Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » такую личную неприязнь я испытываю к потерпевшему, что кушать не могу


такую личную неприязнь я испытываю к потерпевшему, что кушать не могу

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://savepic.net/6915064.png

Emilia and Marcus
декабрь 2014
Неприятности продолжаются, и вопрос, закончатся ли, если же кое-кто не слетит с небес и не снимет свои розовые очки. Впрочем всегда найдутся те, что с радостью сделают это за тебя...

+1

2

Thousand Foot Krutch - War of Change

Зима никогда не была моим временем года, впрочем лучшим вопросом было: есть ли у меня хоть одно время, хоть одна фаза что приносит счастье. Бываю ли я довольна хоть когда-то? Честно сказать, редко. Может мне и правда невозможно угодить, может я действительно неблагодарная, поверьте, этот эпитет за свою жизнь мне приходилось слышать много раз, и как бы я не пыталась себя оправдать и в своих, и в чужих глазах, не выходило. Очередной тупик, резкий поворот чуть не оканчивающийся кабально - вот на что похожи мои витки жизни, и я правда не знаю как с этим бороться.
И раньше я постоянно жаловалась, говорила что моя жизнь ужасна, но в те моменты, возможно все было не так уж и плохо. А вот сейчас, эта фаза действительно наступила. Цитируя русского поэта Лермонтова «и некому руку подать в минуту душевной невзгоды», вот так оно и было как-то у меня. Нет никого и ничего. И как я уже говорила, поры бы уже наверное привыкнуть к тому что рано или поздно я должна остаться одна, потому что так всегда оказывается. Наверное, этот момент уже наступил.
Не прошло и недели на моем новом рабочем месте, а честно сказать, мне уже тошно. Я начинала с радио, и дело совсем не в этом, эта работа интересна, и сложнее чем работа на телевидении, и честно сказать, куда легче иметь красивую мордочку, которая у меня все таки была, нежели говорить так чтобы слушатели чувствовали твою харизму и проявляли к тебе интерес, чтобы ты был со слушателем на одной волне. Боюсь, что это у меня не так удачно выходит, ведь я же презираю людей и все такое, вечный сноб. Впрочем и не такие как я проходили по жизни, но тут было еще кое что другое - меня не покидало такое чувство что после этого инцидента с дрянью Грейсон, на моем лбу словно стояла красная отметка. Я суетливая, даже слишком, хоть стараюсь этого не показывать, но знаете вечные взгляды и шептания за собственной спиной, невозможно не замечать. А что я собственно сделала? Ответила хамоватой девчонке, которая начала наступать на больное, дергать за те ниточки души, что были так хрупки, чуть не разорвавшимся, но так умело спрятанными. Мне хватит этих скелетов и монстров прошлого, что все время так и падают на меня, выскакивают из шкафов и подворотней, но почему, почему, на этот раз ценой всему стала моя работа? Я любила телевидение а телевидение любило меня, у нас были взаимные отношения. И все коту под хвост из-за одной дрянной девки и... на самом деле меня, что просто стала слишком слабой. Мне уже 25, возможно не такой уж это и возраст, но я не так много постигла чтобы так просто быть отброшенной назад. А сейчас было лишь только чувство что меня опустили на 1000 шагов назад. Отношения с людьми разумеется не заладились, в первый же день я поругалась вдрызг с этой испанкой, как же ее, Магдалена? Впрочем, неважно, но что-то на М, наверное?
Конкуренция на радио такая же большая как и на телевидении, ведь все это по сути, одно и то же, просто другая упаковка, а так все кто здесь собрался - журналисты, а мы особенный слой. Как я уже успела заметить, даже за эту неделю, у них тут сплоченный коллектив и я знала что так оно и будет, ведь мы то по сути делали тоже самое на телевидении, даже когда приходили молодые стажеры. И на меня смотрели косо, так же как и я когда-то, все видимо в жизни возвращается бумерангом, и я в этом убеждалась не сотни а тысячи раз, но видимо, в моей голове так мало серого вещества, что мне всякий раз нужно ударятся о грабли.
Прохладное утро и типичные пробки Сакраменто - самое нормальное, самое типичное начало дня. Не выспалась, не успела позавтракать и выпить первую чашку кофе, голова разрывается. Картофелины под глазами что замазаны толстым слоем замазки - по сути к этим всем моментам мне не привыкать, стресс он всегда был вечным присуствующим в моей жизни, но просто сейчас все налепилось в один ком...
Сейчас 9 утра, и я уже опоздала на начало прямого утреннего включения, на которое меня внезапно поставили (и сообщили мне об этом вчера вечером, интересно, да) и которое я должна делить с еще одним ведущим. Кажется, это какой-то парень, я лишь сумела разглядеть и (внезапно! даже для самой себя) запомнить имя с таблички - Маркус Фелан. Доехав до станции, я быстро паркуюсь, беру свои вещи и бегу в станцию. Опаздывала я раньше редко, но вот в последнее время, кажется это станет моей маркой...

Отредактировано Emilia Tyrell (2015-06-05 04:40:48)

+1

3

Маркус очень любил свою работу. Очень. Всё в ней хорошо. Разве что кроме утренних эфиров, которые всегда такие ранние, что после них сложно чувствовать себя человеком. Это как если бы ты был наполовину выжатым лимоном, которого в девять утра дожимают до последней капли, не смотря на то, что впереди еще целый день. А Маркус привык всегда выкладываться на полную, поскольку это дело принципа. Хотя не раз уже говорил руководству, что пользы от него куда больше в вечерних эфирах, и чтоб утренние оставили живчику Магдалене. Но сегодня был другой случай.
Сегодня ему светит провести в редакции весь день. И, скорее всего, домой он вернется около полуночи, если все же решит дотащиться до дома раньше, а не заехать в какой-нибудь бар и позволить своим мозгам, душе и телу отдохнуть. Конечно, он не будет все тринадцать часов в эфире – свободное время между программами у него будет полно. Но, скорее всего, оно все уйдет на дебаты с начальством – Фэлан решительно настроен дать им понять, что даже предстоящие праздники не повод накидывать на него узды и ездить на нем, как на оленях Санты. У него, черт возьми, вчера был вечерний эфир! Даже положенных здоровых восьми часов сна не набралось. Он, конечно, не телевизионщик, но чувствовать себя здоровым и прилично выглядеть ему хотелось бы тоже.
Кстати, о телевизионщиках.
Неспроста Фэлан сегодня на утреннем эфире. Неспроста на его долю выпало это бремя. Этот эфир обещал быть непростым из-за его новой коллеги – скандальной красотки с телевидения, Эмилией. Честно признаться, сам Марк тот славный и нашумевший эфир не видел – был занят как раз таки в рубке. Но после был наслышан о произошедшем – добрые и любящие поговорить коллеги, с радостью поделились этой новостью. Было забавно, конечно, но ровно до того момента, когда объявили о ее появлении на их радиостанции. Не сложно догадаться, какую реакцию вызывала эта новость. Не сложно догадаться, что обо всем этом думал Маркус. Всё выглядело более, чем прозаично: скандальную журналистку выпихивают с главного рейтиного проекта телевидения Сакраменто и она перебирается на радио. Заметен эффект как бы понижения? Чертов стереотип всегда злил Фэлана, не только по факту своего существования, но и потому, что он сам думает так же. Только в ином направлении – что телевидение есть карьерный рост. И не смотря на его любовь к радио, запретить себе мечтать оказаться в кадре он не в силах.
И вот к ним на радиостанцию должна прийти она – ту, которую сослали в ссылку на эфирные и не картинковые просторы, где показать себя можешь, разве что, своей речью, голосом, и личностью. Уж где-где, а именно на радио можно действительно узнать, что представляет из себя человек. Маркус сомневался, что эта девушка его покорит. Он даже заранее был уверен, что радио – это не для нее. И был более чем уверен, что надолго она здесь не останется. Ему бы этого хотелось, уже до знакомства.
Он приехал за сорок минут до эфира – как раз будет время хотя бы немного побеседовать с новоиспеченной коллегой и, может быть, дать пару советов. Например, ни в коем случае не тянуть свои наманикюренные пальчики к его пульту, и только из соображений безопасности тех самых пальчиков. Сорванный эфир он никому не простит. Зайдя в рубку он обнаружил, что никого не обнаружил. Эмилии еще нет.
- Ну, что ж, время еще есть. – С этой мыслью, Марк закинул вещи на стул, и пошел поздороваться с коллегами. Он успел поговорить почти со всеми, выпить несколько чашек кофе и принести воды в студию, накидать список тем, на которые они могли бы поговорить, дабы в студии не воцарилась тишина, губительная для прямого эфира. Он даже высыпал на тарелку маленькие зефирки, на случай, если его коллега начнет мычать и растягивать слова – ей придется либо молчать и есть, либо ему в нее ими кидаться. Он еще не решил, как будет лучше.
За десять минут до эфира Маркус уже сидел перед микрофоном и злобно смотрел на дверь. Очевидная мысль Где ее черти носят?! читалась в его взгляде, была заметна в образовавшейся между бровями морщинке, слышалась в ритме, который отбивали его нетерпеливые пальцы. Скандальной дамочки не оказалось и спустя пять минут. И она не явилась даже тогда, когда эфир уже начался.
- Доброе утро, Сакраменто! Сегодня утром у микрофона неожиданным образом оказался я – Маркус Фэлан. А это значит, что в ближайшие несколько часов мы поговорим с вами не только о пробках на дорогах и о том, как рано начинается рабочий день, но и составим список подарков, которые вы бы не хотели получить на Рождество. Звоните в студию и делитесь своими мыслями. Бодрее, Сакраменто! Выходные уже скоро. – Плавно переключив на пульте фэйдеры, выводя в эфир музыку, Марк раздраженно закидывает в рот зефир и сдерживает возглас, полный сарказма, когда дверь открывается и на пороге появляется она. Он опускает наушники на шею, дабы не перекрикивать музыку.
- Я даже не буду спрашивать, знаешь ли ты про такую вещь, как часы. Но ты опоздала. Эфир идет. Распахивать дверь надо тише. Особенно в свой первый день. – Голос максимально равнодушен, но с нотками раздражения - Фэлан даже не разочарован, ведь он от нее в принципе ничего не ожидал. Но он ненавидит, когда люди опаздывают. Он надевает обратно наушники, кивая Эмили на микрофон напротив, приглашая ее поторопиться и наконец-то взяться за работу.

Отредактировано Marcus Phelan (2015-06-03 01:32:49)

+1

4

Иногда, мне начинало казаться, что все, что происходит - это даже не злой рок, и уж тем более не случайность. Что даже дело не в моей нефартовости а просто, вселенная начинала мне уже слать знаки остановиться. Наверное, жизнь не любит тех кому дает столько шансов исправиться, стать лучше, а тот эти шансы никак не использует. Но, я пыталась, серьезно, правда пыталась, только вот почему никто в это не верит?
Знаете, странные какие-то чувства таились внутри. Я отлично знаю, что в некоторых аспектах жизни я вышла лишь только злодейкой, и никак иначе, но неужели это заслуживает таких лишений. Неужели, за свою гордость, лишь только за то, что я вступилась за себя, я заслуживала того чтобы остаться без любимой работы? А может, все это просто накапливалось в моей жизненной копилке грехов уж слишком долго? Наверное, так и было. Как бы там оно не было, перепалка с Отэм действительно вышла эпичной - с таким прям бери и прямиком в реалити-шоу, уверена, что если бы сейчас запускали очередную версию «Дома 2», то нас бы наверняка туда позвали, еще бы и гонорар в двойную цифру начислили. Удивительно, что же нравится людям, во что же превратилось современное телевидение. Я не говорю что то, что я сделала, можно оправдать, нет, мне поймали на живое, на моей самой большой слабости в жизни, обычно я ловила людей на их таких моментах, за мою четырехлетнюю карьеру было пару моментов когда приходилось даже перебивать интервью. Телевидение и эмоции - вещи абсолютно несовместимые, потому что телевидение это лишь обложка того что есть. С моим характером, четыре года это не так уж и плохо. Очень хорошо помню случай у школьного психолога в выпускном классе, когда я разрыдалась у нее прямо в кабинете, потому что женщина мне напрямую сказала, спустя короткий разговор, что у меня конкретные проблемы с собой и со всеми, пусть я их и пытаюсь скрыть. Именно поэтому эта работа журналиста-репортера и была хороша для меня, была моей, потому что по сути, там никогда не требовался смысл. То, что я делала, так это выглядела красиво каждый день и болтала красивые слова в микрофон, чуть немного приукрашивая их смыслом, там где это было нужно. Вот и все, вот что было моей работой, впрочем, на удивление у меня были хорошие отношения с нашей группой, наверное эти бедняги привыкли к моей чертовой биполярности, и потому репортажи очень часто выходили яркими и забавными, а уж публика это любит. Я часто читала комментарии на ютубе о себе и своей личности, и как-то все больше приходила к выходу - меня либо любят, либо ненавидят. Как и в настоящей жизни, только вот зрители любили а окружающие... Наверное, нельзя так делать, наверное, я типичный пример как же деньги уничтожают все в человеке, наглядность того как же именно делать не надо.
У меня было все, но я не достойна ничего, а значит надо как-то выплывать.
Я не настолько сильна, чтобы следовать философии Нитцше и любить себя и быть уверенной в себе настолько, чтобы восхвалять и любить моменты собственного скатывания в пропасть.
И потому мне остается лишь громко вздохнуть, войти в это здание, что куда меньше и незаметнее моей родной студии, (однако, давайте попробуем найти плюсы, оно красивее и все таки находится в центре города, в отличии от студии Сакраменто, до которой мне приходилось ехать полчаса), и нацепить такую родную мне, холодную улыбочку, и сделать вид, что все хорошо, как всегда. И так весь день, потому что помимо утреннего эфира, оказывается, мне придется провести еще и дневной, как сказал мне шеф, а что уж насчет вечернего - посмотрим. Ну, а что же я ожидала? Ничего, помимо того что меня наверняка разопьют в конце недели, а того и дня, все работники, потому что мне уже хватило того приема который устроила та испанская девчонка в первый день, и могу лишь только представить, что получу сегодня в первый день от Маркуса. Не надо удивляться, что я все таки помню его имя, Фэлан был легендой эфира в Калифорнии, у нас на студии редко знали о ком-то с радио, но об этом человеке однако даже шли разговоры и у нас, только вот, его никогда не звали к нам. Как говорил мой бывший начальник - это не наш формат, я слышала всего один раз его эфир, и он действительно был потрясающим в своей работе, но только вот я никогда не задумывалась почему такого человека не звали все таки к нам.
- Но ты опоздала. Эфир идет. Распахивать дверь надо тише. Особенно в свой первый день...
- я кажется совершенно запуталась в своих еще более запутанных мыслях, и потому даже не заметила как уже открыла дверь, и стояла тут, а ко мне повернулся брюнет, со злыми светлыми глазами. Честно говоря, я уже даже потеряла это чувство когда кто либо меня ругал, даже странно это слышать в свой адрес, но...
Возможно, он был прав, но все таки никто не сможет так себя со мной вести, что я и буду доказывать сейчас.
День видимо будет тяжелым, как и его начало.
Как можно тише, я ничего не ответила Маркусу, что уже поставил наушники на голову, лишь только села на свое место, и дождавшись пока докончится Counting Stars, я уже в полной готовности, с наушниками, даже не дала сказать Фэлану слово, хотя видела, что он хотел что-то сказать, и:
- А с вами теперь и Эмилия Тирелл, и думаю что теперь веселье может начаться. Шучу конечно, но я надеюсь, что в это серое и холодное утро, у вас есть хорошее настроение, а уж если нет, то предлагаю вам насладиться вот этой песней под таким чудесным названием, Why'd You Only Call Me When You're High, сколько смысла же, но лично у меня она полностью отвечает настроению, а уж чуть позже мы поговорим о наступающих праздниках, но не кажется ли вам, что они везде? Мне лично начинает надоедать, но пока, наслаждайся чудесными британцами - Arctic Monkeys, Сакраменто! - спокойно и цинично заметила я, включая песню.
Да, радио это определенно не мое.
Да, возможно, на телевидение у меня получалось куда лучше.
Да, наверное, я бездарь.
И да, я уже была полностью к перепалке с Фэланом, что действительно уже начинал закипать, хотя пока, он ничего мне не сказал, но знаете, невозможно скрыть злость и недогование. У меня лично, никогда не получалось, и я не знакома ни с одной персоной, что таки могла. И действительно, он уже начинал закипать, я видела это по его покрасневшему лицу и сщурившимся глазам.

Отредактировано Emilia Tyrell (2015-06-06 21:16:40)

+1

5

Words fall from my mouth
Like plates from shaking hands
Smash upon the silence
Of the smooth naked canal

Радио никогда не казалось ему чем-то сложным или пугающим. Даже вся аппаратура, все эти микрофоны, пульты с кучей фейдеров и различных кнопок – всё, что создает идеальный прямой эфир его скорее интересовало, чем отторгало. Чистое любопытство: что стоит за, казалось бы, простой болтовней в радиоприемнике? Как оказалось, радио таит в себе куда больше тайн и секретов, чем могло бы позволить себе телевидение. Например, вы, слушая сейчас этот утренний эфир, не смогли бы поистине насладиться всем происходящим в студии. А ведь было чем. Чего стоил только взгляд Маркуса, направленный на Эмилию в момент, когда она увела из-под его носа выход в эфир и беспечно затараторила, естественно, больше о себе любимой. Прямо сейчас, вежливый и сдержанный Фэлан буравил ее взглядом надеясь, что она хотя бы подавится воздухом, когда соберется произнести следующее слово. Увы, девушка справилась без ошибок. Он был зол. Единственное, что сейчас радовало мужчину, так это то, что у него нет дурацкой привычки замирать с распахнутым ртом, когда вот так вот застают врасплох. Когда его лишили возможности вновь прозвучать в прямом эфире, а Эмилия видела, что он собирался это сделать, Марк, оставшийся в тот момент за бортом, саркастично уставился на девушку и готовил план мести. То, что он поставит эту зазнавшуюся дамочку на место, не вызывало у него ни малейшего сомнения.
Эмилию не спасло даже то, что песня, которую она сейчас поставила, нравится и самому Марку. Хотя чему удивляться – список песен все равно всегда обговаривается заранее. Конечно, может и не конкретный список, но исполнители и направление, а значит, ничего удивительного. Это еще не показывает, что у нее хороший музыкальный вкус. Вынужденный оставить хорошую песню без своего внимания, Маркус опустил наушники на шею и чуть подвинулся на стуле в сторону, чтобы микрофон не мешал настроить зрительный контакт, который должен быть одним из его грозных оружий.
- Инициатива – это похвально. За это, может, даже приплачивают, если ты ТВ-корреспондент, хотя в этом я тоже сомневаюсь. – Не смотря на нескрываемое недовольство, он действительно старался держать себя в руках. У него есть ровно две минуты сорок одна секунда, чтобы донести до нее свои правила, не вылив это в громкие разборки, которые непременно перенесутся в эфир. Это непросто, когда имеешь дело с женщиной. – Но в следующий раз, пока я не подам тебе сигнал, не говори. У нас есть тема. Направление диалога должно быть позитивным, а не персональные фи. Это утро, Эмилия, не стоит делать его хуже. – Он чувствовал себя так, будто говорит с ребенком лет пяти, которому всё надо объяснять. И это его совершенно не радовало. И это раздражало еще больше. Хотя, конечно, возможно он во многом утрирует и лишь намеревается ей показать, кто на самом деле здесь главный. Да, сейчас, это именно та цель, которую он хочет достичь. Он тут главный. Он управляет эфиром. И играть надо по его правилам. Он видит ее недовольство и готов услышать сейчас любой ответ, но прежде, чем она заговорит, он поднял ладонь, как бы останавливая ее. – Не переноси это в эфир. Иначе это станет твоим самым коротким рабочим днем. – Сказав это, он даже мысли не допускал о том, что его может ждать из-за нее такая же участь. Этого хотелось бы избежать. И ему придется всячески выкручиваться. Он шустро вернулся к микрофону, надев наушники обратно на голову, и нацепил на лицо улыбку. Простой прием для того, чтобы твой голос звучал более шире и добродушнее.
- Arctic Monkeys только что на волнах нашего радио. А я напоминаю вам, что сегодня мы говорим о подарках на Рождество. Пока мы слушали песню, я вспоминал, что же такого нелепого дарили на Рождество мне. И единственное, что пришло мне в голову – как друг подарил мне факел. Не электрический, а именно толстую палку с обмотанной тряпкой, которую он пропитал керосином. Это было странно, правда, странно. Но я нашел ему применение на Хэллоуин. Думаю, тогда его запомнили многие. – Воспоминание из колледжа вызвали у Маркуса несколько смешков, которые позволили ему несколько забыться от своего ворчания на коллегу, отчего он не подумав, тут же обратился к ней.
- Ну у тебя, Эмилия. Что неловкого дарили тебе? – Маркус оперся подбородком на руку, чуть проехав по столу локтем, как бы ложась на стол, и внимательно взглянув на девушку. Более очевидного и яркого сигнала к говорению придумать он не смог. Оставалось только надеяться, что она не решит сейчас устроить ему бойкот и молчать, когда он так рискованно передал ей слово. И ведь стоило ему только выйти в эфир, как профессиональный болтун и весельчак в нем пробудился вновь, оставляя ворчуна на заднем плане. Внимательный взгляд так и впивался в Эмилию. Маркусу начало казаться, что пауза на размышления начала затягиваться. Или это просто для него время начало идти медленнее из-за опасения провала?

+1

6

Она всегда старалась производить впечатление самоуверенной и очень грозной особы, что с ее, таки хрупноватой внешностью, часто поначалу производило эффект абсурда, или же невероятности, почему никому не верилось в то, что такая хрупкость может вести себя как акула. Дальше же следовал гипноз - девочка действительно, несмотря на свой гадкий нрав, умела очаровывать окружающих, и у нее это очень хорошо получалось, в этом точно. Иначе, как объяснить это явление - после всех закидонов, ее понизили в ранге, но не выкинули на улицу, а ведь могли же сделать это вполне. Могли, и интересно же, даже ей самой было, почему же этого не сделали. Долгое время, считайте, почти четыре года, ей удавалось держать свой сложный, да, отвратительный характер, если называть вещи прямым текстом, под контролем, и производить другое впечатление. На самом то деле это все была лишь одна огромная маска, которая сейчас начала спадать, некрасивыми, и огромными кусками, с ее личика. Но, в этом отвратительном мире есть место каждому, и даже таким людям, ну а тот кто задумывается, всегда поворачивает свою историю в другое русло... Начинает выживать.
А ведь если так задуматься, окажется, что она всегда все всем делала назло, и знаете, наверное, в данный момент, это и можно было назвать целью существования Эмилии. Потому что, когда у тебя выдирают почву, всякий раз все реже и больнее, не остается ничего кроме как бороться. И ведь никто не видит этого, потому что она сама всегда скрывала все свои страдания, да и сама позволяла происходящее в своей жизни. Та что не умеет держать вещи под контролем, вот как ее можно было бы назвать. Не одна она такая, в этом мире много безолаберности и безолаберных людей, в общем-то, но и за эту черту надо платить. Эмилия всегда платила по счетам, но она не достойна никакого сожаления. Потому что, она сотворила много злодеяний, но и не один человек, по крайней мере, нашего вида, не достоин никакой жалости. Но не это явление, является нашей темой на сегодня, а нечто другое. Водевиль ненависти и нестерпимости; столкновение совершенно двух противоположных людей. Она чувствовала с самого начала презрение к себе, возможно, это имело основания, считала она, девушка всегда была максимально откровена перед собой,  но все равно, знаете, когда такое случается вновь и вновь, становится константой, начинаешь задумываться, пытаешься быть мягче а не такой железной. Хотя, что в ней железного то? Скорее всего, удачная-неудачная попытка ею казаться.
Эмилия всегда пыталась оправдать людей, но кажется, в этот раз, у нее ничего не выйдет из этого. Однако, намного интереснее смотреть дальше эту трансляцию абсурда, что грозиться вылиться прямо в прямой эфир, нежели загадывать, разве нет?
- Дорогой мой Маркус, прошу заметить, что образование у нас одинаковое, и не знаю как тебя, а вот в UCLA нас учили что методы у всех разные. Иначе, как бы по другому, все таки три года, я успешно проработала на телевидении. Собственно, я от него и не отказываюсь, да и оно куда сложнее чем радио, - тихо, но едко замечает девушка, наблюдая за меняющейся в одночасье мимикой парня. Наверное, если бы он мог, то этот высокий брюнет бы сейчас придушил не только ее, но и свое начальство. Впрочем начальство везде одинаковое.
На самом деле, Эмилия могла его понять. Могла, и в принципе понимала, потому что всегда когда на твое место работы призрлят твои конкретные соперники, и всячески пытаются тебе испортить тебе жизнь, даже самая спокойная личность это не выдержит достойно. Когда к ней слали стажерок, которые иногда становились ее коллегами, ах, эти сладкие нимфетки, что все постигают благодаря своемк отцу. Она была такой же, но старалась не думать об этом, действуя принципу - если придумать себе все как надо, то со временем в это правда поверишь. Бред, да и только. Каждый человек знает свои слабые стороны, хотя и говорит, что не замечает их. Отрицание, лишь отмазка, а нападение, лучшая защита, вот ее принципы по жизни. Ничего нового, только и не действенное.
Маркус выглядел обычным, хоть и привлекательным парнем, но таких, в этом городе было слишком много. Впрочем, таких же как и она. Но, девушка не могла, даже от своей критически настроенной жабы, что так и душила, скрыть то что Фелан талантлив. Он умел держать эфир, ведь она слушала его раньше, да и сейчас, не могла это не отметить. Главное заранее хорошо увидеть силы противника, вот он был принцип Эмилии.
От вопроса Маркуса, девушка в шоке даже сначала вздернула бровь, не веря, что он вот так в ней обратился в эфире. Как-то, вся ситуация, явно вела не к этому. Девушка все так же удивленно, но абсолютно незаметно для слушателей, это никак не отразилось на ее голосе, весело и задорно проговорила в микрофон.
- Один мой приятель, в старшей школе, подарил мне змею, - она не выдумывала, это действительно была правда. - Питона настоящего. Хотел привить любовь к животным. Не получилось, но моя мачеха орала так, что у меня до сих пор болит в ушах как вспомню. Пришлось отдать в зоопарк, они обрадовались, впрочем, я думаю, что горячий факел это куда прикольнее чем питон в доме, не думаешь? Так что тебе еще повезло.
Мало кто знает, как же это было тяжело, сдерживать всю ненависть и неприязнь, делать вид что не видишь колких взглядов, и всего остального, а просто мило хихикать и улыбаться, пытаться и стараться,чтобы никто не понял всей беды положения.
Впрочем, что ты стараешься, когда все уже все знают?
Потому, когда наконец, время их эфира, вышло, девушка, ненароком, по старой памяти, откинулась на кресло, как делала всегда, когда оканчивалась смена, выключила наушники и неосозннано прошептала.
- Слишком ужасный день и все, все вокруг, - она уже настолько была усталой, что не сразу поняла, что в комнате не одна. Потому девушка подскочила и лишь с легким испугом смотрела на брюнета.

+1

7

[в архив]: нет активности месяц

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » такую личную неприязнь я испытываю к потерпевшему, что кушать не могу