Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » А не пошел бы ты


А не пошел бы ты

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://sf.uploads.ru/nqpFG.gif

Rex Tyrell и Autumn Grayson
1,5 года назад
- А не пошел бы ты?
- Я может и пошел, но вообще то ты у меня дома. Так что ...
- Ненавижу тебя...

+1

2

- нет, господи, джек, не делай этого!
Светловолосая девушка забилась в угол и плакала, пока парень крушил комнату. Рыдания душили, но он не обращая внимания выворачивал всё, переворачивая вверх дном ящики, рвал вещи, распарывал обивку у мебели. Ей было страшно, а родителей как назло не было дома, прислуга заперлась у себя в каморке и не выходила. Где эти чертовы копы, когда они так нужны?
Брат взревел и подлетел ко мне, занося руку для удара, я сжалась и закрыла лицо трясущимися ладошками и стиснула зубы, ожидая удара. Отец снова отказал ему. Не перевел деньги на проклятую карточку. Оставил сына без средств.
Вы когда-нибудь отказывали нуждающемуся в дозе наркоману? Нет? И не советую, это может привести к печальным последствиям:
- Ключи, Отэм! Гони эти проклятые ключи! - он схватил меня и рывком поднял с пола, и начал трясти как тряпичную куклу. Столько злости и ненависти в родных глазах, я закусила губу, сдерживая крик боли, так сильно он впился своими тонкими острыми пальцами в мои плечи. Останутся синяки. Отвожу взгляд, не в силах смотреть на любимого человека, на того, кто всегда поддерживал и помогал. Пришла её очередь прийти ему на выручку, но она не могла. Потому что родные мамочка и папочка заблокировали её счет и забрали ключи от машины, которую к тому же угнали куда-то в сервис.
- У меня ничего нет, Джек, прости, пожалуйста, мне больно, у меня ничего нет, они всё забрали, всё, они считают что мне нельзя доверять, я не могу, я хочу, но не могу, прости, - я всхлипнула, брат еще раз тряхнул меня и швырнул на кровать. Сразу же отползаю в другой угол, зарываясь в подушки, выставляя их вперед, прижимая одну к себе, еще никогда мне не было так страшно за свою жизнь. Еще никогда я не видела его таким.
Напоследок он швырнул мою любимую вазу в стену [я так надеялась что она уцелеет]. Тонкий фарфор разлетелся в разные стороны, и Джек оскалился:
- Моя маленькая лгунья, а что же это? - он поднял с пола перевязанные резинкой деньги, - Мамочка не учила, что врать не хорошо?
Честно говоря, я просто забыла про эту чертову заначку на черный день. Да и было там не много, чтобы помнить о них после всего что происходило в этом доме. Сердце билось в груди так сильно, что казалось вот-вот сломает ребра и вырвется наружу. Мне казалось что вот сейчас он схватит какой-нибудь осколок с пола и с этой же злобной ухмылкой вскроет мне живот и выпотрошит.
- Спасибо дорогая, - он подлетел ко мне и чмокнул в макушку, глаза блестели в предвкушении кайфа, настроение Джека сменилось за секунду, и он едва ли не вприпрыжку покинул комнату.
Задыхаясь шарю по постели в поисках телефона, который зашвырнула куда-то под одеяло когда взбешенный братец ворвался в комнату. Единственный, кто может ей помочь это Рекс. Внутренний голосок тоненько пищит, что парню сейчас вовсе не до нее со всеми этими проблемами. Он может отказать, сколько можно, я всегда плакала, я прибегала к нему и всегда плакала и умоляла помочь. А потом просто пропала. Погрязла в алкогольном дурмане, находила свои неприятности, и стала совсем другой. Мы стали ругаться всё чаще, выбирая поводом для ссор все более мелкие причины. На днях мы поругались сильнее обычного, и я убежала. Но мне нужна его помощь, и если между нами было хоть что-то настоящее, он поможет. Он всегда помогал. Ведь Джек и его друг, они ведь с самого детства друг за друга горой.
Наконец нахожу мобильный, и с легкостью нахожу его номер, молясь про себя что он ответит, не станет игнорировать её первый звонок за четыре дня. Один гудок, второй, третий, пожалуйста, возьми трубку, шестой...
- Да? - женский голос на той стороне вогнал меня в ступор, и я не вымолвила ни слова, - Кто это? Алло? Вас не слышно?
- Я... - слишком тихо и хрипло, сбрасываю, и теряюсь.
Злость медленно закипает во мне. Какого черта? Кто это был? Что за шваль он себе нашел за эти дни?! Даже у меня не было права отвечать на его телефон. Меня затрясло и я швырнула свой мобильник в сторону, куда он отлетел и разбился ли он, мне нет дела.
Рекс с другой.
Единственная мысль что сейчас так громко стучала в моей голове. Он с другой и так быстро забыл обо мне.
Обвела взглядом весь хаос, оставленный ураганом по имени Джек, и судорожно вздохнула, обнимая себя руками. Мне некуда идти. Мне не у кого просить помощи. Я такая слабая. Мне хотелось кричать и крушить всё, только вот беда - крушить уже нечего.
- Да, ты слабая. Кому ты такая нужна? Наркоманка на реабилитации. Истеричка. Психопатка. Шизофреничка. Ха-ха-ха, тебя все бросили. Ничтожество! - стоящая в углу бледная девушка, отдаленно похожая на меня, корчила мне рожи и ехидно посмеивалась, - Нежеланный ребенок, тебя все ненавидят, посмотри на себя, даже брат от тебя отказался. Это ты, ты его довела! Это всё, смотри, всё из-за тебя, маленькая шлюшка. Твоя мамочка всегда любила сыночка больше. Что ты, что ты плачешь? Слабачка! Тряпка!
Слезы застилали глаза, я вскрикнула и швырнула в неё подушкой, но она не исчезала, всё шептала своим противным голосом гадости, возвращая меня в мои самые страшные сны, напоминая о самых жутких временах.
Она стала меня преследовать с того момента как я словила передоз.
Я никому не рассказывала о своих галлюцинациях, не хотела чтоб меня оставили в клинике со всеми этими сумасшедшими. Я ведь не такая. Я никогда не считала себя такой.
Мой телефон звонит и сердце подпрыгивает едва ли не к горлу и тут же ухает вниз. Соскакиваю с кровати, как только не наступаю на осколки, и в панике ищу телефон. Это ведь может быть Тирелл, это наверняка он. Нахожу его под перевернутым креслом. Не посмотрев, поднимаю трубку:
- Рекс, пожа... - динамик взрывается от истошного вопля Джека и я от неожиданности дергаюсь и роняю айфон. Она стоит и хохочет, уже согнулась пополам, тычем в меня своим пальцем и заливается. Щурю глаза, и пытаюсь сосредоточится на выкриках брата, разобрать среди всей брани суть звонка. Неожиданно маты прекращаются и перепуганный шепот вперемешку со всхипами и сдавленными рыданиями сменяет яростные выпады:
- Отэм, малышка, им нужно больше, они убьют меня, ты же меня не оставишь, сестренка, помоги мне, они хотят больше денег, у них ножи и пистолеты, они смеются Отэм, спаси меня, - звонок обрывается и я тупо смотрю на потухший дисплей. Твою мать.
Разум мгновенно трезвеет. Эти уроды хотят забрать у меня самого родного человека. Того, кому я доверяла все свои секреты. Того, кого должна была спасти уже давно, но не могла взять себя в руки. Как я могу быть ответственной за чью-то жизнь, если со своей не могу справиться? Поднимаю с пола мобильник, подлетаю к зеркалу, старательно убираю с личика следы истерики и слез. Спешно натягиваю платье, накидываю на плечи куртку и пулей вылетаю из дома.
внешний вид
В гараже стоит мамин bmw, а где-то на полках в ящике с двойным дном должны быть запасные ключи. Обшариваю все, бинго! Малютка давно не была на прогулке, а я давно не была за рулем.
Плевать что уже поздно, плевать что я превышаю скорость, плевать, что Тирелл меня совсем не ждет. Желание убить его за связь с какой-то девицей поутихло, ведь его место заняло другое - вытащить задницу брата из очередной передряги. Слишком быстро долетаю до дома Рекса и вот уже стучу маленькими кулачками в дверь:
- Рекс, блядь! Открывай! У тебя есть три секунды до того, как я её выломаю к чертям собачьим! РЕКС!

Отредактировано Autumn Grayson (2015-03-07 17:52:25)

+1

3

Рука отчаянно била тумбочку в поисках телефона. Рекс лежал на кровати и откровенно не хотел подниматься, поэтому после минутных мучений он просто засунул голову под подушку и продолжил спать. Голова немного болела, кажется, он вчера перепил. Не нужно было так впадать в крайности. Вообще он не любил напиваться, просто в последнее время без этого было не обойтись. Нужно было куда то девать свою злость, свою боль и сове отчаяние. Хорошо, что кто-то когда-то придумал алкоголь, хорошая штука.
Как же паршиво то. Подумал Рекстон выбираясь из своей крепости сооруженной из подушек, одеяла и кучи неопознанных вещей. Не понял. Эхом из душа доносился звук шумящей воды, парень поднял с пола какую-то неопознанную женскую вещь, кажется, это была майка. Разбираться он не стал, просто откинул ее в сторону и попытался вспомнить, что вчера было. Не помню. Ничего не помню. Ни одной здравой мысли в его голове его голове не было, поэтому он решил дождаться особь женского пола из душа. Заметив на полу бутылку с водой Рекс обрадовался, хоть какая-то польза от незваных гостей. Большими глотками он едва не опустошил всю бутылку, пить хотелось ужасно. Тем временем гостья почтила его своим присутствием.
- Привет,- замотанное в полотенце женское тело медленно дефилировало вдоль комнаты приближаясь к Рексу. – Я оставила воду… подумала что не помешает. [/b]Девушка весьма спокойно отнеслась к тому, что Рекс немного с недоумением смотрел на нее.
- Да, спасибо, очень кстати. Парень продолжал держать в руке бутылку и исподлобья смотрел на незнакомку. – Ты прости… но…
[u]- Да ничего. Я Кейт. Вчера в клубе. Ты просто много выпил, я бы наверное после такого не вспомнила как себя зовут.
Девушка улыбался и собирала по полу свои вещи. Странно, но Рексу показалось, что ее совсем не волновало произошедшее. Впрочем чему удивляться, наверное она понимала чем все закончиться, когда решила провести с ним ночь.
- Не помню,- глухо ответил Рекстон, представляя что-то же он натворил, если даже девушку не может вспомнить. – Все совсем плохо?
- Да нет, даже без драк. Просто сидел и пил, один… Мне стало тебя жалко и я решила составить тебе компанию. Ты так и не рассказал, что у тебя случилось.
- Как благородно. Сила притяжения тянула его обратно в кровать. – Неважно, пустяки. Не смотря на сопротивление своего тела Рекс все же поднялся с кровати. – Я пойду в душ, а ты там… не знаю свари себе кофе… может найдешь что-то в холодильнике, не уверен что там что-то есть, но вдруг.
Едва передвигая ногами парень направился в душ. Холодная вода должна была привести его в чувства. Надо же было так напиться. Ничего не помню. Минуты проведенные в душе казались вечностью, но становилось легче.
- Ты вообще… - выходя из душа начал говорить Рекс, но повернув голову в сторону кухни не увидел там девушку. Рыжая стояла у двери и собиралась уходить. – А… ты…
- Да ладно, я все понимаю. Может еще встретимся. Дверь захлопнулся, а Рекс продолжал стоять на месте.
- Бывает же…,- с недоумением возмущался он расхаживая по квартире и вытирая голову полотенцем. Сегодня он планировал провести день дома. Признаться куда то выходить ему совсем не хотелось. Поэтому парень доста из холодильника бутылку пива и включил какую то дурацкую передачу.

Звонок в дверь заставил его встрепенутся. Он почти задремал в кресле, когда кто-то настырный снова и снова жал эту кнопку. Лениво Рекс направился к двери. Наверное, он не ожидал увидеть здесь ее, свою утреннюю гостью.
- Не ожидал, да? - немного задорно начал девушка. – Я забыла у тебя телефон, только сейчас заметила, что его нет.
Что-то подсказывало Рексу, что девушка вернулась не за телефоном. Но ничего и не остановило его пусть ее в дом.
- Проходи. Набери себя, иначе мы будем искать его до утра.
Рекс вручил рыжей свой телефон. Звук телефона доносился из спальни, куда парень и направился оставляя девушку одну.
- Ты утром так быстро убежала. Неожиданно так.
Сидеть в одиночестве ему немного надоело, поэтому он был совсем не против, что бы кто-то составил компанию. Однако девушка все же оказалась не настроена на посиделки. Рексу все же было интересно, что это за благородная девица. Однако незнакомка все же предпочла не разводить пустую болтовню и покинула квартиру Рекса. Не успел парень закрыть дверь и вернутся в свое любимое кресло, как изрядный стук женских рук и настырный звук звонка заставил его снова подняться.
Неужели передумала. Пронеслось в голове у Рекса. Однако стоило ему открыть дверь, как на пороге он увидел Отэм. Недовольная, злая, похоже она была и правда готова вынести эту дверь.
- Что ты орешь?
Парню долго не пришлось уговаривать ее зайти. Девушка в буквальном смысле влетела в квартиру. Рекс лишь поспешил закрыть дверь, дабы избавить себя от новых сплетней соседей.
- Пожар? Горим? Что?

+1

4

Вы когда-нибудь чувствовали боль предательства? Злились из-за этого так, что готовы были орать во всю глотку, и страстно желали врезать обидчику по морде? Вот в таком состоянии находилась я. Дайте мне топор, я порублю здесь всё в щепки. Тирелл казалось вовсе недоумевает, что мне от него нужно.
А я чувствовала запах чужих духов, и уже знала наверняка, кто-то здесь был, совсем недавно, и свалил аккурат за несколько минут до моего появления. Если бы я обладала даром пирокинеза, квартирка моего [экс?] парня уже полыхала огнем Ада. Осматриваюсь на предмет не уничтоженных улик, и замечаю валяющиеся трусики под журнальным столиком. Непроизвольно сжимаю кулаки, и тут же подлетаю к нему и рывком переворачиваю его, отчего стеклянная поверхность разрезает трещина. Поддеваю кружевное белье отвратного качества ключом и демонстрирую Рексу, а в глазах пляшут отнюдь не дружелюбно настроенные черти.
- Господи, Рекстон, не нашлось более приличной бляди? - отшвыриваю от себя сие безобразие едва ли не в лицо опешившему бойфренду, и следую в спальню, знаю, что он последует по пятам, по пути сношу светильник со столика, и собственно, под руку попадает всякий предмет интерьера.
Картина, подаренная мной, с моей легкой подачи летит на пол, деревянная рама хрустит, и ладно что она стоила бешеных денег. Я - маленькая взбешенная фурия, ношусь из угла в угол, уворачиваясь от цепких пальцев Тирелла, крошу все свои когда-то подаренные этому дому вещи.
Вторая я, следует за мной по пятам и с жадным блеском в глазах ползает по осколкам моего счастливого прошлого. Наверняка уже прошлого, такого отношения моя "половинка" терпеть не станет.
- Ответь мне, с каких пор твои шлюхи поднимают трубку вместо тебя? - резко разворачиваюсь на пятках и налетаю на брюнета, тут же упираясь ладошками ему в грудь, отталкиваю, вырываюсь, отпрыгиваю на безопасное расстояние и обегаю стол на кухне, становясь по другую сторону так, чтобы он не дотянулся до меня. Господи, на кого я похожа? Явилась аки ясно солнышко, устроила скандал, переворотила дом вверх дном, и еще и наезжаю. Мы же вроде как разошлись на днях, чего это я сейчас ему пытаюсь высказаться? Ему же плевать, с высокой колокольни, очевидно.
Бледная истеричка пристроилась сбоку от меня и нашептывает гадости:
- Смотри какой он, даже бровью не ведет. Он же тебя обманывал постоянно. Как думаешь, сколько шмар ворочалось в его кровати в те моменты, когда ты отсутствовала? Думаешь, он хранил тебе верность? Ха-ха-ха! Дура! Идиотка! Ты жалкая. Жалкая! - верещит мне в ухо, и я зажмуриваюсь, стряхиваю с себя это чертово наваждение.
Её нет, её нет, она не настоящая, заткнись, заткнись...
- Закрой пасть! - кричу я, и сношу рукой подставку с ножами, при этом задевая один так, что он глубоко разрезает мою ладонь. НЕ замечаю боли и в панике смотрю на Рекса:
- Пожар? О да! Ты - хренов ублюдок, не успела я свои вещи забрать из твоего притона, так ты водишь сюда своих мразей! Сколько их было?! Сколько раз ты изменял мне? Что ты? Что, делаешь вид что это не так? Ох, да брось, Тирелл! Скажи, что не было ни одной? НЕ ВЕРЮ! - меня бьет крупной дрожью, повышаю голос почти до визгливого крика, и оседаю по стенке на пол, запуская окровавленные пальцы в волосы, сжимаю, больно тяну себя за пряди, и раскачиваюсь из стороны в стороны.
Твою мать. Я снова сорвалась. Снова.
Чертов Тирелл, чертова семейка, чертов братик, чертово Сакраменто! Моя бледная копия посмеиваясь, перебирает мои волосы, гладит меня по голове и что-то шепчет. Дергаюсь от неё в сторону. Ненавижу. Всех ненавижу.
Они все меня предали.
Он меня предал.
- Ты предал меня. Просто признай. Сколько их было? - поднимаю глаза на Рекса и горько усмехаюсь, - И это человек которому я всегда верила и готова  была отдать свою душу... Тот человек, которого мой брат считал лучшим другом. Господи, это тебе я шептала, что безумно в тебя влюблена, в то время как ты водил к себе других... И ты еще спрашиваешь, что произошло?
Качаю головой, и закрываю глаза. Смеюсь. Сначала тихо, потом громче, и вот уже заливаюсь во весь голос, до слез, выдавливаю из себя всю свою обиду, свою истерику, свою злость.
Хватит девочка. Ты здесь не для этого.
А для чего вообще я пришла?

+1

5

Он так устал от вечных ссор и разборок. В последнее время их становилось все больше и больше, это утомляло и давило на него. Он хотел забыться, хотел просто уехать из этого города и сделать вид, что не знает ни Джека ни Отем… никого… Он устал. Он устал от вечных проблем, постоянных тусовок, новых «друзей» и старых долгов. Год как он вернулся, и этот год был полон сюрпризов, как правило не приятных, как правило эти сюрпризы били ему по кошельку, и он не знал стоит ли эта дружба таких жертв.
Когда-то он готов был продаться в рабство за этих двоих, но сейчас… Сейчас он не узнавал Джека, он стал чужим, ненормальным, сумасшедшим наркоманом, для которого друг тот, кто даст ему денег побольше. А Отэм, милая Отем, он так любил тебя… но ты другая… Говорят, люди не меняются, что же как жаль, что он не видел всей этой дряни в тебе раньше.
Отэм влетела в квартиру срывая с места журнальный столик. Ошарашенный Рекс застыл на месте, просто пытаясь сложить все ее действия в единую цепочку, но пока не получалось. Пока… пока в него не полетело чье то нижнее белье… Парень успел лишь отвернуть голову, да бы не получить этим интимным предметом по лицу.
- Но, Отэм,- он пытался что-то ей объяснить, прояснить этой блондинке, что сей предмет вообще то ее и просто уборка в квартире происходит гораздо реже нежели Отем посещает его чудное логово, но спор с разъяренной девушкой бесполезен. Рекс замолчал.
Бешеная фурия металась по его квартире снося все на своем пути. Парень не понимал, что происходило, просто ходил вслед за ней и подсчитывал убытки. Под ногами трещали осколки стекла, порой попадались предметы и побольше, подороже. Парень лишь набирал воздух в легкие и делал вид что все хорошо, что это пройдет. Неужели хрупкое тело Грейсон поддалась такому непривычному для нее чувству, как ревность. Тирелл потешался от одной этой мысли. Они никогда не говорили на эту тему. Он просто знал, что она его… а она… наверное тоже знала, но видимо просто знать для нее стало мало. Круши, ломай, сноси все на своем пути, Рекс боялся предположить, что руководило девушкой. Обид, злость, ревность? Ожжет это все слилось в единый коктейль, который она просто по случайности выпила с утра.
- Какие шлюхи? Какую трубку? О чем ты? Успокойся,– он ничего не понимал, пытался прояснить все но четно, она просто убегала от него не давая ни единого шанса поговорить, ни единого шанса успокоить ее. Он приближался, она отталкивала его, вырывалась из его рук и снова шла сносить все на своем пути. – Да послушай ты, - Рекс начинал выходить из себя, не видя преград начинает сносить мебель дабы укоротить свой путь к ней. Но в какой-то момент останавливается, переводит дух и пытается все начать сначала.
- Может хватит? Снова попытался возразить Тирелл, но услышал лишь грубое «заткнись». У его ног подают ножи, он пытается схватить девушку за руку, но четно.  Все это заходит слишком далеко. – Ты порезалась? Он старается взять себя в руки, проявить заботу, но даже это не помогает. Когда то ей надоест, нужно лишь немного подождать. И Рекс оказывается прав. Она просто спускается вниз по стене, от боли, отчаяния, от чувств, что терзали ее изнутри.
- Не заставляй меня оправдываться, я не врал тебе,- он останавливается возле нее. – Покажи руку,- Рекс опускается на корточки рядом с ней. Он не спешит ей что-то объяснять, убеждать ее в обратном. Он знал одно, он никогда бы не изменил Отэм которую знал раньше, но сейчас… Сейчас все так изменилось, что выбирая между глупыми отговорками и молчанием, он предпочитал второе. – Перестань, ты себя накручиваешь, покажи мне руку. Так много слов, которые могли бы помочь успокоить ее, но он выбрал не самые лучшие и если быть честным, то совсем не те слова.
Парень пытается прикоснуться к ней, он дрожит возможно от ненависти, а может от страха. Ему больно смотреть на нее такую. Где же сильная Отэм, которую он знал. Слишком много изменилось за пять лет и врятли он сможет привыкнуть к этим переменам.

+1

6

Now that you're bleeding,
You stare at the ceiling,
And watch as it all fades away.


Замолкаю и поднимаю глаза, смотря в упор на парня, что так обеспокоен моим поведением. Господи, да что? Что? Я уже давно не та маленькая девочка, что бегала с Вами везде, не та романтичная особа, что улыбалась ромашкам и бабочкам. Я давно уже не та. Ты столько не знаешь, Рекс. Столько дерьма, что происходило со мной за все то время что тебя не было рядом.
Я не могу так больше. Потому что нет больше тех людей что я любила, нет той легкости, той самой наивной беззаботности, веселья. Больше нет моего счастья.
Смотрю в твою карие глаза и сердце обрывается. Я вижу всё. Вижу всю твою усталость от этого мира, усталость от меня, от моего братца-наркомана. От нашей семейки в общем. От наших отцов, что так рьяно настаивали на нашем браке.
мы могли быть счастливы;
Могли, конечно. Те мы, что были пять лет назад. Что не были разлучены на гребаных пять лет таким невероятным расстоянием. Нас развела жизнь. Ты остался таким же сильным, уверенным, но... Но я вижу, вижу в твоих глазах лишь боль утраты, страх, и наверное, жалость. Нет больше моих любимых искрящихся счастьем темных глаз, за которые я готова была умереть. Я потеряла тебя тогда, в ту самую минуту когда ты сел на самолет.
Я сломалась. Не стало той светлой девочки, в которую ты был влюблен [был ли?]. Вот, вот, смотри, что стало со мной. Вот они, остатки, перед тобой, я бы хотела столько всего тебе рассказать, но не могу. Прости. Потому что нет больше нас.
Усмехаюсь вновь, и закрываю глаза:
- Прекрати, Рекс... Я звонила тебе полчаса назад. Ответила какая-то девка, - тихо шипение вырывается из моих уст, когда парень берет мою окровавленную ладошку.
Надо же, а вот и боль. Такая... Настоящая. Пульсирующая в хрупкой руке. Отвлекающая от тупой_ноющей_щемящей где-то под ребрами, над диафрагмой.
Я устала. Я от всего чертовски устала. Дикое желание накачаться сейчас таблетками, запивая их чем-нибудь очень крепким, рвется из меня, эта чокнутая нашептывает мне на ушко, уговаривает так и поступить. Убежать от Тирелла, поехать куда-нибудь в бар и провалиться в беспамятство. И лучше не возвращаться. Еще в первый раз, в тот самый когда я словила передоз, я так не желала чтобы меня откачивали. А умница-соседка вернулась вовремя, и оказала первую помощь.
Я не выдержу больше, я не хочу. Я ненавижу себя.
- Блядь, это ведь не мое бельё, Рекс... Да и насколько я помню, когда я четыре дня назад уходила, мои вещи были в шкафу... - открываю заплаканные глаза, и отвожу взгляд за его спину. Что я наделала? Может все они были правы? Может меня нельзя выпускать на люди?
Я ведь опасна. Меня ведь лечили от этих припадков, от приступов необоснованной агрессии, пичкали успокоительным, говорили что меня нельзя выпускать. Но они выписали меня. Буквально через неделю после последнего эксцесса, они собрали мои шмотки и вышвырнули меня. Сказали, якобы мне больше там делать нечего. А знаете почему? Потому что моей дорогой мамочке понадобилось мое присутствие на какой-то вечеринке, чтоб она могла продемонстрировать меня как свою карманную собачонку. Отэм принеси, Отэм подай, Отэм - фас!
- Я больше так не могу, Рекс... - всхлипываю, и захожусь в рыданиях.
Мне хочется свернуться в клубок, где-нибудь в темной углу, чтобы меня никто не видел, никто не трогал. И ничего этого со мной не было.
Верните мое тепло, верните мое прошлое. Мою улыбку, моего любимого. Верните мне все, сволочи! Почему именно я? Почему всё это переживаю я?
Однажды какой-то старик на улице схватил меня за руку и улыбаясь своим гнилым ртом прошептал, что у красивых нет счастья. Еле вырвала свое запястье, и убежала. И сейчас, я понимаю, как чертовски был прав этот бездомный мужик. Все мы, сливки общества, улыбаемся, блистаем, лжем всем и каждому о том, как у нас все замечательно. А темной ночью, забившись где-нибудь в углу своих огромных апартаментов, рыдаем над своей пропитанной ложью жизнью.
Вы все еще считаете, что в деньгах счастье? Глупцы. Те, у кого много денег в большинстве своем тщеславны, малодушны, и думают только о своем положении в обществе. Никому вовсе нет дела до настоящих чувств. В них попросту не верят.
- Джек разгромил мою комнату, и угрожал мне, - очень тихо выдавливаю из себя, и внутренне подбираюсь/сжимаюсь в маленький комочек, беспомощный и беззащитный.

+1

7

Казалось прошла вечность, но совсем не полчаса или час. Рекс потерял счет времени. Он сбился со счета в тот момент. Когда первая тарелка рухнула на пол, когда со стен полетели картины и хруст стелка под ногами давал о себе знать на каждом шагу. Он сбился считать убытки, устал считать минуты до конца этой очередной истерики. Сколько еще так будет продолжаться, сколько еще мебели они сломают, сколько кружек и ваз разобьют? Сколько? Это никогда не закончиться, если не поставить точку самим. Они могут сходится и расходиться тысячи раз, они могут врать друг другу. Скрываться в пустых фразах и делать вид, что ничего не происходит. Но все уже произошло. Невидимая стена. Которую они так долго строили в какой то момент стала непреодолимой для них. Стена из обмана, вечных сор, обоюдных обвинений, недосказанных слов. Все это в какой-то момент просто стало невыносимым. Невыносимым на столько, что терпеть уже не было смыла. И они не терпели, показывая свою фи на каждом углу, отворачиваясь от друг друга при первой же проблеме, при первом же разногласии и искренне просили прощения утром, когда это все казалось глупостью. Но это не глупость, это реальность, что застала их неготовыми.
Полчаса назад, он пытался вспомнить что же было каких то полчаса назад. Вспоминает рыжую, телефон, ее приход. Все становится яснее, но все так же в тумане. Наверное девушка, просто случайно ответила на звонок, но уже не важно. Стоит ли Отэм знать об этом? Стоит ли объяснять ей что-то сейчас.
- Это соседка, ей просто нужно было позвонить,- такое глупое оправдание срывается у него, но слова звучали так искренне, так открыто. И когда он научился так врать, раньше ему это не понадобилось бы.
Одних оправданий становиться мало, Рекс все еще стоит на корточках возле нее. Она ему не верит, ее право, да он и не пытался заслужить ее доверие. Просто хотел помочь, осматривая ее руку. Небольшой порез, Рекс достает со стола бумажные полотенца, что бы просто вытереть кровь и хоть на несколько секунд попытаться остановить кровь. Девушка недовольно морщиться, кажется ей всеравно, она просто не обращает внимание, что он заботиться о ней, что он не равнодушен. Ее истерика по немного стихает, просто слезы скатываются по щекам, просто красные щеки все еще дают знать о том, что еще пару минут назад,  она творила здесь.
Рекс молчит, слушает и молчит, понимая, что слова не помогут. Все очевидно и просто. Он не хотел ей врать, убеждать ее. Да что там, он сам не знал, что произошло сегодня ночью, что же он должен ответить.
- Отэм…,- он пытается что-то сказать. Возможно, находит в себе смелость для объяснений. Им рано или поздно придется поговорить. Но видимо не сейчас. Не сегодня. Парень просто отводит взгляд. Когда это все с ними произошло? Когда наступил тот переломный момент? Они изменились и эти изменения рушили все на своем пути.
Он садится рядом с ней склоняя ее в свои объятия. Ей нужен кто-то рядом, просто нужен, она запуталась, сломалась и одной ей не справится. Рекс гладит ее по голове, чувствую как содрогает ее юное тело. Ее всего 22, а она уже так много пережила. Так не должно быть.
- Я не удивлен,- в его голосе нет ни капли сострадания к ее брату. Да, Рексу было жалко ее, но не Джека. Этот парень давно уже все решил, Тирелл пытался вставить ему мозги, помочь ему, но нет… Человеку, что слеп и не видит ничего кроме самого себя невозможно помочь. Рекс устал, просто устал от его вечных проблем, его обкуренных выходок. Ему было страшно от одной мысли, что это его друг, человек которого он знал с детства. Поэтому и сейчас он просто равнодушно смотрел куда в даль, лишь бы не сорваться.
- Ему нужно лечиться. Я предлагал, но ведь он не хочет.
Он боится ответа девушки. Она слишком привязана к брату и даже если он отберет у нее все, она всеравно будет защищать его. Наверное это единственное, что осталось у нее настоящего, искреннего, честного. Она так слепо защищает Джека, что не видит, как сама погрязает в этом болоте. И Рекс хотел помочь ей, помочь им обоим. Но они сами не хотели этого...

+1

8

Что мы наделали? Что с нами сделали наши отцы? Они так отчаянно старались сделать все, чтобы мы были вместе, и мы были. Ты, тот самый вечный друг моего старшего брата, тот, кто с самого детства постоянно находился в нашем доме. И маленькая я, что всегда упрашивала взять меня с собой поиграть. А как же, самое оно, напроситься на вылазку с мальчишками. Озорники и с ними маленькая принцесса в платьице, носились по саду, падали, сдирали коленки, убегали на пляж собирать ракушки и цветные камушки, плескались в воде пока губы не посинеют, а потом счастливые неслись домой наперегонки. Стоит ли говорить, что я всегда отставала, и им приходилось за мной возвращаться. Частенько я каталась на их спинах. Счастливое детство, когда нас не заботили проблемы отцов, когда мы не увязали по уши в их делах и интригах, не становились частью какого-нибудь извращенного плана.
Как жаль, что нет машины времени, что нельзя вернуться туда, и вновь бегать по песку, искренне смеяться и ни о чем не думать, и уж тем более не жалеть. Снова стать невинным ребенком, и не замечать всего дерьма реального мира. И когда вдруг приснится кошмар, бежать к брату, ведь он всегда успокоит, принесет какао, и будет не спать всю ночь, внимательно наблюдая, как бы сестренке вновь не приснился кошмар. А если гадкий сон все же вернется, он просто скажет что он рядом и никому не даст меня в обиду.
Этого не вернуть. Мы выросли. Каждый тонет в своем океане, отвергая протянутую руку помощи, надеясь только на себя. Нет больше сумасшедшей тройки, что ставила на уши все клубы Сакраменто, в которых побывала. Нет больше трех друзей, объединенных общими интересами. Нет больше нас.
Все мы вырастаем. Только вот не все из нас становятся людьми. Например, Джек Грейсон, парень с голыбыми глазами и озорной улыбкой. Он стал наркоманом, но рьяно отрицает существование своей зависимости. Например, я, Отэм Грейсон, миловидная белокурая девушка. Стала психически неуравновешенной особой с тягой к алкоголю и таблеткам. Ах да, еще и с галлюцинациями.
Только Рекс не скатился в яму. Только Рекс остался сильным, и продолжил крепко стоять на ногах, стремился всегда помочь, вытащить нас из этого дурманящего водоворота. А мы отвергали его. Отталкивали, отказывались. Посылали, ругались, хлопали дверьми и уходили. И если гордый братец никогда не позвонит лучшему другу с просьбой помочь, то я бежала к нему, ломая каблуки, сломя голову. Это все, что у меня оставалось.
Лететь к нему, под его крыло, где всегда спокойно и тепло. Где, несмотря на сказанные горькие_колкие слова, все равно помогут.
Даже сейчас, я ни с того ни с сего сорвалась, разгромила всю квартиру, пошла на поводу у ярости. А он аккуратно, бережно, пытается остановить кровь, которая капает с моей ладони, и заляпывает все: пол, платье, его рубашку и джинсы. Притягивает меня к себя, и я утыкаюсь ему в область ключиц, вдыхая такой родной запах, именно его, собственный, вперемешку с тонким ароматом геля для душа.
Тихо произносит мое имя. Знаете, правду говорят о том, что есть на свете тот человек который произносит твое имя по-особенному. Я только сейчас это поняла. Никто и никогда не звал меня по имени так, что мурашки бежали по коже, а на душе становилось слишком тепло. После всего случившегося, я не заслуживаю этого особенного произношения.
Я вообще ничего не заслуживаю.
Господи, как хочется раствориться в его объятиях, забыть обо всем, убежать далеко-далеко. Убежать...
- Почему все так? Как мы все потеряли? - тихо вздыхаю, и хочется остановить время именно сейчас. Просто чтобы побыть в тишине, в объятиях уже_не_моего Рекстона.
Вторая "я" расхаживает по кухне и, поджав губы, молчит. Как-то непривычно. Обиделась наверное что я успокоилась и не смотрю на неё. А потом она начинает верещать, прыгать по битому стеклу, и подбегает ко мне, опускается на корточки и подносит свое бледное лицо ко мне. Слишком близко, что кончик её носа касается моего. Цепляюсь мертвой хваткой за Тирелла, вжимаюсь в него, зажмуриваюсь, отворачиваюсь, пряча лицо у него в груди. Визгливо хохочет и исчезает.
В реальность меня возвращает сухой голос брюнета. Без тени жалости, без намека на теплое отношение к лучшему другу. Бывшему лучшему другу.
И он прав. Настолько прав, что даже зубы сводит. Вот он, идеальный сын, пример для подражания. Не поддался искушениям молодости, устоял перед игрушками взрослой жизни. И, уверена, весьма и весьма горд собой. И я понимаю, что ему больше не нужны ни Джек, ни я, не нужно вообще никакое присутствие в его жизни. Ощущение, что меня изнутри вскрывают ржавым зазубренным ножом.
- Он никогда не признает своей зависимости. Ты прекрасно это знаешь. И простыми уговорами ему не помочь. И знаешь, от него все отказались. Мать, которая любила его всегда больше чем меня, отец, который воспитывал в нем своего преемника. Они спустили все на тормозах. Они потакали его капризам, и не замечали ничего, а когда наконец увидели было уже поздно. Ты... Ты просто улетел в проклятый университет и пропал. Почему ты пропал именно тогда, когда был нужен нам? Когда был нужен мне? - вскакиваю, и выгляжу со стороны как маленький зверек в западне, - И я... Даже я не смогла ему помочь. Потому что я маленькая сестренка которая совсем ничего не смыслит в жизни, глупая маленькая девочка, которая ничего не понимает, - закусываю губу, и еле сдерживаю вновь подступившие слезы, - И когда сорвалась я, когда меня везли на скорой в реанимацию, со мной никого не было. А когда я пришла в себя, братец соизволил навестить меня. А знаешь зачем? Чтобы я дала ему денег на дозу. И ему было плевать, что меня еле успели спасти. Еще чуть-чуть, и меня бы не было. Наша беда в том, что в переломный момент, когда мы ступали за черту не_возврата, с нами никого не было.
Во внутреннем кармане куртки вибрирует телефон. Джек...
Кое-как выуживаю мобильник из кармана, руки трясутся, не слушаются. Номер не определен. Снимаю трубку, и молюсь чтобы это звонили не из морга.
- Привет милая, - незнакомый, хриплый, неприятный мужской голос, - Тут одна птичка на хвосте принесла, - на фоне различаю еще несколько, один из них принадлежит брату, он клянется, он что-то обещает, он умоляет, - Что ты очень любишь своего братика, и сделаешь для него все что угодно, - приторно сладкий, отвратительный, - Понимаешь, он задолжал нам кругленькую сумму, а отдавать совсем не хочет... А ты же понимаешь, мы должников не любим? Так что... Беги опустошать свой банковский счет, или будешь находить своего драгоценного Джека по частям в разных уголках Сакраменто. Мои ребятки любят паззлы...
- Ты! Чертов мудак, не смей даже прикасаться к моему брату! - кричу, а неизвестный громко смеется.
- Ну-ну-ну, тише девочка. Какая ты... Пылкая, - кажется я даже слышу как на его лице расплывается мерзкая улыбочка, -Сдается мне, ты хороша. Так может отработаешь должок брата? Страстных высоких блондиночек мы любим, - гогочут, а Джек кричит, вопит, различаю звук удара, после чего брат замолкает.
Нет, нет-нет. Роняю телефон и сползаю по стенке, смотрю в одну точку не моргая, и не могу сфокусироваться.
- Они убьют его. Они правда убьют его. Помоги мне, черт возьми, помоги! - кричу я на Рекса. Нужно что-то делать, нужно срочно что-то делать.
Я должна спасти его.

+1

9

Сколько должно пройти времени, что бы все стало на свои места? Что бы все, что происходило с ними все эти месяцы стало таким пустым и неважным, будто и не было всего этого. Что-то подсказывало этому кошмару не будет конца. Возможно, когда то это все закончиться и Рекс был уверен лишь в одном … он не хочет видеть этот конец. Возможно это не честно и не правильно, просто взять и вычеркнуть кусок из своей жизни, возможно это ничего не изменит, но не попробовав он не узнает станет ли легче. Рекс был уверен, хуже не будет, хуже не может быть.
Пять лет проведенные в Йеле изменили его. Эти годы, наверное, сыграли слишком много и Отэм, эта белокурая бестия была права, они изменились. Жизнь странная штука, кому то дарит беззаботные дни и море веселья, а кто-то оказывается в дерьме по самые уши и вроде бы хочет выкарабкаться, но не выходит, не хватает сил, терпения… да и здесь Грейсон была права, не хватает поддержки.
Ее слова так больно обжигали. Хотелось спрятать душу еще глубже. Может хоть это поможет не чувствовать никакой боли, никакого страха. Просто ничего не чувствовать. Казалось бы боль это такая ерунда, можно перетерпеть, вот только знать бы ради чего. Каждое утро просыпаться в страхе, бояться что там на втором конце провода тебе ответят жадным но таким молящим голосом с просьбой помочь? Или видеть слези девушки, которая так сильно была ему дорога? Он мог терпеть, мог, но уже не было сил.
Рекс так хотел помочь, искренне хотел. Но не такой ценой. Каждый раз отдавая пачку денег Джеку он вздрагивал от мысли, что это еще не конец, что дальше будет только хуже, но искренне верил словами друга «в последний раз». Но этот последний раз не наступал. Он искал причины, почему все так произошло? Когда наступил этот переломный момент и не понимал? Что произошли с ними за пять лет… всего пять лет смогли разрушить все, что было создано ими… дружбу, любовь… все… каких-то пять лет. Не укладывалось в голове.
Почему? Мысленно повторял он вслед за Отэм, но не находил нужного ответа. Просто прижимал ее крепче к плечу тяжело выдыхая. Хотелось вернуть те годы, когда им было весело вместе, когда не было места печали и грусти, когда единственной проблемой был выбор клуба и выпивки. Тогда все было так просто. Тогда… но не сейчас. Оборачиваясь назад он видел много хорошего и где то в глубине души тлела надежда, что еще немного и все снова наладится, вот только здравый смысл не хотел больше верить в иллюзию, что Рекс себе придумал. Все рано или поздно заканчивается. Пора поверить и в этот конец.
Они могли бы просто молчать, погрузиться в воспоминания, быть снова теми, которых они знали и любили, греться в теплых объятиях друг друга, напиться и утром ничего не вспомнить. Но не выходило. Очередная порция обвинений тяжелым камнем рухнула ему на плечи. Но в чем он виноват? В том, что Джеку не хватает смелости признать, что он наркоман? Или в том, что Отэм слишком слаба, что бы перестать зависеть от любимого брата? Нет… он не виноват. Каждый сам выбирает свой путь и он не виноват, что они выбрали не ту дорогу.
Его объятия становятся слабее. Он не верит, что рядом с ним она, не хочет в это верить. Он медленно поворачивает голову, да бы посмотреть в ее глаза, убедиться, что это все еще та Отэм, но она уже давно не та.
- Я не виноват,- довольно грубо отвечает парень, стараясь верить в то, что это правда. Но кажется его слова были лишь пустым звуком. Просто эхом в безумной голове, просто словами где то вдалеке. Просто слова, в которые он и сам не верил.
Звонок. Едва слышный звонок телефона. Рекс не обращает внимания, просто поднимается и старается отвлечь себя от мыслей, собирая осколки разбитых вещей на полу. Возможно не время, но топтаться по них тоже не лучший вариант. Отэм кричит, роняет телефон  и снова кричит. Ее тело медленно сползает по стене, подойти бы и обнять, но не поможет не спасет. Рекс продолжает стоять и лишь разводит руками.
- Я не могу ему помочь. Так уверенно звучит его голос, но как много сил пришлось приложить, что бы он стал таким.
Он отводит глаза, и может лучше совсем уйти, но на последнее не хватает духу.
- Мне нечем ему помочь. Обратись в полицию, его найдут. Но не проси меня помочь.

+1

10

- Не виноват? - тихое шипение, - Ты, единственный, кто сильнее его, тот, кому я всегда верила. Ты ведь мог просто взять его за шкирку и закинуть в клинику! Посмотри на себя! Лучший друг, который вместо того чтобы дать по морде хорошенько, решил потакать ему! - я злюсь, я очень сильно злюсь, и даже та первая мысль об измене, так, легкий псих.
В эту секунду я по-настоящему возненавидела Рекса Тирелла. От любви до ненависти один шаг? Мне и он не понадобился. И эта эмоция даже чище, искренней, сильнее той светлой, которую я раньше питала к этому мужчине.
Хотя нет. Любила я того веселого паренька, что всегда катал меня на своей спине, что не был озабочен проблемами бытия. Того, кто просто жил и был счастлив.
- И ты... Ты такой же как они! Ты просто оставляешь его с этим! Не можешь!? Не можешь?!! - швыряю в него первое что попадается под руку: разделочную доску, - Ты думаешь я не знаю о твоей связи со всеми этими ублюдками?! Думаешь, я совсем не в курсе, какими делишками ты и наши папочки занимаются? - оскаливаюсь, в глазах полнейшее безумие, - Полиция? Серьезно? Ты слышишь себя? Вспомни, как полиция относится к таким как мы? Им нет никакого дела до богатеньких деток!
В момент наивысшей злости ты уже не думаешь кто перед тобой, и сколько он ранее делал для тебя. Ты просто выливаешь на него все, что накипело, все, о чем ты молчала, и не придаешь значения сколько боли ты причиняешь ему на самом деле. Просто выплевываешь ему в лицо всю горечь что в тебе накопилась. Вот, получи свою порцию Рекс. Нравится?
И уже не замечаешь что все счастливые воспоминания отравлены, уже не думаешь, что будет после. Уже ничего не будет, после такого. Он отказывает мне. Он такой же как они, как родители. Им вовсе не важен Джек. Он никому не нужен кроме меня, его все оставили. И сейчас все оставляют меня.
Тирелл разводит руками и принимается собирать осколки с пола. Конечно, весьма важное занятие сейчас, когда жизни двоих твоих друзей рассыпаются по крупицам.
- Ты был единственным, кому я доверяла, к кому могла прийти! Кто мог мне помочь! И что я слышу? - срываюсь на крик, посмотри на меня, посмотри мне в глаза, и скажи мне что тебе плевать, давай, - Я не могу, не проси. Не можешь, не можешь!? Поверить не могу, и за этого человека я могла выйти замуж! За того, кто вот так пройдет мимо друга, который в беде и дабе бровью не поведет! Двадцать лет, двадцать! Вы дружили, и ты так безразлично оставляешь Джека там? Ты вообще понимаешь, что они его убьют?
Хлопаю порезанной ладонью по полу, от чего рана вновь начинает кровоточить. Мне не больно. Вернее, физическая боль сейчас абсолютно не ощутима, нежели душевная. Еще один близкий человек воткнул мне нож в сердце, по самую рукоять и провернул его там несколько раз. Я никогда не прощу ему этого.
- Ты просто так вычеркнешь Джека из своей жизни? Да кто ты вообще такой?! - встаю, и пошатываясь подхожу к парню, заглядывая ему в глаза, - Ну! Посмотри мне в глаза, и скажи что тебе плевать на меня и брата! НУ! - бью его ладонью по плечу, раз, два, и вот я уже не сдерживаясь колочу Рекстона кулаками в грудь, - Если он умрет, я клянусь! Я сделаю все, чтобы ты чувствовал себя виноватым за это! Каждый гребанный раз что ты будешь видеть меня, ты будешь вспоминать о своем лучшем друге которого предал! - отводит глаза, хватаю его за подбородок, уверена, больно впиваюсь ноготками в кожу, разворачиваю его лицом к себе и целую.
Вкладывая всю свою злость, всю ненависть, все чувства, что когда-то испытывала к этому молодому человеку. Точней, к тому, кем он когда-то был. Так же резко прерываю и с улыбкой сумасшедшей наблюдаю за реакцией:
- Всё, что произойдет сегодня, будет на твоей совести. И поверь, даже тебе будет лучше, если вместе с братом убьют и меня, - смеюсь, дико, истерично, - Я ненавижу тебя. За всё что ты сделал. А верней - за то что ты не сделал. И если я когда-то любила тебя, то ты сделал всё, чтобы я об этом забыла, как о кошмарном сне. Ты, самый страшный кошмар, который только мог мне повстречаться. Твое предательство - всё, что я буду помнить о тебе. Ничего хорошего. Прощай, Рекс. - отталкиваю его и ухожу.
Я снова одна. И у меня не осталось сил сражаться. В голове предательский шёпот, уговаривает покончить со всем раз и навсегда, потому что это просто. Потому что это легко. Сажусь в машину и открываю бардачок, в поисках таблеток, и нахожу. Трясущимися руками откручиваю крышку, и высыпаю несколько штук себе на ладонь. В течении нескольких секунд смотрю на них. Вот он, выход. Чего я жду?
Опускаю стекло, и выбрасываю колеса на асфальт. Бью ладонями по рулю и кричу. Кричу что есть мочи, потому что надеюсь что станет легче.

+1

11

Между ними теперь — глубокая пропасть. О наведении мостов и речи быть не может. Все  стало слишком запутанным и сложным. Все стало таким невозможным. С каждой минутой они становились все дальше, а шансов на спасение все меньше. Они совсем не слышали друг друга и не пытались понять, они потерялись в своих зависимостях и проблемах, в своих обидах и сожалениях. Оказалось, что нет в этом мире ничего, что не могли бы разрушить деньги. Одно неловкое движение и они сковывают нас, заставляя делать необдуманные вещи. Кажется, что они дают свободу, что дают нам выбор. Но на самом деле это такая же иллюзия, как и то, что деньги делают их счастливыми. Только где оно счастье? Неужели оно прячется в тонких пакетиках наполненных белым порошком? Или может 2 таблетки выпитые в итоге очередной ссоры сделают тебя счастливее? Нет, счастье не купить так просто. Оно приходит само и приходит лишь к тем, кто ждет, а не пытается заменить его подручными средствами, меняя друзей на дилеров, а деньги на очередную дозу.
Чем старше становится человек, тем меньше ему хочется выяснять отношения. Рекс хотел сейчас просто развернутся и уйти. Пожелать Отэм успеха и захлопнуть дверь. Плевать, что он находился в своем доме, это не важно. Просто хотелось оставить все здесь и забыть, не вспоминать этот разговор, переходящий в крик и вопли. Не слышать ее хамства и угроз, не вспоминать ее злой взгляд и ненависть в ее движениях. Просто уйти, оставляя в памяти только хорошее, хоть его осталось так мало.
Ему искренне было жаль Джека. Он его друг и всегда останется им. Однако пришло время научиться уходить. Не бежать от проблем, а уходить. Когда-то отец ему говорил, что чужие проблемы не требуют твоего решения. Рекс никогда не задумывался об этих словах. Декстер не отличался пониманием или поддержкой, он не умел прощать слабости. Рекс всегда думал, что он просто жестокий. А сейчас… Что-то изменилось, наверное, он понимал своего отца. Впервые за все эти годы, он начал его понимать.  Люди не имеют права решать чужие проблемы, это не в их власти. Каждый должен сам пройти через все преграды иначе жизнь так ничему и не научит. Как бы не было трудно, нужно сражаться. Возможно, сейчас в Рексе говорило его воспитание. Отец не давал ему расслабиться, он всегда считал, что у Рекса не должно хватать времени на развлечения. Однако Рекс считал иначе. Но сейчас, он даже был рад, что отец не допустил его падения в бездну. Как знать, что бы случилось с Тиреллом если бы он остался здесь. Возможно, он сейчас как и Джек страдал от очередной ломки. А может и жизнь его друзей сложилась по-другому. Эти сомнения выбивали его из колеи. Он не хотел признавать своей вины, но что-то внутри говорило, что он предатель, что так поступают лишь трусы. Но ведь он не бежал. Он не знал, всего этого… не знал.
Рекс был зол на себя и на Отэм, на Джека, что в который раз доказал, что он не в состоянии держать слово. Его глаза налились, осколки, что все это время он держал в руках были отброшены в сторону, дзвон стекла о стену в который раз пробудил эту комнату. Как знать, что сейчас думают соседи. Треск разделочной доски о пол, крики, что с каждой секундой становились сильнее.
- Хватит орать,- не выдерживает Рекс, уклоняясь от очередной замашки девушки, но не выходит. Боль от удара разливается по всему телу, как будто его облили горячей водой. Тело предательски жжет от ударов и сожаления, вот только последнего становится все меньше. Он не хотел, не хотел что бы так получилось. – Ты ничего обо мне не знаешь, ничего! Ты не знаешь что происходило все эти годы и не знаешь, как приходится мне жить сейчас. И признай, вам нужен не я, вам нужны мои деньги, что бы снова погрузиться в свою беззаботную жизнь. Вот только деньги не берутся из не откуда. Понимаешь? Я не успеваю так же быстро зарабатывать, как вы их тратите. Не успеваю! Он переходит на крик. Его расходы и правда увеличились с появлением его старшой жизни. Отец уже давно не помогает ему материально, а зарабатывать Рексу приходится абы как. Отэм многого не знает о нем, это не ее вина, он сам не сильно любит говорить о себе. Но ее слова задевают за живое, заставляют его психовать.
- Я не могу ему помочь, не могу… - не заканчивая фразу слова Рекса обрываются. Она колотит его в грудь, а он лишь сильнее сжимает зубы, что бы не оттолкнуть ее, он просто не рассчитает силу. Он терпит, пытаясь схватить ее за руки, да бы хоть на мгновение усмирить.
- Вы не нужны им, им просто нужны деньги. Все так же грубо продолжает Рекс. – Помоги я сейчас через пару дней все повториться… полиция лучший вариант… Да он сам не доверял копам, но он был уверен, что стоит один раз обратиться, как после этого ни один дилер не захочет связываться с Джеком, а там глядишь и до реабилитации не далеко. Но ослепленная злостью Отэм не слышала его. Едва не проткнувши ногтями кожу касается его губ, с такой ненавистью и злобой, что наверное этот поцелуй он заполнит на всегда. Ему едва удается освободится.
Она уходит, оставляя напоследок не самые хорошие слова. Боль отчаяния ударяет в голову. Поступил ли он правильно? Не пожалеет ли потом? Он не знал, уверяя себя, что рано или поздно это должно было произойти. Рекс нервно ударяет по стене кулаком до крови. Не больно, нет. И если и жжет то внутри.
Пора научиться быть таким как отец, не жалеть и просто закрыться от всех чувств. Так будет лучше. Непременно. Так будет лучше.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » А не пошел бы ты