Вверх Вниз
+14°C дождь
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Of loansharks and barracudas


Of loansharks and barracudas

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Участники: Renato Barriano, Michael Rinaldi
Место: Cакраменто, бойцовский клуб "Барракуда"
Погодные условия: 30 апреля 2015 года
О флештайме: Два старых знакомца встречаются в видавшем лучшие виды бойцовском клубе, чтобы обсудить планы на будущее.

+1

2

Несмотря на прохладное утро, воздух в бойцовском клубе накалялся и плавился подобно температурам пустыни Сахара в час пик. Работа здесь шла почти всю ночь, а накатывающее на Сакраменто утро – бодро приняло эту эстафету. Ренато прохаживался по узким коридорам клуба довольно потирая руки, не замечая, как тотальная усталость и дикая боль в мышцах обвивают его тело. Сегодня он успел побыть здесь не только боссом, но и грузчиком, слесарем и еще бог знает кем, разве что сортиры драить не пришлось, а в остальном… Он никогда не гнул пальцы веером перед своими, а к своему статусу в клубе относился поверхностно. Клуб был скорее казармой со своей твердой и устоявшейся дисциплиной нежели, пафосным офисом, директора которых, любят самоутверждаться за счет своих подчиненных. Что что, а организовывать людей и заставлять их работать, как слаженный механизм швейцарских часов – он умел всегда. Вот и сейчас ребята носились по клубу, как угорелые перетаскивая на покрытых потом спинах маты, груши и прочее спортивное снаряжение, которое только что доставили из магазина – Майк подсуетился. К слову о Майке…
Щелкнув пальцами, Ренато мысленно напомнил себе о том, что через пару часов у них назначена встреча - здесь в клубе. Когда-то они неплохо приятельствовали, но сейчас Ренато набился на встречу из деловых соображений. Повод не отличался оригинальностью, можно сказать – классика жанра, все как всегда, упиралось в деньги. Накануне вечером бухгалтер составил смету, длинные столбцы цифр и конечная сумма в итоговой графе заставила Барриано взяться за голову в буквальном смысле этого слова. Он около двух часов просидел в своем кабинете, что-то обдумывая и просчитывая, его лицо было сосредоточенным, глаза быстро и цепко выхватывали нужные данные из множества строк. Кое-что он выписывал на бумагу, но какая бы хитросплетенная махинация ни всплывала в его голове, она тут же рассыпалась о стену материальных затруднений – хоть снова за биту берись и иди выколачивать наличные с уличных торговцев, прям как в молодости.
В тот вечер так никто и не решился постучать в дверь его кабинета. Персонал ходил на цыпочках и вздрагивал каждый раз, когда из-за двери доносились ругань и хруст битого стекла. Что и говорить, ситуация вырисовывалась скверная, она прижимала его к стене своей безысходностью, поэтому спустя полтора часа, Ренато неохотно достал мобильный телефон и набрал заветный номер. Озвучивать цифры он не стал, решив, что по телефону такие дела не обсуждаются, но если положить руку на сердце, то Барриано просто побоялся произносить ее вслух. Таких денег не одалживают даже друзьям, более того, даже если Майкл и даст такую сумму, то наверняка выдвинет свои условия – вряд ли его заинтересует долговая расписка. Однако рано было делать какие-то выводы, особенно скоропалительные.
Но сегодня, сейчас, за полчаса до встречи, трезво взглянув на ситуацию, Ренато поймал себя на мысли, что поддержит любую договоренность, если речь о таковой все же зайдет – клуб был слишком дорог его сердцу, а если потерять его… Ренато вздохнул, давясь собственным бессилием. Терпеть лишения ему хотелось меньше всего, он итак уже пожертвовал слишком многим.
- Вот здесь еще надо обивку заменить, - бухгалтер, который не отставал от Барриано все утро, прилипнув к нему словно банный лист к заднице со своим чертовым списком – указал пальцем на пол ринга, который был заляпан застарелыми бурыми пятнами от крови. Он поправил свои очки и что-то записал себе в блокнот.
- Лучше скажи мне то, чего я еще не знаю, - рявкнул Ренато рокочущим голосом, гневно сверкая глазами в его сторону – Уйди и без тебя тошно. Хотя стой, вернись обратно, - Ренато посмотрел на часы – Сейчас сюда приедет господин Риналди. Встретишь его, как полагается, и проводишь ко мне, - он нарочно растягивал слова, надеясь, что этот крендель в очках  все запомнит и ничего не напутает – Да и откройте окна, даже меня уже тошнит от запаха потных тел - Чего стоишь? Выполняй!
Развернувшись, он скрылся в своем кабинете.

+1

3

Вв: кожаная куртка, светлая футболка, джинсы, на правой руке золотой бандитский браслет и пара перстней

- Что с машиной, шкип? – сочувственно спросил Поли Дамиани, вертя руль своего «Лендкрузера». Так  как его шеф лишился транспортного средства, он временно исполнял функции его шофера – и ничуть о том не жалел. Пиццерия и уличные дела могли подождать – а вот шансом поближе сойтись со своим крутящим такие колоссальные дела капо, узнать  какую-нибудь интересную информацию и, может, получить доступ к новым «темам» пренебрегать было нельзя. Это понял даже такой свирепый сорвиголова, как Одноухий.
- Херово с машиной. Сам понимаешь, в фирменные центры с пулями в обшивке сидений не возьмут – а в наших Бог знает сколько еще делать будут. Хоть сдавай на металл и новую покупай. – мрачно заметил Майкл Ринальди, глядя в окно. Царапины на лице и руках, полученные во время стычки на мойке уже заросли – но ярость продолжала кипеть в его сердце. Эти чернокожие подонки напали на бизнес сына босса – и, что главное,  повредили его, Майки-боя, "мерс" и ранили его, Майки-боя, племянника. Такое прощать он не собирался – но пока найти байкеров не удавалось. Ну ничего,  недолго веревочке виться, скоро сыщутcя, голубчики  - и тогда они узнают, что такое связываться с Семьей Торелли.
Однако месть местью, а дела делами. И капитан южной стороны сегодня выехал из дома именно по делам, ему надо было переговорить с человеком, на возвращение которого в город он возлагал большие надежды. – Поли, будь другом, подожди здесь чуток.
Переступив через до боли знакомый порог клуба,  Ринальди двинулся, в сопровождении одного из служащих Ренато, в сторону кабинета внезапно вернувшегося хозяина cего сурового места. Он шел по узким коридорам, вдыхая, казалось, впитавшийся в стены всех спортивных заведений запах пота и свежей кожи матов. По пути он думал о всем том, что произошло – и что еще произойдет.
Рен Барракуда, Рен Барракуда! Кто же не знал Рена Барракуду? Некогда звезда криминального мира города, подминавшая под себя массажные салоны и бейсбольной битой и кольтом прокладывавшая себе и брату дорогу вперед. Во время деловых споров было порой достаточно одного его появления в комнате, чтобы у представителей той стороны, которую он не поддерживал, пересохло во рту и начали дрожать поджилки. Под его тяжелым взглядом они быстро соглашались на все условия. Тогда Майкл приятельствовал с ним, хотя никогда и не был близок с Марчелло – и хотя не одобрял переворота Донато, в котором поучаствовал и сам Барриано. Потому как и ввязался-то Ренато в него никак не из-за желания перемен или власти, а по столь понятной итальянцам причине, стремлению отомстить за отца. Вендетта – всегда вендетта… Однако с тех пор многое изменилось – горячий нрав гангстера подвел его и он пришил не того человека. Лишился всего, оказался на положении изгнанника в солнечной Сицилии, выполняя скромные функции связного с местной  Коза Ностра.
Именно тогда, прощаясь со смурным сотоварищем в аэропорту, Майки взялся опекать его любимое детище, больше чем просто предприятие, бойцовский клуб.  Речь шла именно об опеке – следить, чтобы тут что-то происходило, чтобы здание не перешло в чужие жадные руки,  чтобы платились налоги. Сама-то деятельность по сути завяла – без мощной личности его владельца клуб прекратил притягивать внимание, а «свои парни» начали относиться к штаб-квартире попавшего в опалу к Витторе коллеги, как чему-то зачумленному. У Майкла же, с обилием собственных дел, не было возможность полноценно отдаваться управлению чужим имуществом. Однако теперь все должно было тут преобразиться.  Вернувшийся из эмиграции мобстер сможет поднять «Барракуду» с колен– но для этого ему были нужны деньги, которых у него сейчас не было, а у Майка были. Может понадобиться поддержка и тяжелом вопросе о наследстве Марчелло. А Ринальди для дальнейшей реализации его амбиций, тех, что крошечными иголками кололи его душу и крошечными угольками, не переставая, жгли его сердце, очень бы пригодился такой человек, как Барриано.
- Salve, Рен. Давненько не виделись, друг мой. – войдя в кабинет,  Майк быстро, по мужски, обнял  кузена Марчелло, cжал ему руку. Последний раз они встречались в том году, в Палермо, куда будущий капореджиме ездил по делам. – Как там в Италии? И, главное, как тебе город, после стольких лет? Многое cтало совсем иным. Еще бы, и не только в планировке зданий. Пока злосчастный солдат ел красные апельсины и утрясал вопросы со степенными синьорами из заморских кланов, в Сакраменто сменилось уже несколько  донов, Фрэнк сделался андербоссом, а Майк возглавил ставшую постепенно чуть ли не самой сильной в городе команду. - Приятно оказаться на старом месте? Как тебе то снаряжение, что я заказал?

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-04-29 20:57:36)

+1

4

Ренато задумчиво смотрел, как солнечные пылинки кружатся в отблесках оконного стекла, впрочем, состояние некоторого оцепенения продлилось недолго. К моменту, когда Майкл Риналди открыл дверь его офиса –  он, непривычно для себя, был собран и спокоен; суровое выражение лица  смягчилось, даже морщинка, уже давно поселившаяся между густых темных бровей – мгновенно разгладилась, сделав его взгляд открытым и выразительным. Последствия бессонной ночи были почти неуловимы, и угадывались только по расслабленной походке, скованной печатью усталости. В остальном, Ренато почти не изменился – все такой же, как и восемь лет назад; подтянутый и с железной хваткой. Легкая проседь на висках и опаленная сицилийским солнцем кожа - не в счет, едва ли Майк смог бы отметить про себя эти незначительные перемены, ведь их последняя встреча произошла не больше года назад, да и до этого, они регулярно встречались в Италии, когда Риналди приезжал туда по делам. Вот и сегодня их дороги вновь пересеклись, как в старые добрые времена, вот только декорации заметно поменялись. Теперь Майка встречал не уютный зал итальянского кафе, а незатейливый интерьер тесного офиса, но в остальном, все было как всегда – привычная бутылочка мадеры и графин, наполненный холодным кофе, в котором лениво кружили кубики льда.
- Бонжорно, Майк! Рад тебя видеть, - Барриано стиснул руку друга в крепком рукопожатии, а затем указал на большое кожаное кресло, стоящее напротив его стола – Присаживайся. Ведь, как известно, в ногах правды нет.
- Извини, что не предупредил о своем приезде. Так уж вышло, - Ренато поджал губы и глубоко вздохнул. Рассказывать об истинной причине своего таинственного возвращения, он не торопился. Рано или поздно, Майк все равно узнает, почему Ренато решил сохранить инкогнито, ведь шило в мешке не утаишь, но Барриано был уверен, что Майк поймет всю логическую последовательность его действий в адрес Ливии Андреоли. Должен понять. Однако, речь сейчас не об этом. Ренато откинулся на спинку кресла, переключив свое внимание на разговор с Майком, пока призраки былого вновь не заняли тронное место в его голове.
- Италия вполне себе цветет и пахнет. Райское место. Возможно, я даже буду скучать по лазурным берегам Палермо, особенно здесь, в каменных джунглях Сакраменто. Но, к чертям гребанную лирику. Давай за встречу! – уверенным движением, Ренато откупорил бутылку вина и наполнил фужеры на длинных тонких ножках - до краев. Некоторые жизненные устои наградили его равнодушием к спиртному, и даже отвращением, но сейчас, пара бокалов вина, казались ему уместными, а запах напитка – цвета жженого сахара, все более притягательным. Он залпом осушил свой бокал, чувствуя, как терпкие нотки корабельной смолы непривычно обожгли горло. На секунду даже пришлось задержать дыхание, чтобы сдержать накативший приступ кашля. Каждый раз их встреча с Майком проходила по одному и тому же сценарию, но до сих пор он так и не смог привыкнуть к вкусу алкоголя.
- Если я скажу тебе, что моя адаптация в Сакраменто проходит гладко, то это будет наглая ложь. Город изменился. Люди изменились. Чувствую себя беспомощным эмигрантом, который приехал из нищей Италии на Титанике во времена Великой Депрессии тридцатых годов. От прошлой жизни осталась только пыль да надгробный камень на могиле моего покойного брата, - при этих словах, взгляд Ренато снова стал суровым, а болезненная складка между бровей, вновь вернулась на свое привычное место, - Давай выпьем за старину Марчелло. Упокой Господь его душу.
Ренато вновь наполнил опустевшие фужеры и вновь опрокинул в себя содержимое своего бокала. Теперь уже ядреный вкус вина, оставил после себя далеко не мерзкое послевкусие, как это было бокалом раньше, да и озлобленная гримаса, исказившая его лицо, не имела к алкоголю никакого отношения.
- Ты здорово помог мне Майк, и с клубом, и со снаряжением. Мои ребята до сих пор пребывают в эйфории, даже хлебальники друг другу успели начистить в честь такого праздника. Я твой должник. Клуб не загнулся во многом благодаря тебе. Но мне не удержать его на плаву в одиночку. Особенно сейчас. Один в поле не воин, - банальная констатация общеизвестного факта, но каждое сказанное слово, было сродни острой бритве, которая безжалостно кромсала сердце гангстера, отставляя после себя зияющие кровавые раны. Он никогда и никого не просил об одолжениях, стараясь карабкаться через терни к звездам в одиночку, и успел закалиться, прочувствовав на собственной шкуре каждый укол острых шипов загораживающих путь к успеху в бизнесе и влиянию в городе.
- И сейчас, я как никогда нуждаюсь в твоей помощи и поддержке. Чтобы реанимировать сердце клуба и заставить его снова биться, нужна реклама, свежая кровь и новый интерьер… Проще сказать, чего ему не надо, чем перечислять список, от взгляда на который, у меня начинает рябить в глазах, - Ренато горько усмехнулся.
- Копам, прикормленным, надо рот заткнуть, но копы тоже люди и хотят кушать, причем сытно. Мой бухгалтер подготовил смету, - Рено выудил из ящика стола папку обтянутую черной кожей и протянул ее Майку, - И как ты сам можешь убедиться, итоговая цифра - оптимизма, лично мне не внушает. Если откажешь, - Барриано сжал губы и отрицательно мотнул головой, - Пойму.

+2

5

- Я рад твоему возвращению. -  Майк Ринальди сел в кресло, закинул ногу за ногу. – И с Гвидо на этот счет говорил. Последний раз вот на вечеринке упомянул о тяжелом положении в котором находится Барриано. – Да и сам он тебя всегда уважал, он же еще вроде с твоим отцом знаком был. Помнится, и наставник Монтанелли ведь пришел из продуктовой сферы, из того самого профсоюза мясников, где занимал такое высокое положение родитель Ренато. А старые связи не забываются, особенно в их мафиозной среде, во многом замешанном на родственных и дружественных контактах.  Иные симпатии-антипатии тянутся в мире  криминальных кланов чуть ли не с ветхозаветных времен. – Каменные джунгли? Хорошо сказано. А в джунглях, сам знаешь, свой закон… Таким он был, таким и остался. И Барракуда некогда умел великолепно по нему жить, но найдет ли свое место теперь, когда кругом растут другие пальмы, а из кустов рычат другие тигры? Впрочем, не потеряется, клыки-то у самого преострейшие.
- За встречу! – Ринальди опрокинул фужер с вином, с наслаждением ощутив, как мадера обжигает глотку.  Несколько секунд помолчал, cтараясь не закашляться. Его ладонь сжимала гладкое стекло, он внимательно слушал то, что говорил собеседник, согласно кивая головой. – Все мы эмигранты в этом гребаном мире, Рен. И никто здесь не даст за нас даже  ломаного гроша – только семья да близкие. Но на то это и  мир, чтобы его завоевать, верно? Усмехнулся, отставил бокал, сверкнув золотыми перстнями на пальцах. С того кольца, что было на указательном, жизнерадостно скалился выточенный из драгоценного камня череп – память о деде, старом мафиози еще сицилийской закалки. – И такой человек, как ты, быстро найдет свою нишу. Не забывай к тому же, у тебя тут есть друзья. Без лишней скромности Майк указал на себя. – За Марчелло! Он был настоящим мужчиной, да будет земля ему пухом. Вновь выпил, одним залихватским движением проглотив вино. Его глаза заблестели, ироничная складка рта изогнулась в полуулыбке. Затем взгляд сделался серьезным. – И, как всякий большой человек, он оставил за собой подлинное наследие… - вполголоса пробормотал гангстер. Разумеется, имел он в виду Парадиз – и ему было весьма интересно, как Ренато отреагирует, хотелось выяснить его намерения.
-  Это ерунда, на что же еще нужны друзья? Это самое меньшее, что я мог для тебя сделать. – отмахнулся Ринальди от фразы насчет снаряжения и помощи, хотя в душе ему было приятно, что Барриано ценит это. Впрочем, называя отморозком, человеком, не имеющим чувства благодарности, его никто никогда не называл. Сильные люди часто бывают жестокими, но редко совершенно подлыми. Так уж, по крайней мере, казалось капореджиме. -  С тобой поступили несправедливо – и тогда я никак не мог повлиять на это.  Они с Фрэнком и сами не были фаворитами у тогдашнего дона, из-за своей приверженности старым принципам. Тихо работали с дядюшкой Нери, заколачивали бабло. Теперь все переменилось – у какой команды были сильнее позиции в городе? У какой? - Да и с кем Донато поступал справедливо? Что бы там Гвидо не говорил, Майкл до сих пор ненавидел этого подонка, разрушившего все, во что они верили, что делало их организацию не просто шайкой. Превращавшего древнее тайное общество в какой-то балаган, вроде ниггерских банд.
– Теперь дуют иные ветра, Рен. Иная расстановка сил. Вокруг – словно сад, в котором висят спелые яблоки, только и ждущие, чтобы их сорвали. Тут капо понизил голос, посмотрел Ренато прямо в глаза. – И я хочу, чтобы ты бы рядом со мной, чтобы мы стояли плечом к плечу, когда я буду собирать урожай. Хочу разделить его с тобой. Затем показал на бутылку с вином, предлагая налить еще.
- За «наше дело»! За Коза Ностра! –  отхлебнув,  Майкл взял в руки предложенные Барракудой документы, просмотрел их. Все примерно так, как он представлял – не такие вложения, конечно, как требовал тот же Доллз, но тоже немаленькая сумма. – Да, одному трудно будет, хотя твое появление и поможет делу. Ведь  ты – сердце этого предприятия. Почесал подбородок, словно раздумывая.
– Отказывать  приятелю – не в моих обычаях. Не отсылать же тебя к каким-нибудь личностям, которые попытаются ободрать как липку… Пригубил вино в фужере, опять изучил цифры. – И начислять проценты, как каждый тут попытается, не считаю правильным. Но сам понимаешь, у меня большие расходы сейчас,  открыл вот свой собственный стриптиз-клуб… Сумму надо будет искать. Но я найду. Опять встретился с Ренато взором и сказал – теперь сухо и деловито. – Если затея пойдет, я, конечно,  хотел бы иметь долю с доходов от подпольных боев. Однако это было само собой разумеющимся, если Барриано пойдет к нему в borgata. Это не было даже условием, ибо таково правило – солдаты «засылают долю» капитану. Условие было впереди – пусть и озвученное в мягкой форме. – Беда еще в том, что  костяк твой весь разбежался, нужны хорошие сотрудники. Знаешь, например, моего племянника Ала? Он откинулся сейчас, три года в тюрьме чалился. И там, представь, организовывал бои без правил, между уголовниками. Серьезный опыт наработал. Вот и я и думаю, не был бы тебе он полезен… Чуть помедлил. – Ну в роли компаньона, скажем?

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-05-08 01:02:53)

+2

6

- Стриптиз клуб?! – брови Ренато удивленно взметнули вверх, - Я могу рассчитывать на звание почетного гостя в твоем заведении? Отец никогда не поощрял подобных вещей – выпускник старой школы. Срам – как он выражался, хотя был не прочь сходить по куртизанкам из соседнего района, – Барриано отсалютовал Майку бокалом в поддержку тоста за «наше дело».
Однако упоминание о «Парадиз» заставило Ренато сжать фужер так, что он покрылся паутиной из мелких трещин. Темная жидкость просочилась между пальцев, капая прямо на стол, окрашивая девственно-белые листы бумаги в цвет охры. По комнате плавно потянулся едва уловимый шлейф алкоголя, неприятно щекоча нос. Мышцы лица нервно дернулись. Что и говорить, Майк сам того не ведая посыпал солью рану, кровоточащую до сих пор. Догадывался ли он о том, что любые разговоры об их когда-то общем бизнесе с Марчелло – были колом, вонзающимся в сердце и заставляющим – захлебываться в крови? А может он его проверяет? Пытается вывернуть его нутро, что бы прощупать его намерения, планы и действия касательно борделя или Ливии? Ведь Ренато уже не раз успел продемонстрировать свой порывистый и дикий нрав, бесповоротность и безудержность в своих стремлениях – пожирая тех, кто вставал у него на пути, лишая жизни, калеча судьбы.
- На кольце царя Соломона было выгравировано: «Все проходит. И это пройдет. Я не хочу посыпать голову пеплом, amico. Если бы Марчелло был жив, все сложилось бы иначе. Но его здесь нет, и мне уже нечего терять кроме себя самого – все кто был дорог, ушли в лучший мир. Остается только чтить их память, - ответил он уклончиво, бросив украдкой взгляд через плечо. Его темные глаза искали еще одну бутылку мадеры. Несколько хороших глотков обжигающей жидкости и ему станет безразлично, сколько еще будут терзать его душу – воспоминания. Слабак. Упрек, промелькнувший в голове, заставил протрезветь, прозреть и осмыслить. Он, как хлесткие пощечины, мгновенно привел гангстера в себя. Руки напряглись так, что на них проступили вены, взгляд прояснился, а мышцы лица застыли, выражая твердую решительность. Больше никакой жалости – ни к себе, ни к кому бы то ни было. Майкл верно подметил то, что сейчас дуют другие ветра - ветра перемен. И если ты не последуешь за ними, то так и останешься топтаться на месте или ссыпишься по крупицам, как песок, если решишь оказать сопротивление.
- Ты предлагаешь мне, примкнуть к твоей команде? Я правильно понял? – вопрос был риторическим, Ренато прекрасно понимал, куда клонит Майк, говоря о совместном сборе яблок из райского сада. Барриано расслабленно откинулся на спинку кресла, чуть крутанувшись на нем. Отказываться от такого предложения – непозволительная роскошь, расточительство, тем более что Майкл – человек проверенный временем и зачастую, Ренато видел в нем облик своего покойного брата, который хоть и был непредсказуем, зато - надежен, как швейцарский банк. Барракуда задумчиво провел рукой по щетинистому подбородку, а потом, словно вспомнив что-то, открыл выдвижной ящик письменного стола, - Конечно, я с тобой. Мог бы и не спрашивать. Где расписаться кровью? – губы расплылись в ироничной улыбке, а руках появилась деревянная коробка из-под кубинских сигар – К черту пойло, у меня есть кое-что по круче.
- Не поверишь, восемь лет нас с тобой дожидались, - Ренато ласкающе провел пальцами по щербатой фанере и откинул крышку. Дюжина самокруток виртуозно скрученных в сухом табачном листе, лежали поверх тонких полосок бумаги – беспорядочным ворохом, - Кастилье постарался, - озвучил он вслух свои мысли, – Пальцы пианиста. Ребята у меня были что надо. Сейчас уже таких не делают, а плодят всякую шушару. Ты прав, кто-то разбежался, кто-то сгинул. Но – люди, дело наживное, как и деньги. Я думаю с людьми у меня проблем не будет. Половина из тех, кто корячится на стройках за кусок хлеба или обивает пороги центров занятости – завтра же будут у меня – Ренато достал самокрутку и протянул ее Майку - Урожай 2004 – отметил он не без гордости, доставая самокрутку для себя.
- О процентах, я думаю, мы с тобой договоримся. Хочешь, чтобы наши юристы встретились или мы сами, по старинке, не отходя от кассы? – Ренато щелкнул зажигалкой и сделал глубокую затяжку. Дым заполнил рот и устремился к легким, опутывая все на своем пути – тягучим дурманом. Задержавшись на время – он ринулся в обратном направлении, вырываясь изо рта сизой струйкой, которая с беззаботностью бабочки начала порхать по комнате эфемерными вихрами.
- Хороша чертовка, - констатировал он, наливая в бокал холодный кофе из графина и делая небольшой глоток. Кофеин всегда считался отличным дополнением к каннабису и прочим курительным смесям. Уж если получать кайф, то уж точно не от бухла, да и эксплуатировать такой вид «релакса» – нужно умеючи и по полной программе.
- У нас самообслуживание, - Ренато кивнул на графин, - Племянника твоего я не припоминаю, но я знаю тебя и доверяю. Клуб никогда не являлся большим бизнесом, особенно сейчас, поэтому его штаб был всегда ограничен на новые кадры, однако при поддержке Майка и усердной работе потребуется расширение, а значит и люди. Планы Ренато строил поистине Наполеоновские, решив не ограничиваться обычным мордобоем, в котором два лузера начищают друг другу фейсы. Он хотел, чтобы на ринге велись такие бои, от которых захватывает дух, как от укола адреналина в сердце. Толпа бы ревела и аплодировала, глядя на ринг где ярость, сила, мощь и азарт - сплелись под мантией смерти. На такие вещи подсаживаешься, их хочется еще и еще и с каждым разом все больше. Ренато не раз наблюдал такое и быстро прикинул, что на этом можно здорово обогатиться, поэтому решил и впредь радовать публику хлебом и зрелищами.
- На организацию подпольных боев требуется время Майк, ты же знаешь, это опасная игра, хоть и ставки там другие. Поэтому с процентами придется повременить, хотя бы первый месяц, а там наверстаешь. Касательно твоего родственника, - Ренато сделал еще одну глубокую затяжку, сдерживая порыв – «выплюнуть» дым и прочистить горло, - Нам надо встретиться.
Ренато не знал, как относиться к предложению Майка и к своему решению, они вполне могли бы и не сработаться оттого, что плохо знали друг друга, но попробовать все же стоит. В конечном итоге Барриано видел в этом парне свое отражение, а это уже повод обратить на него свое внимание.
- Кстати, как теперь обстоят дела в Семье? Новости на Сицилию с материка почти не долетают, а раз уж мы теперь работаем вместе, мне нужно знать подробности об изменениях и прочих нюансах. Думаю, за восемь лет их накопилось не мало.

Отредактировано Renato Barriano (2015-05-15 01:03:00)

+1

7

-  Разумеется,  оформим тебе какую-нибудь золотую карту. А также бриллиантовую, платиновую и калифорниевую*. Когда я введу все эти карты. –  рот капитана южной стороны изогнулся в усмешке.  Он еще раз глотнул, смакуя мадеру – теперь, похмелившись изрядной дозой,  можно было и погурманствовать. – Я тоже старой школы,  но, по мне, такой клуб – куда интереснее обычных куртизанок. Того же Парадиза, но о нем, судя по говорящему лучше всяких слов зрелищу треснувшего в руке Ренато фужера, больше толковать не следует.  Чего расстраивать человека, если реакция и так понятна – а остаток вечера хочется провести в спокойной беседе.  – Да это и не просто стриптиз-клуб, а полноценный ночной – причем, без сомнения, лучший в городе! Представь себе – три зала. Один в стиле Древнего Рима, с античными колоннами,  фонтанами, лепниной.  Другой  - прямо гостиная девятнадцатого века, красное дерево там, все такое. А третий – весь такой техногенный… Сферу развлечений или торговли пороками мафия взяла под свою руку уже давным давно, она составляла одну из основных статей ее доходов. Как же, еще Счастливчик Лучиано греб бешеные деньги с проституции, на чем и погорел – а многие видные гангстеры, при всей своей гомофобии, владели даже гей-барами.  Деньги можно делать даже из грязи, ибо они потом не пахнут, а, напротив, становятся источником света.  А затея самого Ринальди была весьма изящной, в сравнении с обычными бардаками. – Самые разные девушки, есть бывшие модели… Эротические шоу, маскарады… Короче, тебе стоит посмотреть… О своем детище Майки мог говорить часами  - ведь это был не просто источник прибыли, а плод его ума, его реализовавшая мечта,  ожившая фантазия.  Ведь, по сути, этот любивший дорогие костюмы и галстуки в тон гангстер был по натуре в чем-то творческой личностью,  художником – пусть свои полотна он и рисовал не маслом, а пулями, кровью и  паутиной коррупционных схем.  Потому отчасти и заинтересовался бойцовским клубом и его развитием  не только из-за желания увеличить богатство и влияние. Сам процесс создания неординарного и успешного проекта захватывал.
- Именно. – утвердительно кивнул головой Ринальди, отвечая на вопрос желавшего уточнить его намерения Ренато. Да, он хотел, чтобы Барриано вошел в его команду,  ходил под его началом, такой солдат был  и отличным союзником, и грозным оружием. Вместе они много чего добьются. Да и к кому из капитанов ему еще идти? В западной команде он пробыл год, теперь там главенствовал Винс Сольферини, который весьма прохладно отнесется к его претензиям на Парадиз. В остальных – мрак неизвестности, тоже особо искать нечего. А тут в ипостаси капо хороший приятель Рена. – Достаточно твоего слова. Улыбнулся фразе о  клятве на крови, они ею давно уже расписались, когда вступали в Семью и каждому, согласно древнему ритуалу, дон уколол иглой палец. Правда, у  Майка это был Антонио Фьерделиси, а у Ренато - Витторе Донато. Далее же все функционирует на основе распоряжений старших, а также джентльменских договоренностей. Таких, правда, нарушение которых чаще всего карается смертью. – У тебя тут такие вещи – и ты молчал? Прямо разбойник. Ринальди всплеснул руками, затем принял самокрутку, достал черную, отделанную палладием и мелкими сапфирами, зажигалку. «Картье», а как же. – Я с утра, может, дунуть хочу. Зажег, втянул в себя прогоняющий печали и заботы дым, выдохнул. – Обалденно. Мне, кстати, тоже должны индийского гашиша первый пробы подогнать, тебя позову тогда. Солидно покивал словам Ренато. – Ты всегда умел собирать людей, скоро клуб заиграет новыми красками. А так…. Измельчал народ, да. Пренебрежительно взмахнул ладонью,  губы сложились в суровую и скорбную складку. – Дрянь пошел народ, шелупонь, педики. На улицах полно гондонов,  махающих битами и себя мнящих гангстерах – а при первом допросе у копов пускающих слюни и сдающих своих товарищей. Каждый из таких готов ссучиться, стать крысой. А где понятия о чести, уважении?! Разве так бизнес наши отцы и деды делали? Прикрыл глаза, снова затянулся, несколько минут помолчал, с наслаждением ощущая, как все внутри словно раскладывается по полочкам, вставая кирпичик к кирпичику.
– Держаться нынче можно только итальянцами прежней закалки – а остальных пускать к делам с оговоркой, постольку-поскольку.  В свете кадрового голода правила Коза Ностра приобретали даже большую значимость, жаль, что многие этого не понимали.  Полное доверие можно было оказывать лишь тем, с кем был связан давними семейными, дружескими узами, тем, у кого уважение к традициям «их дела» было в крови, кто это впитывал с молоком матери.  А не попав по юношеской дури в банду, потом вдруг решал соскочить, получить за счет доносов прощение – и заделаться, скажем, дантистом. – Но молодежь-то все равно нужна, а находить толковых ребят все тяжелее. Что за мехи без свежего вина. Потому и держался так Майкл, например, за своего племянника. Кстати вот и о нем речь зашла. – Ал хороший парень, очень толковый. Я тебя познакомлю с  ним. Когда скажешь – тогда и подъедет.  Хоть сейчас, хоть после. При необходимости капо поднимет младшего родственника хоть из постели, хоть со шлюхи – когда человеку предстоит стать компаньоном в таком предприятии, выбирать не приходится. -  А по процентам…  Договоримся и без юристов. Тем более, речь ведь идет о нелегальных боях. – И подождать, пока не раскрутишься, готов, да.  Главное – перспективы, инвестиции в будущее, а не урвать цент здесь и сейчас.  – Кстати, были у меня разные мысли, насчет того, что можем сделать. Если хотим клуб опять поставить на ноги. Ты не думал спорт-бар при нем открыть? Когда люди смотрят на такие зрелища, с драками – жрать и пить всегда хотят неимоверно. В три проглота жрут.  Капитан южной стороны был уже заранее уверен, что уж пива-то и чипсов разгоряченные видом мутузящих друг друга до полусмерти качков зрители будут поглощать массу.
– Прикинь, смотрел тут передачу  по National History Channel… Оказывается, в Средние Века нигде столько еды не продавали, как на казнях. Всякие там пироги с мозгами и прочее. Ничего так аппетит не возбуждало, как картина того, как кого-то на крюках подвешивают или на костер ведут.  Запил очередной глоток дурманного дыма холодным кофе. – И сейчас немногое изменилось. А назвать бар можно «Барракуда» тоже.  Кстати… Понаблюдал за витающими над головой облачками, хохотнул  - забавно было бы, если бы из них пошел сейчас разноцветный дождичек, а? – Свято место пусто не бывает. Тут  в одиннадцатом году появился один бойцовской клуб, «Арена»…  Владеет ныне неизвестно кто…  Не из наших… Надо бы нашу позицию определить, по отношению к нему… Продолжать не стал, все и так понятно. Законы рынка законами рынка – но когда рынок столь узок, стоит задуматься.  Попробовать стать монополистом?  Купить или отжать, словом, подмять под себя? Добиться закрытия? Или же наладить сотрудничество и обложить оброком? Вариантов масса и ответов на вопрос тоже. Сжал крепким зубами край самокрутки, впустил в себя   еще немного спрессованного виртуозными пальцами Кастилье счастья. – Что произошло в Семье за это время?  Блять, ну и вопрос, amico. Ты лучше спроси чего не  произошло. Произошло много и в основном мерзости да гадости.  Начал загибать пальцы.
– Донато скопытился,  после этого  власть к рукам прибрал его соратничек Джон Уэйт, бывший легавый, теперь назвавшийся итальянским именем. Через три месяца его мудрого управления за решетку загремела вся наша верхушка.  Временно обязанности стал исполнять Гвидо Монтанелли, которого потом сменил вышедший из тюрьмы Джоуи Рикарди. Не успел выйти – как эта сучка, жена Донато, решила затеять переворот и кокнула Рика... Опять незаурядицы, в итоге которого власть вернулась к Гвидо…  В то время наc, из-за многочисленных нарушений мафиозных традиций, не уважал никто. Чуть ли на голову не ссали,  считали за оборванцев каких-то…  Из Комиссии калифорнийской нас выперли с позором… Еще немного – и стали бы шайкой испанцев, ниггеров и отставных полицейских. Тут лицо Майкла на мгновение исказила гневная гримаса, его пальцы слишком сильно сжали самодельную сигарету, раздавив  ее. С интересом разглядев оставшиеся на ладони ошметки травы, взял еще одно ждавшее семь лет изделие, зажег. – С тех пор боссом Гвидо, он хороший мужик,  большой воз на себе тащит, но… Ринальди неопределенно повел рукой.  – Нам за это время пришлось убивать сначала его племянника, взятого в андербоссы, вместе с людьми. А потом ребят его собственной супруги,  которая также чуть ли Семьей вместе с ним не рулила. И тот, и другая против Торелли пошли, и против дона и покровителя собственного! Маргарита ди Верди, которая была консильери. Еще один знак того, что Коза Ностра – мужское дело и на вершине должны стоять именно мужчины, иначе все кончится плохо.  – Многие сели, многих пришили, что еще сказать? Успели с Триадами повоевать, теперь их лидеры на дно что-то залегли. Думаю, всплывут со временем... Тут выражение  лица капореджиме смягчилось, он расслабился, откинулся на кресле. – Нет, ну вообще дела наладились, с тех пор, как Гвидо в 2013 окончательно стал доном. Стабильность обрели, традиции снова стали соблюдаться, нас приняли в Комиссию вновь,  позиции свои вернули. Много парней правильных вошли в руководство. Фрэнк Альтиери вот новым андербоссом стал…  Из скромности капореджиме не стал упоминать свое собственное продвижение, и так все понятно. Да уже потому что его лучший друг и почти-что-брат Фрэнк теперь второй человек в Торелли, ясно, какое влияние имеет Майкл.
- Расширяемся и усиливаемся, вот вместе с сан-францисканцами и лос-анджелессцами стройку скоростной железной дороги под себя подминаем.  А это дело на миллионы бешеные! С русскими у меня связи мощные, по икре, по алмазам, мехам можно наладить поставки…  Пожал плечами. – По структуре? Подо мной юг города ходит,  все строительные дела наши в графстве Сакраменто.  У Роза Сальваторе  север и все игорные дела – ну да этим еще папаша его занимался…  Запад под «Доком» Сольферини,  врачом, друганом Монтанелли.  Восток Фредерик Клементе держит…  Еще что хочешь узнать  - спрашивай.

*Калифорний - самый дорогой металл в мире

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-05-18 17:57:02)

+1

8

- Братки сегодня есть, а завтра их нет, а мы будем всегда. Мастеровые потому что.
Ренато внимательно слушал рассказ Майка, несмотря на то, что в крови уже вовсю носились атомные частицы первоклассной «дури». Ведь, как известно, кто владеет информацией, тот владеет миром. Барриано запоминал: кто кого «крышует», кто под кем ходит, кто с кем на долях. В городе многое поменялось, равно как и в Семье. Правила игры также были заметно «отредактированы». Теперь, вникать во все хитросплетения преступного мира придется по ходу дела. Приятного в этом мало, Ренато чувствовал, как потерянное на Сицилии время, вновь отшвырнуло его назад, но именно сейчас, он был уверен в себе, как никогда раньше. Ситуацию омрачал лишь один фактор – монстр, живущий где-то глубоко в его подсознании. Если бы Ренато начал сравнивать себя с каким-нибудь литературным героем, то на ум в первую очередь пришел бы только один персонаж – Мистер Хайд, который был обратной стороной некого Доктора Джекила. Он и Барриано были в чем-то похожи: монстр Ренато также внезапно проявлял свою безжалостную сущность и не поддавался какому-либо контролю. Ласковое солнце Италии усыпило его своими теплыми лучами и шумом волн, набегающих на песчаные берега Палермо, но стоило только ступить на пропыленную землю Сакраменто, как монстр очнулся от летаргии и начал требовать кровавых жертв, напоминая о себе все чаще и чаще. Первой каплей крови, упавшей в его пасть была Ливия Андреоли, но разве такое скудное жертвоприношение могло насытить? Тем более что тщедушное тельце веселой вдовушки продолжало парить где-то в недостижимой высоте, становясь богаче и неуязвимее с каждым днем. Имя этой продуманной сучки, вновь ворвалось в голову Ренато, как только Майк упомянул о Гвидо.
- Гвидо… - потянул он, играя желваками на лице, - А ты знаешь, мы уже успели с ним познакомиться. Занятный мужик… – Барриаон поднялся со своего кресла и степенной походкой подошел к окну – Слышал, наверное, про Ливию?
Вопрос был не совсем уместным, если учесть с какой скоростью в городе разлетаются слухи, а в криминальных кругах и вовсе, ни одна разборка не остается незамеченной, особенно такая, которая способна выдернуть босса Семьи из нагретой постели и заставить сорваться в ночь, дабы принять участие в ее решении. Первые часы после долгого диалога с Гвидо – Ренато ненавидел себя за две вещи: во-первых, за то, что он не прикончил эту стерву в самом начале; во-вторых, за то, что Барриано погнался за двумя зайцами сразу, игнорируя житейскую мудрость о том, что поймать в этой гонке можно только себя на свой же капкан.
- Скажи мне Майкл, что я черт возьми делаю не так? – его голос звучал на удивление спокойно, наверное, отчасти из-за содержимого самокрутки тлеющей в его руках. Дым вновь заполнил легкие, окутывая тело томной расслабленностью. В движениях рук уже не чувствовалась прежняя резкость, даже интонация и тембр голоса заметно смягчились – Как бы ты поступил на моем месте? - Ренато отвернулся от окна и перевел рассеянный взгляд на Майка. Барриано редко нуждался в чьих-либо советах, но сейчас, объективное мнение со стороны было ему необходимо так же, как и глоток воды для погибающего от жажды путника, среди песчаных барханов пустыни.
Проблема сама по себе не исчезнет, да и выход из этой запутанной ситуации Барриано видел всего один – либо он, либо Ливия – обзаведутся клочком земли на месте скорби и печали, которое в миру зовется кладбищем, - А самое главное, как жить вместе со всем этим дерьмом?
- Ладно, - неожиданно произнес он, проводя незримую черту над своими, собственными душевными терзаниями, которые вот-вот обещали прорвать, как гнойный нарыв – Не буду тебя грузить. Разберемся – Ренато подошел к шкафчику и достал из него очередной фужер, который через секунду наполнился багряным вином, привезенным из самого сердца Италии.
- С твоим родственником мы еще встретимся. К чему тревожить человека в такую рань? Я уже заочно в нем уверен, как в самом себе, раз у него такой поручитель, - Барриано затушил окурок и снова закурил, затягиваясь тягучим расслабляющим дымом, который с ласковой настойчивостью отводил опасные мысли о пережитом, - Хочу начать все заново. Тем более что у меня перед глазами такой заразительный пример – Ренато улыбнулся и наполнил бокал Майкла новой порцией вина.
- Я совсем забыл поздравить тебя с новым «назначением». Во время нашей последней встречи, ты еще в солдатах ходил, если мне не изменяет память, а сейчас… - он отсалютовал Майку фужером – Хоть портрет пиши. Это надо отметить. Возражений я просто не приму. Вот тогда-то ты и оформишь мне одну из своих уникальных карточек клуба и проставишься обещанным гашишем в компании бывших моделей из твоего элитного заведения  – Ренато успел отметить тот азарт, с которым Майк рассказывает о своем «детище». В этом они были похожи, каждый нашел для себя ту сферу, которая была дорога их сердцам и даже являлась их олицетворением. Для Майка, любимца женщин и развлечений – это был фешенебельный стриптиз клуб экстра-класса; для волевого и воинственного Ренато – бойцовский клуб.
- О расширении я и сам думал. Раньше масштабы «Барракуды» вполне соответствовали скромному Сакраменто, а сейчас, жизнь так стремительно проносится мимо, и день ото дня повышает планку своего качества, что становится все трудней схватить ее за хвост. Бар отличная идея, которая первой пришла мне в голову, но в продуктовой сфере не все так сладко да гладко. Нужны документы на реализацию, да и товар где-то брать придется. Были у меня завязки на одном складе в доке, когда западный порт подо мной ходил. Там в свое время оседала партия контрабанды, которую прогоняли через промышленные и торговые суда. Заведовал этой «сокровищницей» некто Тано Каридди, но он умер вскоре после моего отъезда, теперь там командует какой-то хрен с бугра. Можно попробовать наехать, но загвоздку с документами один черт придется как-то решать. У тебя в «верхах» знакомых много… - Ренато сделал многозначительную паузу, которая была потрачена на очередную затяжку.
- Насчет «Арены», надо подумать. В любом случае это клуб мне не конкурент. Я уже «щупал» их подноготную. Никакого драйва. Все мило и в пределах ванили. Кстати, а кто у них за главного? Меня твои красочные рассказы о стриптиз-клубе на одну мысль навели… - Ренато задумчиво покрутил в руке фужер с вином – Но, если в твоей голове бродят какие-нибудь светлые мысли, то не стесняйся…
- Ну а как ты сам живешь? Мы так долго не виделись, что теперь Майк Риналди и для меня стал «человеком в футляре» под плотным налетом загадочности и таинственности.

0

9

- Да, что-то такое я уже слышал. И про обстоятельства знакомства тоже… - неопределенно протянул Майки, до которого уже долетели отрывочные слухи о конференции в  формате Ренато-Ливия-Гвидо, прошедшей на квартире прекрасной хозяйки Парадиза. Прошедшей, как говорят, отнюдь не в парламентарной  манере. Еще немного одурманился,  вальяжно потягивая из самокрутки, словно арабский шейх из кальяна. – Зря ты со мной сначала не поговорил, замочить могли на раз-два. Повезло, что не замочили. Монтанелли, конечно, миролюбивый босс, но за свою «женскую гвардию» пасть порвет, да и вообще за попытки развязать в Семье кровопролитие. Именно потому что миролюбивый. – Что делаешь не так? Когда Барракуда попросил совета, Ринальди серьезно задумался – его ситуация была настолько непростой, что дать однозначную рекомендацию трудно. Легко, со своей колокольни, вещать о сдержанности, когда дело идет о чужих родственниках. – Cлушай, давай только тогда говорить откровенно, без обиняков и эмоций? Называть кошку кошкой, так сказать. Хорошо еще, что они выпивши, ведь в таком деле (который раз уже вспоминает цитату Ивана!) без поллитра не разберешься. – Тебе надо определиться с тем, что ты хочешь – отомстить, закошмарив Ливию. Или же получить свою компенсацию за убытки и продолжить жить и работать в этом городе. Ибо то и другое сейчас несовместимо.  Отпил еще кофе, пожевал угол самодельной сигареты. – За Ливией стоит много людей -  в том числе сам босс организации. Недавно ездил он отдыхать в Тахо со своей девушкой, как думаешь, кого с собой взял? Меня или Фрэнка? Нет, именно Андреоли. Встал, прошелся по комнате, продолжая дымить. Ноги казались легкими, будто перышки.  – И если с ней сейчас что-нибудь случится… Особенно после вашего последнего продуктивного общения – ты себе словно нарисуешь на лбу мишень. Ибо подумают все сейчас на тебя, это не шлепнуть кого-нибудь приватно, при помощи черных, а потом сделать большие глаза. А Барриано своей импульсивностью как бы сделал декларацию о намерениях уже. Куда проще было бы, еще сидя в Сицилии, выйти на каких-нибудь посторонних отморозков и заказать женщину. Хотя… так ли этого хотел сам Ренато? И был ли его гнев действительно таким неудержимым и неконтролируемым? Ведь, когда убили Марчелло, не примчался же он, в нарушение приказа дона, из Палермо и не завалил и Ливию, и самого Донато? И во время последнего контакта с Андреоли выдвигал четкие имущественные требования.
– Потому, если ты не хочешь воевать с Монтанелли и его структурой – лучше взять максимальное возмещение и не делать резких движений сейчас.
Затем коснулись уже более приятных тем, лучше идущих под  гашиш и вскоре опять появившееся на столе вино.
-  Спасибо. И, разумеется, отметим – но, думаю, прежде всего, не мое повышение, а твое возвращение. И в город, и к делам! Так погуляем, что чертям будет тошно. – улыбнувшись, капореджиме поднял фужер с вином. – За тебя, мой друг, пусть с тобой всегда будет удача. Отхлебнул терпкого напитка, затянулся.  Закинул ногу за ногу – расслабляла не по-детски такая смесь.
- С разрешениями разберемся. У меня завязки среди чинуш хорошие, даже один старший советник губернатора есть, прикинь? А раньше работал в Белом Доме. И с тем, кто вместе Карриди там вздумал хозяйничать, тоже. Ты не в курсе, кто это? Не из наших, насколько я знаю. Эта тема заинтересовала Ринальди, клуб требует времени, а вот контрабанда могла бы приносить деньги здесь и сейчас. - «Арена»  преуспевала за неимением лучшего, одно время сама Анна Донато туда захаживала. А кто владеет  - не знаю. Была какая-то девушка, но сейчас собственников давно не видно в городе. Снова выпил, побарабанил пальцами по столу. - Так что у тебя за идея? Моей светлой голове хочется отдохнуть немного, и так тут верчусь,  как белка в колесе. Поймал тяжелым золотым перстнем солнечного зайчика, поглядел на Барракуду. – Вот, кстати, и ответ на твой вопрос – как я живу? Живу работой. Кто из капитанов больше делает, откровенно говоря? Повращал фужер в руке. – А так – все тот же Майк, ничего не изменилось. Жениться не женился, если это хочешь спросить. Ухмыльнулся. – А то все что-то спрашивают. А тебе-то как, там, на Сицилии, попадались подходящие красотки?

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-05-26 12:57:58)

+1

10

- Признаю, наломал дров  – Ренато тяжело вздохнул, наливая в бокал очередную порцию вина – Не знаю, что на меня нашло. Прямо затмение какое-то.
Он обессилено рухнул в кресло, словно силы разом покинули его тело, так же, как и набежавшая волна покидает песчаный берег. Еще одна затяжка и еще один глоток, которые путают мысли и делают руки непослушными. Ренато на минуту прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться, поймать утерянную нить их разговора, но она ускользала вместе со сладковатым дымом, который вьется от самокрутки и тает высоко под потолком. Чего же он хочет? – мысленно повторил он слова Майка. Простой вопрос, сложный ответ. Поначалу он хотел лишь одного – убить ее, а там, гори все синим пламенем, но после скрупулезных подсчетов инстинкт самосохранения все же напомнил ему о своем существовании. Чаша весов, на которой вальяжно полеживала госпожа Месть, потянулась вверх – уступив свою позицию холодному расчету. Он надеялся, что после того, как в его клубе вновь загорятся слепящие лучи софитов, а трибуны взорвутся от рева толпы – его душевная рана постепенно заветрится, но стоило ему только взглянуть на дом семейства Андреоли… и гребанный рояль, как планы мгновенно изменились, подобно кусочкам калейдоскопа.
- Замочить? – Ренато резко распахнул в глаза и подался вперед, опершись руками о стол – Ты, видно, меня с кем-то перепутал Майк… Если бы я боялся расстаться с жизнью… Если бы ты боялся расстаться с жизнью, мы сейчас не сидели здесь… Мы бы, вообще, не были знакомы. Разве нет? Каждый из нас, ежедневно таскался бы в пыльный офис, какой-нибудь занюханной корпорации. Но мы сейчас здесь, и каждый день, смерть дышит нам в затылок. Одно неверное слово, поступок, решение и бах… - при этом Ренато сложил пальцы руки пистолетом и поднес их к своему виску – На перекрестках и в снах, ищут нас наши убийцы. Мы полюбили их лица, в красных улыбчивых ртах… - внезапно пришедшее на ум четверостишие, которое он прочитал много лет назад, когда нашел под матрасом тюремных нар – книгу, оставленную предыдущим «жильцом».
Но в одном Майк был прав – необдуманные действия не лучшие союзники в этой холодной войне. Месть, это такое блюдо, которое подают холодным, поэтому не стоит нарушать старых добрых традиций и портить «трапезу» обжигая себе рот. Ренато загадочно улыбнулся и поднял свой бокал:
- За мое возвращение, дружище! За встречу! И… за благополучие нашего дела, - согласно кивнул и опрокинул в себя всю налитую дозу спиртного одним махом, а после, с шумом затянулся дымом.
- Со складом в порту забавная карусель вырисовывается. Карриди – итальянец, но не из наших, как ты сам заметил. На складе этом, оседает львиная доля контрафактных товаров, плюс ко всему они наладили канал по перепродаже «неликвида», списанного липовым методом с официальных поставок в страну. Тара повредилась, срок годности истек... Думаю, если взять этого красавца за яйца, то «кокетничать» он не будет. Главное, найти рычаг управления. Мои ребята могут, конечно, надавить на него. Полчаса с ними наедине, в интимной обстановке, и расколется наш бройлер до самой жопы. В полицию ему бежать не резон – рыло в пуху.
Ренато с интересом уставился на Майка – схема в голове складывалась весьма примитивная: подъедут «быки» с дубинками, проведут с начальником склада профилактическую беседу, в ходе которой он подпишет не только нужные бумаги, но и составит завещание, если потребуется. Ломать голову над хитросплетенным гамбитом в этом деле – он был уже не в состоянии; дым, который циркулировал в крови, витал в голове и стелился в глазах – ревностно не допускал в свои «чертоги» ни одной уверенной и разумной мысли. Наркотический дурман – знал свое дело и исполнял его на совесть, особенно в дуэте с вином, попеременно контрастируя с ним, словно мерцающий огонек на праздничной гирлянде.
- Арена и без хозяина? За это надо выпить! – он усмехнулся и разлил остатки спиртного по бокалам – Затея сама по себе невзрачная и сумасбродная. Я подумал… а не изменить ли нам профиль этого заведения? Двум клубам с одинаковым ориентиром – будет тесно в одном маленьком городе – Ренато мотнул головой. Идея, которая закралась ему в голову, казалась невообразимой: в одурманенной голове бесновались древни — римские гладиаторы с окровавленными мечами и прочая околесица, связанная с Колизеем. Слишком затратно, рискованно и никаких гарантий.
- Лучше я оставлю ее при себе. Клуб можно взять за жабры без лишней мороки и телодвижений. В любом случае без хозяина он совсем скоро склеит ласты – и Ренато знал это, как никто другой. Поразительно, что клуб не закрыли раньше, значит, финансовый поток все же есть, понять бы еще с какой галеры его спонсируют.
- Женитьба – это, все равно, что якорь для корабля, - Ренато согласно кивнул – Я, как и ты, пока не готов пришвартовываться к пристани, поэтому все мои любовные истории заканчиваются одним и тем же – звуком удаляющихся шагов. За восемь лет – ничего серьезного, только мимолетные романы, большую часть из которых, я даже и не помню.

+1

11

- Не так страшно наломать дрова – страшно, если эти дрова потом ломают тебя. -  проворчал Майк, втянув в себе очередную дозу сладостного дыма и блаженно глядя куда-то в пространство. Глотнул вина, вытер губы, сложил руки на коленях – сейчас хотелось спокойствия, отдыха, гармонии со всем окружающим. И гашиш давал все это прекрасным образом. – В общем, если не принимать необдуманных решений, все будет хорошо.  Никто из нас не боится расстаться с жизнью, мы ей рискуем каждый день – но и отдавать ее за понюшку табаку тоже неправильно.  Иногда, чтобы выиграть партию, надо переждать. Возможно, сдать какие-то клетки и фигуры. Терпеливо наблюдать за комбинациями соперника – и лишь потом, когда наступит время,  сделать свой шаг, особенно эффективный.  Времена Донато это доказали…
Истории про порт внимал, лениво прикрыв глаза и пожевывая край самокрутки – но как оказалось все слышал. Когда было упомянуто, кто именно теперь занял место Карриди,  приподнял брови. – Итальянец?  Важно удостовериться,  из «своих парней» он или нет. У Сэла-Молотка из Сан-Франциско сейчас на порты большое влияние, не из его ли ребят? А рисковать войной с дружественным кланом Фриско, с которым сотрудничают по железной дороге, беря кого-то опрометчиво «за яйца» не следует.
–Давай не будем гнать лошадей, в общем, я узнаю, что это за тип, чем дышит, и, если надо, поговорю с Сэлом. В общем, не мытьем, так катаньем, решим вопрос.  Как-никак, порой доброе слово бывает сильнее пистолета, что бы там не говорил Ал Капоне.  – Тогда  мы с тобой сначала придумаем,  под какой профиль можно «Арену» перестроить – а потом уже и решим, что с ней делать. Взять под свой контроль, проглотить легко – а вот переварить сложнее бывает. Прежде  чем вступать в борьбу за активы, пойми, нужны ли они тебе вообще, будут ли приносить тебе доход. Одна цель для возможного захвата уже была – установление монополии на «бойцовский» бизнес в городе – но достаточно ли ее? Нужно не только уничтожить, но и оприходовать,  не только обезвредить, но и сделать полезным. – Ну, по идее один из клубов можно было отвести под обычные виды боевых искусств – ну знаешь, всякие там карате, бокс…  И там же заодно набирать профессионалов для боев без правил.   Среди драчунов-спортсменов всегда находятся готовые рискнуть люди, способные составить прослойку гладиаторов, нужных для функционирования нелегальных боев.  Всякие готовые подставлять морду под удар бродяги  - это само собой, но нужны ведь и звезды, настоящие звери, воины, способные завести публику. Те, кто будет там долгие годы. – Женитьба – действительно якорь. И если он неправильного веса, то может потянуть нас вниз. Старый холостяк согласно кивнул в ответ на слова Ренато, с его точки зрения, семья могла быть быть и проклятием, и благословением. А иногда и тем, и другим одновременно. – Да и есть люди, которым по жизни проще идти в одиночку… Не знаю, может, я из таких. В любом случае, торопиться не надо. Тут же подмигнул Барракуде, махнул украшенной перстнями рукой. – Ааа, не слушай меня,   ты знаешь мой подход к этому вопросу. Быть может, ты в Сакраменто,на родной земле, и встретишь ту, которую захочешь видеть своей пристанью. И ту, которая захочет увидеть гангстера своей пристанью, и действительно стать ему поддержкой – при их образе жизни не так уж просто найти женщину, которая… Нет, не согласится, а сможет в реальности потом достойно пережить все связанные с побочными результатами их деятельности трудности. Cнова поднял бокал. – Нас ждут великие дела, Рен! Главное – не упустить свой шанс.

+1

12

В словах Майкла крылась та самая мудрость, которая доверяет себя лишь человеку рассудительному, способному вовремя сказать себе «Стоп!». Ренато не мог отнести себя к подобному сорту людей. Его дикий, необузданный нрав был глух к подобным ограничениям. Но сегодня, сейчас – он словно увидел себя со стороны, узрел свои ошибки и понял в чем его промахи. Неприглядная сторона, изнанка, которую он воспринимал, как единственно правильный итог – и не важно, что все корявые швы и узловатые петли портили не только его человеческий образ, но и заставляли падать, цепляясь за метафорические сучки и задоринки. Майк же показал ему, что реальность может быть иной и донес до него обычную житейскую философию, где говориться, что если ты не можешь изменить ситуацию, то измени свое отношение к ней. Завершающим штрихом стала озвученная им мысль: «грамотно распределяй свои ресурсы».
Что же, урок усвоен, и Ренато будет стараться изо всех сил – доказывая, что он способен сначала думать, а потом действовать; что он научился противостоять своим внутренним демонам, сумел их приручить. Но на это потребуется время, и сложнее всего – было привыкание к этой самой истине.
- Ты прав, - Ренато поджал губы, - В наше время силой уже никого не удивишь, а вот умением думать…Прошлого не вернешь, но мне упрямо кажется, что я могу изменить ход уже свершившейся истории, – он вздохнул, раздавив окурок в пепельнице.
- Насчет порта. Я согласен – лучше семь раз отмерить и один отрезать, чем расхлебывать полжизни заваренную кашу. Могу сказать лишь одно, что Тано кто-то спонсирует. Сам понимаешь – нельзя топтать землю ушами кверху такой большой промежуток времени, занимаясь таким заманчивым бизнесом не имея при этом надежного тыла. Голодных братков в городе пруд-пруди. Уже давно бы кто-нибудь наехал и взял нашего клиента за хобот, а раз его еще не поставили на вилы, значит где-то в загашнике – сидит неслабая маза. У меня сейчас даже знакомых в городе не осталось, через которых можно было бы пробить информацию, поэтому, «прощупать» этого товарища придется по твоим каналам.
Ренато достал еще один бокал из тумбочки своего стола, в который тут же был налита холодная, отрезвляющая порция кофе, как завершающий штрих.
Солнце уже вовсю нежилось в собственном зените, когда из бутылки была выцежена последняя капля вина и выкурена последняя самокрутка. Не смотря на то, что до вечера было еще далеко и рано пока подводить итоги, но Ренато мог смело заверить любого, что в компании Майка – время пролетела с неимоверной пользой. Они успели многое обсудить, выстроить кучу планов и даже завязать двойное партнерство. И это только начало. Самое главное и самое важное их ждет впереди. Будет выпита еще не одна бутылка спиртного и прожито часов, проведенных за дружеской беседой. Они еще долго обменивались информацией, затрагивая злободневные проблемы, шутили и смеялись, прежде чем Майк, глянув на часы – засобирался. Ренато понимал, что дела – не ждут, но это не последняя их беседа и теперь уже он нанесет Майку визит вежливости в следующий раз. Тем более, что теперь они работают вместе.
- Арена безусловно подождет, - сказал он ему напоследок провожая до машины – Главное, что сейчас она бездействует и не создает мне лишних хлопот – Ренато крепко пожал руку Майка – Спасибо, что навестил. Мне наша встреча – была полезной и приятной, хотя бы потому, что я понял – наша дружба не стала жертвой времени и расстояния. Особенно сейчас, когда поддержка близких людей необходима, как воздух. Будь здоров и береги себя - Ренато прощально махнул рукой отъезжающей машине и скрылся в своей берлоге.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Of loansharks and barracudas