vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Она проснулась посреди ночи от собственного сдавленного крика. Всё тело болело, ныла каждая косточка, а поясницу будто огнём жгло. Открыв глаза и сжав зубы... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » so what we get drunk, so what we smoke weed


so what we get drunk, so what we smoke weed

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Участники: Jack O'Reilly & Dexter Machiavelli
Место: улицы Бостона
Время: февраль 1999
Время суток: вечер
Погодные условия: who cares?
О флештайме: I take a couple uppers
I down a couple downers
But nothing compares
To these blue and yellow purple pills
I been to mushroom mountain
Once or twice but who's countin'
But nothing compares
To these blue and yellow purple pills

Отредактировано Dexter Machiavelli (2015-02-09 13:18:58)

+1

2

вв+шапка
Кап.
Кап.
Кап.
Ебаный неисправный кран! Сколько это продолжается, месяца два?
Ты морщишься, как от зубной боли, но не делаешь ровным счетом ничего, даже с места не сдвигаешься – продолжаешь лежать в обуви на продавленной кровати, подложив под спину спортивную сумку, и швыряться маленьким мячиком в соседнюю стену, украшенную изорванным плакатом U2. Просто потому, что тебе влом возиться с домашними делами, особенно сейчас. Кап. Стук-стук. Кап. Стук-стук. Как будто на свете нет занятий поинтереснее. Как будто тебе правда больше нечем заняться, да? Кап. Стук-стук. Маленький резиновый шарик кислотно-зеленого цвета с готовностью прилетает обратно в твою ладонь, создавая иллюзию того, что ты действительно меткий, а не просто удачливый сукин сын, и до сих пор верно рассчитываешь силу, иначе мячик, отскочив, ебнул бы тебя в глаз или по лбу.
Раньше эта комната была чем-то типа твоей детской, но это было настолько давно, что ты почти ничего не помнишь, вернее – не хочешь помнить и вспоминать. С тех пор изменилось слишком многое, даже если на подоконнике до сих пор можно найти вырезанные тобой маты в адрес давно гниющего в земле папани, а потолок все еще обклеен пыльной пластиковой плиткой; задираешь голову так, что шапка почти сползает на глаза, и упираешься взглядом в темно-бурые от выступившего клея стыки между одинаковыми квадратами. Стоило бы содрать это все к хуям собачьим и навести в комнате, да и во всем доме, какое-то подобие порядка, но тебе девятнадцать, и тебя не ебет этот самый порядок. У тебя есть целый дом, черт побери! Кого волнует, что обои последний раз меняли, когда ты родился, а то и раньше? В Городе, типа, чтут традиции, и ты на одной волне с остальными. А еще тебе лень, вам всем лень, и перед этой ленью даже чересчур здравый рассудок Эрра ничего не может. Эрру вообще на все похуй.
Кап. Стук-стук.
Тебе скучно. Тебе адски скучно, а все потому, что планы на день успешно пошли по пизде, и это всего лишь из-за одной фразы. «Извини, брат, мы с Сарой…» - все, дальше ты уже не слышал, да и не слушал: привычное к таким разочарованиям подсознание просто отказалось воспринимать причинно-следственную связь, которая должна была объяснить, почему эта гребаная узкоглазая морда съебался от тебя к своей телке, наплевав на то, что вы собирались зависнуть у Фрэнки в пабе, а Одноглазый обещал подогнать забористой травки. Сара сказала, Сара попросила, Саре нужно, Сара думает…. Бла-бла-бла, чертов влюбленный треп! Ты уже даже глаза устал закатывать каждый раз, когда слышишь имя этой доебистой блондиночки. Нет, серьезно: Эрр хочет ее трахать – пусть трахает, пусть даже делает это у вас дома, ты не возражаешь. Но друзей на сиськи не меняют, блять, а он делает это каждый гребаный раз. «Прости, Джеки…» - ты только морщишься и отмахиваешься, даже всерьез нахуй посылать уже надоело. Ты не ревнуешь, тебе просто пиздец как обидно, а еще ты чуешь, нутром чуешь, что ничего хорошего с этой бабой у Эрра не выйдет. Она тебе не нравится, и не только тебе, но этот ублюдок слишком упертый, чтобы слушать кого-то.
Заладил же, любит он ее, «тебе не понять», сука, да куда уж тебе, правда? И даже если действительно не понимаешь, как можно питать к какой-то телочке настолько сильные чувства, это не отменяет того, что Шинода заебал своими любовными слюнями. Ты его, конечно, простишь, но шел бы он нахуй?
Нахуй.

Рывком поднимаешься с кровати – в глазах мгновенно темнеет, так, что на секунду теряешь равновесие, переступаешь ногами и материшься сквозь зубы, хватаясь за старенький комод. За окном, наполовину забитом куском фанеры – кто-то выбил стекло во время одной из вписок, и ты даже не уверен в том, что сделал это сам, - уже темнеет, и скучать, валяясь на кровати, просто заебало. Окей, Эрр свалил, но кроме Эрра у тебя есть друзья, и где они, собственно? Делаешь по комнате круг, попутно закуривая, бьешь кулаком по выключателю, зажигая свет, и подходишь к окну. Джимми сегодня должен быть с предками, у него какая-то движуха насчет сестры – про это помнишь, и оставляешь идею тащиться несколько кварталов, чтобы вытащить Уэйна из дома. У тебя есть идейка получше: забираешься на подоконник, дергаешь целую створку, распахивая окно, и высовываешься наружу. Зажатая в зубах сигарета смолит, но морозный ветер сдувает разъедающий глаза дым куда-то в сторону; щуришься и вглядываешься в сгущающиеся сумерки. В доме напротив, на втором этаже, горит свет; отковыриваешь кусок выбитого стекла от старой деревянной рамы, прицеливаешься и кидаешь, на удивление точно попадая в подсвеченное окно – вопрос многолетней привычки. Пара секунд ожидания – следующий осколок летит через разделяющие дома семь-восемь ярдов, и с громким звоном бьется об стекло. Телефоны – это для лохов, а вытаскивать свою задницу на февральский бостонский холод нет ни малейшего желания. Делаешь паузу, и, наконец, замечаешь, как в освещенном прямоугольнике появляется угловатая девичья фигурка, а затем стекло поднимается и наружу высовывается светлая головушка младшей сестрицы Декстера. Расплываешься в довольной улыбке и свистишь, засунув два пальца в рот, чтобы привлечь ее внимание.
- Слышь, мелкая! Этот белобрысый уебан дома? – между вашими домами только небольшие внутренние дворики, и, хотя территориально вы всегда жили на соседних улицах, в тесной застройке Чарльзтауна считаетесь соседями, - Позови его. Позови, бля, не выебывайся.
Кажется, малявка что-то вякает в ответ, окно захлопывается, и ты успеваешь сделать пару затяжек, посыпать пеплом непонятные заснеженные растения под окном, прежде чем Макиавелли обнаруживается-таки в окне напротив. Расплываешься в улыбке и приветственно поднимаешь ладонь с зажатой между пальцев сигаретой.
- Со мной тут Мэри Джейн, - пакет с дурью валяется на кровати, и курить в одного, когда друг просиживает штаны в соседнем доме, кажется абсурдом, - Тащи свою жопу сюда, Декс!

Отредактировано Jack O'Reilly (2015-06-30 12:28:41)

+3

3

лук-хуюкСамый лучший звук - это его отсутствие. Люблю тишину. В такие моменты я становлюсь ангельски спокойным, потому что могу закрыть глаза и забыть хоть на мгновение о том, в каком дурдоме я живу. Мою мать трахает уебок, парой-тройкой лет старше меня. Наверное, ни один нормальный человек не смог бы отреагировать на это спокойно и адекватно. Любви все возрасты покорны? Хуй там был. Самое главное, я не понимал, что ему от нее нужно, ибо денег у нас особо не было, готовит она тоже так себе. Секс? Любит баб постарше или моя мать богиня минетов? Черт, об этом я даже думать не хочу, меня передергивает от одной лишь мысли. Сразу вспомнился тот неловкий момент, когда я вернулся домой, а она скачет на этом полудурке. Хуевенькое такое воспоминание, если честно. Хочется стереть себе память и никогда не видеть это вновь. Сейчас этого уебка не было дома, поэтому можно было вздохнуть с облегчением ровно до того момента, как он вернет свою пьяную в гавно тушу на наш диван. Чтоб я так жил, мать вашу.
[float=right]http://25.media.tumblr.com/8df6de4061b59ba58d8ca8204dfbbea1/tumblr_mfr17k2LDB1rbro1lo1_250.gif[/float]Тишина определенно лучше любого звука, которые эти двое в порыве страсти или в процессе ссоры несут в мир. Больше всего мне было жалко Эллиот, потому что ей приходилось все это видеть и слышать. Я уже был достаточно взрослым, чтобы воспринимать это как должное, закатывать глаза и уходить в свою комнату, делая вид, что я вообще не знаком с этими людьми, но у малой совсем другое восприятие действительности. В свои десять она должна еще жить с розовыми очками на глазах и питать иллюзии, что когда она вырастет, к ней прискачет принц на белом коне. Хотя, с таким пиздецом она как раз и будет считать себя подобием какой-нибудь Золушки и принц должен будет спасти ее отсюда. Но ждать этого ублюдка мы не будем, я уже был готов забрать ее и свалить из дома на самом-то деле, и пусть они живут так, как хотят. Просто где-то на подсознательном уровне у меня засела мысль, что надо вправить матери мозги. Она ведь не так плоха. Обыкновенная женщина, находящаяся на каком-то трудном жизненном перепутье и потерявшая любую мельчайшую надежду на светлое будущее, посему опустила руки и отдалась тому, кто по непонятным причинам предпочел ее молоденьким студенточкам. Хотя, ему, наверное, просто никто и не дает. Кроме таких как моя мать. Черт. Как же это отвратительно.
Я зависал у холодильника, думая, чем бы набить живот, когда Эллиот спустилась вниз и позвала меня. Не знаю, какого черта она лазала в моей комнате, но, видимо, лазала она там как раз в тот момент, когда я понадобился Джеку. Вот, пожалуй, единственный плюс того, что я живу именно здесь, нарисовался. Наши дома находились слишком близко друг к другу и, так совпало, что окна наших комнат располагались напротив, поэтому мы достаточно часто "вызывали" друг друга, кидая мелкие предметы в окно напротив. Захватив с собой наскоро сделанный бутер, я поплелся обратно к себе в комнату.
- Декси, а что значит "белобрысый уебан"? - я усмехнулся. Подобные словечки - единственное, чем я не брезговал перед сестрой, так же как и мои друзья, хотя, ругаться через слово я тоже не стремился. Она была хорошей девочкой и очень даже безобдной, поэтому пусть в ее словарном запасе хотя бы будет парочка ласковых. В лучшем случае обидчик охуеет, оказавшись посланным нахуй, в худшем - разозлится еще больше из-за такой дерзости, но тут уже биг бро прибежит на помощь. Да и вообще, я был бы не против, если бы она называла своего отчима уебком и вместо "доброе утро" говорила бы ему "сходи нахуй". Может, он бы озверел и собрался поднять на нее руку, но тогда у меня бы точно появилась причина отпиздить его, а мать, может, наконец бы прозрела и предпочла детей ебле с малолеткой.
- Забудь, солнце, он все равно имел в виду не то, что это могло бы значить. Вот отчим твой, например, уебок, а "белобрысый уебан" - это так, друг, дружище, все такое, - объясняю как Бог. Скоро выпущу толковый словарик имени Макиавелли, - Иди к себе в комнату.
Закрыв за собой дверь, я открыл окно и высунулся наружу.
- Белобрысый уебан прибыл, чего хотел, пиздюк ирландский? - после слов про дурь все дальнейшие уговоры были лишними. [float=left]http://media.giphy.com/media/FfD5ZiGNG0oaQ/giphy.gif[/float]Трава, я иду к тебе. Я даже не произнес больше ни слова, мое коварное еблишко сказало все за меня, после чего я закрыл окно, захватил куртку и спустился вниз. В гостиной на диване по-прежнему спала мать, потому как до этого жаловалась на плохое самочувствие. Будить ее ради того, чтобы сообщить, что лечу устраивать тусу с Джеком и нашей дорогой Мэри Джейн, я не стал. Ни к чему ей знать это. Я всегда ухожу без предупреждений, ей лучше не знать, пошел я с кем-то драться или на очередную домашнюю вечеринку с красными пластиковыми стаканами и кучкой на все согласных девочек. Оказавшись на улице, я решил ускорить шаг, потому что февральская погодка меня радовала от слова "никогда". И пяти минут не прошло, как я уже стоял на пороге дома О'Рейли.
- Мэри Джейн, говоришь? Давненько мы с ней не виделись.

Отредактировано Dexter Machiavelli (2015-06-30 11:38:34)

+4

4

Хватает одного взгляда на довольную рожу Декса, чтобы понять, что дважды повторять приглашение не нужно – и так притащится сейчас, пяти минут не пройдет. На твое и его счастье, соображает он быстро, и не выебывается, пытаясь показаться лучше, чем есть на самом деле. Типа как Уэйн иногда, когда в нем просыпается какая-то хуйня вроде совести. Но кто вообще в здравом уме откажется от травки, особенно на халяву? Особенно когда тут идти два шага, хотя ты готов поклясться всем, во что все равно не веришь, что Макиавелли приперся бы к тебе и без травы, просто чтобы не торчать дома в компании его матушки и в ожидании ее хахаля. Знаешь, как этот белобрысый ебантяй к нему относится, и даже не прочь устроить уебку темную, по-братски, но пока Декс почему-то тормозит с этим делом, и ты не настаиваешь. В конце концов, это проблемы его семьи – и по законам Города ты не станешь в них вмешиваться, если не попросят. Вытаскивать всякую хуйню на всеобщее обозрение у вас как-то не принято.

А пока ты просто расплываешься в довольной улыбке, от одного проколотого уха до другого, и делаешь короткий приглашающий взмах рукой с зажатой в пальцах сигаретой. Блять – едва успеваешь отдернуть другую руку, чтобы не уронить на нее кусок все еще раскаленного пепла, сплевываешь на снег и захлопываешь окно. Рама отзывается жалобным стуком, стекло угрожающе дребезжит, но внимания на это уже не обращаешь: зажимаешь сигарету губами, отставляя в угол рта (не с той стороны, с которой тебе разбили губу во время стычки с Южанами пару дней назад, конечно же), подхватываешь с кровати пакет и шаркающей походкой двигаешь вниз по лестнице. К успевшему заебать капанью крана добавляется отчаянный скрип деревянных ступеней – но что тут блять поделаешь, когда ни времени, ни денег, ни желания приводить дом в порядок у тебя нет. Зато есть дурь и вот-вот будет компания.

Наверное, стоило бы постесняться или что-то типа того: травы у тебя целый мешок, вполне хватит на всю вашу обдолбанную по жизни банду, и надо бы вызвонить, позвать, смотаться на соседнюю улицу до дома Дей, под шумок спиздить Джимми с семейных посиделок, или даже дождаться, пока Эрр устанет лизаться со своей телкой и притащится обратно в вашу с ним берлогу. Надо бы организовать все культурно, затариться бухлом, выловить пару Городских безотказных прелестниц, и прочее, но в рот ты ебал все эти «надо». Кто блять вообще говорит о правилах приличия раскуривания отборной забористой травки? Вилка в правой руке, нож в левой, косяк в зубах? Ну нахуй, а. Вы с Дексом справитесь и вдвоем, а остальные могут присоединиться, если вовремя окажутся рядом с твоим покосившимся родовым, мать его, гнездом. Или услышат: умение отдыхать тихо как-то прошло мимо тебя в сторону глубокого похуя, и чем дальше – тем ты становишься громче.

На самом деле, конечно, все дело в Эрроле, и заодно с ним обижаешься на весь гребаный мир. Что может быть более низким предательством, чем променять дружбу и пакет дури на сиськи? И пусть даже трижды охуенные сиськи, хотя ими там и не пахнет, но все равно. Так нельзя, и ты очень, очень огорчен этим поступком. А когда ты огорчаешься – ты неминуемо начинаешь творить всякую хуйню, и масштаб последствий зависит исключительно от градуса ебанутости да уникальной в своей непредсказуемости удачи. Может быть, вы скромно выкурите пару косяков за чинной беседой о… Блять, да кого тут обманывать?

Голос Декса, образовавшегося на пороге, застает тебя на последней ступени, и ты приветственно машешь ему драгоценным пакетом, как флагом, стряхивая пепел с сигареты в удачно стоящую на перилах банку-пепельницу. Видела бы твоя дура-мать, во что ты превратил ваш дом, она бы… она бы нихуя не заметила разницы, потому что уровень срача не больно-то изменился, разве что его размещение. Ты вот, например, едва помнишь, чтобы было иначе – но сейчас тебе все нравится, а через несколько минут будет нравиться еще больше. А если Одноглазый не напиздел, то ты вообще рискуешь расслабиться и возлюбить свое существование во всех его аспектах. Вместе с блядским краном и скрипучей лестницей. И эрроловой Сарой, хотя нет, здесь даже одного пакета будет мало. Но пока – хуй с ней.

- Да, она тоже по тебе пиииздец как соскучилась, - многозначительно шуршишь пакетом, кидаешь окурок в банку, спускаясь, наконец, на пол, и коротко здороваешься с Декстером, на секунду перехватывая его руку и ощутимо хлопая ладонью куда-то между лопаток, - Хули ты вообще сидишь дома, играешь в примерного сынулю?

Вы проходите в комнату, служащую вашей компании гостиной, и ты плюхаешься на видавший виды диван, обшитый потертой тканью в мелкий цветочек. Под задницей что-то громко хрустит, ты материшься и привстаешь, отшвыривая в сторону измятую бутылку из-под Маунтин Дью, а потом садишься обратно. Пакет с травой почти бережно ложится на заваленный хламом журнальный столик, среди которого ты с профессиональной ловкостью находишь бумагу, мимоходом стряхивая с нее засохшую корку от пиццы.
Уютно тут у вас, блять. Атмосфера дома.

Отредактировано Jack O'Reilly (2015-09-09 18:14:04)

+3

5

[float=right]https://media.giphy.com/media/MMRhoLXqzpQQM/giphy.gifИ я продолжаю жить в говне
Ты хоть бы день сумел прожить на дне,
Так что не втирай мне про духовные ценности
Лучше подскажи мне дорогу из бедности
Но не такую как у всех вокруг, мне
Срать на мнение друзей и подруг, yeah
И ты еще спроси зачем я бэтлю
Тут уж либо баттл-рэп, либо на шею петлю
[/float]Когда дело касается травы, все уговоры излишни. Попросту не нужны, ибо я всегда "за". Хорошая компания есть, Машка - тоже, что еще нужно для знатного релакса. Возможно, я бы не был так увлечен дурью, если бы моя мать не стремилась сделать мою уебанскую жизнь еще более отвратительной. Никогда не смирюсь с тем, что мой ровесник регулярно трахает ее. Это же пиздец, друзья, мамоебство - это совсем не круто, когда не ограничивается пацанскими возгласами "я твою мамку ебал" в процессе драки. С косяком жизнь разом становится намного лучше, потому что проблемы отходят на задний план, где им самое место. Правда, когда эйфория проходит, ты снова возвращаешься к этим проблемам и мечтаешь о смерти человека, который, если так подумать ничего плохого тебе не сделал. Подумаешь, трахает твою мать. Не без ее согласия ведь.
Наверное, правду говорят, что воспитание детей нужно начинать с воспитания самих себя. Все-таки от березы и осинки не родятся апельсинки и все такое, а мать у меня, прямо скажем, не подарок. Вряд ли я смог бы стать великим ученым или охуеть каким пиздатым политиком, наблюдая за тем, как мать барахтается в собственноручно вырытой яме, даже не пытаясь вылезти из нее наружу. Глядя на этот живой пример перед глазами, я не чувствовал прилив сил и желание добиться большего, чем она, выбиться из низов и достичь каких-то высот в своей жизни. Блять, да мне же девятнадцать, все, о чем я сейчас думаю - это пьянки, травка и девочки. Иногда вспоминаю о роли хорошего сына, подрабатываю, чтобы помочь маме, таскаю за собой сестрицу, но не мечтаю о великих свершениях и грандиозных достижениях, искренне не понимая тех подростков, из которых амбиции так и прут, только затронь тему будущего. К счастью, число долбаебов и распиздяев в нашем обществе превалирует и ничто не заставляет тебя чувствовать себя белой вороной без будущего среди всех этих будущих Эйнштейнов, Авраамов Линкольнов и прочих великих людей. Большинство из нас сдохнет ноунеймами. И хер с ним. Хотя, за сестру обидно. Малая заслуживает лучшего.
Каррент муд: накуриться с Джеком, поднять на уши остальных друзей, устроить междусобойчик в ближайшей подворотне и отпиздить кого-нибудь. А почему бы, собственно, и нет. Дома у Джека мне нравилось больше. Нет, у него не было там чего-то особенного, о чем я всегда мечтал и никогда не получу и, тем более, он не был намного богаче: мажоров в этом районе точно нет. Разве что, те отчаянные, что решили проводить до дома дурнушку-подружку, но их быстро отсюда выпроваживают. У О'Рейли мне было легче находиться. Сюда не заявится "отчим", здесь не пахнет дерьмом, которое готовит моя мать, здесь нет сора, который мы не выносим из своей избы. Я будто бы перехожу рубикон, переступая через порог своего дома, хоть, в моем случае это не точка невозврата, потому что рано или поздно, я-таки возвращаюсь обратно.
- Кто же, блять, если не я? Должен же кто-то следить за тем, чтобы Джой не сдохла от голода, - был за моей матерью такой грешок. Если бы органам опеки не было насрать, ее лишили бы родительских прав еще до рождения мелкой. Ей почему-то всегда было важнее накормить мужика, чем ребенка. Потом она рыдала, извинялась, пыталась загладить вину, покупая какие-то стремные игрушки на центы, выигранные в лотерею. Мать года, воистину. Однако, все же мать, какой бы хуевой она не была. Ее я мог терпеть. Но не ее страсть к молодым мамоебам.
Заставлять меня чувствовать себя здесь как дома не нужно. Следом за другом я прошел в комнату и по-хозяйски плюхнулся на тот же диван, не задавая лишних вопросов взял бумажку и насыпал на нее травы. Самокрутки мы уже давно могли мастерить наперегонки, талант не пропьешь, епта.
Обслюнявил бумажку, закрутил потуже и внезапно вспомнил про других долбаебов из нашей песочницы.
- Сегодня курим на брудершафт или остальные уже в пути? - кажется, я что-то слышал про телочку Эрра, может, мне даже говорили, есть ли у Джима какие-то дела на этой неделе, но в одно ухо влетело, в другое вылетело, поэтому повторить и закрепить лишним не будет.  Хотя, баба одного и дела другого - помеха для нас лишь на первое время. Немного повысить градус неадекватности и мы устремимся в бой против сисек за внимание брата, братана, братишки. Нельзя просто взять и отказаться от травы и своей компании, просто потому что... Как ее там... Саманта? Стефани? Нет, что-то простое и короткое. Сара? Да, наверное. Впрочем, неважно. Когда наши четыре стены заполонило брагоухание госпожи Джейн, вообще все резко стало неважно. Мозг заранее получил команду отключиться и не думать о "но", "если" и так далее. Режим похуизма включен, остальной мир делаем чуточку потише.

+1

6

Ухмыляешься и издаешь звук, похожий на насмешливое мычание, который трудно интерпретировать как-нибудь внятно, но не похуй ли? Вообще Декс вроде как молодец, заботится о своей сестре, причем не ограничиваясь тем, чтобы на мелкую не залупались какие-нибудь придурки вроде вас самих, а еще и возится со всякой херней типа еды, одежды и хуй знает, что там еще требуют дети. Практически лучший из вас, хотя вершина пьедестала прочно занята Уэйном и его зубодробильной положительностью, от которой тебя иногда воротит и практически тянет блевать, но зато этот белобрысый уебан честно занимает вторую строчку. Может, это поможет его мелкой стать нормальным человеком, но ты сильно сомневаешься, что жизнь вне узких улочек Чарльзтауна как-то связана с регулярным питанием. Да и зачем куда-то выбираться, разве здесь и сейчас – не настоящая жизнь?
Ты едва ли в состоянии представить лучшую.

Зато можно добавить красок в ваши несправедливо серые будни. Вот сейчас еще немного, еще буквально пару минут – и обида, неприятно оттеняющая нездоровый энтузиазм подростковой чарльзтаунской ебанутости, растворится в сладковатом дыму почти без остатка. Запах трав заползет в мозг, разольется по легким и мышцам, наполняя их охуительно легкой усталостью, и станет просто восхитительно похуй. Поооохуй. При благоприятном для всех стечении обстоятельств, конечно. Предполагается, что травка должна расслаблять так, чтобы ни на какие приключения на свой еблет уже не оставалось ни сил, ни желания – зачем куда-то дергаться, когда и так хорошо? Но ты же упорный, слишком злой и упрямый, и, к тому же, располагаешь парой заныканных бутылок дешевого высокоградусного поила где-то под покосившейся кухонной раковиной. Мешать алкоголь с дурью – кто сказал, что идея херовая, на твой вкус самое заебись, чтобы догнаться до нужного состояния, в котором особенно весело пиздить случайных прохожих, за каким-то хером забредших в ваш неспокойный район холодным февральским вечером. Можно и на свежую голову, но ощущения совсем другие, а сейчас ты настроен творить хуйню не напрягаясь. Без четких планов, распределения ролей и неясно кем и когда возложенного на тебя лидерства – просто хорошенько отдохнуть. В конце концов, вы ж наверняка это заслужили.

Травка сыпется на бумагу, придерживаешь ее кончиками пальцев, чтобы не упала куда-то на видавший виды грязный, прожженный палас под ногами. Его не жалко – жалко дурь, все-таки она не бесплатно тебе досталась, хотя и намного дешевле, чем могла бы. В Городе проще жить, когда есть связи в определенных кругах, а круги тут все сплошь и рядом определенные, да и связей у тебя немерено. Здесь твой дом, твоя малая блять родина,  хотя никто из вас не стал бы даже думать о том, чтобы хоть раз признаться в любви Чарльзтауну. Херня, какая, пустой треп, ненужные сопли блаблабла, оставьте их для газетных полос и театральных постановок – вы гордо вздергиваете подбородки, насмешливо щуритесь, сплевывая сквозь зубы, но все-таки любите его. Он дает вам то, что не успели, не смогли, не захотели дать предки, он растит вас, беспризорных щенков, и учит скалить зубы, учит рычать и впиваться в незащищенные глотки, перегрызать позвонки и рвать сухожилия. А вы в ответ готовы отстаивать право называться его сыновьями, разбивая головы чужакам о старый потрескавшийся асфальт и возвращаясь домой каждый гребаный раз, как далеко бы не забрасывала вас сука-жизнь. Что бы ни случилось.

Но это все лирика – хуй с ней, такие мысли не водятся в твоей голове, такие мысли – что-то слишком высокое, ты не умеешь так, да, наверное, никто из вас не умеет. У вас все проще, как сейчас: есть старый, продавленный диван, есть заваленный хламом столик и одинокая лампочка под потолком, есть пакет дури и друг, чтобы этот пакет по-братски разделить, и нахуй что-то еще, да? Нахуй.

Замечаешь на пальце кривое грязное пятно – наверное вымазался об окно, но не собираешься что-то менять: без особой надежды пару раз трешь пальцы друг о друга и забиваешь болт. Вставать и тащиться к раковине, чтобы помыть руки перед тем, как накуриться? Вот именно, Джеки, нахуй надо, когда у вас уже готовы туго свернутые косяки, остается только прикурить – и можно улетать. Щелкаешь крышкой потертой временем и карманами отцовской зажигалки с изображением ирландского флага, добывая скупой дрожащий огонек, подкуриваешь и делаешь первый пробный вдох. С обратной стороны металлической коробочки твоей собственной рукой вырезана кривая буква «J», потому что в восемь лет это показалось охуенной идеей, а поверх облупившейся трехцветной краски несколькими годами позже – пара полос, «fuck» и рисунок, смутно напоминающий член. Чарльзтаунский патриотизм, хули. Во всей своей красе.

- Ага, - даже четыре затяжки забористой дурью подряд не выбивают из твоей интонации неодобрительно-издевательские ноты; кривишь губы и запрокидываешь голову назад, стукаясь затылком о стену, - Этот узкоглазый пиздабол съебался к своей телке, че-то у них там… любовь блять, - машешь в воздухе зажатым в пальцах джойнтом и морщишься, не считая нужным скрывать свою досаду. В конце концов, твое недовольство разглядел бы даже слепоглухонемой идиот, а Декс-то нормальный мужик, и знает тебя уже лет пятнадцать, чего тут мазаться.

- Этот, - еще раз машешь, уже в другую сторону, имея в виду Джимми, - Мутит что-то со своими, эта, - мотаешь головой назад, в ту сторону, где находится дом единственной леди блять в вашей компании, и ощутимо проезжаешься бритой макушкой по выцветшим обоям, - Хуй пойми где шляется… Ну их нахер.

Действительно – нахер. Медленно и со вкусом затягиваешься, выпуская густой мягкий дым через ноздри, насмешливо хмыкаешь и облизываешь губы. Еще затяжка, еще, еще. Охуенная все-таки трава, Одноглазый свое дело знает, надо будет запомнить на будущее, тем более что будущее обещает быть красочным: вам по девятнадцать лет, на всю команду – ни одной ходки, а это означает, что всем охуительно везет.
Это означает, что дальше будет только лучше.

- Че, этот уебок до сих пор с вами живет? – в обычном состоянии чистого рассудка ты бы не стал задавать таких вопросов, потому что не твое дело, но сейчас с вами тут Мэри Джейн и можно позволить себе потрепаться обо всякой хуйне, пока градус расслабления не превысит норму, после которой уже не сидится дома и охуеть как тянет навстречу какому-нибудь пиздецу. Но пока еще можно поговорить и сделать вид, что вы умеете отдыхать культурно. До поры.

+2

7

Нет игры больше месяца. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » so what we get drunk, so what we smoke weed