возражения, Монтанелли просто приподнял свободную руку в молчаливом призыве замолчать. Без объяснений. Каждый из них мог бы представить себя на месте Ливии. Где хотел бы быть Фредо, если бы Грег обнёс его коллекторное агентство? Или где хотели бы оказаться Майки и Фрэнк, если бы этот тип устроил бы взрыв на их стройплощадке?.. Каждый должен доводить свои дела до конца.
- Грэгори Престон... - повторил Гвидо, осторожно, за край, чтоб не оставить отпечатков, взяв из рук Фрэнка водительскую карточку парня и взглянув на неё. Затем - вернул её назад. Может пригодиться. Когда всё это закончится, возможно, стоит оставить возможность для полицейских опознать тело... а возможно - и не стоит, но в любом случае, документ этот лучше не терять. - Вот как? - Монтанелли приподнял брови, услышав новость от Лив. Хотя, признаться, на самом деле был не особенно-то удивлён подобному исходу, вот теперь-то всё встало на места - именно парень Кэт был тем звеном, которое они упустили... надо сказать, и для полиции не было бы лучшего алиби, чем безутешный юноша, потерявший свою любимую, тем более - один раз он уже был проверен. Если бы его не взяли сейчас, возможно, кроме Терезы пропал бы кто-нибудь ещё. Как любая заноза, если её вовремя не вытащить из-под кожи, обернётся в итоге загноением...
- Лично я не сильно расстроюсь. Она - всего лишь шлюха, ты сам сказал это. Дело не в ней...
- Гвидо обошёл стул сзади, чтобы парень, при тусклом свете лампочки, мог увидеть весь спектр инструментов, которые могли бы быть опробованы на его плоти. Наклонился к его уху ближе, сбавив голос, но не до такой степени, чтобы остальные его перестали слышать: - Дело в тебе. - разогнулся, блеснув глазами на Ливию, посмотрел на Фредо, слегка улыбнулся. - Мой друг прав. Мы можем всё выяснить и без твоей помощи. Тебя же мы как-то нашли... - отставив руку, Гвидо отвесил Грегу звонкий подзатыльник. - Тебе задали вопрос. - поддержал Клементе. Первое очко в пользу Лив - она всё-таки решилась к нему обратиться напрямую, перестав его игнорировать. Грегори ответил тем же - подняв голову, он взглянул в глаза Андреоли, криво ухмыльнулся наполовину беззубым ртом, и затем сплюнул ей под ноги отвратительным месивом бордово-жёлтого цвета, человеческую слюну напоминающим уже лишь отдалённо...
- Не хочешь по-хорошему. Ладно... - безумцы бывают двух типов: изворотливые и принципиальные. Первые - делают всё, чтобы не оказаться в лечебнице, в тюрьме, или вот в таком положении, как Грег; вторые - слепо следуют голосу в собственной голове, в надежде, что в итоге это их спасёт. Видимо, им попался второй тип. Упрямец. Тем для него будет хуже, пожалуй... - Я мог бы с тобой сделать всё, что только что пообещал, и не только это. Но ты оскорбил не меня. Кэт и Тереза работали на миссис Андреоли, а теперь получается, что и её деньги ты тоже себе присвоил... значит, ей и решать, что с тобой будет. - Гвидо оглядел ребят. Все согласны? Впрочем, даже если бы кто-то был против, Монтанелли своё решение уже принял, и это не тот случай, когда можно было бы проголосовать. Решение босса - судьба Грегори переходит в руки Ливии; владелица борделя, репутацию которого мистер Престон пытался втоптать в грязь, теперь может сделать с ним всё, что захочет, и использовать при этом всё, что посчитает необходимым, из того, что Монтанелли разложил на полу, или придумать что-то попроще. Или взять пушку и банально пристрелить ублюдка - по сути, Гвидо это не столь важно. Он вовсе отошёл в сторону, к остальным, сложив руки на груди, глядя на то, что будет дальше.
Босс должен проверять своих людей. Это невозможно делать постоянно, но время от времени - необходимо; слепо доверять в своём положении Монтанелли не может уже никому - опыт с Винцензо и Маргаритой дал слишком явный тому пример. Грегори, сам того не ведая, дал Гвидо возможность проверить своих ребят... и касается это не только одной Ливии, но и каждого, кто находится сейчас в этом подвале.

+3

11

Перешептывания за своей спиной Ливия прекрасно слышала, и обрывки фраз до нее долетали достаточно четко для того, чтобы понять одно: ее присутствию удивлены все. Ливия и сама не понимала толком, зачем Монтанелли взял ее с собой. Но когда последние его слова были произнесены, и он, оставив свой чемоданчик у ног Грэга, указал ей на него и удалился в сторону, всё встало на свои места. Он действительно хотел утроить ей испытание. Не проверку (ведь такую отговорку он придумал для всех?), а именно что испытание. Нечто навроде "а тебе слабо?". Потому что в убийстве человека Ливия не видела никакого подтверждения преданности и верности. Вот когда ей пять лет назад во время следствия федералы предлагали свободу и защиту в обмен на то, чтобы сдать всю тогдашнюю верхушку, вот это, пожалуй, серьезная проверка на прочность. А то, что творил Монтанелли сейчас, было ничем иным, как издевкой, плевком, жестоким вызовом. И если до сей поры Лив не приходилось жалеть о том, что в свое время не сдала никого из Торелли, то сейчас было самое время поменять свое мнение.
Теперь у нее не было никаких сомнений, что Гвидо серьезно двинулся на почве вечного поиска предателей и сам стал своего рода маньяком. Надо признать, весьма изощренным. Она смотрела, как он отходит от нее, глазами, полными злости, обиды и негодования. Она все же до последнего верила, что он это не всерьез, что-то типа черного юмора такого. Но Гвидо продолжал молча наблюдать за тем, что она будет делать дальше, и иллюзия растворилась, уступив место панике.
Ее мало трогало, что Грэг только что плюнул ей под ноги в ответ на заданный вопрос - в отличие от всех здесь присутствующих. Их подобное поведение наоборот побуждало к агрессии и желанию убить оскорбившего отморозка. Единственный же, кто уязвлял достоинство Ливии по-настоящему, сейчас был Гвидо. И если кому и хотелось размозжить башку, то это ему. Заодно, конечно, и всем остальным присутствующим, которые, вероятно, давно ждали подобного "теста" Андреоли, готовые в любой момент поднять ее насмех за отказ участвовать в представлении, а может и вовсе прикончить здесь же - не по статусу трусов ведь в семье держать? Уверенность в незыблемости поддержки Монтанелли рассыпалась как карточный домик. У нее даже закрались подозрения, а не оклеветал ли кто ее в глазах дона. Может быть, тот же Фрэнк. Проявил напоследок притворное дружелюбие, пустил пыль в глаза своими извинениями, чтобы трахнуть, как давно мечтал, а сам в это время ловко подначивал дона, ожидая минуты, когда наконец-то приберет бордель к рукам. Скотина. А стоящий рядом с ним Майки? Как-будто даже усмехался. Пижон лживый. С виду весь из себя такой приветливый, радушный, а на самом деле такое же дерьмо, как и его дружок. Неизвестно даже что хуже - Фрэнк-то открыто ей не раз угрожал, а вот у Ринальди пойди разбери, что на уме. То, что косточки ей промывал на пару с Альтиери, у Ливии не было и сомнений. Фредо стоял вообще на своей волне, и минуты, казалось, отсчитывал, когда свалит отсюда. И даже его манерные фразы по отношению к ней, которые вроде как за уважение нужно было посчитать, Ливия приняла за очередную мужскую издевку. Он ведь таким образом выделить ее фильдеперсовость решил?
Изнутри ее всю трясло. От гнева, возмущения и страха перед тем, что к стенке прижали. У нее даже на какое-то мгновение мелькнула мысль, что они здесь все вовсе не из-за Грэга собрались, а из-за нее. Может, это такая изощренная казнь Монтанелли? Хочет избавиться от нее, предварительно вывернув ее душу наизнанку? Маргариту он так же убирал?
Чемоданчик тем временем настойчиво смотрел на нее, ожидая своего часа. На него Ливия, конечно, не взглянуть не могла. Она даже назначение не всех приборов, лежащих внутри, знала, что уж говорить об их применении на практике! Очередной  молчаливый взгляд на Монтанелли - еще более тяжелый и мрачный - как последняя попытка попросить прекратить спектакль. Никакой реакции. В ответ лишь холодная, несколько даже саркастичная, как ей показалось, манера. Честное слово, Ливия чувствовала себя обезьяной на арене цирка. И как бы судорожно она сейчас не пыталась отыскать лазейку, чтобы избежать пролитой крови Грэга, у нее ничего не получалось. Мешал пульсирующий в жилах страх перед очевидным, а еще тишина, воцарившаяся в помещении и так давившая на сознание. Несмотря на всю присущую Ливии браваду, она была всего лишь женщиной, не такой уж, оказывается, сильной и хладнокровной.
Сидящий перед ней Грэг веселился ее промедлением. А она же пыталась представить себе, как будет сейчас резать ему горло, ломать пальцы, выдирать ногти или что там еще предусматривал "волшебный набор" Монтанелли? Тошнило ее от одной мысли. Хоть с самого завтрака ничего и не ела. Ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем Джоуи, получивший одобрительный кивок дона, протянул ей свой пистолет, предложив тем самым альтернативу. За нее Ливия уцепилась как за спасательный круг. Пустить пулю в лоб было гораздо быстрее и проще. Так ей казалось. Миф этот развеялся в ту самую секунду, как только она занесла правую руку вверх, наставляя дуло на голову Грэга. Его стул находился менее, чем в двух шагах от нее. Промахнуться с этого расстояния может только человек, который никогда не держал в руках оружия. В стрелковом клубе, который Ливия в свое время посещала, обращаться с пистолетом ее научили. И попадать по мишени у нее получалось неплохо. Только там, к сожалению, не предусмотрен тот вариант, когда мишень состоит из плоти и крови и смотрит тебе прямо в глаза, пока ты решаешь, выбить ей мозг или нет. Возведенная рука предательски задрожала. В ушах появился гул, а в ногах - слабость. Казалось, еще чуть-чуть, и она потеряет сознание. В ту же секунду пистолет был снят с предохранителя и обхвачен второй рукой, для твердости. Дело было даже не в Грэге - он являлся бесспорным ублюдком, заслуживающим не меньшей мерзости, чем он сотворил с Кэт. Дело было в ней самой. Добавить яда в тарелку собственного мужа оказывалось в сто раз проще, чем сделать то, что ее вынуждали сейчас. А она ведь считала, что хуже того момента в ее жизни уже не будет.
Несгибаемые в локтях влажные подрагивающие руки перебирали рукоятку пистолета, а палец коснулся курка. Сердце колотилось с такой громкостью, что казалось, удары его эхом разносятся по всей стройке. В конце концов, этот ублюдок ей никто. Просто мразь, от убийства которого мир станет только чище... Глаза начинала застилать какая-то пелена, а лицо Грэга расплываться. Она поморгала, чтобы восстановить четкость. Насмешка виделась ей не только в лице Грэга, но и чувствовалась кожей ото всех остальных мужчин. Уроды. Нервно сглотнув подступивший к горлу комок, из-за которого не могла нормально дышать, Ливия резко спустила курок. В самую последнюю секунду руки дрогнули, поведя дуло в сторону, и в результате вышла промашка, которой она и не ожидала. Уши заложило - то ли от выстрела, то ли от страха, а гул в голове, наоборот, лишь усилился. Грэг на мгновение притих, хоть пуля его и не задела, а отойдя от своего шока, беззвучно засмеялся, и в ту же секунду следующая пуля прошибла ему лоб, пройдя почти по центру. Волной его отбросило назад, и перевернуло вместе со стулом, к которому тот был привязан. На автомате Ливия выпустила следом еще несколько пуль, уже в пустое пространство перед собой. Вытекающая из головы мужчины густая вязкая кровь заливала, кажется, не только пол, но и сознание Андреоли, в котором одна ужасная картина сменялась другой. Ее не просто тошнило, ее выворачивало наизнанку. На подгибающихся ватных ногах она медленно двинулась к выходу на улицу, в попытках вдохнуть свежего воздуха. Пистолет выскользнул из рук где-то по пути. Перед глазами по-прежнему все расплывалось. Никого из мужчин она больше не видела, наобум двигаясь на улицу. Подвернув ногу на пороге, она чуть было не упала, но удержалась за стену, и очутившись на улице, сползла по ней же, опустившись на корточки. Она судорожно терла виски, лоб, переносицу и старалась наклонить голову как можно ниже, чтобы вернуть ей приток крови и не отключиться. Сознание, однако, возвращаться к ней отказывалось. Сквозь гул в ушах прорезался чей-то голос - вероятно Санто, который караулил их у машины, подошел. А может еще кто. Слов, как и голосов, она не разбирала. - Всё в порядке, - на автомате отпихивала кого-то подошедшего. Пусть идут они нахер. Чтоб сдохли все собачьей смертью. Подняться на ноги даже не пыталась, продолжая подпирать стену. Медленно мотала головой из стороны в сторону в попытках оклематься и не терять сознание окончательно. Открывала и закрывала глаза, но видела перед собой лишь размытые очертания окружающего и темные вспышки, пока чернота наконец не одолела, и Ливия не отключилась.

+4

12

- Спасибо. Отметим обязательно, - усмехнувшись, ответил на поздравления парней. Сообщать не спешил, потому что не хотел сглазить, в таких вопросах андербосс был на редкость суеверным, особенно учитывая, сколько лет было его жене и сколько психологических потрясений ей пришлось пережить благодаря нему. Впрочем, на нынешнем сроке угроза выкидыша уже должна миновать. Кого крестным возьмет? – Еще не решили, - пожал плечами. Это же касалось и имени. Что касалось крестного, у Фрэнка было две кандидатуры – лучший друг и босс, понятное дело, но вот Джульетт в связи с последними событиями видеть возле себя и уж подавно возле своих детей не хотела, ни того, ни другого. Похоже, она все-таки не поверила в то, что Маргарита сбежала от Гвидо со своим любовником, и иллюзий не испытывала теперь уже ни в одном из них, прекрасно понимая какими людьми они на самом деле были. Майк же попал в «немилость» одновременно с Фрэнком, когда они добивали двух прихвостней Марго, чему жена стала случайным свидетелем. Об этом, впрочем, до сих пор никто кроме них троих не был в курсе, и Альтиери, конечно же, хотел, чтобы так оно и оставалось. Ему итак достаточно пришлось понервничать не только из-за того, что та отказывалась с ним разговаривать и всячески избегала, но и что она могла сдать их с Ринальди легавым. Если вдруг те ее прижмут, а они умели, и плевать им было даже на беременность, могла возникнуть проблемка. Женщины психологически не такие стойкие, как мужчины, на них надавить куда проще. Фрэнк еще и поэтому не одобрял их присутствия внутри организации...
И кажется, с последним были согласны все здесь присутствовавшие, по крайней мере, с тем, что делать их соучастницами мокрухи не стоило. Один лишь Гвидо продолжал стоять на своем, как обычно не слушая никого вокруг себя. Он даже отвечать им ничего не стал, только лишь жестом показав заткнуться. Весьма в его духе.
Фрэнк ухмыльнулся, слушая нашептывания Майка:
- Ага, предложи ему, он потом тебя на ней женит. – Вряд ли Монтанелли оценит эту шутку. Не убьет, конечно, тут уж андербосс утрировал, но все равно не стоит лишний раз подвергать насмешкам его покровительное отношение к женщинам, особенно когда здесь столько ушей находилось.
Покровительство это, правда, было весьма своеобразным, то, что он подвергал близких ему женщин опасности, обсуждалось уже не раз. И если у Марго с Агатой отклонения в психике еще позволяли выполнять его приказы, то с Ливией дело, и провидцем быть не надо, будет обстоять хуже. Фрэнк недооценил жестокость Гвидо, предположив, что он заставит Андреоли наблюдать за тем, как станет живьем разделывать человека, все обстояло гораздо хуже, ведь сделать это он по «доброте душевной» предлагал ей самой. На первый взгляд скучный вечер стал в одно мгновение куда занятнее, и можно было, наконец, отвлечься от разглядывания туфель, чем занимался Ринальди, каких-то свих дум, взглянув на Фредо, Фрэнк вряд ли мог представить, что у него крутилось в голове, ну и прочих занятий, которыми гангстеры коротали время, стоя в сторонке. Андербосс вон ноготь успел отгрызть – проклятая привычка. Он повернул голову на Монтанелли, вопросительно глядя на него, мол, ты серьезно? Глупый вопрос, разумеется. И перевел взгляд на растерявшуюся женщину. Сейчас наверняка каждый из них вспомнил то, как впервые убил человека. Ливии, впрочем, уже случалось это делать, и наверняка она также долго на это решалась, все-таки желать человеку смерти и убивать его – вещи разные. А особенно тяжело делать это, смотря ему в глаза. Фокус с ядом избавляет от этой необходимости, а вот теперь же деваться женщине, похоже, было некуда. «Заботливый» Гвидо оставил свой инквизиторский чемоданчик в ее распоряжение. Вряд ли она им воспользуется. Захотелось даже предложить Майку пари, сумеет Ливия умертвить своего обидчика или нет. Глядя на нее, Фрэнк сильно в этом сомневался, и сотню другую поставить был готов. Проблема в том, что в гробовой тишине, которая повисла внутри помещения, незамеченным их «тотализатор», как бы они не шептались теперь уже не останется. Ожидание затягивалось, а Лив все никак не решалась. У кого из них кончится терпение быстрее и кто, вызвавшись помочь девушке, пустит уже пулю в лоб ублюдку? Монтанелли хотел, чтобы это сделала именно Андреоли. Зачем именно не понятно, но Фрэнк решил не вмешиваться, и сам, посчитав их босса больным на голову человеком, с которым лучше не связываться, по крайней мере, здесь и сейчас. Снисходительно протянутый ей пистолет выглядел как некий дар, но зная о последствиях, Фрэнк подумал, уж лучше бы она ублюдка прирезала. Джоуи оказался не сильно милосерднее их дона, тем, что дал пистолет без глушителя. Хотя кто из них вообще его с собой таскал? Андербосс закрыл уши, перед тем как выстрел все же раздался. Пустой большой подвал, громкий хлопок… Однажды пальнув так, у Фрэнка две недели было заложено левое ухо, а стоявший звон в ушах и вовсе прошел только через месяц.
- Блять. – Его все же оглушило немного, когда Ливия нажала на курок еще раз, на этот раз, снеся-таки парнишке полчерепа, и продолжила стрелять. Как бы и их тут до кучи не положила… Наверняка хотела этого.
- И что дальше? – разведя руками, поинтересовался у Гвидо, когда, все кончилось, и пребывая в шоке, девушка пошла на улицу за свежим воздухом. Вот и спрашивается, зачем все это? Проверка? Как бы он ее своей проверкой калекой не сделал. Дело даже не в ушах, а в психике. Интересно, ей часто Марчелло по ночам  в кошмарах являлся? Теперь будет на пару с Грэгом приходить, вместе или по очереди. Как ни странно, но Фрэнк не злорадствовал над этой «проверкой». Ему, конечно, иногда хотелось во всех красках продемонстрировать женщинам, что значит быть частью этой организации, но до дела это желание обычно не доходило. Все-таки это перебором сейчас было.
- Надо от него избавиться, - кивнул на труп. – Фредо, займешься им со своими ребятами? – Фрэнку насрать было, куда его денут, лишь бы тут не оставили, завтра утром рабочие придут.
- Майк, догони ее, чтобы глупостей не натворила. - И сам после того, как более или менее занял всех делами, посмотрел на Гвидо, желая узнать, что это такое сейчас было.
- Вот нахера, скажи мне? – понизив голос, полюбопытствовал у их дона. – Если она сейчас рассудком тронется и сдаст нас всех, это будет твоя вина. – А вот черт теперь знает, чего им ожидать. – Она не такая, как Марго и Агата, ты не видишь разве? – И, слава богу, Фрэнк считал. Чем дальше женщины остаются от таких дел, тем лучше – речь и о женщинах и о них самих.

+5

13

Всё правильно. Всё верно.
И как не протестовала в капитане благовоспитанная и порядочная натура, рассудок отчетливо давал понять. Это ее дело. Ей судить и  исполнять приговор.
Хотя, Фред и не питал особой привязанности к Ливии, скорее он питал страсть к некоторым ее девочкам и только. Но, тем ни менее, тот же рассудок складывал все воедино. Женщина и мафия... Фу-фу. Это все равно, что дать обезьянке гранату.
Нет, что вы. Он уважительно относился к противоположному полу в силу давних обстоятельств и по сей день хранил, чтил память своей матери, которую считал святой. Ни одна из его подруг, в принципе, не могла пожаловаться на отвратительное к себе отношение со стороны капитана. Но, были и те обстоятельства по которым, мафиози просто не мог представить женщину в мафии. Да, даже к женщинам-копам он относился с усмешкой, считая, что это исключительно мужская работа. А мафия и подавно.
По мнению Фредерика все женщины должны были себе выбирать те профессии, где они и должны быть. Медицина, ведь мужчины гораздо проще относятся к здоровью, нежели женский пол. Правда, правда. Все дамочки сразу же бегут лечится, выскочи хоть один прыщик у них на носу! Образование, здесь Фред был абсолютно уверен, что это удел матери, то есть женщины. Домашние дела - да! Мода - естественно! Но, политика, грязные дела бизнеса и сам он в целом, охрана правопорядка? Нет. Не женское это дело держать в руках пистолет, ведь промахнется ненароком.
Что я говорил? Женщины только травить умеют идеально...

Поджав губы, Фред сложил руки на груди и просто наблюдал за тем, как женщина в "семье" брала в руки оружие. Как тяжело ей давался этот шаг. В какой-то момент одна бровь удивленно поползла вверх и он было чуть не запротестовал: "Хватит. Выведите ее. Это слишком."
Но, вместо этого, он испепеляющим взглядом посмотрел на одного из своих "боровов", что было дернулся вперед. Был ли то благородный порыв или просто порыв? Это уже не имело никакого значения. Но, все сводилось к одному единому.
Не лезла бы. Сама виновата... Женщина в Ливии умерла для Фредерика, едва она нажала на курок и... что, следовало ожидать, промахнулась с первого раза.
Фред надеялся, что у нее все-таки отберут оружие и выведут, пока Лив не впала в истерику. Но, нет! У Гвидо, судя по всему, были иные планы. Переведя на него серьезный взгляд, капо изучал реакцию дона на происходящие события, силился понять для чего был весь этот спектакль. Неужели, это и впрямь был урок для нее? Месть? Вряд-ли.

- Стоять, "кабан"! - едва слышно прошипел, капитан, вцепившись со всей силой в плечо своему солдату, - Не суй нос, не в свое дело.
Что же вас всех-то член вперед мозга уносит?
Будь это лет десять назад, он бы сам кинулся вслед за дамой, как и его мальчик, что в порыве не удержался. Но не сейчас. Не здесь и не при данных обстоятельствах.
Оттянув назад своего солдата, Фред подал голос:
- Да, Фрэнк. Мы уберем за собой, - кивнув солдатам в сторону трупа, он продолжил: - А некоторые "свиньи" еще и отмывать эту "коробку" будут.
А это урок для вас, мои поросята. Ниф-Ниф. Наф-Наф и Нуф-Нуф.
- Вот нахера, скажи мне?
Чтобы не совала больше нос не в свое дело. Уже было открыл рот, да запнувшись, решил промолчать. Ухмыльнувшись уголками губ, Фред достал сигарету и выходя на улицу, закурил. Эмансипация. Сами виноваты, что бабы лезут вперед мужчин...

И он был прав по-своему. Вот только одно осталось пустым... И зачем Гвидо раскладывал инструменты? Видимо, для большего эффекта и устрашения. Хотя впрочем, женщины ведь так ранимы, даже когда убивают. Они делают это элегантно и красиво. Не то, что мы "охотники от природы". Нам кровь, кишки подавай. Да, побольше. А они пришибут, аккуратно переступят и исповедаются потом, дабы искупить свой грех. Да, вот только... Тем и опаснее они, что хрен поймешь: то-ли женщина влюблена до одури, то-ли уже составила в голове план по убийству тебя. Наверное, так и было с Марчелло. Он не знал. Но, думать ведь никто не запрещал, верно?
- Коварство - удел женский, - шептал Фред, ожидая своих мальчиков.
А вот что делать с трупом? Да, он уже и решил все, собственно. Надо же за собой убирать, как-то.

+6

14

- Ну так, Парадиз – неплохое приданое… - рассеянно пошутил Майки в ответ на комментарий товарища, теперь во все глаза наблюдая за происходившим в обшарпанном недоздании. Вечер, кажется, становился томным, события вдруг резко пошли не в том направлении. До самого последнего Ринальди ожидал, что Гвидо откажется от своей идеи. Рассчитывал, что тот максимум велит девушке огласить приговор нанесшему оскорбление ее борделю ублюдку, а то и примет решение сам. А затем самолично исполнит маньяка -  или поручит это Фрэнку, Майку или еще одному из многочисленных опытных бандитов, собравшихся в помещении. А раскладывание инструментов и судилище Андреоли  гангстер считал не более, чем комедией, рассчитанной на других.
Когда же Ливия, под испытующим взглядом дона, наконец взяла в руки врученное ей Джоуи оружие, Майкл слегка покачал головой. Женские пальцы на рукоятке пистолета выглядели до отвратительности неестественно, неправильно  - так же, наверное, наших дедов смущали зажатые в девичьих губах папироски или первые джинсы и брючные костюмы для прекрасного пола, подумалось вдруг Ринальди. Да и были они столь неправы? Сексуальная революция уже сделала немало для разрушения традиционной семьи – а теперь новые модернистские подходы нередко рушили заветы семей мафиозных.
Даже теперь Майк думал, что Гвидо остановит владелицу Парадиза – мол, молодец, девочка, а теперь дай заняться делом профессионалам. Но тот не двигался с места, не произносил ни слова – и Ливия, явно сильно взволнованная, нажала на курок.
- Твою ж мать… - раздавшийся хлопок слегка оглушил Майка, вызвав болезненный отклик где-то в глубинах его головы. Когда он поднял глаза, то увидел, что Лив промазала, потрошитель-неудачник остался жив – и теперь ствол был снова наведен на него. Правая рука андербосса посмотрела на Монтанелли, но тот все так же напоминал безгласную статую.
- Босс, ты  ж умный человек и опытный, прекрати ж эту ерунду, твое желание ее проверить или вера, что женщины также могут преуспеть в Cемье – не повод творить такое. Понял бы хоть, что так рушишь ее изнутри. Для слабого пола это неорганично, неестественно, блядь -  они созидающее начало, дают жизнь, а не отнимают. Ей же еще детей рожать, а что из нее будет за мать после такого? Видел я этих закоренелых баб-убийц в тюрьмах, - cамые гнусные опустившиеся твари…
Еще один выстрел прервал размышления мафиози, затем раздался еще один и один – явно впавшая в шок Андреоли палила вслепую, хотя Грэг, с продырявленном и залитом алой кашицей черепом, уже валялся на засыпанном засохшем цементом и всякими объедками полу. Затем, выронив оружие и чуть не рухнув сама, она выскочила из помещение.
Получив от Фрэнка приказ позаботиться о женщине, Майки Ринальди без всякого сожаления двинулся к выходу –  кроме всех прочих радостей,  в недострое теперь еще кисловато пованивало кровью. Подобрав фалды пальто, чтобы не испачкать его чем-нибудь неаппетитным, член семьи Торелли краем глаза глянул на дона – и с трудом удержал серьезное выражение лица.
Если целью  Гвидо Монтанелли было доказать своим коллегам по рискованному бизнесу, что вошедшая в Семью девушка может быть столь же крутой, как и головорезы мужского пола, он в этом вряд ли преуспел. В преступных семьях итальянского происхождения убийства были вещью совершенно заурядной, перед принятием в организацию молодых кандидатов обычно просили «сделать кости»,  отправить на тот свет какого-нибудь незадачливого бедолагу. Исключение делали  редко, для некоторых засылающих особо хорошую долю претендентов – а часто это и не требовалось, ведь тот же Ринальди до того, как дон Фьерделиси уколол его палец иголкой, успел угостить свинцовой кашей не меньше четырех человек.
- Самый сопливый соучастник, мальчишка из подворотен, лучше бы справился – и в обморок бы не упал, разве что вечером бы набухался в ближайшем баре….- подумал Майки Бой, переступая через порог. Оказавшись на улице, он с наслаждением, всей грудью, глотнул холодного воздуха -  оставая позади затхлые во всех отношениях события, происходившие в постройке. Оглядевшись, он увидел привалившуюся к стене Ливию, бледную, явно потерявшую сознание – и бестолково суетившихся вокруг нее парней. Ощутив невольную тревогу, Ринальди, расталкивая быков, кинулся к Андреоли, наклонился, обхватил ее руками. В первую очередь уложил на землю, слегка приподнял ноги, чтобы обеспечить приток крови к мозгу.
- Санто, придержи ее. Так, есть у кого-нибудь нашатырный спирт? – озабоченно осведомился  Майкл у наконец занявшихся делом представителей криминалитета. Разумеется, не оказалось – и  Ринальди пришлось, в качестве единственной альтернативы, вытащить из пиджачного кармана флакончик с дорогим одеколоном Clive Christian, облить им шелковый платок. Затем поднести его к ноздрям девушки, обтереть лицо -  аромат сильный и пряный, должен подействовать. Тут бизнесмен и холостяк невольно усмехнулся – какой леди не захочется, чтобы вместо вульгарного спирта ее пробуждало эксклюзивное сочетание запахов сицилийского мандарина, иланг-иланга, кедра, сандала, ветивера и амбры?
- Лив! Лив, с тобой все в порядке? Ты молодцом, не всякий так бы справился, отомстила за девчонок. Пойдем туда в тот вагончик, отдохнешь – а потом сходим к Гвидо, выслушаешь… что он там захочет сказать, и по домам поедем.

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-01-11 15:31:29)

+6

15

Испытание? Пожалуй, это было им. Испытанием на прочность, а не на верность, поскольку в своей верности организации Ливия не заставляла усомниться никогда; и возможно, оно было жестоким, тяжёлым для неё, но и издеваться над Лив, смеяться над ней, Гвидо и в голову бы не пришло. Все его видели сейчас. Каждый, как минимум, по разу перевёл на него взгляд, пока он наблюдал за ходом дальнейших событий - смеялся ли бы босс сейчас, было ли его лицо весёлым?.. Ужасный, бессердечный поведенческий эксперимент. Порой, только когда происходит что-то неожиданное, и проявляется истинная человеческая сущность, характер каждого. Только тот, кто оказался в не привычных, чужих для себя, а зачастую - и враждебных, условиях, и может быть искренним. Просто взглянем вокруг, пока тишина стала настолько абсолютной, что её можно услышать. Посмотрим друг другу в лицо. Кто сейчас был на чьей стороне?.. Кто-то из присутствующих осмелился выступить в защиту Ливии? Осмелилась ли сама Лив ослушаться приказа, оспорить его?.. Вот, что было важно. Дело всегда в выборе, который тебе нужно сделать.
У Ливии был выбор между набором Гвидо, пистолетом, либо же оставался вариант струсить и сбежать, хотя бы попытаться это сделать, потому что уже слишком поздно обернуть всё в шутку. Поздно отказываться от своих слов... Патологоанатом едва заметно качнул головой, поймав взгляд Андреоли. Она боялась. Да и немногие на её месте, будь то мужчина или женщина, не испытывали бы ужаса. Она не хотела убивать; но не потому, что не считала, что Грегори смерти не заслуживает, и тоже важно. Страшно ей было за саму себя. Да и не ей одной, пожалуй; все понимали, что после того, что здесь произошло, мировоззрение Лив изменится - даже в том случае, если она побоится перешагнуть через свой страх. Чего ожидал Гвидо?
Её выбора. Между его пресловутым набором, решением проблемы простым путём или попыткой от проблемы сбежать. Чемоданчик с инструментами, и вправду, ненамного более, чем декорация, тот самый важный элемент на сцене, вокруг которого и строится всё действие, а все сложные детали, что он сочетает в себе, оказываются не так уж и важны; оставался вариант просто перерезать ублюдку горло ножом или скальпелем, и дождаться, пока он испустит дух, и это тоже было бы недолго. Но как много доставило бы Андреоли удовольствия смотреть на то, как подыхает тот, кто издевался над её девочками - вот в чём вопрос. Ливия предпочла пистолет. Монтанелли не показал этого, но одобрял её выбор. Это было идеальным решением для Лив - избавиться от создавшейся проблемы быстро, без той красочности, который подразумевал саквояж Патологоанатома, без истерики, которой часто сопровождается смерть... Гвидо был несколько разочарован тем, что рука Ливии всё-таки дрогнула, тем самым продлив Грегу жизнь ещё на пару секунд; разочарование усилилось, когда Андреоли опустошила обойму, так ни разу больше в Престона не попав, но барабанным перепонкам каждого, кроме него, задав основательную трёпку, но самое важное было сделано - Лив решилась на этот выстрел. Пожалуй даже, тот факт, что она не достигла цели первым выстрелом, показал другое - она эту ошибку не побоялась исправить, хотя промах сам по себе был шансом на это. А значит, не побоится и в будущем... когда перед ней окажется не сумасшедший, вроде Грега, а кто-то, кто будет представлять собой реальную и более серьёзную угрозу для её бизнеса или её самой. Возможно, что этим кто-то окажется однажды Фрэнк, возможно - и сам Гвидо... это уже вторично. Вот в чём был смысл - Грегори был неприятен всем вокруг, но только для Ливии он являлся врагом.
Нету врагов злее, чем собственные демоны. Но, укротив их, ты становишься почти непобедимым.
Ливия стала чуть сильнее сегодня, хотя, пожалуй, сама этого не осознаёт; как и никто вокруг похоже. Впрочем, в разное время, каждый из присутствующих здесь чувствовал ту же самую слабость, которую ощущает сейчас она - и на это тоже стоит обратить внимание. Потому что в худшем случае, сегодняшний ход Гвидо станет предпосылкой для объединения его людей - пусть даже и путём получения общего врага. Кого-то, кого смогут ненавидеть и Фрэнк, и Ливия, забыв о своих склоках...
Монтанелли проводил Ливию взглядом. Его сердце, казалось, замерло сейчас, словно зажатое в тиски со всех сторон, было больно видеть девушку в таком состоянии, но лицо оставалось каменным - остальные не должны были увидеть этой боли. Даже мысли о ней допустить.
- Надо найти Терезу. - вот что дальше. Грегори-то в этом не особо помог... а за всем представлением, похоже, они начали забывать, зачем вообще собрались здесь. Гвидо начал собирать свои инструменты, столь же хладнокровно, сколь прозвучали его слова касательно мексиканки. Но приостановился, взглянув на Альтиери, когда тот упомянул имя его супруги. - Она - одна из нас. - как и Марго, как и Агата, как и любой, и неважно, что на нём - юбка или брюки. На месте Ливии могли бы оказаться сын или дочь Гвидо; возможно, впрочем, что окажутся в будущем, если уже не умудрились побывать... - Уже поэтому никого не сдаст. - а не только потому, что ей самой светит вернуться туда, где прошли самые трудные два года её жизни. Монтанелли вернулся к сбору своего чемоданчика. - И с её рассудком всё тоже будет в порядке. Грег был проблемой для бизнеса Ливии. Она должна научиться решать такие проблемы. - а не прятаться за спины остальных в момент опасности; это не значит, что они не должны помогать друг другу вовсе, и это не значит, что Гвидо отвернётся от неё - но и Гвидо не вечен. - А с этим... - подняв голову, Монтанелли взглянул на тело Грега, и приостановился в своих сборах, перехватив рукоятку мясницкого тесака поудобнее. Затем разогнулся, подходя к нему, перерезав верёвки, которыми парень был связан, вытянул его правую руку и одним резким и точным движением отделил от неё кисть. Бросил её Грегу на грудь. - Где его водительские права?.. - водительскую карточку Престона Монтанелли вложил в его приоткрытый рот. Была ещё мысль отобрать маску свиньи у одного из парней Фредо, нацепив на рожу Грегори, но уж не стал - кто знает, откуда они эти маски взяли, и не станет ли эта улика губительной. - Отправьте его в тот же бак, где нашли Кэт. - обратился к бойцам Фредо, отправляя тесак к остальным инструментам, и закрыл чемодан, и двинулся на свежий воздух вслед за капо.
И лучше бы Лив вырвало, как рассчитывал Фрэнк... потому что в этом случае оправдались только бы наименее худшие из его опасений. Поначалу, увидев, что Андреоли лежит на земле, собирая на своё пальто всю строительную грязь и пыль, Гвидо даже допустил мысль о том, не сделала ли она что-нибудь с собой, пока они находились внутри... впрочем, пистолет остался в подвале, снаружи находился Санто, да и Альтиери отправил Майка за ней, выстрел снаружи они бы услышали даже сквозь звон в ушах от предыдущих.
- Что с ней?.. Эй,.. Лив! - к тому времени, как Гвидо, на правах наиболее "приближенного", посредством своих двух курсов, к медицине, вынырнул из-за громадной фигуры Санто, присаживаясь рядом с Лив - та уже открыла глаза... хотя в том, что она полностью пришла в себя благодаря запаху одеколона Майки, уверенности всё-таки не было. Об этом Монтанелли и решил спросил у неё самой. - Ты как?.. - прийти в себя полностью... наверное, всё-таки "полностью" это ей удастся сделать ещё не скоро. В этом он чувствует свою вину, и вина эта тоже останется призраком, когда сегодняшний вечер превратится в воспоминание.

+5

16

Очнулась Ливия от резкого непонятного запаха, ударившего в нос, и машинально задергалась, пытаясь от него уйти. Но Майк настойчиво держал платок у ее носа до тех пор, пока сознание не вернулось к ней окончательно, и размытые образы склонившихся над ней людей не приобрели четкость.
- Да убери ты эту дрянь, - резко отпихнула руку Майка вместе с платком и попыталась приподняться. Тело все еще было ватным, голова кружилась, а кожа стала ледяной - то ли от пережитого ужаса, то ли от того, что на улице уже далеко не лето. Ее плащ смялся, распахнулся и измазался в какой-то строительной грязи, а одна туфля спала, оставшись валяться где-то рядом. Именно ее на автомате Ливия и принялась искать, в темноте шаря руками возле себя. Она могла многое перенести в своей жизни, но не падение собственного имиджа, и в конкретную секунду ее волновало даже не столько то, что она упала в обморок перед всеми, а то, что выглядит она при этом далеко не лучшим образом. От протянутой руки Санто отказалась, рьяно продолжая поиски своей обуви. Да и не уверена она была, что поднявшись на ноги сейчас, силы ее не подведут, и она снова не сползет к земле. Майк, присевший рядом, что-то ей лепетал, но смысл она разбирала с трудом, улавливая лишь обрывки фраз. Проклятый звон в ушах. Затем подошел и Гвидо. Только не хватало, чтобы сейчас все еще столпились возле нее, наблюдая за тем, как она беспомощно валяется на асфальте!
- Всё в порядке, - снова огрызнулась, даже не посмотрев в сторону дона. По отношению к нему она сейчас испытывала такую гамму негативных чувств, что даже словами не опишешь. Ее мозг отказывался принимать причины, по которым он все это ей устроил, и кроме того, она еще не до конца была уверена, что Монтанелли собирается оставить ее в живых. Возможно, только момент оттягивает, прежде, чем пустить и ей пулю в лоб. На долю секунды появилось даже ощущение, что всё это просто отвратительный ночной кошмар, а не происходит с ней наяву - настолько нелогичным и неправильным казалось всё случившееся.
В данный момент ее волновал даже не столько пробитый ей же череп Грэга, сколько то беспомощное положение, в котором она оказалась. Что в подвале, когда держала отморозка на мушке, а никто из присутствующих не решился остановить тиранию Монтанелли, что сейчас, возясь на земле посреди грязной плохо освещенной стройплощадки. Будь у нее достаточно сил, она бы села за руль и рванула отсюда к чертовой матери с целью быстрее сбежать от всех этих подлых трусов, которые мужчинами зовутся, а некоторые еще и джентльменами себя считают. Но да, у нее не было ни сил, ни машины. Просить же о помощи она в принципе не любила, а делать это сейчас, обращаясь к кому-то из присутствующих, и вовсе значило бы наступить на горло собственной гордости и растоптать свое достоинство окончательно. Внезапно Ливия почувствовала себя такой слабой, беспомощной и униженной, что в пору было бы разреветься прямо здесь. Но нет уж, такой радости она точно никому не доставит.
Сделав над собой просто гигантское усилие, она все-таки поднялась с земли, дрожащими руками придерживаясь стенки, и продолжила искать в темноте свою туфлю. Более идиотски она, пожалуй, еще никогда не выглядела.

+4

17

- Она никогда не будет одной из нас. – В том смысле, который вкладывал в это Гвидо. – Ни одна из них не будет. - Вести вместе дела – никаких проблем, но вот быть членом Семьи наравне с мужчинами – тут уже явные проблемы. Чтобы Монтанелли не предпринимал для этого, все останется прежним. Не он придумывал правила их организации и не ему их менять. Как бы он сам не перестал быть одним из них, продолжая с таким остервенелым упорством доказывать, что женщины могут заниматься их делом. То, что Ливия сейчас застрелила этого паренька, не меняло ровным счетом ничего. Скольких людей убила Агата? А скольких в свое время Марго? Всерьез их продолжали воспринимать все равно единицы. А вот остальными всерьез воспринималось оскорбление традиций, которое эти женщины собой олицетворяли. Они и сами не чувствовали себя частью этой организации, той же Тарантино, которую так боготворил Гвидо, было насрать на Семью. Дону она была верна, с этим никто не спорит, но вот что касалось всего остального… она даже не итальянка, черт возьми. Надежды все это втолковать Монтанелли, у Фрэнка, впрочем, с каждым разом оставалось все меньше и меньше. Да тот и не давал себе ничего сказать, вынуждая тем самым своего андербосса разговаривать об этой проблеме уже с другими людьми.
Его уверенность в том, что Ливия не пойдет исповедоваться к федералам, вызвала усмешку. Ах, если бы все так было просто. Заставил человека совершить убийство, проколол его палец, и тот навсегда останется верен принципам и идеалам их организации… К сожалению все это было далеко не так. Люди ломались. Далеко не каждый способен на убийство. Процент таких людей очень мал, а уж среди женщин их совсем единицы. 
- Слушай, если бы каждый умел решать такие проблемы, наши услуги и не нужны были. – Попытался втолковать, но видя, что все напрасно, махнул на Гвидо рукой. Пошел он к черту.
Зачем хозяйке борделя навык убивать? Только затем что кому-то в пьяном угаре пришло в голову сделать ее членом их организации? За какие заслуги? Он десять лет вкалывал на Семью, прежде чем удостоился этой чести. Ах, да… удовлетворять боссов, так как могла это делать Ливия, у него не получится. В принципе ей еще не самая плохая роль в этом представлении досталась. Если вспомнить Фрэнку приходилось участвовать в подобной постановке, но ему, тогда еще капитану, их дон отвел роль «мальчика для битья», ту же, что была сегодня у Грэга, повезло ему тогда разве что чуть больше – пистолет у Маргариты оказался не заряжен. Как Альтиери и обещал, того, что произошло в «Бурлеске» он не забудет… Монтанелли зря предполагал, что такие решения будут каждый раз сходить ему с рук и не найдут отклика в будущем. Фрэнк сейчас очень отчетливо вспомнил тот вечер, когда Гвидо учил свою жену тому, как нужно зарабатывать авторитет. Толку из того урока, правда, не много, вышло… по крайней мере, для Маргариты. Да и Альтиери «меньше на себя брать» не стал, чего уж там…
- Не спешите, - притормозил ребят Фредо, которые, собирались уже выполнять приказ дона, а именно отвезти труп к той мусорке, где нашли тело Кэт. Черт возьми, кровищи тут было навалом. Помимо того что забрызгали стену, на полу под простреленной головой Грэга была кровавая лужица.
В том, что Андреоли переживала сегодня унижение, виновен был только один человек. Ливия тут не причем, она бесспорно жертва обстоятельств. Понимая это Фрэнк, тем не менее, не спешил в числе прочих оказывать ей первую помощь. В конце концов, это не в нее стреляли, и короткий обморок для нее смертелен не был.
Альтиери ведь все равно не даст ей ничего доказать…
- В порядке? – подойдя, кинул ей туфлю, которую подобрал, выходя из здания. – Отлично. Пойди тогда прибери там за собой, - кивнул обратно туда, где все еще валялся Грэг. Она же одна из них, Гвидо сам это сказал. Может не такая, как Фредо и Фрэнк, но такая как Джоуи с остальными ребятами уж точно. Почему они должны убирать за ней дерьмо? Чем они хуже? Тем, что носят брюки, а не юбки? Пускай уж доказывает до конца, или хотя бы поможет им. Хотя и это андербосс считал, будет нечестным. Если уж не делать гендерных отличий, то идти в этом до конца. Фрэнк ухмыльнулся, глядя на Лив. Здесь она сдастся, он не сомневался. Или же Гвидо как обычно вступится за нее, доказав этим, что все его усилия напрасны.
- Да оставьте ее. Майки, у нас же там коньяк остался еще? – спросил у друга, подразумевая под «там» их прорабскую. – Фредо, идешь? – позвал и капитана. Обсудить им было что, пока вычищают подвал. Если уж не представление, так то, где искать Терезу. – Гвидо? – надежды было не много, учитывая, что их дон из непьющих, но проявить открытое неуважение и не позвать его Альтиери не мог.

+5

18

Вздрогнув, Ливия поймала летевшую в нее туфлю. А вот и он - тот, кому вся эта сцена была как бальзам на душу. Альтиери ведь давно обещал ее проучить. А произошедшее, пожалуй, даже покруче, чем изнасилование кучкой негров, будет. И если раньше Ливия могла только догадки строить относительно неискреннего к себе отношения Альтиери, то после произнесенных им слов, она в этом окончательно убедилась. Ей и так было плохо от всего произошедшего, а после фразы Фрэнка так и вообще вдвойне больно стало. Теперь у нее не было никаких сомнений, что его извинения и предложение помочь с угнанной машиной - ничто иное, как фарс и притворство. Как только она могла к этому отморозку хоть какое-то влечение испытывать! Уму непостижимо! Чтоб его сифилис прикончил!
Даже мыть унитазы в тюрьме было менее унизительно, чем то, что сейчас приказал ей Фрэнк, и главное, в какой манере. С издевательской ухмылкой. Тюрьма была исправительным учреждением, и она знала, за что сидела. Сейчас же на унижение ее толкали те, кого она считала если не друзьями, то приятелями точно. Каждый из них не раз бывал в ее заведении, с каждым из них она сидела за одним столом, поднимала бокалы, вела дела и дружественно обнималась. И сейчас они все просто наплевали ей в душу. Кто-то своим молчанием на все происходящее, а кое-кто еще и словами.
Грудь свело от такой внутренней боли, что первым желанием было, естественно, метнуть туфель обратно в голову Альтиери и так, чтобы каблук глубоко вошел прямо ему меж глаз. Но ведь он этого и добивался? Это ведь сейчас все провокация была? Чтобы она накинулась на него, обругала, ударила, а он выставил это все как глубокое неуважение к себе. Почему-то ему было можно обращаться с ней как с дерьмом, сыпля своими угрозами, давая затрещину в своем баре, а она при этом не имела права ничего сделать в ответ - он же андербосс, большая шишка. И надо было все-таки в свое время пожаловаться Гвидо на его хамское поведение по отношению к ней, вызванное исключительно личными дрязгами. Но она надеялась дипломатично восстановить между ними хоть какое-то подобие мира. Иллюзии. А босс только что и сам мог видеть, как к ней относится второй человек в семье. Впрочем, сам Монтанелли поступал сегодня не лучше. Наоборот как раз - он всё и затеял.
- А теперь давайте поговорим, - ей стоило огромных усилий собрать всю свою волю в кулак, стиснуть зубы от обидных слов Альтиери и с остервенением обратиться ко всем присутствующим. Идти и "прибирать" за собой она, естественно, не намеревалась.  - Что это за херня сейчас происходит? Я что, в чем-то провинилась?! - в глазах блестели подступавшие к горлу слезы, которые она с трудом сдерживала, а горящий взгляд обжигал не меньше интонации, с которой она сыпала свою тираду. - Я кого-то подставила?! Украла?! Обманула?! Может, сдала кого-то?! Нет! Так в чем дело, твою мать?! - сорвалась на крик, со злостью одела второй туфель обратно и резко перевязала пояс плаща. Силы начинали к ней возвращаться. Слова Фрэнка отрезвляли покруче любого одеколона. - Да, может, я не умею заниматься мокрухой, как Джоуи с ребятами, но я, мать вашу, деньги вам приношу! - метнула взгляд на Гвидо, который и был основным виновником всего спектакля. - Я приношу Семье доход! - повторила, намеренно выделяя последнее, чтобы до всех уж дошло. "Парадиз" действительно был, благодаря большим наличным, нигде не фиксируемым суммам, на сегодняшний день одним из самых прибыльных заведений Торелли, и это она подняла его из руин, на минуточку, если кто-то забыл. - Или это внезапная попытка показать, что между членами Семьи нет никакой разницы? Что ж, тогда вперед, - она всплеснула руками, - давайте поставим Джоуи заправлять "Парадизом"! Давай, Гвидо! Посмотрим, как быстро ему удастся развалить всё то, что я строила годами! - ее накрывало бешенство. Хотелось просто дать им всем по физиономии разок другой, а никак не разговаривать. Но к сожалению, беседа - единственное оружие, которым она могла воспользоваться в данный момент. - Давайте пойдем в эксперименте дальше! Раз уж все солдаты Семьи ни в чем не должны уступать друг другу. Поменяемся! Заменим меня на Джоуи или любого другого из ребят, которые сейчас там, - она махнула рукой в сторону подвала. Замена будет неравноценной, и все это знали, даже если не хотели признавать. - А заведение заодно переименуем в "Три поросенка"! - выделила то, что и так было наглядным. Сложно не признать, что парни, рассекавшие по городу с масками свиней на головах, большим разумом не обладают. Улыбки на лице Ливии не было. То, что она говорила, на шутку вовсе не походило. - Выходит что? Что статус солдата не дает никакого уважения, а как раз наоборот? Да, все проходят проверки, но я свою уже прошла и ни разу не давала никакого повода усомниться в своей преданности общему делу. Тогда к чему истории о сплоченности Семьи?! - она поморщилась. - Что это за Семья такая, которая в ответ на твою преданность топчет тебя ногами? - внутри все клокотало с такой силой, что будь у нее оружие, она бы положила здесь всех. И они, кажется, не подумали, чему только что научили ее своим экспериментом. Теперь в случае реальной угрозы она точно сможет наставить пушку и на Фрэнка, и на того же Гвидо, и на любого другого посягнувшего на ее безопасность. Только на сей раз рука ее уже не дрогнет. Сегодня они все сделали из нее реальную убийцу. И Ливии было настолько морально плохо, что казалось, будто бы внутри безвозвратно растоптали все то светлое и хорошее, что в ней еще оставалось до этой минуты.
Что бы ни было после, сегодняшнего вечера она никому из них не забудет.

+5

19

- И отнюдь не дрянь – с достоинством ответил гангстер, убирая платок с ароматом сезона по версии журнала Mens Vogue от лица ищущей туфлю девушки. Первым порывом было помочь, но затем остановился – пусть сама занимается, это испытание в конце концов, а не детский сад какой-то. Лениво чиркнул зажигалкой,  подмигнул Санто, прищурился, с наслаждением набрал полный рот дыма – и заметил подошедших к нему Гвидо и Фрэнка, только когда они уже вывалились из треклятого недостроя.
Что у них там произошло, Майки не ведал, но догадываться мог. Воспитательный эпизод в духе «все-мы-одной-крови» (если это был он, как предполагал Ринальди) безнадежно провалился – но без какие-то назидательные замечания на этот счет босс не произнести не мог. А Альтиери это бы без ответа не оставил – и ответ этот не вызывал никаких сомнений.  Могли обменяться поспорить или того похуже, обменяться колкостями– впрочем,  Майки Бой там не присутствовал и гадать было бессмысленно.
- Лив, похоже, не в форме, Гвидо, можно ли ей за руль садится  после такого, в расстроенных чувствах-то? Может, кто-то домой ее отвезет? А то чего бы не случилось. – c преувеличенной заботливостью спросил  Майкл, кивая на наконец обретшую из рук андербосса свою обувь Андреоли. Взгляд его слегка прищурившихся черных глаз говорил – а любой соучастник-парень не нуждался бы в реанимационных мероприятиях и доставке по местожительству. Природу не одолеешь, мистер Монтанелли. Из женщины никогда не выйдет хорошего воина, а настоящий член организации – именно воин по своей сути.  На то мы и называемся солдатами и капитанами, а не коммерсантами или  менеджерами – мы в строю,  строю Коза Ностра, а строй не место для особ прекрасного пола.
- Да, Фрэнк, остался неплохой мартель, бутылочка точно завалялась. Пойдемте, ребята, отметим торжество справедливости. – только потом Ринальди понял, что фраза прозвучала малость двухсмысленно, было неясно, относилась ли она к наказанию маньяка или тому, как опростоволосилась Ливия. Посвистывая себе под нос, он двинулся в сторону небольшого, окрашенного желтый цвета, вагончика, в котором обычно сидел постоянно наблюдавший за стройкой человечек из  южной команды. Он и сам умело неплохо устроиться – но для часто приезжавших Майка и Фрэнка держал в особенности отменный алкоголь. Уже предвкушая стаканчик-другой, член семьи Торелли успел сделать несколько шагов – пока Ливия не заговорила. Упреки и  возражения вырывались из нее потоком, который, казалось, нарастал и нарастал, из ручейка превращаясь в море.
Скрестив руки на груди, Майкл слушал – тут было все: и обида на то, что в ее преданности могли усомниться, и намеки на интеллектуальное убожество Джоуи и ребят и работу более высокого плана, которую делает Лив, и просто обычное женское возмущение на то, что ее поставили в неприятную ситуацию, и хер знает что еще. Кажется, в глазах Лив блеснули слезы или показалось? Это досадно, Майкл терпеть не мог, когда девушек доводили до плача, в душе противно кольнула. Ну сама виновата, зачем взваливать на себя больше, чем тянешь?  Она должна была знать, что такой день неминуемо придет, когда ее «посвящали» (Майку было противно даже мысленно называть так творящуюся при Донато и его ближайших преемниках комедию) – или рассчитывала, что можно будет быть под крылышком всегда, заниматься только своим привычным делом? Так не пойдет.
- Лив, успокойся... Парадиз ты держишь хорошо, это все знают. Но, при всем уважении,  член организации – не просто бизнесмен, он должен быть бойцом. Должен быть всегда готов отстаивать интересы Семьи с оружием в руках, умереть за нее. Должен уметь заставить себя уважать, в том числе и силовым путем. Выполнять самые нелегкие приказы, а не только заниматься удобным и приятным.  И уж тем более самолично решать проблемы, произошедшие в его заведении. Все мы проходили такие проверки, и не раз. – Майк усмехнулся и поглядел на Ливию, рассеянно вертя в руках недокуренную сигару – А заколачивать деньги и соучастник может или просто торгаш подопечный, некоторые больше солдат поднимают. И живут куда более комфортабельно – чем выше положение, выше и ответственность. Каждый в итоге делает выбор сам - не хочешь валандаться в крови, не выбирай такую жизнь. А если человек солдат и семья требует, то должен быть готов не только на мокрое дело, но и трупы на куски резать, следы заметая -  некоторые очень большие люди с этого начинали, знаешь ли. Да и мало что еще поручить могут..
Вот подумай как-нибудь на досуге, Ливия, не комфортное было бы, если бы за тебя такую работу делали те, кто для нее предназначен - а ты могла бы спокойно вести бизнес, не мешаясь в мафиозные дела и просто регулярно выплачивая, что пристало.
- Впрочем, босс попросил тебя что-то сделать, ты это сделала, все закончилось - чего теперь нервничать?

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-01-14 10:17:47)

+4

20

В какой-то момент сигарета непроизвольно выпала со рта. На лице было написано все несовершенство мира в одной лишь фразе: Пойди тогда прибери там за собой. С уст Фрэнка это звучало, примерно так же, как и: "Эй, ты! Знай свое место. Принеси, подай и иди отсюда, не мешай." Ничего особенного, в принципе, не случилось, но было что-то, что вызывало протест в Мистере-Дэнди. Не смотря на все свое отрицательное отношение к женщине в мафии и главным образом, к женщине и оружию... Не смотря на это, Фредерик отрицательно мотнул головой:
- Нет. Это слишком.
Возможно, это было сказано и тихо. Может следовало проявить не только благородство, данное в качестве наследства его родителями, но и стойкость в своем решении. Омерта. Он прекрасно помнил, как его сопляка опускали головой вниз и четко давали понять, что именно этот кодекс он должен помнить всю свою никчемную жизнь... до самой кончины. И он помнил, отлично помнил. Слово, в слово.
Наверное, по этому и сейчас приходилось прогибаться. Прогибаться опять и снова, не смотря на свою иную точку зрения.

А еще эта словесная перепалка. И та "женщина-мафиози", что совершенно недавно выпускала пулю в лоб Грэгу сейчас была слишком беззащитной, как ребенок. Эта туфля брошенная Фрэнком, как кость собаке. Все эти колкие слова и фразы.
- Мы найдем Терезу. А Ливии нужен небольшой отдых.
Это было сказано достаточно тихо для Гвидо. Тем более, что он знал характер Фрэнка. Еще один виток и Фредерик, скрепя зубами, прогибался. Своеобразная тактика в достаточно напряженной обстановке.

– Фредо, идешь?
Фредерик не пил. И думал, что семья уже давно выучила его привязанности и повадки. Но, не пойти... Это символизировало бы некую дистанцию и напряжение в отношениях с тем же Фрэнком. И вот здесь, здесь был ступор!
Он долго смотрел на Ливию и в какой-то момент поведя головой, все так же невозмутимо ответил:
- Да, сейчас. Только проконтролирую, чтобы ребята убрали тело в машину. И сразу же, тогда подойду.
У него были несколько иные планы и насчет чистки, самих ребят... Скажем так, во всей этой истории Фредо жестче отнесся к выходкам свои солдат, нежели к Ливии. Это можно было вполне объяснить и тем фактором, что "боровы" напрямую подчинялись ему. И несомненно, некая толика уважения к Лив, как женщине осталась.
Когда Фрэнк и Майк отошли на определенную дистанцию, Фредерик не выдержал. Весь день держать себя в руках и играть роль этакого болванчика, несколько злили капитана. Он сорвался. Схватив цепко за глотку одного из своих ублюдков и притянув как можно ближе к себе, мафиози со злобой прошипел:
- Живо! Чтобы я не видел, как она будет отмывать кровь! Мне насрать, но это ваша грязная работа. Пошли вон, чистить.
- а...
- Плевать я хотел на мнение Фрэнка. Вы подчиняетесь моему прямому приказу. П-шел вон, ублюдок, - толкнув со всей силы солдата, Фредо выдохнул и поправив выбившийся локон волос, гордо направился в ту самую "прорабскую".

Вот он парадокс, господа. Страдают всегда солдаты. Мелкие пешки и шестерки. И как бы хотелось открыть свой пафосный интеллигентный рот против некоторых поступков и слов Фрэнки, Фредерик молчал. И вот сейчас уже намеренно пытался вспомнить Паваротти. Но, тщетно. Творец прекрасного с позором убрался, как можно дальше из головы капо. Оставался только легкий стыд... Наверное, потому, что Ливия сказала правду? Правду, которую здесь все попытаются запить бутылкой мартеля, прикрывая истину торжеством... Как сказал Майки: справедливости? Но, кажется, по праву на это претендовала именно та женщина, которая и нажала на курок.
А возможно. Возможно, он просто слишком был привязан к женщинам. Вероятно, что эти несколько факторов сейчас прочно сделали свое дело. Фредо остался недовольным, но перечащим глубоко-внутри. И в некоторой степени это прочно отложилось в голове мужчины. Урок. Урок имени Ливии Андреоли.
Заходя в прорабскую, Фредерик улыбнулся уголками губ:
- Ничего не могут без меня сделать... Свиньи, одним словом.
и кто из нас большая свинья, это уже вопрос.

+3


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Mafia justice