внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 11°C
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » быть ближе к народу;


быть ближе к народу;

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://sg.uploads.ru/7S3pl.png
картинка найдена на просторах интернета
Ресторан "Маленькая Москва";
1 мая 2015 год;
Victor Ronkainen и Elizabeth Verbitskaya;
Иногда даже самый обычный обед может стоить куда дороже, чем просят по счету;

Отредактировано Elizabeth Verbitskaya (2015-07-11 20:51:33)

0

2

Когда ты постоянно на виду и занимаешь такое положение в обществе, что можешь вершить людскими судьбами, то всегда найдутся те, кто считают, что может свою судьбу поменять в течение разговора с тобой. Это выглядело жалко и забавно одновременно. Именно из интереса к таким индивидам, Виктор соглашался на подобные разговоры, которые были призваны убедить его в чем-то. С другой стороны кто откажется от ужина в хорошем ресторане?
- Сколько здесь живу, но никогда не был в русском ресторане, – произнес он, оглядываясь по сторонам, а потом снова на суетливого поляка, его адвоката и бухгалтера. Интересная компания, обычно на такие беседы брали ещё и бугая-костолома, но в этот раз он остался снаружи – Интересное название – вареники. Что же это такое?
Но сидящему напротив Яну Полашеку было явно не до кулинарных изысков. Он вытер в очередной раз пот со лба и перевел взгляд с меню на Виктора, потом обратно. Слишком много суеты в действиях человека, который искренне считает себя невиновным. Ведь именно ради этого они тут собрались, чтобы он в очередной раз услышал, что сидящий перед ним чуть ли не святой во плоти. Виктора это одновременно забавляло и заставляло кривиться, было слишком мерзко.
- О, вам понравится, более чем уверен, – собеседник вновь торопливо промокнул лоб платком. Потел он как свинья и сильно волновался, в отличие от своих помощников, которые сидели со скучающим выражением лица. Похоже они, как и Виктор, пришли исключительно поужинать.
Забавно было наблюдать подобное. Его много раз приглашали на подобные трапезы, преподносили подарки, даже угрожали, но зачастую он оставался непреклонен. И нет, не потому что он за честь и справедливость, а только из желания больше не видеть этих слизняков, которые будут ходить после с довольным видом, зная, что у них есть карманный судья. Убедить его было куда удобнее, чем убрать, смерть судьи никому не выгодна.
- И о чем же вы хотели говорить, пан Полашек? – Виктор созерцал целое блюдо странных конвертиков из теста, что гордо именовались варениками. Нужно отдать русским должное, у них большие порции, в отличие от высокой кухни, которая скорее была произведением искусства, чем пропитанием. Вряд ли ты будешь сыт парой картошин, листом латука и большим количеством соуса, который размазан по огромной тарелке, на которой вся эта композиция покажется крошечной, словно островок в океане.
- Все о нашем небольшом…деле, – сбивчиво произнес мужчина.
- О ваших взятках, подлогах и нескольких финансовых махинациях, я правильно понимаю? Тут даже говорить особо не о чем. Материалы дела у меня на руках, там прекрасно все написано, финансовые сводки, показания. Найдите свидетелей, найдите доказательства, опровергните мои слова, там и поговорим.
Нужно было видеть лицо мужчины, что был напротив. Смесь гнева, ужаса, паники и чего-то ещё. О да, это прекрасное ощущение внутри, когда ты поставил его на место. У Виктора даже чуть потеплело внутри только от одной мысли, но ни один мускул не дрогнул на его лице. Наконец он моргнул, что наводило лишь ужаса, ведь все это время он смотрел совершенно неотрывно.
Полашек тут же подскочил в гневе.
- Да как вы смеете?! Возмутительно, мы ведь просто пришли сюда поговорить!
- Могли бы поговорить, например, о погоде. Или повышениях цен на автомобили. Или о современном кинематографе. По мне так он скатился в пропасть спецэффектов.
Поляк был крайне невыдержан и поспешил удалится. Его помощники лишь переглянулись, с таким же скучающим видом отложили свои столовые приборы – они единственные кто тут ел из всей компании – и направились за ним, лишь жалостливым видом посмотрев на свои блюда. Им то что, они могут выйти сухими из воды, а после найти новую работу.
Виктор лишь пожал плечами. Ну что ж, раз он ушел, то ушел, туда ему и дорога. Оставалось только решить что-то со счетом.
- Официант! Можно сюда администратора?

+2

3

*внешний вид*

Восседая на своем барном кресле у стойки, Лиз имела прекрасный обзор на весь ресторан. Она повернулась лицом к залу и потягивала только что сваренный кофе. Напиток приятно обжигал небо и оставлял за собой послевкусие жаренных зерен и красного чилийского перца. Превосходный аромат. Делая очередной глоток она орлиным взором следила не только за столиками, которые занимали посетители, но и за официантами.
Сегодняшняя смена была, по праву, лучшая. Ребята знали свое дело и никогда не ленились, прекрасно понимая, что если будут работать шустро и слаженно - их не обделят чаевыми сверх привычной в Америке нормы. А если учитывать, что основная зарплата официанта и содержится на чаевых - суетиться надо.
Довольно наблюдая за парнями, Лиз орлиным взглядом подмечала каждое движение серебряных подносов, делая какие-то отметки в голове. Но не забывала она и о входе, мониторя каждого, кто вошел или вышел. Работа администратора в ресторане это всегда стресс. Особенно если работаешь на кого-то вроде Мэла и Кирилла. Они, конечно, не худшие работодатели в мире, но всегда не по себе, когда кто-то из них целый день просиживает в ресторане. Кажется, что за тобой наблюдают. Но по сути так и было. Мэл из своего кабинета вон мог просмотреть любой закоулок "Маленькой Москвы", а значит, не побездельничаешь.
Не то что бы Вербицкая сильно наглела. Но вдруг кому-то не понравится, что ее перерывы стали слегка длиннее, чем обычно? Ухмыльнувшись своим мыслям, девушка сделала очередной глоток кофе. Из кухни, вальяжно курсируя меж столиков вышел очередной официант, несший заказ к пятому столику, где восседала мужская компания.
Со стороны эти ребята казались ну очень напряженными. Лиз сощурила свои раскосые глаза, внимательно разглядывая лица тех, кто удачно был повернут к ней своим фейсом. Типичные американцы. Даже скучно становится. В Бостоне было лучше. Наверное, потому что во-первых там было не так жарко. Лето в Сакраменто - настоящий ад. То ли дело штат Массачусетс. Прелесть. И зима тебе и лето. И к океану выход. Все в одном месте.
Потеряв на какое-то время интерес к парням, Лизаветта поднялась с места и сама решила отнести чашку на кухню, чтобы заодно посмотреть как там идут дела. Рабочий процесс был в разгаре. Ребята что-то жарили, парили и выпекали. От этого на кухне казалось жарко, как в аду. Но поежившись, словно от холода, Лиз пошла в сторону мойки и поставила чашку рядом с остальной грязной посудой и молоденькой хохлушкой, которая лениво терла белоснежный фарфор.
- Милая, шустрее, ты так уснешь не домыв тарелки, - сделала замечание Лиз, говоря по-русски и встретила взгляд зеленых глубоких глаз. Девушка только покорно кивнула, не услышав в словах упрека. Лиза повторяла обычно только один раз. Потом начинались санкции. Знали это практически все по эту и по ту стену - в зале.
Довольно кивнув, Лизаветта развернулась на своих высоких шпильках и прошлась назад, разглядывая молодых поваров, то и дело заглядывая в кастрюли и сковородки. Пахло безумно вкусно. Даже жалко, что пару дней назад отчаянная Лиз села на диету, решив, что пора сбросить пару-тройку килограммов перед купальным сезоном.
- Лизаветта Александровна, - шустрый официант заглянул в дверь кухни, - вас там гость просит. Пятый столик, - парень сразу скрылся по ту сторону.
"Ну и что сделали эти оболтусы," - нахмурилась Лиз и поправила лацканы пиджака, выходя в зал.
- Я вас слушаю, - она отметила, что посетителей за столом стало меньше.
А точнее остался только один мужчина. На вид сложно было понять, сколько ему. Сорок? Пятьдесят? Лиза мило улыбалась. Настолько мило, насколько вообще умела.
- Вам что-то не понравилось, что-то не так? - ее английский был прекрасным.
Но сильный акцент выдавал ее с головой. Не смотря на три года жизни в Америке, а до этого оконченный лингвистический - сложно было привыкнуть говорить как американцы. Их акцент это какая-то сплошная улыбка. Один знакомый, помнится, сказал, что эмитировать акцент просто - говори с улыбкой. Но улыбаться как придурок, особенно постоянно - не про Лизу. 

Отредактировано Elizabeth Verbitskaya (2015-06-24 19:18:41)

+1

4

Оставшись в относительно одиночестве, где-то внутри своего кокона, куда просто не могли попасть другие люди, Виктор меланхолично продолжил изучать блюдо. Ну что ж, те господа по крайней мере пытались, а то что их характер не позволил досидеть им до конца, это уже их проблемы. Он окинул помещение взглядом, лишенным напрочь всяческого интереса и вновь вернулся к созерцанию блюда. Странный народ этот русский, столько похожих друг на друга блюд, но названия все равно разные. Он уже несколько лет пытался понять, почему одни и те же блюда из теста с мясом внутри могут быть разными – как вареники, пельмени и позы. Непостижимость русской души всегда будет для него загадкой.
Наконец к нему подошла девушка-администратор. Ее стройность граничила с худобой, рождая извращенное желание накормить ее, да побольше. Наверное именно такие девушки и заставляют бабушек так откармливать всех. Виктор провел взглядом по ней, но взгляд этот не выражал абсолютно ничего. В чем-то они были похожи – у девушки был точно такой же отсутствующий взгляд, который передавал всю тщетность бытия. И все это с улыбкой, которая делала из нее маньяка. Нет, она была привлекательной в каком-то плане, но эта улыбка в купе с этим взглядом, полным отчаяния. Внутренний маньяк Виктора трепетал от счастья.
- Мои гости удалились так и не отобедав. И честно сказать, я не готов принимать на себя их расходы – дело принципа, – он отодвинул от себя тарелку, вновь посмотрев на администратора – Хотел бы разделить счет, а оставшийся отправить моему гостю.
Он достал из кармана небольшую записную книжку и ручку, вырвал оттуда листок и стал что-то быстро строчить витиеватым подчерком. Буквы лились на бумагу, как вода из кувшина, оставляя причудливый узор то ли из букв, то ли из плавных линий. Наконец он протянул бумажку девушке и сразу же достал из другого кармана свои документы.
- Моя просьба, конечно, странная и даже губительная для заведения, но можете отправить ему этот счет даже с судебными приставами. Это ордер, – он кивнул на бумажку и коротко улыбнулся лишь уголками губ, словно это была отличная шутка. Вместе с тем он показал свои документы принадлежности к лиге судей США.
Немая сцена. Краем своего сознания он понимал, что такое заведение точно не могло принадлежать людям, что чисты на руку. В том плане, что все люди, которые так или иначе связаны с теневым бизнесом, всегда страдают от одной вещи – ностальгии. И обязательно за границей откроют подобное заведение. Ему могли бы очень резко высказать все, что думают по поводу его просьбы, но был уверен, что все пройдет именно так, как хотел он сам.
- У вас, кстати, очень интересный акцент, – тут же добавил Виктор, словно бы между делом. Ему это сразу же напомнило детство, у отца был точно такой же акцент. Вряд ли это были теплые воспоминания, если они вообще могли быть теплыми у этого человека. Виктор достал нужную сумму, отсчитал и положил на стол перед девушкой, как свою плату за обед – Вы должно быть из России? Должно быть удивительная страна, всегда мечтал посмотреть.
но произнес он все это таким тоном, что было трудно понять, это было искреннее желание или просто заученная им фраза. Ронкайнен всегда был таким, скорее похожим на робота, чем на человека. В работе такое помогало, беспристрастность это очень полезное чувство для любого судьи. Но все же в обычной жизни это был его главный бич. И как его же терпела супруга? Это останется для него загадкой. Теперь он у нее ничего спросить не сможет, разве что задать риторический вопрос, которые он сам не любил.
- И мои благодарности поварам. Русская кухня изумительна, – закончил он свою фразу, продолжая смотреть на девушку. Она внимательно изучала его, словно бы пыталась прочесть его эмоции, которые трудно было понять даже людям, которые знали Виктора много лет. Он ждал ее ответа на его просьбу, понимая что она была крайне бестактной в плане всего этика ведения ресторанного бизнеса. Но таков был Виктор, который был уверен что каждый за все должен платить сам, будь то счет в ресторане или грехи.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » быть ближе к народу;