Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Исполнить предначертаное


Исполнить предначертаное

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Участники:Cody Malone John Porter
Место: главное шоссе въезд в город Сакраменто
Время: 12.00
Время суток: полдень
Погодные условия: мелкий дождик +15
О флештайме: никогда не знаешь куда тебя заведет твоя дорога

Отредактировано John Porter (2015-02-05 19:29:05)

+1

2

Коуди прихлебывала невкусный кофе и медленно, без аппетита жевала сыр, раздумывая не спеша о том, как сильно похожа миссис Клерксон, сидящая в углу кухни с двумя тошно милыми верными женами, на ее когда-то напарницу,  и продолжалось это довольно долго, пока она все же не заговорила первая. И случилось это в тот миг, когда она подняла голову и встретилась с Мэлоун  глазами. Нельзя сказать, что социальная адаптация  Клерксон двигалась вперед семимильными шагами: и спустя несколько месяцев после замужества ей стоило большого труда начать закатывать глаза при виде девичьих ног, обнаженных - вот ужас-то! - даже выше колена! Как быстро меняются люди, а точнее их искажает общество, в котором они начинают пребывать, выдавая ложь за правду. Мэлоун в такое общество явно не вписывалась. Проведать знакомую, уже с первой минуты пребывания девушки в доме, не задалось.
  - Удивляюсь, как ты со своей средневековой развратностью вообще умудрилась выйти замуж. - Усмехнулась Мэлоун, перехватив один из шокированных взглядов.
Вот это сознание своего права на хорошую жизнь и есть наиглавнейший момент, без которого многие – с деньгами и здоровьем – влачат довольно тухлую жистишку. Потому что если ты не прочувствовала в себе права – не желания, а права – жить хорошо, то лучше живи тогда правильно. Грызи банан и размышляй, насколько твоя жизнь лучше жизни проститутки.
Правильно живущие люди ужасно недовольны, когда я живу хорошо. Они в какой-то мере справедливо полагают, что моя хорошая жизнь складывается из тех крупиц хорошего, что я увожу у них, а именно мужей. И за это они меня сильно не любят. Достаточно любой  из них, пускай до этого она меня никогда не видела, не слышала обо мне, и я у нее зерна не тронула, но каждой из них покажи на меня пальцем: «Это проститутка!» – и она начинает меня сильно не любить. И чувство это стойкое и острое, потому что всегда оно густо замешено на любопытстве: «Откуда такие берутся?» И никак вы понять не хотите или не можете, что беремся мы оттуда же, откуда и вы, – из жизни, обычной людской жизни.
   И не любите вы меня, женщины, не только за то, что беру ваше, и живу вашим, и, причинив вам зло, творю себе этим добро. Ненавидите вы меня не за то, что живу я вашим, а за то, что живу не по-вашему. А сейчас вы нутром своим, тысячелетним инстинктом, голосом крови своей, прямо-таки биологическим отвращением отвергаете меня, вот точно, как овца начинает биться и хрипеть, едва почуяв волчий дух.

Потом Коуди  встала, похлопала себя по карману, обвела взглядом сидевших вокруг и криво, волчьим оскалом усмехнулась. Подходя к своему новенькому автомобилю, что был припаркован возле загородного дома экс подружки по работе,  которая скинула сотню мужиков с себя, чтобы выйти замуж за одного,  и нарожать  детишек, как она говорит – «Встать на путь истинной женщины», Мэлоун на ходу дожевывала ломтик сыра, будто сейчас не было у нее важнее дела на свете – успела бы она съесть свой сыр или нет, и села в авто.
Не знают правильно живущие люди, да и знать, конечно, не могут, но чувствуют всегда, понимают, догадываются, всеми фибрами души ощущают, что вся наша жизнь настолько разная, что, стоя с ними на одной ступеньке эскалатора метро, Мэлоун будто прибывает совсем на другой планете. Ведь проститутка поздно ложиться, и поздно встает, и никогда у нее руки не гудят от тяжкой работы, и устает она только от нервного напряжения да от того, что хорошо живет, – ведь это тоже утомительное занятие, и напивается она  не в праздники, а когда захочет. А детей с их визгами, пеленками и слюнявыми «у-гу-гу» Мэлоун прсто не хочет иметь. Что еще остается заиметь ей, если вдруг ее жизнь станет пресным обыденным существованием. Остается муж. А на кой ей муж, если в мире баб на полтора процента больше, чем мужиков? Принимая во внимание масштабы поганого человечества, это пятьдесят миллионов баб на долю мужиков. Если отбросить старух, несовершеннолетних, лесбиянок и уродин – все равно миллионов двадцать мужиков им останется. А если отбросить из этого десятка алкоголиков, иждивенцев и рукоборцев, то остается еще десяток, который даже не посмотрит на такую, как Мэлоун. Так что и муж ей был не нужен.   Вот и выходит – не за что людишкам любить ее. Да и она, если по-честному говорить, от них не то чтобы в бешеном восторге. Они ведь не знают, что Коуди  живет лучше их, а все равно стращают ей детей и сильно обеспокоены всегда, как бы их бесценные чада не пошли по ее скользкому пути. А Мэлоун  бы в жизни свой скользкий путь на их гранитные дороги не променяла!
Уже полдень.  Доброе начало полдела откачало. Это  мамаша так сказала бы. Или что-нибудь в этом роде. У нее на каждый случай, до смерти, было полно таких дурацких поговорочек. А начало, получилось, действительно знаменитое. Вот уж если не повезет, то никакой расчет против случая не тянет.
Коуди Мэлоун неслась по шоссе в своем спортивном каре, в свою жизнь, так, что стрелка на спидометре зашкаливала отметку в сто двадцать. Погода, конечно, не задалась уже с самого утра. Серость за окнами авто, мелкий дождь, местами низко осевший туман, одним словом недостаточная видимость, осложняла путь до города, который вырастил девушку. Рядом, практически впритирку, шла синяя БМВ. Казалось, еще немного и машины столкнуться, но скорость авто Мэлоун вдруг упала, и БМВ ушла вперед.

«Когда смотришь на гонки с обочины, они не выглядят такими опасными, а когда дома по телику смотришь, то и заснуть можно».

На крутом повороте трассы БМВ, маячившую спереди, повело. От чего Мэлоун пришлось вдавить педаль тормоза до такой степени, что еще бы чуть-чуть и ее прелестная ножка просто зашла бы в капот, дотронувшись пальчиком до горячего двигателя. Отчего по скользкой дороге девушку понесло на повороте, и развернув, втащило в полосатое ограждение дороги так, что капот смяло в гармошку, а сама машина встала под углом, словно стараясь вскарабкаться. Даже полному профану было ясно, что девушка выбыла из соревнования, по тому, как БМВ скоро скрылось за лесным массивом. Резкое торможение оставило несколько царапин на лице у Коуди и отключило рассудок на неопределенное время. Но кто-то позволил выйти девушке с этого состояния гораздо раньше. Открыв дверь с ее стороны и ухватив за капну кудрявых белокурых волос, девушку тем самым извлекли, как мешок с картошкой, из машины. В прямом смысле этого слова, картина выглядела не совсем спасательной операцией.

+1

3

Никто и никогда не знает ничего наперед. Да предугадывал, да  предполагал и думал, что так и будет. И если все случалось, так как было запланировано, то это могло значить лишь одно. Вам просто повезло или Господь Бог просто решил над вами очень весело пошутить. Ему нравиться, что в какой-то миг вы начинаете верить, что неуязвимы. Джону порой казалось, что так и есть, но видимо дело было в его характеры. Бетонные стены были созданы по его понятиям лишь ради того чтобы их пробивать головой. Джон был тем самым человеком, то готов был идти до конца, пока стена не падет. Он и шел, останавливаясь лишь на короткий отрезок времени, чтобы навестить Лекси или увидеться с Кети.
Кети, все это было так странно и так необычно. Плен. Женщина, ставшая для меня вначале, символом удачи. И те чувства, в которых мы так и не смогли признаться или мы сказали? Но я был где-то далеко ил она снова, как и рисковала своей жизнью
Сейчас про это можно забыть. Я далеко. Я другой человек, здесь у меня нет прошлого. Есть лишь работа, которую я  должен выполнить-просто мысли, просто зеркало заднего вида и машина, которая не хочет трогаться с места
- Да. А я послал его на ишкакхеайдургнуль! Его, и всю его родню.-орет Джон в телефон. Разговор с одним из информаторов, с которым ему нужно встретиться закончился одной из фраз которым, его научил Лукас. Джон обожал вот такие слова и фразы. Что-то, а грязные словечки и тому подобное явно были его коньком. В конце концов, он был простом солдатом, никакой капли голубой крови. Простой парень и ничего больше. За это его и любили на службе, он не искал больше, чем мог получить. И сейчас, легко и быстро стал частью организации,  на которую работал его брат. Быстро стал завсегдатаем русских чайных и, выучив пару их песен, стал им чуть ли не названым братом. Странно это было. Джон одновременно любил этих ребят и одновременно не выносил того излишнего шума который они создавали. Вот и сейчас приходилось кричать в трубку, чтобы в том шуме и гаме что творился на другом конце провода, кто нибудь или что нибудь расслышал.
-Да иди туда сам. И тебя же. Тебя же-машина впереди, кажется, сдвинулась с места. Джон бросив трубку выругался и попытался пойти на обгон. Плевать, ему было на правила, ему по статусу  и легенде нужно было нарушать хотя бы правила дорожного движения. Лишняя квитанция, которою ему выписывал полицейский, значило лишь одно, что вечером будет повод выпить с братвой. Выпивка. Девочки. И много пьяной болтовни, которая никогда не бывает лишней. Работа. Работа и ничего кроме работы.
-Черт-движение возродилась, но Джон, упустив перемигивание светофора, снова замер, но уже вначале. Снова перекресток и игра, кто первый нажмет на педаль. Очень хорошая игра, тем более для того кто просто не был рожден для проигрыша. Приятное рычание мотора, резкий щелчок, загорается новый цвет и вот оно чувство свободы и полета. А дальше лишь сплошное наслаждение, потому что скорость уносит  и кажется, еще немного и можно взлететь. Люди верят, что когда летают во сне, они растут. А чем то чувство, которое вам дарит хороший автомобиль. Его не остановить, да и не хочется.
Визг тормозов, удар или это шины который горят от трения. Джон был первым, кто увидел то, как повело одну из машин. Еще немножко и его бы самого затянуло в этот пьянящий танец смерти, но он был профессионал своего дела. Поэтому пока мозг анализировал увиденное, его руки уже вращали руль и пытались уйти от столкновения.
Остановка. Стоп. Хорошие тормоза и хлопок дверной ручки. В каждой игре есть свои правила, а там где могут пострадать люди, нет времени на игру.
Машина, которую проще выкинуть, чем вернуть ей первозванный вид. Белокурая головка в окне, окне, которая наводит на одну лишь шовинистическую мысль, что "блондинок нам  еще  тут  не хватало" и след.
Мокрый след, который тянется от  машины. Это может быть что угодно, но нет времени на то чтобы отмести все варианты и оставить лишь один. Проще сразу нейтрализовать эту проблему. Поэтому Джон просто идет и "выхватывает " даму из машины, попутно доследовав и ощупав ее на предмет травм. Времени не было, так что ни о какой нежности речи не шло. Как не было надежды на благодарность, поэтому когда, подхватив подмышку девушку, за осиную талию мужчина делал все, чтобы когти девушки в случае чего не достигли его лица.
-Так стоять бояться-прислонив девушку спиной к машине и все так же удерживая, ее одной рукой, Джон, жестикулируя начал.
-Машина. Бензин. Большой бум. Быть тут-по- моему  в  данный момент ему не хватало только изобразить это самый большой бум, чтобы все стало более чем понятно. Но тут зазвонил телефон, Джон попытался достать его из кармана своего пиджака. Не все так просто и не было у него чудеса эквилибристики, так что ладонь сначала не попала куда надо. А во второй раз телефон, вообще разлетелся на составляющие, на асфальте
-Да твою же маму- пора было схватиться, руками за голову и забыть о том, что никто его не просил лезть в это дело. И сейчас есть не менее важные вещи. Что он не на службе. Он не защищает мирных граждан, а помогает тем, кто торгует людьми.

0

4

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Исполнить предначертаное