Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » время не щадит никого


время не щадит никого

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Участники:Brent Knight,  Fox Virgin
Место: квартира брата
Время: 27 октября 2014
Время суток: 16.15
Погодные условия: -
О флештайме: прошло 10 лет с последней нашей встречи, что осталось прежнем за это время? Точно не ты и не я.

+1

2

look

http://cs323927.vk.me/v323927347/1bfc/RkkNjb-ct6g.jpg

10 лет назад я провожала его со слезами на глазах. Он единственный был моей защитой, он единственный меня понимал и поддерживал. И в тот момент я уже была эгоистична. Я знала куда он уходит и для чего, но меня волновало только то, что я остаюсь одна. Мне больше не к кому будет сбежать. Я буду бороться одна со своими родителями, пока он бороться со всем миром. Я не опасалась за его жизнь, я знала, что рано или поздно мой старший братик вернется. Думаю, это была детская наивность и некая обида на то, что он оставляет меня. Я не понимала, почему он оставляет меня.
Все эти 10 лет я не забывала о нем, каждое рождество я писала ему письма, в день рождение я приходила на его квартиру и кидала в почтовый ящик открытку с немногословный текстом – С Днем рождения, Б. – и с подписью – твоя Вероника. Даже тогда, когда я изменила документы, когда избавилась от своего прошлого, я все равно подписывалась своим настоящим именем. Я ничего ему не говорила о своем прошлом, настоящем. Мои письма тоже были не многословными, да и явно не содержательными. Все очень абстрактно и честно – мне тебя не хватает, возвращайся, люблю – что-то в этом роде, на несколько листов и так все три года.
Он исполнил мое желание спустя 10 лет, когда уже ничего не осталось от его любящей Вероники. Никаких светлых волос, естественного природного лица, консервативной закрытой одежды и скромного взгляда. От Вероники ничего не осталось, я для этого сделала все. Я знала, что Брент примет меня такой какая я есть, что ему все равно на мое лицо, волосы и одежду. Он будет счастлив узнать как я живу свободно и в свое удовольствие. Он поймет мои перемены и конечно не отвернется.
Несколько дней назад я получила записку от курьера, такую же немногословную как я писала ему – я вернулся – и подпись – Брент. Хотите узнать что я испытала? Счастье? Облегчение? Нет, не угадали. Это был страх, я не готова была к таким известиям. Как оказалось, я не готова впустить свое прошлое в настоящее, каким бы дорогим оно для меня не было.
Но я все-таки рискнула. Собралась и поехала к нему. Я тщательно продумала все ответы на возможные вопросы, я не хотела, чтобы меня застали врасплох. Я не готова была ему рассказать о том, что год живу с девушкой, о том, что доход мне приносит моя внешность, да и о многом я не была готова делиться с ним.
Раньше, когда я сбегала к нему, то покупала пирожные, которые всегда съедала в одиночку в тайне от родителей и тренеров, потому что за моим вестом и пропорциями следили все, кроме меня. Меня ограничивали во всем, что я хотела. И всем было все равно на мои желания, кроме Брента. Сегодня же вместо пирожных я везу бутылку виски и пиццу из итальянского ресторана. Я ехала на встречу с братом, которого знала. Я и не подумывала о том, что он тоже мог измениться. Он должен был навсегда остаться для меня тем заботливым и понимающим.
Я стояла около его двери уже около минуты. Ну, давай, Фокс, ты сможешь. Я глубоко вдыхаю и стучу ногой в его дверь, так как руки заняты. Хозяин не заставляет себя долго ждать, дверь раскрывается и я теряюсь. Передо мной стоит абсолютно не знакомый мне человек. Он возмужал, на лбу появились морщинки и в уголках глаз. И глаза…это были не те глаза, которые смотрели на меня10 лет назад
- Привет – я невинно улыбаюсь. Мне страшно смотреть на него, но я не отвожу взгляда – а вот и твоя Вероника.

+1

3

Детали.

http://savepic.net/6468258.jpg

Нет, по приезду Брент не кинулся обзванивать родителей и знакомых. Он поначалу заново привык к своему жилищу и потом чинно отдыхал почти неделю, выбираясь только для того, чтобы прошвырнуться до ближайшего маркета, затариться жратвой, содовой и сигаретами. К тому же Найту посоветовали найти специалиста, который продолжал бы наблюдать его. Правда, поиски так и не были закончены, потому что единственное неудобство заключалось в частых головных болях, а их Брент переносил относительно легко.
  Визит к родителям прошел без эмоциональных всплесков. К тому же, мужчина надолго у родителей не задержался, исполнив своеобразный долг. Вроде как, отметился – жив, здоров, все еще не женат. Последнее особенно волновало мать, о чем она не собиралась молчать, сократив пребывание сына в своем доме до минимума.
  Далее в планах Найта была более серьезная встреча, с Вероникой. Какой он ее помнил? Она была подростком, у нее был переходный возраст, он впечатлился. Впечатлился и привязался к девчонке так, что с одинаковым нетерпением ждал писем и от нее и от тогдашней своей пассии, что растворилась в неизвестности спустя пару месяцев, после его отъезда. И, конечно же, Найт не мог не заметить, как со временем менялся тон писем от Вероники, как содержание их становилось менее эмоциональным. Он понимал, что маленькая сестренка превращается из гадкого утенка в красивую девушку, понимал, что упускает возможность намылить голову очередному засранцу, обидевшему ее, и на этом фоне письма читались как-то грустно. В конце концов, он стал отвечать на них уже на автомате.
  В общем, он решил, что отправит записку с курьером, а не станет звонить и звать ее куда-то. Им, скорее всего, найдется, о чем поговорить. О том, кого он увидит на пороге, когда откроет дверь, Брент старался не задумываться, а зря. Когда в дверь постучали, и он открыл ее, глядя на девушку перед собой, то слова нашлись не сразу.
  - Здравствуй, - мужчина прокашлялся и шире открыл дверь, пропуская гостью. Не смог сдержать широкой белозубой улыбки.  – Черт, это что за фигня, малышка? Что с твоими волосами?
  Он, вроде бы, понимает, что даже улыбка выходит не искренне и что его вся эта ситуация слегка нервирует. Поглядите, взрослый мужик и мнется, будто увидел на выпускном девчонку, которая давно нравится. Почему сейчас в голову пришло именно это сравнение, и почему корявая пауза все-таки повисла на пару минут, он тоже понимает.
  - Нахер все это, иди сюда, - без всякой суеты, Брент взял из рук сестры и бутылку и коробку с пиццей, а свободной притянул ее к себе, чтобы обнять и ладонью погладить по хрупкой спине. Она действительно казалась тонкой и хрупкой. Будто, если бы он попробовал прижать ее к себе, она бы переломилась напополам. Это тоже было чем-то новым. Ему нужно было, чтобы она была той же маленькой девочкой, его, обиженной на весь белый свет, Вероникой, которая когда-то всеми силами искала в нем поддержку и нашла ее. Она ею была, только пахла теперь каким-то мудреным парфюмом, а не простецким цветочным гелем для душа. – Вот так, это моя девочка. Помнишь, где стаканы? Я  за льдом схожу.
  Негр нехотя выпустил сестру из объятий, вручив ей обратно бутылку, и слегка подтолкнул в сторону гостиной, а сам заглянул на кухню, чтобы прихватить лед из морозильника. На самом деле, он не исключал такого варианта, что Вероника могла придти не одна, а притащить с собой какого-нибудь козла и сказать, что вышла замуж. А что.
  - Или ты разбавляешь? – эту фишку он уже видел, но лично ему хватало и того, что алкоголь был охлажден. Брент через пару минут появился в гостиной, оставив на столе и пиццу и плошку со льдом. – Пицца с виски – это что-то новое, - признался он, устраиваясь на диване.

+1

4

Кажется мы поймали минуту неловкости. Насколько чужими мы стали или внешняя обложка не имеет значения? Но от его улыбки стало спокойнее, она такая же, в тридцать два зуба, думаю, даже больше. Хотя видно как он ее натягивает. Шок? Удивление? Ты хотел увидеть блондиночку? Ну, прости.
- Эй-эй-эй! Это фигня дорого мне обходится – я бы сделала актерский жест о взмахнула прядь волос в воздух, но занятые руки этого не позволяли, ничего, я еще отыграюсь. Я в свою очередь не стала растягивать на своем милом личике искусственную улыбку, искусственности во мне и так хватало на данный момент. И тут случилось это! Вроде бы простое и обычное действие для родных людей, именно так и должно было все начаться, потому что именно так у нас все и закончилось 10 лет назад, но мне стало от его жеста неловко. Какой-то мужчина прижимает меня к себе, не Веронику, а меня. Фокс погружается в детство, она снова становится маленькой девочкой в руках старшего брата, пускай не родного, зато такого близкого когда-то. Такое впечатление, что я наблюдаю за происходящем со стороны, я не верю, что у меня снова появился мой защитник и моя крепость от старых проблем. Я впервые растерялась за долгое время, только спустя несколько секунд мои руки сжали брата в объятьях. Все как раньше, на глазах так же наворачиваются слезы от обиды, рядом с ним я могу быть поистине слабой, могу, но не сегодня.
– Вот так, это моя девочка. – я поднимаю взгляд на парня, теперь на моем лице невинная улыбка. Удивительно, во мне давно уже ничего нет невинного. – Сейчас все организуем. – я разжимаю свои руки и отправляюсь на поиски пару стаканов, они все там, где и раньше. Я стала домашнее, спокойнее и расслабленнее. Мое тело плюхнулось на диван, приземлив стаканы на столик.
- Или ты разбавляешь? – я освобождаю ноги от кед и забираюсь на диван, поджав ноги к себе.
- Я тебя умоляю, я же никакая-то чопорная леди – поднимаю стакан, намекая братику – лей! Это первая наша посиделка такого рода, дети взрослеют, пристрастия меняются. – Тебе понравится, ты скоро привыкнешь к моим вкусам. Ничему хорошему я не научилась в твое отсутствие – я пожимаю безразлично плечами. – И так, начнем – я прикасаюсь своим стаканам к его – Я скучала, не смей больше меня оставлять  и с возвращением! – я делаю глоток, и горечь заполняет мой рот. Я тот еще ценитель крепких напитков, пью, потому что это отвлекает, а не потому что мне это нравится.
- Мои перемены ты видишь на лицо, а что было с тобой и как жизнь потрепала тебя? Чего новенького? – мне интересно узнать этого нового человека. Мне интересно построить с ним те же отношения, которые когда-то для меня были светом в конце туннеля. Сомневаюсь, что мы скоро привыкнем друг к другу, я не смогу его пустить в свою жизнь на 100%, но я постараюсь быть с ним предельно откровенным со временем. Я не отрываю взгляда от Брента, я хочу привыкнуть к его новому лицу, к новой мимике. Я всматриваюсь в каждый сантиметр, я просто его пожираю. Пере до мной сидит самый родной человек и в тоже время самый чужой. Это так странно.

Отредактировано Fox Virgin (2015-03-28 22:57:21)

+1

5

Сейчас Брент способен был подмечать только то, что в ней изменилось и, может быть, был не готов к остальному. В ней больше не было подростковой неуклюжести, не было дерганых ломких движений, которые когда-то его забавляли. Пора было удивляться тому, насколько он хорошо ее запомнил, если сейчас подмечал
такие мелочи. Оказывается, все это время, прошлое в нем жило, просто он сумел отодвинуть воспоминания куда подальше и жить настоящим.
- Я тебя умоляю, я же ни какая-то чопорная леди.
Найт пытался прикинуть, хорошо это или плохо. Близким всегда желаешь лучшего и, в то же время, от наших желаний так часто ничего не зависит и не меняется. Мужчина улыбнулся, разлил по стаканам и, стукнувшись стаканом о ее стакан, сделал добрый глоток. Алкоголь обжег глотку и совсем скоро приятным теплом разливался по телу. Тем временем Вероника решила отделаться намеком на внешние изменения. Будто все это время, почти десять лет, она совершенно ничем не занималась.
- Это отговорки, сестренка, такой рассказ не принимается, - попытался остановить он ее, но тут же кивнул, соглашаясь взять на себя роль первого рассказчика и для начала признался, - Вообще-то, я не планировал возвращаться. Просто, хорошо получил по голове и меня списали. Отправили к чертовым мозгоправам.
  Вряд ли, она бы сильно расстроилась от этого признания, все-таки прошло достаточно времени, чтобы былая привязанность прошла, уступив место возможности повспоминать светлые моменты из того самого прошлого, когда Вероника была рядом чаще, чем кто-либо другой. Странно все же. Казалось бы, что вообще могло тогда связывать черного парня и белую девочку-подростка, если не считать родства? В то время она должна была пропадать с подружками, пробовать курить и протиснуться хоть в какой-нибудь клуб. Это все было, естественно, Брент маячил лишь на фоне и был доволен своей ролью слушателя.
Теперь мне придется наблюдаться какое-то время и найти нормальную работу. Если со вторым я еще могу как-то справиться, то первое не вызывает у меня восторга, - негр поморщился, выражая свое истинное отношение к планам на будущее и отмахнулся. – Есть кое-какие планы, но пока нужно немного привыкнуть Тут все по-другому. Другие ценности у людей.
  В Сан-Диего, узнав о планах командования, он уже подумывал о жизни в Сакраменто, о собственном бизнесе, но пока все это было лишь в планах. Если стартовый капитал имелся, и не хватающую сумму можно было добрать в любом банке, то со знакомствами все было не так легко. Пара-тройка нужных людей не помешала бы. По крайней мере, сейчас Найту совершенно не хотелось думать о рабочих сменах от звонка до звонка и зарпалте, хватающей ровно на месяц. Он не для этого возвращался домой.
- Видишь, рассказчики из нас никакие.  Ты не замужем? Как там твои родители, кстати? Надо было позвонить им, но я забыл. Может быть, забегу к ним на днях, - Брент подался вперед, отставив стакан и взяв из коробки кусок пиццы, принялся жевать, явно дав понять, что настала ее очередь рассказывать о своей жизни.

+1

6

Я окончательно решила для себя оставаться самой собой в присутствии этого человека. Да, он чужой, он непонятный, он не тот, кого я любила, но он тот, кто снова может стать родным, понимающим и тем человеком, которого я буду любить. В его объятьях, я хочу быть все той же маленькой девчонкой, за которую он решает мои проблемы. В его присутствии я готова быть чуточку слабее, чуточку романтичнее и милее.
- Не планировал? – мой голос переходит чуть ли не на крик? Он хотел навсегда оставить меня? Как он жесток! – Неужели кто-то обнаружил у тебя мозги? Охренеть, вот это неожиданность – я грубила из-за злости и обиды. Брент не хотел возвращаться! Какой нормальный человек готов посветить свою жизнь сражению? – тебе там чем мазали, что ты решил оставить меня навсегда? – такой вспыльчивой и прямолинейной он не видел меня никогда, прошлая Вероника не позволила бы себе таких слов и таких эмоций, прошлая Вероника смиренно приняла бы все, а дома рыдала бы в подушку. Впрочем, у нас так и было. Да, у нас нет прошлой привязанности, но я помню все что у нас было и что нас связывало. Это никуда не ушло, это храниться где-то глубоко во мне.
- Тут все по-другому? – я переспросила братца – Ты уверен, что тут все по-другому, а не там другой мир? Ты вернулся в обычный реальный мир, из которого с легкостью сбежал. Видишь, как жизнь жестока, она возвращает нас к тому, от чего мы бежим или прячемся. – я сейчас говорила не о нем, эти слова скорее всего говорят обо мне. Это я сбежала от прошлого, которое сейчас меня настигло и разговаривает со мной. Я знала, что это произойдет, но хотела ли я этого? Не знаю, но мня радует то, что Брент рядом сейчас.
- У тебя есть какие-то намеки на работу? Чем хочешь заниматься? Наркотики, оружие, трансплантация органов? – я  очень серьезным голосом говорила с ним и всячески сдерживала улыбку, наши обстановку нужно было расслаблять. Моя персона старалась шутить как могла. В итоге я рассмеялась, чуть не разлила содержимое бокала, но зато отвлеклась от грустных мыслей. Это было не надолго.
- Не обобщай нас – на лице осталась еще улыбка – это ты херово и сухо рассказал о 10 годах своей жизни. У меня эти 10 лет прошли красочно, эмоционально и моя жизнь перевернулась с ног на голову. – я очень рада, что вся моя жизнь изменилась. Я благодарна судьбе, что мне хватило смелости и я сбежала от своих родителей – Какое к черту замужество? Я 17 лет играла в семью, спасибо, хватит – наигралась. Я не поддерживаю отношений с родителями уже 5 лет. В 17 лет я ушла из дома, оставив своим родителям записку и их несбывшиеся мечты. Брент, не осуждай меня. Я счастлива. – я невинным взглядом уставилась на брата. Такое впечатление, что я ему признавалась в чем то очень личном, настолько личном, что интимнее быть не может. – Я свободна. Я занимаюсь тем, что мне приносит удовольствие и я ни от кого не завишу. – от волнения я опустошила бокал в несколько секунд, горечь во рту пришлось утолять большими кусками пиццы. – У меня большая просьба, не рассказывай им обо мне ничего, не говори, что мы виделись. Они не знают моего адреса, номера телефона. Я хочу стать для них никем. – к слову сказать, очень хорошо выходит. Я уверена, если я где-нибудь пересекусь с отцом, то первое, что я от него могу получить, это пощечина.

офф

Веронике на самом деле 22 года, по поддельным документам 24, но не думаю, что Брент помнит мой истинный возраст)

+1

7

Его слегка удивил такой выпад со стороны Вероники, но внешне Брент этого никак не показал, и говорить ничего не стал. Вот она какая, его новая младшая сестренка. Не молчит, а высказывает свое недовольство, не скрывая эмоций. Насколько он был этим удивлен, настолько и доволен, Найта это полностью устраивало. В конце концов, так было проще им обоим – с самого начала, их новые отношения, построить на доверии. Ему нужно быть с ней мягче, она же не чужая ему. Только надо будет сначала привыкнуть, что она снова рядом и он уже не на военной базе. Брент невозмутимо продолжал жевать какое-то время, слушая ее, но потом отложил кусок обратно в коробку и усмехнулся, обтряхнув ладони друг о друга.
- Да нет, милая, мир везде один. Просто там было проще. У меня были цели и я знал, что мой зад прикроют, когда лез под пули, а тут полный беспредел, и я сомневаюсь в своем окружении. Там я знал, для чего я рвусь вперед, а тут какое-то тупое существование, - мужчина взял со столика свой стакан и снова откинулся на спинку дивана. – Какой-то тупой выпендреж в погоне за баблом.
А еще ему понравилась ее улыбка и не смотря на тему разговора, Брент улыбнулся сестре в ответ, а потом залпом добил остатки виски в стакане. Не удивительно, что Вероника сбежала из дома. Наверное, все к этому и шло. Он слушал девушку и только лишний раз удостоверился в этом. Даже не стал развивать тему о родителях, которая была ей явно не приятна, лишь согласно кивнул в ответ, дав понять, что ее родители от него ничего не узнают.
- Есть один неплохой вариант. Знакомый посоветовал обратиться к одной бизнес-вумен. Говорит, что у нее со службой безопасности какой-то пробел, - он и сам ничего толком не знал, поэтому объяснение вышло каким-то неопределенным, расплывчатым. – Ну, и агентства по найму телохранителей никто не отменял. В супермаркет я точно не пойду, а для копа я уже староват.
Тема работы была более нейтральной, поэтому он к ней и вернулся, не став заострять внимание на том, что Вероника о своей «красочной и эмоциональной жизни» ему так ничего и не поведала, кроме того, что первым решительным шагом к этой жизни стал побег из родительского дома. Ну, не читать же ей морали, что так с родными не поступают. Он бы не смог даже при всем желании, потому что сам не особо контактировал с родителями. Дело даже не в возрасте, они и раньше не были близки. Найт не удивился и отсутствию семьи, он вот тоже не особо торопился связывать себя с кем-то. Не то чтобы был против, просто все как-то не складывалось. Он это, кстати, списывал на свой характер, но все равно понимал, что все это оправдания и теперь самое время задуматься о будущем. Прям, как выпускник университета. Вперед, в светлое будущее.
- Твой вариант я тоже не исключаю, - негр широко улыбнулся и посмотрел на девушку. – Фиг его знает, как жизнь повернется.
Брент снова потянулся к столику и разлил по стаканам, отдав один Веронике, задержавшись взглядом на личике сестры. Чисто по-мужски, Бренту не очень нравились такие изменения в ней. Сам он вообще редко имел дело с молодыми девчонками и в основном находил общий язык, только с теми женщинами, кому за тридцатник. Не важно, с чем это было связано – в манере держаться или в реальной способности оценить собственное «я», может быть, в просыпающейся, наконец-то, женственности или еще чем-то. Брент решил не развивать эту мысль. Вместо этого он  снова улыбнулся:
- Так что насчет хорошеньких молодых подружек? Познакомишь меня? – ну, он просто не мог промолчать по этому поводу.

+1

8

Я никогда себя так с ним не вела. Я раскрепощенная, прямолинейная и открытая. Я говорю что думаю и  думаю, что хочу. От меня Вероники ничего не осталось, даже в его присутствии я остаюсь Фокс. Меня это радовала, что означало, что я нашла себя, признала себя и довольна тем, кем являюсь. Я не могла понять доволен ли сестренкой Брент, но другую меня он больше никогда не получит, придется мириться с тем, что имеет.
- Как много философии в твоих словах, жизнь идет тебе на пользу – мне нравился его спокойный тон, мне нравилась его домашняя атмосфера и то, как он рассуждает о жизни. Он был прав. Самое главное в этой жизни понять правила и законы этого мира, только тогда ты сможешь выжить. Брен не хотел выживать, он хотел жить, как и я. – Ты готов работать на женщину? Милый, побереги свои нервы, мы ужасный народ – я шутила и смеялась. Смеялась не над ним, мне просто хотелось смеяться в его компании. Я давно не улыбалась от души в присутствии кого-то, кроме моей Кассандры. Что касается работы на женщин, то я в самом деле считала это не лучшим вариантом. Женщины как начальники чистый сорт узурпаторов, власть портит слабый пол. На то мы и слабый пол, чтобы поддаваться искушениям. – Что касается твоего непристойного возраста, то тебе уже пора работать папочкой и мужем – я нравоучительно качаю головой. – Можешь набираться опыта занимаясь моим воспитанием – после этих слов я делаю жадные глотки виски и откусываю пиццу.
Мне хотелось обсудить с ним всю жизнь, а в итоге мы говорим на какие-то обыденные темы. Мне хотелось ему во всем признаться, а в итоге я держу язык за зубами. Так легко и одновременно тяжело. Я не хочу его обманывать и не хочу терять из-за всей правды моей жизни. Но когда-то я же должна буду ему признаться во всех своих смертных грехах, почему бы не сегодня.
- Что касается воспитания – я замялась и решила достать из кармана документы – У меня много чего изменилось, не только цвет волос – я протягиваю ему паспорт с новым лицом и именем фамилией. – Вероники Оливер больше нет. Мое новое имя Фокс. Но я пойму, если ты не сможешь с этим смириться и будешь называть меня Вероникой. – Я смотрю на реакцию брата. Его сдержанность меня бесит. Я давно бы уже сняла ремень и прошлась бы по чей-то белоснежной заднице. А он держится. Может, если я расскажу про отношения с Кассандрой, то это выведет его на более яркие эмоции? Почему-то только от одной этой мысли меня бросало в пот и страх. Удивительно, в этом мире есть тот кого я еще боюсь. Ухмылка царит на моем лице. Брент, как мне тебя не хватало.
Я поедаю пиццу и медленно опустошаю стакан с алкоголем. Душа замирает, зрачки расширены. Как страшно рассказывать о своей жизни когда-то родному и самому близкому человеку. Наверное, мне стоило писать ему более красочные письма и открытки.
- На сегодня достаточно откровений или можно продолжать тебя добивать? – поверь, историй для тебя у меня предостаточно, но лучше я все не буду тебе ведать.
- Девочки? Посмотри на меня, внимательно посмотри, а теперь ответь на вопрос – ты готов вступить в отношения с такими же, как я? Сексуальными, яркими и необузданными? – ты же проиграешь в скачках на первом кругу с любой моей девочкой. Ты не в той форме и ты не того ранга, родной, прости.

+1

9

Ей незачем было доказывать то, что она изменилась. Найт наблюдал за сестрой и без ее слов это прекрасно понимал. Изменилась не только внешне, но и внутренне. Было что-то такое. То ли некоторые наигранные ее действия сейчас мешали ему рассмотреть это, то ли еще что-то, но Вероника старалась сейчас показать ему эти изменения, а он пока не понимал, что ускользает от его внимания. В конце концов, она протягивает ему паспорт, но он не сразу его берет. Какое-то время смотрит на страницу и только потом забирает его. На фотографии – огненная бестия с вызовом во взгляде даже на спокойном, казалось бы, лице. Негр вчитывается в строчки, в новое имя, которое оказывается ей под стать.
- Мне нужно будет время, чтобы привыкнуть к этому, - честно признается он, но улыбка и в этот раз получается сдержанной. Мужчина покрутил паспорт в руке и отдал его обратно, снова внимательно посмотрев на девушку. – И ко многому другому.
Фокс, значит. Ну, что ж, это же ее выбор и он, вроде как, должен относиться к нему лояльно. Так нужно. Это, кстати, будет подтверждением тому, что его отношение к ней не поменялось.
На предложение продолжить откровения, негр лишь пожимает плечами. Раз уж начала, то может продолжать и дальше,  зачем растягивать удовольствие. Хотя, у них не было общих знакомых ни тогда, ни теперь, так что вероятность узнать о сестренке что-то со стороны, с чужих слов, сводилась к минимуму. Если, конечно, он благодаря своим связям, не захочет узнать больше. Причем, Найт прекрасно понимает, что не сможет так поступить по отношению к ней.
- Сейчас тот момент, когда ты можешь продолжать удивлять меня без последствий, так что лови его.
И все-таки, Брент понимал, что вряд ли получиться у них вернуть старые добрые времена и те отношения. У обоих за спинами был приличный багаж прожитых порознь лет, у нее уже нет «серьезных» подростковых проблем, решение которых она искала в нем, в нем не осталось желания искать точки соприкосновения. Они разные, как ни крути и в их случае это совсем не плюс.
Да, они родственники, это их, безусловно, связывало, и Найт при любом раскладе готов был придти на помощь сестре, что бы у нее не случилось. Приехать в какой-нибудь клуб посреди ночи и втащить надоедливому придурку? Пожалуйста. Прибить полку? Подставить плечо? Помочь деньгами? Это и называется поддержкой близких. Но вряд ли неделю спустя, после этой встречи, она наберет его номер и скажет, что хочет увидеть его и поболтать, в этом он сомневался – в том, что получиться возобновить ощущение близости родного человека на более тонком уровне, когда чувствуешь, что тебе просто не хватает этого. Как-то он подрастерял такую чувствительность и считал это совершенно нормальным, пусть и неправильным.
- С такими же, как ты? Что это значит? Мне что, по-твоему, пора уже на покой? Ты что-то рано меня списываешь, - Брент с укором посмотрел на сестру, но через секунду уже чуть устало покачал головой, явно не желая развивать эту тему дальше. – Ладно, хрен с ним. Лучше давай и дальше о тебе. Надеюсь, член ты себе не пришила?

+1

10

Надеюсь, у нас теперь предостаточно времени, и я получу обратно в распоряжение своего Брента. Теперь он будет не тем, который будет меня должен защищать, а тем, который будет меня опекать и терпеть мои истерики. Теперь я знаю, кто будет моей жертвой. Кто будет обязан молча, слушая меня. Мой взгляд прикован к его горячим шоколадным глазам. Он моя горечь, он сможет. Он все сможет. Он у меня сильный. Кажется, в его присутствии я становлюсь сентиментальной или это сочетание виски и Брента. Я чувствую, глаза мокреют. Еще чуть-чуть и слеза убежит на щеку.
- Я хочу многое тебе рассказать, ты имеешь полное право на мою жизнь – я забираю документы и возвращаю в карман – но лучше не сегодня, у нас много будет таких вечеров. У нас много времени. Если ты меня признал в рыжеволосой девчонке, то сможешь принять и все остальное – правда же? Ты же не отвернешься от меня, от прошлого, в котором не было тебя. Прошлого, в котором я была одна. Я устала быть без тебя.
Я улыбаюсь на его слова. Он нарывается, а я не сдерживаюсь. Я хочу сказать о том, что у меня есть Кассандра, что я влюблена в самую прекрасную молчаливую девочку. Что нет никого нежнее. Что самое прекрасное это ее молчание.  Я люблю немую девушку. И самое главное в этом предложение то, что она девушка. Мы с ним выросли в консервативных семьях.  Я боюсь его реакции, боюсь, что он меня не поймет, высмеет и я потеряю его. Я не смогу выбирать между ней и им. Она моя любовь, он моя половинка.
- Понимаешь, есть вещи, которые ты не сможешь принять, как минимум потому, что ты мужчина – и тут я задумалась…он же мужчина и должен понять, как тяжело оторваться от женского сексуального тела. Вот и я не смогла пройти мимо  ее сексуального невинного тела. Но не сегодня, мне нужны еще отношения с ним – давай расскажи о себе еще что-то, а то ты совсем скуден на рассказ. Расскажи любовные истории. Ты же у меня красавец, девушки должны же были быть за это время – я делаю жест бровями. Я хочу романтичных историй от этого скупердяя. Но я знаю, что мне ничего не светит. Сегодня роль ведущего на мне. Хотя с его молчаливым характером, роль ведущего всегда  на мне. Я всегда несу какую-то чушь, а он меня не затыкает. Я чувствую, что мои ноги затекают и им пора выпрямится и занять царское место – на ногах брата. Что и случается, пару виртуозных движений и я на нем.
- Ну что ты, что ты! Ты на покой уйдешь только после меня, так сказать – через мой труп. А я помирать не собираюсь, не дождутся! – с заумным видом я ему пытаюсь шутить. - Брент, просто мои девочки это не твой уровень. Мы найдем тебе девочку по рангу, только не из моих – только я могу быть у тебя неформалкой, только я могу у тебя быть сукой.
А потом он спросил про член. Откровенно 1Х0. Играем дальше, я оказываюсь в проигрыше. Я подвигаю свою задницу ближе к брату, так близка, как только нам позволяет пространство.
- Ты хочешь проверить, что у меня в трусиках? – моя лисья улыбка и искры в глазах. Я не могу уступить ему. Я ловлю нужную атмосферу и думаю уже можно.
- Брент – я откусываю огромный кусок пиццы, чтоб речь была непонятной – я сплю с девушкой – думаю он понял, что я сказала. Я продолжаю жадно откусывать куски пиццы, чтобы не приходилось ничего говорить и объяснять. Он взрослый мальчик, я большая девочка. Я всего лишь ему сестра. Он не должен придать этому большое значение. Я прощу, если он не придаст этому вообще никакого значения. Это куда лучше вариант, чем, если бы я встречалась с каким-то стариком, это же омерзительно или с мафиозей, это совсем не безопасно. Мои невинные глаза весь вечер прикованы к Бренту. Это какой-то странный вечер, странная посиделка, странные разговоры, от которых мне делается неловко. Он плохо на меня влияет. Вообще плохо, что он на меня влияет.

+1

11

Перед ним, по сути, сидит взрослый ребенок, но Брент понял это не сразу, а только теперь. Когда она переступила через порог его квартиры сегодня, он решил, что эти перемены – что-то вроде знака ее новой взрослой жизни. Люди меняются, это нормально. Некоторые меняются до неузнаваемости и не только внешне. Фокс именно так и сделала, но внутренне нисколько не поменялась. Осталась маленьким капризным ребенком, который вредничает еще больше, если понимает, что что-то идет не по его желанию. Вообще-то, этот ребенок еще и взрывоопасен, потому что способен менять людей, которые составляют его окружение. Найт это влияние чувствовал и не сопротивлялся.
- Я думаю, что не увижу там ничего нового, - вновь парирует он. Это действительно похоже на игру. Перекидывание мячика.
Этот ребенок во взрослом обличие, в женской оболочке, немного пугает его своей непредсказуемостью. Ему еще придется свыкнуться с ее новым образом рыжей бестии и, в тоже время, он все еще видит в ней свою младшую сестру Веронику, которая прямо сейчас рассказывает, что вообразила себя лесбиянкой.
Эмоции бестии меняются со скоростью света. В ее глазах тоска и она готова заплакать, мгновение спустя она хитро улыбается, а теперь она отводит взгляд и набивает рот пиццей. Наблюдая за очередной переменой в поведении, Брент снова хмуриться. Не потому что ему не нравится то, что он услышал, а потому что не может понять ее реакции. Она ждет, что он ее будет осуждать? Ну, да, однополая связь – это не то, что он будет приветствовать, она это знает. Но удивляться такому заявлению в стране, где разрешены однополые браки, по меньшей мере, глупо. Она жива, здорова и счастлива – легче думать именно об этом, чтобы не углубляться в менее радостные известия.
Брент наблюдает за тем, как Вероника-Фокс тщательно пережевывает пиццу, и чувствует, что она ждет его реакции, но начинает с того, что обнимает ее. Найту это нравится, то, что они близки не только эмоционально, но и физически. То, что она придвигается к нему, складывает на него ноги и, в итоге, прижимается к его боку. Ему уютно и, на удивление, спокойно.
- Она хоть совершеннолетняя? Ты знаешь, что подобное вызывает во мне совсем не восторг, - начал он и тут же сделал паузу для того, чтобы залпом выпить остатки виски из стакана. Найт наклонился, чтобы стащить со столика бутылку, из-за чего ему на время пришлось выпустить сестру из объятий. Снова наполнил и ее и свой стакан, и занял прежнее положение, погладив предплечье Вероники. – Но, если это приносит тебе удовольствие и если уж ты решила, что так тебе лучше, то мое мнение мало, что решает. А если даже и решает, то не слушай меня, потому что я считаю, что это полнейшая херня.
К тому же, он не считал себя способным поучать или давать какие-то советы младшей сестре, учитывая то, что у него и у самого никаких достижений на личном фронте не имелось. Все только какие-то планы, которые в итоге выливались в короткие интрижки. Женщины стали до жути самостоятельными, что усложняло задачу, потому что Найт уважал чужое мнение. Даже если оно расходилось с его собственным.
Мужчина вздохнул и в очередной раз отпил из стакана.
- Ты с ней живешь? Если нужны деньги или будут какие-то проблемы, то говори мне, ладно?

0

12

[в архив]: игрок удален

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » время не щадит никого