Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Ray
[603-336-296]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » последствия.


последствия.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Лола и Эльза
17 апреля, затем 20 апреля

http://sg.uploads.ru/PLDVm.gifhttp://33.media.tumblr.com/023f5b0fe1ddefbc25f3f47ef33e1447/tumblr_inline_nkkj37Ocby1r0uuni.gif

+1

2

Живот завязывается в тугой узел, и ты чувствуешь, как постепенно мутнеет разум и подкашиваются ноги. Казалось, ничего страшного не случилось и сейчас все в порядке, просто я спускаюсь в метро. Очередной спуск в подземку не гарантирует мне, что я могу вернуться на поверхность целой и невредимой. 
Я боялась, что все снова может повториться, только в этот раз все может быть гораздо хуже.  Не знаю, сколько часов я могла нормально спать, ибо в основном мне снились лишь некоторые обрывки той катастрофы. Но снова переживать этот эпизод не было сил, но я переживала. И каждый раз просыпалась, не в холодном поту конечно, но сердце бешено колотилось, будто я пробежала марафон.  Говорят, что в таких случаях обращаются к дядечке в белом халатике, вот только откуда у меня деньги на услуги этого самого дядечки? Да к черту эти деньги и доктора тоже к черту, я сама справлюсь. Осталось только унять бешено бьющееся сердце и создать эффект спокойствия на лице, хотя бы для самой себя.
Звук закрывающихся дверей в метро заставляет меня вздрогнуть. Порой я удивляюсь самой себе, точнее своей реакцией к происходящему. Я ведь не хочу так реагировать на метро, н е х о ч у! Почему мое тело не слушается меня и сейчас меня едва не колотит от происходящего? Сейчас это выглядит как борьба самим с собой, но наверняка со стороны я походила на душевнобольную или в конце концов на наркоманку, которая страдает от ломки. Прячу лицо в ладонях, пытаясь успокоиться, но выходило плохо. Казалось, что все пары глаз уставились на меня и в вагоне повисла гробовая тишина, разве только сам поезд создавал шумовой эффект. Сквозь пальцы одним глазом оцениваю обстановку, проверяя, правда ли на меня смотрят. И я оказалась права. Можно понять их недоумевающие взгляды, ведь я сама бы так реагировала на девушку, которая трясётся в метро, подобно осиновому листу и непонятно, что вызвало в ней такую реакцию. И ладно, если люди смотрели на меня хотя бы с неким сочувствием или сожалением в глазах, так нет, явная усмешка и, пожалуй, неприязнь к моей персоне читалась в их взглядах.
- Эй, девчонка, с тобой все нормально? А то выглядишь ты…потрепано, – моего плеча касается чья-то тяжелая ладонь и я от испуга отпрыгиваю в сторону, да так, что сама порядком не понимаю, что только сейчас произошло. Но даже отпрыгнуть я не могу без последствий: спотыкаюсь об собственную ногу и падаю вниз, больно ударившись головой.
Те, кто стоял рядом со мной - двинулись в сторону, будто не желая прикасаться к «смертной». Они расступились, когда я падала, и никто не подумал даже подать руку, чтобы помочь мне подняться. А подняться на ноги я не могла. Даже тот "виновник", который так испугал меня остался на месте, якобы не при делах. Было обидно. До слез. Не хотелось выглядеть такой жалкой именно сейчас, когда в глаза других я должна выглядеть сильной, чтобы показать всем и в первую очередь самой себе, что та самая катастрофа не сломила меня. Но вместо того, чтобы гордо встать, я продолжала лежать звездочкой на грязной поверхности вагона, а мои глаза были устремлены на лампу, которая освещала округу. Я всматривалась в эту лампу, в ожидании, будто она даст мне ответы на все вопросы.  Но как только плохо скрываемые смешки донеслись до моих ушей, голова сразу стала ясной и я нашла в себе силы подняться, правда, это далось мне так легко, что казалось, будто меня кто-то поддерживал.

+1

3

шмотки

С момента катастрофы прошло три недели, а помню я всё так, будто это было вчера. Страшные события, которые не сотрет, кажется, даже время. Но это лишь кажется. Кому, как не мне знать, что время стирает абсолютно любые воспоминания, какими бы страшными они не казались? Самое главное - вспоминать о случившемся как можно реже. Вытеснить их на задворки сознания, заменить чем-то более нейтральным, избавиться даже от намеков свободного времени, чтобы не было времени думать и вспоминать. Со всем этим я успешно справлялась. До сегодняшнего дня.
Перед входом в метро невольно останавливаюсь и собираюсь с мыслями. Мне очень страшно, хотя я и знаю, что ничего не случится. Авария в метро, тем более, такая страшная - не то, что может случиться с человеком аж два раза за его жизнь. Это было бы слишком жестоко. Даже мой неудачи нехватит на такой расклад событий.
Scars left on my heart formed patterns in my mind, - надрывается Хейли в моих наушниках, и я невольно ухмыляюсь. Да, Хейли, ты права. Только не на сердце, а на теле. И не метафорические шрамы, а вполне себе настоящие, которые были ранами, а сейчас уже почти зажили.

Делаю глубокий вдох, и ныряю в мир сакраментовской подземки. Ассоциации с нырянием в воду усугубляются, когда я чувствую недостаток воздуха и слышу, как бешено стучит сердце в груди. Всё будет хорошо, просто не думай ни о чем. Ехать всего двадцать минут, а без метро ты потратишь больше времени и денег.
Занимаю место в конце вагона. Народу в будничный день не очень много, поэтому удается сесть и занять расслабленную позу. Очень сильно хочется курить, чего, по понятным причинам, делать нельзя. В наушниках надрывается музыка, если закрыть глаза, то как будто даже не сильно страшно...

А потом моё внимание привлекает девушка, которая выглядит очень испуганной. Прячет лицо в ладони, вжимается в сиденье. И знаете что? Мне очевидно это состояние. Мне самой хочется делать то же самое, но, похоже, я хоть чуть-чуть, но закалена пиздецами в жизни. Представляю, что творится с людьми, у которых авария в метро - первая. Сколько ей лет? Выглядит совсем юной, наверное даже младше меня.
Сама не знаю почему, но выключаю музыку в наушниках. Правда, их не снимаю, сижу и притворяюсь, что мне всё равно. Пытаюсь игнорировать и не смотреть в ту сторону. Какое тебе дело, Лола? Не нужно лезть... Невольно слежу за ней краем глаза. Падает, а люди отшатываются от неё так, будто она больна смертельной болезнью и заразна. Поезд останавливается, и когда гул поезда не перекрывает все остальные звуки, я могу слышать все насмешки, которые приходится терпеть девченке. Особенно изощряется парень лет двадцати трех. Вроде прилично выглядит, хорошо одет, а весь прямо исходится ядом, того и гляди, по бороде потечет. Нет, я так не могу... Подлетаю к блондинке, отпихивая парня. Гневный взгляд устремлен на него. У нас разница в росте тридцать сантиметров, если навскидку, но честное слово, мне насрать.
- Тебе стоит заткнуть свою пасть. Если бы ты пережил то, что пережила она, сейчас вообще бы в штаны наложил, - если бы взглядом можно было бы убивать, с таким количеством свидетелей вокруг, я бы уже завтра сидела в тюрьме. А он смотрит на меня непонимающе. Не только он, кстати. Еще парочка молодых людей удивленно вскидывают брови: не смотрят новости. Люди постарше выглядят пристыженными. Забыли, да?
- Авария в метро 31 марта. Куча раненых, куча мертвых, - подсказываю ему, всё такая же грозная, а вот у него спесивости убавляется. Люди теперь выглядят расстроенными и сочувствующими. - Ой, вот не надо, идите в жопу, - рычу, потому что от их смены настроения становится мерзко. Тяну девчонку за руку и мы успеваем выйти из вагона до того, как двери захлопываются. Подождем следующего поезда...
- Хэй, всё хорошо. Ничего страшного не происходит, мы в полной безопасности, - стою напротив неё, руками держусь за хрупкие, острые плечики. Стараюсь говорить уверенно и спокойно, внушить доверие, и к своему удивлению понимаю: работает. Даже на мне работает. Потому что мне самой не так страшно, как было пять минут назад.

+1

4

Иногда помощь приходит оттуда, откуда ее не ждешь. Моя попытка подняться увенчалась успехом, лишь благодаря одному человеку, который помог мне встать на ноги и который смог заткнуть людей. По крайней мере, смешки прекратились, а это уже что-то, да значит.
Когда тонике руки обхватили меня и понесли к выходу из вагона - в этот момент я плохо соображала, поэтому даже не пыталась вырваться, как обычно это происходило, если меня пытались каким-нибудь образом схватить. В этих прикосновениях не чувствовалось вражды и не было злого умысла. Почему? Я чувствовала это, да и если включить логику, то какая вражда может исходить от девушки, которая спасла меня от последующего позора. Кстати, это была девушка. Я поняла это, когда мы вместе вышли из вагона, тогда я наконец смогла взглянуть на нее. И внутри стало даже немного теплее от того, что помощь мне оказывает именно представитель женского пола, а не мужского.
- С...спасибо большое, - кое-как выдавливаю из себя я, - не знаю, что на меня нашло в тот момент. Сама от себя такого не ожидала.
Находятся силы изобразить на своем лице некое подобие слабой улыбки, но правда — та авария хоть и оставила свой след на моей психике, все-же спустя столько дней я не должна была так остро реагировать на все происходящее. На секунду мне показалось, что глаза начинают слезиться, и это было действительно так, только мне не хватало еще лить слезы и снова казаться слабой. Люди не любят, когда кто-то хнычет, плачет и ноет о своей якобы нелегкой жизни. И получиться не очень красиво, когда девушка меня спасая, пытается успокоить, а я начинаю реветь просто от того, что у меня нету сил бороться с этим страхом, который находится у меня в голове и который неплохо, кстати, прижился. Естественно это будет мне мешать в дальнейшем, и если я хочу жить нормально и больше так не позориться, придется избавляться от этого. Но как?
Поддержка со стороны других, поддержка со стороны тех, кто тоже пережил это, кто понимает меня — вот, что поможет. И сейчас, когда мы стояли вдвоем, я ощущала именно эту некую поддержку со стороны девушки, которая мне была так нужна еще с самого начала. Вот только этого я не понимала, а поняла только сейчас.
Действительно, когда ее слова донеслись до моих ушей, я перестала трястись, а сердце больше не прыгало в груди. Остался лишь небольшой осадок, в виде мокрых глаз и болезненного вида, но сейчас это казалось мелочью по сравнению с тем, что я чувствовала сидя в вагоне.
- Мне нечем Вас отблагодарить, разве только я могу отделаться искренним «спасибо», которое я уже говорила и готова сказать еще раз, - снова обращаюсь к ней, только в этот раз вглядываюсь в ее лицо и тут же понимаю, что девушка совсем молодая, как я, только может чуточку старше. Пожалуй, не стоило так официально к ней обращаться, но мое воспитание сыграло свою роль, поэтому у меня просто язык не поворачивался обращаться к незнакомому человеку на «ты».
- К слову, меня зовут Эльза, - склоняю голову на бок и снова устремляю взгляд на девушку. Она не походила на моих знакомых, которых я когда-либо знала и как мне показалось, ее слегка дерзкий вид и манеры заставляют приковывать взгляд. Насчет манер наверняка знать я не могла, но я была уверенна, что девушка не такой божий одуванчик, как я. Ее одежда, макияж — все это говорило о том, что она не из простых. И остается только удивляться, почему именно такая, как она, смогла обратить свое внимание на мою скромную персону, которая даже не была в состоянии подняться на ноги. Но если через пару минут мы расстанемся и каждый пойдет своей дорогой, я буду уверенна, что рано или поздно судьба сведет нас вновь, только ситуация будет совсем иная.

+1

5

Никогда не представляла себя в роли человека, который будет успокаивать другого. Как-то так вечно выходило, что другим приходилось меня успокаивать. Видимо, для того, чтобы сохранять хотя бы видимость душевного спокойствия в таких ситуациях, нужно много практики, а главное, нужно влипать в большое количество передряг. Но, кажется, я слишком много стала ныть о том, что с моей жизнь происходит какой-то пиздец. Надо прекращать...
Кажется, что первые несколько секунд она меня не слышит. Кажется, всё еще находится в шоковом состоянии. В глазах застыл испуг, вот-вот начнет плакать. Мысленно содрогаюсь: терпеть не могу утешать людей, если честно. Не очень хорошо у меня это получается, да и вообще... Вот она, причина, по которой я так старалась не смотреть в сторону блондинки в том вагоне, почему пыталась её игнорировать. Но вот не смогла сдержать внезапного благородного порыва и теперь вынуждена расплачиваться. Ладно, не умру же... Наверное.
- Шшш, только не плачь, не вздумай плакать, - улыбаюсь, но, если честно, немного побаиваюсь её слез. Слезы - это зло. У меня от чужих слез мозг атрофируется, я впадаю в жесткий ступор и не понимаю, как себя вести. Но девочка успокаивается, и это очень кстати. - Меня зовут Лола. И можешь звать меня на "ты", я еще, слава Богу, не такая старая, - ухмыляюсь, убирая руки с её плеч. Девчонка как будто успокоилась, но ведет себя несколько зажато и робко. Может быть, стесняется? Хотя да, будешь тут стесняться, когда падаешь от ужаса почти в обморок прямо в вагоне метро.
Подъезжает следующий поезд, а я отчего-то чувствую себя ответственной за эту блондиночку. Беру её за руку и завожу в вагон, подвожу к свободному месту и сама сажусь рядом, благо нам, таким мелким, не нужно много места. Не решаюсь ничего говорить ей. Уверена, что фразы типа "всё хорошо", "авария давно позади" и даже "ты в безопасности, такого больше не повторится" она слышала кучу раз. Уверена, потому что сама слышала их довольно часто, даже при том, что послала нахер психологов, которых нам назначили после аварии. Типа чтобы восстановить наше моральное состояние, но, блин, все эти фразы не помогают. Разумеется, я знаю, что авария позади и сейчас мне ничего не угрожает. Но я не виновата, что всё равно испытываю страх.
Не знаю, когда девочка покидает метро, я выхожу из вагона раньше неё. Оставшийся путь она выглядит напряженной, но едва ли более напряженной, чем я сама, или кто-то другой в этом треклятом метро, кто пережил тот день. Машу ей на прощанье рукой, а затем двери закрываются и поезд скрывается в тоннеле. Надеюсь, доедет хорошо. Кого-то мне напоминает...

20 апреля.

- Отъебись от меня, пожалуйста, - фишка в том, чтобы смотреть на журналиста и улыбаться максимально вежливо. Приносит моральное удовлетворение наблюдать за тем, как губы мужика или бабы складываются в гармошку от недовольства. Но, к сожалению, это не помогает. Не понимаю, как живут знаменитости с таким бесконечным давлением со стороны прессы... Я всего лишь попала к гребанную аварию и выжила, а ощущение такое, будто телезвезда. Хотя бы раз в день ко мне привяжется какой-нибудь мудак с диктофоном и будет преследовать, уговаривая рассказать, как всё было. А я не хочу. Удивительно, да? Не хочу рассказывать о ночи, в которой едва не погибла сама, едва не погибли мои друзья, в которой я пережила едва ли не самые страшные минуты в своей жизни. Я даже вспоминать об этом не хочу, а рассказывать - тем более.
Сегодняшняя журналистка была особенно настырной. Ходит за мной с самого утра и канючит. Видимо, какая-то неудачница, раз ей больше заняться нечем. Пытаюсь игнорировать, но её присутствие действует мне на нервы. Иду по улице, а она плетется следом. Измором берет, что ли?
В голову приходит идея. Начинается сеть переулков, которые я знаю... ну, прилично. Если свернуть вот тут и пробежаться, то можно спрятаться и оторваться. Пиздец, рассуждаю как какой-то заяц, которого загнали в угол охотники. И всё же... Наряю в узкий вонючий переулок и прибавляю шагу. Быстро-быстро, почти сбиваясь на бег. Сумка с учебниками бьет по ногам сзади, но ради свободны можно и потерпеть. Постоянно оглядываюсь, не идет ли следом, как далеко она? Совершенно не смотрю под ноги и вперед...

+1

6

Свалилось ЭТО на меня внезапно. Как первый снег или летний дождь: в одночасье и абсолютно непредсказуемо. Я говорю о славе, если подобное можно назвать таковым, которая обрушилась на всех пострадавших в той аварии словно огромная волна. Бесконечные вопросы, вспышки камер — все это, казалось, ушло в первую неделю после трагедии, но я ошибалась.
Прошло три дня после того случая в метро, когда я в панике, одержимая страхом начала вытворяться то, что не поддавалось моему объяснению. С точки зрения какого-нибудь психолога: это было вполне нормальная реакция для человека, который пережил то, что пережила я. Но для меня это было неописуемо, такого я никогда не испытывала и поэтому, придя домой и плюхнувшись на кровать долго размышляла и думала об этом случае, и не заметила, как прошло несколько часов...
О девушке по имени Лола я не забыла. Признаться, ее поступок наложил свой отпечаток на меня. Он не был заметен, но все же он присутствовал. И радовал тот факт, что все же есть люди с добрым сердцем или, хотя бы с каплей сострадания, готовые прийти на помощь в случае чего. Это по-настоящему грело мне сердце.
И так, сегодня было двадцатое апреля. Он был теплым и солнечным, улыбка не сползала с лиц людей, что порядком раздражало. И я была вполне вменяема, пока не встретила рыжеволосую особу, которая, по своей специальности, любила совать нос в чужие дела. Дел то у меня никаких не было, но вот в жизнь мою, она свой нос сунула и начала нагло задавать вопросы, не беспокоясь о том, что это может здорово расшатать мои и без того нестойкие нервишки.
- На ваши вопросы отвечать не собираюсь и вообще, у меня дела. Всего доброго! - я кое-как отмахнулась и побрела прочь. Чего скрывать, я вообще растерялась и даже если у меня было бы желание ответить на ее вопросы и дать своеобразное интервью, то ничего от такой растерянности я бы сказать не смогла. Разве только промычать что-то невнятное, но снова выставлять себя глупой у меня в планы не входило.
Отделавшись от журналистки меня не покидало странное ощущение, будто это не последняя ее попытка подкараулить меня и задать свои раздражающие вопросы. Но очень быстро я пришла к выводу, что наша встреча чистая случайность и тот факт, что она узнала меня среди десяток людей, тоже кажется чистым совпадением. Избавившись от странного чувства, которое меня тяготило я направилась туда, куда и шла — в магазин. Накупив сухой лапшы, яблок и яиц, я довольная вышла из здания, как мой взгляд снова натыкается на знакомую рыжую шевелюру и я останавливаюсь на месте, стою словно столб и не могу отвести взгляд. Она или не она? Бежать или пройти мимо?
Ее глаза встречаются с моими и девушка, в отличии от меня не теряется и сразу идет по направлению ко мне. Ругая себя за собственную тупость, быстро спускаюсь по лестнице и вслед слышу громкое: - Мисс, постойте!.
- Еще чего! - бурчу под нос и стараюсь быстрее передвигать ногами, дабы избавиться от журналистки снова.
Рыжая копна волос то и дело бросалась в глаза, как только я оборачивалась, и мне ничего другого не оставалась, кроме как проклинать себя, да и вообще весь день. Преследователи перешли на бег и уже вместо женского голоса в спину кричал мужской с просьбой остановиться.
- Избавьте меня от своих дурацких вопросов!
Уже и я перехожу на бег, теряюсь среди толпы и заворачиваю непонятно куда, в надежде потом выйти и пойти туда, куда мне нужно. Бег не прекращаю, продолжаю оборачиваться и, в очередной раз завернув и повернув голову резко натыкаюсь на что-то или кого-то, больно ударяюсь лбом и руки невольно отпускают пакет с едой.
Очнувшись от удара, наблюдаю такую картину: на грязном асфальте пакет, откуда вывалились яблоки и яйца, видимо побитые, напротив стояла девушка, точнее она двигалась, а не стояла.
- Господи, куда я неслась...прошу простить меня, вам помочь чем-нибудь? Блин, да какая же я все-таки...стоп. Лола? Это...это ты?
Бац. Какой неожиданный поворот.
- Глазам не верю...- в растерянности дотрагиваюсь до ушибленного лба и смотрю на девушку, будто увидела призрака. Такой встречи я уж точно не желала, тем более при таких обстоятельствах...

+1

7

Интересно, где вообще набирают журналистов? В смысле, это какой же склад характера нужно иметь. С одной стороны, можно было бы обвинить журналистов в тупости, мол, лезут к людям, когда те еще не отошли от шока и очевидно не хотят давать интервью. Но с другой стороны, им нужны свежие впечатления и действительно сильные эмоции. Через месяц другой эмоции утихнут, я бы смогла дать интервью, но тогда никому уже будет интересно - раз, рассказ выйдет не такой захватывающий - два. Получается, что подобные журналисты  - своего рода садисты. Сцапать человека в цепкие лапки, и тыкать острыми предметами в раны, которые только-только покрылись коркой крови. И то, не факт, может и не покрылись вовсе...
Интересно, а есть какая-то специальная профессия? Ну типа, попадать во всякие такие ситуации специально, но быть готовыми к ним, и затем уже на следующий день давать душещипательные интервью? Если и есть такая профессия, её представители, наверное, долго не живут...

Краем уха я слышу где-то в переулке, впереди себя, шаги. Но я почему-то решаю, что это всего-лишь эхо моих собственных шагов. Не так давно был дождь, в переулке до сих пор не высохли лужи, и у меня такое совершенно нелогичное ощущение, что из-за этого в узком безлюдном пространстве должно быть эхо.
Но не тут-то было... Эхо оказывается шагами самого обычного, совершенно нематериального человека. Девушки, с которой судьба меня сводит уже третий раз в одном месте.
Поворачиваю голову и смотрю вперед уже слишком поздно для того, чтобы затормозить. На полном ходу влетаю в девчонку, чья скорость даже выше моей. Мы ударяемся лбами довольно сильно, так, что я шиплю и несколько секунд держусь за голову, прикрыв глаза. В голове звенит и мозги как будто начали вибрировать. - Блин, что за... - успеваю произнесте прежде, чем открываю глаза. А когда открываю, забываю, что хотела сказать, и остается только одинокое: - Ой.
Хмурюсь, выискивая в голове имя блондинистой девушки. Так уж вышло, что природа наградила меня божественной памятью на лица: я практически никогда их не забываю. Но вот памяти на имена мне из-за этого, видимо, отсыпали поменьше, так что вспомнить имя - довольно сложно. Пока девчонка оправдывается и извиняется, я тру место ушиба и напряженно думаю.
- М-м-м... Элайза, да? Ой, прости, Эльза, - всё еще несколько пришибленно произношу я. Честно говоря, нормальное поведение в такой ситуации для меня - что-то новенькое? Обычно я начинаю наезжать на людей, злиться, потому что больно, и советовать им разуть глаза, пускай даже на мне лежит 50% вины.
- Это довольно странно, - растерянно улыбаюсь, а затем даю себе команду не стоять столбом, а наклониться и помочь собирать продукты. - Что ты собралась готовить? Шарлотку? - спрашиваю невпопад, и наверняка задаю странные для такой ситуации вопросы. Всему виной неожиданности, растерянность и...

Рыжая журналистка догоняет нас и прямо-таки светится от счастья. - Девушки! Так вы знакомы! Вы познакомились во время катастрофы? Возможно, помогли друг другу и только поэтому спаслись! Ох, вот это история! - звучит мне в спину, и я даже из положения сидя, задом к рыжей могу чувствовать флюиды восторга. А мне как раз хочется на кого-то наорать...
Резко поднимаю на ноги и делаю шаг к настырной стерве. Вид у меня сейчас, по моим предположениям, очень грозный и злобный.
- Слушай, я тебе уже сказала сегодня, кажется, чтобы ты съебалась и перестала действовать на нервы? Я не собираюсь ничего тебе рассказывать, - подхожу совсем близко, тычу в девушку пальцем и продолжаю напирать, от чего она даже делает шаг назад. - А если бы даже решила рассказать, то из вредности пошла бы к другому журналисту. Поэтому, вся история нашего выживания - не твоё собачье дело, и если еще раз тебя увижу, у меня есть знакомые, накатаю заявку, что ты меня преследуешь!
Кажется, сработало. Рыжая кривит морду, несколько секунд топчется на одном месте, а затем разворачивается и, аллилуйя, уходит. Я поворачиваюсь к ней спиной и выдыхаю, сердце от злости бешено стучит в груди.
- Словами не описать, как она меня бесит... Тебе помочь?

+1

8

Я собиралась ей сказать, что не очень люблю шарлотку и купила эти продукты чисто про запас, но не успела, нам помешала та самая надоедливая мисс.
На самом деле, мне было слегка трудновато соображать в тот момент. И когда журналистка развернулась и ушла прочь вместе со своим сопровождающим, который недавно кричал мне вслед, я ничего толком не поняла. Стояла еще секунд пятнадцать, тупо глядя на рыжеволосую голову, постепенно отдаляющуюся от меня и одновременно, вполуха, прислушивалась к разговору Лолы. Кажется, так звали эту девушку.
- Как-то быстро она отстала от нас, тебе не кажется?- смотрю на Лолу, приподнимая бровь.- О, да пожалуй, помощь не помешает. Наверное, будет лучше, если мы выйдем со стороны, откуда ты появилась. Она пошла в другом направлении, вдруг будет нас ждать.
И если мое предположение и было глупым, то подстраховаться все равно не помешает. Мне не хотелось потом поодиночке убегать от этих журналистов, с Лолой мне было как-то спокойнее.
Забавно вышло, что мы встретились снова. Я даже особо не надеялась на это, но как видно, все сложилось практически удачно. Когда мы шли вдоль улочки, я украдкой поглядывала на нее, с неким интересом, возможно любопытством. Этот человек стал мне приятен, но это только потому, что она смогла спасти меня от позора тогда в метро. А так, я бы никогда не подпустила Лолу близко к себе, к своей душе, хотя более чем уверена- ей это и не надо. Кажется, одним своим видом, присутствием, вокруг нее собирается некая энергия и это говорит о том, что спокойно тебе посидеть не получиться. Да и вообще, чтобы ты не задумал, о спокойствии и умиротворении можно на время и позабыть. Но сейчас, именно мне и именно в этот момент мне было спокойно рядом с ней.
Наши взгляды встретились, и я смущенно отвела глаза, мне было по правде неловко. Сама не люблю, когда кто-то разглядывает меня, будто я товар, который хотят продать, но сама в свою очередь смотрю и разглядываю девушку, не понимая как такая, как ОНА смогла проявить милосердие по отношению ко мне. Может быть, если бы ее тогда не было в тот день икс, когда случилась катастрофа, Лола не повела даже и пальцем. Хотя кто знает, разве я могу отвечать за ее действия?
- И давно тебя пресса преследует? – спросила я первое, что пришло в голову, лишь бы она не заметила моей неловкости.- Я вообще надеялась, что нас оставят в покое и не будут трогать.
Мы вышли на открытое пространство, где было куча народу. В такой толпе нас точно потеряют. Лола шла со мной рядом, а я все еще дивилась, как так нас свела судьба уже в третий раз. Ведь мы, по сути, два разных человека и нас объединяет лишь общий эпизод в нашей жизни. Приставучая журналистка с каждой минутой выветривалась у меня из головы и, минут через десять нашей ходьбы по улицам Сакраменто, она объявилась снова, только на этот раз, ведя с собой блондинку.
- Еще одна что ли? – мне пришлось остановиться и вглядываться в две светлые головы, которые маячили перед глазами. Неужели никто нас не понял? Мы ведь ясно давали понять, что никакого интервью не будет! Господи, что за день…
- Они либо идут по своим делам, либо за нами. Твои варианты?
И правда. Две девушки остановились, как и мы, глядя вперед. Блондинка повертела головой, а потом указала пальцем прямо на нас, одновременно что-то спрашивая у своей знакомой. И тут я поняла, что, скорее всего нам снова придется уходить от журналистов, только в этот раз за нами будут гоняться две очень и очень надоедливые дамы, а оператор, который обычно все время маячиться где-то позади, будет еле за нами поспевать.
Я чувствовала, как во мне пробуждается злоба, злоба на себя, в плане, что надо было все-таки выйти через другой путь и злоба на этих двух куриц, которые не могут оставить двух, когда-то пострадавших девушек в покое. Я выругалась сквозь зубы, едва слышно и потом вниматльно посмотрела на Лолу. Мне казалось, что она найдет выход. Всегда. И в тайне надеялась, что в этот раз она не оставит меня одну на растерзание.

+1

9

- Нет, не кажется. Это в её интересах, потому что у меня действительно есть знакомые, а она конкретно так достала, - несколько зло произношу я, рукой приглаживая волосы. Ну, если вот так сразу, навскидку, то не помню я никаких знакомых. Но за свой год в Сакраменто, с болезненной тягой к приключениям и периодическим попаданием в разной глубины задницы, я обзавелась таким количеством самых разных знакомых, что при желании смогу найти кого-то более менее полезного.
Присаживаю на корточки, помогая девушке собрать её продукты, и только теперь позволяю себе как следует удивиться. Сакраменто - действительно удивительный город. Иногда кажется, что население в 500 тысяч человек - это просто цифры, которые не обозначают ровным счетом ничего. Потому что почти ежедневно встречаешь знакомых людей. Иногда даже, с такими промежутками.
Невольно улыбаюсь. У меня не очень много подруг, не больше трех, я думаю, и когда девушки моего возраста, одни и те же, встречаются мне так часто... Будто бы сама Вселенная делает нам намеки. Очень жирные намеки. В прошлый раз мы с Эльзой разбежались, не перекинувшись даже парой фраз. В этот раз мне уже не хочется убегать так стремительно. И дело даже не в том, что я никуда не тороплюсь...
- Да, давай, - я забываю о настырной журналистке в тот же момент, когда она пропадает из моего поля зрения, но не хочется лишний раз искушать судьбу, и если есть шанс сократить возможность нашей повторной встречи, я, блин, непременно им воспользуюсь.

Мы выходим из переулка и я опасливо оглядываюсь, внимательно обвожу взглядом всю улицу. Но рыжей шевелюры нигде не видно, слава Богу, такой яркий цвет волос не дает ей потеряться в толпе. Ну разве что шапку оденет, или кепку... Но какой толк тупо нас преследовать, если мы не собираемся ничего ей рассказывать.
Идем рядом, и я сама не понимаю даже, куда мы идем. Знакомства на улице для меня не в диковинку. Люди в Калифорнии намного более дружелюбны, чем в Нью-Йорке, в котором я прожила почти всю свою жизнь. Знакомство можно было завести где угодно, хоть в магазине, просто разговорившись в очереди. Проходит всего полчаса, и вот вы уже собираетесь в гости к человеку, которого только что узнали.
Блондиночка косится на меня, а когда мы встречаемся взглядами, смущается и отводит глаза. Она кажется мне очень милой, и теперь я понимаю, что она, должно быть, все-таки младше меня. Совсем на чуть-чуть... Не знаю почему, может из-за того, что случилось в метро, но я ощущаю себя рядом с ней, как старшая сестра, долгом и обязанностью которой является оберегать и опекать.
- Сразу после метро. Думаю, как и тебя. Они в край обнаглели. Только выбрались из подземки, поехали в больницу, моя подруга была сильно ранена, и стоило выйти из больницы, чтобы покурить, как они налетели со своими блокнотами и микрофонами. Ужасно злит. Меня всю трясет, я до сих пор в себя не пришла и они... - в таких ситуациях мне нравится разговаривать. Я прямо ощущаю, как неловкость отступает, а ледяные стены между людьми опадают и превращаются в воду.
Останавливаюсь и растерянно гляжу на двух девушек, причем лицо одной мне до омерзительности знакомо. Даже не знаю... В данном случае, наглость - это диагноз? Или все-таки тупость?
- Ты знаешь? Тут совсем недалеко мой дом. Не хочешь зайти? Сейчас свернем вот сюда, и будем просто идти, не обращать на них внимание. Может игнорить - единственный действенный метод. И у меня есть яйца, кстати. Можешь взять мои, раз твои разбились, или вообще сбацать, что хотела, - вот о чем я говорю, это заразно. Я уже тоже приглашаю незнакомых людей к себе в квартиру.
Не дожидаясь ответа, хватаю Эльзу за руку и сворачиваю вместе с ней с новый переулок, на этот раз совершенно обычный, приличный, какой бывает между домами. Мы доходи по конца переулка, и когда оглядываемся, видим, что девушки следуют за нами. - Надеюсь, они не будут ждать под окнами, пока ты уйдешь... Это будет совсем пиздец. Я наверное в полицию позвоню, если так.

Чуть меньше десяти минут быстрым шагом, во время которых нас постоянно окликали, а один раз даже пытались догнать. Крепче сжимаю руку Эльзы, потому что всё происходящее действует на нервы. Я чувствую себя загнанным зверем, жертвой, и мне это совсем не нравится. Мне тоже нужна поддержка.
Захлопываю дверь с явным облегчением, и даже оседаю на подставку на обуви, понимая, что у меня вспотели ладошки, и вообще я как-то чересчур разволновалась. - Ненавижу такое... Выбивает из колеи, - внимательно смотрю на Эльзу и надеюсь, что она не против посещения моей квартиры. - Ну, типа, чувствуй себя как дома, всё равно какое-то время мы тут пленницы.
И резко, без особого перехода, ору на всю квартиру: - Иса! Иса, ты дома? - прислушиваюсь, но в квартире абсолютно тихо. - Подруга, мы вместе живем. Не дома, - поясняю, улыбаясь.

фотки, если интересно))

http://sh.uploads.ru/RjZuJ.jpg - гостиная
http://sh.uploads.ru/iF7Qp.jpg - гостиная/кухня
http://sg.uploads.ru/nM3Tr.jpg - кухня
http://sg.uploads.ru/UbG5o.jpg - гостиная
http://sg.uploads.ru/14j9P.jpg - кухня
http://sg.uploads.ru/xq6sY.jpg - спальня
http://sg.uploads.ru/UMWpJ.jpg - кухня
http://sh.uploads.ru/YfTOg.jpg - столовая
http://sh.uploads.ru/e1o3t.jpg - кухня
http://sg.uploads.ru/ln0TZ.jpg - вход
http://sg.uploads.ru/hZfYn.jpg - ванная

+1

10

Лола в моих глазах была тем человеком, который всегда берет инициативу в свои руки. Мне даже на секунду показалось, что по сравнению с ней я кажусь бесхребетной девчонкой, не умеющая  постоять за себя, принимать решения в особо критических ситуациях и так далее и тому подобное. Но, к чему это все? В такие моменты, как сейчас, когда она молча взяла малознакомую девчонку за руку и повела к себе домой, Лола была похожа на мою старшую сестру Алису, только Лола была смелее, гораздо смелее и безбашеннее.

Я жутко тупила, находясь рядом с ней, от чего, наверное, казалось полной дурочкой. Да и вообще, где такое видано, чтобы меня незнакомый человек хватал за руку и уводил к себе домой? Вдруг она маньячка?
От собственных глупых мыслей усмехнулась сама себе. Надо же такое подумать, после того, что она сделала для меня тогда, в метро.…На маньячку она была похожа точно так же, как я на королевскую особу (то есть, не похожа вообще). И все эти никому ненужные, глупые и просто абсурдные мысли стоило выбросить из головы, но блин, почему я не могла это сделать? Ведь вся ситуация была настолько странной, что я даже не знала, стоит ли мне принимать своеобразную помощь от нее или нет? В чем подвох?
Видите ли, я не особо верю людям. Точнее, не верю им  вообще. Иногда даже на собственную сестру смотрю с подозрением, мне постоянно казалось, что кто-то рано или поздно выкинет какую-нибудь подлянку. А это не очень приятно, особенно когда это делают ради тупой шутки, которая понятна только им самим. Но я надеялась, что у девушки не было такого умысла.
После того случая, когда Лола заступилась за меня, во мне будто что-то изменилось, относительно собственных понятий. Захотелось верить, захотелось узнать получше, что, кстати, расходится с моим внутренним Я. Не такой я человек по натуре. Не люблю случайные знакомства, это обычно приводит к определенным последствиям, по себе знаю. Но вот что-то все равно переклинило, и я спокойно отреагировала на ее жест и даже пошла следом!
- Да ладно, без яиц обойдусь, - отвечаю я, все еще продолжая идти следом, - а может не надо в полицию? Я уверена, что они увидят, как мы зашли в дом и отстанут. А если не отстанут, то им это надоест и они уйдут спустя минут десять. Не дуры же, сами, наверное, поймут, что полицию вызвать можем, а кому сейчас нужны лишние проблемы? Хотя, может и дуры…кто их знает. – последнее предложение проговариваю себе под нос, не зная, услышала ли это Лола или нет, но, судя потому, как она все еще шла вперед, значит, не услышала. И к лучшему.

Когда я перешагнула порог, очутившись в квартире, то остановилась и как истукан смотрела по сторонам. Заметив это, Лола сказала, что я могу чувствовать себя как дома, но я сомневаюсь, что мне будет позволено с разбегу плюхнуться на диван и лежать в позе звезды. Или хотя бы пытаться так устроиться.
Не было тут мраморных полов, не весели на потолке декоративные люстры и не стояли вдоль коридора мрачные статуи.  И шикарной отделки тут тоже не было, но это в данный момент было не важно. Я не ожидала увидеть роскошные апартаменты, но увиденное меня привело в приятное удивление.  Сама квартира не была такой большой, чтобы тут можно было устраивать вечеринки, как в фильме «project x», но была слишком уютной для меня. Везде присутствовал белый цвет, я люблю белый.
- Всегда мечтала иметь квартиру, выполненную в таком стиле, - как-то задумчиво произнесла я, проходя дальше.

Кто бы мог подумать, что судьба сведет меня с ней. Совсем недавно я не знала ее в лицо, потом мы пересеклись в метро, потом снова и снова, и вот, я уже сижу у нее в квартире, пью теплый чай и улыбаюсь ее рассказам о своей жизни. Мысленно я велела себе уйти отсюда спустя пятнадцать минут после моего прибытия сюда, но я осталась. И даже более того, уходить мне совершенно не хотелось, хотя прошло уже достаточно времени. Как это объяснить? Взаимная симпатия друг к другу или просто общая беда в виде журналисток объединила нас?  Не знаю. Но я знала одно – рядом с ней мне было спокойно, тепло и уютно. Словно, сейчас рядом со мной сидела не девушка, которая некоторое время назад спасла меня от очередного позора, а сестра, которую я давно не видела, но по которой очень скучала.

Как бы я не хотела, но надо было вовремя "остановиться" и уйти. Я сама не люблю, когда кто-то долго засиживается, даже если это хороший знакомый. Моя обитель была только для меня и моей семьи, но не для чужих людей. Для этой девушки я была чужой, никто не сомневался. Я и так чувствовала неловкость от того, что ей приходиться вести незнакомку (то бишь меня) к себе домой, так я еще и засиделась.

- Спасибо тебе Лола, за все, что ты сделала для меня, - я встаю с дивана и протягиваю ей уже пустую чашку из под чая, - за то, что помогла мне тогда, в метро, за то, что скрыла меня в своей квартире, - тут я невольно улыбнулась, - и за то, что напоила таким вкусным чаем. Ты правда хорошая, побольше бы таких людей, как ты и тогда мир стал бы чуточку лучше.

На этой ноте я заканчиваю и поддаюсь вперед, чтобы заключить эту самую спасительницу в объятия. Я правда была ей благодарна, вот только не могла я выразить свою благодарность как-то по-особенному. Даже какие-нибудь замысловатые и красивые слова не лезли в голову, но, думаю моих слов было достаточно для нас обеих.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » последствия.