Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » The Little Sicily: family bussines II


The Little Sicily: family bussines II

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Участники: Aida Rossellini, Guido Montanelli
Место: Сакраменто, ресторан"The Golden antelope"
Время: 7 января, около 16 часов
Погодные условия: +16-18, ясно
О флештайме: О семейных ценностях, кровных узах и человеческих приоритетах

+2

2

внешний вид
В голове вертелись различные юридические тонкости, которые, кажется, никогда из нее не выветривались и даже иногда снились, когда я слишком засиживалась с бумагами. Вчера вечером я допоздна перечитывала документы, связанные с фамильным рестораном Монтанелли. Умные мысли, обычно, посещают меня поздней ночью, именно поэтому на следующий день я не просыпаюсь раньше полудня, если только мне не предстоит архиважное дело, которое необходимо выполнить именно утром. Уже лежа в постели под мягким кашемировым пледом я вспомнила одну важную вещь, из-за которой мне пришлось шлепать босыми ногами до кабинета в поисках любимого блокнота с заметками. Доверив свои мысли бумаге, я с легким сердцем вернулась в постель и заснула, забывшись свинцовым сном. Мне снилась какая-то перестрелка и лужа крови, в которой был дорогой мне человек. Вот только лица его я не разглядела.
Резко проснувшись, я открыла глаза и поморщилась. Ослепительный солнечный свет бил прямо в глаза, не спасала даже ночная штора цвета топленого молока. Вытянувшись во всю свою небольшую длину, я как кошка промурлакала себе пожелание доброго утра и выползла из-под теплого одеяла...
Поторапливая сама себя, я завершила свой образ элегантными сережками от Картье, ухватила за край брелока ключи от машины и двинулась в сторону лифта. Пока я ждала заветного "дзынь" и разъезжающихся дверей, я прикинула, что доберусь до ресторана за четверть часа. - Не люблю заставлять людей ждать. Достав мобильник я взглянула на время и путем быстрых расчетов поняла, что, скорее всего, приеду в ресторан раньше Гвидо. - Что же, обмозгую все еще разок перед тем, как буду советоваться с дядей.
Я достаточно быстро преодолела расстояние между дверью своей квартиры и любимым авто. Медленно, я прошлась вдоль своего Бугатти, погладив по капоту эту прелесть. Я безумно тряслась над этой машиной, ведь она до безумия мне нравилась. Однажды Линда пролила кофе на обшивку кресел... В общем, младшая Фортуно еще долго дулась на меня за то, что "тебе машина дороже, чем сестра родная". Что поделать, я люблю эту машину какой-то маниакальной любовью!
Аккуратно выруливая с подземной стоянки, я нацепила на нос солнцезащитные очки и поехала к "Золотой антилопе". Скользя взглядом по вывескам, которые я проезжала, я удивлялась, как прекрасно все мерцает, моргает и переливается. - Черт, сегодня же Рождество!  Ударив по тормозам, я чуть было не создала аварию, но водитель, ехавший за мной, видимо, решил не связываться с дамочкой на машине, которая стоит больше его средства передвижения раза в три. - И что теперь? Надо ведь, наверно, купить какой-то подарок, праздник все-таки. Я вновь начала движение, только теперь ехала медленно, давай возможность себя объехать. Остановившись у ресторана, я так ничего и не придумала. Расстроившись из-за своей невнимательности, я вошла в "Золотую антилопу" и довольно резко поинтересовалась, в какой стороне меня ожидает заказанный столик. Официант, погрустневший на глазах из-за того, что ему придется меня обслуживать, все же заученно улыбался и препроводил к столику. Распорядившись о том, что пока что не хочу ничего, кроме бокала красного вина, я завертела головой, осматривая украшения ресторана. - Господи, ну почему я такая невнимательная? - откинувшись на изящное кресло, я достала мобильник из маленькой сумочки, который, естественно, был забит поздравлениями от родных, друзей, коллег и просто хороших знакомых. - Одна я вечно без напоминания о праздниках не вспоминаю, что ли? Я закинула телефон обратно, решив прочесть все вечером, после чего услышала приближающиеся шаги. - Дядя! - я улыбалась Гвидо в то время как он присел рядом на такое же кресло, как у меня. - С Рождеством тебя! Прости, я забыла какое сегодня число и не купила подарок. Но за ним дело не станет, обязательно преподнесу, только позже. Забрав у официанта предложенное меню, я изучила его и сделала заказ. - Мне, пожалуйста, утку Барбари с апельсинами и еще один бокал вина.

+2

3

Внешний вид

Пока один смывает кровь со своих рук, другой уже пачкает пальцы чернилами - такова и есть суть той организации, к которой они все принадлежали так или иначе, кто-то - по рождению, по своему происхождению, кто-то - потому, что не хотел мириться с нищетой, по собственному выбору, кто-то, возможно, и потому, что другого выбора у него, возможно, и не осталось. Впрочем, выбор есть всегда, и у любой проблемы тоже всегда найдутся пути разных решений - быстрый, медленный, деликатный или грубый, затратный или не очень, не способ всегда можно найти. Пожалуй, единственное, что гарантированно не поможет - так это бездействие. Не в их мире. В том, чтобы сложности разрешались грамотно - и есть смысл и сложность одновременно.
Когда-то Монтанелли только и делал, что марал свои руки; но сейчас, находясь на вершине иерархической лестницы Семьи, он видел оба способа решения проблем и достижения результатов, в его руках были сосредоточены и те, кто может писать чужой кровью на полу, и те, чьё оружие - это бумага и перо. И в случае Гвидо, босса, искусство теперь заключалось в том, чтобы, оперируя и теми, и другими, не только добиваться своих целей, но и собственное имя при этом как можно меньше испачкать и в чернилах, и в крови. В классическом кино звучит фраза о том, что один адвокат способен украсть больше, чем сто вооружённых бандитов. На самом деле, дело не совсем в этом, мафия не смогла бы существовать, если бы в её основе не лежали бы люди с оружием. И один её юрист или бухгалтер не смог бы справиться с бюрократической машиной, если бы у него не было бы силовой поддержки. Весь фокус в балансе между тем и другим, между чернилами и кровью, между мозгами и мускулами. И грамотном применении того и другого в нужный момент...
И это было сложнее сейчас, когда рядом с Гвидо не было консильери, способного несколько разгрузив его, взять на себя часть встреч, приглядывать за легальной частью бизнеса. Дать совет, когда он был необходим, и просто увидеть перспективу с другого угла... Маргарита умела это лучше него, стоит отметить. Но и окончательного решения о том, кто может занять её место, Монтанелли всё ещё не принял - лучше уж взять на себя двойную нагрузку на какое-то время, чем устраивать чехарду. За прошедший год и без того было слишком много кадровых перестановок. Организация, особенно западная команда, всё ещё не окончательно опомнилась. Впрочем, Аиду это не очень сильно касалось. Она - на той стороне, где чернил проливается больше.
Хотя убийство дона Витторе Донато здесь произошло уже целых два года назад, до недавнего времени Гвидо обходил "Золотую Антилопу" стороной, словно боясь увидеть его призрак в зале... он хорошо помнил тот декабрьский день 2012-ого. И мог бы, пожалуй, с закрытыми глазами показать, где находилось тогда тело Витторе, где стоял его телохранитель; помнил голос Джованни, взгляд Медеи, шёпот Ливии... Для некоторых из солдат смерть босса стала чуть ли не праздником. Супругов Донато не все любили, но что касается Гвидо - он всегда уважал Витторе. И хотел бы думать, что кое-чему сумел у него научиться. У него и его друзей - даже несмотря на то, что все они были моложе Монтанелли по возрасту. В последнее время Гвидо начал появляться в этом ресторане гораздо чаще. Разве что место выбирал себе другое, нежели Витторе - в дальнем конце зала, угловой столик, где ему никто не смог бы помешать, а его охранники могли бы наблюдать за входом и окнами.
- Buonasera, Аида. - улыбнулся Монтанелли, приобняв и коротко чмокнув племянницу в щёчку в знак приветствия. Когда-то они с Идой не так уж и хорошо ладили, что, впрочем, было вполне объяснимо, пожалуй - Гвидо был чистильщиком, уничтожителем мёртвых тел, осквернителем чужой памяти; он был полезен для бизнеса, но его больше боялись, чем уважали... учитывая, что Линду он научил именно тому, что умел лучше всего - наверное, у неё и сейчас не очень много причин его любить; Джеймс, узнав об этом, и вовсе был в бешенстве, и это едва не стоило отношений - но, видимо, они с троюродным родственником слишком ценили друг друга в бизнесе... Так или иначе, Аида всё ещё была здесь. Всё ещё была полезной и Сакраменто, и Нью-Йорку. И всё ещё его родственницей.
А Гвидо теперь передвигается на дорогом автомобиле, живёт в большом доме и может позволить себе охрану - значит, всё-таки не так уж и мало он добился для пятидесяти лет, как посчитала его племянница когда-то?.. Санто, телохранитель Гвидо, почтительно кивнув Росселини в знак привествия, отправился за соседний столик, чтобы не мешать их разговору.
- Кусочек кассаты и бокал красного вина. - Монтанелли уже пообедал, а для ужина ещё было рановато, поэтому не стал пока заказывать что-нибудь ещё - если понадобится, если их разговор затянется, можно будет сделать это и позже. Торопиться было некуда. Ведь так? - Чудесно выглядишь. Как Флорида? - для Гвидо Майами-бич был родным городом, а не Сакраменто; правда, о причинах, по которым он оказался здесь, он говорить не очень любит. Возможно, что-нибудь про его отца Фортуно своим дочерям и сыну и рассказывал. Если счёл нужным. - Наш иск приняли? - хотя бы рассмотреть его были обязаны. А за это время у Гвидо появилась идея...

+2

4

Гвидо, как я и предполагала, появился словно бы из ниоткуда. Хотя я давно привыкла к такому появлению родственника. Ощутив легкое объятие Монтанелли, я ослепительно улыбнулась дяде, после чего ответила на приветствие телохранителя Гвидо. Каждый раз при виде Монтанелли в голове всплывала та сцена, которую я устроила, находясь в совершенной ярости. Тогда я узнала, чему именно Гвидо научил мою младшую сестру. В тот день я наговорила ему кучу гадостей, только вот до сих пор не могу понять, припомнит ли мне их когда-нибудь мой дядя, или тогда он понимал мои чувства?
Вздрогнув, я осознала, что не хочу даже вспоминать о том разговоре, который впоследствии состоялся с отцом. Он был так зол что мне казалось, он не оставит меня в живых из-за того, что я не смогла уследить за Линдой. Хотя, черт возьми, моя сестрица никогда не отличалась кротким нравом, удержать ее на месте было можно только привязав к стулу и заперев в квартире. Хотя, она тотчас нашла бы способ пожаловаться родителям, после чего мне же опять пришлось бы понурив голову выслушивать как отец мной недоволен. К счастью, все более-менее уладилось и одной головной болью для меня стало меньше, так как Линду забрали домой, только вот мне пришлось тоже лететь в родной Нью-Йорк. Долго еще в нашем доме царила атмосфера холодной ярости, от которой мне всегда было не по себе. Однако взвесив все за и против, отец все же отправил меня обратно, в Сакраменто. Тогда я радовалась как девчонка, на самом деле. Мама, безукоризненная во всех отношениях, за пару часов до вылета приехала ко мне в аэропорт и к моему огромному удивлению, ласково обняла меня, что позволило сделать мне вывод о прощении с ее стороны. Воспитанием Линды теперь займутся родители и старший брат. Надеюсь, они смогут выбить из ее головы дурь и она когда-нибудь снова вернется ко мне, только уже без мыслей о потрошении человеческих тел. Боже мой, как это хрупкое создание могло надеяться, что ее когда-нибудь действительно отпустят в свободное плавание и она будет делать то, что хочет? И вообще, как в этой прелестной голове могли роиться мысли о расчлененных телах? От одной мысли мне становилось тошно, поэтому я осушила бокал вина, стоящий передо мной и словно бы отрезвела в тот момент. Пауза, царящая за нашим столиком, слишком затянулась. Я снова повела плечами, сбросив оцепенение от своих мыслей. Я успела сделать это как раз в тот момент, как тишину решил нарушить дядя.
-Ох, спасибо. Из твоих уст очень приятно это слышать. - я улыбнулась, продолжая. - Флорида прекрасна. Я так обожаю теплое солнышко, которое там светит практически постоянно. Хотя, к сожалению, когда я улетала был дождь. Кстати, Сабрина как-то говорила мне, что хочет слетать со мной. Ты не будешь против, если я в следующий раз украду твою дочь на несколько дней?
Мы с кузиной были в очень даже дружеских отношениях, поэтому, думаю, Гвидо не будет противиться. Тут же последовал вопрос о делах насущих.
- Иск приняли к рассмотрению. Сказать честно, я не уверена, что это дело не затянется на долгие месяцы. Или даже годы. - В сотый раз просматриваю документы и пока не могу найти никакой лазейки. - с грустью продолжаю я. - Скорее всего, придется действовать по прямым обстоятельствам. Или у тебя появились еще какие-то идеи?
Я не люблю проигрывать в суде, поэтому постоянно пытаюсь найти выход в любом деле. Иногда действую не слишком законно, но какая разница, если в итоге я все же выигрываю? Для меня это своего рода азартная игра. Обожаю видеть лицо обвинителя, когда я предоставляю в суде неопровержимые доказательства своей правоты. Как раз поэтому мало кто любит встречаться со мной в суде, однако куда им деваться?
Откидываюсь на спинку кресла в тот момент, как нам приносят наш заказ. Киваю официанту на свой бокал и прошу вновь его наполнить. Я обожаю красное вино, обычно, когда оно играет в моих жилах, я начинаю лучше соображать.

Отредактировано Aida Rossellini (2015-01-20 13:53:26)

+2

5

Гвидо прекрасно понимал чувства отца и сестры Линды, потому и признавал за Аидой право на грубость и злобу; это не значило, впрочем, что он не может однажды припомнить ей всё, что она сказала ему тогда, но пока что у него и нету для этого причин... Джеймс тогда, по телефону, тоже наговорил ему много неприятного, он был в такой ярости, по сравнению с которой, пожалуй, злоба его дочери ещё уступала - Монтанелли, во всяком случае, даже не получил от Росселлини по лицу, а вот если бы в тот момент видел перед собой её отца - возможно, вообще уже не мог бы что-нибудь решать, понимать или говорить... Тот шок, который испытали Фортуно, когда стало известно о том, чему Монтанелли учил её в Сакраменто - Джеймс ведь надеялся на то, что его младшая дочь станет успешным врачом, получит образование, станет уважаемым в обществе человеком; он вообще не желал для своих детей такой же судьбы, как себе - и уж точно не хотел, чтобы его дочь была связана с криминальной жизнью таким образом. К таким, как они - чистильщикам - даже другие преступники относятся с опаской, если и не с откровенным страхом, а кто-то - может, даже и с презрением, не только по религиозным, по общечеловеческим меркам - даже по преступным понятиям то, чем Монтанелли занимался, было в достаточной степени аморально... И вот этому он научил дочь босса Семьи Мелаграно - потрошению человеческих тел. Гвидо всё понимал. Он и сам скрывал род своих занятий - даже сейчас, даже от своих собственных детей, и до сих пор не был уверен в том, знают ли Лео и Сабрина, чем их отец занимался в прошлом... гордиться было нечем, и он это признавал. Добился он немало, конечно, такая работа требовала многих знаний, выдержки, в какой-то степени он был профессионалом, каких мало, но это всё же не тот случай для гордости. Так вот почему именно Линда?.. В обвинениях Фортуно не раз, прямо или косвенно, звучал этот вопрос: почему из всех тех, кто его окружал, Монтанелли предпочёл взять себе в ученицы именно его дочь?
Потому что Линда была способна к этому. Как Гвидо это понял?.. Можете это назвать "профессиональным чутьём", можете думать, что угодно, но Монтанелли просто увидел, что Фортуно-младшая сможет заниматься тем, что неспособны делать даже самые жестокие из преступников; и как раз именно потому, что в этом деле важна не жестокость, а аккуратность, верная рука, отсутствие брезгливости вкупе с притуплённой моралью - и "притуплённой" в данном случае вовсе не значит её полное отсутствие. То, что Линда получила медицинское образование, то, что она стала хирургом - всё это было только в плюс, что касалось её "карьеры", как чистильщицы... и её, надо сказать, всё это устраивало. В отличие от её родственников... только вот вряд ли у Джеймса что-то получится теперь с её перевоспитанием. Она уже была одной из них, она уже думала соответственным образом, как и её старшая сестра, как и её отец и брат. Пожалуй, у Фортуно в итоге не останется другого выбора, кроме как выбрать из того, пойдёт ли дочь с ним или сама по себе... всё-таки и она тоже уже не ребёнок.
- Конечно, почему нет? Ей полезно будет развеяться. - улыбнулся Гвидо в ответ. Хорошо, что добрые отношения с семьёй Фортуно всё-таки удалось сохранить, и то, чему он научил Линду, в итоге не стало поводом для войны; и дружба между кузинами поспособствует восстановлению и укреплению связей - да и Сабрина сможет научиться у Аиды чему-то полезному. В обоих смыслах, раз уж Рина тоже впуталась в незаконные делишки...
А солнца много и здесь... но вот чего в Сакраменто нет - так это моря. Чтобы до него добраться, ехать нужно часа четыре, если не больше. В Майами, впрочем, климат ещё более жаркий, Флорида ведь находится намного южнее, чем Калифорния. Из Нью-Йорка, впрочем, дотуда добираться удобней... Фортуно, да и вообще, многие мафиозо из нью-йоркских семей, во все времена тоже любили Майами - для них это всегда было чем-то вроде общего курорта, эдакого профсоюзного санатория, даже места были любимые, чисто для "своих парней".
- Отлично. - Гвидо кивнул головой. Иск приняли, и пока что и этого ему достаточно - пока будет идти судебное разбирательство, в их ресторанчик точно никто не въедет... на годы - это, пожалуй, слишком; впрочем, наверное, если возникнет перспектива судиться за зал ресторана годами - вероятно, их противникам проще будет уступить и найти себе другое место, чем ждать окончания суда. Но у Монтанелли уже и не было такой цели - удержать Маленькую Сицилию в своей собственности. Был вариант поинтереснее... - Да, есть одна. Переезд. - не его переезд обратно в Майами-бич, разумеется. Наоборот - Гвидо вдруг пришла в голову идея переоткрыть ресторан в Сакраменто, найти площадь, перевезти всё добро из Майами-бич сюда, и открыть новый ресторан в старых декорациях - это затратно, но лучше, чем пытаться управлять рестораном на расстоянии, всё равно ничего путного не выйдет. Да и не в деньгах ведь дело... - Они выкупили только участок... всё, что находится в ресторане, всё ещё моё. Во всяком случае - я всё ещё могу это увезти, и едва ли они этому воспрепятствуют. - под свои нужды они будут практически полностью перестраивать помещение заново... со своим оборудованием, со своей мебелью, даже полы своей плиткой вымостят; вещи, принадлежавшие семье Монтанелли, или попросту выбросят, что Гвидо не устраивают, или попытаются навариться на них - что его не устраивает тоже, и неизвестно ещё, что не нравится ему больше. Позволив официанту выставить заказы на столик, Монтанелли взял в руки вилку и взглянул на Аиду: - Почему бы нам не открыть ресторан здесь?..

+1

6

Непонятная тоска напала на меня в тот момент, когда разговор зашел о Флориде. Наверно потому, что с ней связаны большинство лучших воспоминаний из моей жизни. Я помню, как часто в детстве я бывала там, как полюбила Майами всей душой. Помню, как всей семьей мы собирались у костра на побережье, когда папа выкраивал вечер, и мы могли вдоволь насладиться обществом родителей, помню теплое море, которого я первое время очень боялась, хотя, наверно, эта фобия не прошла и сейчас. Я жутко боюсь всяческих плаваний в открытое море, а если еще увижу, что даже полосочки земли не видно - вполне могу впасть в панику. Помню, как однажды поспорила с братом. Он утверждал, что я не за что не соглашусь поплавать с ним в открытом океане, намекая на его давнее увлечение - дайвинг. Превозмогая себя, я все же поднялась на борт яхты, арендованной специально по такому поводу расщедрившимся Полом, но чем дальше я отдалялась от земли, тем мне становилось страшнее. На самом деле я все же спустилась в воду. Все могло бы закончиться плачевно, если бы Пол не успел вытащить меня из воды. До сих пор помню его обеспокоенный вид и ругательства, которыми он осыпал свою беспутную сестру, пока мчался к берегу со мной на руках. Тогда я поняла, что моя жизнь дорога не только мне, и что если я буду продолжать в том же духе, имею ввиду вестись на провокации, то она может резко оборваться в один прекрасный для моих недругов момент. Такого счастья я им не хочу причинять, поэтому впредь стараюсь обходить все споры "на слабо" стороной.
Идея на счет переезда Маленькой Сицилии показалась мне очень хорошей. Тем более что переезд ресторана займет куда меньше времени, чем борьба за землю, на которой он стоит. Да, мне, конечно, жаль терять исторически значимое для всей семьи место, но переезд я вижу на данный момент оптимальным вариантом.
- Ты знаешь, мне очень нравится твоя идея, - мою заинтересованность в этом деле можно было понять по искоркам в глазах, которые появились сразу же, как я услышала слова Гвидо. - Мне кажется, что ты абсолютно прав. Хоть это и не легкое дело, мне кажется, оно действительно того стоит.- поразмыслив, добавляю: - Если ты решишь перевести ресторан, получается, земля тебе будет больше не нужна, и можно будет сворачивать борьбу? Или нет?
Попробовав утку, я начала продумывать все шаги с юридической точки зрения, которые следует предпринять для открытия ресторана, прежде чем не вспомнила о том, что совершенно не поинтересовалась у дяди, хочет ли он, чтобы я принимала посильное участие в открытии Маленькой Сицилии в Сакраменто. Прожевав едва не вставший в горле кусочек птицы, я с неуверенностью посмотрела в сторону Монтанелли.
- Скажи, ты хотел бы, чтобы я помогла тебе с открытием? - я на самом деле была бы рада участвовать в так называемой новой жизни Маленькой Сицилии. Вопрос в том, нужна ли я буду Монтанелли. Я терпеливо жду ответа, несмотря на то, как в голове уже представляю свои действия при положительном ответе. Чтобы пауза надолго не затягивалась, решаю поинтересоваться, ничего ли я не пропустила, пока отсутствовала.
- Расскажи мне вообще, как дела? В Семье все хорошо? - чтобы не привлекать лишнего внимания, маскирую свои вопросы как могу.

+1

7

Переезд ресторана будет стоить не только меньше времени, но и, по подсчётам Гвидо, это будет и гораздо дешевле, чем затягивать череду судебных процессов - адвокаты обходятся дороже, чем грузчики и бензин, но результаты их деятельности, зачастую, заметны куда менее, особенно в этом случае - когда процесс за владения небольшим клочком земли им вряд ли удастся выиграть, даже если они его лет на двадцать растянут. С таким глупо затягивать - это будет равносильно тому, чтобы просто так кормить авдокатов и судей в течение тех же двадцати лет, у Гвидо ни денег таких нет, ни, собственно, времени...
- Как только мы переедем - да, можно будет закругляться с заседанием. - утвердительно кивнул дон. В Майами-бич ни одного Монтанелли не осталось, да и других заинтересованных в "Маленькой Сицилии" не наблюдалось, иначе самим рестораном давно бы кто-то занялся - но нет, охотники нашлись только на площадь некогда успешного, но ныне уже растерявшего популярность заведения. Собственно, переезд, конечно, тоже влетает в копеечку, да и открыть ресторан, даже имея на руках оборудование и мебель - дело затратное, но на этот раз - дело уже не в деньгах, а в памяти. И в принципе. - Ты ведь сможешь добиться разрешения забрать оттуда вещи? - наверное, будет лучше, если в протоколе будет свидетельство о том, что вещи увезли добровольно и самостоятельно, и это будет не так сложно, Гвидо уверен; впрочем, даже если по каким-то причинам разрешения не дадут - придётся сделать это уже другим способом, вне рамок закона (уж как обчистить собственное заведение, Монтанелли найдёт способ), но смотреть на то, как раритетные вещи, его память, переезжает на ближайшую помойку, Гвидо точно не собирается. Пожалуй, это не только единственный вариант, но и правильный - он ведь не просто спасёт свою память, но и вдохнёт в неё новую жизнь. Не факт, что в Майами-бич кто-то вообще стал бы ещё ходить в этот ресторанчик... почему-то ведь без присмотра Винцензо там всё остановилось? А здесь, в Сакраменто - даже если бизнес не пойдёт, Гвидо сразу будет видно, по каким причинам. В крайнем же случае можно просто оставить "Маленькую Сицилию" открытой только для своих - как социальный клуб, коих в прежние времена было предостаточно, да и сейчас немало.
- Конечно, я хотел бы! Что это вообще за вопрос? - Монтанелли слегка развёл руками. Аида уже помогает ему - представляя его интересы, как владельца (или как правильно сказать, наследника?) "Маленькой Сицилии" в суде, во время этой борьбы за участок; с чего бы он должен оградить её от всего, что будет с ресторанчиком далее? Тем более, что открытие его тоже связано с кучей юридических аспектов, в которых самостоятельно Гвидо разберётся едва ли - так или иначе, но ему понадобится юрист, и менять свою родственницу на кого-то другого, во-первых, было бы попросту бессмысленно, во-вторых - несправедливо по отношению к ней же. - Ты моя племянница, это и твой ресторанчик тоже. - там, помимо прочих элементов интерьера, на стенах висят фотографии их родственников... Фотографии Фортуно, всех пятерых - и отца с матерью Аиды, и её сестры и брата, и её собственно, должны бы быть среди них. Монтанелли не уверен, есть ли они там сейчас, конечно - если только Винцензо при жизни этим озаботился. Мог бы и пропустить мимо внимания. Тем более, что последние пару лет он и сам в Майами-бич бывал очень нечасто.
- Да всё вроде наладилось. Даже та проблема с жителями окраин...
- Гвидо имел в виду стычки с бандой "Luz Del Sol", в том числе и ту, из-за которой Розарио пришлось оплачивать ремонт в одном из своих подпольных игорных клубов, и услуги "чистильщика" при этом. Про то, что Монтанелли устроил собрание криминальных деятелей города, переделив бывшие территории "Luz Del Sol" между Семьёй, байкерами Бандидос, колумбийским картелем и чернокожими "Красными семёрками", Аида, вероятно, тоже что-то слышала. Хотя настолько откровенно за столом в заведениях, впроде "Золотой Антилопы" о таких вещах говорить как-то не принято, да и слишком сложно будет подобрать нужные слова. - Агата вот поехала со своим парнем в отпуск на Аляску, кататься на лыжах... Фредерик ещё поехал с ними. Вы вроде друг друга знаете? - Гвидо вроде слышал, что Фредо и Аиду видели где-то вместе не так давно; уверен, что у них, двух интеллигентных и образованных людей, было, о чём поговорить - так что подсознательно ждал каких-нибудь интересных новостей на эту тему. Интересных - в том смысле, что полезных. Фортуно и Клементе, особенно вместе, могли бы добраться дотуда, куда не смогли бы пролезть ни Гвидо, ни Фрэнк, ни остальные. - У Лео вчера друг погиб, Майки. Слышала об этом?.. - воодушевление на лице Монтанелли как-то сразу погасло. Попытки связаться с сыном пока что ни к чему не привели, а поговорить бы с ним стоило, наверное. Гвидо надеялся, что хоть на похоронах с сыном удастся пересечься... - Его сбил пьяный водитель. Послезавтра похороны... - как просто это звучит, когда не касается тебя самого... В их обществе, люди часто погибают от пули или ножа, в разборках или в споре; на этом фоне настоящие трагедии, случайности, вот как эта - кажутся ещё ужаснее.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » The Little Sicily: family bussines II