Луиза откровенно забавлялась, чувствуя податливые мягкие губы незнакомой...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Handcuffed


Handcuffed

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Участники: Sharon Moreau, Helen Hamming, Guido Montanelli
Место: Новый дом Гвидо Монтанелли
Время: 24 апреля
О флештайме:
Информация о том, что в город попала большая партия нелегального оружия, приводит к массовым арестам...
А встретить кого-то из своих старых знакомых - хороший способ увидеть, насколько изменился ты сам.

+3

2

внешний вид: деловой костюм + легкий беспорядок
А ведь все начиналось, как банальное убийство… Типичная перестрелка нарушила мирное существование одного из западных районов города. Из-за троих погибших, делу дали статус «приоритетного», и команда отдела специальных расследований немедля взялась за работу. То, что нам казалось обычным столкновением банд, в итоге переросло в кое-что интересное. Оружие, найденное на месте преступления, быстро привлекло внимание детективов, а после его проверки я окончательно убедилась в том, что преступление по праву может считаться приоритетным. Десятки единиц списанного оружия каким-то образом попали в Сакраменто, однако, судя по заявлениям информаторов, его быстро перевозили в другие города. Но как оно оказалось здесь и почему нам не удалось найти никакого упоминания о нем за пределами Сакраменто? Никто не видел, никто не слышал. Даже информаторы соседних департаментов разводили руками. Соглашались лишь в том, что это дело рук Пабло Гутиереса – человека здесь нового, но уже успевшего прославиться. Противоречивая информация не позволяла мне принять окончательного решения. Стоя перед доской, на которой висела карта со всеми возможными маршрутами движения товара, я задумчиво водила взглядом от одной линии к другой, попутно постукивая себя по подбородку указательным пальцем. И тут я сделала шаг вперед, на лице явное озарение. Пусть об этом никто и не говорил, но это единственный вариант, который бы объяснил все противоречивые сведения.
- А если оно остается в Сакраменто…, - все еще завороженно глядя на карту, внезапно произнесла я, чем привлекла внимание всей команды. Я тут же повернулась к своим людям, дабы объяснить свою точку зрения. – Представьте, у вас куча списанного оружия. О его существовании уже все забыли. Его никто не будет искать. В городе, где есть крупные преступные группировки, достаточно трудно оставить его. Так как спрятать? Как обезопасить себя?
- Сделать вид, что вывозишь его, - мигом подхватил одни из сотрудников, за что получил мой торжественный хлопок в ладоши. Мистер Гутиереса только начинал свою деятельность на территории Сакраменто, потому ему следовало быть осторожным.
- Бинго! И только вспомните, какие слухи ходят. Говорят о незначительных партиях, из-за которых никто бы не стал рисковать, хотя по факту, на тот период на списание должно было уйти такое количество, которого бы хватило на полноценную войну между крупнейшими бандами. Оно остается здесь, - произнеся последние слова уже как факт, я вновь повернулась к доске. 
- Но…, нам ведь все равно теперь известно о нем, - неуверенно отметил один из детективов.
- Да. Теперь, - протянула я, все еще задумчиво буравя взглядом карту. Думаю, для всех эта перестрелка стала неожиданностью, а для Пабло Гутиереса неожиданностью неприятной и нежелательной.  – Но этого не должно было случиться.

Далее последовал долгий разговор с начальством. Я могла действовать, но мне нужно было разрешение. Однако убедить помощника шефа полиции в серьезности ситуации оказалось не так просто. Несколько часов, карты, аргументы и только тогда он соглашается с моим решением. Если мы узнали об этом оружии, вернее о том, что оно остается в городе, то и сильные мира сего ждать себя не заставят. Это создавало реальную угрозу безопасности всех горожан, не говоря о самом факте наличия такого оружия у членов преступного мира.  Решение у меня было одно: изолировать всех лидеров крупных преступных организаций и заняться оружием. Идея эта не могла понравиться, ведь речь шла о задержаниях, причины для которых были бы притянуты за уши. Но выбора у нас не было. А еще я умею быть чертовски убедительной.
- Подойдите все сюда, - размахивая папкой, быстрым шагом я прошла внутрь помещения и встала около доски. – Я только что говорила с шефом, он разрешил действовать. Эмиль Кортезе, Майк Хоган, Кайл Джордан и Гвидо Монтанелли.  Эти люди уже сегодня вечером должны отдыхать в наших камерах временного заключения. У нас будет три дня для того, чтобы найти это оружие. Что же касается остальных, то мне дали «добро» на слежку. Притом следить будут так, чтобы они это видели, а потому не смели ничего предпринимать. Это возьмет на себя отдел специальных операций.
Я быстро разбила детективов по командам, и каждому досталось свое имя. Никто не задавал лишних вопросов, все прекрасно понимали, что задержания должны пройти максимально тихо, ибо их трудно назвать полноценно законными. С другой стороны, закон дает нам такое право. Вот такой замкнутый круг, который позволял нам действовать так, как мы того пожелаем, но осторожно.
- А основания? – изучая досье на одного из преступников, поинтересовался детектив Барнс. – Анонимка?
- Подойдет, - тут же кивнула я, ведь это самая распространенная причина задержаний. Впрочем, были еще варианты.  – Я ни за что в жизни не поверю, что дома у таких людей, как Хоган или Кортезе не найдется ни одного пакетика с марихуаной или другим наркотиком. Господа, не забывайте о том, что согласно законодательству, если офицеру полиции покажется, только покажется, что где-то кто-то кричит или зовет о помощи, он просто не имеет права проигнорировать это. Он обязан проверить. Даже если крики доносятся из чьего-то дома. Это ясно? Так что будьте крайне бдительны, – казалось, я просто доносила обычные правила и инструкции, закрепленные законом, но на деле же, это намек на то, почему и как можно оказаться в чужом доме на вполне законных основаниях.
Мне слышится, что кто-то зовет о помощи в каком-то доме? Отлично, я имею право ворваться туда и все проверить. А там уже обнаружение тех самых пакетиков с наркотиками или другими запрещенными веществами не заставит себя долго ждать. Примерно такой был план. В любом случае, оснований для задержаний таких личностей, всегда предостаточно. Нужно лишь включить фантазию.
- А с итальянцами что? Тоже анонимка?
- Нет. Здесь нужно что-то другое, - задумчиво протянула я, вновь поворачиваясь лицом к доске. Гвидо, мой старый «друг» заслуживал гораздо более увесистой причины! Тем более что я собираюсь оказать ему честь, и поучаствовать в задержании лично. – Если этих мы сможем задержать дольше, чем на 48 часов, то Монтанелли, на условии анонимки, врятли.  Нужно подстраховаться. Езжайте за этими троими, а я что-нибудь придумаю. И действуйте аккуратно. Это не арест, а задержание.
Сегодня удача сопутствовала нам! Один знакомый,  который занимался грабежами, показал нам весьма интересное видео. Казалось бы, оно ничего не значило: очередное ограбление аптеки (там продавалась лечебная марихуана, лакомый кусочек), однако камеры, стоящие в кафе около той самой аптеки зафиксировали весьма интересную личность за несколько часов до ограбления. И ничего особенного: посетитель просто пьет кофе, как и все остальные, но для меня это стало идеальным основанием. Склонившись над столом и всматриваясь в лицо Гвидо Монтанелли, спокойно попивающего кофе, я не могла не улыбнуться.
- Берем его, - протянула я, с широкой и яркой улыбкой, полной удовольствия.

Так как это считалось обычным задержанием, освобожденным от каких-либо официальных процедур, к дому Гвидо подъехали всего две машины, одна из которых была моей. Три человека, не считая меня, вышли из машин и остановились, ожидая распоряжений. Настроение у меня было на высоте! Этого не могли скрыть даже темные очки авиаторы, защищающие мои глаза от яркого калифорнийского солнца.
- Я подожду тут. Вы знаете, что делать, - трое мужчин двинулись к дому, я же облокотилась о крыло машины и, скрестила руки на груди. Нужно приветливо встретить старого знакомого.
А делать детективам особого ничего и не нужно. Постучаться, и попросить мистера Монтанелли проехать с ними в участок. Мы имели право ничего не объяснять, если того требовало расследование. И про адвоката не спрашивали. Ведь это не арест. Идеально. Надеюсь, заметив меня, такую довольную, Гвидо и не подумает упрямиться и портить мне, тем самым, настроение.

+3

3

Принято считать, что история ходит по кругу, но ключевое слово тут "ходит" - точно так же, как и сослагательного наклонения, она не терпит и статики. Как технический прогресс, как планета, вращающаяся вокруг Солнца, она никогда не останавливается - но, в отличие от космического тела, двигающегося по орбите, никогда не узнаешь, когда она замкнёт свой круг... Но это динамика неотрывна от жизни. Ничто иное, как это бесконечное вращение, даёт возможность для кого-то спрятаться от палящих солнечных лучей; для кого-то - выйти из тени. Забраться выше, или раствориться в водовороте событий. Вот только, чем выше оказываешься на этой центрифуге жизни, тем сложнее бывает там удержаться. Во всяком случае - избежав при этом головокружения...
Гвидо не был готов к тому, что очередной круг истории замкнётся именно сегодня и именно сейчас. Впрочем, оказаться "неготовым" и "не подготовленным", справедливости ради, всё-таки понятия разные - Монтанелли, учась на ошибках как чужих, так и собственных, старался сделать как можно для того, чтобы его не застали врасплох, с какой бы стороны опасность бы не подступила. Собственная моральная неготовность - всего лишь один из факторов... всего лишь отсутствие постоянной паранойи - сделай всё для того, чтобы собственный арест не стал такой большой проблемой, и не придётся постоянно забивать этим свои мысли. Которые тоже, говорят, материальны... Да, у Гвидо дома не было наркотиков, было бы глупо подставляться так просто. Торговлю наркотиками, как и употребление их, любых их видов, Монтанелли тоже никогда не одобрял, стараясь этого не касаться, как на личном уровне, так и на уровне организации, предпринимая усилия для того, чтобы Семья не оказалась вовлечена в наркосбыт напрямую, воспринимаясь как органами, так и рядовыми гражданами Сакраменто, так и представителями других преступных группировок, как сообщество, с торговлей наркотиками не связанное. Определённо, Торелли теряли на этом много денег. Как и лет, проведённых за решёткой, в бегах, или не проведённых вовсе - а просто вычеркнутых из жизни, поскольку она подошла к концу. Вопрос выживания. Спокойствие Монтанелли казалось дороже, чем деньги - там, где не за что воевать, и оружие ни к чему; так что крепче кофеина в его доме ничего нельзя было найти. Правда, это всё ещё не означало, что в доме нет оружия... Впрочем, он далеко не единственный человек в Калифорнии, да и всех Штатах, кто хранит в доме ствол или два.
Уж точно ничего незаконного нет в том, чтобы быть отцом... даже отцом-одиночкой. Если, конечно, закон не говорит обратного. Но, пожалуй, отец-женоубийца не будет ни в чьих глазах выглядеть привлекательно. Кстати сказать, Монтанелли о том, как это выглядит для своих ребят, задумывался больше, чем о том, как исчезновение Маргариты выглядит для слуг закона, таких, как Шерон и её подчинённые. Впрочем... наверное, так же, как и для людей Семьи. Погано это выглядит.
Впрочем, если Марго в его новом доме (а в том, что его адрес полицейские нашли быстро, не было как раз ничего удивительного) встретить никто не надеялся, да и наличие маленькой дочки, и присутствие постоянных телохранителей возле его персоны (как и их личности) секретом давно уже не было, то вот... Хелен - похоже, это был тот самый элемент мозаики, который не повторялся, Гвидо даже не был уверен, в курсе ли вообще полиция об их отношениях - с другой стороны, такие вещи утаить всё равно непросто. В любом случае, сегодня это быть тайной уже перестанет.
- Босс, у нас копы на пороге! - заорал Рокки так, что по всему дому было слышно, хотя дверь служителям закона открывать что-то никто не торопился. Один из плюсов постоянного присутствия в доме кого-то одного из троих головорезов Семьи, выполнявших функции личных бодигардов Гвидо - в выигрыше времени в таких случаях, как сегодняшний. Времени небольшого, но достаточного, если не зевать - как говорится, предупреждён, значит - вооружён. Тут же в окне второго этажа показалось лицо Дольфо... А Монтанелли поднял голову, взглянув на встревоженное лицо Хелен. Да - как и было сказано, к визиту полицейских к себе домой он сегодня оказался не готов.
- Я разберусь. Присмотришь за Витторией?.. - Гвидо старался сохранять присутствие духа, хотя встревожен был ненамного меньше. Впрочем, рано или поздно это должно было случиться. Неизбежно - как знакомство Хелен и Дольфо. Просто это было почему-то наименее страшно, а потому - не акцентировало на себе столько внимания. Гвидо не в первый раз встречать на пороге гостей со значками. И времени в участке он проводил в своей жизни немало...
- Так мне им открыть или что?! - не унимался Бульдозер. Вечер был уже испорчен, оставалось понять, насколько сильно. Дай бог, чтобы это за самим Рокки приехали - может, он чего успел натворить. Вряд ли, впрочем. У него и свой дом есть.
- Моя полугодовалая дочь спит, что ты разорался, в первый раз копов увидел, что ли? - прошипел Гвидо, подходя ближе. - Спроси, что им надо. - Дольфо вышел из своей комнаты, подойдя к отцу и вставая перед ним, прижимаясь к нему спиной, глядя на входную дверь. Он тоже уже догадывался, что будет дальше, и готовился встретить копов со всем только итальянцам и присущим уважением...
- Привет, детективы. - Рокки растянул рок в широкой, как у акулы, улыбке. И почти столь же зубастой. Его забавляла сама их реакция на его появление - приехали за одним макаронником, а дверь открыл другой... Что ж, не только у Шерон есть подчинённые. История делает круги для всех.

Монтанелли-старший
Монтанелли-младший
Рокки "Бульдозер"
Такая вот компания

+2

4

*внешний вид*
Иногда, когда все идет слишком хорошо стоит задуматься, а когда же будет слишком плохо? Пятница в Сакраменто всегда приходила неожиданно - будто кто-то переключил тумблер на электронном приборе и заверил, что сегодня - ни больше, ни меньше - последний день рабочей недели. Хелен всего пару дней назад переехала в новую квартиру. А два дня назад состоялся семейный ужин, где она познакомила Гвидо не только со своими детьми, но и с Отто Хольцманом - кузеном и ее адвокатом, который уже ни раз защищал честь фамилии Хэмминг в суде. В свою очередь Гвидо, познакомил ее семью с прелестным Дольфо. Парень оказался смышленым не по годам и удивлял Хелен своими взрослыми высказываниями.
Женщине думалось, что все пройдет куда хуже. Как минимум - кого-нибудь покалечат, как максимум - вечер провалится и станет одним из таких событий, о которых не принято вспоминать при разговоре. Но - кажется дети восприняли достаточно спокойно то факт, что у матери появился "партнер". А Отто...да ему было все равно, лишь бы сестра была счастлива и больше не делала глупостей. Потому как вытаскивать ее из последней передряги было делом не то, что бы сложным - но обидным (в основном за нее саму). 
Пятница. Она удобно расселась на диване в гостиной. Новый дом Гвидо за несколько месяцев стал похожим на нечто обжитое и более уютное. Мужчина приготовил кофе и они были заняты ничего не стоящей болтовней - обо всем и ни о чем на свете. Где-то на втором этаже можно было слышать, как возится Дольфо с игрушками в своей комнате, а Торри сладко сопела в кроватке видя десятый дневной сон. Дом был погружен в спокойную меланхолию, которую должны были нарушить уже через каких-то пятнадцать минут. А пока можно было наслаждаться хорошим кофе, обществом Монтанелли и возможностью никуда не спешить.
Идиллию нарушил Рокки. Хелен даже вздрогнула от резкого громкого голоса бодигарда и прикрыла глаза, что бы по меньшей мере впитать информацию, и по большей - не остолбенеть на месте. Что нужно полиции в пятничный день в доме Гвидо? Ловя взгляд мужчины, Хелен с волнением вопрошала его: "Что случилось?" Но ответа не последовало - так же как и заданного вслух вопроса.
С момента того злополучного ужина, когда Хэмминг сунула Гвидо в лицо газетные статьи прошло куча времени - но она все еще помнила, что пообещала в тот вечер, после бури, которая ни за что бы не прекратилась просто так. И, сказать по правде, Хейли всегда ждала чего-то такого. Однажды. Жаль, что это наступило так быстро.
Рокки все еще орал как резаный и у Хэмминг заболела голова. Во-первых она первым делом подумала о том, что мужчина разбудит Витторию. Какими бы хорошими двери в этом доме ни были - ребенок он всегда ребенок. И девочка была чувствительна к громким крикам и шумам. Отставляя в сторону чашку с кофе, американка поднимается с места, готовая в любой момент что-то делать - хотя она и не знала что.
Ее опыт общения с полисменами (по крайней мере в подобных ситуациях) никогда не был особенно обширен. А если говорить по правде - его вообще не было. Гвидо, казался спокоен. Хотя даже это не заставило ее руки перестать дрожать.
- Гвидо... - она кивает, закусив нижнюю губу. Конечно же присмотрит, и за Торри и за Дольфо и за домом - если это понадобится. - Что им надо? - задала она вопрос, на который ни Гвидо, ни кто-либо другой на территории его дома ответа не знал. Знали лишь люди в форме, которые объявились на пороге уже через считанные минуты.
Дольфо спустился со своей комнаты, заслышав про какие-то волнения. Дети всегда готовы бороться за своих родителей - до самого последнего вздоха. Вот и в глазах Монтанелли младшего, Хелен увидела огромную решительность, но вместе с тем и спокойствие - которое было так несвойственно для, все же юного, мальчика.
Тихо ступая по паркету, Хелен подошла к Гвидо сзади и положила одну ладонь его на спину, а другую - на плечо Дольфо, стараясь тем самым показать, что она рядом. Сделано это было спонтанно - от желания защитить. Как когда-то собственных детей, так теперь и чужих, но которые вполне могут стать частью ее семьи. Если уже не стали.
Не стоит скрывать, что Хелен безумно боялась - она буквально дрожала изнутри, и Гвидо мог чувствовать легкую дрожь в ее руках. То, как сильно были сжаты ее губы в тонкую линию говорило о решительности, но делать какие-то резкие движения она и не собиралась. Если Монтанелли говорил, что он разберется - значит так это и будет. Главное, чтобы разбирательства не затащили его в места не столь отдаленные на пару десятков лет - остальное можно пережить и решить. Как говорил Отто - любую проблему можно сделать твоим козырем, главное правильно расставить силы и заплатить нужным людям.
И все же интересно, что надо было копам от Гвидо. Ведь точно не совет о том, какие помидоры лучше купить к празднику? От этой мысли Хэмминг непроизвольно ухмыльнулась, но лицо снова приобрело выражение растерянности как только до нее дошло - насколько глупая и бесполезная мысль бродит в голове в этот момент. Она не знала, что будет дальше и, безусловно, волновалась.
Будто что-то почувствовав, на втором этаже, завозилась Торри. Кажется, наверху что-то упало. Может девочка выбрасывала игрушки с кроватки, таким образом требуя к себе внимания? Хелен понимала, что стоит пойти посмотреть. Но оставлять Гвидо именно в этот момент - меньшее из того, что хочется сделать.

+2

5

Пока детективы стучали в дверь и ждали ответа, я оглядывалась по сторонам, оценивая благосостояние района, который выбрал сам босс мафии. Настроение при этом не менялось. Притом не ясно, что больше меня радовало: возможность посадить мистера Монтанелли за решетку по весьма скудным причинам, или сам факт того, что мы как-то расчистили себе дорогу на ближайшие три дня. В любом случае, своего удовольствия я не скрывала, при этом и о бдительности забывать не приходилось. Но проблем возникнуть не должно. Гвидо не из тех, кто способен сопротивляться. Он поумнее будет. А сопротивление, даже при аресте, лишь усугубляет ситуацию. Всем это понятно.
Покрутившись на одном месте, я вновь посмотрела на своих людей, как только услышала звук открывающейся двери. Открыл не Гвидо, но это никого не смутило. Гость или нет, нам, откровенно говоря, все равно. Главное, что «big boss» дома, в этом у нас сомнений не возникало. Я внимательно наблюдала за ситуацией. Моя отстраненность от всего происходящего была призвана не только для того, чтобы радужно встретить Гвидо, которого будут выводить из дома, но и для того чтобы правильно оценить все со стороны и среагировать, если возникнут неожиданности. 
- Здрасьте, - в присущей нам манере, вполне дружелюбно протянул один из детективов, но лицо его затем переменилось. Будучи в очках, своим выражением лица он напомнил Терминатора, не иначе. – Нам нужен хозяин дома, мистер Гвидо Монтанелли. Позовите его или позвольте войти.
Вот так, без лишних отступлений мы приступили к делу. Никаких лишних вопросов, чем открыто давали понять, что обо всех присутствующих дома знаем. Я слышала слова детективов, слышала же и ответ итальянца, чье лицо мне показалось знакомым. Собственно, оригинальностью никто не отличается: «а на каком основании» -  самый популярный вопрос, когда полицейский желает ступить за порог дома. Но, правда том, что сейчас мы имели права эти основания не разглашать, тем более совершенно незнакомому человеку. Его ведь это не касается. Наклонив голову вбок, я все еще наблюдала за этим прекрасным общением, однако, как только вопрос повторился, а нежелание пропускать нас без ответов усилилось, настал час вмешаться. Меня-то Гвидо не проигнорирует! Это была игра сродни «добрый и злой коп», только называлась она немного иначе, ака «тактичный и прямой».
- Сэр, Вы же не хотите, чтобы я арестовала Вас и всех здесь присутствующих за препятствие свершению правосудия, правда? – я вышла из-за спин своих коллег, и встала перед ними,  спрятав руки в карманы штанов.
Яркая улыбка во все тридцать два своих белоснежных зуба, как нельзя лучше выдавала всю серьезность намерений, а главное, правдивости этих слов. Это основание, честно говоря, для пребывания в участке, тоже сгодится! Но хочется как-то цивилизованно, чтобы малышам потом не пришлось в детском садике рассказывать, как их папу полицейские забирали. О да, я была готова использовать даже этот аргумент! 
В итоге, я сделала шаг вперед, приблизившись к этому итальянцу. При своем росте и каблуках, ростом я вышла повыше, поэтому мне пришлось наклониться. Хотелось, чтобы слова мои звучали еще убедительнее, потому я заговорила тише:
- Хотя…, скажу честно, этим бы Вы доставили мне массу удовольствий. Но из уважения к хозяину этого дома, не стану умолять Вас о таком одолжении. Так как? Мы можем увидеть Гвидо Монтанелли? 
В участок сегодня Гвидо отправиться в любом случае, вопрос лишь в основаниях. Препятствие правосудию, что я вполне могла предъявить, - тоже неплохо. Впрочем, я понимала эту опаску и все меры предосторожности. Гвидо есть, чего опасаться. Но все, что мне нужно от него сейчас, так это время. Впрочем, я вообще забыла о мафии, как только стала капитаном отдела специальных расследований. Мне попросту плевать на то, что он делает, я веду свои расследования, а этим пусть занимаются другие. Я всегда преследовала лишь собственные цели. Вот и сейчас, стоя на пороге дома босса мафии, мне было плевать на все, лишь бы выиграть время и раскрыть свое дело. И Монтанелли лучше воспользоваться этим моим... равнодушием.

+2

6

Гвидо никогда не считал копов врагами. Особенно если говорить не о всей системе охраны правопорядка, а конкретно о ребятах в униформе - ведь, если вдуматься, не так уж много между ними различий. Они схожи - служители закона, и те, кто себя закону противопоставляет - преступники, которые сумели стать организацией (и не в национальности их дело). Да, уже по той банальной причине, что и те, и другие, носят при себе оружие... и те, и другие, часто просто выполняют команды, приказы вышестоящих лиц, просто называются они у них по-разному. И те, и другие, готовы разорваться на части, но добиться своих целей, если затронуты интересы кого-то из их круга - среди полицейских своя круговая порука, ничуть не слабее той же Омерты. Да ведь даже образ жизни среднестатистического копа, в принципе, схож с жизнью среднестатистического гангстера - нету никого ближе твоих напарников, дома - скорее всего, жена с детьми, (или муж - уж у кого там как), время проводишь, в основном, общаясь с такими же, как сам, распивая кофе, время от времени - просто едешь куда-то, потому что так надо; иногда - приходится смотреть на насилие, часто - не просто смотреть... иногда приходится даже убить кого-то. Копы и гангстеры - даже стрессы у них бывают схожи, по одинаковым причинам. А это уже ведёт к тому, что и привычки становятся одинаковыми... Гвидо не считал копов врагами - они были просто солдатами из разных систем; как он сам был когда-то для Семьи - солдатом. Просто по другую сторону баррикад. Хотя, если вдуматься получше - и баррикад никаких не существует.
Монтанелли чувствовал прикосновения Хелен и Дольфо - и понимал, что вряд ли сумеет найти слова, которыми смог бы выразить, насколько ему важна их поддержка в такой момент. Да, именно сейчас, в эти секунды, пока ещё не понятно, что будет с ним дальше, когда дом захватило кое-что похуже сил полиции - неизвестность. Он отчётливо понимал, что, уйдя с копами, может уже больше никогда не вернуться назад. Сегодня или в следующий раз... который в любом случае последует.
- Уверен, всё обойдётся. - говорит тихо, осторожно касаясь щеки Хелен губами, а ладонью проводя по волосам сына. И уверенность это не голословна - если бы он прокололся по-крупному, наверняка у Хел не от криков Рокки голова бы разболелась, здесь всё пестрило бы от красно-синих проблесковых маячков, да и прессу, вероятно, созвали бы - многим копам, как и многим преступникам, нравится демонстрировать свой триумф на публике.
Ну а Рокки... да, тупой. Не совсем дебил, конечно - просто тугодум. И недостаток извилин компенсируется избытком мускулов - тоже бывает; за это, отчасти, он и прозван был Бульдозером (отчасти - из-за созвучной фамилии), но, что ему в плюс, Бульдозер этот цену себе хотя бы знает. К слову, терпением он тоже обладал вполне железным, когда дело касалось ситуаций, как эта, так что спор мог бы продолжаться долго - бодигарда это, скорее всего, забавляло даже. С другой стороны - он следовал отданному приказу; а босс просил узнать, что копам надо...
- Знакомый голос... - подметил Гвидо, когда к словесной перепалке подключился женский тембр, и его лицо несколько переменилось, став более... Обречённым, что ли. Хотя, в том, что из всех копов именно Моро появилась на его пороге, скорее больше плюсов, чем минусов - обречённость иногда может быть обнадёживающей. Ну, конечно, стоило бы сразу догадаться, что без Шер не обойдётся. Давно что-то не виделись... Интересно, а его семимесячную дочь она тоже собирается арестовать?
- Только из уважения к хозяину этого дома, я не пущу вас внутрь, пока не покажете хотя бы чёртов ордер. Что вам надо от Гвидо? - в пятый, кажется, уже раз, повторил Бульдозер. Если бы дверь открыл Джеки-бой, наверняка бы Шерон получила бы в ответ что-то поостроумнее, хотя и наклониться бы ей тогда пришлось чуть пониже... Рокки был из тех, кто не любил копов. На дух не переносил.
- Дольфо... когда они меня уведут, покажи Хелен, где лежит сумка. - шёпотом, но отчётливо проговорил Гвидо, делая упор на последнем слове - обращаясь к сыну, но так, чтобы Хэмминг тоже слышала. Его семилетний сын уже знал, что делать в таких ситуациях... прожив большую часть жизни со своей матерью - пожалуй, справедливо сказать, что его подготовила к подобным вещам сама жизнь. - Рокки, открой дверь пошире. - отпустив сына, коротко взглянув в глаза Хелен, Монтанелли шагнул вперёд, чтобы полицейские, чьё терпение испытывал его бодигард, выигрывая для него время, могли бы его увмидеть. - Капитан Моро. Так ведь теперь?.. Кажется, я не поздравил с повышением. - да уж, следует отметить, что Шерон в своё время была более тактичной в этом плане... - Mie congratulazioni. - пусть и запоздало, исправил свою ошибку Гвидо, слегка театрально разведя руками - демонстрируя заодно, что безоружен. Ну и готовясь протянуть запястья для наручников, если это последует. - Я арестован? - а ведь пока что он задавал вопросы вошедшим в его дом слугам закона. Хотя обычно бывает наоборот. Понять бы, что вообще происходит - только ведь права ему начнут зачитывать только после того, как наденут наручники.

+2

7

Хелен никогда не приходилось видеть полицейских на пороге дома отца, мужа или собственного - теперь в Сакраменто.  Так что, стоит отметить, с появлением в ее жизни Гвидо - жить стало однозначно интереснее. Да - сарказм, но куда деваться, когда твой мужчина занимается черт знает чем, о чем тебе, женщине, только приходится догадываться. И как же тяжело держать язык за зубами, не задавая лишних вопросов только потому, что обещал. Только потому, что привык держать данное обещание.
Гораздо чаще мы используем свои навороченные мозги не для стратегически грамотных решений, а чтобы действовать менее разумно. Всё потому, что лобная кора сильна не только самоконтролем. Она может придумывать рациональные оправдания плохим решениям и обещать, что завтра мы исправимся.
Только в том случае, если завтра вообще наступит.
Хэмминг чувствовала как бьется сердце Гвидо, ощущала как напряжен был Дольфо и прекрасно понимала слова, сказанные неизвестной женщиной по ту сторону двери. Гвидо шепнул сыну про какую-то сумку. Хейли лишь вопросительно посмотрела на мужчину, который уже в следующую минуту сделал шаг вперед. Обнимая свои плечи она рассматривала незнакомку, которая показалась из-за открытой Рокки двери. Высокий рост, презентабельная внешность - строгий костюм темного цвета. Таких леди Хелен видит каждый день по пачке в офисе, а еще вне его - когда заключает сделки с уверенными в себе женщинами, которые так же как и остальные бывают не совсем уверены в собственной сохранности. Но можно сказать, что некая мисс (или миссис ?) Моро, заставляла если и не довериться ей, то хотя бы не выказать желания убежать в другую сторону.
Гвидо был так уверен в себе - он вышел вперед, закрывая собой ее и Дольфо, он показывал, что готов к диалогу. Но что могли приписать Монтанелли? Хэмминг не знала и даже не могла представить. Ей под силу было только предполагать - на основе тех статейных вырезок, которые она, как ей казалось, элегантно подала в тот вечер на десерт. Жаль, что Гвидо не разделял ее мнения и вспылил так, что заставил бояться не только себя самого, но и того, что скрывается за этим. Поджав губы, и сильно стиснув пальцами руки женщина все еще разглядывала непрошеного гостя - и, кажется, слишком пристально, потому что словила на себе взгляд незнакомки.
Пожалуй, главный секрет семейного благополучия — это доверие. Именно абсолютное доверие должно стать краеугольным камнем в отношениях любящих людей. Но доверять друг другу нужно не только радости и мечты, но также и горести и проблемы, а это куда сложнее. Ведь очень часто мы пытаемся запереть свои неприятности глубоко в душу, чтобы не переносить их на своих близких — боимся расстроить их, испортить настроение, даже не подозревая, что эта призрачная забота как раз и зовется недоверием. Мы не верим в то, что человек поймет нас, что сумеет помочь и поддержать, боимся, что он может отреагировать как-то иначе, чем нам бы этого хотелось.
"Только бы все закончилось хорошо...только бы," - думала американка, пытаясь прикинуть за какие грехи Гвидо могли сегодня забрать.
У нее начала болеть голова. Не просто немного гудеть, а именно болеть так сильно, что хотелось схватиться за череп и плакать. Но нет, она стояла, гордо подняв голову, наблюдая за происходящим и была готова сделать все что потребуется. "Сумка"? Что же - Дольфо объяснит ей что делать...но он же ребенок. Переведя взгляд голубых глаз на мальчика она попыталась ободряюще улыбнуться ему - вышло плохо, напряженно. Так же как и то состояние в котором находилась миссис Хэмминг, ощущая чем-то внутри, что то, что произойдет сегодня это только верхушка возможных неприятностей. И если не выдержит их морально сейчас - ей не нужны эти отношения и лучше уходить сразу, пока все не зашло слишком далеко.
Она смотрела на все происходящее и словно не видела фигур - только очертания, словно у нее зрение в несколько минусов и без очков ты видишь только очертания. В какой-то момент все пришло в норму, фигуры стали осязаемыми, линии четкими, а голоса громкими и близкими. Конечно...она ведь стояла в нескольких шагах от входа, преграждая собой лестницу на второй этаж - бессознательно охраняя таким образом Витторию.
Руки перестала бить дрожь, а голова стала работать более ясно - Гвидо заберут в участок хотят они этого или нет - потому что копы в таком составе не поговорить, обычно, приходят. А значит Хейли останется в доме один на один с его детьми и с обязанностями, которые на время отсутствия главы семейства так или иначе, лягут на ее плечи. А уж чего-чего, так это она умеет.
Монтанелли может быть уверен, что по возвращению его дом будет стоять на месте, дети будут в порядке, и его будет ждать вкусный завтрак или ужин - смотря когда его отпустят. Но Хелен очень надеялась, что уже через сорок восемь часов он будет дома. Ведь, кажется, на такой срок его имеют право задержать без обвинений? Полность взяв себя в руки она спокойно наблюдала за моментом задержания. Дольфо стоял рядом с ней, опустив взгляд на мальчика она разглядела его напряженный профиль. Насколько часто ему приходилось переживать такое?   

+2

8

Ордер? Ну ты идиот. Неужели думаешь, что если бы мы пришли его арестовывать, то стояли бы сейчас здесь и с тобой разговаривали? Почему все считают себя умниками в правовых вопросах? – вот примерно такие мысли крутились в голове. Я по-прежнему улыбалась, но если бы глаза мои не были скрыты за очками, мистер «Умник», несомненно, заметил бы в них проблески огоньков раздраженности, а может и еще чего хуже. Нет, он правда считает, что мы бы стали стучаться? Вежливо просить кого-то позвать хозяина дома? Да еще делать все это вчетвером! Его никогда не арестовывали что ли? Выломали бы дверь, при поддержке десятков полицейских, и дело с концом! Этот человек своему боссу сейчас точно не помогал. Не помогал же он и нам. Мешал и раздражал. А такие вопросы мы привыкли решать быстро. Если его и вправду никогда не арестовывали, то, как говорится, все бывает впервые. Основания он предоставил сам.
- Что ж, сэр. Я пыталась быть вежливой, - вздыхая, произношу я, словно мне, действительно жаль от того, что сейчас придется сделать. Неправда, конечно, но мы любим театральность, всю эту показушную вежливость тоже. – Но Вы не оставили мне выбора. Значит, мы войдем сами. А Вас я вынуждена арестовать за…
Но я не успела договорить. Где-то за дверью послышался уже знакомый мне голос. Если честно, то арест одного из сторонников Гвидо, усложнил бы задачу, а сейчас вновь появилась возможность решить все цивилизованно. Ну, «цивилизованно» - в моем понимании, разумеется. Я тут же кивнула коллегам, которые поспешно сделали несколько шагов назад, дабы не мешать моему «задержанию». Я же, напротив, углубилась, если так можно выразиться, и даже незнакомец, который встретил нас не совсем радужно, не посмел остановить офицера полиции. Я попросту не представляла никакой опасности, да и Гвидо поприветствовал меня с толком, выдавая наше знакомство.
Наконец-то мы столкнулись взглядом. Приличия ради, я наконец-то сняла очки, сверкая теперь не только улыбкой, но и ясным взглядом своих голубых глаз. Что ж, давно не виделись, и мне даже приятно встретиться при таких обстоятельствах! Попутно я быстро бросаю взгляд на женщину, стоящую позади, на маленького мальчика. Они не были готовы, они явно напуганы этой неизвестностью. А Монтанелли быстро нашел замену своей жене, причина пропажи которой негласно ни у кого не вызывает сомнений. Чувствую себя эгоисткой, но и на это мне как-то… все равно. Каждый сам свою судьбу выбирает, и должен быть готов к последствиям. Итак, взгляд мой мимолетен, но оперативная память срабатывает моментально. Запомнила, зафиксировала. Пока что меня волнует исключительно босс мафии.     
- Гвидо, ты вовремя. Я чуть не арестовала твоего мини-цербера, - киваю на незадачливого «переговорщика». Грубовато, оскорбительно, но он заслужил. - Жаль. А я ждала поздравительной открытки или чего-то в этом роде, - шучу я в ответ, вешая очки на пиджак и вновь пряча руки в карманы штанов. Затем Монтанелли задает вопрос, который, наверняка, мучал его на протяжении всего того времени, что мы стояли у порога. Но я не спешу отвечать. Вместо этого, стою несколько секунд, буравя мужчину весьма загадочным и неоднозначным взглядом. Пусть подумает. Пусть все подумают. И немного поволнуются. – А тебе есть в чем признаться и что рассказать? Если так, то мы с удовольствием выслушаем, а если нет, то… твое время еще придет, не нужно так спешить. Мистер Монтанелли, - так осторожно перехожу на официальную форму общения. Такова процедура, мы же не хотим, чтобы задержание назвали неправомерным. – Нам нужно задать Вам несколько вопросов. Проследуйте с нами в участок, пожалуйста. И заранее прошу не усложнять ситуацию. Если все будет хорошо, уже вечером Вы будете дома.
Вечером 27 апреля так точно, - мысленно добавила я, но вслух, конечно же, произносить не стала. В участок мы уедем в любом случае. Зная меня, Гвидо должен это понимать. И самое лучшее, что он сейчас может сделать, для себя и для своей семьи, так это подчиниться.

+1

9

Монтанелли можно приписать многое. Кое-что Хелен уже прочла из газетных вырезок - хоть и не всё, что написано даже там, является правдой, во всяком случае, на сто процентов правдой - но если взять все его преступления за то время, которое он провёл, делая свою криминальную "карьеру", то... вряд ли пара-тройка десятков лет сыграют большую роль в трёх-четырёх пожизненных заключениях; хотя, может быть, что его отправят и на электрический стул - если сумеют не только доказать его преступления, но и убедить суд и присяжных в том, что это действительно необходимо. Хотя, на этот счёт Гвидо сомневался - повторить судьбу своего отца это было бы уже слишком невыносимой иронией... а с другой стороны - и поучительной тоже во многом. В любом случае, зарекаться не стоило. Стоило надеяться. На то, что на божественный суд он попадёт раньше, чем на людской - уже ведь и не в том возрасте, чтобы пережить по-настоящему длительный срок. Через пять лет он будет пенсионером; а через двадцать - уже стариком. Ещё тридцать лет - скорее всего, и не проживёт вовсе, восемьдесят лет - это тот предел, который Монтанелли, на данный момент, мог бы прикинуть для своей жизни. Для своего организма. При условии, конечно, что смертью умрёт вообще своей... как и арест - такое у них может случиться в любой момент. Повезёт, если не в самый неожиданный и неподходящий.
- Нашла чем похвастаться. - хмыкнул Гвидо в ответ. Рокки - для капитана полиции, добыча не такая уж крупная. Да и в целом, "вес" у Балдорини не слишком большой, следить за задницей босса - для него это уже потолок; которого он, впрочем, никогда не достиг бы, если бы не его верность. Бульдозер всю жизнь был таким цепным Цербером, "хозяева" только менялись - но все они стояли под одним знаменем. Ему не доверили бы вести дела - но доверяли охранять свою жизнь... Всё строится на доверии, но и оно бывает разным. И Гвидо необходимо было, чтобы Хелен доверяла ему - чтобы он, в свою очередь, мог бы доверять ей; да, именно в таком порядке - он не стал бы говорить ей о том, что на самом деле делает, не только чтобы не шокировать её, и не только чтобы обезопасить себя самого, но и чтобы и её обезопасить тоже, чтобы его враги не стали и её врагами, или чтобы однажды точно так же не забрали и её тоже - не дольше, во всяком случае, чем на сорок часов. Хелен не из тех, кто может выдерживать всю правду. Правда необходима, конечно, но - строго дозировано. Это тоже своего рода доверие - отказаться от части правды. И это именно то доверие, что Гвидо необходимо было от Хелен - если она считала, что это слишком много, то им попросту не по пути. А если нет, то... с тем, чтобы настроить против себя и её, и Дольфо, Шерон, кажется, и сама неплохо справлялась, начав речи о том, что он может рассказать и когда придёт его время. Рассказать-то он может очень о многом - достаточно, пожалуй, чтобы весь Сакраменто перевернулся вверх тормашками, но вот будет ли?.. Для него самого ведь это равносильно тому, чтобы перевернуться в гробу. Но если то, что Моро нравится издеваться над ним, понять ещё вполне можно, то вот Хелен, и уж тем более, его дети, ей не сделали ничего плохого. Лицо Гвидо ужесточилось, хотя на этот выпад он не ответил ничего, не желая завязывать перепалку, да ещё и при свидетелях.
- Дайте мне собраться, хотя бы. Мне надо дочь уложить.
- и тут Монтанелли уже не был настроен на шутки. Как бы не прозвучало, но это хорошо, что Хелен была сегодня с ними - хорошо, что они с Дольфо всё-таки познакомились; потому что если бы не Хэмминг, с кем бы осталась Виттория, пока он торчал бы в участке? С Рокки? Или его семилетнему сыну пришлось бы всё снова брать на себя?.. А если бы в доме вообще сейчас не было никого, ни взрослых, ни детей - только они с Витторией, вдвоём? Даже пока они здесь так мило общаются - его ребёнок без присмотра; и судя по шуму наверху - и правда, Витто уже не спала. Гвидо себе не простит, если с ней случится что-то...
Самое страшное - не в том, чтобы отправиться в участок; неважно даже, в наручниках или без - от этого пострадает немногим больше, чем гордость. Страшно - это что в этот момент всё остальное, его дом, его семья, его бизнес, всё остаётся без его присмотра, и именно это делает Монтанелли наиболее уязвимым - произойти может всё, что угодно, но он не сможет сделать с этим абсолютно ничего. Во всяком случае - вовремя. И нужно было быть готовым ко всему - а не только к вопросам, которые задаст ему Шерон. В то, что он вернётся быстро, тоже верилось с трудом - "хорошо" это слишком уж растяжимое понятие.
- Можешь подняться со мной. Я не замышляю ничего. - несмотря на "дружеское" общение, Гвидо не торопился с объятиями, и от Шерон и её компании держался всё ещё на почтительном расстоянии, готовый и защищаться, если вопрос встанет таким образом - ровно как и Рокки, единолично отвлекавший сейчас на себя внимание троих копов. Пустить полицейского в детскую - не то, чего бы он хотел, но если уж выбирать из двух зол... он мог бы выловить ещё пару секунд с Хелен наедине - больше и не требуется, шёпот на ухо как сопротивление задержанию Шерон точно не вывернуть. Да и потом, у неё ведь и самой есть и муж, и дети. Младший из которых не так уж и намного старше Виттории...

+2

10

Она хорошо понимала, чем все это может обернуться, так что наблюдая за происходящим - старалась не упустить и мимолетного кивка или движения головы. Все, что могло так или иначе помочь понять - чего от них всех хотят. Хотя...больше хотели все таки от Гвидо. Хелен была и рада и не рада одновременно, что оказалась сегодня у него дома. С одной стороны - ей было страшно, больно и почти невыносимо ужасно смотреть на то, как ее мужчину забирают в участок без объяснений. Ведь кто знает, что было на уме у этой небольшой команды полисменов. С другой же стороны - кто знает, с кем могли оказаться дети, забери Монанелли вот так неожиданно из дома, без объяснения причин. Она начинала понемногу злиться. Чувство растерянности замещалось более сильным - желанием защитить. Во что бы то ни стало. 
Переводя внимательный взгляд с одного на другого представителя правопорядка, Хейли все таки задержалась на Гвидо, который просил несколько минут - уложить дочь и указывал, что он не собирается противиться аресту. Хотя нет - скорее задержанию. Ведь "гости" так и не предъявили им никаких документов, на почве которых могли бы одеть на руки Монтанелли наручники. Иначе он уже давно бы оказался в этих браслетах. И так долго ни с кем из присутствующих не стали бы церемониться. Даже Рокки уже скрутили бы руку и засунули в машину, за сопротивление при аресте. Хелен достаточно тихо втянула воздух и медленно выдохнула, растягивая это мгновение. словно дальше может произойти что-то совсем нехорошее.
Как только Гвидо повернулся лицом к лестнице и взглядом дал понять, что ты она шла вместе с ним наверх, женщина повернулась первой и стала подниматься по ступеням - в комнату к Торри, которая стала хныкать на втором этаже, наверное девочка чувствовала бурю, которую с собой могли принести в их дом нежданные гости.
Хейли хватило выдержки не начать говорить на лестнице, и потом - когда они зашла в комнату, тогда после того как дверь закрылась она подошла к кроватке и протянула ручки к девочке, которая уже во всю тянулась своими маленькими ручонками к ней. Прижав ребенка к груди, Хэмминг вопросительно посмотрела на Гвидо.
Подавляй внезапно приходящие в голову мысли о скверном, потому что если ты этого не сделаешь, то такая мысль превратится в идею. И подавляй идею, ибо если ты не сделаешь этого, она превратится в страсть. И борись со страстью, ибо если ты не сделаешь этого, она превратится в твёрдое намерение и решимость, и если ты не подавишь её, она превратится в действие, и если ты ничего не противопоставишь ему, оно превратится в привычку, и тогда тебе будет уже очень трудно отказаться от неё.
В ее голове мысли лихорадочно бегали от стены к стене, ударяясь о жесткую конструкцию, которая не давала им выхода наружу.
- Я позабочусь о детях и доме, не переживай, - она подошла к Гвидо ближе, касаясь свободной рукой его щеки, - думай о себе и сделай все, что бы вернуться назад. Потому что у тебя есть к кому возвращаться, - ее голос был тихим, она почти шептала - что бы внизу никто не услышал и шороха.
Торри завозилась на руках, что-то пролепетала и потянулась ручками к папке, показывая, что ей тоже необходимо его внимание.
- И что за сумка? - этот вопрос мучил ее уже несколько минут - с того самого момента, когда Гвидо шепнул это Дольфо таким образом, что бы слышала и она, а значит информация была расположена для двоих. Она хотела получить ответ, но понимала, что время беспощадно тикает, ускользая куда-то вниз, словно они все живут в больших стеклянных песочных часах - поэтому из-под твоих ног постоянно уходит земля и кружится голова.
- Возьми что-то теплое с собой, там же неизвестно как..холодно будет или нет, - спохватилась она, наблюдая за Монтанелли и понимая, что это только верхушка возможных неприятностей, которые ждут ее в будущем. Но...черт...она не могла себе позволить сойти с этого пусти, когда было сделано так много шагов. К доверию, к понимаю, к серьезности. Ведь ее мама не бросила отца, когда у них появились первые трудности. Так почему же она должна? Вспомнились ночные посиделки с Берни, накануне нового года - тогда она пообещала, что если ей встретится достойный мужчина, который будет относиться к ней правильно, который будет серьезным и адекватным- она будет бороться за счастье.

+2

11

- Вообще-то я не хвастаюсь. Я как бы тебя пристыжаю, - ухмыляюсь я в ответ, ведь в сарказме том не было гордости, я скорее намекала Гвидо на то, что он задержался. Нужен мне больно его телохранитель.
Медлительность, с которой протекало задержание, откровенно начинало меня немного раздражать. На лице все еще красовалась улыбка, я одаривала и Гвидо и его новоиспеченную суженую неоднозначными взглядами, но дело затягивалось. А я не могла терять время. В нашей ситуации это непозволительная роскошь. Последней каплей стала просьба (или скорее даже требование!) Монтанелли. Так уж ему не понравились мои слова, которые имели вполне себе невинный и даже шуточный контекст. И почему мне не совестно? Надо же, ранимый какой, - промелькнуло в голове, и я быстро поддалась настроению Гвидо. Так уж вышло, что я не только улыбаться могу, особенно если кто-то ошибочно считает себя хозяином ситуации. Да, это задержание, но оно ведь не означает, что у полицейских нет никаких полномочий по принудительному задержанию.  В любом случае, диктовать свои условия он мне не будет. Полагаю, по моему изменившемуся выражению лица, Гвидо, как и его спутница, это сразу поняли. Нет, я вела себя сдержанно, но, пожалуй, именно это и могло вызвать опасения. Я ведь пыталась быть вежливой, пыталась даже быть… дружелюбной! Не оценили. Ладно, может такие люди понимают только один язык.
- Мы и без того ждали достаточно. Больше не будем. Скажи «спасибо» своему телохранителю, - я киваю на итальянца, который и вправду отнял много времени. Голос мой звучит твердо, на лице уже нет той улыбки, которую приходилось наблюдать минутой ранее. Никакого сарказма, никаких шуток. Я тоже умею быть жесткой, и если Монтанелли хочет так – будет так. - Детектив Бреннан подымится с тобой, - после этих слов я махаю рукой достаточно крупному парню, который тут же делает шаг вперед. Разумеется, я не допускала мыслей о побеге или же, о чем-то подобном. Бреннан просто поторопит его. После я вновь поворачиваюсь к Гвидо. Ему это не понравится. Но как-то не волнует. Через пару секунд я добавляю: - У тебя есть пять минут. Не спуститесь через пять минут, буду расценивать это как неподчинение представителям закона.
Ничего не дожидаясь, я киваю пока что незнакомой мне женщине, киваю этому церберу в знак прощания, и медленно покидаю дом Монтанелли. Разумеется, Бреннан не станет ходить за Гвидо по пятам, он просто подежурит на втором этаже и постучится в дверь, если время будет поджимать. Но в интересах Гвидо не испытывать мое терпение. Пока что я настроена очень мирно, но если данное ограничение будет нарушено, у меня появиться прекрасный повод подержать его за решеткой гораздо дольше. Так уж вышло: если копы просят поторопиться – нужно поторопиться. Особенно в таком щекотливом вопросе. Монтанелли не знал, но ограбление, которое послужило причиной его задержания, закончилось убийством. Дело серьезное. И тремя сутками, при неподчинении и полной поддержке нашей инициативы руководством, явно не отделаешься.
Стоя на улице, я вновь закрыла глаза очками и спрятала руки в карманах. Пришли вести о том, что остальные лидеры группировок уже в участке. Это порадовало. Осталось привезти последнего. С этой мыслью я посмотрела на часы. Прошло не больше трех минут. Успевает. И совесть меня особо не мучила. С детьми останется эта женщина, с виду способная и одеть, когда надо, и спать уложить, и еды приготовить. К тому же о детях стоило подумать прежде, чем занимать такую нишу в обществе. Сейчас-то уж что. Пусть на себя обижается, больше винить некого.  Нет, это не делало меня абсолютно равнодушной к судьбе невинных детей, но я ведь и вправду не оставляю их одних. И не оставила бы. Да и с Гвидо пыталась вести себя относительно мирно, пока он не начал испытывать терпение. Даже мне не хочется, чтобы маленький ребенок стал свидетелем принудительного задержания отца. Но станет, если меня вынудят действовать.
- Детектив Терк, Вы за рулем, - не люблю отдавать свою машину в чужие руки, но сейчас придется.

+2

12

Гвидо усмехнулся. Пристыжает? Ему отчего-то совсем не стыдно. Разве что перед Хелен - но это связано с тем, что она видит это происходящее, видит его, фактически, униженным, не контролирующим ситуацию, подчинившимся чужому контролю (а подчиниться Шерон ему, хочешь, не хочешь, а придётся ведь в итоге, сколько не выпендривайся) - никак не с тем выбором, который он сделал когда-то давно (когда и Шерон, и Хелен вообще были ещё детьми, к слову сказать); причин которого Монтанелли тоже не стыдился абсолютно - хотя и кичиться ими тоже не стал бы, или рекомендовать всем остальным делать то же самое. Их бизнес, их образ существования, Мафия, криминальная жизнь - она не для всех. Как и ношение полицейского значка, впрочем; но и его снять гораздо проще, чем "отойти от дел". Ну и конечно, поведения своего охранника Гвидо не стыдился и подавно - напротив, Рокки-то делал всё правильно. На деле, ему и впрямь немного стоило бы довести дело до того, чтобы его ткнули в пол широкой мордой и застегнули наручники - только для того, чтобы вытянуть время для босса, если бы оно ему было нужно. Для него всё это, и действительно, уже не в первый раз.
- Этого хватит... - Монтанелли кивнул. Хотя, странно - он думал, что Шерон захочет подняться лично, чисто из собственного "оперативного" любопытства чтобы взглянуть на его малютку-дочь, или на его дом; но она послала вместо себя своего детектива - оставив ему возможность задать себе самому вопрос, почему. Может, просто хотела сохранить лицо перед подчинёнными, продемонстрировав им, что они с Гвидо люди не одного ранга. А может, свои собственные нервы поберегла - тоже понятно, вряд ли приятно смотреть в глаза детям, чьих родителей ты вырываешь из привычного образа жизни, выводишь из дома, зачитываешь им права на их глазах. Но, впрочем, если это было целью - Дольфо, похоже, старался приложить максимум усилий для того, чтобы Моро её не добилась, сверля её тяжёлым взглядом внимательных, серых, прямо как у его матери, глаз - и даже на улицу пошёл за ней следом, разглядывая, как экспонат. Немногословный, спокойный, серьёзный и... наглый. Уже в своём школьном возрасте понимающий, что эти люди ему лишь за косой взгляд не навредят - и что он находится у себя дома, а потому может перемещаться, где захочет. И что такое "честь", что такое быть частью famiglia, тоже уже начинающий понимать.
По счастью, Хелен это давно уже понимала куда лучше. Бывшая замужем, пережившая смерть супруга, поднявшая двоих детей, но всё носившая фамилию покойного мужа... миссис Хэмминг была сильной женщиной. И очень смелой. Её поведение в настоящий момент это лишний раз доказывало - а впрочем, обязательно последуют вопросы; как уже было однажды. Жизнь всегда подкидывает испытания... Как бы там ни было, впрочем, он заботится о нём сейчас; она на его стороне, она ведёт себя спокойно и смело, Гвидо благодарен ей за это. За то, что ему есть, к кому возвращаться, кроме своих детей.
- Я сделаю всё, что в моих силах. - приближает своё лицо, касаясь её губ коротким поцелуем. Это он может пообещать... чёрт, его всего лишь забирают в участок, но выглядят они так, словно он уже в тюрьме - и им дали пять минут на свидание. Монтанелли слегка наклоняется, касаясь губами и головки Виттории тоже, протягивая ей руку, чтобы она могла коснуться ладони своими маленькими пальчиками. - Спокойной ночи, Виттория... Его дочка так быстро растёт... не хотелось бы пропускать это. Даже сорок восемь часов - это немало. Хотя, сколько выйдет на деле, он пока не знает. Да и в том, что задержание не окончится чем-то похуже, сложно быть на все сто уверенным - дорога в любом случае его ведёт в полицейский участок. Надеть наручники можно и уже там.
- В этой сумке - кое-что, из-за чего я могу там задержаться гораздо дольше. Но она тяжёлая. Не для ребёнка.
- и тем не менее, только Дольфо знает, где она находится в доме - даже Рокки, Санто и Джеки-бой не в курсе, несмотря на то, что здесь уже чувствуют себя, как у себя самих дома. - Надо увезти её отсюда. До тех пор, пока я не вернусь. - пока его здесь нет - может произойти всё, что угодно; а сделать он не сможет абсолютно ничего. Обольщаться словам Шер не стоит, если потребуется задержать его подольше - могут и дом тоже обыскать. То, что полицейские что-то затевают, уже понятно; но пока неясно, насколько всё это будет серьёзно, и насколько лично его, или всю организацию, коснётся в будущем.
- Спасибо, Хелен. - за заботу, за бесстрашие... и главное, за то, что к Виттории и Дольфо относится так, как будто это её собственные дети - для отца не может быть лучшего комплимента от женщины, которая рядом с ним, не может быть чего-то более важного. - Ничего не бойся. Если кто-то из них будет что-то спрашивать, пока меня не будет - отвечай, что ничего не видела и ничего не знаешь. И не поддавайся на провокации.
Внизу, в прихожей, Гвидо снимает с вешалки куртку и вытаскивает из тумбочки немного наличности; в изоляторе и впрямь может быть прохладно ночью, и потом, когда его отпустят, погода может испортится. Да и деньги могут пригодиться.
Во дворе дома, тем временем, к Шерон и её подручным детективам подбежал Боппо - здоровенный немецкий дог, которого та могла помнить ещё совсем маленьким щенком, на свадьбе Гвидо и Марго. Обнюхал ноги каждого из гостей по очереди, то и дело оглядываясь на наблюдавшего за происходящим Дольфо, настороженно подняв уши, словно ожидая команды мальчика; но тот только ухмыльнулся - на этот раз став похожим скорее на отца, чем на мать. И пёс, видимо, не придумав ничего лучше, остановился у заднего колеса незнакомой машины, приподняв заднюю лапу...
- Рокки, обзвони всех. - Монтанелли даёт последнее указание перед тем, как покинуть дом в сопровождении детектива Бреннана.

+2

13

Говорят, что полезно заставать людей врасплох. Никогда не знаешь, что можно тогда узнать. Полезно являться на порог дома будущего жениха накануне свадьбы, плюя на все традиции, что бы убедиться, что он не развлекается с подружкой невесты. Полезно иногда читать корреспонденцию мужа, если его ноутбук остался включенным. Полезно уметь прощать, забывать и идти дальше.
Со стороны может показаться, что Хелен уже давно переступила ту самую черту, которая отделяла ее от прошлого и зябко тянулась к будущему. Но она все еще стояла на большом перепутье. Знаете, такие показывают, обычно, в старых фильмах. Поле, две дороги пересекаются и стоит указатель, на котором сидит ворона. Птица неприятно каркает, говоря тем самым, что бы путник скорее делал выбор и шел своим путем, не мешая ей наслаждаться одиночеством или будущим пропитанием. Вот этим самым путником была Хелен. С одной стороны - ее собственные дети давно выросли - превратились в красивую молодую женщину и настоящего мужчину. Чего еще можно желать матери? Ее покойный супруг - да, может быть, он был и не таким хорошим человеком, как хотелось бы - но все это должно уже, наконец, остаться в прошлом. А что же на самом деле? Хелена встретила любовницу своего бывшего, Хельгу. И вместо того, что бы просто промолчать и сделать вид, что они не знакомы - объявила той войну. Это ли не говорит о том, что она еще не готова полноценно забыть о прошлом и двигаться дальше?
Она видела в Гвидо поддержу, знала, что рядом с ним она в какой-никакой, но безопасности. Ей нравились их разговоры и то, как он к ней относится. Она любила их вечера в обществе друг-друга. Получала удовольствие от того, когда находились общие увлечения. В конце концов - она любила его детей. Как своих. Но она так ни разу и не говорила ему, что любит. Как и он.
И сейчас она была готова сделать все что угодно. Поэтому закусив губу, она напряженно кивнула и хотела уже положить Витторию в кроватку, что бы провести Гвидо до первого этажа. Но девочка сразу же начала хныкать.
- Тише милая, хорошо, пойдем с нами, - ребенок все чувствовал. Она смотрела на папу своими большими глазищами и, словно взрослая, общалась с ним взглядом. - Я все сделаю, не беспокойся, - она напряженно улыбается, но она уверена, что сделает это. Он попросил - так надо. Вопросы будут потом. - Может я позвоню Отто? У тебя есть адвокат? Он лучший в своем деле, - она запнулась, конечно же у Гвидо был адвокат...должен был быть и хороший.
Выходя из комнаты первой она прижимала к себе ребенка и недовольно кинула взгляд на офицера. Конечно же, парень не был виноват ни в чем - но Хелен сейчас казалось, что они все виноваты - ворвались в дом, просят проехать с ними, рушат покой, который только-только смог установиться в этой семье.
Гвидо вел себя уверенно, он точно знал что делал - или хотя бы не суетился. Но Хелен все равно чувствовала то волнение, которое повисло в воздухе. Первое что она заметила - Дольфо не было в гостиной. Куда он мог деться? Хейли настороженно глядела на второго офицера, который все еще ждал у дверей, на Рокки, который застыл рядом с ним. Монтанелли снял с вешалки куртку и достал наличные из верхнего ящика. Она застыла у лестницы, наблюдая за тем, как Гвидо оглянулся, глядя на нее и вышел из дома.
Почему-то в этом взгляде было столько трагизма - или на миссис Хэмминг таким образом влияла ситуация? Торри завозилась на ручках, ребенок хотел кушать, и кажется, надо было сменить подгузник.
- Ничего, малыш, все будет хорошо. Ибо почему? Потому что вместе мы сила, да? - Виттория уперлась ручками в грудь Хелен и улыбнулась ей, что-то пролепетав, словно понимала каждое слово, сказанное большой тетей. Жалко, конечно, что такой прекрасный день был испорчен таким неприятным моментом. Но и это не конец.
Не важно, сколько планов мы наметили, мы никогда не знаем, как наш день закончится, какие трудности ждут нас впереди. Именно случайности всегда будут самыми интересными в нашей жизни. Вы ложитесь спать с мыслью о завтрашнем дне. Перебираете в голове планы, готовите списки дел, и надеетесь, что все неожиданности будут счастливыми.
- Рокки, могу тебя попросить позвать Дольфо? Мы поужинаем и отправимся на прогулку, - американка серьезно посмотрела на бодигарда Гвидо. Какова вероятность, что за ней и детьми будут следить? Из дома надо было вынести сумку. Как говорил Гвидо - она слишком большая, что бы доверить ее ребенку. Что может быть в том багаже. И хочет ли она узнать, что лежит внутри? "В этой сумке - кое-что, из-за чего я могу там задержаться гораздо дольше." - снова заговорил в ее голове голос Монтанелли. Сегодня пятница, а значит что завтра и послезавтра Дольфо не надо идти в школу. Хотя бы это обстоятельство играло всем троим на руку.

+2

14

Одна минута, - мысленно дала я себе установку, ведь совсем не собиралась шутить в данной ситуации. Обремененная военным прошлым, я имела четкие представления о времени, и о важности его соблюдения. Пять минут, значит пять минут. Ни секундой дольше, иначе задержание грозило перерасти в настоящий арест. Повернувшись, я посмотрела на дверь, у которой стоял один из детективов. Он утвердительно кивнул, давая понять, что Бреннан с Монтанелли все же спускаются. Что ж, нам удалось избежать инцидентов, хотя не совсем ясно, порадовало меня это или расстроило. Что меня точно не расстроило, так это внезапно появившаяся собака. Животное быстро привлекло внимание, решив повиноваться зову природу прямо около машины одного из моих детективов. И что же я сделала? Звонко засмеялась! Вот так простая собака невольно разрядила накаляющуюся обстановку и заметно подняла мне ожесточившееся настроение.
- А я говорила подать запрос на предоставлении другой тачки, - все еще пряча руки в карманах штанов, я продолжала смеяться, обращаясь к коллеге. Нам всем предоставили новые машины, в этот консервативный человек с чего-то решил, что ездить на старом и верном Форде Виктории, который всегда был фирменной фишкой полиции, гораздо круче. Я же считала это бредом, тем более, когда старые Форды меняли на новенькие Доджи. -  Детектив Фриман, это знак! Какой хороший песик.
Собака побежала ближе, и я, словно благодаря пса за такой наглядный пинок под зад моему детективу, тут же почесала животное за ухом. В этот момент из двери появился Гвидо Монтанелли, в сопровождении офицеров полиции. Я бы могла повредничать и сказать, что они опоздали на пару секунд, но ладно, не буду сегодня стервой. Детектив Терк уже уместился за рулем моего служебного Доджа, детективы так же проследовали к своему автомобилю. Я же распахнула заднюю дверь перед Гвидо. Как только все расселись по местам, наш скромный конвой двинулся к главному полицейскому управлению.
Стоило Гвидо только оказаться в машине, как мой интерес к нему и его новой семье резко пропал. Это единственное, что мне было нужно, дело сделано, можно теперь подумать о более насущных и важных делах. Потому никто не разговаривал, все молчали, и только диспетчер по рации сообщал о тех или иных правонарушениях, которые требовали присутствия представителей порядка. Я же смотрела в окно, задумчиво постукивая себя по подбородку указательным пальцем. Предстояло много работы, я пыталась разложить все по полочкам и определить какую-то очередность.
- Тебе удобно? У нас была проведена модернизация. Прелесть просто, - это единственное, что произнесла я по дороге, намекая на комфорт наших новых автомобилей, купленных благодаря увеличению бюджета. Впрочем, это одна из немногих новинок, которыми теперь мог похвастаться департамент полиции Сакраменто. Модернизация затронула все: от здания до технологий.
Наконец-то мы подъехали к участку. Дверь Гвидо, на сей раз, открывал уже детектив Терк. Я же, с чувством выполненного долга, двинулась вперед. Для пущей убедительности, нужно было хотя бы создать видимость необходимости присутствия здесь Монтанелли. Потому я тут же подозвала к себе детектива Бреннана и приказала ему задать Гвидо несколько поверхностных вопросов о том ограблении. Но начать издалека, аля, что делал 13 апреля, куда ходил и когда. Только потом уже интересоваться, слышал ли он об этих ограблениях, и не заметил ли чего подозрительного, спокойно попивая кофе в том кафе. Под вопросом было лишь оставлять его в комнате для переговоров (мы даже в допросную его не поведем, да-да), или все же запереть в камере временного заключения. И так и там располагались камеры и прочие ухищрения, благодаря которым можно было легко следить за «посетителями». Вопрос лишь в комфорте. 
- Ммм, посмотрим, как будет себя вести, - протянула я, оглядываясь на Гвидо, который проходил процедуру регистрации с детективом Бреннаном. Так как это не был арест, регистрация носила поверхностный характер: никаких отпечатков, только имя. – Если все будет мирно, может, оставим его в переговорной.
- А что насчет оружия? – а ведь и вправду, с одной стороны, было разумно допросить всех лидеров группировок о том, что они знают по этому вопросу. С одной стороны. Поверхностной стороны. Потому я молчала, лишь задумчиво отслеживая передвижения Гвидо взглядом. Как только наши взгляды пересеклись, я тут же помахала старому другу рукой.
- Нет. Никаких вопросов по поводу оружия никому не задавать, - Монтанелли повели в комнату для переговоров, а я, с уже серьезным лицом, повернулась к детективу Фриману. – Если они ничего не знают, то пусть так и остается. А если знают, что я не хочу невольно поделиться дополнительной информацией, - вполне вероятно, что нам не хватит оставшихся трех дней, от того я не хотела рисковать. – Людей, на которых указали информаторы, уже привезли? 
- Да, но они чертовски недовольны. Молчат, - мы уже двинулись к нашему отделу, и быстро оказались в моем кабинете. Почему-то показалось, что мне эта новость даже понравилась.  Детектив Фриман положил папку со всеми именами на стол. Этих людей я знала. С этими людьми меня связывала долгая история работы на криминальных улицах Сакраменто. Я знала слабые места каждого из них.
- Что ж, значит, нужно их разговорить, - с яркой улыбкой протянула я так, словно это само собой разумеющееся, после чего сняла пиджак и повесила его на спинку кресла. Детективы, зашедшие за мной, тут же переглянулись. В таких важных делах, полиция не брезгает любыми методами. Любыми. – Детектив Фриман, Монтанелли пока что Ваш. Бреннану скажите идти сюда. 

+2

15

Хуже всего - это неизвестность. Гвидо может только догадываться, что за вопросы ему зададут в участке; не превратится ли он внутри его стен из задержанного в подозреваемого, когда ответит на эти вопросы - или, может быть, вместо него на те же самые вопросы уже ответил кто-нибудь другой?.. Есть очень много причин, по которым его могли бы задержать. Возможно, вполне достаточно для того, чтобы он вообще вылезал из полицейского участка только по выходным дням, навестить детей; тоже, впрочем, вариант управы на всех них - но это стало бы попросту подозрительно через некоторое время... но и на этот случай - лучше подстраховаться наперёд. Если копы отпустят его, но потом зачастят к нему в гости. Мысленно Монтанелли прикидывал самые худшие из тех вопросов, которые мог бы услышать от Шерон или кого-то из её коллег, но... внешне просто сохранял спокойствие. Чем сильнее будет волноваться - тем хуже будет самому; с полицейскими, как с теми же собаками, если показать им, что боишься их - нападут с большей вероятностью. Гвидо ведёт себя так, словно ему нечего скрывать.
- Не стоит. Я ведь ничего не сделал. - улыбнулся в ответ Хелен, коснувшись её плеча ладонью, пытаясь успокоить. Конечно, у него есть адвокат, даже и не один может появиться при желании, да и родственника Хэмминг он впутывать в это не хочет - это означало бы впутать и её саму тоже, вплести в кое-что нечто похуже и поглубже, чем просто тяжёлая сумка из его дома. Да и поводов для беспокойства у Гвидо на самом деле больше не из-за сумки; в доме остаются его дети - вот что более серьёзно. Монтанелли находит в себе силы улыбнуться Виттории. Не последний раз его уводят из дома на её глазах - а когда-нибудь, вероятно, и в наручниках будут уводить - но его маленькая дочь пока что имеет права не запоминать и не понимать того, что видела. Однако, и выбора, жить ли в таком мире, или нет, у неё особенно не было. В отличие от Хелен...
Не наручников стоит бояться. Браслеты, по крайней мере, не лгут. И не забирают всю жизнь, хоть и способны забрать очень существенную её часть - в отличие от пули, лишить они могут только свободы. Зачастую. Вряд ли Гвидо отправят на электрический стул вслед за Альваро, хотя... как знать. Зарекаться тоже не стоит. А вот подстраховаться - лишним не будет... опять же, не для самого себя - а для своих детей; необходимости заботиться о которых его не лишит ни тюрьма, ни пистолет, ни эшафот.
- Слушайся Хелен и ничего не бойся. - Гвидо приостановился, присев к Дольфо - Боппо тоже подбежал ближе, глядя на хозяина. Бывало ведь и хуже. Как в тот раз, когда к ним, в старый ещё дом, заявились гости из Испании, проявив силу - по сравнению с этим, посещение копов было вообще просто дружеским визитом. - Я скоро вернусь домой. - проведя ладонью по волосам сына, коснувшись собачьей морды, Монтанелли оглянулся на Хелен и Витторию, едва заметно кивнув, и затем забрался в полицейскую машину, когда ему открыли дверь - с таким видом, впрочем, словно детектив Бреннар сам был, максимум, швейцаром при ресторане - разве что чаевых ему не ссудил... если бы не полицейские проблесковые маячки, могло бы вообще показаться, что он едет на встречу в сопровождении своих людей - вот только этих самых людей сменил почему-то.
- Да уж, заметил. Не один нарушитель теперь не уйдёт, а? - усмехнулся в ответ на вопрос Шерон. Нет, на самом деле, очень неплохая "модернизация", учитывая, сколько в Сакраменто любителей погонять - и лишний повод убедиться, что, чтобы тебя не поймали, нужно быть не самым быстрым, а самым осторожным. Хотя... кажется, не в его положении судить сейчас компанию своего сына. Вряд ли Лео в данный момент находится в такой же ситуации...

- Это здесь. - войдя в дом, Дольфо повёл Хелен за собой, а пёс, стуча когтями по полу, побежал следом за ними, вынюхивая на полу что-то. Выполнив просьбу, Рокки ушёл на кухню, достав телефон и начав звонить кому-то - делая один звонок за другим, после короткого диалога отключаясь, набирая кого-то снова. Шерон, желая того или нет, запустила этим задержанием цепную реакцию - через пятнадцать минут все или почти все члены Торелли будут знать, что их босса задержали, через двадцать - будут предприняты соответствующие меры (может, у него не одного в доме находятся такие "сумки"?), через тридцать-сорок - вероятно, уже и причины того, что босс в принудительном порядке поехал в участок станут известны. Не так уж много, конечно, до участка они доедут быстрее...
- Вон там. - недостаточно они пока собраны для прогулки. Дольфо указал пальцем вверх, на одну из потолочных плит, прямо в центре коридора - по виду, совершенно ничем не примечательная или отличная от остальных. Но её можно было сдвинуть в сторону, чтобы получить доступ к пространству - где и лежала та самая дорожная сумка. В которой находилась серьёзная сумма денег наличными, пара папок с документами, в одной - что-то о железной дороге, а в другой - о мясокомбинате, и сурового вида дробовик - отличный от той двухстволки, что был в сейфе Хелен, как и от того ружья, что подарил Гвидо его покойный племянник. Но увидеть всё это Хелен сможет разве что в том случае, если заглянет внутрь...

+2

16

Хелен проводила взглядом Дольфо, который хотел, что бы она пошла за ним. В прочем - далеко ходить не пришлось. Прямо в коридоре он указал на верхнюю плиту в потолке. Изощренное место хранения - ничего не скажешь. Нахмурившись, Хейли вздохнула.
- Подержи, пожалуйста, - она передает Торри мальчику и идет на кухню - за стулом. Потому как даже со своим высоким ростом - будет сложно достать что-то объемное с верхнего уровня. Она насторожена, но уверена в себе, бросая взгляд на Рокки, Хелен поддевает двумя руками увесистый стул. Мужчина общается с кем-то по телефону, делая звонок за звонком - ставя на уши так много людей. Зачем? Но сейчас ее мысли заняты немного другим. А именно - таинственным грузом, который придется перевезти в другое место.
Ставя стул под той самой плитой, скидывая туфли и взбираясь на мягкое сиденье ногами она протягивает руки к потолку, представляя как надо открыть.
- Надо нажать и сдвинуть...вбок, - прокомментировал Дольфо. Отрывисто кивнув, Хейли попробовала вначале в одну сторону - не поддается, а потом в другую - с легким щелчком плита отъехала в сторону, открывая темную нишу. Пошарив рукой вначале в одной стороне, а потом в другой - она уцепилась за что-то тряпичное. Сумка. Тот самый груз.
Начав тянуть на себя, Хелен не представляла, что все это будет таким тяжелым. Сумка перевесилась и тяжелым грузом упала ей в руки. Покачнувшись она все таки удержала равновесие и спрыгнула на пол, опуская и сумку. Соблазн открыть ее был таким огромным, что пришлось себя буквально силой остановить.

После получасовой перепалки с Рокки, который настаивал, что поедет с ней и детьми - Хелен победила. Наверное. Все же она добилась того, что бы бодигард Гвидо не сидел за рулем ее машины, или машины Гвидо, или вообще не находился с ней двадцать четыре часа в сутки. Было бы глупо полагать, что после его согласия она выиграла этот спор - но видимого присутствия Рокки не чувствовалось - и ладно. В общем собрав Витторию и Дольфо она загрузила сумку в свой автомобиль, установила на заднем сидении детское кресло, в котором пристегнула малышку и помогла Дольфо застегнуть ремни безопасности.
- Сегодня переночуем у меня дома, ты ведь не против? - Хейли мягко улыбнулась сыну Гвидо. Он безрадостно встретил эту идею, но не выказывал это внешне. Ей было немного неудобно что ли - под пристальным взглядом Хэмминг вела машину мягко, Торри даже удалось задремать, а Дольфо все время глядел в окно, кажется, без интереса наблюдая за домами и улицами, людьми.
- Проходи, милый, - она толкнула дверь рукой и пропустила Дольфо вперед, заходя потом сама с коляской, в которой мирно спала Торри - странно как быстро дети засыпают. И ведь их сон так легко потревожить. Хорошо, что она еще достаточно маленькая, что бы понимать, что произошло с ее отцом. Интересно, какие мысли в этой маленькой головке? О чем она думает, что чувствует. С нежностью глядя на ребенка, Хэмминг решила не тревожить ее сон и отвезла коляску к себе в спальню - если уснула, то пусть поспит.
- Дольфо, устраивайся в гостиной. Ты еще не проголодался? В холодильнике много чего есть - не стесняйся и чувствуй себя как дома. Как Торри проснется - пойдем прогуляемся в парке, а пока можешь посмотреть телевизор. Пульт на диване лежит. Мне надо закончить...начатое, - она кивнула мальчику и оставила его на какое-то время. К тому же в ее доме он был не впервые, и значит - знал где что лежит - хотя бы приблизительно.
Она вернулась в спальню и тихо, что бы не разбудить ребенка - достала из корзины коляски сумку, которую накрыла детским одеялом, что бы довезти из подземного гаража - наверх. Эта сумка была тяжелой - такое чувство, что там кирпичи лежат. Дотащив ее до ванной - Хэмминг опустила ее возле джакузи и боролась с желанием открыть багаж. Кто бы только знал - чего ей стоило не открыть сумку.
Но, коротко втянув в себя воздух она открыла потайную нишу под ванной, которую внешне - совсем не заметно, но на деле она должна быть приспособлена под место хранения чистящих средств, порошков и прочей химии. Расчистив место для груза, она затолкнула туда сумку и услышала как что-то глухо лязгнуло - словно металл ударяется об акрил ванной. Мотнув головой и отвлекая себя от чертовски привлекательной мысли - все таки посмотреть - с щелчком закрыла нишу и опустилась на пол, прижав колени к груди.
Если бы кто-то сказал, что однажды ей будет так сложно кому-то верить - она бы решила, что над ней смеются. Но не хотелось начинать жизнь с чего-то, что называется слежкой. Один раз она уже доставила этим неудобство Гвидо. Так пусть лучше в этот - он сам поделится с ней информацией.
Приведя себя в порядок, она улыбнулась отражению в зеркале и поправила волосы. Гвидо вернется. Он обещал. А что будет дальше...никто не знает. Но то, что будет сложно, тяжело и безмерно трудно - можно сказать и без гадалки. Хелен же была уверена, что справится даже с этой ношей. Она нужна Монтанелли, она нужна его детям, даже если они этого пока не осознают. Они все...трое - они нужны ей.

http://pinterest.randomhouse.com/lib/images/the-end.png

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Handcuffed