vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Female robbery


Female robbery

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

26 апреля; больница, день
   HELEN                                 JULIETTE                             BERNADETTE

http://s7.hostingkartinok.com/uploads/images/2015/04/2b7c53f35e43db8041ce1032a869623a.gif http://s7.hostingkartinok.com/uploads/images/2015/04/77fb6935061826424cb2d0e782525b13.gif http://s7.hostingkartinok.com/uploads/images/2015/04/2576e4e03f95d869797915deb525539c.gif
«roses are red
violets are blue
i fucked your mother and created you!»

Отредактировано Juliette Altieri (2015-04-20 12:58:07)

+5

2

look

Какого было удивление Берн, что шла уже вторая половина воскресного дня, а часы тянулись со скоростью беременной улитки и не предвещали каких-либо внезапных новостей, бед, приключений, встреч, занятий сексом и прочих увеселительных мероприятий. Но когда часы показали время полдника, а Берн только успела развернуть из полиэтиленового пакетика венскую булочку с сыром и заварить в кружке чай «Акбар» с восточными травами, телефон разразился звонком. И было в этом звоне нечто тревожное, но обыденно спокойное наружно, и хотя женщина была весьма огорчена прерванной, но еще не начавшейся трапезе, с легкой улыбкой на губах она провела пальцем по экрану, зная, чей голос она услышит на другом конце провода. Начался разговор с любезных приветствий и обмена короткими смешками на ответы о жизненном благополучии, а затем стол Бернадетт был залит травяным чаем, и где-то среди договоров со швейными фабриками плавала венская булочка; а все потому, что молодая женщина услышала два грянувших взрывом пороховой бочки слова: «Я родила».
-Чего ты сделала? – в голове когнитивный диссонанс, на столе чайный потом, в палате госпиталя – недавно родившая Джульетт Альтиери, и все это обрушилось на Бернадетт за несколько незаметных временных мгновений. – Ты ребенка родила? – в кабинет летящей походкой вошла зевающая от скуки Донна и, осмотрев масштабы потопа на столе начальницы, решила помочь той спасти документы от участи быть отправленными на помойку. – Я приеду, я уже выхожу!- после этого было множество вопросов про то, что можно есть роженице, что можно пить роженице, и не единого вопроса о самом ребенке этой роженицы. Но все самые важные вопросы оставлены на позднее время, а пока Бернадетт бродила по магазину в поиске авоськи продуктов для подруги и русской водки с банкой корнишонов на закуску для себя любимой. Она не брала в рот и капли алкоголя со времен ночи с Ринальди, проведенной после ужина у Альтиери, и безумно гордилась своей выдержкой. Но сегодня был повод, а если есть повод для выпить – грех его упускать! Поэтому и душа ее чиста, и карма, и кошелек после покупки продовольственных запасов, зато душа полна восторга и радости за недавно обретенное в виде малыша счастье подруги.
В голове отчего-то мотив песни Бонни Тайлер, когда Бернадетт входит в привычные стены госпиталя и не без помощи врачей добирается до палаты Джульетт, повесив на руку авоську с продуктами и бутылкой водки, тщательно спрятанной за шоколадками и упаковкой шоколадных конфет. Рикардс было подумала, что для большей конспирации нужно перелить алкоголь в банку из-под спирта, но где ее достать незаметно – неясно, да и мысль об этом быстро улетучивается при виде Хелен Хэмминг, что подходит к дверям палаты итальянки с другого конца коридора. Так и вошли они вместе, практически бок о бок, буквально ввалились в палату уставшей после родов мамочки Альтиери и в мгновение ока навели балаган в этой угнетающей заспиртованной больничной тишине.
-Сын? – утвердительный кивок. – Как назвали? - коротко спросила Бернадетт после радостной приветственной речи Хелен, которая всегда могла найти правильные слова для поздравлений в отличие от Рикардс. Выставила на стол торт, шоколадные конфеты, шоколад, магазинный «Цезарь», килограмм бананов, чешские кнедлики, чай с бергамотом, корнишоны и водку «Березку», схватила одноразовые стаканчики с прикроватной тумбочки, поставила их рядом со всем кулинарным безобразием и только после подошла к роженице.
-Ну, рассказывай, как все прошло, - пихнув в бок Хэмминг, Берн кивнула в сторону водки, мол, давай обмоем это дело. И пока Джульетт рассказывала про свои героические роды, блондинки разливали по стаканам «Березку» и вдвоем пытались открыть корнишоны. И было что-то в этой комичной обстановке нечто теплое и невероятно душевное, эдакие Таня и Валя капали на терпение своей подруге Наде по адресу улица Строителей и были годовые спустя пару стопок петь если не «На Тихорецкую состав отправится» и «Платочки белые» , то «I never be Maria Magdalena» или что-либо из репертуара той же самой легендарной Бонни Тайлер. И все для души, как говорится.

Отредактировано Bernadette Rickards (2015-04-21 09:38:00)

+2

3

Прелесть общего наркоза состоит только в том, что все проходит молниеносно быстро за счет сна, остальное - сплошные минусы. Категорично от него отказавшись, Джульетт желала слышать и воспринимать происходящее, за исключением боли, разумеется. Ребенок при рождении не кричал, да и дали его не сразу. Ничего, думала она, за счет двух предыдущих раза эти волшебные моменты были восполнены, поэтому хорошенько запаслась терпением в ожидании встречи.
Лежа уже на мягкой больничной постели, итальянка внимательно рассматривала малыша, стараясь не обращать внимание на боль в спине и жесткую слабость во всем теле. Младший Альтиери крепко спал и был похож на обиженного гнома из детских мультиков. Джули и сама бы последовала его примеру, но перевозбуждение пока не давало отрубиться. Безумно хотелось домой, ибо как и большинство людей, терпеть не могла больницы, даже такие элитные и дорогие, как эта. Всего за считанные часы можно оценить высокий уровень комфорта, заботы и удобств. Просторная палата была залита солнечным светом, имелся плоский телевизор, шкаф с широкими полками, удобная кровать, приятная коже постель, диванчик для посетителей и кофейный столик. Даже холодильник был и ваза со свежим букетиком цветов. Рядом стояла кроватка для ребенка, который мог постоянно находиться рядом с матерью; иногда его забирали на плановый осмотр, но довольно быстро возвращали. Джульетт невольно вспомнила больницу, в которой проходили первые роды: рожениц было так много, что некоторых вывозили в коридор, а она тряслась, как осиновый лист и провела много часов в бреду, сквозь который были слышны стоны и мучительные крики. Признаться, во время схваток Росси тоже вспомнила все матерные слова, существующие в мире, даже парочку тех, из-за которых на нее сильно косились. Наверное, из особого словарного запаса Фрэнка. Он, кстати, приехал довольно быстро после операции, но не сразу - надо было сначала отойти немного; захватил с собой Джуниора, который спросонья вообще не понимал, что происходит. Пока мужчины знакомились с новым членом семьи, позвонила Алессия и Джульетт двадцать минут выслушивала восторженный визг и требования рассказать каждую мелочь. Через еще полчаса в палату ворвалась семья Фиоре, причем с детьми, шариками, шампанским, цветами и криками. Во время этого кипиша Джулс сделала вывод, что их интересует только новорожденный, но никак не она сама. Смирившись с неблагодарной участью, по-новой рассказала об операции и кивала ровно десять минут, слушая многочисленные мнения о том, на кого же он похож. Были упомянуты все, даже троюродный дедушка со стороны Фиоре. Отказавшись десять раз от еды, заверила, что тут ее покормят, когда придет время, а вот от шампанского отказалась нехотя. Вот бы напиться от души! Только подумав об этом, брюнетка посмотрела на довольного мужа, показав ему пальцами, мол, я слежу за тобой, следом впервые за долгие часы рассмеявшись. Она-то ненадолго тут, пара дней всего. Сильвана обещала, что по возвращению приготовит гору любимых всеми блюд и устроит праздник. Но Джулс-то знала, что привирает. Сейчас вывалятся из палаты и понесутся накрывать на столы. А где Мэнни, там и Фрэнк с Майклом. Даже обидно немножко стало. Вот бы она с ними.. И пара бутылок лучшего вина в придачу.
Зацелованная и вдвойне уставшая, Джульетт помахала стоящему в дверном проеме Франческо, демонстративно надув губы. Получив в ответ ласковую усмешку, улыбнулась тоже и, стоило двери закрыться, обзвонила любимых женщин, которые знать не знали, что наконец-то произошло. Увы, на последних месяцах беременности не было ни сил ни желания собираться в дружной компании, веселиться или ехать куда-либо. Она действительно смертельно устала, хотелось побыстрее родить и выдохнуть. Бернадетт, возможно, не могла этого понять, а вот Хелен должна. Кто же знал, что на самом деле все с точностью, да наоборот? Не хотелось, чтобы они обижались.
- Посмотрите, кто пришел! - Широко улыбнувшись, итальянка удобнее откинулась на подушки, разведя руки в стороны. Рикардс явно перенервничала, так как говорила коротко, но скороговоркой. Хэмминг выглядела спокойнее, хотя чем черт не шутит. - Как прошло? Положили на операционный стол и вынули сына. Я же говорила, что будет кесарево.. - Замолкнув, удивленно наблюдала за блондинкой, которая опустошала принесенные пакеты. Вздернув брови после увиденной бутылки водки, женщина тяжело вздохнула и молча покачала головой. Слова тут излишни, как говорится. - Тут кормят, Берн. Довольно сытно и вкусно. Это что.. - Выпустив Хелен из объятий, Джули состроила неопределенную гримасу. - Корнишоны? Серьезно? А где фаршированная рыбка? - Поддеть эту наэлектризованную женщину - святое дело. - А заваривать чай сама мне будешь? Или можно так жрать, из коробки? - Удерживая серьезное выражение лица, Джульетт деловито встала с постели, открыла холодильник и достала пакет сока, после чего аналогичной походкой присела обратно, оценивая внушительное количество сладостей.
- Назвали Марко. Ну или просто Марк. Как вам? Марк Альтиери. Его унесли на осмотр, скоро принесут - познакомитесь. Выбор имени дался так трудно, то я уже хотела психануть и назвать сына Фрэнком-третьим. - Закатив глаза, Джули подняла одноразовый стаканчик с соком и посмотрела на подруг. - Только не надо злорадствовать! Скоро отыграюсь.. Эй, Берн, ты же не пьешь! - «Чокнувшись» наскоро с блондинками, отпила сока. Закинув в рот шоколадную конфету, задрала палец, промычав что-то нечленораздельное. - Мм! Гляньте-ка! - Вытянув ноги, скрытые под мягкими пижамными штанами, Джульетт задрала майку, демонстрируя низ живота, где красовался горизонтальный короткий шов. - Совсем маленький и приличный. Но как болит спина, - заныла она, качая головой. - Хотя ходить многим легче, нежели после естественных родов.. Уже плюс. Так где маринованные огурцы, Рикардс? - Приглушенно хохотнув и переглянувшись с Хейли, Альтиери вздохнула, взбивая под поясницей подушку. - Давно не виделись, верно? Хел, извини, что отшивала столько раз, просто.. Сама знаешь. Расскажите мне, ради бога, что-нибудь! Здесь точно никто не помешает, а мне так не хватает свежих новостей. - Пожав бодро плечами, Джульетт закинула в рот еще конфету.

+2

4

*внешний вид*

Последние двое суток стали для нее чертовски большим испытанием. А все так хорошо начиналось. Семейные вечер, они собирались приготовить обед, погулять где-нибудь с Витто и Дольфо. Только мечтам не суждено было сбыться. Гвидо забрали в участок на сорок восемь часов. До выяснений обстоятельств. Обвинения ему не выдвинули, но Хелен осталась одна - растерянная, испуганная и полностью выбитая из колеи. А еще эти его слова про сумку, которую надо вывезти из дома и как можно быстрей - потому что там лежит что-то, что вполне вероятно может навредить Монтанелли так сильно, что арест не будет казаться мифической забавой, а перерастет во вполне реальный срок.
В общем собрав детей, сумку с черт знает чем и волю - она отправилась к себе домой, где и развлекала детишек до воскресного утра, когда на пороге появился сам Гвидо. Было радостно видеть его живым, невредимым и не в оранжевой робе. Хелен почему-то казалось, что оранжевый - точно не цвет Монтанелли. И не ее. Но содержимое того самого багажа все еще тяжким грузом лежало на душе. Как бы она ни желала открыть "посылку" каждый раз напоминала себе, что так нельзя. В итоге, с горем пополам, сумка осталась нетронутой и схороненной в укромном месте, которое, конечно же, нельзя было назвать надежным. Но и слов: "положила на видное место" - сказать нельзя.
Только -только прошла радость о возвращении итальянца, как затрезвонил телефон. Звонила Джелус. Хелен, конечно, насторожилась. В последнее время с подругой они не виделись - та предпочла запереться в четырех стенах и света белого не видеть. Хотя Хейли не могла ее осуждать. Когда она носила двойняшек ей не то что двигаться, даже дышать не хотелось на последних неделях. И в конце концов она молила, что бы из нее уже достали детей. Беременность - чудо, если смотреть на это со стороны, а не изнутри. Когда у тебя пухнут ноги, что ты их даже в домашние тапки впихнуть не можешь, а о модельных туфлях вообще забыть можно; когда отваливается спина, и кажется, что позвоночник живет другой, отличной от тебя жизнью; когда тяжело ходить оттого, что на ноги давит весь в десяток, а то и более, килограмм, который месяцев девять назад был тебе чужд. 
В общем так себе развлечение.
Объяснив все Монтанелли и встретив новость с удивлением она была вынуждена оставить его и детей, и мчаться в больницу - потому что другого выбора у нее не было. Гвидо заверил, что теперь справится и что бы она ни о чем не беспокоилась.
Захватив с собой подарок для малыша, который она купила еще тогда, когда узнала, что будет прелестный мальчуган,  по пути Хелен забежала в магазин, где скупила килограммов восемь свежих фруктов, хорошее молоко, а не ту гадость, которую дают в больнице, творог, банку огурцов, которые так хотела Джулс и пакет со сладостями. Много объедаться шоколадом ей нельзя, иначе ребенку грозит получить диатэз даже от грудного молока.
- Прелесть моя! - Хелен ввалилась в палату вместе с Берни и протянула подруге букет свежих цветов, ставя по пути пакеты на тот самый кофейный столик. - Поздравляю тебя с наследником. Еще с одним, - Хэмминг подмигнула подруге, улыбаясь, хотя настроение было не совсем радостным. Рассказ о том, что у нее приключилось на днях она засунула в долгий ящик, не зная, насколько правильно преподнести подобную информацию подругам. Да и надо ли вообще? - Водка? - скептически посмотрела она на Берни. Хотя, чего можно было от нее ожидать. - Как так? Она зареклась пить? Вот это уже интересно, почему я не знала? - Хелен рассмеялась, откручивая крышку с бутылки и наливая понемногу в пластиковые стаканы. Джулс ограничили соком.
- За маленького Марка! Пусть он вырастит здоровым и крепким, а еще за его прекрасную маму, которая отмучилась, - Хейли хихикнула и сделала большой глоток водки, поморщившись. Все таки гадость. Но Отто любил - ее кузен. Помнится на ее новоселье он вместе с Гвидо приготовил бутылку. Правда пил по больше части немец. Немец, пьющий русскую водку...остановите планету - я сойду.
- Да какие сплетни - я с в последнее время только и делаю, что занимаюсь работой, домом и новыми отношениями, а так новостей никаких. Кстати, в новую квартиру переехала и приглашаю тебя, дорогая, - она посмотрела на Джульетт, - и тебя, - взглянула на Джулс, - на еще одно новоселье, только в стиле девичник - никаких мужчин, только мы...ну и малыш Марк, ты ведь его теперь не скоро оставишь на попечение мужа или еще кого, - Хелен было не понятно чувство матери, которая рожает уже не в первый раз, и поэтому она не в полной мере представляла, что она могла чувствовать. Но знала, что бы чувствовала сама по отношению к любимому ребенку.

+2

5

Нечто странное творилось с некогда отходившей от утренних и частично дневных мытарств, связанных с незагруженной делами, но от этого непростой обстановкой на работе, Бернадетт. Она смотрела на бутылку русской водки, переводила взгляд на кремовый, так и источавший свои углеводные флюиды торт, и ей впервые до одури хотелось не первое, а второе; причем с таким жадным рвением съесть калорийный кусок сладости и пожалеть об этом после, что молодая женщина  не знала, куда ей податься. А причиной тому была одна простая вещь – сила, мать ее, воли, которая не давала блондинке прикасаться к спиртному около месяца и тем самым прилично уменьшила тягу к нему.
-Не ври тут мне, кормят ее сытно и вкусно. Я выкину твою овсянку в окно и поставлю перед тобой огромный кусок торта, - это был небольшой, аккуратный, свежий кремовый торт, такой красивый, такой сладкий… - Я помню, как ты желала его. - Говорит так, будто разговор идет далеко не о пристрастии к сладкому у женщин, а к нечто другому, не менее удовлетворяющему и прекрасному, if you know what I mean. И дабы отвлечься от навязчивой мысли о манящих к себе углеводах, Берн берет в руки банку корнишонов и слышит такой несвойственный Джульетт сарказм, который немало удивляет и в то же время веселит Рикардс. Она прижимает соленья к груди, мол, не трогай мою консервированную прелесть. – Рыбку не хочу, - упоминание о чае смешит блондинку, и ведь правда, надо было покупать его в пакетиках, а не заваркой. – Если в этой твоей элитной клинике не найдется чайника, я тебе в гребаном тазике чай заварю, - не может такого быть, чтоб медсестры и без чайника под рукой! К тому же, в дорогостоящей клинике, как говорится, любой каприз за ваши деньги, если вдруг не найдется чайника, то хоть в колбе заварку кипятком зальют.
- Я решила отказаться от алкоголя, - говорящая об этом Бернадетт на фоне стола, заваленного едой и украшенного воздвигнутой посреди бутылкой русской водки, выглядела довольно комично, хоть и говорила она чистую правду. – И да, сегодня я не пью, я выпиваю, - ставит корнишоны на стол и с умным видом независимого трезвого алкаша в завязке подходит к постели Джульетт.
-Я помню, ты мне говорила это имя! Марк Альтиери. Красиво звучит, - кристально-чистая правда. Но вот знакомиться с новорожденным сыном подруги молодая женщина страшилась, перед младенцами Берн испытывала некие трепет волнения, что и прикоснуться к маленькому человечку страшно. И тут то ли пить для храбрости, то ли стойко держать трезвое состояние до и во время знакомства с малышом Марком, а то кабы чего не вышло.
Заметив то, с каким увлечением Джульетт поглощает шоколадные конфеты, Бернадетт на радостях помчалась к кремовой прелести с твердым намерением откормить роженицу и самой вкусить запретный углеводный плод вприкуску к чаю; но водка ждать не может. Разлив ее по одноразовым стаканчикам, молодая женщина отдала один Хелен, и с усмешкой глядя на довольствующуюся соком Джулс, в один присест опрокинула стопку спиртного, закусила половинкой корнишона и глубоко вздохнула. Хорошо пошла.
Нет, право, она нарекла себя выпить, но никак не напиться. Две стопки водки – просто смех, да и только! И стыдно признавать то, что после этих самых двух стопок водки не пьющая целый месяц Бернадетт уже могла сказать, что она на верном пути к полному алкогольному опьянению, что в простонародье называется «нажраться в дрова». А понимает она это тогда, когда встает с дивана и идет к постели Джулс нетвердым шагом, шатаясь из стороны в сторону. Решив сделать паузу между второй и третьей, Берн отвлеклась на еду и схватила со стола связку бананов, оторвала себе один. Хелен рассказывала о событиях в своей жизни, Бернадетт старательно ее слушала, чистя любимый фрукт. И когда самый большой, самый длинный банан из связки был очищен, молодая женщина посмотрела на него и внезапно вспомнила о Ринальди.
-Ты хочешь девичник с ребенком? – дабы отвлечься от навязчивых мыслей, спросила Берн, так и не надкусив банан. – Джулс, а ты что хочешь, бабскую тусовку или вечер домохозяек перед камином? – наверно, чересчур резко, но ведь можно сослать эти слова на водку. – Я предлагаю нам собраться втроем в квартире Хелен, взять бутылочку вина…да, а я буду пить сок или отвар шиповника, - бубнит Рикардс и трясет бананом так, что он вот-вот выскочит у нее из руки. – Я приготовлю пиццу. Хел, ты помнишь мою пиццу? Кажется, ты сказала, что она получается у меня просто замечательно, и я хочу тебе верить, - откинулась на спинку дивана и повернулась в сторону Хэмминг. – Мы с тобой тоже давно не виделись. Какие такие новые отношения? Нашелся бравый сексуальный войн против твоих тараканов в голове? – перестав трясти банан, Берн, наконец, отправила его в рот и надкусила. – Рассказывай нам все. – пора разливать «Березку» и сок, доставать корнишоны, настраивать гитару, петь романсы...жаль, до последнего они пока не догадались.

Отредактировано Bernadette Rickards (2015-04-21 13:33:08)

+2

6

- Сейчас кое-кто желает торт больше моего, - авторитетно возразила итальянка, вытянув губы в трубочку. Что-то странное творилось с королевой кактусов, надо бы хорошенько разобраться в причинах и следствиях. - Нужен нож. - Мало того, что принесла рассыпчатый чай, так еще огромный десерт, нуждающийся в столовых приборах. Негодуя по поводу острой недальновидности блондинки, Джульетт тяжело вздохнула, подобрав под себя ноги. И эта женщина усыновила ребенка, на минуточку. Чем кормит обычно? Фирменными пельменями? Пережаренным омлетом? Корнишонами на завтрак? - Она сегодня не пьет, Хелен! Выпивает! - Отсалютовав стаканом с соком, Альтиери убедительно закивала, едва ли веря в это чистосердечное признание Рикардс. Звучало до неприличия комично и все присутствующие прекрасно знали, насколько. Даже воздержавшаяся о чем-то догадывалась.
- Да, спасибо, девочки, - улыбнулась, качнув головой. - Пока валялась дома, успела выстроить десяток вариаций планов на жизнь младшего Альтиери. Надеюсь, он не сильно будет сопротивляться и поможет в их воплощении.  - В конце-концов, что может быть приятнее, чем увидеть, как ребенок внимает воспитанию и дает поводы для гордости? С Алессией получилось весьма удачно - она всегда тянулась к новым знаниям и отличалась поразительным послушанием. К тому же, награждена добрым сердцем. Что касается Джуниора, тут сложнее. Избалованность никому не к лицу, а мальчикам особенно.
- Новая квартира? Черт, сколько же я пропустила, - уныло протянула брюнетка, краем глаза наблюдая за смелыми передвижениями Бернадетт. За ней нужен глаз да глаз, иначе беды не миновать. Воздержание от алкоголя дает свои плоды - быстро напиться немудрено. - Приду обязательно. И да, Берн права, дети нам не нужны и мы им тоже. Оставлю Марка с мужем, ему только в радость. Я хочу бабскую тусовку! Девичник, шабаш, называйте как хотите, мне так не хватало этого. Вы-то, небось, без меня отрывались.. Да-да, получила ваши селфи, очень мило, - проворчала Джули, вспомнив свою реакцию на ммс. Пьяные глаза Рикардс, белоснежную улыбку Хэмминг и легкую обиду. Хотелось присоединиться, обсудить все на свете только втроем. - Кого ты обманываешь, - покосилась на Берни, закатив глаза. - Будешь пить отвар, когда залетишь. Эй! А правда.. Хелен! Новые отношения? А ну-ка! - Активно заерзав на постели, Джульетт аж выпрямилась, ожидая сногшибательную историю романа подруги. - Да оставь ты этот банан в покое! - Шлепнув блондинку по руке, Альтиери прыснула от смеха. - Ты даже не съешь весь.. Взяла самый огромный. - Рикардс часто становилась похожа на ребенка, когда принимала на грудь, но от этого не менее очаровательней.
- Итак! Нам нужны подробности! - Взмахнув стаканчиком, Джульетт вздернула подбородок. - Желательно самые-самые. Кто этот мужчина, чем промышляет и есть ли у него приводы в полицию. О, а может ему двадцать годков? Берни не знает о твоем темном прошлом, - злорадно похихикав, женщина потрясла пальцем, не давая Рикардс вставить пять алкогольных копеек. Сейчас разойдется и до сути разговоры так и не дойдет. - И ты еще говоришь, что новостей нет.. Откуда столько скромности, Хейл, - погладив ладонью подругу по колену, ухмыльнулась. Как можно утаивать о новом романе? Это же преступление в узком дружеском кругу!

Отредактировано Juliette Altieri (2015-04-21 15:25:50)

+2

7

Наблюдая за всем этим балаганом, Хелен даже и представить не могла, как сильно соскучилась именно по этому. По хмельной Берни, которую не видела уже месяц, по Джулс, которая была золотой серединой их компании, по вечерам за бутылкой мартини или вина. Да и вообще по девчачьим сплетням. В последнее время у нее столько всего случилось, что рассказать подругам все - пожалуй она не могла. Стоило бы начать с того, что на нее напали в собственном доме, но эту историю Хэмминг предпочитала хранить в себе, и расскажет о ней только на смертном одре. Нет уж.
Вертя в руках бумажный стаканчик с новой порцией водки, Хелен поморщилась и разбавила алкоголь доброй порцией яблочного сока. Так куда лучше. А то такое чувство, что чистый спирт пьешь.
- Да уж, Берн, точно, тебе нельзя доверить не то, что упаковку продуктов человеку в больничку, но и ребенка, - Хелен по-доброму хохотнула, потрепав женщину за плечо. Она не пыталась обидеть - просто такая манера общения для них троих - нормальная. И на что она обиделась бы в другой компании, в этой - даже не заметит.
- Кстати, Джулс? Где маленький Марко? Я уже хочу потискать это солнышко, - глаза американки зажглись как два огонька, она действительно была бы счастлива в данный момент именно от того, что в ее руках будет лежать маленький комочек счастья, весом в три с лишним килограмма. - Ну ты прям как настоящая мамаша, - рассмеялась Хелен, отрывая от ветки винограда виноградину и отправляя ее в рот, после глотка импровизированного коктейля. - Хотя да...я тоже своим все придумала, когда была на последних сроках. И в какую школу будут ходить, и в какой университете, и замуж(женю) на ком, в общем... - она вдруг загрустила, - загад не бывает богат. Все вышло совсем по-другому.
Видя как измучена, но вместе с тем счастлива Джулс, Хелен и самой хотелось радоваться. У подруги появилось что-то такое, ради чего стоит жизнь еще по меньше мере лет восемнадцать. А лучше тридцать. Дети для нас всегда будут оставаться детьми, сколько бы не прошло - даже если у них появятся уже свои дети, ты не будешь воспринимать своего ребенка как взрослого. Мальчика будет хотеться тискать - даже если он мужик сорокалетний. А девочку, прижать к груди и сказать, что все хорошо, что ты рядом...
- Эй! - она легко толкнула Берни, тут же об этом пожалев, потому что подруга уже была под приличным шофе. Наверное, только из их палаты разносился дикий смех и чувствовалась атмосфера веселья. Конечно...собралась группа сумасшедших. - Между прочим, я подумала, что Джулс не захочет с грудничком расставаться. Но раз Фрэнк не против, мы можем устроить пиршество для желудка и всех остальных органов, - хихикнула Хэмминг, ставя стаканчик на тумбочку Джульетт. - И да, ее пицца между прочим охрененная, - Хелен смотрела на Джулс, кивая на увлекшуюся бананом Берни, которая на слове "охрененная" недоверчиво, но гордо обратила внимание на Хэмминг.
Ох...она вспомнила, почему не рассказывала подругам, что у нее кто-то появился. Вспомнила чего боялась - толпы этих вопросов, пыток и вообще фразы: "Я точно знаю, что ты мне что-то не рассказала". Бр-р-рр. Но это веселило. Нет приводов? Конечно, детки, только сегодня выпустили из-под стражи. Но об этом же не расскажешь подругам, повествуя о первом впечатлении? А то они пойдут толпой изгонять демона ненужного из жизни. А Гвидо ей очень даже был нужен.
- В общем...зовут его Гвидо Монтанелли, - Хелен разглядывала свой кроссовок, поэтому не сразу заметила как вытянулись лица Джулс И Берни. - познакомились у него дома. Ну... - она хихикнула, - я по работе приехала, страховку продавала. Кто бы знал, что из этого выйдет что-то стоящее, - Хелен взяла снова стаканчик с коктейлем и сделала небольшой глоток. - У него двое...точнее нет - четверо детей. Двое уже взрослые, мальчик лет семи и совсем крошка-дочь, ей еще и года нет. Вдовец. - да, Хелен не задавала Гвидо вопросов, куда делать его жена - а просто априори посчитала, что та умерла, и не спрашивала. Ведь какая нормальная мать оставит собственных детей на отца, если она жива и здорова? - Мы уже несколько месяцев общаемся, я даже со всеми детьми знакома и на Тахо мы ездили вместе. - О да...Тахо, когда все друг друга знают. Было непривычно. - Работает...- о да, самый сложный вопрос. Кем он работает, мать его? - Говорил, что в пищевой продукции, - и поэтому позавчера вечером его забрали в участок. Дурдом на выезде. Хелен душевно улыбнулась подругам, ожидая реакции.     

Отредактировано Helen Hamming (2015-04-21 16:08:52)

+2

8

И без заявления Джулс о желании захватить углеводное нечто, Бернадетт было тяжко справляться со своей неоправданной и непонятно откуда возникшей тягой к сладкому, какой у нее не было уже довольно долгое время. – Ложкой торт будешь есть, нахрена его резать вообще, - блондинка не понимала сущность проблемы отсутствия ножа, ему всегда можно найти достойную замену; Берн прекрасно понимает взгляд и насмешливо-осуждающий тон подруги, поэтому сразу встает на дыбы, мол, я добытчица и я хозяйка, что хочу то и ворочу. – Я купила все самое необходимое! Как в больницу и без торта? – Это кремовое безобразие стоит на самом видном месте стола и магнитом притягивает полупустой желудок молодой женщины, готовый принять самый сладостный и самый сочный, пропитанный ягодным джемом и бисквит в своем нутро в сию же секунду, если б не чертов разум, который заставляет этого не делает. Рикардс дожевывает свой корнишон и тяжело вздыхает, должно принимая всю тщетность бытия.
-А если сын не одобрит ни один из твоих планов, Джулс? – внезапно серьезно заговорила Бернадетт, вдруг увидев более мягкое воплощение натуры своей матери в подруге, которая также стремилась вложить все свои задумки и планы в детей, будто они были проектами, а не просто детьми. И как только грустные мысли стали медленно впиваться когтями в голову Рикардс, она тут же оттолкнула их очередной, уже третьей стопкой водки, вытащила из банки толстый корнишон и злостно надкусила головку, откидываясь на спинку дивана. И вся грусть мигом улетучилась, но не только благодаря водке, но и поддержке бабской тусовки со стороны Джульетт. – А я что говорила! – победно восклицает Бернадетт и смачно целует подругу в щеку, едва удерживаясь около ее постели на высоких каблуках. А когда еще раздалась краткая хвалебная речь ее фирменной домашней пицце, блондинка совсем загордилась своим кулинарным мастерством и изысками, что она творит на кухне. И то верно, не каждый может равномерно и грамотно раскидать по слою теста все найденные и мелко нарезанные в холодильнике продукты, не каждый!
-Куда я залечу? – не поняла поначалу фразы Джульетт молодая женщина, а затем вскинула руками и едва не выронила обреченный на вечные истязания банан. – Иди ты к черту, Альтиери, - беззлобно высказалась Бернадетт и навострила уши во время монолога Хэмминг о своем новом кавалере, но чем дальше женщина говорила о нем, тем меньше Рикардс вслушивалась в смысл этих слов. Неизвестно, чего ожидала Хел под конец своего рассказа, но точно не гробовой тишины, воцарившейся в палате на какие-то несколько мучительных секунд. Казалось, было слышно, как Берн медленно пережевывает во рту кусочек банана, уставив свой взгляд на голую противоположную стену, в пустоту.
-Гвидо, - не дожевав фрукт, ровным голосом произнесла Рикардс и посмотрела на Джульетт. Даже если в городе жила бы сотня Гвид Монтанелли, без сомнений, именно тот самый Гвидо Монтанелли оказался бы тем мужчиной, про которого так увлеченно рассказывала Хэмминг.
Вошла медсестра, держа на руках маленького Марко, чьего лица Берн не могла разглядеть в сидячем положении. Наверно, надо было поддаться женским телячьим нежностям и кинуться к младенцу с радостными воплями, но ситуация немного не позволяла.
-Ну я, пожалуй, за чайником схожу, - кинувшись следом за медсестрой, сказала Бернадетт. Раз она добытчица и хозяйка, упускать момент не стоит.
-Мириам, - так, как посчитала Рикардс, звали девушку. – У вас есть чайник? Принесите нам чайник с кипятком, прошу. – Она, правда, старается казаться трезвой.
Медсестра соглашается и говорит, что ее зовут Мэриан.
-Да-да, спасибо, Мириам, - ей не терпится вернуться обратно.
Нечто невообразимое происходит в палате не номер шесть, что очень странно, ведь назвать обстановку в ней адекватной так же сложно, как и устоять перед чертовым тортом; столько соблазнов, вы бы знали.
Бернадетт возвращается на место, берет в руки недоеденный банан и специально двигается подальше от Джульетт, мол, не дам второй раз возможности напасть на мою еду. – Так у вас с Гвидо все серьезно? – спрашивает, выслушивает истории Хелен про отношения с человеком, которого Берн едва ли знает, но нередко по воле случая встречает рядом с близкими ей людьми.
-Ладно, раз уж зашел разговор о мужчинах, - любимая тема блондинки. Что в трезвом, что в пьяном состоянии говорить о них Бернадетт может долго, и особенно о том, что с ними можно вытворять в постели. – Джульетт, ты ведь помнишь тот ужин у тебя дома, в начале марта, - лишь японская матерь знает о том, почему Рикардс до этого момента не решалась рассказать об этом своей близкой подруге. – В общем, - опрокинула четвертую стопку водки, то ли для храбрости, то ли на эмоциях. – Все, что я могу сказать: у Майка просто невероятных размеров член! – выкинув недоеденный банан в непонятном направлении, но скорее всего в сторону Джулс, Бернадетт полезла за целостным наглядным примером. – Да тут нет банана подобной длины, понимаешь? Я взяла самые большие бананы, что были в магазине, и все они не сравнятся с тем, что у Ринальди в штанах, боже ты мой. – Кинув несчастную связку фруктов на стол, воскликнула Рикардс и провела руками по волосам, чувствуя, как ее шатает, будто на волнах. Пожалуй, откровеннее речи и быть не может. – Какой мужчина, - на выдохе произнесла белокурая женщина, наливая в стакан еще немного водки и не отпивая ее сразу, и все-таки схватила второй банан, пожалев, что не доела первый. -Ох, ты бы знала!..

Отредактировано Bernadette Rickards (2015-04-21 17:41:34)

+3

9

Визит блондинок сильно отвлек от операции, болей, усталости и мыслей о сыне. Заметив, с какой нежностью о нем спрашивает Хелен, женщина несдержанно улыбнулась, испытывая гордость; за себя, за крошечного Марка и двух других детей, которых вырастила и воспитала, как могла. Непривычно им наверно получить брата с такой разницей в возрасте. А ей каково? С одной стороны, рождение малыша освежает, обещает нечто новое, приносит массу положительных эмоций, а с другой напоминает о годах, которые не отмотать назад. Ощутив острый прилив кризиса среднего возраста, итальянка даже приуныла на несколько минут, слушая отдаленные голоса подруг. Как сложно современной женщине терять даром время, упускать возможности, чувствовать потерю уверенности в себе. Еще вчера было столько сил, детской непосредственности и целей, хоть иди куда глаза глядят - не страшно; ничего особенного при себе иметь не надо, дабы понравиться кому-либо, а сегодня тебя оценивают критично и придирчиво, потому что статус такой, потому что взрослый.
- Должны уже принести, - недоверчиво ответила Джульетт, тоже не понимая, отчего ребенка еще нет в палате. Свесив ноги с кровати, услышала вопрос Бернадетт. - Если не одобрит, выгоню на улицу и вырастет из него мойщик машин, - сурово отозвалась брюнетка, уставившись на блондинку. Как-то слишком категорично Рикардс восприняла слова Альтиери касательно планов на сына. - Святой Франциск, да я о том, что любой родитель желает самого лучшего! Вон Хелен подтверждает, - ухмыльнулась, состроив гримасу в адрес любительницы корнишонов. Удивительно, как серьезно она отнеслась к данному вопросу, будто от сердца молвила.
Все шло отлично и бутылка водки смотрелась симпатично, ровно до произнесенного вслух имени. В первую секунду Джульетт подумала, что напросто лишилась ума и рассудка по почве мучительной беременности и мелких стрессов, а в следующую захотела отправиться на поиски револьвера. Неизвестно, кто стал бы первой жертвой, но очевидно одно: жизнь чертовски непредсказуемая штука.
- Да.. Сабрина, Лео, Дольфо и Виттория, - растерянно пробормотала Джули, коснувшись лба ладонью. Как, черт возьми, реагировать? Встречаются несколько месяцев, знакома с его детьми, съездили на Тахо. Это не тот роман, который изначально представился. Это вполне себе такие зарождающиеся чувства, общие поездки, семейные ужины. Вспомнилась Марго.. Сколько времени прошло? Но ладно это, как Хелен попала в такую заварушку? Что вообще она знает об избраннике?
- Стой, - резко воскликнула Альтиери, страшно не желая, чтобы Рикардс уходила. Казалось, та сгладит неловкую обстановку, возникшую чересчур неожиданно. Внимание от подруги отвела вошедшая медсестра. Джульетт аж подпрыгнула с кровати, беря малыша на руки. Рассматривая выпяченную нижнюю губу, коротко вздохнула, пытаясь собрать мысли в кучу. Берни задает вопрос об отношениях Монтанелли и Хэмминг, а итальянка смотрит на нее, осознавая, что тут вообще хоть кто-нибудь знает что-нибудь? Вроде бы Рикардс знакомилась с друзьями и коллегами Франческо на открытии клуба Майка? Но тогда она была в плохом состоянии, вряд ли что-нибудь или кого-нибудь помнит.. - Мы знакомы, да, - отвечает, чувствуя на себе пристальный вопросительный взгляд Хелен. Как бы правильно сформировать ответ, никому не навредив? - Муж.. Мм, Фрэнк, работает с ним.. То есть, сотрудничает. Мы дружим семьями. То есть, дружили.. Ну, когда Марго.. В общем, я была знакома с предыдущими женами. Ну, женами Гвидо. - Джулс чуть теснее прижимает Марка и разворачивается, подходя к окну. Господи, ну что за идиотизм? Или Хейл так профессионально прикидывается или в самом деле ни о чем не подозревает. Ну да, ведь они недолго вместе! Что такое несколько месяцев? - Да-а.. Каков настрой? - Спрашивает, не оборачиваясь. Надо разузнать, как она относится к нему. Не станет же Хэмминг скрывать от подруг? Да и по женщине обычно сразу видно. А Джульетт пока увидела и услышала некоторую неуверенность в голосе, словно Хелен скрывает причины каких-то расстройств. Они знакомы многим дольше, нежели с Бернадетт, как не заметить?
- Вот, опять спит.. Гляди, - нагнувшись к Хел, Джули показала личико сына, совсем забыв, что это первое, что надо было сделать, как только его принесли. Перенервничала, видимо. - А ты смотреть будешь или торт дороже? - Хмыкнув, обернулась на Рикардс, которая в это же мгновение начала разглагольствовать. - Он такой спокойный.. Не возмущается, не кричит. Надеюсь, так будет и дальше, иначе бедные мои.. ЧТО У МАЙКА?! - Выпучив глаза, Джули аккуратно отдала малыша в руки Хелен и развернулась, позабыв о физическом дискомфорте окончательно. - Ты трахалась с Майком?! Подожди.. Тогда? Когда я попросила его довезти тебя до дома? - Челюсть опустилась чуть ниже и Джульетт ошарашенно застыла, не веря своим ушам. Наблюдая за связкой бананов, которые пересчитывала вслух блондинка, волей-неволей начала представлять размеры, о которых та говорила. И это, следует заметить, произошло само собой, потому что эта женщина громко и с вызовом оповещала всю клинику о наличии невероятных размеров члена у мужика, с которым переспала! - Вы что.. Издеваетесь? - Тихо пролепетала Альтиери, переводя шокированный взгляд с одной искательницы приключений на другую. А нашли они себе приключения на задницу, только еще нихрена не осознавали этого! Подхватив подушку, Джули забралась на кровать и устроилась в позе лотоса. - Убери бананы.. Твою мать, Берн, убери бананы! - Хихикнув один раз, потом второй, брюнетка от души расхохоталась на всю палату и коридор, с силой прижав к лицу подушку. - Боже, да как вообще.. Можно.. Нельзя оставлять тебя наедине с мужчинами.. - Сквозь подушку пробивался уже феерический хохот, от которого уже сложно избавиться. Открыв покрасневшее лицо, Джулс прикусила губу. - Ну-ка, покажи нормально! Мы с Хелен так и не поняли, каких размеров у него член.. - Вновь вжавшись в подушку, снова разразилась хохотом. Как вообще можно так доводить родившую женщину?

+2

10

- Да-да, родители хотят только самого-самого для своих чад, - кивала она, поддакивая Джулс. Но дети, увы, скептически относятся к тому, что является для них благом, по мнению родителей. А если ты сделаешь один неверный шаг тебя вообще спишут. Как это сделала дочь Хелен, буквально разорвав все связи с амтерью после смерти отца, которую повесила на ее шею. Моль, если бы она тогда не уехала в Европу и, минуточку, не БРОСИЛА  их с братом. Хотя кто кого и когда бросал? Имела же Хелен право на две недели, а то и месяц собственного времени, на себя любимую. Ей требовалось это время, что бы разобраться в себе, что бы расставить все точки над "i", и что бы вернуться в Нью-Йорк с новыми силами на борьбу. Развод всегда занимает много сил. Только кто бы знал, что Эдриант предпочитает отбросить коньки, нежели развестись с супругой. насмешка судьбы и только.
Ее новость не была воспринята должным образом. Хелен ожидала: "Урра! Ты молодец", "Поздравляю, детка!" ну или хотя бы "Когда познакомишь?", а в итоге получила кислые мины и непонятное выражение лицо Джульетт, когда она все дальше рассказывала про Гвидо. Почему его все знают? Куда бы она не поехала, с кем бы не встретилась - у нее все время такое ощущение, словно Гвидо Монтанелли и его компания - везде. Не знаешь, радоваться этому или плакать от этого.
- Так ты с ним знакома? - обращается она к Джулс, удивление на лице ничем не скрыть, да она и не пытается. Может пора перестать изображать его, когда узнаешь, что Монтанели знаком со всеми? Как только Джульетт начинает про его бывших жен в Хелен непроизвольно шевелится что-то, словно червяк, который пытается выковырять дыру в теле. А по сути - обычная бабская ревность. Правда приходится и ее засунуть куда подальше. В далекий ящик. Она не знала, что у него было две супруги. Это становится откровением. Интересно, чего он ей еще не рассказывал? Хотя...она ведь и сама не спрашивала. Может стоит? Или не стоит...прошлое оно такое - тронь, заходится из стороны в сторону как желейный торт.
- Да...кажется, у нас все серьезно, но насколько серьезно покажет только время. За эти десять лет я столько раз ошибалась, что лучше уж не буду загадывать, а то потом еще расстроюсь, а оно мне надо? - она улыбнулась девочкам. Ребенка внесли в палату и Хейли буквально забыла обо всем, что тут происходило минутами ранее. Он был такой хорошенький...а когда Джульетт всучила малыша ей в руки, Хэмминг буквально растаяла, забыв о двух тяжелых днях, практически бессонных ночах и переживаниях, которые все еще как кошки, скреблись на душе. Придерживая колоску ребенка локтем, Хелен поудобнее его взяла, приоткрывая пеленку, что бы рассмотреть личико. - Какой же он красивый, Джулс! Просто прелесть, - малыш смачно шлепнул губами во сне, глазки были крепко закрыты - да и откроются они только через пару дней, а пока малыш будет спать, хотеть кушать и просить, что бы ему поменяли подгузники - как считала миссис Хэмминг - лучшее время. Самое страшное начнется, когда он уже сможет ходить и начнет открывать кухонные ящики в поисках чего-нибудь самого острого и опасного.
- Кто такой Майк? - Хейли чтоно выпала из жизни. И выражение удивленности можно было читать на лице Хэмминг, которая даже бровь приподняла для пущей убедительности, - Берни, положи банан,мы тебя просим, - она старалась смеяться как можно более тихо, что бы не разбудить ребенка.
- Джулс, прекрати ржать, швы разойдутся, и вообще, тебе надо лежать, хотя бы этот день, а потом можешь ходить, поэтому давай, позу на спину принять и стараться не тревожить животик, - Хелен, словно заботливая мамочка посмотрела на подругу и подмигнула ей. - И когда она все успевает? - Хелен кивнула на Берни, которая все еще пыталась найти банан, котрый подошел бы по размерам. - Иногда я ее боюсь, - одними губами прошептала она Джульетт, что бы Брени не услышала и посмеялась беззвучно.

+2

11

Несколько мгновений возмущению Бернадетт не было предела, но водка пошла, как бальзам на душу, и все беспокойные мысли и тревожные чувства по поводу методов воспитания детей мигом сошли на нет.
-Многие родители желают лучшего, но перегибать палку в наставлении своих собственных желаний не стоит. Я тебе рассказывала про мою мать? – строптивая женщина коммунистической закалки с неистовым желанием заставить плясать всех членов семьи под ее мотивы и быть именно той семьей, какую она желает видеть и какая может стать завидным примером семейного благополучия. Мысли о ней навивают не только тоску, но и раздражение, однако алкоголь успешно заглушил все волны неистового негодования и оставил бедную пьяную женщину в покое. И хоть усмирить тягу к углеводному нечто русской «Березке» не удалось, Бернадетт была полна радостного легкомыслия и перестала относиться к реальности серьезно; то есть держать язык за зубами и выглядеть адекватной, не состоящей на учете у психотерапевта гражданкой.
И пока Берн бегала за несчастной санитаркой, чье настоящее имя она все пропускала мимо ушей и, будучи добытчицей, настоятельно просила ту принести ей кипяток если не в чайнике, то в тазике или в колбе, Хелен и Джулс поражались насмехающейся над ними судьбе. Рикардс была несказанно удивлена тому, что ее белокурая подруга состоит в интимных отношениях с таким солидным и видным Гвидо Монтанелли, однако была уже достаточно пьяна, чтобы размышлять над этим слишком долго. Ее больше волновали сладкий и богатый на божественно вкусный, словно сделанный чистейшими ручками ангелов торт, кипяток для чая и подруги, ради которых она его добывает. Медсестра ушла, но обещала вернуться, и Бернадетт, поверив ей на слово, на ватных ногах вернулась в палату.
-Какой Гвидо ловелас, - высказалась Рикардовна, услышав про жен итальянца, и закинула ногу на ногу, задевая носком туфли ножку стола. – Не загадывай наперед и просто живи, ты не в том возрасте, чтобы отшивать потенциальных женихов, - нет, она ни в коем случае не хотела поддеть Хелен по поводу возраста, но той и вправду нельзя играть мужчинами под старость лет! Сильной и независимой женщиной весело быть подшофе, но никак не на трезвую голову; а Хэмминг, как известно, пьет немного.
Даже после нескольких стопок водки Бернадетт испытывала треволнения при виде спящего младенца, когда Джульетт подошла с ним к блондинкам и чуть наклонилась вперед, показывая подругам своего сына.
-Ты за кого меня принимаешь!о боже, торт так близко, до него стоит только дотянуться… - Я хочу посмотреть, иди сюда, - японская матерь, какой он маленький и невинный, подумала Берн и уже хотела коснуться дитя, словно перед ней была неведома зверюшка, но вовремя поняла уровень риска данного действия и убрала руку.
-Нет, ну зачем кричать такие вещи прямо над ухом ребенка! – возмутилась Бернадетт, хоть ее и повеселила реакция Джулс на новость о сексе с Майком. И пока Хелен занималась спящим даже после истерического ора матери младенцем, Берн прониклась своей же историей и рассказывала все так увлеченно, что порой даже забывала дышать.
-Член у Майка. Член! – что за глупые вопросы, ей богу, хотя женщина не против это повторить еще несколько раз. – Именно тогда, ты абсолютно и бесповоротно права. Была такая замечательная погода, ты знаешь, что я люблю дожди? Особенно такие, которые ебашат с небес в то время, когда сидишь дома и пьешь чай, завернувшись в одеяло, - она немного отошла от темы, предалась воспоминаниям и наверняка говорила бы об этом еще довольно долгое время, если не любопытство Джульетт узнать продолжение истории и самую пикантную ее подробность, с которой и начался весь сыр-бор. – Нет, не трахалась, он просто спустил свои штаны и показал мне свое достоинство, - сарказм; много сарказма, он так и прет из всех пьяных щелей.
-И не трогай мои бананы! – эта коварная роженица все пыталась добраться до бананов и лишить свою белокурую подругу длинного сочного счастья, а также наглядного примера, иллюстрирующего ту самую одну очень пикантную подробность. – Можно и даже нужно, - звонкий смех Джульетт заразил Бернадетт, и теперь она все не могла успокоиться и нормально произнести то, что все вертится у нее на языке. А там много, очень много слов.
-Да я тебе говорю, нет тут банана такой длины, чем ты слушаешь, женщина! – она говорила сквозь смех, заплетавшимся языком, чувствуя, как водка берет бразды правления над ее разумом. – Не член, а шланг какой-то, - ей точно пора остановиться на том количестве выпитого алкоголя, что она в себя успела влить, ведь она уже нарушила одно основное и, наверно, важное правило пьянки: не рассказывать подробности своей личной жизни после выпитого спиртного. – Вот, держи банан! – кидает фрукт в руки Джульетт. – Спорим, ты его не запихнешь полностью в рот. Попробуй, пихай. Не получается? А теперь представь, что этот банан еще больше и шире. Вот примерно такие размеры, точно тебе говорю, - произносит это с видом, мол, да, вот такой у меня мужчина, и бежит к двери, где уже около половины минуты стоит санитарка с чайником в руке, полным кипятка.
-Спасибо, Мириам, вы такая умница, - ровно стоять на ногах все тяжелее.
-Пожалуйста. И меня зовут Мэриан, мадам!
-Как интересно, - протянула Бернадетт и водрузила чайник на стол, убирая ненужные в данный момент продукты на пол.

+2

12

Давясь и сгибаясь пополам от смеха, итальянка поняла, что не смеялась так очень давно. Отношения с Бернадетт начались не с мужских членов или водки, а весьма приличным образом, соответствующим возрасту, роду деятельности, увлечениям. Кто мог подумать, что придется года два держаться на расстоянии, прежде чем произойдет нечто? Похоже на бомбу замедленного действия, после взрыва которой накрыло всех, без остатка. Поистине, первое впечатление обманчиво, а в их случае еще никто и никогда так не ошибался.
Когда на глаза навернулись слезы, брюнетка посмотрела на сына, похожего на крошечный тканевый кокон в руках подруги. Младенцы - непредсказуемые создания, иногда просыпаются от малейшего шороха, а иногда - как сейчас - спят, как убитые. И это, надо заметить, весьма на руку маме Марка, которая вступила в фазу откровенной истерики. Личность новоиспеченного возлюбленного Хэмминг ушла на второй план, живот начинал побаливать, а шов взаправду грозился разойтись. Прижав к ноющему месту ладони, Альтиери сделала шумный глубокий вздох. Приди Берн многими часами раньше, можно было родить естественным путем, не прибегая к помощи скальпеля.
- Ч-что? Шланг? - Сжав крепко зубы, Джули откинулась на подушки, ощущая, как в груди булькает смех, будто морские волны, бьющиеся о камень. Прикрыв глаза и издавая сдавленные звуки, закинула в рот очередную конфету, пытаясь всеми силами унять рвущийся наружу хохот. А так хотелось по-лошадиному загоготать, словами не передать. - Знаешь, что, Рикардс.. Преувеличивать нехорошо. Особенно, если.. - На постель упал банан и итальянка с интересом рассмотрела фрукт со всех сторон, вновь не по своей воле прикидывая вышеназванные размеры Ринальди. Особенно действенными оказались комментарии его любовницы. - Запихать банан в рот? Весь? Как ты себе это представляешь? Он мягкий - сломается! Если ты решила продемонстрировать истинные, кхм, габариты, надо было купить китайские огурцы! Видела такие? - Вытянув шею, Джульетт широко улыбнулась, кивая блондинке. А потом снова откидывается назад, взрываясь смехом. - Вот бы я посмотрела, как ты заталкиваешь его в рот.. Мигом позабыла бы о Майкле.. - Поморщившись от представлений о мучительных последствиях, женщина прикрыла рот руками, перекатившись на бок. Втроем они должны праздновать рождение сына, а не восторги Бернадетт по поводу члена. И все же.. Любопытство распирало изнутри.
- Такое впечатление, словно кроме как разглядыванием члена, ты ничем больше не занималась. Хел, не бойся, как раз именно сейчас она безобиднее котенка, - успокоила Хэмминг, на долю которой пришлось немало юмористических бед. Все-таки, она являлась самой здравомыслящей из них. Нет, Джульетт в последний раз сходила с ума до замужества, но все относительно, как говорится. - Я знаю Майка сто лет, и вряд ли обрадуется, узнав, что ты всей клинике описала его мужское достоинство. Но! Раз уж начала.. Расскажи нормально! - Рассмеявшись, Джулс привстала, упираясь на локоть. - Кроме порнографических подробностей было что-нибудь еще? Как ты вообще могла так поступить? Вашу мать! - Ахнув, замотала головой. - Точно Фрэнку все рассказал! Голова еще работает, Рикардс? - Судя по передвижениям по палате, выражению лица и походке - скоро откажет. - В следующий раз, когда мы соберемся вчетвером, будем дружно думать о членах и вашем сексе! Ну не охренеть ли, - закатила глаза. Заметив недоуменный взгляд девочки-санитарки, жена грозного мафиози прикрыла ладонью глаза. Как-то раньше ее не сильно заботила репутация в принципе. А вот в сорок лет необходимо вести себя прилично и говорить аналогично.
- Прекрати обижать и пугать медперсонал! - Скатившись с кровати, прошлась до дивана, на котором сидела ни в чем не виновата Хелен, и присела рядом. - Надо сделать перерыв, правильно? - Указав на бутылку и накрытый стол, Джульетт изобразила приглашающий жест, в частности, в адрес разбушевавшейся Рикардс. - Хочешь, кусок торта тебе отрежу? - Повернувшись, выудила откуда-то прозрачный пакет с одноразовыми столовыми приборами. Собиралась в клинику основательно: во-первых, она любит удобства, во-вторых, не особо любит назойливых людей, в-третьих, если отсутствие первого и присутствие второго выведет из равновесия - всем будет очень плохо. Поэтому, с гордой миной вооружившись ножичком, смело воткнула тупое острие в сливочный десерт, пышущий изобилием украшений. - И Берн.. Может, тебе просто не встречались раньше большие члены? А то восторга так много, будто первый раз в первый класс, - сдерживаясь изо всех сил, на полном серьезе уставилась на блондинку, надеясь, что провокация сработает так, как надо. - Твои полчаса славы подходят к концу, все равно сейчас я выведу общй счет на новый уровень, ибо быть замужем почти двадцать лет - это тебе не анекдот, это насыщенная сексуальная жизнь, без которой долго браки не живут. - Королева кактусов явно разошлась, самое время остудить пыл.
- Эй, Хейли.. - Итальянка осторожно придвинулась к подруге плотнее, заглянув в лицо. - Я неплохо знаю Гвидо, но если ты хочешь что-нибудь рассказать о ваших отношениях.. О нем самом. - Джулс пожала плечами, тем не менее, давая понять, что эта тема была всего лишь отложена, но не забыта. Как она могла проигнорировать роман подруги? Да, все пошло кувырком и не как у нормальных людей, но так бывает, увы.

+2

13

- Спасибо, что про возраст напомнила. То-то смотрю мне уже пора покупать себе белые тапочки и загадывать место на кладбище, - хмыкнула Хелен, не обижая, но констатируя, что да - она старше. И что с того? Ей забить на себя и бросаться на первого попавшегося мужика с криком: "Урраа! Члены наступают!" Но у Хелен, наверное, было такое выражение лица, что даже полу-пьяная Берни все поняла - Хейли умеет быть доброй, а еще она умеет резко менять свое настроение. Но пока на руках был ребенок - весь мир подождет. И поэтому ласково улыбнувшись чуду, которое еще несколько часов назад было у мамы в животике, Хейли указательным пальцем нежно провела по маленькому носику мальчика и по щечкам, поправляя пеленку, которую, кажется, слишком туго запеленали. Ох уж эти медсестры. Никакого от них проку.
Какой-то, пока еще мифический для Хелен, Майк, обсуждения его члена и того, что у него было с Берни. Да...не так она себе представляла этот небольшой сабантуй в стиле: Джулс наконец отмучилась и можно выпить за здоровье мамочки и новорожденного. А вместо, а точнее вместе с этим приходится ржать над чьим-то членом...или нет. Над размером.
- Вы должны меня познакомить с этим Майком, - хихикала Хелен, но когда вопросительный взгляд обоих подруг оказался направленным в ее сторону она отмахнула от них, - да вы не то подумали, - но девочки, кажется, подумали то, что хотели, - Да пошли вы! Не надо меня ни с кем знакомить, - Хелен заходилась смехом, настолько тихим, насколько была способна на что-то тихое с ребенком на руках. 
- Так, Джулс, я теперь буду про огурцы фантазировать, прекратите, блин, - она взяла маленькую подушку с дивана и запустила ее в Джульетт.
Медсестра принесла чайник, и мечта Берни, сбылась. Просто Прометей какой-то. Только тот огонь людям дал. Ну, а Берн дала людям воду. Она добыла горячую воду. А это, минуточку, уже какой уровень! Просто за гранью! Осталось вспомнить, куда она сунули бумажные стаканчики.
- Нет, дорогая, не хочу торта, - как бы красиво этот кусок углеводов не выглядел она не могла проглотить и куска с самого утра. Переживания - сильная штука. Даже представить сложно, сколько всего она надумала себе за эти две ночи, за которые от Гвидо не было и весточки. Не знала, вернется ли он назад - или в понедельник к ней на порог заявятся социальные работники и скажут, что они забирают детей до выяснения обстоятельств?
- Вот-вот, может ей такие малипусенькие доставались, что теперь кажется просто крепышом, или как-там еще...вот..Кинг-Конгом! - Хелен рассмеялась, пододвигаясь на диване, что бы Джулс смогла сесть рядом. - Вот да, двадцать лет замужней жизни ни с чем конкурировать не могут, - хихикнула Хелен. Хотя ее пятнадцать лет с Эдрианом поспорили бы. Последние пять лет из брака он вообще к ней не прикасался, пожелав ночевать в другой комнате, или в другой квартире...очередной блондинки-брюнетки-шатенки. Или кого он там предпочитал?
Кажется, она задумалась, потому что касание Джулс к плечу казалось чем-то далеким, словно ее потревожили и лишили каких-то мыслей.
- М? - она вопросительно и слишком медленно концентрируется на лице подруги. Насколько "хорошо" она могла знать Монтанелли? Знала ли она то, чего могла не знать Хелен? И даже если ей было интересно, то сейчас - не самый лучший момент для признаний или чего-то подобного. Нет. Зачем омрачать такой прекрасный день? - Спасибо, милая, - она опустила свободную ладонь на ладонь Джулс и мягко улыбнулась. Конечно Джульетт понимала ее лучше - они были почти одного возраста, обе мамочки со стажем, схожи даже характером, желаниями, может быть в немногом - поступками. - Мне это важно. И я буду знать, что ты готова меня выслушать, если я захочу говорить, - Берни тянулась за еще одной стопкой водки. - И давай уже отнимем у ребенка бутылку, иначе я ее до дома не дотащу. Я же хрупкая женщина, а она здоровый лось, когда напивается в стельку. - Были еще свежи воспоминания, в которых Хелен пришлось буквально на себе тащить Берни после неудачно вечеринки. А сегодня ей только этого и не хватало - ну так...для полного счастья.
Хэмминг покачала ребенка, который, кажется, начал медленно просыпаться.
- Может положить его в кроватку? - она вопросительно посмотрела на Джулс. - Знаешь, маленькие дети всегда такие красивые..словно ангелочки. Это лучшее, что мы можем подарить миру, - Хелен смотрела на малыша. - И пусть феминистки останутся в обломе. Потому что им не почувствовать вот этой радости... - Хэмминг подняла взгляд на подругу. Берни все никак не могла определиться с размером. Уфф... - Ты будешь маленьким и счастливым комочком счастья для мамы. Понял? - шутливо официально обратилась Хелен к ребенку, который, конечно, ничерта не понимал пока что. Но, судя по молчанию, был не против.

+2

14

Они втроем словно плясали вокруг недавно взорвавшейся бочки с русской водкой, пошлостями относительно немалых размеров достоинства одного небезызвестного итальянца и гастрономическим безобразием различных видов и различного количества углеводов в составе; вершил список, бесспорно, ангельски-белый пышный кремовый торт. Бернадетт смотрит на него и ей кажется, что она будто вот-вот готова достичь точки апогея и испытать оргазм после первой большой ложки бисквитного нечто, но все не может ее достичь и дергается из-за невозможности сделать это сию секунду. Вот она – тщетность бытия. Но за истерическими припадками Джульетт, попытками Хелен абстрагироваться от невропатической суеты и сексуального безумства, да россказнями про одни только члены и их наглядные примеры, тяга к сладкому у Рикардс немного притупилась. А может все дело в водке.
-Кто преувеличивает? Я? Ты его просто не видела!– всплеснула руками блондинка и залилась звонким хохотом, не замечая рядом с собой словно впавшего в спячку младенца и не боясь его разбудить. Обуздать свои истерические припадки по причине алкогольного опьянения, попросту нажравшись в говно всего лишь несколькими стопками «Березки», она не могла, да и как можно быть спокойным во время истерического смеха Джульетт, который заразен не хуже ОРВИ и « Hafanana shalalala». – А ты аккуратно пихай, любовно, медленно погружай его в себя; ты же член во время минета не боишься сломать, goddamn it, - сквозь смех произносит Рикардс и опрокидывает в себя очередную стопку водки, закусывая при этом не излюбленными корнишонами, а бананом. Голова кружилась немыслимо, предметы в помещение теряли свои четкие очертания, а язык Бернадетт уже говорил без остановки и уже не имел прямого контакта с разумом. – Да я не разглядывала член, в том то и дело! Его не разглядывать нужно, а щупать и щупать, это же целое достояние, - закусывает нижнюю губу и откидывается на спинку дивана с бананом, который после последней стопки чистой водки уже просто не лезет и встает поперек горла. – Вот и пусть знают, что не перевелись еще мужики на земле американской! Итальянской, точнее, он ведь итальянец, - гордо заявляет Рикардс и так взмахивает рукой, что половина банана вылетает у нее из руки и летит в сторону входной двери в палату. И тут она думает, что надо было обреченный на мучения фрукт кинуть в сторону Хэмминг, которая изъявила желания узнать лично обладателя королевских размеров мужского достоинства.
-Чего, тоже захотелось? – наигранно возмущенно воскликнула белокурая женщина и пихнула Джульетт в бок, мол, смотри, какой нашелся жаждущий страсти купец на ценный, нет, неоценимый товар. – Неужели у Гвидо нет завидных размеров, а, Хел? Поделись информацией, на вот, выпей водочки для храбрости, - плеснув немного спирта в стакан Хелен, подставила его к губам своей белокурой подруги, мол, пей, пока руки дитем заняты. – Его зовут Майкл Ринальди, он лучший друг Фрэнка. Ты же спрашивала об этом?эх, голова моя, словно дуршлаг.
-Я расскажу! Я могу долго рассказывать, хочешь? – публика требовала зрелищ и интриг, и отказать ей Бернадетт никак не могла, однако все не могла нормально выговаривать слова и произносила их в растянутой манере, то запинаясь, то переходя на брань из-за сложности подбора подходящих слов. – В общем, мы долго ехали в машине, потом я предложила ему подняться; вот честное скаутское, не было у меня изначально мысли потрахаться, мы просто недоговорили, а с ним так интересно разговаривать!  Ну и, в конце концов, мы поднялись в спальню, выпили и занялись сексом. А потом опять выпили и занялись сексом. Мы бы еще раз выпили и занялись сексом, но коньяк закончился, а трахаться реально больше не было сил. А потом наступило утро, - Рикардс так увлеченно про это рассказывала, что не заметила подсевшую к ней Джульетт, и когда та задала ей вопрос о кусочке торта, Берн, было, подумала, что сами ангелы спустились с небес, и теперь подталкивают ее вкусить углеводный кремовый плод их творения. Однако предложение Альтиери возбудило Бернадетт еще больше, и она, наблюдая за тем, как подруга режет торт, уже мысленно представляла вкус бисквита на языке. – Режь быстрее, чего ты копаешься, - схватив ложку, нервничала американка.
-Нет, мне попадались члены размером с корнишон, что я даже не понимала, засунули его в меня или нет. Но мне везет, порой попадались такие баклажаны, что с ума сойти можно! Но член Майка – отдельная история, это не просто большой член, это член с большой буквы, это… - она не успела договорить, кусочек торта уже ждал ее и манил к себе своими сахарными флюидами, находился так близко, что все остальное вокруг просто перестало существовать. Вонзив ложку в мягкий бисквит, Берн отломила большой кусок счастья и отправила его в рот. Это гастрономический оргазм. – Хочешь мне доказать, что ты трахаешься с Фрэнком лучше, чем я с Майком?- прожевывая десерт, негодуя, произнесла блондинка. – Ну, давай, я уже хочу услышать как мать троих детей и царевна пирогов трахает своего ненаглядного суженого, - говорит и поворачивается к Хэмминг. – До тебя тоже очередь дойдет, да, - от судьбы не уйдешь, а от пьяной Бернадетт – тем более.

+2

15

- Мне и не надо его видеть! - Джульетт замахала руками, выражая протест. - Твоего описания вполне достаточно. Ого, Хэмминг, - восхищенно протянула итальянка, рассмеявшись с неловкого комментария блондинки. У женщин вообще в порядке вещей ляпнуть что-нибудь - нормальное явление. Бернадетт "наляпала" за последние пятнадцать минут столько, что хватит на год вперед. К тому же, неизвестно, то ли можно списать все на алкогольное опьянение, то ли принять информацию за чистую монету, вспомнив известную поговорку. Слушая короткий пересказ подруги о том самом вечере, когда все и случилось, брюнетка понимающе кивала. Ринальди - тот еще любитель поболтать, да и рассказать всегда есть о чем: брат Сильваны вел достаточно насыщенную жизнь, являлся любителем путешествий, дорогих и красивых вещей, да с ним даже шмотки можно обсудить! Слабый пол, как известно, любит ушами, и в этом присутствует подавляющая доля правды. Неважно, что за этим последует желание увидеть в постели хорошего любовника, и оценка материального состояния, и требование заботы, обожания, а потом еще ожидание предложения руки и сердца. Список можно продолжать до бесконечности, ибо женщинам, по факту, нужно все и сразу. А вот мудрость заключается в том, чтобы постепенно и с легкостью выражать нужду в том или ином вопросе.
- Угомонилась! - Скомандовала Альтиери, толкнув Рикардс плечом. Ей тут нарезает торт уставшая и измученная женщина, а она еще возмущается и поторапливает. - На, ешь.. Молча! - Хохотнув, Джулс придвинула поближе десерт и откинулась на спинку дивана, облегченно выдыхая. Еще несколько часов назад вообще ничего не хотелось - даже разговаривать, но стоило увидеть в дверном проеме девочек, все невзгоды ушли на второй план. Иногда она не могла представить, что бы делала без них, ибо только в дружеской компании забывала о всех проблемах, расстройствах и стрессах. Бытовые обязанности, бесконечные мысли о детях временно испарялись.
- Да, давай, - улыбнулась она, аккуратно принимая малыша на руки. Нежно чмокнув сына в щечку, медленно опустила в кроватку, задерживаясь взглядом на мирно спящем лице. - Он самый красивый. И похож на Фрэнка. - Мужа она в самом деле считала красивым мужчиной, да и всегда обращала внимание на мужественные типажи. Удивительно, что спустя столько лет, Франческо по-прежнему для нее привлекательнее всех, кого встречала. Если в период бурной влюбленности все идеализируют своих избранников, то сейчас это казалось чем-то необычным, из ряда вон выходящим.
Обернувшись, глянула на Хелен, которая все-таки достойно приняла новости о знакомстве с Монтанелли. Оставалось надеяться, Альтиери ничего лишнего не ляпнула на его счет. В последний раз успела проговориться и Гвидо тогда всерьез разозлился, хоть и пытаться сделать вид, что все нормально. Видит Бог, Джульетт не специально. Она далеко не та болтушка и сплетница, каких вокруг навалом. Будь по-другому, Фрэнк бы не признал в ней ценного партнера по жизни со своим-то родом деятельности. Джули не собиралась спекулировать перед подругой познаниями о Гвидо; если захочет спросить - пусть спрашивает. В конце-концов, любую информацию можно отфильтровать и подать разумно, без излишек.
- Доказать? Делать мне нечего, - отмахнулась итальянка, закатив горделиво глаза. Немного подумав, откровенно хмыкнула, не желая мириться с колючей провокацией. Где это видано, чтобы подобные бои заканчивались невинно? Джульетт присела на край кровати, повернувшись так, чтобы видеть белокурые макушки. - Если хочешь знать, Фрэнк - великолепный любовник. Так было, когда мы познакомились, так есть и сейчас. К тому же, опыт! Без него никуда. А мне есть, с чем сравнивать, - добавила скороговоркой, дабы не заострять на этом внимание. - Подожди, подожди, - не давая вставать слово неугомонной Берн, - А если говорить о размерах.. Когда все отлично, то и хвастаться нет нужды, - самодовольно заметила Джульетт, взмахнув грациозно рукой. - Со стороны не скажешь, так как Франческо далеко не романтик и не дамский угодник, как Майкл. Но в постели это только на руку. Лично мне по душе властные, сильные и жесткие мужчины, способные подчинить. Ах, Рикардс, что ты знаешь о таком удовольствии, если во время секса только и делала, что восторгалась членом? - Сдерживая злорадный смех, Джулс поднесла стаканчик к губам, не отрывая взгляда от блондинки. В такие моменты они становились восемнадцатилетними хохотушками, отчего хотелось болтать о всяких девчачьих глупостях и мальчиках.
- Хел, теперь твоя очередь рассказать нам про нового любовника, - закивала брюнетка, с трудом представляя, как выдержит описания сексуальных достижений Гвидо. Тут надо морально подготовиться. Того же Ринальди хватило с головой. - Если начнешь утаивать, пьешь за Бернадетт. Ей уже хватит, - покосившись на Рикардс, Джули состроила в ее адрес мученическую гримасу. - Мне еще дней шесть здесь прохлаждаться, не скупитесь! - Хорошо, хоть книжку с собой взяла. Иначе этим прелестницам придется каждый день приходить. Необязательно с бутылкой водки.

Отредактировано Juliette Altieri (2015-04-25 14:36:35)

+2

16

Когда три женщины собираются в одной комнате дольше чем на тридцать минут, тема секса всплывает сама собой. Даже если говорили они про погоду в Лондоне, во время сезона дождей, который в этом городе не прекращается никогда. Но повод собрания сегодня в любом случае был куда более праздничным. Маленький Марк, славно посапывающий в детской кроватке напомнил всем троим, что в жизни есть что-то важнее, чем деньги, бирюльки и прочие "прелести". Дети. Вот ради чего стоит жить, ради чего стоит стремиться к чему-то и двигаться куда-то. Это единственное, ради чего стоит стоять до самого конца и , возможно, принять смерть, если такое потребуется. Ведь нет ничего более страшного в гневе, нежели женщина, которая пытается защитить свое потомство.
- Тоже мне, напридумывали, - фыркнула Хелен Хэмминг и манерно закатила глаза, выказывая этим самым высшую степень своего недовольства.
Она любила этих девочек. Да - с ними рядом ей было легко, спокойно и она могла говорить обо всем на свете, будучи уверена, что информация не выйдет за пределы комнаты, ну или тех ушей, которым она доверена. Хейли могла точно сказать, что доверяет им. Хотя, долгие годы, она думала, что доверия между женщиной и женщиной, собственно, не существует. Как меняются приоритеты.
Для каждой матери ее ребенок - самый-самый. как и мама для ребенка. Помнится, Брайен даже побил мальчишку Сандерсов после того, как тот сказал, что его мама красивей. Мальчикам тогда было три года. Но воспоминаний - на всю оставшуюся жизнь. Хейли улыбнулась, вспоминая как сын оправдывался за своё поведение перед нею. Поругать пришлось только для виду, что бы руки больше не распускал. Но на самом деле Хелен гордилась сыном и радовалась, что у нее растет достойный защитник.
- Нет уж, уволь нас от остальных подробностей, Берни, моя психика этого не выдержит, - смеялась Хелен, прикрывая рот ладонью и стараясь не сильно шуметь. Бернадет разбудит ребенка за них троих. Неизвестно, откуда у Марка такая стойкая психика и такое огромное желание спать. Хотя Джулс это на руку - еще успеет просыпаться по ночам, когда у малыша зубки резаться начнут... адское время.
Вскользь слушая про Френка, Хелен оторвала виноградину и отправила ее в рот.
- Прям настолько великолепен? - подмигнула она подруге, - неужели никогда не представляла на его месте какого-нибудь киношного красавца? - провокационно понизила голос Хэмминг, делая удар на слове "киношного". - Но ты так рассказываешь, что даже мурашки по коже, - хихикнула Хелен и оторвала очередную виноградину, без интереса закидывая ту в рот.
- Что? - она взглянула на Джульетт. Рассказывать про Гвидо? Хейли хотела было отказаться, но прекрасно понимала, что эти двое с нее не слезут, пока не удостоятся, что ответ подруги по-настоящему правдив и бескомпромиссен. - Ладно-ладно, только пусть Брени уберет от меня водку, а то кто ее домой вести-то будет? - американка недоверчиво взглянула на подругу-блондинку и подмигнула. Но та была уже в таком состоянии, которое точно граничит между "помню, что говорила" и "не помню, что делала". - Дееевочки, - протянула она и понизила голос почти до шепота, словно их мог кто-то услышать, - не могу похвастаться, что у него настолько большой, как у Майка, - она бросила коварный взгляд на Берни, - но там и не обязательно задумываться о размере. Такого хорошего секса у меня не было давно. Он прекрасно управляет своим телом и не эгоист в постели, что мне нравится, - хмыкнула Хелен, - он знает с какой стороны ко мне подойти и как лучше коснуться, как завести меня....Не знаю как и описать - но Гвидо же намного опытней. Да и четверо детей у него не спроста, уж точно могу сказать, - Хейли посмеиваясь, налила себе сока и сделала большой глоток, вспоминая ту ночь после ссоры. Ей казалось, что еще во дворе дома он был готов снять с ее платье. Может быть, случись это тогда, они так и не выяснили все обстоятельства... Хелен улыбнулась. - Я даже с молодыми любовниками такого не испытывала, - мечтательно протянула Хэмминг, добавляя это немного тише, практически бубня себе под нос.

+3

17

На какое-то неопределенное количество времени Бернадетт замолкла; было ли это затишье перед бурей больше прежней, или женщина достигла той точки апогея опьянения, когда дальше дорога ведет только вниз, к последствиям увеселительного времяпрепровождения – сложно сказать. Когда Рикардс отправила в рот второй большой, сочный, пропитанный сахарным кремом и не менее сахарным джемом кусок торта, она вдруг ощутила секундное просветление в своей затуманенной хмелем голове, и это просветление открыло ей глаза на все царившее в палате безумие. Но затем врата трезвого разума вновь закрылись, а такая прежде неугомонная тяга к запретному углеводному плоду мигом перевоплотилось в отвращение к нему; впрочем, как и ко всей еде. Не стоило есть после такого количества водки, подумала Берн и усердно попыталась прикинуть план действий на случай того, если еда решит выйти оттуда, куда и зашла.
И тут яркая вспышка – оживление, Бернадетт встрепенулась и дернулась на диване после довольно-таки интригующих слов Джульетт, затрагивающих тему ее личной жизни и жизни ее нижнего Манхэттена. – Стой-стой, Джуси, - какой там торт, да что там, какая водка, если тут раскрываются такие пикантные подробности. – С кем ты там можешь сравнить своего ненасытного зверя? – после всех спетых дифирамбов в адрес Фрэнку блондинка никак не ожидала услышать о ком-то другом из уст роженицы. – Расскажи мне о своем другом мужчине! – это был крик ненасытной разговорами о трахе и пропитанной водкой души, что Рикардс пустила в ход еще и физическую силу, теребонькая руку итальянки с просьбами поделиться жаркими подробностями интимной жизни с кем-то, кроме Фрэнка.
-Когда все отлично, хвастаться можно без остановки, - дает отпор Берн и пытается закинуть ногу на ногу, но вместо этого лягает столик и роняет с него упаковку шоколадных конфет и принесенный сок, к которому никто уже не притрагивался. – Я подарю вам на вашу годовщину свадьбы набор «бдсм для чайников», будет тебя Фрэнк в прямом смысле подчинять, - смеется и наливает в стакан очередную порцию водки, уже без особого желания, а просто по инерции. Надо прикончить бутылку, не пропадать ведь добру. – Но знаешь что? Я тебе сейчас умную мысль выдам, а ты слушай, ибо гений во мне просыпается либо ночью, либо когда я пьяная в хлам, - опрокинула стопку водки и кинула стаканчик на стол. – Женщина тоже должна чувствовать власть, особенно во время секса. Даже стоя перед мужчиной на коленях, ты имеешь главный рычаг гребаного всевластия и должна уметь им пользоваться. Так вот, не надо мне тут заливать про то, что я много уделяю вниманию члену мужика, с которым спала. Это символ плотской любви, это основополагающая секса! Как тут не восхищаться,– она все говорила и говорила, говорила и говорила, запиналась и растягивала слова, что-то не могла выговорить внятно, но все равно продолжала говорить, будто в этом заключалась вся суть ее существования. Хоть кляп в рот суй, ей богу.
Истории Хелен про ее любовные похождения с Монтанелли переняли все внимание Джульетт и Бернадетт; и они слушали откровения блондинки, как дети слушают сказки матери о принце и принцессе перед сном. Только вот сказка Хэмминг заканчивалась не «жили долго и счастливо», а «кончали много и были счастливы». – Не все мужчины могут завести одними лишь касаниями, - на удивление спокойно произносит Бернадетт, смотря на гастрономическое великолепие впереди себя невидящим, затуманенным взглядом. Неужто успокоилась, - вероятно, подумалось женщинам рядом. – И все-таки, какой Гвидо, оказывается, шалунишка! – нет, показалось. – И молодых любовников перещеголял, и приносит удовольствие томными прикосновениями; ох и мальчик – шаловливый пальчик! – такое прозвище она дала своему однокурснику много лет назад, когда тот без устали наслаждался тем, что тыкал Рикардс в спину забавы ради. И теперь оно прекрасно подходило определением Гвидо в постели, правда, лишь относительно опьяненной логики Бернадетт. Свечу над немолодыми любовниками никто из присутствующих дам не держал и за томными прикосновениями итальянца никто не следил. Что ж, теперь будут. - Тебе повезло, Хелен.
А белокурая пьяница все не могла найти себе место на таком узком и начавшим казаться неудобным диване. Поднявшись с него, Бернадетт на гнущихся ногах поплелась в сторону кровати Джулс с одной лишь мыслью: почувствовать под своим пьяным телом мягкие простыни и одеяла. И поэтому, плюхнувшись на койку рядом с роженицей, которой пришлось потесниться, Рикардс почувствовала мучительную усталость и желание оставаться в лежачем положении до тех пор, пока к ней не вернется ясность ума.
-Подвинь свою задницу, Альтиери, мне негде лежать, - закинув одну ногу на ноги Джульетт, Берн относительно удобно устроилась, лежа чуть ли не самом краю постели. Как говорится, в тесноте, да не в обиде.

Отредактировано Bernadette Rickards (2015-04-28 18:30:51)

+4

18

- Не представляла, - нахмурилась итальянка, пытаясь вспомнить, приходилось ли во время секса с супругом фантазировать о киношных красавцах. - Не было нужды. Обычно мне некогда, знаешь ли, полностью погружаюсь в процесс. - Рассмеявшись, женщина пожала плечами. Возможно, кому-то остро необходимы дополнительные импульсы для возбуждения, но не ей. К тому же, можно просто так вспомнить, к примеру, Марлона Брандо, а после побежать искать мужа.
Внимая рассказ подруги о Монтанелли, брюнетка пораженно качала головой, последний раз слушая нечто подобное от Барбары, с которой они тоже, бывало, делились подробностями семейной жизни. Все-таки, очень странно воспринимать Хелен его женщиной, особенно после двух бывших жен, вот-вот недавно сидевшими напротив. Если сравнивать Майкла и Гвидо, разница невероятная, но если первый не стремился вступить в брак, то второй вообще в мужьях долго не засиживался. Неизвестно, кто тут главный мачо, несложно обмануться, судя по первому впечатлению.
- Правильно. Чем старше мужчина, тем меньше эгоист в постели, общепризнанный факт. В этих делах им нужно время, - серьезно протянула брюнетка, усмехнувшись в конце. - Мм? - Увы, Бернадетт не смирилась с нечаянно-оброненной фразой, решив докопаться до истины. Волей-неволей вспомнились мужчины, которые и послужили объектами для сравнительного анализа в разговоре трех подруг. По идее, опасаться нечего: Альтиери на сто процентов доверяла обеим блондинкам, интуиция в вопросах дружбы никогда ее не подводила. Но и делиться мельчайшими подробностями не хотелось, несмотря на изголодавшийся по близости организм. - Кстати, а тридцатилетние мужчины - самые активные, идейные. - Возраст, когда еще молодость бьет ключом, но и опыта прибавилось предостаточно; самый распространенные среди любовников у женщин постарше. - Потом расскажу как-нибудь, идет? - Мягко улыбнувшись, Джульетт ликовала, ибо Рикардс отличалась плохой памятью после фанатичного потребления алкоголя. Главное, отвлечь сейчас чем-нибудь, перевести внимание на менее горячие темы. Итальянка ни капли не гордилась связью с молодым любовником, да и с ровесником тоже, появившегося в период сильного разлада с супругом. К сожалению, в жизни так бывает, что рано или поздно взрослеешь и начинаешь совершать идиотские поступки, которые в той же юности казались ненормальными и противоестественными. Безусловно, Берн этим точно не удивишь и не напугаешь, но Джули в первую очередь думала о себе, о личном восприятии собственных действий. Кроме приятного и волнительного опыта, присутствовало некоторое отторжение. И дело давно уже не в хорошем воспитании, а в принципах, сформированных самостоятельно.
- Умоляю, Рикардс, все уже поняли, что рычаг всевластия покорил тебя окончательно и бесповоротно! - Ладно это, но дальше - больше. Остапа понесло конкретно, только теперь в адрес Хэмминг и ее немолодого любовника. Джульетт снова согнулась пополам, а в голове промелькнула мысль, что пора завести специальный блокнот, в котором сохранять цитаты великих людей. Ну, чистых листочков для великих может и не хватить, а вот для Бернадетт.. В самый раз. - Что?! Мальчик - шаловливый пальчик? - Взорвавшись смехом, прижала ладони ко рту, вовремя спохватившись. Сколько можно смеяться? Или эти дамы не понимают всю «прелесть» швов на животе?
- Эй, уйди, мне положен отдых и кровать тут одна! - Насупившись с демонстративным возмущением, брюнетка подтолкнула блондинку ближе к краю, смахивая тяжелую, словно гиря, ногу. Откинувшись на подушку, Джули обреченно вздохнула, слушая непривычную тишину, возникшую в ходе короткой борьбы. Нелегко Хелен, наверное, иметь таких подруг. Прикрыв глаза, Альтиери ощутила смертельную усталость и ноющие разряды по всему телу. Ведь правда, ей нужно отдохнуть хорошенько. - Пять минут, и я вся ваша, - сонно пробормотала женщина, мгновенно отключившись. В данной ситуации неплохо последовать примеру сына, пускай ненамеренно.

Отредактировано Juliette Altieri (2015-05-02 15:27:48)

+1

19

Женщины. Эти трое, наверное, останутся девочками до конца дней своих. Берни уж точно Хотя, оно и понятно их них троих эта блондинка была самой молодой. И все у нее было, можно сказать, еще впереди. Счастливый брак, может быть, детишки, дом где-то в тихом районе города. Первые проблемы, первые измены, первые сопли. Хотя...это уже было. Но вот семейной драмы пока удавалось избежать. Может быть именно так и надо? Не привязываясь - просто живя и радуясь жизни.
Хэмминг сделала еще один глоток сока и порадовалась, что там нет жидкости с градусами. Не представляя как можно столько пить, она позволяла себе алкоголь в куда меньших количествах. Бокал красного или белого вина за ужином - не считался. В ее семье вино наливали с шестнадцати. Разбавленное правда, столовое - отец считал, что девочки должны научиться правильно пить. И всячески прививал им с сестрой культуру в этом хитром деле.
Отмахиваясь от Берни Хелен хмыкнула. Конечно, повезло. Как бы ни так! Знали бы эти двое, через что она прошла буквально несколько часов назад. О чем были ее мысли и какого рода желания. И знали бы, реши Хелен все рассказать. Но отчего-то ей казалось, что не время и не место.
- Ничего ты не понимаешь, Берни, - цокнула языком американка, загадочно откидываясь на спинку дивана и потягиваясь, стараясь достать руками потолок, который был в этой позе недосягаем. Как и в любой другой. Три метра - это же надо было вымахать. Хелен, со своими ста восьмьюдесятью если и была великаном серди девочек - то очень относительным. - Оставь ты уже Джулс в покое. У нее и так все болит, ты ее еще и толкаешь, - закатила глаза Хелен, превращаясь в "мамочку".
Конечно же, это не Джусси было везти Берн домой. Интересно, она на машине? Тогда придется оставить ее железного коня на больничной стоянке, а потом возвращаться за ним. Жуть. Но дружба это такая штука, когда ты должен помогать ближнему - быть за него ответственным и готовым в любой момент подставить плечо.
Хелен так часто накалывали с дружбой, что по приезду в Сакраменто она не верила в возможность оной. Те, кого она считала подругами в Нью-Йорке отвернулись - стоило на горизонте забрезжить туманное понятие "разорения". Подруги стали холодны. Друзья - безучастны. А те, кто еще вчера приходил на чай - стали отмалчиваться в трубку, или вовсе включать голосовую почту.
Наблюдая за тем, как Берни третирует бедную Джульетт Хэмминг глубоко задумалась - что будет в ее жизни дальше? Куда она будет двигаться, как будет держать данное обещание Монтанелли? Захочет ли соприкасаться с чем-то, что может стать для нее проблемой. Но ведь она уже соприкоснулась - как только согласилась перетащить злосчастную сумку не пойми с чем в свой дом и спрятать. 
- Тс-с-с, - она приставила палец к губам и привстала с дивана, - Джульетт уснула, - шепотом констатировала Хэмминг. Будить бывшую роженицу - дело неблагодарное, а еще более того - совершенно безнравственное. Их девочка и так мучилась...допустим. Но все равно - наркоз, выход из него, целое утро мельтешили родственники - устала.
- Надо тут прибрать и сворачиваться потихоньку, ей надо отдохнуть, лучше завтра вернемся с новыми сплетнями. А то ей совсем скучно, - улыбнулась Хелен, глядя на милое лицо подруги, которая отрубилась моментально. Хэл завидовала ей сейчас - сама она не могла спать уже несколько дней - просто пялилась в противоположную стену и думала о будущем. Или о настоящем. Или о том, что Гвидо могут посадить. Или вообще обо всем на свете. Глупые мысли.   
Хелен поднялась и стала собрать стаканчики, стараясь не шуршать пакетами и прочим - что бы не разбудить Альтиери. - Ты поможешь мне, или так и будешь столбом стоять? - шикнула американка, пряча остатки водки, и рассовывая в холодильнике все принесенные запасы.

+2

20

-Так говоришь, будто пропустила через свою постель мужчин всех возрастов и поколений, - растянуто и невнятно пробубнила белокурая американка, запихивая в себя последний за сегодняшний воистину сумасшедший день кусок гастрономического удовольствия с кремовой верхушкой, запила все это безобразие противным на вкус крепким чаем и откинулась на спинку дивана. Торт пошел не так хорошо, как водка, но и от водки теперь мутило невозможно мерзко и вызывало отвратительное ощущение всей тщетности бытия, в виде подступающей к горлу тошноты и наискучнейших, уже мало понятных диалогов подруг. К тому же, была толика разочарования в красивом на вид, но довольно-таки химическом на вкус торте, на который Бернадетт последние часы молилась, как Моисей на окончание своего долгого странствия. Но в результате получила черти что и сверху вишенку на кремом одеянии. – Расскажешь, куда ты денешься, - Альтиеровна, как ласково однажды назвала ее Берн по неизвестной ей причине, пребывая в не меньшем алкогольном опьянении, хитрила и играла на главной слабости своей белокурой подруги – памяти. А память Рикардс обычно дурна после немалого количества выпитого спиртного, в трезвом уме голова ее чиста и светла, как яркий рассвет жарким летним утром, как Дева Мария, упаси бог посягнуть на святое в таком относительном сравнении. Но, тем не менее, так оно и есть.
-Рычаг всевластия, точно! К чему были все эти громкие слова, когда есть такое прекрасное словосочетание, - со стороны казалось, что ведет диалог Бернадетт сама с собой, смотря перед собой невидящими глазами, почесывая макушку. Шатало молодую женщину неслабо, и даже в сидячем положении она не могла удержать свое тело и все время валилась на бок, когда по неизвестной даже ей причине решалась отрывать спину от спинки дивана. Нет, чтобы лежать спокойно и притворяться разваренной в кипятке морковью, изредка издававшей какие-то непонятные булькающие звуки, Берн все пыталась пристроить саму себя и металась из стороны в сторону, не отрывая при этом свою очаровательную задницу от мягкого сиденья. А когда она все-таки решилась ее приподнять, следующей остановкой неконтролируемой пьяной женщины была кровать Джульетт, которая отчего-то была недовольна жаркими объятиями блондинки и все стремилась освободить свою койку от присутствия инородного тела.
-Знаю я твои пять минут! – Бернадетт падает мешком картошки на пол после резкого отталкивающего движения Джулс и больно ударяется коленом о край кровати. – Fuck you, Altieri, - но та уже погружалась в царство Марфея, и плевать она хотела с высоты седьмого сна на познающую все мытарства тела и души Рикардс. Когда той взбрело в голову проверить, спит ли ее темноволосая роженица, теребонькая ее плечи с последней оставшейся в руках силой с вопросами на подобии «Ты спишь, Джульетт?», пришедшая на помощь Хелен оказалась как раз кстати.
-Убери это дерьмо, - кивая в сторону бутылки водки, бубнит Бернадетт и ползет в сторону выхода; в прямом смысле ползет, и слава японской матери, Хемминг удалось вовремя перехватить американку до появления возле двери доктора, кажется, из психиатрического отделения.
Альтиери осталась, Хелен ушла, Бернадетт уползла. Вечер прошел под эгидой «что нас не убивает, делает нас сильнее», а все потому, что убийственный градус водки окончательно образумил Рикардс и придал ей силы воли для воздержания от алкоголя. Только поймет она и примет это на следующее утро, когда боль в висках начнет отбивать канонаду.

Вот и сказочке конец, а кто слушал – мы не заставляли.

+3


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Female robbery