Вверх Вниз
+14°C дождь
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » я - кладбище чужих надежд;


я - кладбище чужих надежд;

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Что, если однажды Коди будет ехать по одной из центральных магистралей Сакраменто? И если в это же время одна молодая и отчаявшаяся девушка решит свести счеты с жизнью, достигнув финальной точки безысходности? Что, если для Коди это первая возможность кого-то спасти, а для Руни последний шанс разобраться в себе?

21/01/2015

Я кладбище чужих надежд -
Во мне погибли, не рождаясь,
Великие. Остовы, скалясь,
Сокрыты тысячей одежд.
Во мне ловили ртом свинец
Поэт, писатель и художник,
Могилы вросшие под кожу -
Политик, доктор и певец,

Актер, мудрец. Карикатура
На общепринятый погост -
Сто памятников в полный рост
Не жившим никогда фигурам.
Но каждой ночью, каждым днем
Во мне боролась, выживая,
Моя душа. Одна, слепая
На тихом кладбище моём.

http://savepic.su/4944924.png

Отредактировано Hannah R. Larkin (2015-03-01 09:39:57)

+2

2

в окнах гаснет свет
как будто навсегда
уходит из-под ног
чужая планета


[audio]http://prostopleer.com/tracks/44186780ukd[/audio]

«Держаться за воздух, за острые звезды», что может быть проще? Руни поднимает глаза к бескрайнему бархатному небу, оно совсем рядом, стоит только сделать шаг, коснуться кончиками пальцев мягкой пушистой кромки, раскрошить парадокс Вселенной, преодолевая притяжение земли и воспаряя к высотам.

«Это легко, не бойся», делая очередную затяжку, девушка мысленно утешала себя, перегибаясь через перила ограды и всматриваясь в дорожную трассу, по которой в обоих направлениях сновали автомобили, превращая дорогу в бесконечную цепь ярких огней.
Ее трясло, неровно плясал в холодной руке крохотный оранжевый маячок, словно потерявшийся во мгле светлячок, – отблеск недокуренной сигареты. Ветер безжалостно трепал короткие пепельные волосы, а сама Ханна то и дело сильнее впечатывалась грудной клеткой в железные рейки, стоявшие вдоль моста, подчиняясь сбивающему с ног потоку воздуха. Стихия как бы намекала ей на ее ничтожность и невозможность противостоять обстоятельствам, призывала скорее покончить с этим и сделать последний шаг.
«Как я до этого докатилась?» - она не пыталась отговорить себя от рокового поступка, ибо зачем? Давно уже в груди разрасталась огромная черная дыра [не день, и не два], и чем больше времени проходило, тем сильнее Руни засасывало, превращая ее личность в бесцветную тень. Сейчас от девушки осталось только физическое тело, пустая оболочка, содержимое которой давно сгорело, неосторожно попав в хитросплетенный капкан из чувств: боли и отчаяния, гнездившихся под ребрами. Она по инерции ходила в институт, звонила подругам, делала все, чтобы каждый взятый по-отдельности индивидуум скорее получал свое и проваливал восвояси.
В груди разрасталась агония, заставляя первокурсницу кашлять от табачного дыма и не вовремя навалившейся простуды. Через каких-то пять-десять минут ее не будет в этом мире, так есть ли смысл дожидаться идеального состояния? В левой руке она сжимала жестяную банку дешевого джин-тоника, на дне которой еще плескалось пойло.
«Для храбрости» - говорила себе Руни, делая очередной глоток. Губа замерзли, и, приятное тепло, разливаясь по стенкам желудка, совсем не пьянило ее, от чего Ларкин испытывала досаду.
Плакать не хотелось, все слезы давно иссохли и закончились. Осталась только надежда, надежда на то, что, когда она переступит черту и полетит бесполезным куском плоти вниз, в ее голове что-то изменится. Может быть, именно в эти секунды она постигнет тайный смысл своего существования.
Кто-то рождается для того, чтобы стать великим композитором, талантливым писателем, порядочным учителем, одаренным врачом. А для чего родилась она?
Ответа на этот вопрос юная пианистка не находила. А меру ли своей эгоистичности, в меру ли своей недальновидности и ограниченности суждений, - не важно. Ответа на самый главный и душещипательный вопрос смысла человеческой жизни у мисс Ханны Руни Ларкин не было по сей день.
Девушка сделала еще одну затяжку, последний глоток тоника, и, поставив бутылку около ног, снова перегнулась через ограждение. Машины все еще продолжали рассекать магистраль. На смену смятению пришло облегчение.
«Я хочу быть свободной». О нет, несвободы Руни не испытывала и сейчас. Никто не ограничивал ее в сознательных выборах, она сама решала, где, с кем и как проводить свое время. Ответственность и бесперспективность – вот что по-настоящему пугало девушку.
Она облизнула сухие губы, туша бычок о рейку и щелчком указательного и большого пальцев скидывая его вниз. Он несколько раз перевернулся, зигзагом мотаясь по ветру и потух. Скоро ее, Ханну, ждет такая же участь. 
«Пора», поторопив саму себя и еще раз укоренив в сознании мысль о том, что она все делает правильно, девушка обернулась и посмотрела себе за спину. Никто не обращал на нее внимания. На пешеходной части моста, той самой, где стояла наша героиня, было безлюдно и пусто, только вдалеке на линии горизонта виднелись одинокие заброшенные здания и покачивающиеся верхушки редких голых деревьев.
Затем взгляд снова метнулся вниз, на проезжающие автомобили. Почему она не спрыгнула с небоскреба? Почему не бросилась с моста в воду? Плавать Руни умела отменно, поэтому шанс выжить при таком суицидальном раскладе очень высок. А небоскреб… Это не очень романтично, когда внизу чернеет такое же безликое пространство, как и у тебя в груди. Черная дыра.
Нет уж, последний пейзаж в жизни Руни Ларкин должен был завораживать своим волшебством. Представьте, вы стоите высоко над городом, он весь перед вашими глазами, будто раскинувшийся на ладони. Маленькие огоньки в постоянном движении снуют в каждый его уголок, свежий воздух омывает тело, и ты стоишь эдакий король на вершине мира, восхищаясь его великолепием. Можно мечтать, предаваться фантазиям и верить, что это место - тот самый мостик межу этим миром и тем. Потом, переродившись, она обретет новую жизнь. Лучше та будет, или хуже – не знает никто. Но Ларкин свято верила в непрерывный жизненный цикл.
Это не конец.
Всего лишь переход. Надо набраться мужества и совершить его.

Пустая жестянка, подгоняемая ветром, покатилась по мостовой, и Руни, перекинув обе ноги через перила и аккуратно поставив их с другой стороны ограждения, ухватилась железные прутья обеими руками, провожала взглядом безмятежный мусор, пока тот не скрылся из поля зрения.
Хорошо, что верхнюю часть моста не освещали ночью фонари. Может, сломалась система электроснабжения, а, возможно, никому просто в голову не приходила мысль о том, что однажды туда заберётся молодая девчонка с мыслью покончить с собой. Как бы то ни было, любопытные водители ничего не замечали, они покорно, словно запрограммированные, ехали по своим маленьким делам.

полцарства за билет
оплачено сполна
из тысячи дорог
я выбираю эту


Вдохнув воздух и задержав дыхание, девушка, все так же полная решимости, разжала холодные руки и оторвалась от опоры. В эту минуту, когда легкие буквально прилипли к спине, и она почувствовала на себе свободное падение, в голове пронеслась только одна мысль.
«Мейсон». Возможно, он мог бы уберечь ее от этого глупого, безрассудного акта отчаяния, мог бы стать смыслом ее жизни, вытянуть, вытряхнуть дурь из головы и заставить двигаться дальше. Убедить, что ее проблемы – сущие пустяки по сравнению с проблемами африканских детей или раковых больных. Но Ханна всегда была закостенелой эгоисткой, ее не волновали чужие проблемы до тем пор, пока не разрешались собственные. И сейчас рядом не осталось совершенно никого, кто помог бы ей измениться вектор жизни, кто бы направил умелой рукой, помог добрый советом или элементарно выслушал.

Когда спину вдоль по позвоночнику пронзила острая сверлящая боль, девушка подумала, что все закончилось. Она не шевелилась и не пыталась открыть глаза. Смерть в ее восприятии выглядела несколько иначе, менее осязаемой. Пальцы рук и ног онемели, сознание хваталось за реальность и тут же ускользало. Что-то не так… Подумала девушка, а затем шок и боль от удара взяли свое, забирая у нее сознание.

Отредактировано Hannah R. Larkin (2015-02-11 22:40:14)

+1

3

Всегда было очень приятно абстрагироваться от всего окружающего мира. Это приятно в том плане, что ты чувствуешь себя свободным от всех окружающих тебя людей вокруг. Ведь ты всем поголовно что-то должен. У тебя перед всеми вокруг куча обязанностей и даже почти долгов, которые ты обязан выплачивать или отрабатывать. И при всем при этом нужно обязательно быть как все: точно так же говорить каждому второму, что он должен что-то делать, к чему-то стремиться, выполнять требования окружающих. И, побывав на месте и одних и других, Коди старался сделать так, чтобы ни его не ставили в позицию: "Ты должен мне все"! И не ставить других так же.
Самое любимое время суток, когда действительно все это проходило, как по маслу, это было время, когда он возвращался с работы домой. Оно всегда было разным, потому что заказы приходили с разной частотой и объемом, как и тачки с их гламурными владелицами. Или просто людьми, чьим машинам нужна была автомобильная скорая помощь. Сегодня было как-то подозрительно тихо. Он даже опасался, что вообще работать не придется, такой вот трудоголик. Но в итоге и ему выпала довольно престарелая иномарка. Пришлось в двигателе копаться больше двух часов. Удовольствие сплошное, а не работа. Можете не верить, но работа все же способна приносить удовольствие, а не только деньги и нездоровье. Но все равно он оставался на работе допоздна. Помогал своим друзьям и коллегам, да и надеялся, что ему самому перепадет еще хотя бы какая-нибудь аккуратненькая старушка, с которой можно было бы спокойно прообщаться до полуночи, спокойно выслушивая все ее жалобы на болячки и падлу - мужа.
И все было бы прекрасно в этот день, если по окончании рабочего дня ему так не хотелось есть. Весь позитивный и может быть даже романтичный настрой, который раньше, возможно, и был, как всегда рухнул, напоровшись на стену из бытовухи. Противно, но что поделать. Теперь ему придется добираться до дома, что практически в другой стороне города, думая не о том, что дома его ждет девушка, приятный вечер и прочее в том же духе, а о том, что автомеханику просто невыносимо хотелось есть. за работой время проходит незаметно, а потом все сваливается разом, и там уже не до построения счастливой личной жизни.
А вроде и проблема-то нулевая, можно ведь сбегать до первого же попавшегося магазинчика с едой и купить себе что-нибудь погрызть, чтобы скрасить голод. Или взять гамбургер на станции быстрой кормежки где-нибудь подальше. Но в бытовые проблемы, как всегда, вмешивается погода. Противная женщина со склочным характером, с которой бесполезно разговаривать. На этот раз, в качестве наказания всем, кто не одинок, в отличие от нее, она устроила жуткий ветер, который вполне мог снести с ног человека полегче.
"То-то детей на улице нет. Хотя, откуда они бы взялись, в таком-то районе. Или их действительно унесло ветром к Питер Пэну".
В связи с этим, от временного перекуса пришлось отказаться, как и от идеи идти на автобус, потом с полчаса, а то и целый час, мерзнуть в нем, только после этого уже идти еще пару кварталов до дома... Грустный вариант, как не посмотри. Повезло еще, что у Алисы сегодня выходной, не приходится беспокоится за нее.
Решение было однозначное - вызвать такси, дождаться его так, чтобы ветром не унесло, а после уже с комфортом доехать до дома. Договорившись с самим собой о пути домой, Коди включил задний ход и вернулся в мастерскую, откуда вышел буквально несколько минут назад, сразу же встретился с издевкой, вроде как он склерозник и что-то забыл. Пожав плечами, он ответил, что хотел дать ему пинка, но передумал, ибо не хочет портить любимые старые кроссовки, специально созданные для его работы. Проверив наличие денег в карманах, он связался с одной из самых дешевых фирм такси и вызвал себе машину, а пока ждал ее, просто прошелся по мастерской, проверил свое рабочее место, помог одному из товарищей с имеющейся тачкой, а затем уже отправился на выход, когда пришла отчетная смс о прибытии его кареты. Без серых коней, конечно, но лошадиных сил там было предостаточно.
Парень спокойно смотрел на проносящиеся мимо разноцветные огни реклам, домов и просто уличных фонарей. Коди видел наушники в уши и с равнодушным видом смотрел в окно, стараясь ни о чем не думать. Но просто надеялся, что все же дождя сегодня не случится. Это был бы а просто апофеоз истерики мадам погоды. Чертовски не хотелось возвращаться домой промокшим до нитки, и так все шансы замерзнуть. Ведь таксисту явно было хорошо и так, без включенного кондиционера, а пассажир мерз... Но кого это волновало, кроме самого пассажира?
Оживленная магистраль вынудила его отвернуться от окна и сидеть с закрытыми глазами, покачиваясь в такт движению автомобиля. Постоянно мелькающие огоньки автомобильных фар раздражали глаза, поэтому ему просто пришлось так поступить. И все было бы хорошо, если бы не одно но.
Сильный и, что самое главное, громкий удар об машину и треск стекла с непонятным хрустом, раздавшиеся спереди, парень услышал даже сквозь наушники, но толком не понял, что случилось, ведь в следующую секунду водитель такси ударил по тормозами, и он поцеловался лбом с приборной панелью. Не слишком сильно, ведь все же он пристегнулся от грёза подальше, но достаточно больно.
Зашипев, он прижал руку ко лбу и поднял голову. Лобовое стекло разбито, плюс на нем лежит что-то, что завораживает весь обзор. Коди отстегнулся и выбрался из машины, чудом не попав по пронесшуюся мимо машину. Почти в тот же момент в их машину влетела другая легковушка, и такси прокатилось еще пару метров. Ругань водителя была прекрасно услышана... Даже сквозь наушники.
Парень подошёл к машине и закрыл дверь, посмотрев на то, что лежало на капоте. Точнее, на кого. Это была девушка... Довольно миловидная, и хрупкая, но она лежала без движения... Посмотрев вверх, он наконец, осознал все и пришёл в ужас, когда понял, что она спрыгнула с дорожного моста... Подскочил к ней, парень похлопал её по щекам и сдернул наушники.
-Эй... Эй! Эй, ты! Приди в себя!
Растерянно оглянувшись по сторонам, он увидел, что таксист все ещё в шоке и находится в машине... А помощи, как таковой, ждать неоткуда. Не придумав ничего лучше, он признался и прижался ухом к её груди, очень надеясь, что даже сквозь шум несущизся мимо автомобилей сможет расслышать сердцебиение... И он не услышал, он скорее почувствовал, что такое ещё имеется. Больше он ничего не решился делать, даже прикасаться к ней... А просто вытащил телефон, выдернул наушники и поспешно позвонил в скорую помощь, искренне надеясь, что за ней приедут достаточно быстро, и она не умрёт на капоте такси.
***
Было тихо и пусто. Иногда по коридору проходил какой-либо врач, но они все шли мимо, на него никто не обращал внимание. Коди уже позвонил девушке, сказал, что на капот такси прилетела самоубийца, и что его забрали в больницу вместе с ней, неизвестно зачем, но настояли. Теперь он сидел там один, освещая все вокруг большим синяком, который проявился немного позже после удара об машину.
Он не понимал толком, посему он тут сидит. Эта девчонка, которая решилась сбросится на проезжую часть в надежде на скорую смерть, по сути была ему никем. Он совершенно не знал её, хотя на первый взгляд тогда, на проезжей части, ему показалось, что лицо очень знакомое... Теперь же об этом можно было только гадать. И надеялся, что самоубийца выживет и найдёт в себе силы начать все сначала. Ну, на крайний случай, что в следующий раз она умрёт быстро и безболезненно. Ему хотелось услышать только одно - что она жива. После этого Коди, наконец, сможет вернутся домой.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » я - кладбище чужих надежд;