vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » нас определяет наше прошлое


нас определяет наше прошлое

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

[AVA]http://se.uploads.ru/SriWJ.png[/AVA]
[SGN]http://se.uploads.ru/rkZ1a.png[/SGN]


Поступки, что ты совершаешь сейчас, облекут в форму твое будущее.
А быть ему хуже или лучше – это уже дело твоего выбора.

http://se.uploads.ru/WDAdg.png

Maria F. Sanders, Liam Sanders, James A. Sanders,  Daniel Sanders, 

начало 90х, лето, тепло, вечер...
дом Сандерсов


Чего нам не хватает иногда в жизни? Никто точно ответить не сможет. жизнь иногда становится скучной, но ведь один не может раскрасить ее. Я запустила Джеймса, окунулась в  семью, отдавая всю себя поим детям, моему Даниэлю, мальчику, который едва отвернись уже куда-то устремляется, моя Лиам, девочка, моя розочка, любознательная, добрая доченька. И Муж остался за бортом моей любви. Моежт я виновата в том, что в ночь, открыв дверь едва сдержусь от слез и ругательств. А разве малыш виноват?.... Я не знаю... Может виновных и нет вовсе.....

вид отца

--

вид мамы

--

вид Лиам

http://static.fashionbank.ru/photo/2010/02/41813/Kristina-Pimenova6820399.jpg

вид Дани

http://se.uploads.ru/t/acXFH.jpg


Отредактировано Liam Sanders (2015-03-23 12:16:15)

+2

2

[SGN]http://se.uploads.ru/wurIo.png[/SGN]

В темной гостиной тлел огонек одинокой сигареты, то разгораясь, то вновь становясь едва заметным, мелькая вверх и вниз, и сизый дым скользил по лучу фонаря, заползающему в комнату, освещая обнаженные ступни сидящей на диване женщины. Пепел аккуратно упал в хрустальную пепельницу, и вновь танец огонька, словно по спирали, повторился. Мария, уложив Даниэля и Лиам спать, выдумав очередную историю про Пони Рыжика, которого обожала ее дочь, и тушканчика Хвостик, когда-то Мария так сына непоседу называла. Сколько уже пережили эти зверюшки в ее историях, куда не путешествовали, а дети просили и просили. А сама женщина была далеко от дома.
Между ней и Джейсом было много разных событий. И печальных и радостных. Радостные это курносики спящие сейчас в комнате, сжимающие игрушки тонкими ручонками, улыбаясь каким-то мультикам, что им снились. А вот сейчас на сердце испанки было так тяжело. Отношения будто зашли в тупик. Она не могла выбраться из-под завала «семья и заботы о ней», уставая так, что едва хватало сил умыться, падала в кровать и забывалась мертвым сном, а Джеймс остался за порогом ее заботы и внимания. Он все чаще стал задерживаться на работе. А на работе ли? Мария ни разу не позвонила, не проверила, хотя сходила с ума от ревности, от призрачного намека на потерю любимого мужчины, которого с каждым прожитым годом рядом с ним любила сильнее. Иногда она чувствовала от него аромат духов, тонким и цветочных, улыбалась, встречая мужа, топча внутри себя гордость, догадываясь о причине происхождения этого запаха. А на утро с размаху бросала эту рубашку в машинку, едва не разбивая стекло в машинке, с треском ее закрывая, чтобы быстрее избавиться от преследующего ее запаха и отогнать мысли подальше.
Мария забывалась в работе. Брала дела все труднее и опаснее. Женщина отказалась от работы в штате юристов в компании свекра, считая, что и Джеймса там вполне достаточно. И теперь понимает, как правильно поступила. Еще не хватало, чтобы на нее косо смотрели, зная все о Сандерсе. Она молчала. Во имя детей. Семьи. Себя. Гордая испанка много лет назад была покорена им, влюбившись в рыжеволосого парня как в Бога. Ее Бога.
Пепел упал на ковер, сорвавшись с дрожащей сигареты.

Ранее утро. Женщина потянулась на кровати, зарываясь лицом в подушку, прячась от звона будильника. Рукой пошарила по половине мужа. Пусто. Она резко села. Подушка была идеально взбита ею еще прошлым утром, так и осталась свидетелем одиночества женщины. В тот день у нее было заседание по сложному делу, которое грозило затянуться до позднего вечера. Процесс шел второй месяц, и все время противникам удавалось уводить в тупик судью и присяжных, что требовалось еще время на дополнительное изучение вновь появившихся доказательств. Как фокусники, они штамповали свидетелей, бумаги. А Мария вновь со своей командой доказывала подделку, разрушала стены «истины». Она вечером позвонила свекрови, попросила побыть с детьми. Мать Джеймса обожала свою сноху, и согласилась приехать. Машину Мария не взяла, понимая, что все равно оставит ее у здания суда, после таких битв она ползла домой без сил. Она не звонила мужу. Не имея привычки задавать два вопроса А ты где? и Когда вернешься? смысл в звонке терялся. Может кому-то и покажется, что она равнодушна. Нет. Просто это было для испанки из разряда слежки, занудства. И приехав домой на автобусе, так дольше и подумать есть время, слабо улыбнулась свекрови, поцеловав в щеку, ушла в комнату. Ведь там Рыжик и Хвостик ждали своего очередного приключения. Но Мария заснула в кресле с детьми. А утром очнулась в кровати, в заботливых объятиях мужа. И за это она его прощала.

Шум гравия. Женщина подобралась, положив дотлевший окурок в пепельницу. Четкий шаг Сандерса она узнает из тысячи. Он не  умел красться. Поворот ключа….

Отредактировано Maria F. Sanders (2015-03-26 00:39:56)

+2

3

Джеймс никогда не любил рассуждать о жизни, но все чаще и чаще ему просто приходилось. Он с заботливым трепетом вспоминал студенческие годы, свое детство, свои первые шаги ( которые отпечатались в его памяти по рассказам близких) К сожалению, всё это так и останется на фотографиях ( вот-вот уже черно-белых) и в его голове, в его снах. Ему часто снились цветные, красочные сны, где он избавлен от вечных обязательств и ответственности. Нельзя сказать, что он боялся всего этого, ведь даже лет десять назад он уже был весьма вдумчивым, серьезным пареньком, просто, кажется, ему все это надоело. Он дошел до той точки кипения, когда пора остановиться, ведь эта сумасшедшая беготня изо дня в день безумно вымотала его, будто ему не тридцать, а все шестьдесят. Джеймс понимал, что сейчас нужно поддерживать Марию всеми силами, быть рядом, заниматься воспитанием детей. Он не отказывался от всего этого, однако вступил на скользкую дорожку соблазна. Там не было никакой ответственности и остального, от чего так бежал Сандерс. И всё это началось год назад...
"Её" - с фирменной ухмылкой проговорил Сандерс, увидев впервые Кристину. ( а точнее - Клео, ведь ее настоящее имя он узнал только после рождения Кристиана) Она вызывающе смотрела ему прямо в глаза, не отводя взгляд. Ее кошачьи глаза прожигали, обжигали, дерзили, и в тоже время умоляли. Джеймс принял ее вызов, сам того не ожидая, попал в сети, выбраться из которых с каждым днем становилось всё тяжелее. Она танцевала так, что его челюсть падала на полку. Она обжигала своим телом так, что капли пота градом стекали с его тела. Она целовала так, что губы становились синими, а язык заплетался, не в силах произнести и слова.

Но всё это было ему не в новинку. Он уже испытывал подобные чувства, только ярче, ведь они были сопряжены с любовью,  а не с диким первобытным инстинктом. Мария умела и могла быть самой страстной женщиной на этой планете. О, как она танцевала. О, как она целовалась. Объяснить причину, по которой Сандерс повелся на Клео, очень сложно. Мужчина - одним словом. Разнообразие - вторым словом. Рутина - третьим. Всё в совокупности дало одну измену, длиною в год. Целый год Сандерс находился в цепких лапах Клео. Приходя домой, совесть душила его, разрывала на части. Он всякий раз обнимая Марию, клялся себе, что завтра всё будет по-другому, но на утро приходило ее похотливое сообщение. Он не мог совладать с собой и своими желаниями. Как наркозависимый; как алкоголик последней стадии; как курильщик, прокуривший свои легкие до одной большой черной дыры. Он просто не мог.

Иметь любовницу стало престижно. Сначала, ему было отвратно признавать факт наличия второй женщины в его жизни, затем он получил одобрение от своих коллег, от своих друзей. Всем им нравилась Мария, некоторые даже были без ума, и что уж там... Никто даже и не подумал о том, что у Сандерса может быть что-то серьезное с Клео. Она была его игрушкой в их глазах, а он так не думал. Когда Клео заявила, что беременна, Джеймс сделал все, чтобы отговорить ее делать аборт. Зная, что если ребенок появится на свет, последствия будут сокрушительными, он всё равно не позволил ей убить жизнь. Дети не виноваты в ошибках своих родителей. Клео кокетничала, помыкала им и даже шантажировала. Она наконец-то нашла способ управления им. Пока она была беременной, она не отказывала себе абсолютно не в чем. Сандерс за всё платил. Он пытался заботиться о состоянии малыша, но Клео было плевать. Если бы не постоянный контроль, то она и закурила бы ( чего очень хотела, но у них был подписан договор) По условиям этого договора, Клео не должна была работать в борделе, пить, курить, вредить ребенку, питать только теми продуктами, которые были прописаны. Если все пункты будут соблюдены, она получит обещанные деньги. Если нет - останется одна в нищете. Джеймс первое время проявлял к ней теплые чувства, заботу, даже ласку. Ведь она мать его будущего ребенка, но вскоре он понял, что как бы не пытался, этой девушке ничего не нужно, кроме денег. ( либо она это тщательно скрывала)

Сандерс знал, что все в корне поменяется, когда он переступит порог своего дома с младенцем на руках. Клео родила мальчика. Через полчаса после родов потребовала свои деньги, через несколько дней уехала из города. Джеймс вышел с мальчиком на руках из роддома. Клео уехала и, как сказали врачи, даже не попрощалась с младенцем. Он был всего лишь выгодным ее вложением. Не прогадала. Получила, что хотела. Так уж вышло, что приехал он поздним вечером. Медленно провернул ключ в замке, но все равно смог издать шум. Как сильно трепетало его сердце. Он боялся. Сандерс больше жизни любил Марию, Лиам и Дани, но теперь его любовь под угрозой. Он не хотел, чтобы а) Мария от него ушла и б) дети не приняли третьего ребенка. То существо, которое тихо и мирно лежало, укутанное в белый конверт, уже было по душе Джеймсу. Он даже на мгновение забыл, что мать не Мария.

Увы, жена услышала его шаги. Услышали и дети. Он оказался в крайне неловком положении, но как-то надо было выкручиваться. Мария и Джеймс никогда не выясняли отношения при детях. Сандерс считал, что это признак дурного тона, да и Мария была не склонна метать посуду при них, а посему Сандерс натянул беззаботную улыбку и сказал:
— Добрый вечер. - он чмокнул в щеку жену, затем погладил одной рукой по длинным волосам Лиам и Дани. А вот и я. И... И малыш. - пытаясь улыбнуться, он смотрел на жену. Знал, что она весь этот год все прекрасно понимала и видела, а вот теперь он точно признает свою измену, и результат этой измены мирно сопит у него на руках.

+2

4

[AVA]http://se.uploads.ru/SriWJ.png[/AVA]
[SGN]http://se.uploads.ru/rkZ1a.png[/SGN]

Пушистые длинные реснички затрепетали от ласковых лучей солнца, маленькая ладошка потянулась к сонным глазкам потирая их. Заставляя открыться на встречу новым приключениям. -Мамоськаа... промурлыкал тоненький голосок, призывая к себе ангела. Открывая аквамариновый взор, в поисках ее. Вскакивая на ножки, уже через секунду, схватив плюшевого медвежонка Йойо, так как не особо в том возрасте могла располагать более широким словарным запасом. Я бежала по коридору в спальню родителей. Всегда это делала, мама говорит со времен моих поползновений. Каждое утро для меня это было настоящим захватывающим приключением.  Босые ножки тихо шелестели по гладкой поверхности мраморного пола. Зная, что получу нагоняй за эту маленькую шалость, и не одевая теплые тапочки, которые всегда стояли возле моей кроватки, дожидаясь когда же я снова их одену.
Приближаясь к двери в спальню моих родителей, прислоняясь к ней ушком, с замиранием сердца слушала, и когда убеждалась в полной тишине, пробиралась внутрь. После, неуклюжими тяжелыми движениями, втискивалась между ними под пуховым одеялом. Целуя с начала маму, а потом папу. После этого, отец всегда открывал глаза, оставлял нежный поцелуй на шелковых щечках и вставал на работу, прикладывая палец к своим губам и делая характерное нашептывание "Тшшш,  с добрым утром моя принцесса. Береги сон мамы. Я люблю тебя." Аккуратно выскальзывал из сонного царства и уходил. Я же в свою очередь поворачивалась к мирно спящему ангелу, сжимая в ладошке шоколадную прядь ее волос. Вдыхая сладостный аромат и вновь засыпала. А после мама будила меня сладкими поцелуйчиками и ванильным шепотом... Это было бесценно для меня.

Даже спустя столько лет, я отчетливо помню тот день. С того дня, все стало по другому. Утро было другим. И очень долгое время я не понимала, что происходит, и почему мое каждодневное путешествии прекратилось навсегда.
Как обычно, проснувшись раньше всех, я отправилась по любимому маршруту, но остановилась на полпути. Столкнувшись взглядом с небесными глазами отца. Для меня было удивительным, что впервые он проснулся раньше меня, и куда-то стремился, бросив лишь мимолетный взгляд. Ответив лишь знакомым знаком "тшш" и устремился к выходу. Почему-то мне стало так грустно, и как-то со всем не так. Тоненькие ручки крепче прижали плюшевого медвежонка к себе, подойдя к краю лестнице, и ухватившись за резные металлические перила, начала медленный спуск вниз. -Папоська! Потазтиии! это зе я. Шажок, еще один. Но, входная дверь уже громко хлопнула, а ультрамариновые глаза наполнились кристальными слезами. Детские обиды в 4 года казались равносильны смертельному катаклизму не так ли?
Меня подхватила на руки нервно несущаяся ко мне наша служанка Натали. Пышная,  и добрая женщина. Которая давно уже считалась членом семьи. Она пришла работать девчонкой еще на моего деда, на ее глазах вырос мой отец, а теперь уже и мы. -Боже Лиам, что ты тут делаешь одна? Пойдем моя хорошая. Подхватывая меня на руки -Папоська... прошелестел тоненький голосочек...

День выдался после таким же ярким и насыщенным как и обычно, а утреннее происшествие стерлось из памяти. Лишь только образ моего ангела был затуманен. Ее печальный взгляд, и какой-то растерянный вид выдавали ее волнение. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, а вкусный десерт после сытного ужина был размазан по красивому личику.
Спустя еще час мы уже уютно сидели на мягком диване в гостинной, закутавшись в теплый мягкий плед вместе с Дани. -Мамоська, раськазы каську о хофстики и лысики. Устраиваясь уютно в объятиях матери и улыбаясь старшему брату. В предвкушении очередной любимой истории.

Меня разбудил шорох матери, которая пыталась незаметно подняться, чтобы не разбудить нас с Даниэлем. И тут же через мгновение, отец появился на пороге. Полностью разрушая сладкую детскую дремоту. Зевнув и слегка, потянувшись, вскочила, и бросилась к ногам отца, крепко обнимая его. -Уля, ти писель. папоська, посему ти не папласялся со мой утлям? Я смотрела широко распахнутыми глазами снизу вверх, в ожидании ответа, и в моих глазах читалась не понимание происходящего. Почему мама молчала, и что означали слова отца? -Сто тяма? Пытаясь разглядеть непонятную вещь в руках отца.

оффуш

сори родители, никогда не играла от лица детей, понятия не имею как это делается. ))

Отредактировано Liam Sanders (2015-03-27 18:15:14)

+2

5

Мария стояла, словно между мирами. Рядом мир ее семьи, крутились Дани и Лиам, часть мира вырвалась, стоя напротив женщины, пытаясь прорваться сквозь заслон ее чувств, которые были столь противоречивы, что Сандерс будто гипнотизировал ее. Мария понимала, кто в его руках, откуда. Боль, как садист неумеха, ковырял ей сердце, заставляя дрожать как листок на ветру, рукой шаря по воздуху ища поддержки в детях. Коснувшись плечика Дани, Мария вцепилась зубами в сжатые в кулак пальцы, переводя взгляд на сверток, вновь возвращаясь к этим голубым глазам, которые ничего не говорили ей, а сами ждал ее ответа. Ее рука дернулась в сторону младенца, но тут же женщина ее убрала будто обожглась.
Как же хорошо, что свекровь уехала, представить, что могло бы сейчас начаться, даже Марии было трудно. Объяснять кому-то она не собиралась. Пока нечего объяснять. Заговорить с мужем не позволял стоящий в горле ком. Ее ноги обняли руки старшего сына, и по привычке, он вышел чуть вперед, прижимаясь к ее животу ушком. Он так делал, когда Мария была беременна Лиам, и любознательному мальчике было интересно, как там поместилась его сестра. Но и потом мать не была против этого сакрального для них жеста. Дани придавал ей сил, душевных.
- Как ты его назвал?
Первое что слетело с ее языка. Лиам подпрыгивала, пытаясь заглянуть за одеялко, как заводная твердила Кто там? Мария уже чувствовала, что этот ребенок, она даже не знала кто это мальчик или девочка, не покинет их дома.
Она протянула дрожащие руки к мужу, смотря на сверток, будто в этом есть спасение, понимание и принятие всего, что творилось в этот год или больше. Этим самым она прощала мужа, но буря была впереди. Сейчас надо просто почувствовать ребенка, как волчица чувствовала Маугли. Ее руки помнили, что такое младенец, что аккуратно сложились в подобие люльки, в которой лежал сейчас малыш. Когда приблизился к ней Джеймс, Мария отшатнулась. Пока женщина не была готова к его объятиям, поцелуям и словам. Все слишком сложно для нее. дети малы и примут этого ребенка, Мария тоже примет, но как побороть в себе боль от измены мужа… Когда этот младенец будет напоминать о ней ежедневно?
Сев на диван, женщина откинула ажурный уголок конверта, рассматривала прелестное личико маленького ангелочка. И внутри разливалось такое тепло, как сладко он сопел, как под подбородочком виднелся его кулачок, крохотный.
- Это мальчик, - она улыбнулась, притянув его к себе, поцеловала в щеку, такую мягкую и бархатную. - Luis, el caminante de la noche.(1)
Дани забрался на диван, стоя сверху над ней, тянулся пальчиками к маленькому мальчику, но Мария перехватила его ручку:
- Не надо. Ты же помнишь, как Лиам была такая же. И я как тебя учила? Погладь его.
Осторожное прикосновение и малыш завозился.

(1)

Перевод

Луис, ночной странник

+2

6

Джеймс Сандерс никогда не забудет тот день. И никогда не забудет, как совесть испепеляла его изнутри, просто сжирая. Сжирая и не оставляя живого места. Он понимает, что так просто этот трюк не пройдет. Впереди будут новые препятствия, усилия и осознание того, что как прежде, увы, уже не будет. Даже если оба будут стараться, даже если измена забудется, как страшный сон, они - уже не те. Это факт, с горечью его надо принять, но отталкивать его нельзя. Это жизнь, а не сказка. Как бы Сандерс и Милагрос друг друга не любили в университетские годы, сейчас другое время; они повзрослели. И возникли новые проблемы. Одной любви, даже крепкой, стальной, настоящей, будет не достаточно. Он сам разрушил их замок, теперь и сам попробует его восстановить. Но без помощи Марии у него ни черта не выйдет. Джеймс надеется на ее понимание, материнский инстинкт. Но он также понимает, что принимать ребенка от другой женщины она совершенно не обязана. Ведь он втоптал ее в землю, пренебрег ее чувствами, забыл о своих клятвах. Романтика сменилась тем, что сейчас называют стандартами высшего общества. Деньги и любовница, власть и чувство свободы на время затмили его разум. Позволили забыть о семье. О чудной Лиам, любимом маленьком ангелочке, которая, вот прямо сейчас, беззаботно и любопытно проскользнула в эпицентр выяснений отношений. Она прыгает, пытается понять, что за маленький гость находится в этой комнате на руках у ее отца. Она чудесна. Джеймс может часами любоваться ею и мечтать, как она подрастет, наберется сил, терпения, опыта и знаний, и уделает этот мир, поставит его на четвереньки. "Она будет сильной, уверенной в себе, и успешной. Я знаю." Ну а Дани? СЫН. Он так хотел сына. Как только Мария сказала, что беременна, его первая мысль была - сын... Мечта Джеймса сбылись. Дани рос образцовым мальчишкой, который знал, как себя вести, любил гонять мяч вместе с отцом, любил ходить на матчи вместе с отцов. В общем, всё то, о чем мечтал Джеймс, когда Дани еще был в утробе своей матери. Что же пошло не так? Многие бы позавидовали ему : страстная, молодая, горячая жена ; любопытная, красивая, смышлёная дочь; любознательный, шустрый, быстрый сынок.

Почему не храним, не ценим, что имеем? Почему это так актуально из поколения в поколение? Нам хочется покорить горы, цепи гор, Эвересты из Эверестов. Больше, больше, больше... Да, ставки были высоки, а он азартен. Не захотел останавливаться, пожелал продолжить игру, но прогорел... 

Чужая женщина – загадка для мужчины…
Её так хочется…скорее разгадать…
Ей всё к лицу, включая мелкие морщины.
В ней всё прекрасно, не прибавить, не отнять…

Чужая женщина подарит вам улыбку,
А может просто равнодушный едкий взгляд…
Но не расскажет о своих былых ошибках
И не оставит вам своих координат…

И вы опять её проводите при встрече
Глазами полными печали и огня…
Опять не ваш она собой украсит вечер…
И вы прошепчете: «Она не для меня…»

Чужая женщина – вулкан, что тихо дремлет…
Вот только нет её прекрасней и милей.
Но если жить мечтами сердце не приемлет,
Рискните сделать эту женщину своей…

И будут те же бигуди, халат в горошек,
Обиды горькие, упрёки, суета…
Есть в каждой женщине повадки диких кошек,
Но тяжело найти достойного кота…

При первой встрече все чужие, однозначно,
Но вы же выбрали одну из них – навек…
И кто-то скажет, что ошибся...неудачно,
Но всё ведь проще – так устроен человек…

Недосягаемое часто привлекает…
Там нет проблем и не достал совместный быт,
Ведь даже сладкое порой надоедает…
И первой встречи вкус малиновый забыт…

Но ваша женщина – такая же чужая
Для тех мужчин, что на пути её стают…
Она для вас живёт, детишек вам рожает
И создаёт в семье порядок и уют…

И на неё, поверьте, смотрят также точно,
И у неё такой же безупречный вид…
Но вы когда-нибудь, от сна проснувшись ночью,
Поймёте, ваше счастье с вами рядом спит…

Чужая женщина останется чужою…
Важней свою не потерять, а удержать…
Когда вас любят чистой искренней душою,
Наверно, глупо за чужими вслед бежать…

С Клео было просто. Она открывалась для него все в новых и новых ипостасях. А за это просила всего ничего - какие - то деньги. Купюры, бумажки, листочки. Кажется, все продается и покупается в этом мире. Как же можно забыть о том, что дома тебя ждет родная, близкая, самая верная, самая душевная женщина. И дети. Дети - твоя плоть и кровь. Твоя и твоей любимой родной женщины.
Джеймс понимал это, он рассуждал об этом. Он действительно раскаивался. И хорошо, что до него дошла эта истина, ведь до некоторых мужчин она так и не доходит. Они чувствуют себя царями, поступая, как последние твари, чувствуя при этом восхищение к себе любимым.
Но все не так просто. Хранительница очага семейства Сандерс побледнела, панически покусывая губы. Джеймс знал, что она и без слов все поймет.
- Вместе придумаем ему имя. Это ведь... Это ведь наш ребенок. - тихо прошептал Джеймс. Он мог бы есть оставить Клео, но тогда ребенок бы и недели не протянул с такой продажной матерью. Он мог бы отдать его в детский дом или подбросить в хорошую семью, но Сандерс не способен на такое предательство. За свои ошибки надо отвечать. И чем дольше он смотрел на крошечный сверток, тем быстрее приходило осознание того, что то, что сейчас лежит у него на руках - вовсе не ошибка, может, это дар свыше.
Он аккуратно передал Марии мальчика. Сам к ней подходить не стал. Наверняка, ей омерзительно его присутствие. Сандерс погладил по голове Дани и взял на руки Лиам.
-Прости, малышка. Мне нужно было срочно уехать. Обещаю, больше такое не повторится. - и действительно, не повторится. Ведь он виноват и перед ней, перед этим маленьким чудесным созданием. - Лиам, там твой братик. Твой маленький братик. - он поцеловал дочь в макушку и косо, даже боязливо, посмотрел на Марию.  Глядя на то, как она сидит с его ребенком, у него выступили слезы. Джеймс знал, что Мария - святая. Она всегда поймет. Она примет его. Он чувствовал это. Пусть Джейму теперь долог путь к ее сердцу, но эта кроха уже до него добралась.

+2

7

[AVA]http://se.uploads.ru/SriWJ.png[/AVA]
[SGN]http://se.uploads.ru/rkZ1a.png[/SGN]

В детстве мир для ребенка кажется со всем иным, более ярким, таинственным, сказочным и многогранным. Мое детство было счастливым и фантастическим. У меня были любящие мама и папа, старший брат. Тогда мне казалось, что мы были идеальны. Настоящая королевская семья. И у нас есть все, о чем можно только мечтать.  Огромный сказочный дом, дело всей жизни моего отца, которое ему досталось по наследству, и когда-нибудь оно достанется нам с Дани. Наша мама, самая лучшая в мире. Такая любящая, отдающая всю себя без остатка. И я даже в таком маленьком возрасте понимала, что второй такой в мире больше нет. Такая красивая, лучезарная и неповторимая мама. И такой сильный, надежный и обожающий нас отец. Да, что сказать, но детские мечты выходят далеко за границы реальности. И мы с головой ныряем в мир иллюзий, только вот выплывать потом слишком сложно и болезненно. Момент когда тебя вышвыривает прибрежная волна на берег, слишком шокирующий и неподвластный. В этот момент ты понимаешь, что твоя собственная жизнь далека от твоего собственного самоконтроля. Но, не будем забегать вперед. Тогда в 4 года, моя волна, еще была слишком далека, и до нее оставалось еще тринадцать счастливых и долгих лет радужного прибывания в детском мире фэнтази.
В тот день, я впервые увидела отца... хм... Он словно был другим, таким одиноким, замкнутым и нерешительным. Его взгляд полный вины, отчужденности и мольбы, подействовал на меня слишком сильно. Тоненький маленький пальчик, покоился в ротике, и молочные зубки пробовали его на вкус. Я с любопытством наблюдала за тем, о чем говорили мои родители. Не все конечно мне было понятно, меня больше интересовало то, что шевелилось в руках у моего отца. Маленький таинственный сверток, издавал какие-то странные звуки. Мне хотелось верить, что папа все же купил собаку, я ведь тогда, так сильно мечтала о щенке. Моем маленьком лохматом друге. Который будет любить меня, и никогда не предаст. Ведь Дани такой надоедливый, и постоянно вредничает.
Я улыбалась своим воспоминаниям о детстве. И продолжала в них купаться. Но одно я с уверенностью могу сказать до сих пор, я рада, что тогда вместо щенка в моей жизни появился младший брат. И вновь забегаю вперед. Лучше продолжим с того момента, на котором остановилась.
-Папоська, тамь сеносек? Поднимаясь на цыпочке и пытаясь разглядеть существо. Но мой старший брат оказался смышленее и уже успел вскарабкаться на диван и уже узнал секрет. -Ктёёё тама ктёёё тама? Мамоська хасю заатььь! Отец аккуратно передал его маме. И наконец-то осчастливил меня своим вниманием. Тоненькие ручки обвились вокруг шеи отца, заглядывая в призменные голубые глаза отца, наполненные грустью и виной. -Батик? Но у меня узе есть батик? Давай заведем сабаську? Даня вледый, а еси и онь тозе бутеть вледный? Я оглянулась назад и взглянула на маму, не понимая, что сейчас чувствует она. И вновь повернулась к отцу. Ти зе не будесь люпить его польсе цемь меня? Мне вдруг стало тогда так страшно. Казалось, что пока папа медлит с ответом, прошла целая вечность. И я выпалила быстрее свое предложение. -Еси я бутю себя халасе вести, ты подались мне сабаську? А батика лусьце вельнемоблатно. Я не хасю сто би ти любиль его боллсе меня и Данси!

Отредактировано Liam Sanders (2015-05-26 18:18:24)

+1

8

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » нас определяет наше прошлое