Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » И не дрогнет ракетка...


И не дрогнет ракетка...

Сообщений 1 страница 20 из 29

1

Участники: Helen Hamming & Livia Andreoli & Adam Gauthier
Место: Сакраменто, центральный теннисный корт высокого качества
Время: 3 марта 2015 года, утро-день.
Тепло. Очень тепло. Не по-мартовски.

Андре Агасси, Роже Федерер, Рафаэль Надаль - сколько на свете знаменитых теннисистов? Штеффи Граф, Серена Уильямс, Жюстин Энен - а сколько знаменитых теннисисток? В общем, ни к одним, ни к другим те люди, что собрались играть в теннис на открытом корте в парковой зоне города, не относились. Но и свело их вместе вовсе не мастерство, ведь каждому достаточно было получить удовольствие от совместной игры и, конечно же, совместного общения. Только когда, скажите на милость, все у таких людей шло гладко?

Отредактировано Adam Gauthier (2015-02-20 16:55:27)

+3

2

*внешний вид

Я способна неплохо предвидеть ход игры,
и у меня хорошая реакция на мяч, потому
что я в своей жизни сыграла множество матчей.
© Хингис

Как у повара главное оружие - нож, так и у теннисиста - хорошая, качественно прошитая ракетка, с идеальным балансом, выполненная из легчайшего металла. Это ли не счастье, держать в руках такое произведение искусства. Даже играть может быть жалко! Но зачем же еще нам дары мира, если не затем, что бы пользоваться ими? Хелен снимала с себя платье, в котором пришла в клуб, что бы переодеться в нечто более подходящее для корта. Уже зашнуровывая на ногах кроссовки, женщина окинула взглядом женскую раздевалку. Народу было не очень много. До назначенного времени - встречи с Ливией оставалось около четверти часа, а значит можно было выпить чашку кофе и поздороваться со здешними, которые, несомненно, развлекались в баре клуба.
Миссис Хэмминг, закинула на плечо футляр с ракеткой и парой шаров.
В помещении было не многолюдно, но и не совсем пусто. Играла легкая музыка - кажется, джаз. Стол, стоящий ближе к окну, о чем-то громко спорил. Кажется, они не могли решить, кто же сегодня выиграл. Молодой человек в желтой поло просил реванша у молодой девушке с черными волосами, забранными в конский хвост на затылке. Та жеманно улыбалась и явно было смущена. Но не настолько, что бы так переигрывать.
От острого взгляда Хелен не ускользнуло той детали, что они находятся на стадии, когда отношения еще не наступили но вот-вот все "сойдется". Она ловко мазнула по лицам обоих и улыбнулась - заговорщически по-доброму, словно благословляя парочку. Так может поступить только совершенно незнакомый человек. Не потому что знает вас, а потому что чувствует - что-то может получиться. 
Официант очень быстро принес заказанное капучино и поинтересовался:
- Может быть что-то еще? - но получив мягкий, но прямой отказ - удалился.
Приятно было вспомнить о своей прошлой жизни. Прикоснуться к той, давно закрытой странице, которую поклялась больше не тревожить. Воспоминания пришли сами собой.

Здание частного теннисного корта
сентябрь 2000 года

- Ты подаешь как девчонка! - смеялась Хэлен, который раз парируя удар своего супруга. Шел погожий осенний день, который они смогли провести вместе. Их брак уже давно не был таким идеальным, и претерпевал совсем не лучшие времена, но женщина была верна себе и старалась казаться сильной. - Давай, чему я тебя учила, - улыбалась она.
Эдриан - высокий британец в теннисном костюме и идеально уложенными волосами нервно постукивая мячик ракеткой о пол открытого корта. По его внешнему виду и выражению лица можно было точно сказать - он раздражен. Поэтому, ничего не ответив, ловким ударом мистер Хэмминг посылает мячик прямо за сетку в зону, где Хелен не может его отбить. 3-2 Эдри ведет счет.
- Тайм аут, - раздраженной бросил он и пошел к столику - налить себе лимонада. Хелена последовала за мужем.
- Милый, что-то случилось? - мягко спросила она и положила тонкую ладонь на плечо мужчины, но получила только холодный взгляд и резкое движение вбок. Рука безвольно хватанула воздух и повисла вдоль туловища.
- Прекрати, Хелен. Ты думаешь, что наш брак все еще можно спасти? Я изменяю тебе, а ты ведешь себя так, словно ничего не происходит! - он стал повышать голос и Хелен была вынуждена:
- Тише, нас могут услышать, Эдриан, - ее голос стал более металлическим, жестким, глаза застыли и затуманились, - поговорим об этом дома, не устраивай сцен, - закинув на плечо ракетку, миссис Хэмминг покинула корт, что бы отправиться домой.

Сколькое она терпела! Свидетелем скольких сцен стала. И почему было не уйти раньше, когда Хелен могла позволить себе отсудить часть состояния и остаться в прибыли, а не распродать все имущество в счет долгов мужа, коих тот наплодил в огромном количестве?
Из задумчивости ее вывело появление в комнате Ливии, которая вела с собой незнакомого Хелен мужчину. С этой прекрасной женщиной они познакомились в опере на прошлой неделе. Разговорились, а когда Ливия выразила желание попробовать себя в большом теннисе, то Хелена не смогла отказаться. Ракетку в руках женщина не держала уже очень давно. Так что это был лишний повод поразмять мышцы и почувствовать, что ты не только существуешь как рабочая лошадь, но и как человек.
- Добрый день, - она поднялась и приобняла мисс Андреоли. - Очень рада тебя видеть. А вы? - взгляд американки "ухватился" за незнакомца.

+3

3

Со спортом Ливия никогда особо не дружила. Вот со спортсменами - это другое дело. В старшей школе она даже встречалась с капитаном их баскетбольной команды. Период этот был, правда, недолгим, но зато ярким. Ее эффектная внешность и крепкое телосложения парня в купе с внушительным ростом делали из них завидную пару, что так или иначе становилась предметом обсуждения на многочисленных вечеринках. А, как известно, ажиотаж вокруг ее персоны всегда тешил самолюбие Лив.
Что касается тенниса, то играть она научилась еще в детстве, на секции, куда отдали ее родители, но занятие это наскучило ей сразу же, как только она смогла правильно держать ракетку и направлять мяч по нужной траектории, а потому вскоре его бросила, отдав свое внимание какому-то новому увлечению. С тех пор ракетку в руки она брала раза два, может, три, не больше, и когда Хелен (приятная блондинка, с которой они познакомились накануне в театре) предложила как-нибудь составить ей компанию за игрой, то Ливия сочла это за прекрасную возможность разнообразить свои будни и пообщаться с человеком, далеким от борделей, шлюх, убийств, вымогательств и прочей чернухи, коей была наполнена ее жизнь все последние годы.
Переодевшись в белые шорты и красную майку-поло, она завязала волосы в хвост и сверху надела кепку, которая должна была спасать от нещадно палящего сегодня солнца. Собственной ракетки у нее, естественно, не имелось, а потому пришлось взять в аренду то, что предлагал клуб. Не особо разбираясь в натянутости сетки, она взяла первую, что попалась, и собиралась двинуться к бару, где ее должна была ждать Хелен, но ее остановил пристальный взгляд какого-то носатого мужика, отиравшегося в холле. Кокетливо стрельнув взглядом в его сторону, она улыбнулась и тут же поспешила отвернуться, сделав вид, что проверяет ракетку - тактика, которая работала для завлечения сильного пола практически безотказно. На этот раз, однако, над новым кадром задумалась уже она: лицо его казалось Ливии очень знакомым, и она снова перевела на него взгляд, на сей раз более заинтересованный и внимательный.
- Мы нигде не встречались? - спросила прямо, чуть прищурившись. Оставалось надеяться, что знакомство их пошло не из "Парадиза", иначе о работе забыть так и не удастся.
- Гавайй, - напомнил мужчина, - лет эдак восемь-девять назад...
- Точно... - выдохнула она, явно шокированная услышанным. - Ну надо же! - по правде, она не знала, что сказать, а потому просто развела руками в немых попытках выразить свое удивление от встречи. Она помнила того парня, который вроде как пытался за ней приударить на курорте: кажется, предлагал ей коктейль в баре, сыпал какими-то историями, в общем старался привлечь ее внимание ровно до тех пор, пока на горизонте не замаячил Марчелло, с которым Ливия как раз и отдыхала. Объяснять появление явно недовольного компанией супруги гангстера (пусть он на сей раз и был без кастета и оружия), долго не пришлось - новый знакомый смылся так же быстро, как и появился, а настроение Ливии было в конец испорчено сценой ревности от Марчелло. Отпуск так и не заладился: размолвка с мужем задала тон всему отдыху (а уезжали они, помнится, как раз чтобы наладить трещавшие отношения), и с носатым парнем, носящим какую-то французскую фамилию, они хоть потом и пересекались в отеле, но дальше приветственных кивков и улыбок дело уже не заходило, да Ливия в общем и не собиралась интрижек заводить. Несмотря на любовь к легкому флирту и новым знакомствам, мужу Ливия не изменяла. До поры до времени, правда.
И вуаля, теперь этот носатый мистер стоял перед ней. - Ничего себе, вот так встреча! - она по-прежнему не знала, что еще можно сказать человеку, с которым так и не успел толком познакомиться, а потому решила перевести тему разговора в общее русло. - Давно посещаешь этот клуб? - они двинулись по направлению к бару, через который был прямой выход на корты. - Играешь хорошо?
Войдя в помещение, за столиком Ливия без труда заприметила Хэмминг, к которой и предложила подойти познакомиться.
- Привет, Хелен, - она поцеловала женщину в щеку и поспешила представить ее французу. - Моя соперница на сегодня, Хелен Хэмминг... - имени мужчины она в упор не помнила, а потому возможность представиться предпочла отдать ему, чтобы ненароком не попасть в неловкую ситуацию. - А с этим очаровательным мужчиной мы познакомились на Гавайях сто лет назад. И встретились только сейчас. Представляешь, как тесен мир! - заявила воодушевленно и перевела взгляд на француза. - У тебя есть пара сегодня? - на игру, естественно, а не по жизни, хотя и этот вопрос был любопытен - теперь-то она уже узами брака не обременена и может позволить себе кое-что большее, чем просто забавные беседы за коктейлями. Отсутствие кольца у него на пальце Ливия не отметить не могла, но тем не менее, раз уж к слову пришлось, про личную жизнь тоже решила ненавязчиво расспросить. Хелен тоже наверное интересно будет. В опере она выяснила, что та тоже успела овдоветь. - Надеюсь, не супруга? Скажи, что мы не рискуем стать снова частью скандала! - шутливо открестилась и поспешила пояснить Хелен ситуацию. - Нам тогда за беседы прилично досталось от моего ревнивого мужа... Его, кстати, сегодня бояться уже не стоит, - с легкой улыбкой обратилась к французу и поспешила опустить глаза, - да упокой Господь его душу, - вкрадчиво добавила, спешно перекрестившись.

Оффтоп Адаму: раз ты разрешил мне говорить за себя, то я рискнула наделить тебя хорошей памятью;)

Отредактировано Livia Andreoli (2015-02-21 02:22:02)

+3

4

К современности человечество придумало огромное множество самых разнообразных способов быстро, надежно и качественно избавиться от рутины собственного быта - теперь нам достаточно только этого захотеть, проявить самую малость инициативы, и мир сам распахнет перед нами все это многообразие, из которого останется только выбрать то, что подойдет именно нам. Кто-то отдаст предпочтение походу - в кинотеатр на ночной показ вместе со своим спутником или спутницей жизни, в оперу с подругой или близкими родственниками, в горы с огромным рюкзаком за спиной. Кто-то предпочитает расслабляться и отвлекаться так, чтобы не совершать никаких телодвижений - для этого нашим миром тоже представлены не менее широкие возможности. А кто-то же наоборот, всю жизнь свою проводит в относительном покое, в приятной стабильности одинаковых будней, в которых редко бывает что-то действительно новое и необычное, кроме, возможно, неординарных случаях на работе, и желает убраться от всего этого туда, где придется не только думать (чем и так необходимо заниматься в полную силу на протяжении всей рабочей неделе и, иногда, даже сверх нее), но и делать что-то активное. Не собирать поделки вечером перед телевизором в рекламном промежутке, не ваять новый светильник в гараж, а что-то более… цивилизованное? Публичное? Можно неплохо прокатиться на велосипеде по парку, можно сесть за руль любимого гоночного автомобиля и отправиться в сторону Тахо или, наоборот, поближе к побережью на все выходные, а можно запутаться в этом непомерно большом выборе и найти решение совершенно спонтанно. Например так, как сделал это Адам: не далее как намедни вечером он зашел в магазин спортивного инвентаря, где познакомился с приятной девушкой-консультантом, оказавшейся студенткой местного университета и старшей сестрой одной из студенток, часто присутствующих на его лекциях. Ее звали Холли, она была замужем уже два года и в прошлом году стала счастливой матерью - в общем-то, счастливой она была больше из-за того, что получила возможность вернуться обратно на любимую работу. Несмотря на то, что обычно к такому возрасту люди предпочитают обзаводиться более престижными профессиями, Холли души не чаяла в продаже спортивного инвентаря. В конечном итоге она помогла Адаму выбрать то, за чем он и пришел: ракетку для тенниса, с которой не стыдно будет показаться на местном корте. Свою последнюю ракетку, тот самый инструмент, без которого невозможна эта игра также, как и без мяча, и сетки, он сломал несколько недель назад и с тех пор все чаще задумывался о том, что пора бы обновить утраченное. Разговорившись с Холли, Адам понял то, что молодая женщина уже порядком засиделась на месте, прикованная то работой, то ребенком, и заметил, с какой искренней завистью она смотрит на только что проданный товар: и уже совершенно не важно, кто первым предложил пойти развеяться по-дружески на корт, главное, что они договорились встретиться здесь вместе с ракетками и отлично провести время. Так, как и должны его проводить те, кто старается сбежать от привычного времяпрепровождения. В этом два совершенно непохожих человека были полностью солидарны.
Адам добрался до корта к назначенному часу, припарковав автомобиль на положенном месте - тот самый любимый спортивный автомобиль, на котором мог бы отправиться к озеру, зоне туристического и  местного отдыха, окружной достопримечательности, или на побережье за отличным загаром и высокими по-весне волнами. В своем выборе, остаться в городе и принять вызов на товарищеский матч, он не сомневался ни минуты: ни пока крутился в раздевалке, переобуваясь в любимые кроссовки и переодеваясь в не менее любимую темно-красную футболку, ни пока караулил с новенькой ракеткой наперевес Холли, уже приславшую ему сообщение на мобильный телефон о том, что немного задержится из-за небывалого ажиотажа на дорогах. Чтобы не стоять без дела, он решил было прогуляться до бара, чтобы взять себе в игровой путь бутылку минеральной воды, однако в этот самый момент, когда пришла пора отлепиться от стены и пойти в обозначенном направлении, взгляд Адама натолкнулся на знакомую фигуру. Плохой памятью он никогда не маялся, скорее даже наоборот - всегда мог бы по-честному прихвастнуть тем, что способен узнать и вспомнить встреченного на улице человека, даже если виделся с ним последний раз больше десяти лет назад. Куда в его профессии без памяти? А куда без памяти в химии, когда необходимо помнить далеко не одну таблицу и далеко не пять, даже не двадцать постоянных формул с их доказательной базой? Вот и теперь Адам был совершенно уверен в том, что уже встречал эту женщину, пусть и помнит ее чуть более молодой, в несколько иной обстановке, при, пожалуй, кардинально иных обстоятельствах. Южная красавица, звезда гавайского пляжа, практически мечта не только всего отпуска, но и всей молодой жизни, она отдыхала вместе с мужем и этот, последний факт, был исключительно неприятным. По крайней мере, дальновидность жизнелюбивого Готье быстро увела его от опасности под именем Марчелло, и, возможно, спасла его от очередного перелома носа. Или ребер. Или шеи. Выглядел спутник жизни у Ливии довольно внушительным, склонным к быстрой расправой над теми, кто посмел показаться рядом с его женщиной. Значит, не судьба. Зато теперь встретились в Сакраменто, словно не было тех лет и той неприятной ситуации, когда он, по незнанию, пытался склонить к романтическим отношениям ту, что уже давно и, вроде бы, прочно была связана узами брака. Заметив, что женщина тоже обратила на него внимание, Адам сдержанно махнул ей рукой, приветствуя и вовсе не смущаясь прямолинейному вопросу:
Гаваи, лет эдак восемь-девять назад, — и улыбнулся в ответ. Уже не так, как раньше, в той гавайской потешной поездке - широко, радостно, ярко, а куда более скромно и спокойно, как и подобает, должно быть, мужчине его лет. Все-таки, ударило сорок два, значит и вести себя стоит соответственным образом. Хоть иногда. В порядке исключения, — вот так вот, мир-то тесен.
Повторяя жест Ливии, мужчина тоже развел руками в разные стороны: в одной была ракетка, в другой какой-то брелок, который он вертел от скуки в ожидании Холли. Занятная то была история, вроде бы сходная с одним из тех курортных романов, историй, участники которой больше никогда не встречаются - а теперь и вспоминать смешно, как нелепо он тогда себя вел. Но, в самом деле, имя этой женщины - чуть ли не единственное, что он вынес из их знакомства, случившегося так много лет назад. Имя да внешность, да то, что у нее есть способный учинить расправу муж.
Давненько, только вот ракетку сломал - купил новую, — Адам двинулся вслед за Ливией по холлу в сторону бара, к которому, видно, сама судьба решила его привести, и крутанул в воздухе ракеткой, демонстрируя приобретение, — опробовать хочу. А ты здесь не частая гостья, правда? Иначе мы бы раньше умудрились встретиться, — поскольку от его сегодняшней партнерши по игре не было новых вестей, Адам не видел ничего зазорного в том, чтобы провести какое-то время с новой-старой знакомой: ему было действительно интересно познакомиться с ней еще раз. Все-таки, сказывалась любовь к людям, — вроде неплохо, хотя, говорят, хвалить самого себя неприлично, — смеясь, закончил мужчина свою мысль, в то время как они уже приблизились к бару. Небольшое, уютное помещение с отличной вентиляцией и грамотно отрегулированной системой искусственного климата восхищало, быстро рождая желание никуда из него не уходить. Заказать себе чашечку кофе, затаиться в самом комфортном и далеком от дверей углу за одноместным столиком, и проводить время, время в покое… нет. Черта с два, он приехал заниматься спортом.
Дня доброго, — с неподдельной радостью поприветствовав незнакомую женщину, к которой подошла не менее незнакомая Ливия, Адам все-таки собрался для вежливого кивка. Ему было трудно было не заметить некоторую заминку со стороны несостоявшейся романтической пассии, но разве можно отнестись без понимания к подобному - вряд ли женщине вообще могло придти в голову как-то записывать его в своей памяти. Он улыбнулся Хелен, проявившую ответный интерес, и представился, опуская, впрочем, ставшее привычным «доктор», — а я Адам. Адам Готье,
Мир действительно был тесен. Квадратен настолько, что за каждым поворотом можно было встретить старого знакомого; но что там весь мир, если Сакраменто зачастую становился если не портом семи морей, то точно местом, куда ведет половина дорог из тех, что не доходят до Рима. Сколько друзей, приятелей, знакомых, даже недоброжелателей или потерянных родственников могли раскрыть эти улицы калифорнийского мегаполиса? Не трудно сбиться со счета.
Если она не передумала и не решила остаться дома, с мужем, то есть, — чуть неловко усмехнулся мужчина, потерев свободной рукой свой выдающийся нос, и совершенно игнорируя возможный подтекст заданного вопроса. Уж кому-кому, а младшему Готье всегда не везло с отношениями и к своим сорока двум злополучным годам он ни разу не был близок даже к формальному гражданскому браку, — у вас соревнование или товарищеский матч?
Переводя взгляд с одной женщины на другую, поинтересовался Адам: ему было все интересно. Приятные черты лица Хелен, удивительно плавные и строгие, создающие образ даже несмотря на то, что сейчас женщина была одета в спортивный костюм, превращающий ее в лихую теннисистку, способную заткнуть за пояс первую ракетку страны. Не менее восхитительная пряная красота Ливии, которую нельзя было забыть или с кем-то перепутать, уникальная в своей выразительности и тоже совершенно не подчиненная одежде. Зато вот сам он, по собственному мнению, выглядел слегка потешно с этой футболке-поло, в истинно-американском стиле, и в шортах, которые никогда не любил. До привлекательности новых знакомых ему было далеко.
Куда там, жена - я до сих пор счастливый холостяк, как в том фильме, — с юмором отнесясь к вопросу Ливии, он махнул рукой, — хорошая знакомая,с ребенком и мужем, который работает где-то в строительной компании. Нет, замужние женщины это точно не мой формат развития отношений, натерпелись,о, тот скандал. Я долго не мог оправиться от этого ощущения - бр-р, — Адам демонстративно передернул плечами, — что? Прими мои соболезнования...
Не зная, насколько давно почил угрюмый Марчелло, но не желая обидеть женщину своей неловкостью, Адам постарался ответить на это известие наиболее ровно. Он не испытал ни радости, ни охотничьего азарта, который часто посещает мужчин, на курсе у которых появилась снова свободная женщина - разведенная ли, овдовевшая. Такие люди окружали его самого повсеместно, нередко встречаясь среди клиентов клиники, и они же приравнивались даже толерантным и терпимым Готье к стае оголодавших собак. Повисла слегка неприятная пауза, которую нарушило появление нового человека в пространстве бара.
Адам! — радостный голос Холли, наконец-то получившей возможность хоть ненадолго расправить связанные семьей и работой крылья, раздался совсем рядом, от дверей бара, и Адам развернулся ей навстречу. Вопреки возможным ожиданиям, этот носатый француз и его сегодняшняя партнерша по игре приветствовали друг друга спортивным рукопожатием: Холли успела переодеться, прихватить свою маркированную ракетку, и была готова ринуться на корт в любую секунду. Она помахала рукой незнакомым ей женщинам, широко, светло, совсем как ребенок, дорвавшийся до любимой игры, им улыбаясь, и представилась, — привет! Я Холли Гейл. Сто лет не играла.
В какой-то момент Адам пришел мыслями к тому, что играть один на один это интересно и здорово, замечательно, с какой стороны не посмотрит. Но при этом играть два на два гораздо интереснее и намного азартнее. Он щелкнул пальцами и поднял вверх ракетку, привлекая внимание женщин - всех трех, в приятной компании которых неожиданно для самого себя оказался:
У меня идея! — опуская ракетку, он поочередно быстро обернулся к каждой, — Хелен, Ливия, Холли - может сыграем вчетвером? Два на два, это будет отличное дружеское соревнование. А, как вам?
На их удачу даже было свободно поле, на котором их компания никому бы точно не помешала, на что Адам не преминул указать, ткнув ракеткой же в сторону выхода из бара.
Или можем даже разбиться на команды, — стоявшая рядом с ним Холли не удержалась от аплодисментов. Впрочем, Адам был уверен в том, что этой светлой женщине в радость будет любое движение, только бы чем-то заниматься, куда-то бежать, где-то прыгать. Он и сам мечтал о подобном времяпрепровождении, — и установить приз. Например, проигравшая команда угощает победившую коктейлем?
 
вв: черные удлиненные шорты, темно-красные кроссовки, темно-красная футболка-поло и темно-красная же кепка.
NPC Холли: невысокая блондинка со средней фигурой, слегка склонная к полноте; волосы в хвосте, одета в белый теннисный костюм

Отредактировано Adam Gauthier (2015-02-22 00:11:22)

+2

5

Многие считают, что нет смысла в игре, где два человека пытаются попасть ракеткой по мячу. И, надо отметить, что это самые глупые жители этой планеты. Теннис это один из самых красивых видов спорта...ну после конного и фигурного, само собой (но все это мое сугубо личное мнение, если что).
У Хелен есть друг, спортсмен - бейсболист, который думал, что если усердно тренироваться, то ему простят проигрыш. Работа профессиональных бейсболистов — не просто играть в бейсбол. Их работа — побеждать. А когда ты ошибаешься и делаешь шаг в сторону, что бы пропустить какого-то парня на свое место - можешь знать - назад тебя уже не впустят, потому что ты станешь вторым сортом. К сожалению это утверждение относится не только к спорту, но и ко всему остальному.
Взглянем на жизнь самой Хелен. Стоитло  ее благоверному откинуть коньки в самый неподходящий момент, и оставить кучу долгов к тому же - она стала никому не нужной. Как и ее друг - бейсболист. Люди слишком жестоки. Выбирая между собой и другими - всегда выбирают собственные интересы. Или вы не такие? Да бросьте. Просто вспомните ситуации, когда кто-то просил у вас помощи, а вы не могли помочь не потому что у вас не было времени или средств, а потому что Вам это было неудобно. 
Сейчас всем слишком неудобно. Одним - жить, а другим - существовать. Но мир все еще как-то ковыляет в сторону прогресса. Строятся новые дома, изобретают новые модели Айфона и Самсунга (не сосчитать другие марки производителей), выпускаются прогрессивные модели авто, того и гляди скоро мы будем выращивать детей в пробирке, настолько отладив этот процесс, что не понадобится даже женщина. Ни как инкубатор, ни как носитель живой яйцеклетки.
Хелен улыбнулась Ливии и ее страму знакомому, как оказалось. Мужчина был довольно необычным. Точнее сказать, его внешность привлекала внимание. Глубоко посаженные глаза, тонкие губы, большой нос, грива черных, словно смоль, волос. Он представился, а за Хелен это сделал миссис Андреоли. Так что женщине оставалось только добавить:
- Приятно познакомиться, мистер Готье, - пухлые губы изогнулись в улыбке. - Гаваи у любого оставят неизгладимые впечатления, - заметила женщина и перевела взгляд с одного на другого, думая, было ли между ними что-то. Но скорее всего нет. Они вели себя не как любовники, но и не как давние знакомые. Значит и правда, дальше случайной встречи на популярном курорте дела не пошло.
- Мир, и Америка в частности, вообще похожа на большую деревню, - Хелен отставила чашку своего кофе и поднялась на ноги. Уни же тут не ради разговоров. А ради игры. Так почему бы не начать?
- Мужья вообще имеют огромную способность - ревновать свою женщину к каждому столбу, - чего нельзя сказать о моем покойном супруге, которому было вообще плевать. Иногда меня посещает мысль, что он был гомосексуалистом. Хотя...многочисленные похождения этого альфа самца говорят совершенно об обратном. О том, что он - самый что ни на есть убежденный гомофоб. - А Ливия тем временем "измеряла почву". Хелен только мельком взглянула на новую знакомую и увидела в глазах той зажигающийся азарт. Кажется, игра их сегодня ожидает что ни на есть жаркая.
Невысокая блондинка Холли, которую все ждали с таким нетерпением, наконец, появилась в дверях бара. Не заметить ее было сложно - шумная, веселая, эмоциональная - она буквально излучала жизнелюбие и те самые патриотические принципы свободы, коим учат в американской системе.   
Сдержанно поздоровавшись, Хелен с интересом приняла идею мистера Готье сыграть два на два.
- А почему бы и нет! Я очень даже не против, так будет интересней, чем томиться два на два в  узком зале, - от нетерпения женщина даже сняла ракетку с плеча и там повисла на ее запястье у бедра. - Ты как на это смотришь, Лив? - Хелен повернула свое красивое лицо к женщине и весело улыбнулась.
Получив ото всех положительный ответ, леди направилась в сторону выхода из зала, что бы предупредить тренера, удачно проходившего мимо, что они займут большой корт. Короткий разговор и вся четверка уже на площадке. Солнце стояло в самом зените, приятно грея плечи, ноги и все открытые участки тела. Хелен подняла лицо к небу, зарыла глаза и несколько секунд просто наслаждалась блаженным спокойствием, которого у нее в последнее время было не так много - работа она и Африке работа. Ей кажется, или в последнее время несчастные случаи стали происходить с людьми чаще? И почему-то эти люди становились клиентами ее фирмы.
- Итак, - Хелен привлекла всеобщее внимание к своей персоне, пока вытаскивала ракетку из чехла, - играем три сета по шесть геймов в каждом, подаем по очереди, начинаем с мужчины. - она любезно улыбнулась Адаму. - У каждого есть три попытки подать мяч, в случае если мяч не попадет в игровую зону после третей попытки, то засчитываем аут, окей? - она обвела взглядом присутствующих.

...Мы творцы. Демиурги реальности, окружающей нас. Именно мы создали её такой. Ты когда-нибудь задумывался, что мы не можем жить без повода? Нам нужен повод, чтобы подружиться, нам нужен повод, чтобы любить, нам нужен повод, чтобы просто заговорить с человеком, нам нужен повод, чтобы уснуть и проснуться. И мы мучительно его ищем, переминаясь с ноги на ногу на грязном асфальте, ковыряя пальцем душу в попытке придумать ловкие слова тогда, когда хочется просто подойти и сказать: привет, давай поговорим? Просто так. Потому что у тебя красивые глаза. Потому что уже осень, а вместе теплее. Потому что мы просто люди и смотрим в одно небо. Потому что каждая душа человеческая — индивидуальна, неповторима и прекрасна, и не хватит жизни, чтобы узнать каждую, но так хочется...

Отредактировано Helen Hamming (2015-02-22 20:26:47)

+2

6

- Я здесь вообще первый раз, - призналась французу, пока они шли на встречу с Хелен. Украдкой Ливия не переставала рассматривать мужчину и не без сожаления признавать, что годы бегут нещадно быстро. Когда встречаешь человека, которого не видел много лет, то предательская россыпь легких морщин у его век заставляет вспомнить о том, что и тебе уже не двадцать. И вряд ли эта новость сумеет кого-то приободрить.
Старый знакомый представился, и Ливия тут же уверенно кивнула, то ли Хелен, то ли самой себе, как бы восстановив в памяти его имя. Не помешало бы как-то ненавязчиво напомнить ему и свое.
- О нет, упаси Боже от соревнований с этой женщиной! - с преувеличенным ужасом ответила на вопрос Адама и негромко засмеялась. - Судя по тому, как часто Хелен играет, такому новичку, как я, в борьбу с ней лучше не вступать. - Ливия в принципе никогда не относилась к играм серьезно и не рассматривала их как возможность продемонстрировать свою силу или смекалку. В первую очередь, для нее они всегда оставались просто развлечениями, хотя и определенного азарта она тоже не была лишена. Но азарт этот обычно в ней дремал ровно до тех пор, пока на кону не оказывалось что-то воистину ей интересное и небезразличное.
- Ну Адама вряд ли можно принять за столб, - с легкой улыбкой возразила она Хелен на ее замечание относительно ревности и взглянула на Готье, - поэтому Марчелло тогда и взъелся на нас. А вообще какие отношения без ревности, правда? - Ливия прекрасно знала и свою натуру, отнюдь не лишенную чувства собственничества. Своими мужчинами она предпочитала владеть безраздельно. Именно поэтому, кстати, и старалась никогда всерьез не связываться с женатыми. Ну и измены Марчелло, с которыми она ничего не могла поделать, в свое время обижали ее до глубины души.
- А ты прими мои поздравления, - быстро ответила уже Адаму, услышав его сожаления от смерти Марчелло. - Не знал, что холостые мужчины живут дольше женатых? - интригующе подняла брови. - А все потому, что их некому доводить до инфаркта, - про то, что именно такими вдовушками являлись и они с Хелен, добавлять уж не стала, Адам и сам вполне мог прочесть подтекст брошенной шутки. То, что Хелен в момент смерти супруга была на грани развода, Ливия успела узнать еще в антракте на опере, поэтому из своих наблюдений и сделала вывод, что счастлива в браке та тоже если и была, то крайне недолго.
Занимательную беседу прервала подлетевшая Холли, напарница Готье, при появлении которой ненароком выяснилось, что в отличие от самой Ливии, Адам вот ее имени не забыл, что не могло, конечно, не польстить самолюбию Андреоли. А новая знакомая Холли была эдаким лучиком яркого солнца, с энергией, бившей через край. Считая себя гораздо более спокойным и размеренным человеком, Ливия от таких, как Холли, уставала слишком быстро. Но вовсе не поэтому предложение Адама сыграть вчетвером не пришлось ей по душе. Внешне она конечно продолжала все так же сдержанно улыбаться и поглядывать то на одного знакомого, то на другого, но внутри начинала зарождаться паника. Она так давно играла в теннис, что уже и правила толком не помнит, что уж говорить о хороших подачах! И если упасть в грязь лицом перед женщиной она не боялась, то вот присутствие Адама уже серьезно меняло дело. Ливия терпеть не могла казаться слабее на фоне других, а, учитывая, что и Адам, и Хелен, судя по их же словам, играли превосходно, фиаско Андреоли будет неизбежным. Падать в глазах мужчины, которому когда-то была симпатична, совсем не хотелось, но возразить, однако, она ничего не успела - вся троица так активно возжелала соединиться в игре, что Ливии оставалось лишь рассеянно кивнуть и смиренно последовать за всеми на корт. Ну хорошо хоть на кон поставили коктейли, а не что-то посерьезнее, иначе Ливия напряглась бы еще заметнее. Хотя вот способности Холли тоже были пока под вопросом, а значит, вполне возможно, что шансы на победу у них с Хелен все-таки имелись.
На открытом корте солнце светило так ярко, что если бы не кепка, то играть Ливии стало бы еще сложнее. Впрочем, ей и так уже было не по себе, пока она слушала, как Хэмминг сыплет терминами, вроде геймов и сетов. Ливия вообще изначально просто поперебрасывать мяч собиралась, без всяких там соревнований, и тем более без Адама.
- Эмм... - она махнула в воздухе свободной от ракетки рукой, привлекая внимание всей троицы - хочу сразу всех предупредить, что я не играла в теннис лет десять точно и, думаю, неплохо бы сначала размяться... - и напомнить правила. - Может, пока пробные подачи сделаем? - не очень уверенно предложила она.

+3

7

Даже самое вкусно приготовленное блюдо, в котором учтены все кулинарные предпочтения того, кто его собирается есть, которое выполнено безупречно с точки зрения технологии, в котором нет ни одного лишнего грамма и ни одной случайно попавшей в него крупицы того, что не соответствует рецепту - даже его невозможно испортить также грамотно подобранной приправой, способной возвести вкус и качество готового блюда до невиданных прежде высот и снискать вместе с ним высшую похвалу кулинарного критика. Соревнование - вот та необходимая. великолепная, популярная приправа, которая делает спорт насколько интересным и увлекательным событием как со стороны участника, так и со стороны зрителя. Дружественное, товарищеское, конкурсное, за награду, за деньги, за известность - любое спортивное мероприятие вне зависимости от его направленности, от вида выбранного спорта, от участников и их стремлений, всегда предполагает некое соревнование: им может стать даже игра с самим собой. Адам любил это ощущение, этот подъем, который ощущается от одного только предвкушения: побить предыдущий результат, поставить новый рекорд, оказаться первым, обогнав своего соперника. Но даже проиграть, уступив лишенные помпезности лавры победителя своему конкуренту или лучшему другу, было неплохо: это время не было потрачено зря, оно так или иначе принесло свои результаты и дало пользу. Без поражений нет побед, даже если вопрос касается всего лишь товарищеского матча в теннис, а потому Адам был настроен исключительно позитивно на предстоящую игру. Он был уверен в своих силах, в своем мастерстве и знаниях, однако не задумывался ни о победе, при которой ему и Холли достанется пара коктейлей, ни о проигрыше, при котором им самим придется выложиться на угощение для Ловии и Хелен, хотя сам же несколько минут назад выдвинул недвусмысленное предложение. Просто приправил игру той пряностью, к которой всегда испытывал пристрастие, и постарался поделиться ею с другими: ему было достаточно уже того, что его затею поддержали.
Впрочем, не так радостно, как ему бы хотелось. Адаму показалось, что Ливия оказалась не совсем довольной тем, что большая часть собравшихся единодушно проголосовала за то, чтобы снять корт побольше и побегать по нему подольше, но, не зная причины, он решил не засыпать женщину вопросами. Кроющаяся в том, что парой минут ранее женщина призналась в своей неопытности в отношении этой игры, причина не была для Адама ответом на возникший вопрос - вот, может быть, скрывалось за этим что-то другое, что-то более интересное. Боязнь показать свою слабость в чем-то? Она не похожа на тех, кто станет терзаться по таким глупостям. Причина только одна и она - в том, что Ливия действительно не имеет такого опыта игры в теннис, как Хелен. Да и я неплохо играю, и Холли увлечена уже не первый год - кому будет приятно ощущать себя в числе отстающих? Непосвященный в клане гиков.
Не очень похоже на правду, — поддерживая вопрос о холостяцком долгожитии, он с сомнением усмехнулся, — вроде бы дом, уют и семья. А то ведь, когда скачешь, как горный сайгак, — мужчина изобразил ладонью в воздухе ступенчатое движение упомянутого копытного зверя, — не нервов никаких, ни здоровья не хватит. Инфаркт это хотя бы быстро и иногда даже без последствий, — на тоскливой ноте, но с позитивными интонациями в голосе, Адам словно подвел черту этому вопросу. Ведь, признаться самому себе честно, Ливия до сих пор ему нравилась: только первый взгляд на женщину, первые секунды узнавания, первые слова, а у него в голове промелькнули приятные, пусть и омраченные впоследствии, воспоминания, и в груди проклюнулось то теплое чувство, которое описывают люди как то, что испытывают к тем, к кому так или иначе трепетно относятся. Не испытав возбуждения или влечения к чарующей итальянке, Адам не мог не заострить свое внимание на этом странном чувстве: вроде бы, виделись совсем немного. Молод он был тогда, не бит еще толком жизнью, не претерпел тех изменений, что случились за девять лет. А все ж таки погляди, насколько увлекся. Может быть, тому виной увлеченность Италией, болезнь, не отступившая с детства? Предприимчивая Хелен, по всей видимости загоревшаяся идеей - у Адама даже на душе легче стало, ведь кому не будет приятно, что его поддерживают с такой искренностью - уже успела переговорить с пойманным на пути тренером и открыла им всем путь на большой корт, щедро залитый солнечными лучами. Адам шел по прорезиненной поверхности, слегка подпрыгивая на каждом шагу и размахивая ракеткой, как крылом - вверх-вниз, вверх-вниз. О чем-то щебечущая Холли, разумеется, перешла на его сторону поля, восторженно озираясь по сторонам и не сумев удержаться от того, чтобы не потрогать сетку. Ей все было интересно. Куда там до приправ, если человек так увлечен пустым блюдом? Восторгов партнерши по игре Адам не разделял, хотя и был явно доволен тем, что находится сейчас на корте, а не на своем рабочем месте. Свежий воздух, отличная погода, прекрасная компания милых дам - все, как на подбор, красавицы, что можно сесть на прогретое покрытие и любоваться. Впрочем, отметил про себя мужчина, обозревая окрестности из-под подставленной ко лбу “козырьком” ладони, в его вкусе была только Ливия. Он находил Хелен приятной особой, хотя до сих пор успел перекинуться с ней только парой фраз, что собирался в дальнейшем наверстать. Опять же, она разбиралась в теннисе и явно не боялась воспользоваться своими знаниями уже сейчас, рассказывая об их частных соревновательных правилах. Сыграть с ней один на один, в полную силу, в высоком темпе, как с достойным противником, было бы очень увлекательно.
Как скажете, dame! — изображая шутливый реверанс, Адам прислонил ракетку к голове, а после сделал ей пасс в воздухе, словно бы широкополой шляпой, — с погодой нам повезло, а?
Подойдя к краю корта, он выкатил по нему мячик сочно-зеленого цвета, хлопнул по нему сверху ребром ракетки, добиваясь подскока, и, чуть наклонившись, поймал в ладонь.
Хорошо, — да и кто бы стал настаивать на чем-то ином, если человек прямо предупреждает о том, что с игрой ему придется знакомиться заново? Адам несколько раз подбросил мяч в воздух, поймал на ракетку, жонглируя, пока зазевавшаяся Холли старательно наклонялась и потягивалась из стороны в сторону, чтобы поскорее размяться перед игрой, — Хелен, ты часто здесь бываешь? Есть абонемент или просто редкое хобби?
Наконец, все разместились на своих сегментах корта: все гораздо проще, чем в футболе. Главное, не мешать друг другу и самому себе, о чем Адам поспешил напомнить вставшую слишком близко Холли. Она, пусть и была опытным игроком, уже изрядно подрастеряла свои навыки в быту и семейности.
Раз, два, — громко объявил единственный на этом корте мужчина, подбрасывая мяч в воздух и отправляя его в длинную подачу в сторону Ливии, не приложив к удару много силы, но, все-таки, достаточно ощутимо добавив игровому снаряду скорости. Идея опробовать игру пробными подачами ему понравилась, но вот так, с разу, вспомнить, как контролировать на подаче руку, было тоже непростой задачей, — хоп!

+2

8

Игра всегда была для нее чем-то большим, чем обычным метанием мяча из стороны в сторону. Когда Хелен узнала про измены супруга - теннис, единственное, что спасало ее грешную душу от самых опрометчивых поступков. Было грустно - на корт. Хотелось все бросить и уйти - на корт. Котелось напиться в стельку и застрелить собственного супруга - снова на корт. Только там она чувствовала себя по-истине свободной от всего. От предрассудков, от желаний и от ненависти, которую порождало ее, казалось бы, такое широкое сердце, готовое вместить в себя даже того, кого она должна была ненавидеть. Так что на корте в тот далекий двухтысячный год, она была постоянным посетителем. Ее знал по имени каждый тренер и каждый сменный официант в баре, где частенько собиралась местная золотая молодежь, не что бы сыграть, а что бы похвастаться у кого ракетка дороже и кто у какого модельера шил себе спортивный костюм вон тот засранец за соседним столом. В общем за годы своей страсти к спорту, Хелен видала многих людей. Ей приходилось играть с разными персонажами - среди них бывали и скучающие политики, решившие разнообразить время своего ленча, и юристы из нашумевших контор, которых так много в современном Манхэттене. Даже домохозяйки, как она сама, готовые выплеснуть наружу весь негатив. Но с виду старающиеся быть идеальными. Ведь у них все хорошо, не то что у других. Жаль, что эти леди не выговаривались. Было обидно видеть как они тайком глотают слезы в душевой кабинке.
В общем это была терапия не хуже посещения кабинета психотерапевта. Хелен проверила как натянута сетка у ракетки и оставшись довольна замахнулась ею, вспоминая хват. Воспоминания пришли к ней только со второго раза. Коварная улыбка застыла на пухлых губах. Или это был азарт? Кажется, так улыбаются люди, которые уверены - сегодня произойдет что-то незабываемое. И если бы Хелен знала, что это будет - этим вечером не вернулась бы к себе домой.
Команда у них собралась хоть куда. Их всех четверых часто и довольно уверенно играли только двое. Так что это будет похоже больше на соревнование. Кто кого - Хелен Адама или Адам Хелен. Но и девочек со счетов списывать тоже нельзя. Лив вон играла с детства, правда сейчас был перерыв - но теннис, это как езда на велосипеде - такое не забывается, даже если ты очень сильно хочешь.
- Да, бываю тут несколько раз в месяц, когда есть время. Работа отнимает кучу сил. Так что порой дотащить сюда ноги становится нелегким испытанием, - ответила она на вопрос Адама.
Ливия явно нервничала. Она запричитала, что очень давно не играла, что стоит сделать пробные подачи и Хелен согласилась, так же как и все. Тем более, что размяться стоило всем четверым.
Когда все приготовились и заняли свои позиции Адам подняла мячик и запустил его в сторону Ливии. Она сосредоточено и слишком сильно сжала рукоять ракетки, но, надо отдать должное, подачу отбила, послав ее через сетку на сторону поля, где уже переминалась с ноги на ногу от нетерпения - Холли. Блондинка была не промах и она явно знала, что делать с ракеткой и мячом. Девушка с легкостью отбила мяч, отправляя его прямо в сторону Хелен, которая без резкий движений, но с легким вздохом отправила мяч прямиком на Адама.
- Лив, расслабься, держи ракетку не так, словно это шея того, кого ты любишь меньше всего. Не пытайся видеть все. Смотри на мяч. Думай как мяч, - крикнула она своей напарнице. Почему-то Хелен была уверена, что если бы Ливия потренировалась часок-другой то вспомнила бы все премудрости этого спорта и возможно, заткнула бы за пояс даже ее саму.
Спорт помогает человеку раскрыться. Особенно ,когда у него получается овладеть тем, что он делает. Скажем, ты можешь ничего не почувствовать от одного-единственного занятия теннисом, но когда это систематический труд и когда от тебя ждут чего-то большего, чем просто хороших подач - становится понятно для чего это все.
Хелен наблюдала как отбитый Адамом мяч летит в ее сторону. Резкий взмах ракетки и мяч летит ему в ответ с довольно быстрой скоростью. Хэмминг наблюдает за ним, словно это видео и оно поставлено на замедленную съемку. Мяч летит в воздухе, переворачиваясь вокруг своей оси и преодолевая расстояние за долю секунды, которая ей кажется вечностью. Но как только сетка его ракетки касается мяча и немного прогибается внутрь от тяжести - Хейли выходит из транса и уже готова наблюдать, потому что мяч летит в сторону Ливии.

+2

9

Ливия могла привести сотню, а может и две, примеров мужчин, которые скакали по жизни покруче всяких там горных сайгаков - раз уж Адам сравнил холостяков именно с этими парнокопытными, - и здоровья им, и нервов вполне хватало не только на работу, развлечения, но еще и на множество баб, часть которых базировалась в заведении Андреоли и благодаря которому она, собственно, и знакомилась с подобными выдающимися кадрами. Так что, дом, уют и семья интересны были далеко не всем представителям мужского пола, но похвально, если Адам начал думать иначе хотя бы к своим годам... кстати, сколько ему? Лет сорок уже есть? Еще эдак годков десять и будет самое время жениться на какой-нибудь молоденькой профурсетке и начать строгать наследников - классическая схема закоренелых холостяков: оттягивать, что называется, до последнего.
Возражать на его теорию Ливия не стала, а то пришлось бы ненароком признаться, откуда берет свою статистику "горных сайгаков", а потому просто с улыбкой кивнула, мол, да, бывает и такое. С куда большей охотой, надо признать, она бы сейчас продолжила подобную светскую беседу за чашечкой кофе и каким-нибудь легким десертом, но отступать было поздно - все четверо разошлись по корту, заняв игровые позиции, а зеленый мячик уже подскочил в воздух и отправился в ее сторону, благодаря несильному удару понимающего Адама. Отбить эту подачу, впрочем, не составило большого труда, хоть и удар ее оказался слабоват, особенно на фоне последующих от Холли и Хелен.
Все трое играли заметно лучше Ливии, это было известно уже не только из теории, но и видно на практике, а осознание этого как раз и заставило женщину подсобраться и обхватить ракетку крепче. Да чем она хуже, черт побери? Не такая уж это и сложная игра! Знай себе только попадай по мячу. Главное - посильнее ударить, чтобы застать противника врасплох... вот прям как Хелен. Получалось у нее, надо признать, превосходно. В спорте важен азарт, умение разбудить в себе бойца, ведь любой спорт - это соревнование, какое бы шуточное оно не было.
Совет Хелен, брошенный ей через площадку корта, был как нельзя кстати. Только вот восприняла его Ливия как раз в противоположном значении. Женщина просила ее не так сильно зажимать ракетку, а расслабиться, но Андреоли решила, что расслабление - не то состояние, в котором она может бороться. А вот разозлиться, вспомнив о шее человека, которого ненавидишь, самое что ни на есть действенное средство. Вот уж когда просыпается огонь и желание биться! Осталось только представить такого человека, и Ливия, наблюдая за довольно неспешными перелетами мяча, начала судорожно перебирать таких в голове. Марчелло? Да нет, злость на него поросла травой, как и земля на его могиле. Гвидо? На него обида в душе все еще теплилась за то, что он заставил ее пройти через такую пытку, как убийство человека, но, подумав о Монтанелли, Ливия пришла к выводу, что все-таки такого уж сильного гнева он у нее не вызывает. Может, Майк? Он изрядно выбешивал ее в недавней поездке в Нью-Йорк... но нет, тоже не то... О! - Альтиери... - она даже нечаянно выдохнула его имя. Вот уж кому она никогда не откажется хотя бы мысленно свернуть шею или дать по роже! Просто идеальная мотивация для того, чтобы пробудить в себе зверя.
Адам уже отправил мяч в ее сторону, и Ливия сильнее сжала ракетку, ощущая, как участилось сердцебиение. Время будто бы замерло... Как в замедленной съемке она приблизилась к траектории движения мяча и сделала взмах ракеткой... За все те угрозы, что он ей не единожды наносил, за пощечину в баре, за унижение на стройке... За все...
Бам!.. Сетка заметно прогнулась. Удар по мячу был такой мощи, что Ливия едва устояла на ногах, машинально подавшись всем корпусом вслед за движением ракетки. Такого она от себя даже не ожидала - настолько резкой и быстрой оказалась передача. Правда, полетела она не в Холли, как должна была, а обратно в не ожидавшего подвоха Адама... Шокированной женщине не оставалось ничего, кроме как, затаив дыхание, наблюдать за тем, как мяч смачно впечатывается мужчине в лицо. На секунду даже показалось, что она слышит треск ломающихся костей.
Безвольно выронив ракетку из рук, Ливия со вздохом ужаса прикрыла рот ладонями и окаменело уставилась на свою жертву. Боже, только не очередное непреднамеренное... Еще одного срока она не выдержит.

+3

10

Удар. Коротка перебежка, подсечка не хуже, чем на спортивной рыбалке, и подача отправляется по ту сторону сетки, подкрученная, красивая, чтобы обвести вокруг пальца даже самую опытную ракету - но Хелен не промах, она достойная соперница в этом товарищеском соревновании и не ведется на его уловки. Удар. Отбито. Чтобы поймать мяч, нужно подпрыгнуть - и можно попытаться зарубить прием с той стороны, направив его в сторону Ливии, но зря, зря она так сильно волновалась перед игрой - если игрок способен отбить такую подачу и его мяч перелетит через сетку, не задев ее, то игрок этот на пути к своему становлению. Высокий уровень, приятно смотреть, приятно участвовать. Удар. Высокая легкая подача, скрип кроссовок по корту, отбито - на выдохе. Смотреть со стороны на игру теннисистов всегда приятно. Интересно. Увлекательно. Но просмотр игры никогда не сравнится в теми эмоциями, с тем напряжением, которое получаешь, участвуя в ней. Подача. Удар. Фол? Отбито!..
Сколько раз за свою жизнь среднестатистический мужчина, которому исполнилось сорок два года, может, также среднестатистически, получить в лицо по той или иной причине с теми или иными последствиями, а также с какой периодичностью это может происходить? За свою жизнь Адам мог высчитать не более пяти подобных раз, каждый из которых прекрасно помнил вплоть до собственных ощущений. Первые два - в детстве, в совсем еще школьный годы. Сломанный нос, взбешенный старший брат, от души побитая школьная шпана, надолго забывшая про то, как это - задирать тех, кто  с виду кажется совершенно беззащитным и одиноким. И, буквально год спустя, очередной перелом в качестве зачина на дружбу с будущим полицейским, с которым сейчас он общается практически душа в душу, лишь иногда, в качестве шутки, припоминая то, как будучи всем недовольным мальчишкой теперешний серьезный страж закона, треснул ему по совсем недавно зажившему носу. Теперь они шутили, что подобная принудительная пластическая операция сделала его сильно похожим на знаменитого шведского футболиста, играющего во французской команде. Третий удар судьбы пришелся в лицо Адама в армии и был настолько нелеп, что о нем сейчас стыдно было бы рассказывать. Четвертый настиг здесь, в Сакраменто, в первый же год после переезда в новую съемную квартиру - в качестве одного из последствий ограбления, Адам на протяжении практически месяца лечил рассеченную бровь и треснутую кость, которая доставляла огромное количество проблем не с косметической, а со вполне физической стороны. Чертовски неприятное происшествие, которое можно было воспринять как самую великую подлость того года: ведь ничего хуже тогда и не произошло. И, вот, пятый - пятый раз всего секунду назад опрокинул мужчину на корт и заставил скрючиться на нем, закрывая ладонями лихо разбитое метким ударом лицо. Снаряд, веселый зеленый мячик, словно бы не при чем откатился в сторону, мелко подпрыгивая по прорезиненному покрытию корта; его-то совершенно не смущала кровь, брызнувшая на короткий искусственный ворс.
В то время, как над котором на какое-то незначительное время повисла практически гробовая тишина, Адам успел зашевелиться, громко и очень прочувственно застонать и даже попытаться подняться, что ему совершенно точно не удалось: кружащаяся голова, наталкивающая на мысли о крепком сотрясении мозга, шум в ушах, общая контузия  и опухший, сильно кровоточащий нос были серьезными причинами для того, чтобы остаться валяться на корте. Первой к мужчине бросилась Холли, находившаяся по его сторону сетки, а значит и стоявшая ближе всех к месту спортивной катастрофы: молодая женщина припустила к упавшему приятелю сразу же, как справилась со ступором. Неожиданность произошедшего, кажется, выбила из колеи не только ее: если бы Адам мог сейчас открыть глаза, то он приятно удивился бы заботе, с которой смотрят на него Ливия и Хелен… или это была не забота, а вполне здоровый, искренний страх за его не то что здоровье, а, прямо скажем, жизнь? Стой он чуть ближе, коронный удар Ливии мог действительно стоить ему жизни. Пытаясь оторвать руки Адама от его лица, Холли что-то причитала, но, по всей видимости, с контуженным мужчиной справиться не могла: он полу-сидел, полу-лежал на теплом корте, все также держась руками за лицо и борясь одновременно с диким штормом, происходящим с ним после удара. От соприкосновения с набравшим бешеный импульс мячом у него лопнула кожа справа от переносицы - еще совсем немного в сторону, и Адам мог бы попрощаться с глазом - явно сбился носовой хрящ, а признаки сотрясения начали проявляться не только сильнейшим головокружением, но и подступившим укачиванием, от которого хотелось если не застрелиться, то хотя бы…
Адам! Адам, ты жив?!
Очень рациональный вопрос. Героиня боевика наклоняется к герою, у которого разорвано по частям все тело, нет большей части органов и, пожалуй, только одна голова лежит на пыльной дороге, трогает его лоб и обеспокоенно-нежно спрашивает: ты как, в порядке? Абсолютный абсурд, возведенный Холли на новый уровень, остался без внимания со стороны самого пострадавшего: Адам не был способен даже внимать тому, что ему говорили, не то, что отвечать.
В конце-концов, когда состоящая из одних только прекрасных дам команда спасателей оказалась около него, Адам уже снова опрокинулся на корт, на спину, прижав окровавленный ладони к месту удара, и только тихонько гундосил на одной ноте, в которой выражалось все: как же ему больно, как же ему хреново, почему именно сегодня, за несколько недель до круиза, почему именно сейчас, когда рядом женщина, охладеть к которой не удалось и за девять лет, почему именно так нелепо, как вообще получилось так, что его застали врасплох, и почему на корте нет никакого ведра со льдом, в которое можно опустить голову и сдохнуть без лишних свидетелей. Никакое медицинское образование не способно помочь человеку, слабо понимающему, что происходит вокруг и способного действовать только на абсолютном автопилоте. Впрочем, сейчас пострадавший среднестатистический мужчина и на то не был способен.

+2

11

Спорт это всегда приятно. Ты поддерживаешь свое тело в тонусе, благодаря еженедельным тренировкам. У тебя нет отвисших мышц и ты знаешь, что в любую минуту любого времени года и суток ты, именно ты - выглядишь на все сто. Так что занятия спортом дают нам не только возможно высвободить весь негатив, скопившийся за то время, которое мы отводили на перерыв (будь то день, два, три, месяц, год), но и чувствовать себя более уверенно.
Хелен была одной из тех женщин, которые чувствовали себя уверенно вне зависимости от того какой сейчас год, месяц, деть недели или час суток. Уверенность - это была ее жизненная позиция и, собственно, стиль жизни. Так что когда ей приходилось уговаривать своего очередного клиента на расширенную страховку, доводов и уверенного голоса ей было не занимать.
Когда Ливия изъявила желание сыграть партию-другую, а в перерывах выпить что-то более горячительное, чем шипучку, миссис Хэмминг решила, что это будет прекрасное завершение дня. Так что когда к ним присоединились нежданные гости, свалившиеся как снег на голову, Хейли даже не расстроилась, выказывая всем своим видом, что идея ей нравится. Да и началось все просто прекрасно. Никто не спасовал, все отбивали мяч, и, уже было вливались в игру на азарт.
Интересно, с какого момента что-то пошло не так? С момента, когда Хелен предложила миссис Андреоли свою компанию? Или с того момента, когда в баре появилось необычной, своеобразной, красоты лицо Адама Готье? В общем все главные неприятности начались в тот самый миг, когда желтый теннисный мячик, пущенный в сторону, противоположную Хелен, попал в цель. При чем так метко и так неожиданно, что эта сама "цель" не сумела сориентироваться.
Прокручивая, уже сейчас, мгновения того самого дня, Хелен все четче понимала, что дала Ливии совсем не тот совет. Ведь в момент, когда мячик коснулся ее ракетки уже было понятно - случится несчастье.
Корчащийся и постанывающий от боли Адам это было хорошо. Нет, ну в том смысле хорошо - просто он был жив, а это сейчас более чем благая весть. Вышедшая из ступора Хелен видела как Холли уже бежит к пострадавшему и старается осмотреть его на предмет жизнедеятельности. Ливия, все еще застывшая у ограды с уже опущенной ракеткой представляла собой зрелище странное. В ее глазах был испуг и страх, который американка увидела не вооруженным взглядом. Когда она пробегала мимо новой знакомой, то коснулась ее плеча.
- Иди посмотри как он там, я за мед персоналом, - конечно в здании корта были специально обученные люди, на случай вот таких казусов.
Как на зло в коридорах почти никого не было. В дальнем углу домывал пол уборщик, к которому Хелен и обратилась с просьбой, подсказать, где тут кабинет дежурного врача. Мужчина, Боб (если верить бейджу), усердно заполнял какой-то журнал, когда к нему ворвалась миссис Хэмминг в расстроенных чувствах, но собранная и адекватная.
- Там человеку плохо, случилось несчастье, мы играли и мяч случайно ударил ему в лицо. Он упал на корт, но, кажется жив, - пояснила блондинка.
- Что значит, кажется, мисс? - медик захватил с собой чемоданчик со всем необходимым и двинулся вслед Хелен, которая повела его к корту.
- Ну он двигается и стонет, думаю, что это признак жизнедеятельности. - Когда пара все таки добралась до места, вокруг собралась небольшая кучка праздных зевак. Холи и Ливия склонились над Адамом, пытаясь оказать ему первую помощь - то есть успокаивали и спрашивали где что болит.
- Пропустите, пожалуйста! Разойдитесь, дайте человеку воздуха! - громогласно объявил врач, расталкивая толпу локтями, что бы пробраться к бедняге Адаму. - Здравствуйте, я Боб, вы можете говорить, Адам? - Боб достал из своего чемодана фонарик и посветил вначале в один, потом во второй глаз. Реакция зрачков была позитивной - жить будет. Оставалось выяснить не переломано ли чего. - Куда пришелся удар? - обращался он теперь к потерпевшему.
Пока врач осматривал Готье, Хелен добралась до Ливии и приобняла ее за плечи. Женщина раскаивалась и это было заметно.
- Ты как? - она взглянула на знакомую, - ты его не убила, и это несчастный случай...но зато теперь я знаю, кто платит за выпивку, - она легонько толкнула Лив в бок, улыбаясь, что бы разбавить этот мрачный и довольно неприглядный момент.
Врач все еще возился с Адамом.

+2

12

Наверное самое ужасное во всей ситуации было то, что окаменевшая Ливия, в ужасе наблюдавшая за скрючившимся на корте Адамом, думала в первую очередь не о том, жив ли он, в сознании или нет, не покалечен ли, а о самой себе. О том, сажают ли за подобные несчастные случаи и если да, то сколько лет светит ей, уже побывавшей по ту сторону решетки. А еще о том, что подумает о ней Адам, человек, который вроде как когда-то был очарован ей, и до невозможности спортивная Хелен, наверняка уже считавшая ее безобразно ленивой белоручкой. Едва не опустившись до абсурда, Ливия даже подумала о том, чтобы воспользоваться суматохой вокруг упавшего Адама и сбежать, пока никто не видит, но вовремя взяла себя в руки и укорила за очередной приступ паники. В глубине души ведь Ливия была страшная трусиха. Несмотря на вечное внешнее хладнокровие и напускную уверенность в себе, если даже не сказать в какой-то степени наглость, она боялась таких простых и банальных вещей, что даже глупо рассказывать. Осуждение небезразличных ей людей, разочарование, предательство, потеря привычной почвы под ногами, - все это страшно пугало внешне спокойную Андреоли, которая поэтому и с эмоциями, коими, например, пышила впечатлительная Холли, предпочитала не встречаться. В общем-то, она считала, что достаточно закалена жизнью, и из равновесия ее уже мало что может вывести, но, оказывается, что ее хладнокровия все же недостаточно, чтобы калечить людей.
Словно очнувшись от глубокого ступора, она слегка вздрогнула, когда Хелен тронула ее за плечо и попросила присмотреть за Адамом, пока та сбегает за врачом. Переведя взгляд обратно на Готье, возле которого уже трепетала Холли, Лив не почувствовала ровным счетом никакого облегчения, потому как и непрофессиональным взглядом было видно, что Адаму плохо. И чем ближе она подходила, тем больше думала о том, что вспоминать за какой-либо травмоопасной игрой об Альтиери ей категорически запрещено.
- Адам... боже... ты как? - склонилась она к мужчине, полушепотом выдыхая идиотский вопрос, всем своим видом выражая сожаление. Кровь на его лице и сдавленные гнусавые стоны отвечали, впрочем, куда ярче и выразительнее. - Прости меня. Я сама не знаю, как так произошло, - в порыве выразить раскаяние и заботу, она коснулась его руки, но видя, как он скручивается от боли, и понимая, что банальное проявление заботы тут уже не спасет, ладонь убрала. - Надеюсь, это будет первый и последний удар от женщины в твоей жизни, - попыталась как-то сгладить ситуацию и пошутить, но смешнее что-то никому не стало, в том числе и ей. Тут подбежал и врач, заглушая вздохи взволнованной Холли, и разогнал их в стороны от распластавшейся на корте жертвы мяча.
Наблюдая за манипуляциями доктора, Ливии, ко всему прочему, стало еще обидно и за то, что изуродовала такого харизматичного мужчину, которому вполне возможно наложат швы, ведь переносица прилично рассечена. - Надеюсь, у тебя не намечалось сегодня никакого свидания? - подбодрила, что сказать. - Ну с другой стороны, шрамы украшают мужчину, - попыталась отыскать своеобразный плюс, пока не почувствовала как Хелен приободряюще обнимает ее за плечи. - Да уж я готова Адаму даже пластику оплатить, если он этого захочет, -  отозвалась с неуверенно блуждавшей на лице улыбкой, в очередной раз стараясь разбавить трагическую нотку. Коктейли - само собой, но вряд ли Адам в состоянии сейчас сидеть как ни в чем ни бывало за столиком и болтать о ерунде. Может, он ее уже ненавидит, в конце концов, и считает конченной идиоткой. - Никогда больше в руку не возьму ракетку, - призналась она Хелен, качая головой и глубоко вздыхая. Она и сама себя чувствовала невероятно глупо. Интересно, такие прецеденты у них в клубе вообще случались или она первая так отличилась?

+2

13

При ближайшем рассмотрении врачу удалось придти к вердикту, что травма более страшна в виду, нежели по степени своей вредоносности. Будучи неплохим специалистом и, очевидно, знатоком своего дела, Боб деловито суетился вокруг новоявленного пациента, не переставая забрасывать его требующими ответов вопросами: таким нехитрым образом штатный медик теннисного корта проверял, способен ли пострадавший находиться в разумном, адекватном и соображающем состоянии, или вот-вот бросится в объятья забытья и ему придется вызывать неотложную помощь, чтобы доставить его на больничную койку… но, все же, нет. Не придется. Кое-как, худо-бедно, но все-таки оклемавшись от контузии, Адам начал реагировать на внешний раздражитель, который представлял из себя отличный, свойский парень Боб, и даже попытался как-то облегчить его работу: как минимум, он все-таки отлепил окровавленные ладони от лица, чтобы врач смог более тщательно осмотреть место удара. Лопнувшая кожа на переносице сильно кровила, но была не такого большого размера, чтобы потребовалось накладывание швов: вытерев кожу вокруг ушиба влажной дезинфицирующей салфеткой из неотложного набора скорой пред-врачебной помощи, он щедро залил ссадину кровоостанавливающим раствором и туго затянул несколькими полосками пластыря рассеченную кожу. Постепенно вокруг ушиба начал расходиться тяжелый отек и Боб, понимая, что вот-вот лицо пациента превратится в перезрелую разбитую дыню, оперативно нырнул в свой ярко-красный чемодан с врачебными принадлежностями и вытащил из него медицинский лед - небольшую упаковку, наполненную химическим элементом, при ударе начинающим стремительно холодеть и затвердевать вплоть до полного превращения в ледяную подушку. Прекрасное изобретение человечества, настоящее гениальное применение мысли, правда, не нашедшее в быту широкого круга применения и, соответственно, потребления. Дав заледеневшую силиконовую упаковку Адаму в руки, врач четко, громко выговаривая каждое слово, указал ему куда прикладывать этот профессиональный аналог вытащенного из морозильной камеры куска мяса (или иного мороженного продукта, с помощью которого в быту экстренно лечится все, начиная ушибом и заканчивая хроническим пьянством) и как его держать. Адам послушно приложил упаковку к переносице, прислонив поверх пластырей - с краев виднелась сочившаяся кровь, но ее было значительно меньше, чем раньше, практически несерьезное количество. То ли препарат, призванный останавливать ее ток, сработал на славу, то ли ссадину достаточно было просто стянуть, чтобы она начала самостоятельно прихватываться в свеженький рубец. Уже не так важно. Боб придержал пациента за плечи, желая лишний раз убедиться в том, что тот стал способен держать спину и голову в вертикальном положении, но пока не собирается подскакивать на ноги и совершать какие-то активные действия, которые сейчас были бы довольно опасным мероприятием. Такими глупостями Адам, конечно же, заниматься не собирался: он сидел так, как его посадили, и покорно держал у разбитого лица компресс, не дающий закономерно появляющейся гематоме разрастаться до необъятных размеров.
Голова еще кружится? — пощелкав пальцами у правого уха пациента, Боб внимательно вгляделся в его лицо. Бледное, мгновенно осунувшееся, с красными разводами и пятнами - по всей видимости, последние появились в результате только что пережитого стресса - но вполне способное выражать эмоции. Адам медленно покачал головой из стороны в сторону, выражая отрицательный ответ, но врач этим отмалчиванием не удовлетворился и продолжил допытываться от пострадавшего, — Адам, в ушах еще шумит?
Снова покачав головой, мужчина чуть передвинул компресс выше, стараясь не содрать наложенные медиком повязки из клейких медицинских лент, и только после этой нехитрой манипуляции созрел для ответа; он приподнял вторую руку вверх, растопырив все пяльцы, и вполне отчетливо проговорил:
Отпустило, — чем вызвал у Боба довольную, но сдержанную улыбку. Контузия от удара была действительно сильной, а сбитая переносица даже самого крепкого человека способна погрузить в глубокий болевой шок, но и то, и другое - симптомы проходящие, а значит теперь Адаму будет становиться только лучше. Даже несмотря на то, что Боб пришел к выводу, что сотрясение от мощного удара неудачливый игрок все-таки получил, ни к чему критичному это не привело: он уже успел рассказать об этом и Адаму, и девушкам, которые подступились чуть ближе только заметив, что жертва обстоятельств действительно скорее жива, чем мертва. Будет штормить еще около получаса, с солнца стоит убраться подальше, больше пить воды, держать компресс и не делать никаких резких движений. Не волноваться - дело не дошло даже до перелома, ведь прорезиненный мяч ударился об крупный нос несколько наискось. Просто сбился хрящ, который Боб уже успел поправить сразу после того, как залил место удара наружным обезболивающим средством еще в самом начале своей спасательной операции.
Можете встать? — на этот раз какой-то особой уверенности Адам не испытывал, но все-таки решил утвердительно кивнуть. Одной рукой опираясь на Боба, а другой держа у лица ледяной компресс, мужчина медленно поднялся с корта, встал, болезненно горбясь и почти не сохраняя равновесия из-за накатившего головокружения. Тут же подскочила маленькая Холли, вцепившаяся, как спасательными канатами, в него руками - она стояла ближе всех, а потому имела больше всего шансов оказаться рядом с пострадавшим в ближайшие сроки, чем и не помедлила воспользоваться, — хорошо, — лаконично прокомментировал док обстоятельства, и обратился к женщинам, отвлекшимся на разговор между собой, — кто-то сможет с ним посидеть в комнате отдыха? В больницу ехать не нужно, но отдых не повредит. Там есть диваны, — Боб указал в сторону общего здания корта, где действительно неподалеку от раздевалок и душевых находилось приятное, закрытое помещение для тех, кто желал передохнуть от игры в горизонтальном положении. Да, не самый рациональный выбор с точки зрения пользы для здоровья, но чем бы клиент не тешился, лишь бы деньги нес, да не калечился… с последней задачей сегодняшние игроки, очевидно, не справились. Шатающийся Адам, которого все еще поддерживали руки врача, попытался изобразить улыбку победителя, побитого, но не сломленного, и потерпел фиаско - любое мимическое движение отзывалось глубокой, острой болью в переносицу, дублирующейся в затылок. Отвратительное ощущение. Захотелось попросить еще немного обезболивающего, но врач уже убирал свои инструменты скорой помощи обратно в чемоданчик с яркой расцветкой - наблюдая за процессом, Адам не сразу пришел мыслями к тому, что Боб, этот славный парень, сидит на корточках в некотором отдалении и у него заняты обе руки, которыми он, логически, не может его теперь поддерживать. Нет, чуда не произошло - ушибленный мячом француз не начал стоять прямо и ровно, так, словно бы ничего вообще не произошло, так, комариный укус. Он все еще шатался и боролся с гулом внутри черепной коробки, но теперь его поддерживали заботливые женские руки. Ему было приятно практически настолько, что пусть и еще один бы мяч прилетел ему в лицо - лишь бы так опекали и дальше. Впрочем, нет. Жертва это была бы слишком преувеличенной. Поэтому, переступая непослушными и слегка ватными ногами в сторону здания, на которое указал им всем отличный парень Боб, он думал о том, что иногда попадать в такие ситуации даже неплохо. О тебе начинают заботиться. Жалеть. Опекать. Недолго, но все-таки. Адам был тем человеком, который был готов поддерживать слух о том, что “все мужчины - большие дети”, лишь бы обрести возможность понежиться хоть немного в женском сострадании. Чем теперь и занимался, не жалуясь, но и не пытаясь показаться невредимым героем.
...да, я тоже надеюсь, что это последний такой удар, — слегка запоздало отозвался он на тоскливо-позитивное высказывание Ливии, даже изобразил сиплый смешок: ему действительно не хотелось бы повторного происшествия. Говорил он сильно гнусаво, с заметным трудом, — все в порядке, — Адам чуть приподнял одну руку и указал пальцем в сторону своего покрасневшего носа, начавшего неметь из-за медицинского льда, и улыбнулся без тени обиды, — ему уже ничего не страшно.
Ведь на такое не обижаются. Неосторожность игрока, запал, раж, в котором трудно контролировать себя и свои действия. Секунда, на которую ты осмеливаешься позволить себе отвлечься, и вот ты уже лежишь на земле, корчась от того, что череп буквально раскалывается на крохотные кусочки… догнавший их Боб еще раз внезапно щелкнул над ухом Адама пальцами, и пострадавший неприязненно мотнул головой от звука. Эта реакция оставила врача полностью довольным - вот и рефлексы проверили, все на месте, все, как было до трагической встречи с мячом.
Комната отдыха. Отличное местечко для тех, кому недостаточно места там, в общем зале с его аккуратными сиденьями, подушками и уютными столиками, на которые всегда можно принести напитки или закуски из совсем близко расположенного бара. Помещение за закрытой дверью, всегда не захлопнутой до конца: обычно в это помещение не врывались, как никого из него и не выкидывали, поэтому дверь находилась в спокойном расслабленном состоянии, слегка покачиваясь от сквозняка на отлично смазанных петлях. Шурх-шурх. Туда-обратно. Адама снова замутило и он поспешил перевести глаза в какое-то другое место, например, на потолок: он лежал на кушетке с подложенной под голову подушкой, а потому имел действительно превосходный обзор именно на потолок. Или на верхнюю часть двери. Или на окно с наполовину опущенными жалюзи: весь остальной круг обзора закрывал край медицинского пакетика со льдом, уже постепенно начинающим терять свои положительные холодные качества.
Я заслужил коктейль? — разряжая повисшую в комнате тишину, с болезненным весельем вопросил Адам так, словно бы был в состоянии что-то пить. Тем более в такой позе. Тем более алкогольное, — но удар был крутой… Ливия? Ливия, — он приподнял вверх руку и помотал кистью из стороны в сторону, имитируя подачу: подброс и удар ракеткой по невидимому мячу, — надеюсь, ты не винишь себя? Все бывает, — сложив пальцы “пистолетиком”, мужчина изобразил “выстрел”, нацеленный в матово-серый потолок комнаты,— бам! Это может стать коронным ударом, нет противника - есть чистая победа, — он хохотнул над собственной нелепой шуткой и тут же ойкнул, хватаясь обеими руками за лицо. Поверхностное действие обезболивающего отступило и бодрость, с которой мужчина размахивал руками и дрыгал ногами, возлежа на низком диванчике, мгновенно улетучилась, — ой-ей… все хорошо, все хорошо!
Когда болезненные ощущения снова поутихли, вернувшись в стадию “нытья”, Адам приподнялся на своем уютном месте, сел, привалившись к спинке, и отнял от лица подтаявший компресс, — ну, как выгляжу? — и, пожалуй, фраза “не лучшим образом” была бы еще довольно нейтральной, — понимаю, на свидание мне теперь никого из вас не позвать...
Шрамы-то, конечно, мужчину украшают. Но третий перелом носа - едва ли.

Отредактировано Adam Gauthier (2015-03-03 09:52:36)

+3

14

Конечно, это была не лучшая партия для Хелен, но одна из самых запоминающихся уж точно. Когда первый шок проходит люди склонны шутить над тем, что произошло. Вот и сейчас эта компания отчаянно понимала - вспомнить на старости лет им всем будет что. Например, грациозную подачу Ливии, или то, как теннисный мячик свирепо несся навстречу своей жертве. Или вообще саму жертву, катающуюся на мягком покрытии корта. В общем как бы там ни было - вечер удался.
Пока врач осматривал Адама, Хелен находилась рядом с Лив, и. присоединившейся к ним Холли.
- Что ты говоришь - не брать в руки ракетку из-за несчастного случая? - она сделала такой звук...что-то сродни "пф-ф-ф" - Это совсем уж глупо. В произошедшем нет твоей вины, дорогая. Просто это ... физика, - а что Хелен еще могла сказать? Что это проведение? В общем аргумент вышел так себе.
- И я думаю, что пластика не понадобится, - она кивнула на пациента и дока, который уже нацепил на нос несчастному несколько липких пластырей, что бы остановить хоть как-то кровь. В общем Адам Готье сегодня что ни на есть - признанный красавчик. С этим нельзя было не согласиться.
Но выглядел он более чем паршиво. Мужчину штормило, он раскачивался из стороны в сторону и совершенно не мог стоять на ногах ровно. И конечно, женщины бросились на помощь несчастному, подхватив его кто с какой стороны успел. 
Кое как они довели Адама до комнаты отдыха и уложили на кушетку.
- Так, Лив посмотри, что бы он не отключился, а то мало что...а я за водой, Холли поможешь мне? - почему-то Хелен показалось, что этим двоим надо побыть в одиночестве.
Знакомую мистера Готье не пришлось просить дважды, так как она была, судя по всему, за любой кипишь кроме голодовки. Девушка была слишком скорая - она сначала делала, а потом думала. И по аналогии вначале говорила, а потом уж думала. Хел не очень жаловала подобного рода людей. Ей была чужда эта безграничная суета. Что ни говори, а жизнь в семье аристократов оставляет свой отпечаток. Ты никуда не спешишь, умеешь распланировать свой день и не умеешь суетиться. Вообще. Но в силу профессии приходилось сталкиваться и не с такими, как Холли. Она была еще очень милой, и, судя по разговорам - не была обделена разумом и мозгами как дополнение.
В баре заметно прибавилось народу. Кажется, любители сыграть подтянулись только к обеду. А ведь на часах уже было почти два после полудня. Самое время для прекрасной чашки свежезаваренного чая с молоком. Хел даже улыбнулась собственным мыслям. По тому, в какой момент ей хочется чая можно определять не только время суток, но и сверять часы.
- А может быть возьмем нам чай? Думаю, что его Адаму можно. Да и доктор сказал - больше жидкости. - Получив от Холли вразумительный ответ на тему, что это будет замечательно, Хелен заказала им большой чайник черного чая, молоко, тосты с тремя видами джема. - И принесите это все в комнату для отдыха, а оплату на мой счет запишите. Хелен Хэмминг. Хэм-минг. - повторила женщина. - И еще дайте нам четыре бутылки воды по ноль пять без газа.
Забрав бутылки с водой парочка двинулась обратно.
- Ну вот, мы принесли воду, - Хелен села в кресло, стоящее рядом с кушеткой и взгромоздила свои две бутылки на небольшой круглый стол, стоящий тут же - рядом. Холли поставила свои две бутылки рядом. Раскрутив на одной из них крышку, Хэмминг засунула в нее трубочку и дала Адаму. - Думаю, что так будет удобней.
- Ох, такой случай - расскажешь не поверят, - Хелен откинулась на спинку кресла и закинула ногу на ногу, устраиваясь поудобней.
Через пару минут в комнату вошел официант и поставил на тот же стол поднос с набором чашек и всего остального, непременно требующегося к чаепитию. Но, к сожалению, у американцев свой взгляд на этот ритуал. То есть по большему счету они и ритуалом его не считают. Да и Хелен была такой же - пока не встретила Эдриана - бывшего мужа, бравого британца и жесткого консерватора.
- Адам, сколько ложек сахара? Молоко? - она подняла глаза на бедолагу и улыбнулась, пока наливала в чашку чай, самостоятельно. Хотелось сделать приятно человеку, который пострадал, при этом не будучи даже виноватым. Самый глупый случай на памяти миссис Хэмминг. Отдав Готье его чай, Хелен обратилась к каждому, разлив горячий напиток по фарфоровым сосудам. Себе она налила позже всех - добавив только молоко.

+2

15

Вот как раз становиться темой для шуток, что будут вспоминать через десять и двадцать лет, Ливия желанием не горела. Она вообще предпочитала больше сама смеяться над кем-то, нежели доставлять удовольствие другим позабавиться над ней. Определенной самоиронией она, конечно, не была обделена, но все же прослыть неуклюжей теннисисткой совсем не хотелось.
Мрачных мыслей нагнала еще и Хелен, которая в очередной раз отдала ей приказ присмотреть за Адамом, а сама вместе с Холли ушла за напитками. Этим женщина только подтвердила опасения Ливии насчет того, что та считает ее беспомощной и бесполезной идиоткой, которой от греха подальше лучше уж ничего не доверять. Или Хэмминг просто страдала так называемым синдромом независимой женщины? Ливия хоть и сама была знакома с этой "болезнью" не понаслышке, все-таки предпочитала, чтобы мужчины бегали ей за напитками, а не наоборот. Хотя, стоило согласиться, что ситуация, в которой они оказались по ее же вине, эту роскошь исключала.
Так, оставшись с Адамом наедине, Лив позволила себе заботливо приподнять ледяную примочку с лица мужчины и рассмотреть поближе красочный результат своего творения. Зрелище, надо признать, было не самым приятным. Место над переносицей, куда и пришелся удар, начинало постепенно опухать, а к концу дня обещало и вовсе превратиться в трудно скрываемый синячище. Уж кому, как не ей - женщине, с завидной периодичностью ловившей затрещины от мужа, знать, как мучительно долго сходят подобные отметины.
- Мда... завтра, когда посмотришь в зеркало, уверяю, ты будешь менее позитивен, чем сейчас, - со вздохом поджала губы и вернула лед на место. Нет, Ливия не винила себя. Она просто негодовала на ситуацию в целом и на то дурацкое положение, в которое не только Адама поставила, но и сама в котором оказалась. Знал бы он, как недалеки от реальности его шутки относительно тактики избавления от противника... В руках Ливия умела держать оружие куда опаснее, чем теннисная ракетка, а с недавних пор еще и научилась производить вполне реальные, отнюдь не смешные хэдшоты... Ненароком нырнув в кровавые воспоминания об убитом на стройке Грэге, она поспешила побыстрее отделаться от ужасающих картин его размозженной головы, и попыталась вслушаться в то, что говорит ей Адам. Надо признать, для мужчины, который пропустил летевший в него мяч, держался он очень позитивно и, если и смущался того, что был сбит с ног женским ударом, то по крайней мере, не торопился это демонстрировать, да и на Ливию вроде не злился, а наоборот даже вот о свиданиях заговорил.
- А ты что, планировал позвать? - не без определенного кокетства уцепилась за брошенную им фразу. Что бы там ни было, мужское внимание всегда тешило пускай и разбалованное самолюбие Андреоли, а новые отношения и флирт будоражили кровь в ее жилах покруче всякого там спорта.
Вернувшиеся женщины прервали их разговор, Хелен заботливо поторопилась предложить Адаму воду, а спустя пару минут на их столике уже появился легкий ланч. Стало быть, и об этом Хэмминг позаботилась, не оставив Ливии возможности искупить свою вину коктейлями или вот хотя бы чаем...
- Хел, я удивлена, почему ты еще не спрашиваешь Адама про страховку, - посмеялась, отпивая из своей чашки. - Хелен - страховой агент, - пояснила Адаму. - И наверняка просто выжидает удобный момент, чтобы предложить свои услуги. Верно? - отправила ехидный взгляд в сторону Хэмминг. - Может, уже пора застраховать... ммм.... свой нос, например? - улыбнулась, глядя на Адама. Ну а что? Он же сам сказал, что ему (носу) уже ничего не страшно, а стало быть, под удары он попадался не раз.
- А ты, кстати, чем занимаешься? - адресовала свой вопрос Готье. На Гавайях десять лет назад, у них разговор, кажется, так и не затронул эту тему. Или это у Ливии опять плохая память на несостоявшихся кавалеров? На самом деле, ничего удивительного в этом и не было. Сколько она себя помнила, с ней постоянно кто-то знакомился, и необходимости циклиться на каком-то одном кадре, у нее не оставалось. Да и к тому же, в то время, когда Ливия повстречала Адама, она была замужем и вообще воспринимала подобные подкаты лишь как возможность позабавиться, ничуть не больше. Потому и внимания особого таким разговорчикам не предавала.

+2

16

Тот, кто никогда не получал по лицу, никогда не сможет понять, какие ощущения возникают не в момент удара, не сразу после удара, а по прошествии получаса: о, наступает то время, когда от головы хочется поскорее избавиться, не тратя время на бесплодные попытки ее вылечить или привести в более-менее сносный вид, время, когда мысли о плахе, гильотине или виселице не кажутся такими уж бестолковыми и лишенными здравого смысла, время, когда эту самую голову хочется целиком засунуть в ледяную воду и не высовывать из-под нее до тех пор, пока уши, нос и губы не обретут равномерный синий цвет, верный признак смертельно опасного переохлаждения, время, когда угроза того, что мозг станет чем-то, схожим с содержимым ведерка для мороженого, совершенно не пугает и даже, в какой-то степени, манит к себе. В конце-концов, это то чувство, которое за свою жизнь Адам успел распробовать со всех возможных сторон, что считал определенным поводом для гордости: сомнительным, но все-таки поводом. Об этом можно рассказать потомкам, поделиться парой захватывающих дух историй с внуками, поведать подрастающему поколению о том, как жить не надо - правда только лишь в том случае, если он сам доживет такими темпами до необходимого пожилого возраста и, тем более, обзаведется хотя бы к нему детьми, что уж говорить про внуков.
Глядя снизу вверх на склонившуюся над ним Ливию, Адам щурил один глаз - левый, в сторону которого уклон от удара был более весомый - и безо всякого зазрения совести рассматривал ее лицо, не потерявшее ни крупицы привлекательности за эти годы. Что поделаешь, если эта женщина отвечала практически всем представлениям Адама о женской красоте? Да, вблизи ему, человеку, не страдающему расстройствами зрения, была заметна и тонкая сеточка морщин в уголках ее глаз, и следы других возрастных изменений, неизбежно пристающих к любому человеку, сколько бы он ни старался повернуть время вспять, но даже они казались Адаму чертовски привлекательными. Впрочем, ему было впору задуматься о собственной привлекательности, уверенно стремящейся к удручающему и непреклонному нулю.
Значит завтра на работу не пойду, — вопреки замечанию Ливии, оптимистично заявил он, придерживая лед, который женщина приложила к его разбитому лицу. Разбитому - звучит почти героически, если бы только такой ушиб был бы нанесен ему в драке, в попытке вернуть сумочку пострадавшей красавице, в процессе спасения кошки с дерева, но вот уж никак не на теннисном корте, где игра даже не успела войти в самое свое яркое состояние. Мужчина прикрыл глаза, когда голова снова окружилась и неумолимо напомнила ему об отвратительно чувстве, обо всех этих гильотинах, ледяных ваннах и прочем, в чем ушибленное сознание отчаянно желало найти спасение от ноющей боли, окружающей, как периной, со всех сторон, заглушающей звуки и замедляющей реакцию. В таком состоянии он точно не смог смущаться тому, что получил звонки нокдаун от женской руки, но, с другой стороны, вряд ли бы обижался такому раскладу и в более хорошем самочувствии. Терзаниями на тему собственной мужественности, способной пострадать от женской победы, он не занимался даже в подростковом возрасте, когда каждому человеку так или иначе свойственны приступы максимализма, и уж точно не стал бы заниматься этим теперь.
Подбирал слова с первой минуты встречи, — он сказал это совершенно уверенно и твердо, только к концу фразы не сдержав улыбку. Врал, конечно же: Ливия в те первые минуты была для него еще замужней женщиной, успешной карьеристкой, прекрасной домохозяйкой, объектом эстетического наслаждения и уж точно не той, кого можно было себе позволить сманить в постель. Наверное, воспоминания о ее муже были еще в достаточной мере ярки и выразительны. Раздался звук открывающейся и снова закрывающейся двери: Адам чуть приподнял голову, чтобы посмотреть, кто пришел в их замечательную комнату отдыха, практически клубную залу, забронированную для культурного отдыха, но, увидев, что вернулись Хелен и Холли, упал обратно, только приветственно помахав поднятой рукой, свободной ото льда, — с возвращением! Вода это хорошо, — он сделал паузу, прислушиваясь к очевидной сухости во рту и неприятному металлическому привкусу, — очень хорошо.
Благодарно промычав что-то не слишком разборчивое, но вполне честное, мужчина кое-как поймал онемевшими губами предложенную трубочку и с удовольствием начал пить добытую женщинами воду. Отличный способ исцеления. Все-таки, ведь не зря “живой” и “целебной” во всех сказках была именно вода, а не какой-нибудь там дико редкий сок гематитовго кактуса?.. Несмотря на то, что Адам практически ополовинил бутылку в первые же минуты, как она оказалась у него в руках, к ланчу и чаю он остался более равнодушным. С одной стороны от того, что даже незначительное сотрясение мозга напрочь отбивает всякое желание прикасаться к еде, и заканчивая тем, что горячий чай тоже не казался ему чем-то полезным вкупе с холодной примочкой.
Нет, нет, спасибо, — отказавшись от молока, он и чашку с заботливо налитым Хелен чаем отставил немного в сторону, пояснив, — чтобы немного остыл, — а сам вернулся в свое полу-лежачее положение вместе с бутылкой и торчащей из нее ярко-красной трубочкой. Холли устроилась неподалеку от Хелен, в которой видела теперь если не своего кумира - светлые волосы сыграли в этом, должно быть, особую роль - то точно объект для подражания. Сколько ее помнил Адам, Холли никогда не любила пить чай с молоком, а теперь же радостно плюхнула его себе в чашку. Чем бы великовозрастное дитя не тешилось…
Страховой агент? — уважительно заинтересовался мужчина, когда Ливия начала рассказывать о прелестях страховых услуг, в свете последних событий действительно обретающих небывалую актуальность: хотя, конечно, страховать свой нос ему стоило еще до того, как его сломали в школьные годы. Но никогда не поздно вложиться в собственное будущее! Страховка - дело хорошее. Но Адам все-таки слегка поморщился от этого слова, вспоминая, что даже хорошая страховка не покрыла расходы по ремонту его лаборатории и пришлось все равно влезать в проклятые кредиты, — мне кажется, момент самый подходящий, — он тихо засмеялся, опасаясь и говорить громко, и издавать какие-то громкие звуки. Чувствовал что-то недоброе и не хотел рисковать, — как думаешь, озолочусь? — и указал пальцем на свое лицо. Холли прыснула со смеху, едва не расплескав свой чай, значит, шутка была оценена. Выдерживая небольшую паузу, Адам не сразу ответил на вопрос Ливии, даже призадумался слегка, какую из сторон своей занятости ей осветить: развожу такс? воспитываю племянников? содержу химическо-исследовательскую лабораторию со штатом сотрудников меньше тридцати человек? играю в теннис? часто получаю по лицу? собираю яхты?..
Работаю врачом-психотерапевтом, — с легкой улыбкой все-таки отозвался он. Если уж и наступило время настоящих знакомств, то только сейчас: когда все собрались в уютном кругу за чаем и разговором. Тем более, что раньше этот вопрос действительно не поднимался ни разу: ни в компании с Ливией, когда все знакомство ограничилось неуклюжей попыткой сводить красивую итальянскую девушку на свидание под сенью пальм, ни, тем более, при первом знакомстве с эффектной Хелен, с которой они впервые увиделись только сегодня,— в госпитале Патрика, — и, в общем-то, своей профессией он мог гордиться: едва ли не самая востребованная в современной Америке, шутка ли! Но представлялся Адам без гордости и лишнего гонора, только с нотками теплоты отзывался о своей работе. Сразу видно, любил то, чем заанимается.
Значит, Хелен - страховой агент. Холли, — женщина, занятая чаем, помахала рукой, привлекая к себе внимание, — домохозяйка. Я - мозгоправ, — он чуть усмехнулся собственному ироничному замечанию, — а ты, Ливия?
Подобравшись, мужчина смог практически ровно сесть и дотянуться до чашки слегка остывшего чая. Пригубил.
Вы вместе ходите куда-нибудь еще? — осмелившись на легкий кивок, Адам сморщился и зажмурился - зря. Стоило быть чуть более сдержанным и не позволять себе таких жестов, — ну там… куда-нибудь, кроме корта, — пауза, — может быть, мы могли бы встретиться еще раз, если никто не против, и сходить туда, где нет такого риска травм, — вот улыбки он себе позволить мог, чем и пользовался, — культурное мероприятие, например. Я вот люблю отдых на природе, а вы к нему как относитесь?

+2

17

Инстинкт охотника... Никто не понимает состояния человека, готового битых шесть часов стоять с ружьём наперевес в холодном болоте и ждать утиную стаю. Никто, кроме стоящего рядом такого же человека.
Когда забывается озноб, боль в ногах и спине, дальняя дорога, мировые проблемы и бытовые мелочи, когда ты готов застрелить любого, кто помешает тебе, пусть даже нечаянно спугнув добычу.
Никто не поймёт охотничьего инстинкта сыщика, кроме другого сыщика...
И Хелен была охотником. Настоящим, не таким, который сдается как только появляются первые трудности - она привыкшая бороться - никогда не поймет слова Ливии о том, что из-за малейшей трудности та готова отказаться от тенниса. Глупо же. Ну.
Одолеваемая мыслями и роящимися в голове ответами на все вопросы - она только в пол уха слушала легкий трескот болтовни Холли, ощутимо копошащуюся рядом. Этой милой девушке, а скорее уже женщине была присуща подвижность и радость к жизни - к миру в целом - к каждому дню, радости или печали, она жила пока чувствовала. А Хелен же давно погибла - еще в тот момент, когда покидала Нью-Йорк с жалкими пожитками, оставшимися от прошлой жизни. Сейчас она очень сожалела о том, что позволила Эдриану все развалить - все, что так любовно строил годами и десятилетиями ее дорогой папа. Развалить за несколько лет - пустить ко дну огромную компанию и оставить безработными тысячи людей. Когда продажа акций компании не принесла ощутимую долю выручки, которая смогла бы закрыть все дыры в их бюджете Хейли пришлось пойти на самое ужасное - продать родовое поместье, дом, где выросло не одно поколение Джонсонов. Где, будучи маленьким ребенком, играл и ее отец, где родилась она - где выросла и где пошла в школу. Продать все с молотка в счет уплаты долгов. Сердце обрывалось кровью, когда выносили вещи, когда она отдала ключи риэлтору и практически пошла по миру с двумя детьми.
И если бы не инстинкт идти дальше, инстинкт выживать, двигаться вперед не смотря не на что - сидела бы она сейчас тут? Распивала бы она чай, в уютной компании? Смогла бы похвастаться, что скопила кругленькую сумму денег, отстроила шикарный дом и подняла на ноги двоих детей, будучи в то время подростками - вначале пожившими в роскоши и уюте, а потом как маленькие щенки выброшенные за черту?
Хелен никогда не поймет людей, готовых быстро сдаться, так что мысли ее были мрачнее грозового неба в конце октября, но на лице - легкая полу-улыбка Моны Лизы, пальцы легко и немного чопорно сжимают чашку за тонкую ручку.
Улыбнувшись Ливии на брошенную фразу про страховку, Хел отставила чашку на блюдце, уютно устроившееся на столике по правую руку.
- Ох, ну что ты, я же не до такой степени трудоголик, - женщина улыбнулась новой знакомой и обратилась уже к Адаму, - хотя стоит заметить, что это не помешало бы. Могу помочь с составлением всех необходимых бумаг и вообще подсказать от чего сейчас страхуются чаще всего. Советую сделать страховку от взбалмошных итальянок, - почему-то Хейли думалось, что она итальянка, хотя Хэмминг все еще не знала, что сама Ливия родилась в Сакраменто - ничего не мешало ей думать обратным образом.
Беседа набирала оборот и принимала вид милого английского обеденного ленча. Только вот они были не в Великобритании, а за окном был такой прекрасный день, что сидеть в, пусть и прохладном, пусть и уютном, помещении становилось невыносимо. Хелен жутко хотелось побегать, попрыгать, так сказать, вытащить из себя всю душу и вернуться домой измотанной до такой степени что бы сил хватило только доползти до кровати, отключившись практически моментально.
Единственное, чего не могла учесть Хелен Хэмминг, так это того, что с ней произойдет несколькими часами позже и насколько это изменит дальнейшую ее жизнь. А ведь день начинался так хорошо...Может быть ранение Адама было своего рода предзнаменованием? Может быть это было предупреждение, что ей надо вернуться или раньше в собственный дом или вообще никогда?
- Ну не то что бы часто, дело в том, что мы с Ливией познакомились всего несколько дней назад - в опере. Так что это наш первый совместный выход в свет в качестве знакомых, - Хелен сделала небольшой глоток чая, - но к природе я тоже отношусь замечательно. Если эта природа не включает в себя поход с палатками, где кусаются комары и нет горячей ванны, - да, что не скажи, но с детства походы в гору оставили в воспоминаниях американки очень яркий свет. Настолько яркий, что о нем и вспоминать не особенно хочется.

+2

18

Так и не услышав от Адама те самые слова, которые он все никак не мог подобрать, чтобы пригласить ее куда-нибудь, Ливия немного разочарованно вздохнула и переключила внимание на подошедших Хелен и Холли. Развлекаться она любила, причем чем разнообразнее - тем лучше, а потому никакой проблемы в том, чтобы провести время с внезапно всплывшим в ее жизни Адамом, женщина не видела. Он был сдержан, явно хорошо воспитан (раз не стал даже материть ее за удар), в достаточной степени общителен и, к тому же, как выяснилось, еще и врач, а стало быть с финансами у него тоже все благополучно. Так почему она должна отказываться от приглашения провести вместе время? Ее жизнь не циклилась исключительно на рабочих моментах, и в свободное время Ливия старалась максимально отгородиться от всего того, что видела и слышала в Парадизе, а потому и знакомства с людьми, далекими от бандитской прослойки города, заводила всегда с особой охотой. Словами не передать, как приятно, когда с тобой не обсуждают шлюх, порнуху и прочие тонкости бизнеса секс-услуг, а видят в тебе обычную женщину, чье хобби - лениво листать модные журналы и собирать сплетни за бокалом вина.
- А у меня своя небольшая гостиница, - легко и просто отозвалась на вопрос Адама, отставив недопитый чай в сторону. К своему роду деятельности она больше ничего не добавляла и обычно даже названия гостиницы старалась не называть, чтобы слухи в их тесном городишке, где каждый второй оказывался чьим-то знакомым или родственником, не выдали истинный секрет доходности ее заведения. Тем более, Адам вот и так наверняка должен был знать ее капореджиме Дока Винса Сольферини, с которым работал, как выяснилось, в одной больнице. - Нелегкая у тебя работа, - сочувственно кивнула мужчине. - От своих-то проблем устаешь, а тут еще чужие целый день слушать... А правда, что у каждого психотерапевта есть свой психотерапевт? - спросила с заинтересованной улыбкой. Байку такую она как-то слышала от очередной своей приятельницы, которая была шокирована, узнав, что ее врач ходит решать свои психологические проблемы к коллеге. А вообще ничего удивительного в этом и не было. По правде говоря, Ливия всегда считала, что психологи и психиатры сами по себе тоже немного чокнутые, ибо трудно, работая с больными на голову, не двинуться самому. Но подобными домыслами Андреоли делиться не стала.
- От взбалмошных итальянок? - с искренним удивлением посмотрела на Хелен и посмеялась. С чего Хэмминг решила дать ей подобное определение, Ливия не знала, но вообще себя таковой не считала. Может ее и вело, конечно, иногда на авантюры и некоторые крайности, но все же она предпочитала твердо стоять на ногах и сумасбродными поступками отличалась мало. А то, что произошло сегодня за игрой... ну это же случайность. Не думает же женщина, что Андреоли запульнула в Адама мячом только для того, чтобы поскорее прекратить их игру, в которой боялась проиграть?
А Готье наконец созрел и приглашение свое все же кое-как сформировал. Ничего конкретного, правда, не предложил, но зато невзначай поинтересовался, что интересно женщинам. Да Ливия и сама толком не знала, чем увлекается Хелен, помимо спорта и театра, а потому отвечать за нее не решилась и дождалась, когда та выскажет свое мнение первой.
- Поддерживаю, - уверенно кивнула словам новой знакомой. - Комаров я, может, еще и готова пережить, но отсутствие душа навряд ли, - заключила с улыбкой. - Так что, длительные походы с ночёвкой в палатке решительно отметаются. Но можно съездить на Тахо, например, - до озера от Сакраменто было всего пара часов езды на машине, и провести уик-энд, наслаждаясь грилем и морскими прогулками на арендованном катере, представлялась Ливии неплохой затеей. Кроме того, вдоль берега было настроено достаточное количество приличных гостиниц, где можно было остановиться, не вспоминая о брезгливости. - Что скажете?
Взглянув на Адама, которому каждое лишнее движение головы причиняло боль, Ливия в очередной раз сочувственно вздохнула и, не зная, как еще искупить свою вину, предложила следующее:
- Давай я тебя подвезу до дома? И не спорь, - настояла с улыбкой, поднимаясь с дивана, - мне не трудно. - После такого удара вообще опасно садится за руль, ведь не известно, какие последствия травмы могут проявиться спустя время. - Не бойся, - посмеялась, предугадав мысли, которые могут возникнуть в голове Готье, - вожу я получше, чем играю в теннис!

+2

19

Сочувствие. Немного жалости. Приободрение. И еще самую чуточку женского сочувствия. Еще чай и лед на ушибленное место, чтобы на следующий день хотя бы суметь посмотреть на себя в зеркало: глаз если и затечет, то хотя бы будет открываться и сохранит способность видеть. Можно еще немного чая и еще, пожалуй, добавить приятную беседу, в которой никто не пытается ни сознать тебя с места, ни самостоятельно куда-то убежать: чинная чайная встреча, которые были знакомы Адаму по путешествиям в английскую сторону, но с неуловимым американским колоритом. Вот Хелен, например, совсем как представительница британской аристократии и выглядит в такой обстановке наиболее гармонично, а потому находится в полном выигрыше. А вот Холли, как типичная американка, хоть и пытается подражать своей светловолосой новой знакомой, смотрится скорее потешно, нежели привлекательно - такой свет ее ничуть не красит, наоборот, серьезно упрощает и без того бесхитростный вид. Итальянский терпкий флер, окружающий Ливию, вовсе выделяет ее, отделяя от остальных, как зерна отборного кофе от высокогорного элитного чая: такое же роскошное качество, но совершенно иные другие критерии оценки и то, что Адам до сих пор был неравнодушен к этой женщине, стало бы чертовски откровенно заметно, придумай он рассказать о своих измышлениях и сравнениях вслух. Поэтому Адам благоразумно молчал и потягивал свой чай. Сам он смотрелся за любым чаепитием, ленчем, пикником, банкетом, как за домашним столом в окружении хорошо знакомых и даже в какой-то мере близких людей, умея не притягивать к себе лишнего внимания. Вот и сейчас он мало того, что находился на некотором отдалении от женщин - возлежа на диване - он еще и привычно не обращал на себя никакого дополнительного внимания. Просто был. Просто радовался, скупо, по-мужски, женской заботе, которой всегда так здорово поддаваться даже при самой незначительной неприятности. Ему было интересно смотреть из такого положения по сторонам: то на одну женщину, то на другую, то на третью, и снова по кругу, перескакивая с голоса на голос, со взгляда на взгляд - привычка, как вторая натура, не давала ему относиться безлико к своим собеседницам. Они уникальны и не нужно быть психологом для того, чтобы заметить это. Они удивительны - каждая по-своему. Жизнерадостностью, уверенностью, таинственностью. Невозможно было не анализировать и вот как раз для этого, конечно, и требовалось иметь эту странную привычку.
- Содержание гостиницы, мне кажется, более сложное занятие, - с заметным уважением отозвался Адам, чуть поворачивая голову в сторону Ливии: в его глазах любая руководящая должность была задачей достаточно трудной, требующей особой подготовки и исключительно точного взгляда на дело. Он и сам был владельцем места, обеспечивающего работой нескольких завидных специалистов, однако не стал бы утверждать, что легко справляется с этим даже при условии того, что финансовой, экономической частью занимается отличный парень по имени Трен, сметливый и опытный в вопросах денежного обеспечения и сотрудников, и саму лабораторию. Но это место не публичное, а гостиница - совсем иное дело. Сакраменто оживленный, развивающийся город, да и туристам есть, на что посмотреть - велико ли количество гостей в заведении Ливии? Уважение к женщине заметно возросло.
- Лично мне пока еще не довелось им обзавестись, - Адам улыбнулся, пожав плечами - уж это он сделать был способен, жест никак не затрагивал гудящую, как медный таз, голову, - но идея хороша, - и изобразил смешок. Наверное, будь у него свой собственный психолог, психотерапевт или психоаналитик, а не две суматошные собаки, то и жизнь стала бы немного проще. Или, наоборот, усложнилась бы? Ведь невозможно перестать оценивать человека, работающего с тобой в одной сфере, а это никогда еще не приводило ни к чему толковому. Потраченное время и сорванная работа.
На обращение Хелен мужчина осторожно, но явно утвердительно кивнул: не помешает. Такими скоростями ему уже довольно скоро уже придется задумываться не о потомстве, а о том, кому завещать свои похороны и своих собак. Будучи шутливым, предложение о страховке ведь действительно могло оказаться немаловажным и соответствующим сложившейся ситуации, как никакое другое предложение иного рода.
- Не думаю, что страховка от итальянок мне понадобится, - сквозь силу улыбнулся Адам и сделал глоток чая. Улыбался он явно не вымученно, а искренне и честно, но с болезненными ощущениями, начавшими проступать сквозь обезболивающие, уже был вынужден бороться, - а вот травм, пожалуй, да. Пригодится. Но уже, наверное, не сегодня, - сетуя на свое состояние, мужчина зашевелился, вытащил кое-как мобильный телефон из кармана и глянул на время. Прошло всего-то совсем незначительное время и, осознав то, что неприятное столкновение с мячом не только произошло почти в самом начале игры, но и перечеркнуло все дальнейшее развлечение не только ему, но и собравшимся отдохнуть женщинам, Адам слегка помрачнел. Жалость и забота это, конечно, хорошо, крайне приятно и даже заметно льстит, но какой от этого прок, какой толк, если это может пойти в серьезный ущерб другим? Он заметил, как Хеленг слегка переминается в своем кресле: обладательница такой фигуры и таких лучащихся глаз, она едва ли могла долго находиться на одном месте, вся из себя представляя стремление к постоянному движению, к какому-то активу, не напускному, не модному, а ею любимому и, не побоясь этого слова, исповедуемому. Вторила ей и Холли, неугомонная маленькая женщина, готовая виться пчелой себе в убыток и на полный износ, лишь бы ничто никогда не простаивало. Впрочем, синдром активиста у последней был заметно завышен и казался даже настораживающим.
- Опера у нас хорошая, - очень даже одобрительно качнул головой мужчина, когда женщина начала отвечать на его сумбурные предложения, и постарался придать себе вид умудренного ценителя. Хотя, говоря откровенно, Адам предпочитал современную музыку с одной стороны, театральное искусство с другой, а лавры первенства в конечном итоге все равно отдавал молодому веянию рока, что несколько плачевно сказывалось на его культурных программах в последнее время и практически исключало такой вот вариант знакомства. В опере. Не самое популярное, но, несомненно, изысканное место. Кажется, в городском оперном здании он был последний раз… в молодости? Позорное признание.
- Тахо? Сто лет там не был! - ажиотаж дело наказуемое и Адам, позволивший себе встрепенуться на предложение Ливии, примиряющее их с Хелен вкусы к комфорту с его желанием забраться в лесную чащобу, тут же съежился обратно, прикрывая лицо ладонью и придерживая голову, начавшую чутко реагировать на внешние раздражители. Конечно, кто бы дал бы ему еще большую часть обезболивающего, если бы. Врачи нынче экономные, он знает это по себе, - о-о-х… в смысле, это отличный вариант. Там красиво и есть, где ночевать.
Мужчина проследил взглядом одного глаза за поднявшейся с места Ливией - грациозно, плавно. С виноватой улыбкой. И в ответ ей тоже улыбнулся:
- Это было бы здорово. У меня машина тут...ой, - он поморщился, окончательно убирая растаявший лед на блюдца от чайной пары, - но я за ней потом вернусь. Не затруднит? - подниматься, в отличие от разыгравшейся на корте женщины, ему пришлось медленно и осторожно, внимательно прислушиваясь к собственным ощущениям: любое сильное головокружение или дурнота под горлом поставили бы крест на слишком многих распланированных событиях марта, поэтому Адам закономерно опасался уловить эти неутешительные симптомы у себя, - все в порядке, стою, - поймав равновесие, он поспешил отказаться от помощи - заметил краем глаза, как встопорщила перышки Холли, который, конечно, не хотелось уходить. Вот уж кто готов был оставаться на корте до закрытия и играть пусть даже с автоматом.
- Не боюсь, - покачнувшись, Адам все-таки был вынужден ухватиться за руку Ливии. Ладонь узкая, теплая, мягкая, совсем южная. Таких не бывает ни у американок, ни у француженок, ни у евреек. Уж ему ли, с детства окруженному ими, не знать, - ехать не далеко, - он поймал равновесие, все еще держась за руку женщины. Немного дольше, чем следовало бы по правилам приличия. Более трепетно, чем обычно держатся за руку друга и товарища. Мягче, чем хватается падающий. Конечно, ему просто хотелось прикоснуться к Ливии и этот вариант был наиболее удачным, - Хелен, Холли, мы вас оставим? Я позвоню, - он обратился к маленькой Холли, кивнувшей и чуть не утопившей нос в чашке с молочным чаем, - и, надеюсь, мы встретимся. Страховка, опять же, - указав на свое разбитое лицо с усмешкой (едва заметной из-за начавшего развиваться отека), Адам чуть кивнул в знак уважения Хелен и осторожно, медленно побрел к дверям из комнаты, - точно не хочешь остаться? Сыграть. А я до такси доживу, - на половине пути, который они с Ливией преодолели по коридору, в Адаме проснулась ушибленная и задремавшая от этого совесть. Впрочем, его голос, еще не поддающийся контролю, все равно с лихвой выдавал то, что этот вопрос - только дань вежливости. На самом же деле ему чертовски приятно провести несколько минут наедине с ней, с женщиной, воспетой памятью.
   

оос: сорри, не было времени нормально сесть и написать, а отписки - стыдоба.

Отредактировано Adam Gauthier (2015-03-18 01:12:05)

+2

20

Когда-то очень давно управление пусть и не очень большой гостиницей, которое взял на себя супруг, вызывало в Ливии смесь восхищения и гордости за своего мужчину, потому что этот бизнес представлялся девушке невероятно сложным занятием, требующим значительного ума, сообразительности и весомых организаторских способностей. Поэтому на Марчелло она тогда смотрела не только с уважением, которым одарил ее сейчас Адам, услышав о роде ее деятельности, но еще и с невероятной влюбленностью в его талант делать деньги. Считая и себя достаточно способной и сообразительной, Ливия не раз напрашивалась помогать мужу в делах, но постоянно слышала лишь резкие отказы, что вгоняло ее в непомерную обиду и тоску и, самое главное, только еще больше распаляло ее интерес к желаемому. Это все равно что запретить ребенку лезть в закрытый ящик - рано или поздно, он все равно достанет от него ключ и заглянет внутрь. Припрятанное мужем содержимое такого ларца Ливию в свое время напугало изрядно: а ну-ка, узнать, что твой муж - сутенер, а гостиница, которой ты так интересовалась - дешевый бордель! Для Андреоли это было настоящим потрясением - словно мир перевернулся в одночасье.
Воды с тех пор утекло немало, и впечатлительности в Ливии поубавилось. Быть может, кто-то скажет, что она просто закрыла на многое глаза, но сама женщина предпочитала думать, что всего лишь умеет во всем находить свои плюсы. Даже в управлении борделем. В конце концов, сегодня именно он приносил ей столь весомый доход, который она вряд ли смогла бы найти где-то еще.
- У меня много помощников, - отмахнулась на замечание Адама, не желая в его глазах отпечатывать образ железной бизнес-леди, который невольно складывался зачастую обо всех женщинах, имеющих свое дело. Несмотря на то, что в работе Ливия умела быть достаточно жесткой, с противоположным полом свою силу она предпочитала открыто не демонстрировать, завлекая тем, что им обычно нравится в женщинах куда больше - обманчивой податливостью.
- Отлично, значит, договорились, - воодушевившись, довольно улыбнулась, когда идею с Тахо поддержали все присутствующие. Она так давно куда-то не выбиралась вот так, просто ради отдыха, что мысль об уик-энде на озере моментально захватила сознание. - Выберемся сразу, как только погода установится, - все-таки первый весенний месяц еще страдал температурными скачками и периодическим дождем, а просидеть все выходные в гостинице - перспектива малоприятная.
- Не затруднит, - с таинственной улыбкой задержала взгляд на Адаме и поспешила его поддержать, когда он начал с заметным трудом вставать с дивана. Впрочем, уже через минуту, когда его рука нагло, но мягко сжимала ее ладонь, Ливия поняла, что головокружение - ничто иное, как мужская уловка, чтобы просто к ней прикоснуться и задержать этот тактильный контакт дольше необходимого. Зря времени, надо признать, Адам не терял. Но несмотря на то, что флирт мужчины был ей очевиден, высвобождать свою руку Ливия не спешила, а наоборот, даже улыбнулась, когда пауза затянулась, и перевела озорной несколько вопросительный взгляд на Готье, который как бы говорил: "Эй, погоди я ведь только предложила тебя подвезти, а не прыгнуть ко мне в постель". В общем, это было забавно, и как всегда, явная заинтересованность мужчины льстила самолюбию Андреоли, а потому вслух она ничего не сказала, лишь мягко забрав руку из его ладони, и обернулась к блондинкам:
- До скорого, девочки, - улыбнулась им. - Было приятно познакомиться, Холли. Надеюсь, еще увидимся, - только бы не на Тахо, быстро подумалось ей, но внешне свои опасения не выдала. От сумбурной и хаотичной подружки Адама Ливия успела устать уже после пары часов общения, куда уж выносить ее целый уик-энд! Увольте. Она искренне надеялась, что Адам не надумает позвать ее с ними, если они все же и правда куда-то соберутся.
- Подождешь меня, я приму душ и переоденусь? - спросила, когда они дошли до раздевалок. Возможно, Адам прямо так приехал в клуб, мужчины обычно не сильно заморачивались по поводу внешнего вида, а вот что Ливия, что Хелен свои каблуки оставили за порогом корта, и сейчас Андреоли уже дождаться не могла, когда вылезет из этой спортивной робы и вернет себе привычный женственный вид. - Остаться и сыграть? - подняла брови. - Я с бОльшим удовольствием сыграла бы во что-нибудь с тобой... и не здесь, - растянула губы в широкой ухмылке и как-то многозначительно посмотрела на Адама, прежде чем плавно закрыть перед ним дверь женской раздевалки и скрыть от него свою персону. Интересно, сколько еще минут он будет стоять у двери и гадать, имела ли ее фраза сексуальный подтекст?

Внешний вид

Спустя где-то минут пятнадцать, они встретились у выхода из клуба, и Ливия повела его на парковку в сторону своей красной ауди, которую она хоть и приобрела с помощью Санчес всего пару месяцев назад, но уже успела к ней привыкнуть. Щелкнув сигнализацией, она открыла дверцу и забралась в салон.
- Ну так что? - переместила солнцезащитные очки на голову и, взглянув на Готье, немного помолчала. - Играем в "Города" или у тебя найдутся идеи поинтереснее, чтобы скоротать время за дорогой? - тихо посмеялась, заводя мотор и резво выезжая со стоянки. А он думал, она ему какие игры предложит? - Рассказывай, где живешь.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » И не дрогнет ракетка...