Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Ты помнишь, что чувствовал в этот самый момент. В ту самую секунду, когда...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » it's happens


it's happens

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://savepic.org/6792547m.png http://savepic.org/6794595m.png

Мила Браун и Эрин Нейтан
Сакраменто, квартира Милы; конец декабря 2013

Такое порой случается. Смерть. Горе. Уныние. Полнейшее нежелание продолжать дальше жить. Такой порой случается, когда другу плохо, когда хочется помочь, но помочь нечем - всё решит лишь время, оно одно возможно хоть что-то исправить. Такое случается, когда просто совсем не просто, но нужно продолжать жить.
Такое просто... случается.

Отредактировано Erin Nathan (2015-01-14 15:21:40)

+2

2

В детстве я мечтала стать принцессой, у которой был бы принц. Мы бы жили счастливо и умерли в один день. Как же хочется вернуться в те светлые переживания, а не оставаться здесь. В холодной реальности, наполненной трагедиями и одиночеством. Я потеряла мужа. И пусть он не был отцом моей маленькой дочурке, но он был лучшим человеком. Никогда не думала, что столько смогу проплакать, я вообще никогда не думала, что могу кого-то потерять. Странно так. Люди умирают каждый день, мне уже скоро стукнет тридцать, а я все никак не могу поверить в круговорот жизни. Или просто не хочу верить, потому что это слишком болезненно.
У меня есть машина, но я за руль не сажусь. Шон погиб в автомобильной аварии, теперь и я этого боюсь. Многие скажут – паранойя, я соглашусь, потому что у меня сейчас нет сил противостоять кому-то. А все почему? Потому что в этом Аду мы побывали вместе. Я готова продать это ведро с гайками, лучше буду пешком ходить, хотя, меня могут с таким же успехом сбить, например. Со времени кончины Роулинга прошло совсем немного времени, и я забиваю голову любыми мыслями, только бы больше не думать о том, что его нет. Жду, когда распахнется входная дверь в нашу квартиру, он ворвется вовнутрь, весь из себя такой веселый. Подхватит меня на руки, и мы долго будем целоваться. Табита будет рада его видеть, они сдружились. Мы – семья. Мы – были семьей. От этого на душе снова становится плохо, я начинаю рыдать. Но уж лучше сгорать от правды, чем жить в фантазиях.
На работу я забила, попросила замену. Еще же с бумажками разбираться, кому достанется компания Шона? Что теперь со всем этим богатством делать? Кому оно нужно? Потяну ли я? Но мне еще Табиту ставить на ноги, значит, придется груз ответственности взвалить на свои плечи. К этому я уже привыкла, наверное, с самого детства. Ведь по шагам ходила за младшим братцем, который совал свой нос не туда, куда можно было. Но здесь все по-другому, и мне нужна поддержка.
Тогда я позвонила Эрин, своей лучшей подруге, попросила ее ко мне заехать. Посидим, выпьем вина, хотя я зареклась, что не буду больше употреблять. На кухонном столе валяется открытая пачка сигарет, а рядом с ней – кружка Шона, туда я стряхиваю пепел. Странные ощущения. Я хочу его убить, невероятно зла на него. Но, в тот же момент, я безумно скучаю. Не могу поверить в то, что его рядом больше не будет. Он ведь всегда был здесь, в нужные моменты меня поддерживал. Он был моей единственной опорой, не могу же все на себе тащить. Впереди все будет сложно, тяжко, придется самой искать твердую почву. Больше никто не поможет.
Я отделалась в аварии царапинами и ушибами, а вот мой ребенок сильно пострадал. Правда, я пока не могу этого осознать до конца, как и смерть мужа. Табита в больнице, у нее отказали ноги. А я дома, потому что в последний раз меня оттуда медбратья выволакивали на руках. Моя дочь пострадала. Моя малышка. Я не смогла ее уберечь. Почему не сохранила Шона? Что я скажу дочери? Она носит его фамилию, нужно как-то объяснить, почему папочка не возвращается домой. Где он? Что с ним? Нельзя на ребенка вываливать весь этот груз, сейчас вместе с Эрин придумаем офигительную историю. Можно еще Максу позвонить, ему поплакаться в плечо, но мы так давно не виделись, что даже стыдно. Либо я настолько гордая, что даже тошно становится.
Было уже поздно, на улице декабрь, темно. Попросила Эрин придти именно ночью, когда Табита уйдет. Я точно снова начну плакаться, не хочу, чтобы ребенок это слышал. Вытащила в гостиную все вещи Шона, разбросала по углам. Как-то хочется наполнить им пространство, как будто ничего не изменилось. И дальше все будет хорошо. Я справлюсь, муж мне поможет. Нужно просто свыкнуться с мыслью о том, что я теперь вдова. Что у меня за судьба такая? Ребенка родила от одного, замуж вышла за другого, но и он умер. Нельзя мне больше заводить мужчин, это вредно для них.
Сигарета тлела в руках, я задумалась, глядя на кучу (уже) мусора. Послышался звонок в дверь, я вздрогнула. Даже сигарету выронила, хотя давно завязала с этим делом. Все-таки, у меня ребенок, нельзя, чтобы она видела мои вредные привычки.
- Черт, - выругалась, быстро поднимая окурок, чтобы не спалить тут все к чертям. – Секунду! Иду!
Знаю же, что это Эрин. Я поступила с ней, когда-то, очень плохо. Сейчас даже вспоминать об этом не хочу, потому что и так голова гудит. По пути, выбросила сигарету в урну, вытерла руки о бедра, быстро следуя в сторону входной двери. Выгляжу просто отвратительно: домашние штаны Шона, очень мне велики, какая-то растянутая футболка, еще моих студенческих времен, кажется, от какого-то бывшего осталась. На голове вообще – взрыв на… атомной фабрике. Лицо, как у зомби, но я стараюсь улыбаться, чтобы дочь лишних вопросов не задавала. Открываю дверь, тяжело вздыхаю, когда вижу лучшую подругу. Поджимаю губы, к глазам подкатывают слезы.
- Я так рада тебя видеть, - буквально выпадаю за порог, крепко обнимая молодую женщину. Я не такая уж тяжелая, но точно не для Эрин, потому что я буквально висну на рыжеволосой. – Весь день тебя ждала, умаялась уже вся. Ну ты это, - я шмыгнула носом, отлипая. – Заходи, проходи на кухню. Будешь кофе? Чай? Что-то крепкое? У меня есть вино, есть виски. Могу поискать, вдруг, где коньяк завалялся.
Когда Нэйтан заходит в дом, я закрываю за ней дверь, замираю на секунду. Закрываю лицо руками, глубоко вдыхаю, чтобы успокоиться, потому что готова вот-вот расплакаться. Нет, сегодня мы будем веселиться, чтобы забыть все тяготы реальности. Как только убираю руки от лица, то сразу расцветаю улыбкой, но только она далеко не жизнерадостная. От Эрин ничего не скроешь, но я постараюсь. Она знает, что Шон умер, но мы уже давно не виделись. Какое-то время я пробыла затворницей, чтобы придти в себя. Следую на кухню, вытирая нос тыльной стороной ладони. Сейчас все будет хорошо.

Отредактировано Mila Brown (2015-01-26 20:17:30)

+1

3

Рыжеволосая молодая женщина кутается в длинный, но не очень теплый плащ - слишком холодно для кона декабря в Сакраменто, как будто бы давно не было такой погоды, и Эрин уже успела от неё отвыкнуть, хотя всю свою жизнь мечтала о том, что будет жать где-нибудь, где зимой есть снег, много снега, потому что будучи школьницей, лет двадцать назад - Господи Боже, как давно это было то! -  Эрин вместе с мамой и старшей сестрой ездили в Нью-Йорк, короткие выходные, чуть ли не единственные устроенный их матерью. И там был снег, было холодно, но невероятно весело. Те короткие три дня в Нью-Йорке Эрин запомнила на всю жизнь, и пусть сейчас, она не мечтала о Большом Яблоке, но хотела жить там, где зимой есть снег, а летом приятное теплое солнце и бескрайние поля ярко-зеленой травы, а быть может где-то вдалеке виднеются горы, и самое лучшее, совсем недалеко, до куда можно доехать на велосипеде, есть озеро. Но Эрин Нейтан,вот уже как два года именно Нейтан, жила здесь, в Калифорнии, где снега нет, а лето похоже на адскую жаровню. Только вот сегодня, холодно, и как-то даже промозгло и потому она кутается в своё единственный подходящий плащ для этой погоды, а ей все равно холодно.
В первые, наверно за четыре года, Эрин спешила в квартиру, дорогу в которую думала на всегда забудет, выкинет из памяти и больше никогда не появится на её пороге. Почти четыре года назад, когда она узнала всю правду, зареклась верить людям, любить людей и отдавать им всю себя. Не долго же она осталась верна своим обещаниям правда? Но то, что случилось десять лет назад, по сути было вполне предсказуемым, просто обидно, что той самой женщиной оказалась Мила. Или быть может верней сказать, что одной из тех женщин оказалась её лучшая подруга? Да, так будет верней, и давно уже стоило открыть глаза и увидеть своего мужа, к счастью уже бывшего, таким, какой он был всю их совместную жизнь - лживый предатель и изменщик. Сейчас, спустя более двух лет Эрин была благодарно всплывшей правде, ведь не будь Милы рядом, она бы так и не узнала, что ею обожаемый муж перманентно ей изменял на протяжении чуть ли не десяти лет отношений. Не будь Табиты и Милы, Эрин продолжала бы верить в лучшее, надеяться на то, что муж согласится завести детей и они будут счастливы. Пусть та правда оказалась слишком жестокой для неё, сейчас, обдумывая всю свою прошлую жизнь, Эрин была благодарна за это. Только вот одного этого "благодарно" не всегда хватает, что бы восстановить то, что действительно стоит хранить и беречь.
Их дружба началась очень давно, ещё в школе, в кружке по рисованию. Мила была младше её аж на три года и по школьным меркам это была целая пропасть. Как уж так случилось, что они смогли не просто поладить, но стать лучшими подругами, многим было непонятно - они были разными, всю жизнь были разными если честно, и тогда, в школе, их объединял лишь этот кружок и любовь обеих девочек к прекрасному. С тех пор и началась их дружба, для Эрин Мала стала чуть ли не единственной, самой лучшей и верной подругой. А потом в жизни Эрин появился Маркус, который и стал тем, кто смог разрушить дружбу Эрин и Милы. Нейтан очень долго не могла простить Миле то предательство, случившееся так давно, но со временем, обида стала утихать, а здравый смысл подсказывал - так только лучше, Маркус всегда был отвратительно парой для тебя. Но восстановить дружбу с Милой было сложно, Эрин казалось почти невозможным, и потому она скучала, порой было невыносимо тяжело без подруги, ведь друзей у неё оказалось не так много, как она всегда думала. Эорин была одинока на протяжение всего года, и даже больше, пока Мила сама ни попыталась связаться с ней, восстановить оборванную и растоптанную жестокой правдой дружбу.
В конце концов они помирились, или обе думали, что помирились, когда начали общаться более менее регулярно. Хотя за все прошедшие месяцы так обе и не решились на встречу друг с другом, ограничиваясь лишь редкими телефонными разговорами, да перепиской в социальных сетях. Эрин оправдывала это работой и личной жизнью, как своей, так и Милы, и не стремилась навязывать себя. Все изменилось, когда Эрин узнала от знакомых о автомобильной аварии и смерти мужа Милы. А ещё была дочь Милы, та самая девочка, отцом которой был ненавистный Эрин Маркус. Табита лежала в их больнице и Эрин каждый раз находила банальные отговорки, что бы не идти навестить Милу и Табиту - рыжеволосой было до чертиков страшно, появляться в их жизнях в такое время.
Телефонный звонок и просьба придти к ней поздно вечером. Эрин слышала в голосе Милы то, чего сама боялась всю жизнь - одиночество, боль и тоску. Она не смогла отказать ей, хотя все ещё боялась, а чего уж боялась Эрин, было не совсем понятно. И вот сейчас, замерзшая и продрогшая от сильных порывов ветра, женщина заходит в знакомый подъезд, появиться в котором вновь она уже не думала никогда, поднимается на нужный этаж, звонит в дверь. Ждёт несколько секунд, когда за дверью слышится голос Милы и через считанные секунды дверь открывается и Эрин видит свою подругу, она думала что бывшую лучшую подругу, но сейчас, она уверена - ничего "бывшего" в этом нет, они нужны друг другу, тем более Эрин нужна Миле именно здесь и сейчас.
- Мила, - только это она смогла выдавить из себя в тот момент, когда брюнетка виснет на ней, явно нуждаясь в поддержке и сочувствии. Эрин обнимает ту, которую не видела так долго, понимает, как сильно скучала по ней и нуждалась в те моменты, когда жизнь казалась катастрофой. Мила все говорит и говорит, пытается выглядеть не грустной и не несчастной - не получается. А Эрин лишь пытается улыбнуться в ответ, не перебивая и ничего не говоря. Мила всегда болтала, а Эрин всегда слушала, так обыденно и правильно и так странно, если смотреть со стороны.
- Давай виски, - деланно спокойно отвечает Эрин, следуя за хозяйкой квартиры в кухню. Тут все совсем не так, как бывало раньше, да и Мила выглядит совершенно уставшей и разбитой - измученное горем лицо, растрепанные волосы, непонятная одежда. Рыжеволосая с грустью во взгляде осматривает кухню и устраивается на стул, напротив того места, где совсем недавно сидела Мила - его сразу видно по количеству пепла на столешнице и отодвинутому стулу. Хочется сказать как она сожалеет о гибели Роулинга, о том, как ей больно из-за травмы Табиты. Хочется сказать, как ей было плохо без подруги и как она скучала, но все это никак не хочет складываться в слова и предложения, и вместо этого она лишь произносит следующее, - Отвратительно выглядишь, Мила, Прям идеал для новой женской роли в фильме про зомбиапокалипсис! - её голос наигранно веселый, Эрин пытается разрядить повисшее над ними молчание и напряжение, ведь они не виделись так давно, а расстались они тогда на столько нехорошей ноте. Эрин хочется все исправить, вернуть их прежнюю дружбу.
- Как ты? - и всё же об этом нужно спросить, это важно - ведь нельзя всю жизнь пытаться сбежать от боли и страха, нужно перебороть все это и лишь после этого что-то может измениться в лучшую сторону. А это сейчас именно то, что им нужно, что нужно Табите, в конце то концов.

+1

4

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » it's happens