Вверх Вниз
+22°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » At Last ‡Наша тайная идиллия


At Last ‡Наша тайная идиллия

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

http://big.assets.huffingtonpost.com/summerbey1.gif
At last
My love has come along
My lonely days are over
And life is like a song

Участники: Пейтон, Ноа & Дитрих
Место: Сан-Хосе
Время: Начало февраля 2014 года.
Время суток: Играем несколько дней подряд.
Погодные условия: Солнечно и совершенно не жарко, где-то +16.
О флештайме: Счастливые мгновения из жизни нашего семейства. О том как можно не узнать любимую женщину, если она вдруг решит сменить имидж и о многом другом.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-06-04 22:08:58)

+2

2

- La la la la la la la love… *- задорно, но по-своему тихо, не перекрикивая радио, по которому и передавали этим субботним утром новенькую песню, что уже запала в сердце женщины, пропела Тони в такт словам. Этим утром у нее было просто волшебное настроение, на которое нельзя было даже жаловаться. Проснувшись с первыми лучами солнца, она еще немного провела времени в кровати, куда как обычно забрался Ноа. Так что, пока мальчик сладко спал, женщина с легкой улыбкой на лице, убрала волосы из его лба, а затем и поцеловала его в щечку, от чего сонные карие глазки посмотрели на возмутительницу сна.
- Уже выспался? – нежно промурлыкала она, улыбнувшись сыну, что лишь коротко кивнул ей в ответ, после чего обнял за шею своими маленькими ручонками. – Моя маленькая радость, давай будем вставать, а то нам еще нужно много чего сделать до обеда, - скорее самой себе скомандовала Тони, хотя и в весьма мягкой форме. Да, в порывах нежности, что случались довольно-таки часто после появления в ее жизни маленького солнышка по имени Ноа, Тони была сама мягкость и доброта. Хотя, разве можно было иначе? Они с Ноа прекрасно знали, что сегодня этот чудесный день будет скрашен приездом одного мужчины, что занимал весьма весомое место в их жизни. И это даже не смотря на то, что жили они вместе лишь в те небольшие отрезки времени, когда Дитрих мог позволить себе оставить дела в Сакраменто.
Никто не знал, как не просто было хранить для нее язык за зубами. Но, это было платой за маленькие миги счастья, украденные у жестокой реальности. В такие дни, как этот, собственно, Земля, словно бы прекращала вращаться, а время шло для Пейтон по собственно установленными правилами. Тяжелее всего было хранить в тайне отношения с Дитрихом от Лоры. Конечно, рано или поздно подруга узнает все и ее не порадует скрытый от нее факт. Но, вновь таки… Тони больше ничего не могла поделать. Это был единственный путь, который стоило пройти со слабой надеждой на то, что когда-нибудь что-то изменится.
- Мама, а папа, правда, сегодня приедет? – поинтересовался у Пейтон сын, не обращая внимания на поющую леди по радио и подпевшую мать, хотя ему всегда нравилось слушать ее пение. Конечно, какие песни мальчишке были в голове, когда наконец-то должен был приехать папа?!
Поставив на стол тарелку с завтраком себе и Ноа, Пейтон присела напротив сына, улыбнувшись ему: - Конечно, моя радость. Он приедет, правда, не знаю точного времени. Но, это точно будет сегодня, - пообещала она сыну, надеясь, что не зря. Обычно ведь Дитрих предупреждал, когда что-то шло не так, как надо. На этот раз предупреждений не было, а это должно было быть хорошим знаком. Тем более, на следующей неделе должно было состояться празднование дня рождения маленького кареглазого ангела. – А теперь, я тебя попрошу хорошенько позавтракать, - попросила она, прежде чем маленькие ручки потерли еще сонные глазки. – Сейчас позавтракаем, а тогда пойдем гулять, мм?
- Хорошо, только я не буду есть кашу, - состроив смешную мину, ответил Ноа, едва не сбив свою мать со строгого постановления ввести здоровую пищу в рацион их питания. Да-да, никаких хот-догов, гамбургеров, никакой пиццы или жирной еды. И, естественно, это было не так просто.
- Немного, всего пару ложек, - настояла женщина, подхватив ложку с кашей, которую и должен был съесть сын. – Ну же, не упрямься, - прищурив глаза, скомандовала она, в надежде, что эта демонстративная строгость заставит мальчика послушаться ее сразу.
- Нажми сюда, - показал тем временем Ноа на свой курносый носик, намекая на обязательную игру. Естественно, женщина выполнила просьбу сына, который сразу же открыл рот и съел кашу с ложки, которую и держала Пейтон. Этой игры она сама научила как-то давно сына… Кажется, год назад или даже больше, в течении длительного и непростого процесса отлучения мальчишки от привычек есть руками или с соски.
В игре, само собой куда веселее проходит завтрак, так что даже Ноа смог покормить маму с ложки. Они увлеклись игрой настолько сильно, что и забыли о том, что кое-кому нужно было сходить к дому, который сдавался в аренду и взыскать ренту. Много времени отняли сборы, тем более Тони долго не могла решить, какая кофта ей больше пойдет к новой стрижке. Но, когда уже со сборами было покончено, они наконец-то вышли из дому и направились по короткому пути в сторону бывшего родного дома Пейтон.  Он соседствовал с домом, что некогда принадлежал  родителям Дитриха. Теперь там жила чья-то семья. В прочем, как и в доме, который год назад стала сдавать Пейтон. Возвращаться в родной район, где все еще дышало прошлым, она не хотела. Лучше было жить в той квартире, которую она снимала не без помощи любимого мужчины. Само собой, в итоге всего этого похода стоило передохнуть на обратной дороге в парке возле детской площадки, где Ноа любил играть и сам, и с другими детьми. Ну, а Пейтон оставалось только наблюдать.


* Cheryl Cole – Crazy Stupid Love (feat. Tinie Tempah)

Отредактировано Payton Carter (2015-06-04 23:22:50)

+1

3

-Вот последние отчеты, сэр. Думаю, что вы останетесь довольны, -сообщил штатный юрист коллекторской фирмы, заглянув в кабинет Дитриха после обеденного перерыва. Чтобы успеть довести все нужные цифры до состояния перфекции, немцу пришлось превратится в образцового трудоголика и засиживаться на фирме допоздна. Подчиненные почему-то сочли это нехорошим знаком и старались как можно меньше вертеться на глазах у заместителя шефа, показывая чудеса трудоспособности. Вообще, многим людям казалось, что если Данцигер предпочитает отмалчиваться, то следовательно чем-то недоволен - и только Тони, Фредо и Ветта прекрасно знали, что таков его характер. Разговорчивым Дитрих мог себе позволить быть лишь с немногими дорогими ему людьми - а торчал на работе черт знает до скольки и добивал все дедлайны лишь для того чтобы иметь возможность затем спокойно удрать на несколько дней в Сан-Хосе.
-Хорошо, -Данцигер мельком взглянул на свои часы и поспешно поднялся из-за стола: пора было уже собираться в дорогу. -Мне нужно уехать из города на пару дней, но я буду на связи. Бумаги просмотрю по дороге и если у меня возникнут вопросы, то свяжусь с вами.
-Чуть не забыл! -спохватился юрист, когда уже собирался попрощаться и уйти. -Сегодня пришло уведомление из налоговой... вы с ними свяжетесь или заняться юридическому отделу?
-Перешлите мне уведомление на е-майл, я разберусь, -коротко ответил немец, сложив папки с нужными бумагами в свой кейс. -Займетесь ими, когда я переговорю кое с кем из доблестного налогового ведомства.
-Как скажете, сэр.
Закорешится с полезными людьми из налоговой в свое время стало первоочередной задачей Данцигера, как только у Фредо появилась коллекторская контора. Все частные фирмы, что приносят значительный доход своим владельцам, обязаны делится прибылью с государством... но тут есть свои маленькие хитрости, которые позволяют вернуть большую часть уплаченного, если конечно, хорошо знаешь налоговую систему США и имеешь хорошие связи в этом серьезном ведомстве. Дитрих решил, что "пошевелит" своих старых друзей из налоговой уже после того как приедет в Сан-Хосе - времени еще был вагон и к тому же сейчас его с нетерпением ждали два самых дорогих и любимых на этом свете человека.
Наверное доблестные сотрудники немца очень бы удивились, узнав о том, что у него есть семья как и у остальных нормальных людей? Дитриху настолько хорошо удавалось хранить свою тайну, что он лишь посмеивался, когда до его ушей доходили сплетни, которые ходили о нем на фирме. По счастью, дедукцией в коллекторской фирме никто не страдал, так что все озвученные версии насчет Данцигера были откровенно глупыми и с налетом какой-то трагедии.
Неужели я настолько плохо выгляжу, раз народ старается выдумать какую-то дурацкую мелодраму? -усмехнулся про себя Дитрих, когда покинул главный офис фирмы и направился на парковку. -Но... лучше так, чем если кто-нибудь узнал бы правду.
Усевшись за руль и выехав на пятую федеральную трассу, немец позволил себе на время забыть о работе и думал лишь о том, что через каких-то два с половиной часа увидит Тони и своего сына. Этот чудесный и очень умный мальчишка появился в результате недельной борьбы Пейтон со своей совестью, в которой неизменно побеждал Дитрих. Результатом стал ее развод с мистером Картером, рога которого уже не должны были позволять последнему проходить в среднестатистический дверной проем - если выражаться фигурально. В какой-то степени Данцигеру было даже жаль этого беднягу, что понадеялся удержать возле себя ураган по имени Тони... но отказываться из христианского милосердия забрать свое, немец конечно же не стал. Да и как вообще можно было отказаться от самого лучшего на свете подарка, который только может подарить мужчине его любимая женщина?
-ПАПА!!! -звонко крикнул наверное на весь парк Ноа, как только увидел Дитриха - немец знал, что его дорогое семейство собиралось гулять, так что подрулил на своей "тойоте" прямиком к парку. Конечно же первым делом Данцигер крепко обнял своего любимого озорника, подхватив его на руки и улыбнулся, когда мальчишка уткнулся ему в шею, радостно сопя. Это был словно их ритуал уже - как будто Ноа хотел убедится, что его отец наконец-то рядом и уже больше никуда не денется.
-Ну как дела, мой хороший? -поинтересовался Дитрих, поцеловав свое драгоценное чадо в висок и оглядевшись по площадке в поисках Пейтон - обычно она всегда была рядом с Ноа, а вот теперь он в упор ее не видел, что было несколько странно. Немец прекрасно знал, что его ненаглядная никогда и ни за что не отпустит от себя сынишку дальше чем на метр. -А где наша мама?
-Я тебя очень-очень ждал, -совершенно серьезно ответил Ноа, подняв глаза на своего непутевого папашу, а потом рассмеялся и обернувшись, указал на Тони. -Вот же мама!
Мама действительно была в наличии и во всей красе - вот только координально поменяла имидж, тогда как Дитрих естественно искал взглядом женщину с длинными и более темными волосами. Он лишь покачал головой, когда подошел чтобы крепко обнять и конечно же поцеловать любимую Тони.
-Знаешь... по-моему тот окулист, что сказал мне, что у меня "немного" село зрение зря берет свои деньги - я реально тебя не увидел с этой новой прической, -улыбнулся Данцигер. -Хорошо что Ноа мне подсказал где ты.... и вся эта красота для того чтобы сразить меня наповал? Мне нравится, но придется привыкнуть к тому что ты теперь выглядишь несколько иначе, чем обычно.
-И мне тоже! -хихикнув, выдал свой вердикт Ноа, весьма довольный собой. С той самой минуты как он оказался на руках у своего отца, ему больше не нужны были приятели по детской площадке и самые веселые игры. -Я уже хочу есть... пойдемте домой?
-Поедем на твоей или на моей машине? -поинтересовался у Тони Дитрих, протянув ей руку. -Если на моей, то тебе надо будет взять на руки наше чудо - у меня, увы, нет автокресла. И, кстати, я тоже успел уже порядком проголодаться, потому как пропустил ланч.
-У нас сегодня каша! -засмеялся Ноа, хитро посмотрев на Дитриха. -Ты ведь не будешь ее кушать? Я хочу блинчиков с джемом...
-Сейчас, дорогой мой, я бы съел и кашу, -улыбнулся немец. -Тем более что у нашей мамы она очень-очень вкусная. Но от блинчиков тоже не откажусь - только не заставляйте меня их делать, иначе будете потом полночи бегать... умолчим куда именно.
Насчет каши было конечно же сказано больше в воспитательных целях, но человек не евший с самого утра действительно будет рад и такой, в некотором смысле, детской еде, лишь бы заглушить недовольное урчание в животе.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-06-05 03:22:05)

+1

4

Женщина устроилась на одной из деревянных скамеечек, что стояли вокруг детской площадки, где Ноа уже нашел себе компанию для занимательной игры. Так что, его матери оставалось только внимательно наблюдать из тени за своим мальчишкой. На ее лице красовалась широкая белозубая улыбка, которую могло вызвать в последнее время только двое человек – Ноа и его отец, что должен был приехать уже сегодня. С детским нетерпением и непосредственностью его приезда ожидал не только их маленький почти четырех летний сын. В ровной степени его приезда ожидала и Тони. Ведь их пусть даже короткие встречи были подобны необходимому глотку воздуха, перед очередным погружением в непроглядные воды океана жизни. Они давали ей сил мириться с тем, что не могла принять. Они помогали ей каждый день находить в себе силы продолжать эту бессмысленную игру в кошки-мышки, скрывая даже от самых дорогих и близких людей о том, кем был отец Ноа. Не говоря уже о том, как много он делал для своего сына.
- Мама, я хочу пить! – подбежал малыш Ноа к своей матери, так что ей пришлось сразу же достать из сумки небольшую бутылочку с водой, к которой сразу же прильнул набегавшийся ребенок.
– Так, Ноа, давай ты снимешь куртку? – предложила женщина, как и любая заботливая мать, переживавшая за своего ребенка, чтобы он был не только накормлен, но и не замерз часом. Ведь именно поэтому настояла на том, чтобы любимый сыночек надел сегодня легкую куртку. Сегодня в Сан-Хосе, конечно, не было необычно холодно, как и не было морозов, подобно как бывает в других штатах, но все-таки не хотела, чтобы Ноа простудился. Разве могла допустить такое? Ну, а теперь, ребенок набегавшись мог и вспотеть, после чего точно простудится. Но, дети на то и дети, чтобы бегать и играть, как им хочется. Их не заставишь чинно сидеть на скамеечке и наблюдать за тем, как играют их сверстники. Им интересно быть в центре событий, в самой их гуще. Естественно, Ноа некогда снимать куртку, как и спокойно сидеть рядом с матерью, чтобы она убедилась в том, что ее чаду не грозит простудиться в этот февральский, но такой же солнечный денек, которые обычно бывали в Калифорнии, ведь его ждут друзья. Так что Пейтон приходится на ходу стягивать с сына легкую курточку, которую сразу же стала аккуратно складывать себе в сумку, где сам черт ногу сломит на самом деле. Но, как говорится, зато в женской сумочке есть все, что могло только понадобиться ей или сыну на прогулке?
Внимание женщины от такого важного процесса, как очередная тщетная попытка навести порядок в собственной сумочке, отвлекает снова Ноа. Правда, на этот раз ребенку не понадобилась мама. На этот раз он на всю детскую площадку сообщил о приходе самого ожидаемого человека в мире. Уж для них обоих так точно. Тони не стала спешно подниматься со своей скамеечки, хотя и оставила свою сумочку, как есть. Да и зачем ей теперь было заниматься таким бесполезным делом, когда могла наблюдать, наверное, за самой трогательной и милой картиной, с которой никогда не сравниться даже снятая в Голливуде мелодрама, где полным-полно якобы трогательных моментов, что должны были трогать струны сердца многих домохозяек. Не торопилась она также и потому, что хотела увидеть первую реакцию Дитриха на свои кардинальные изменения в имидже. Более короткая стрижка, более яркий белоснежный цвет… все несколько иначе, чем он привык, пожалуй. Да и самой Пейтон этим утром было необычно странно видеть себя в зеркале именно такой, какой стала. Но, вот же он взгляд, на который можно наконец-то ответить ослепительной улыбкой, а затем и подняться, чтобы позволить мужчине скромный поцелуй при ребенке.
- Я сама себя утром едва узнала, так что ничего страшного, Дит, - улыбаясь, отвечает женщина. – Конечно, для тебя, для кого еще? Мне хотелось удивить тебя, ну и еще хотелось просто попробовать что-нибудь новое. К тому же, знаешь, ни одной женщине не нравится быть предсказуемой, - с достаточно веселой и беззаботной иронией, ответила Тони. Да, теперь, когда Дитрих снова был с ними, можно было позволить себе беззаботное наслаждение обычной жизнью, которую ведут многие другие люди.
- Даже не знаю… Целесообразней было бы ехать все-таки отдельно, но … если хочешь, поедем на твоей, - несколько растерявшись между двумя вариантами, отвечает Пейтон. – Мою машину можно будет забрать чуть позже, она тут неподалеку припаркована, - видя, как Ноа радуется каждой минуте, проведенной с отцом, разве могла она сейчас прервать этот миг счастья? Нет, не могла, хотя это и было рискованно. Ведь, никогда не знаешь, кого можно встретить в, казалось бы, большом Сан-Хосе, что скорее был похож на несколько тесно связанных между собой деревушек, в которых все друг друга знали и всегда находилась целая куча общих знакомых. Но, риск дело благородное? Как бы это не звучало.
- Ноа, кашку мы едим только утром теперь, - резонно заметила Тони. – А вот сейчас я могу сообразить что-то более особенное, чем какая-то каша, так что никто не будет обижен, мм?

+1

5

Дорога до съемной квартиры, что располагалась неподалеку от парка - селится в своем старом районе Данцигер и Тони по понятным причинам не захотели - прошла очень быстро, позитивно и без каких-либо приключений. Ноа просто сиял от счастья, когда мама взяла его на руки в отцовском "танке" и уже начал строить веселые планы, куда еще можно будет пойти гулять и во что поиграть дома. Наблюдая за своим любимым (без малейшего преувелечинения!) чадом, немец мог лишь порадоваться в очередной раз, что после всех жизненных перипетий, его судьба все-таки решила одарить его так, как он по сути не заслуживал. Конечно же, в идиллии Дитриха и его пассии были и свои ложки дегтя - он не мог официально оформить свои отношения с Тони, увезти ее в Сакраменто и жить нормальной, обычной жизнью. Такова была плата за то чтобы на время позабыть кем в действительности являлся один якобы успешный бизнесмен...
Но - отставим лирику в сторону? Данцигер предпочитал жить здесь и сейчас, наслаждаясь каждым днем, проведенным возле своих дорогих и любимых.
-Пойдем я тебе покажу, какие я уже знаю буквы! -гордо сказал Ноа, после того как родители "транспортировали" его домой. -Мама показала мне их на кубиках... ты идешь?
-Конечно иду, -улыбнулся Дитрих, потрепав сынишку по волосам. -Беги, раскладывай кубики, а я сейчас приду. Только быстро попью чего-нибудь.
Поставив в прихожей свою спортивную сумку с вещами (увы, но оставлять их в квартире Пейтон немец никак не мог, чтобы не спалить всю многолетнюю конспирацию), Данцигер направился на кухню - но вовсе не на водопой, как пару минут назад сказал Ноа. Скромного поцелуя в парке ему было естественно мало, так что пользуясь временным отсутствием рядом драгоценного сына, Дитрих вновь обнял свою строптивую пассию.
-Я пробуду с вами до конца недели - пока не нарисовались какие-либо дела, не хочу терять времени. Быть может нам уехать куда-нибудь втроем? Я уверен, что наш парень будет очень рад.., -от очередного жаркого поцелуя Дитриха отвлекает звонкий голос Ноа - он уже все-все приготовил для феноменальной демонстрации, а любимый папа снова где-то застрял? -Иду, сынок!
Немцу приходится позволить Тони на время выскользнуть из его объятий, после чего он направляется в уютную гостиную, где его сын аккуратно разложил на мягком ковре три коротких слова из своих кубиков, которые уже успел выучить. Конечно же это "НОА", "ТОНИ" и "ДИТ".
-Еще совсем немного и ты отлично научишься читать сам, -улыбнулся Дитрих, усевшись на диван... и тут совершенно некстати вспомнил про предстоящие терки с налоговой. Надо бы заранее подготовить благоприятную почву для своих юристов? -Ноа, я быстро позвоню по одному делу, хорошо? Иди-ка сюда?
Уговаривать мальчика забраться на руки к любимому папе конечно же было лишним. И пока Данцигер набирал номер одного хорошего знакомого в местном налоговом управлении, Ноа успел вытянуть из отцовского жилетного кармана его карманные серебряные часы за цепочку и попытался открыть тугую крышку.
-Джеймс, давайте встретимся в начале следующей недели и обсудим все? Отлично, тогда я приеду в ваш офис... скажем, в понедельник, во второй половине дня? -Дитрих нажал на кнопку и показал мальчику как открываются часы. Ноа тихонько хихикнул и мигом отцепил конец серебряной цепочки от кармана, терпеливо дожидаясь пока его отец закончит все свои важные переговоры. -Значит, до встречи?
-Пап, а можно мне взять их? -попросил мальчик, приложив серебряную "луковицу" к уху и послушав их мерное тиканье. -Мне они очень нравятся...
-Конечно, но только пообещай что не потеряешь их? -Данцигер улыбнулся, не собираясь забирать у ребенка понравившуюся игрушку. Ноа итак не слишком часто видит своего непутевого папашу, так зачем его расстраивать? К тому же, часы, когда-то принадлежавшие своему отцу, Дитрих прихватил потому как пришел на работу в костюме-тройке английского кроя, где эта деталь гардероба была более чем уместна. -Пойдем-ка помоем руки? Кажется кто-то забыл, что хотел кушать?
Оставив свой пиджак на диване, немец подхватил сынишку на руки и после недолгих водных процедур, вернулся вместе с ним на кухню. Перед тем как мыть руки, Ноа предусмотрительно положил часы в нагрудный карман своего джинсового полукомбинезона и старательно застегнул липучку чтобы они не выпали ненароком.
-Мы проголодались и уже согласны даже на кашу, -заявил Дитрих своей ненаглядной, появившись на кухне. Ноа снова хихикнул, хитро посмотрев на Тони - когда его отец рядом, он за компанию стал бы есть и нелюбимую кашу - но мама ведь пообещала что на обед будет что-то другое и куда более вкусное?
-А я хочу блинчиков и сок! -маленький озорник смешно сморщил свой носик, оказавшись за столом.  Данцигер тем временем заглянул в холодильник и нашел пачку яблочного сока с трубочкой - как раз то что нужно для Ноа? -И мы еще пойдем гулять?
-Тони, ты подумала над моим предложением? -поинтересовался немец, протянув своему сыну сок и усевшись рядом с ним. -На следующей неделе у меня будет чертова прорва дел, так что давай придумаем как будем развлекать наше чудо.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-06-06 08:50:12)

+1

6

Прежде чем сесть с Ноа в машину к Дитриху, Пейтон должна была оглядеться по сторонам – никогда не знаешь, кто может за тобой наблюдать или чисто случайно оказаться неподалеку, а осторожность не так давно стала постоянной спутницей этой женщины, что просто обязана была защитить свое право на счастье. Украденное право, по всей видимости, раз приходилось все держать в тайне буквально ото всех знакомых и друзей. Пожалуй, не способность рассказать и поделиться своими переживаниями, изменениями в жизни и такими нормальными радостями, что порой переполняли ее, стала в некотором роде ношей для Тони, что всегда была достаточно открытым человеком. Она никогда не стыдилась рассказать правду в лицо, тогда как время заставило ее думать о том, что говорит и как. А еще заставило ее научиться порой держать язык за зубами. В частности, когда Лора внезапно предавалась воспоминаниям о прошлых днях средины девяностых, в которых они обе потеряли что-то важное и дорогое сердцу. Правда, кому-то судьба-злодейка сумела вернуть хоть крупицу счастья. Кому-то пришлось жить мыслями о том, как еще могло все обернуться…
Вообще, Тони было интересно, как же отнеслась бы ко всему ее лучшая подруга. Знала прекрасно, что тайны и секреты плохо влияют на дружбу в точности, как и то, что подолгу кота в мешке не удержать. В один прекрасный момент все вскроется, что-то пойдет не так и тогда им всем придется идти на какие-то поступки и решения, которые вряд ли входили изначально в их планы. Естественно, Тони видела один прекрасный вариант для себя и возлюбленного мужчины – оставить те дела, что заставляли его марать руки во вне законной деятельности, в точности, как и прекратить многолетнюю дружбу с тем итальянцем, что и стал в некотором роде камнем преткновения между ней и Дитом. Затем мужчина должен был бы жить нормальной, законной жизнью с ней и Ноа, где не нужно было бы врать или прятаться, словно бы преступникам. Но… это все были лишь мечты, которые никогда не сбудутся, скорей всего. Дитрих не сможет оставить те дела, в которых уже вертится слишком долго и того дружка, которого не особенно понимала, а если и откровенно говорить, то тихо ненавидела Тони. Это был замкнутый круг, по которому они ходили оба… вновь таки, до поры до времени. И ведь, по правде говоря, женщина боялась того дня, когда что-нибудь выйдет из привычной колеи. Очень боялась, ведь ей было слишком много чего терять.
Дорога не заняла много времени, она пролетела словно одно мгновение и лишь после того, как заперла входную дверь в квартиру, женщина смогла расслабиться. Расслабиться и выдохнуть с облегчением. Никто их не видел, а соседи скорей всего подумают, что джип Дитриха скорей всего принадлежит к какому-то бизнесмену, решившему перекусить в кафе напротив. В любом случае, пусть даже злые языки ей и припишут в любовники какого-то белого мужчину – ей было безразлично, хоть от части и было правдой. Не имело значения, что говорят другие, пока эти другие не предоставляли собой опасности для сохранения тайны.
- А вот мы и дома, - огласила Тони первым делом, прежде чем Дитрих поставил своего ненаглядного сына на пол. Естественно, Ноа собирался сразу же показать отцу свои новые достижения, которых он достиг не без помощи своей матери, что лишь нежно улыбается тому, как ее чадо откровенно радуется и не может удержаться, лишь бы показать все, как есть. Позволив Ноа затащить Дитриха в детскую, женщина уходит на кухню, где ее ждет ответственная миссия по приготовлению полезного, вкусного и любимого блюда для своих двух самых любимых и дорогих мужчин. Конечно, она знала, что может сложить Ноа из кубиков. В действительности, было несколько рискованно учить сына складывать имя своего отца, поскольку это могло бы натолкнуть сразу нескольких друзей и близких на определенные мысли… Однако всегда можно сказать, что маленький трехлетний ребенок ошибся, когда решил сложить слово “DAD”, отчего у него и получилось слово “DIT”.
Оказавшись на кухне, женщина сразу же достает из холодильника несколько заготовок, сделанных еще вчера вечером после работы. Это и уже начищенные грибы, и картошка для запеканки, которую так любил Дитрих. В действительности, то было не слишком распространенное блюдо в солнечном штате, но женщина была готова делать все, чтобы в который раз подчеркнуть немцу, как любит его. А еще и ради того, чтобы иллюзия, установленная ими, работала с каждым разом все лучше. Когда на кухню заходит мужчина, естественно, работа никак не продолжается. Ей просто некогда отстраниться от него, чтобы уверенно заниматься готовкой, как и любая домохозяйка. Женщина только ответно прижимает Дитриха к себе, отвечая на его поцелуй, закрыв глаза, чтобы забыть получше этот миг и мгновение. Времени, которое он проведет с ними будет бесспорно – мало. На дворе не понедельник, чтобы отсчитывать в этой недели семь дней. В их неделе будет всего пять дней, а может и меньше – если немца не вызовут обратно в Сакраменто к делу, что не может быть решено без его участия.
- Я рада, что ты пробудешь с нами это время, дорогой, - тихо шепчет в ответ Тони, после чего из детской слышится голос Ноа, требующий к себе внимания отца. И так будет до тех пор, пока он не уснет – не упустит и мига без своего отца, тогда как Тони останутся лишь ночи, отведенные им. Она сдержано улыбается любимому мужчине, давая возможность уйти к сыну, выпутавшись из его крепких объятий. Кто-то был голоден, а потому нужно было заняться делом.
Собственно, к тому времени, когда на кухне появился проголодавшийся Ноа и его отец, у Пейтон было почти все готово. Правда, маленькому озорнику нельзя пока было кушать грибы, поэтому часть запеканки была с телятиной вместо грибов.
- Отлично, мои джентльмены. Вы ведь уже вымыли руки? – довольно радостно спрашивает у Дитриха и Ноа, после чего сразу же продолжает: - Сейчас вас будет ждать сюрприз. Это не твои любимые блинчики, Ноа. Но, я думаю, что тебе это точно понравиться, как и твоему папе, - все с такой же улыбкой на лице продолжила женщина. – Обещаю, блинчики завтра я как-нибудь приготовлю, так что нечего расстраиваться, дорогой, - угодить собственному ребенку бывает не просто, но уже сейчас Ноа должен был запомнить одну вещь – ничего нельзя требовать немедленно. Можно и даже нужно подождать, чтобы получить желаемое. Тогда оно будет ценнее?
- Да, я думала, Дит… - пока запеканка готовится, а руки у женщины еще свободны, она может позволить себе обнять мужчину со спины, пока он сидит за столом. Нависнув над его щекой, она смеясь его целует, после чего тихо сообщает свою мысль ему на ухо: - Может нам стоит поехать на Халф Мун Бэй? Сейчас вряд ли получится купаться в океане, но помнишь, как там тихо и красиво? Думаю, это лучшее место, куда мы можем податься…
Чтобы потеряться…
Но последнего она не озвучивает. Это и так прекрасно понимает Дитрих. Без лишних слов, которых не нужно слышать их маленькой и любопытной радости.

+1

7

Так уж устроена наша жизнь, что человеку в ней всегда необходим, его собственный, настоящий дом - но не столько в плане жилья, сколько в плане того места, где не будет проблем и сожалений, а какие-либо ссоры и неприятности быстро пройдут и забудутся. Квартира, в которой в данное время проживали Тони и Ноа по сути была временной - однако, именно в ней как раз и не покидало ощущение того самого, настоящего дома, куда хочется возвращаться снова и снова. И неважно, что мистеру успешному бизнесмену из Сакраменто приходится частенько делать это тайком.
-Как вку-ш-ш-но! -тем временем, выдает с набитым ртом свой вердикт маминой готовке малыш Ноа, пусть даже так и не дождавшись нынче своих любимых блинчиков с джемом. Но как уже говорилось выше, за компанию с долгожданным папой, мальчик бы слопал за обе щеки все что угодно, даже нелюбимую им овсянку. Не забывая о своем яблочном соке, маленький озорник решил снова поинтересоваться о родителей, насчет их ближайших планов, ведь ему была обещана веселая и интересная прогулка после приезда отца. -Мы пойдем гулять??
Дитрих лишь в очередной раз улыбнулся, услышав предложение своей ненаглядной, в котором особым бонусом был ее нежный и весьма многообещающий поцелуй. Тони как и всегда была права - пора было показать Ноа то самое, совершенно особенное место на их любимом пляже, что всегда помогало двоим "беглецам" из Сан-Хосе позабыть о плохом настроении и приносило умиротворение. Прежде они старались убежать от проблем и в конце-концов именно в своем любимом заливе поставили закономерную точку и решили снова быть вместе.
-Я согласен. Это просто отличная идея, -кивнул Данцигер, после секундного раздумья и затем ласково погладил сынишку по темным волосам. -Мы сейчас пойдем гулять, Ноа... точнее говоря, поедем - в одно очень-очень красивое место, которое тебе очень понравится. Вот только я быстро избавлюсь от своего офисного вида.
-Мы пойдем в зоопарк?? -радостно поинтересовался Ноа, нисколько не теряясь и постаравшись вспомнить все очень-очень красивые места в городе, куда его водили родители. При упоминании зоопарка, Дитриху очень захотелось сделать жест "рука-лицо" - потому как именно в этом достойном заведении он едва не потерял свое драгоценное чадо из-за собственной невнимательности. Тони тогда отошла от своих мужчин, чтобы купить мороженого, а немцу именно в этот самый момент позвонили по неотложному делу. Ноа, которому на тот момент было три с половиной года, естественно заскучал и решил подойти к веселой толпе детишек, что смеялись над выдрой, весело плескавшейся в своем вольере.
В общем... когда Тони вернулась вместе с мороженым, то обнаружила, что Дитрих почти в состоянии паники, ищет сына - пожалуй, это был один из немногих моментов в жизни матерого бандита, когда он реально испугался. Даже представить себе, что с Ноа могло что-то случится было нереально страшно... и Данцигер был очень счастлив, когда Пейтон удалось быстро найти любопытного малыша. Правда непутевому папаше была устроена конкретная взбучка и велено было забыть про мобильник, когда рядом ребенок.
Короче, с этого момента, немец по понятным причинам не особенно любил местный зоопарк.
-Нет, сынок - мы сегодня поедем к океану. Помнишь, мы пытались испытать твой новый корабль в ванной, а там не было места? Сегодня устроим настоящий спуск на воду, так что давай собирайся!
Естественно, последняя фраза в большей степени адресована Тони, потому как она рулит, что взять с собой в поездку и как лучше одеть Ноа. Главе семейства остается лишь проверить наличие батареек в упомянутом корабле и припереть его в машину - кстати говоря, подарено это чудо техники любящей тетушкой. По счастью, вечная неприязнь Лидии к бывшему однокласснику на его сына не распространялась, хотя она продолжала ворчать, что ему нельзя доверять детей.
Дожидаясь пока Тони соберет сынишку и все необходимое для спонтанной вылазки в залив, Дитрих переоделся в более удобную одежду - рубашка навыпуск, толстовка и брюки спортивного кроя, со множеством карманов, куда можно разложить все нужные вещи и не занимать руки барсеткой.
-Мамочка, посмотри какие красивые? -тем временем в детской, Ноа гордо продемонстрировал Тони отцовские часы, вытянув их за цепочку из своего кармашка. -Послушай как они тикают? Я хочу взять их с собой...
-Давай я тебе их как следует закреплю, чтобы не потерялись? -улыбнулся Дитрих, заглянув в комнату сына, чтобы поторопить сборы. На джинсовом полукомбинезоне мальчика очень кстати были прочно пришиты несколько металлических петелек, куда можно было закрепить конец серебряной цепочки от часов. -Вот так, гораздо лучше. Ну что едем?
После того как вся поклажа была в машине, семейство погрузилось в "танк" главы семейства и не тратя зря времени взяло курс на федеральную трассу что вела из города. Всего каких-то сорок минут, если на шоссе будет мало машин и они уже будут на месте.

+1

8

Кто как не ребенок, маленький и непосредственный человечек, не способный кривить душей или врать, может сказать о том, как ему пришлось по душе мамин кулинарный эксперимент, при этом, сделанный на скорую руку? Действительно, почему-то с взрослыми подобного не бывает. Их портит время, что учит врать, хитрить и юлить… И как бы не хотелось бы этого отрицать, но когда-нибудь в жизни это умение может сгодиться. По крайней мере, Тони это необходимо каждый час, который она проводит вне их счастливой идиллии. Женщина улыбается тому, с каким аппетитом кушает сыночек, но затем ее улыбка становится еще шире – Ноа ребенок, как ни крути, требовательный и если хочет чего-то, то обязательно напомнит об этом своим родителям.
И как обстояла жизнь до появления на свет этого маленького солнышка? Что же, лучше не вспоминать. Жить без сожалений, как обычно. Жить одним сегодня, а не мыслями о далеких перспективах, что пока казались ей недостижимой вершиной, подобно Гималаям.
- Нам нужно было уже давно поехать туда, - резонно заметила Тони, не прекращая своих объятий, в которые заключила любимого мужчину, не желая прерывать их физический контакт. Должна ведь была убедиться в том, что он рядом. Должна была насладиться его близостью, пусть столь невинной и обыденной, как эта. Ведь, тот кто любит, довольствуется малым и ждет тех пор, когда сможет получить больше.
Тем не менее, приходится продолжать наблюдать за сыном, что уже с удивлением поднял свои глаза на маму, мысленно вопрошая, действительно ли состоится такая грандиозная поездка к океану? На что Дитриху оставалось на правах главного, уверить ребенка в реальности происходящего, а еще обещать целую кучу всяких веселых развлечений. Тони же тешило только одно – там не нужно будет бояться, что кто-нибудь узнает в самой обычной паре с ребенком ее и немца, которые расстались давным-давно и не должны были более вспоминать друг о друге.
- Давай ты сначала поешь нормально, а тогда будешь избавляться от офисного вида? – предложила Тони, вновь чмокнув мужчину, на этот раз угодив где-то ближе к губам, но все равно здорово промазав. – Кушай, я помню, что это твое любимое блюдо и пока вы доедаете, я пойду собирать чемоданы, мы ведь сейчас поедем? – предлагает женщина, прежде чем заставит себя отойти в сторону, а точнее совсем уйти из кухни, чтобы сделать так, как обещала. Нельзя ведь терять ни минуты зря!
Достав старенький чемодан, что вместе с Пейтон Брик пережил переезд к будущему мужу, затем уход от него же и вновь таки каждый новый переезд из одной съемной квартиры на другую. И, быть может, выглядел чемодан не слишком надежно, женщина прекрасно знала, что тот поместит все то, что она запланирует взять с собой в дорогу. Естественно, сборы были начаты с маленького озорника, которому предстояло провести пару чудесных дней практически на свежем воздухе – наблюдать за большими волнами океана, такими же большими чайками, что рыщут вокруг за добычей и просто прекрасной окружающей природой, которую можно было разглядеть только на том пляже. Ее ведь не прятали под собой туристы и желающие позагорать или понаблюдать за серфингистами.
- Ух, ты! Какие красивые! – Тони воскликнула так, как того и ожидал Ноа, при этом улыбнувшись, посмотрела на Дитриха. – Это папа тебе их дал? – спросила она, решив обязательно переговорить с папой о том, что ребенку незачем давать такие часы. Это ведь не игрушка, пусть они ему и понравились и действительно есть желание потешить сына. Но, на этот раз она лишь отрицательно вертит головой, глядя в зеленые глаза мужчины, прежде чем продолжить сборы своих вещей, которые ей могут понадобиться.
- Окей, думаю, можем ехать, - пока Дитрих пристегал часики к специальным петелькам на комбинезоне сына, Тони успела бросить себе кое-какие вещи в чемодан, который собственно и закрыла. Позволив мужчине быть джентльменом, она взяла сына, пока его отец тащил на себе весь их багаж. При этом, немногочисленный багаж. – Мы не будем по дороге заезжать в маркет? – спрашивает она, прежде чем они выедут за пределы города, а поэтому все еще сохранялась возможность купить что-нибудь из продуктов. – Или мы закупимся уже на месте? – еще один вариант, который вполне ближе по духу Пейтон.
- Папа, а ты придешь ко мне на день рождение? – внезапно огласил мальчишка свой вопрос, которого от него Пейтон никак не ожидала. Ведь разговор о дне рождения она вела только с Лидией и Лорой. И то с каждой отдельно, поскольку с Лидией этот разговор закончился ссорой. Сестра не постеснялась сказать Тони все в лицо тогда. «Неужели у ребенка нет отца, что он не может приехать на день рождение сына?» - этот вопрос, на который не могла дать ответа Тони, заставил ее сейчас вновь вспомнить о том, что пока все остается без изменений. Только Ноа растет все больше, умнеет, а еще начинает говорить о своем отце другим детям и даже взрослым. Ведь именно от Ноа Лидия узнала практически всю правду. Или, если говорить проще, спалила конспирацию, что строилась все последующее время после того, как их роман закрутился с новой силой.

+1

9

Дитрих лихо вырулил на хорошо знакомую трассу и прибавил скорости на почти что пустой федеральной трассе. Ноа вертелся на руках у Тони словно уж на сковородке, стараясь успеть разглядеть буквально все по обеим сторонам дороги - и совершенно неважно, что до самого национального парка не было ничего интересного. Вопрос, заданный умным ребенком не застал Данцигера врасплох - в какой-то мере он ожидал его. Прекрасно знал как Ноа скучает и с нетерпением ожидает каждой новой встречи со своим непутевым папашей... но как, скажите на милость, объяснить маленькому сыну истинную причину своего очередного отстутствия на самом важном для него празднике? Причем, малыш ожидал любимого папу вовсе не из-за подарков, хотя и очень радовался им, как и любой нормальный ребенок.
-Сынок, я очень хотел бы приехать на твой день рождения, -совершенно серьезно ответил Данцигер. -Но я не могу этого обещать, потому что пока что не знаю, как у меня будет с работой.
Ноа согласно кивнул и вытянул за цепочку часы из своего нагрудного кармана. Дитрих и подумать не мог, что его сыну так понравится старинный брегет, что был сделан черт знает в каком дремучем году - где-то после Первой мировой точно. Они наверняка дорого стоили и считались антикварными, однако для Данцигера их стоимость нельзя было измерить в денежном эквиваленте; это была прежде всего память о дорогом человеке. Притормозив перед очередной развилкой, немец улыбнулся, наблюдая как Ноа занялся часами и приложил их наверное уже в сотый раз к своему уху... наверняка ведь его рано погибший дедушка был бы рад видеть свои часы в руках своего единственного внука? Поначалу Дитрих собирался потихоньку забрать брегет у своего любимого чада, но вот теперь, видя как мальчик буквально вцепился в них, понял что не сможет.
-Пап... а можно мне их забрать? -определенно Ноа был на одной волне со своим отцом и словно бы прочитал его мысли. -Я их не потеряю, честное слово... и не буду носить на улицу.
-Конечно можно, -Дитрих улыбнулся, вновь вдавив педаль газа в пол, после разрешающего сигнала светофора. -Ты ведь побережешь их для меня? Я покажу тебе попозже, как их надо заводить - там есть одна маленькая немецкая хитрость. Если не заведешь вовремя, они не будут тикать. А насчет похода в маркет... я знаю один, небольшой, как раз возле мотеля, где у меня как-то угнали машину.
-Куда угнали? -тут же поинтересовался Ноа-любопытный-нос, с интересом посмотрев на своего обожаемого родителя. Данцигер лишь рассмеялся, припомнив историю пятилетней давности... в результате которой, собственно и стал отцом, уведя-таки Пейтон у ее законного мужа. Однако, нечто подобное следует рассказывать сыну, когда он основательно подрастет, так что сейчас следует ответить как можно более тактично.
-Мы с мамой тебе как-нибудь расскажем эту историю, -улыбнулся немец, свернув наконец на нужном повороте в сторону побережья. Ноа восхищенно выдохнул, когда увидел океан во всей красе и постарался привстать на руках у Тони, чтобы все разглядеть как можно лучше, так что последней пришлось аккуратно усадить сынишку. -Я и не думал, что тут такой ветер поднимется... как бы не было шторма?
Остановившись на парковке, Дитрих вышел из машины, подумав что нынче запустить корабль как планировалось, не получится - волнение на море было слишком сильным. Но никто не мешал всей дружной компании прогуляться по берегу пока погода окончательно не испортилась, так что подхватив Ноа на руки и приобняв Пейтон, глава семейства направился ближе к воде.
-Ну что скажешь, мой хороший? -остановившись, Данцигер поправил бейсболку на голове сына и легонько коснулся губами его виска. -Жаль не выйдет устроить торжественный спуск на воду твоего корабля - смотри какие большие волны? Как-то мы сегодня пропустили штормовое предупреждение...
-Мне нравится.., -тихонько сказал Ноа, восхищенно смотря на большие темно-свинцового цвета волны с белыми гребнями, что накатывались на побережье. -А вода не выплеснется на берег??
-Нет, сынок, -улыбнулся Дитрих, взяв за руку Тони и направившись вдоль кромки воды. -Давайте погуляем минут десять и двинем в маркет, а потом в отель? А то как бы не накрыло дождем.
Хитро посмотрев на Пейтон, немец добавил заговорщически понизив голос, пользуясь тем, что Ноа, будучи в полном восторге, наблюдал за преддверием самой настоящей бури.
-Пожалуй сегодня океан похож на тебя, любимая - наглядная иллюстрация тех самых моментов, когда ты на меня сердита.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-06-07 03:33:49)

+1

10

Мужчина постарался ответить сыну как можно более осторожно и тактично, что было уже давно в порядке вещей – не обещать того, чего не можешь наверняка выполнить и этим самым заставить сына ронять слезы. Только Пейтон прекрасно знала, что день рождения сына, что уже был не за горами, состоится без отсутствия его родителя. Ведь на праздник придут все близкие им люди, которым не известны их с Дитрихом хитрые комбинации. Будет Лора с Джин, а ведь в действительности признаться своей лучшей подруге о том, что ее любовь из прошлого вернулась в такой вот способ, при этом его лучший друг нисколько не думает о ней, было как-то … не удобно. Спустя то столько лет.
- Ноа, а давай мы приготовим большой шоколадный торт, когда папа к нам на следующий раз приедет? Ты загадаешь желание и задуешь все-все свечки! Но, даже если папа и опоздает на день, не будет ничего ведь страшного, - бодренько подхватила Тони, не желая, как и любой заботливый родитель, чтобы ее сын расстраивался. Ноа был умным ребенком, быстро поняв, что и к чему, поэтому никогда не настаивал. Однако, больше всего на свете женщина не хотела, чтобы сын затаил где-то глубоко в душе обиду на своих непутевых родителей. И пока Ноа занялся отцовскими часами, Пейтон посмотрела на Дитриха, постаравшись улыбнуться ему. Знала, как не просто бывает сказать сыну «нет», «нельзя» или самое нейтральное «не знаю». Теперь-то Тони прекрасно знала, как не просто было ее матери воспитывать их с Лидией. А ведь они нисколько не способствовали ей в этом.
Пейтон стоило расслабиться. Выдохнуть, как обычно делала это в состоянии особого эмоционального подъема, хотя сейчас она была от чего-то подобного. Ей хотелось поскорее оказаться на том самом сказочном месте, с которым были связаны все самые разные приятные моменты в ее жизни. И маленький озорник, вертящийся у нее на руках, также был всецело связан с этим местом. Правда, пока он еще об этом не знал. Но, всему свое время? От недалеких мыслей с оттенком воспоминаний, женщину отвлек разговор ее любимых мужчин. В ответ на все это она могла только покачать отрицательно головой – не одобряла подобный тип игрушек. Разве только лишь тогда согласится с ним, когда Ноа основательно подрастет? Только Дитрих, как обычно, решил поступить по собственному усмотрению.
- Дит, это не игрушка, - тихо произнесла она, посмотрев немцу в глаза. Можно было отнять у сына часы и вернуть их обратно его отцу, только… стоило себе представить, какой нагрянет скандал, от мальчишки! – Дорогой, ну и как папа будет без часиков? – резонно заметила Пейтон, прежде чем Дитрих вспомнил о маркете и об отеле, где состоялось очередное примирение двух всемирных упрямцев, тем самым кардинально сменив тему. И на этот раз Тони оставалось растаять в улыбке.
До места их назначения оставалось немного. И вот уже сине-серым пятном на горизонте показался океан, что и привел в восторг маленького озорника, которого Пейтон и попыталась аккуратно усадить себе на колени. Но, благодаря Ноа на стекле бокового окна осталась пара отпечатков маленьких ладош, которыми опирался мальчик, восторгаясь предстоящей прогулкой. Однако, покинув приделы салона автомобиля, всем им пришлось заметить не входящую в их грандиозные планы погоду.
- Да, как-то мы совсем не этого ожидали, - вдумчиво поделилась своими мыслями Тони, передав сына на руки Дитриху, пока сама застегнула свою кенгурушку. К счастью, Ноа пока не грозило замерзнуть – он, похоже, был одет вполне нормально. – Не холодно тебе малыш? – спросила она у сына, прежде чем Дитрих обнял ее свободной рукой за плечи. – Обязательно скажи маме, если замерзнешь, хорошо? – взяла с Ноа обещание, хотя мальчишка был сейчас готов обещать все, что угодно, лишь бы ему не мешали наблюдать за волнующимся океаном и наслаждаться компанией его любимого, без всякого преувеличения, папы.
- Пожалуй сегодня океан похож на тебя, любимая - наглядная иллюстрация тех самых моментов, когда ты на меня сердита, - тем временем, тихо произнес ей на ухо Дитрих, чем вызвал у Тони на лице новую, но уже более хитрую улыбку, в которой было место не столь согласию, сколь воплощению на практике всех возможностей. Все мы прекрасно знаем, каким бывает перемирие, разве нет? Сладким, страстным и удовлетворяющим.
- Ну, что, посмотрим, как быстро ты меня на этот раз рассердишь? – вовсе не подстрекает к ссоре, скорее наоборот, тонко намекает на что-то совершенно другое, но определенно точно близкое им двум. – Но, пойдем в маркет, а затем в отель? Мне бы не хотелось промокнуть … снова, - на время перебирает инициативу в собственные руки, так что ухватилась за локоть мужчины, после чего втроем отправились в небольшой местный супермаркет, где можно было купить все, что было только угодно. Однако, уже на пути из магазина в отель, их застал дождь, так что пришлось буквально добегать до того самого здания, в котором пять лет назад и заявилась парочка промокших до нитки влюбленных. Оставалось надеяться только на то, что спустя годы здесь сделали ремонт.
Дав возможность Дитриху заказать им номер, а также расплатиться за него наперед, женщина взяла на руки сына, прижав его к себе.
- Устал? – тихо спросила она у своей маленькой радости, как только сынишка обнял ее за шею, прислонившись своей щекой к ее. В ответ женщина получила только тихое «угу», так что лишь погладила сына по плечам – у него был длинный день, полный эмоций, в котором следовало бы сделать небольшую паузу. – Ничего, сейчас мы зайдем в номер и ты там сможешь отдохнуть.

+1

11

-Ты же знаешь, что у меня талант, выработанный годами - сердить тебя когда надо и не надо, -усмехнулся немец, поймав весьма многообещающий взгляд Тони. По сути, их ссоры обычно вертелись возле одних и тех же тем и стали, в какой-то мере уже "классикой" жанра: работа Дитриха на старого друга Фредо, его связь с криминалом и все в таком духе. Очень часто во время этих споров могло даже пострадать несколько единиц кухонной посуды - хорошо что не об чугунно-упрямую голову Данцигера, который лишь покорно слушал претензии своей любимой и не возражал, пока она сердилась. Потом лишь оставалось поставить финальную точку в ссоре одним-единственным поцелуем, после которого абсолютно все могло катится к черту. Дав какое-либо важное обещание, немец словно упертый баран никогда не отступал от своего слова - и Пейтон ведь отлично помнит, что самым последним его обещанием было никуда ее не отпускать больше. Это как слова из песни, что не вырубишь топором и не выкинешь - с тобой может быть плохо, но без тебя еще хуже? -Но мне кажется, что сегодня вечером можно сразу приступить непосредственно к примирительной части?
После отменной прогулки по пляжу, которую не могла испортить даже резкая перемена погоды, Дитрих повел свое семейство в маленький маркет на бензоколонке, где нашлось все что нужно для ужина в мотеле. Малыш Ноа хоть и не жаловался, но уже успел порядком устать - так что Тони взяла сынишку на руки, пока немец тащил пакеты с купленной провизией. Мальчик был все еще под впечатлением от явно недовольного нынче океана и по счастью, нисколько не пожалел о том, что так и не удалось устроить испытание кораблю. Правда начавшаяся за окном, самая настоящая гроза - верная спутница шторма - немного напугала Ноа и после того как он был уложен в кровать, то схватил за руку Дитриха, после очередного раската грома.
-Все хорошо, не бойся, -Данцигер присел на край кровати, погладив сына по голове. -Ты устал, мой хороший и тебе надо немного передохнуть. Скоро дождь пройдет и завтра мы снова пойдем гулять, да?
-А ты не уедешь никуда? -на всякий случай поинтересовался Ноа, уже сонно моргая. -И где мои часы? Они не потерялись??
-Сейчас я тебе их отцеплю, -улыбнулся Дитрих, отстегнув брегет от металлической петельки на джинсах сына и положив его под подушку. -Давай-ка поспи, чемпион? Завтра покажу тебе как надо заводить часы, чтобы они не перестали идти. И я никуда не собираюсь уезжать, так что можешь спать совершенно спокойно.
-Угу, -кивнул мальчик и сложив свои ладони под щекой, мирно заснул. Данцигер посидел возле сына еще пару минут, а затем вышел в соседнюю комнату, где Тони уже успела разобрать пакет с купленным провиантом.
-Знаешь, а портье, видя что мы пришли с маркета, попросил меня не варить картошку в раковине при помощи кипятильника, -посмеиваясь, сообщил своей ненаглядной немец, притянув ее ближе к себе. -Я честно говоря думал, что такого уже просто не встретишь в природе - но как оказалось старый дедовский способ приготовить еду при полном отсутствии кухни, в ходу и сейчас. А еще наше чудо уснуло... и я чертовски по тебе соскучился.
Вот и наступил наконец-то тот закономерный и давно ожидаемый момент, когда весь окружающий мир мог вприпрыжку лететь ко всем чертям. Дитриху конечно же придется вернутся к своим делам, когда сказочно прекрасные дни вместе с дорогими и близкими закончатся как и все хорошее в этой жизни. Но все это еще только будет... а пока что немец мог обнимать любимую женщину и проводить время с сыном. Он заслужил передышку.
Утром следующего дня, Данцигер проснулся из-за того что сонный Ноа, плюхнулся между ним и Тони и устраиваясь поудобнее, сделал попытку натянуть на себя оба одеяла что были в наличии. Тихо засмеявшись, немец хорошенько закутал сынишку потеплее... и тут совершенно явственно услышал где-то совсем рядом выстрел. А за ним и еще один. Вообще, территория возле залива всегда считалась местом спокойным, а маленький городишко на побережье никогда не знал такой веселой штуки как вооруженные разборки местных банд. Чтобы избежать каких-либо неприятностей, Дитрих осторожно выбрался из постели и одевшись, вышел из номера - вокруг было еще по-утреннему тихо и сыро после прошедшей ночью грозы. Оглядевшись по сторонам, немец не заметил ничего необычного и решил пройтись до стоянки трейлеров, где и нашел разгадку таинственных выстрелов.
Как оказалось, на стоянку приехала веселая молодежная компашка, решившая вкусить все радости буйного отдыха на природе. Уже успев наклюкаться с утра пораньше, эти ребята придумали грохнуть парочку петард для полного счастья - одна из них рванула уже при Дитрихе и звук который был при этом небольшом взрыве, был реально похож на выстрел.
Я либо старею, либо у меня начинается паранойя? -усмехнулся немец собственной подозрительности. Однако, когда есть что терять, подобные меры предосторожности вполне объяснимы? Он вернулся в номер и снова с удовольствием завалился на кровать - и как оказалось, Ноа уже успел проснутся и беспокойно поднял голову, придвинувшись поближе.
-Я подумал, что ты надолго ушел.., -тихонько шепнул мальчик. -Где ты был?
-Ходил посмотреть погоду - мы ведь собирались опробовать сегодня твой корабль, помнишь? -соврал Дитрих, обняв сына, когда тот привычно уже уткнулся ему в шею носом. -Еще очень рано, так что поспи еще и не буди маму, мой хороший. А я никуда не уйду, как и обещал тебе.
-Ладно, -согласился Ноа и на всякий случай схватился за отцовскую руку, видимо чтобы тот не смог смыться по-тихому, даже если захочет. Дитрих в очередной раз ощутил себя последним кретином, заставляющим маленького ребенка переживать на свой счет... Но с этим было уже ничего не поделать, так что немец позволил себе снова провалится в сон.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-06-08 01:18:15)

+1

12

За окном могла быть любая погода: хоть снег, сильный дождь, шторм или даже конец света с тем еще Армагеддоном в  компании. Это все было не так важно и могло подождать до тех пор, пока не будет назойливо долго вертеться перед глазами, когда у них в жизни светило свое солнце. Тишина, теплота и уют – таким должен быть их дом, что хранит за своими стенами их большой секрет. И ведь именно таким и должен стать этот отельный номер, который заняло небольшое семейство. Он был ощутимо больше того номера, который они сняли здесь примерно пять лет назад. Тогда, правда, вовсе не грозой гонимые, а скорее лишь обоюдным желанием, они нашли здесь свой покой. И надо было ведь все прекрасное пробуждение вдвоем испортить своим побегом с весьма благородной целью. Теперь, пожалуй, женщина бы поступила иначе. Не стала бы слушать свою совесть, а просто рассказала обо всем несколько погодя. Все-таки пара часов или же дней нисколько бы не сделали ей погоды? В любом случае теперь, она куда более трепетно относится к совместно проведенному времени.
- Не знаю, хорошо или плохо, что мы не покупали картошку? – улыбнувшись вошедшему в комнату, где уже давно хозяйствовала Тони. Но, это был скорее риторический вопрос, которому усмехнулась блондинка. Женщина, конечно, раздумала по поводу этой покупки, но все-таки решила, что в номере можно было обойтись чем-нибудь попроще. Ведь совсем недалеко было какое-то кафе или же бистро. Ну, а сэндвичи на завтрак не испортят ей пути к здоровому образу жизни, к которому она пытается приучить сына. – Не представляю себе даже, как можно делать нечто подобное, - все еще под впечатлением от просьбы, которую передали их семейству не так давно, Пейтон не могла успокоиться и даже попыталась себе мысленно нарисовать эту картину с картофелем, кипятильником и все это возле умывальника. Нет, дальше ее внимание не смогло пойти, иначе … как вообще можно было кушать подобное? Даже не стала бы пытаться накормить чем-то подобным сына, не говоря уже о себе или, тем более, о Дитрихе, ради которого старалась создать уют в каждой мелочи.
Правда, долго женщина не смогла удивляться. Да и зачем? Зачем поражаться чему-то, когда любимый мужчина обнимает тебе, даря очередной миг счастья, что обязательно захочется чувствовать и в дни его отсутствия. Каждое прикосновение, такое трепетно нежное и приятное… говорят, что со временем люди остывают друг к другу, и жар чувств им приходится поддерживать, бог знает, какими способами. Возможно, их желание и пламя между ними и поддерживало вынужденное расстояние? Во всяком случае, Тони надеялась, что это было не так, а поэтому даже не думала ни о чем подобном. Да и разве можно было думать, хоть о чем-нибудь, когда обнимал и дарил свои поцелуи любимый мужчина?
Тони не помнила того мгновения, когда она провалилась в беспамятство сна. Более того, женщина даже не предала внимания тому, как сын плюхнулся между ней и Дитрихом, когда оба его родителя спали мирным сном. Правда, она даже подвинулась слегка в сторону, чтобы Ноа было больше места, но и это действие было скорее сделано на подсознательном уровне. Пейтон ведь привыкла к тому, что сын может вместо своей кроватки пожелать спать с матерью. В частности, когда его отец отсутствовал. Именно Ноа, сам того не зная, вселял в нее даже в самые грустные вечера, когда его матери так не хватало Дитриха, надежду. Надежду на то, что вся конспирация была не зря. Надежду на то, что когда-нибудь все станет лучше. Надежду, в конце концов, на то, что сын знает своего отца, а она может хоть изредка принадлежать тому мужчине, что много лет тому назад, украл ее сердце.
Проснувшись этим днем, женщина застала просто умилительную картину: Ноа выставил на своего отца руку и ногу так, словно бы во сне обнимал огромного плюшевого мишку, не иначе. Сонно потянувшись и улыбнувшись увиденной картине, женщина не удержалась от того, чтобы сделать себе памятное фото. Оно, конечно же, сразу же отправляется в персональную папку хранения на телефоне, при этом даже с паролем, чтобы никому не досталась подобная улика. Ну, а после нескольких подобных снимков, можно было отложить в сторону сенсорное чудо техники и приготовить своим мужчинам завтрак. Они ведь пропустили вчера ужин? Кто-то из-за усталости, а кому-то было просто не до ужина. Собственно, само приготовление сэндвичей не забрало у Пейтон много времени. Она быстро все разложила по тарелкам – на одну сэндвич сладкий (с шоколадным маслом), на другую с ветчиной и листьями салата, ну а на третью сыр и соус. Ну, а еще женщина не смогла удержаться, поэтому открыла упаковку круасанов, один из которой уже съела, не дождавшись своих спящих мужчин.
Нетерпеливость вряд ли считается пороком, но именно по причине ее назойливого присутствия, женщина не удержалась и подалась будить свое сонное царство поцелуями. Устроившись с другой стороны от Дитриха, Тони пощекотала мужчине подбородок, а после провела пальцем по его груди, что так же не привело особенного результата. Когда-то Ноа также будил свою мамочку, правда более жесткими и верными методами, среди которых потягивание за нос было еще самым простым и менее болезненным.
- Просыпайтесь, мои сони, - произнесла Пейтон, прежде чем на нее отреагировали. – Я уже приготовила завтрак нам, а на улице, кажется, уже даже солнечно и можно идти гулять, - доложила она мужчине, когда тот открыл глаза, после чего кивнула ему на то, как прочно он оккупирован сыном.

0

13

Несмотря на утреннюю вынужденную прогулку, Дитрих славно выспался - и блаженно потянулся, когда Тони разбудила его, а затем и улыбнулся, увидев как крепко-крепко его обнял любимый сынишка. Складывалось впечатление, что даже продолжая сладко спать, Ноа будто бы опасался, что его отец может куда-то смыться? Немец очень осторожно уселся в кровати, взяв маленького озорника к себе на руки и коснувшись губами его лба - открыв глаза и сонно моргая, мальчик улыбнулся родителям, не спеша слезать с отцовских рук.
-Как тебе спалось, чемпион? -поинтересовался у сына Дитрих, пригладив его лохматые после сна волосы. -Мама уже зовет нас завтракать, так что давай срочно умываться и приводить себя в порядок. Сейчас поедим, потом надо бы найти какую-нибудь веревку... и пойдем запускать твой авианосец.
-А зачем веревку? -хихикнул Ноа, после того как слез с кровати и оказался в объятиях любимой мамы. -Корабль ведь должен сам плыть...
-Веревка нужна чтобы его вытянуть на берег, если батарейки вдруг сдохнут, -объяснил мальчику Данцигер, подойдя к Тони и коснувшись губами ее щеки. -Я старый больной человек - неужели ты хочешь чтобы я лез в воду?
Ноа в ответ на это заявление лишь рассмеялся, уткнувшись в мамину шею, что позволило Дитриху подарить своей любимой куда более нескромный поцелуй, пока любимое чадо не видело.
-Сейчас я окончательно проснусь в душе и потом весь ваш, -пообещал немец и спокойно направился в ванную... откуда ему пришлось, почти что в панике выскочить, одеваясь  буквально на ходу, когда из комнаты раздалось громкое:
-Папа!!! Скорее иди сюда!!!
Честно говоря, Дитрих подумал что случилось что-то очень плохое - потому как звонкий голосок сына прозвучал как-то убито что ли? Плакал Ноа очень редко, это был спокойный и чудесный ребенок... так что немец реально испугался и пулей вылетел из ванной, даже не успев избавится от щетины на лице как собирался.
-Они сломались.., -грустно вздохнул мальчик, протянув своему непутевому папаше его брегет. -Больше не тикают... но я их не ломал...
Дитриху очень захотелось хлопнуть себя по лбу как следует. Он совершенно забыл показать сыну как заводятся эти чертовые часы - а Ноа конечно же испугался, что они могли сломаться. У этого парня вообще не было такой привычки, ломать свои игрушки, плюс к этому он особенно трепетно относился к тем вещам, что дарил ему отец.
-Они не ломались, Ноа - это я дурак, -улыбнулся Данцигер, подхватив на руки сына и усевшись с ним на диван. -Я же обещал тебе показать одну маленькую немецкую хитрость, помнишь? Эти часы не на батарейках, сынок, их надо заводить, чтобы стрелки ходили по кругу и показывали время. Смотри.
Обычно любые механические часы заводятся с помощью небольшого колесика, что переводит стрелки - однако часовщик что сделал брегет Дитриха, в свое время решил явно выпендрится и придумал заводить механизм с помощью маленького ключа. Немец отстегнул этот ключик со связки больших ключей от внедорожника и положил его на ладошку Ноа.
-Какой маленький! -восхитился мальчик и внимательно посмотрел как надо заводить его новую и явно уже любимую игрушку. -А можно мне попробовать?
-Конечно. Ты должен прокрутить этот ключ до того как он не перестанет проворачиваться, -объяснил Дитрих и после того как часы снова "пошли", выставил верное время и надежно пристегнул конец серебряной цепочки к джинсовым брюкам сына. -Я отдам ключ нашей маме, чтобы он не потерялся, хорошо? Вы будете вместе заводить часы.
После всех "часовых" перипетий, Данцигер наконец-то привел себя в порядок и затем, отменно позавтракав, все семейство направилось на пляж. Веревку немцу найти так и не удалось, но зато он купил в местном магазинчике для рыбаков катушку толстой лески для ловли тунца, к которой можно было привязать авианосец Ноа и вытянуть его на берег, в случае если бы батарейки вдруг сели. Увидев спокойный и куда более приветливый океан, мальчик был не менее обрадован, чем накануне вечером, наблюдая начало самого настоящего шторма. К тому же на берегу и кроме корабля было много всего интересного! И ракушки и даже малюсенькие крабы, что бегали боком и смешно зарывались в песок.
-Сейчас я тебя поймаю! -хихикнул Ноа, отбежав от родителей и постаравшись поймать одного такого малютку... и тут мальчишку окликнула какая-то женщина. Он поднял голову и увидел тетю, с которой не раз виделся, когда был в маминой парикмахерской. -Здравствуйте...
-Привет, Ноа! -улыбнулась женщина и приветливо помахала рукой Пейтон. -Как твои дела? Не ожидала тебя тут увидеть... а кто это с тобой и твоей мамой?
Ноа конечно не мог знать, что в парикмахерской все считали Тони матерью-одиночкой, которую бросил какой-то кретин. Так что недолго думая, умный ребенок спалил контору, после чего болтливая мадам даже на пару минут "зависла"...
-Все хорошо... мы вчера приехали, -мальчик улыбнулся в ответ. -А это мой папа!
Получите контрольный в лоб, как говорится?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-06-08 21:33:49)

+1

14

- Я бы очень поспорила на счет старого и больного человека, - пожалуй, единственное, что могла позволить себе озвучить Пейтон, не заставив сына начинать расспрашивать о том, что ему было рано еще знать и слышать. К тому же, если кое-кто себя чувствует старым, разве это не значит, что его избранница также заметно, скажем так, повзрослела? Но, как бы то ни было, многие говорят, что дети заставляют своих родителей чувствовать себя намного младше? Может быть, это и так, поскольку женщина себя не ощущала на все тридцать семь своих лет. И на данный момент любимому отцу и мужчине стоило только вновь посоветовать бросить свою работу и проводить с ними все свое время, без попыток выкроить его в своем плотном графике.
Однако, подобны заявления обычно заканчивались не совсем мирно. В итоге Тони заводилась, превращаясь на штормовой океан, который все имели возможность наблюдать не так давно, а всего лишь вчера. Так что женщина тактично молчит о том, что обычно терзало ее изнутри ровно до тех пор, пока не приходила так называемая точка кипения. Конечно, если все будет в норме, она наверняка сможет сдержать свое мнение при себе. Хотя, разве Дитрих не знал о нем уже? Тихо вздохнув, когда сын, обняв ее, уткнулся Тони в шею, женщина была приятно удивлена неожиданно страстным поцелуем, что был превосходным напоминанием о том, как прошла их совместная ночь…
Ей пришлось отпустить мужчину в ванную, хотя когда-то предпочитала составлять ему компанию. В любом случае, это могло быть реально раньше, до появления на свет Ноа, который также претендовал на ту же часть внимания Дитриха, что и его мать. Можно только предполагать, что Тони стала бы делать в случае, если детей было бы внезапно двое? Пожалуй, именно понимание того, что они живут в тайне от целого мира, как и то, сколько вопросов со стороны это должно было вызвать. К тому же время и силы без того были на исходе, хотя странно хотелось ей еще ребенка… Но, никогда она этого не скажет своему немцу.
Как только Дитрих отправился в душ, маленький озорник почти сразу же поспешил к своей кровати, быстренько и звучно перебирая своими маленькими ножками по полу. За это время женщина успела заварить даже чай каждому, поскольку о кофе они в маркете не позаботились вчера. И тут… внезапно услышала громкий плач, от которого у заботливой матери едва не остановилось сердце.
- Ноа, что случилось? Не плачь, малыш, – спросила она, видя, как горько плачет мальчика, держа в руке отцовские часы, которые ему вчера положил возле подушки Дитрих. И нужно сказать, что в этот самый момент блондинка успела пожалеть о том, что этот самый брегет мужчина взял вообще с собой.
Только уже спустя какое-то время, когда из душа показался Дитрих, Тони будет вынуждена признать, что эти часы не так уж и плохи… Это ли не лучшая памятная вещь о нем, когда любимого папы нет рядом. Особенно, когда они вместе занялись часами с немецкой хитростью. Пейтон оставалось только взять кружку чая в руки и наблюдать за тем, как ее любимые мужчины заняты одним очень важным общим делом.
Более, к счастью обоих любящих родителей, никаких эксцессов не было за завтраком, который они провели за одним столом и в достаточно хорошем настроении, обсуждая предстоящий заплыв кораблика маленького озорника. Само собой, Тони была всего лишь в основном пассивным слушателем, но и то дело заставляла Ноа рассказывать им с Дитрихом что-то новое. Уже оказавшись на пляже, Пейтон обняла мужчину за талию рукой, наблюдая за тем, как сын стал догонять маленького краба.
- Знаешь, когда ты только вчера дал Ноа часы – я подумала, что зря это было. Он ведь такой маленький, но когда вы сегодня их вместе чинили, я увидела, как ошибалась, - честно призналась женщина, пока они неторопливо гуляли на пляже, совершенно не ожидая увидеть кого-нибудь из знакомых. Так что, едва она услышала, как кто-то окликает ее сына, сердце Тони замерло, а сама она лишь сглотнула.
Это была миссис Кингстон. Клиентка, при этом постоянная, что каждую первую пятницу месяца приходила в парикмахерскую, где работает Тони, чтобы подкрасить и подстричь свои белокурые волосы, а также сделать маникюр и педикюр. Собственно, это был именно тот человек, появление которого Пейтон не могла спланировать. Так что женщина машинально опустила руку, которой еще недавно обнимала мужчину и подалась навстречу знакомой, совершенно не зная, что еще сказать ей.
- Здравствуйте, какими судьбами? – начала прежде, чем приблизилась достаточно близко к женщине, словно бы требуя какого-то нейтрального ответа.
- Я тут со своим мужем, у него тут брат владеет бистро, - нашлась с ответом женщина, подумав, что продолжать таращиться на мужчину и парикмахершу будет не тактично и вряд ли уж вежливо.
- Понятно… - понимающе кивнула в ответ Пейтон, не зная, что и сказать. Но, нашлась сама клиентка.
- А вы решили восстановить семью, да? Всегда думала, что вы не поддерживаете связь с отцом Ноа, извините, я не хотела...
- В некотором роде, да, все нормально,- честно, но со скрипом на душе призналась Тони, не зная, что еще может сказать этой женщине. Наверное, просьба не рассказывать никому об этом, будет выглядеть крайне глупо и не уместно? Что же, ее Тони решила оттянуть до того раза, когда миссис Кингстон окажется в ее кресле.
- Ладно, не буду вам мешать. Увидимся на следующей неделе, да? – беззаботно произнесла женщина, на что Пейтон только ответила кивком и, когда клиентка отошла на несколько шагов, шумно выдохнула. Хотя, от этого вряд ли ей стало легче.
- Ноа, не отбегай так далеко от нас больше, ладно? – строго обратилась, хотя и знала, что сын тут как раз был совершенно невиновен. Виновник был как раз другой.

+1

15

Пока Ноа охотился на крабов к полному своему удовольствию, Дитрих крепко привязал игрушечный авианосец к леске и лишь после этого заметил незнакомую женщину, что заговорила с его сыном и затем с Тони. Вот так, легко и ненавязчиво, вся конспирация полетела к черту? Хотя... блондинка что подошла поздороваться, навряд ли вертелась в криминальных кругах и могла бы рассказать местным гопникам, кто приходится отцом одному классному парню. Так что Данцигер вполне дружелюбно кивнул даме, когда та озвучила свой вопрос относительно воссоединения семьи... которая по сути никогда и не разъединялась.
-Ну что, ты готов к первому спуску корабля на большую воду? -улыбнулся Дитрих, протянув сынишке пульт от его авианосца. -Давай посмотрим, как он будет плавать?
-Давай! -мигом согласился Ноа, тут же совершенно позабыв о тете, что совершенно некстати узнала всю правду - хотя, по сути дела, в ней не было ничего необычного. -Интересно, а он доплывет до тех камушков?
-Леска у нас длинная, так что думаю, что да, -немец потрепал по голове свое любимое чадо и подошел к Тони. Кажется она несколько растерялась, после встречи с той блондинкой? -Ничего страшного ведь не случилось, любимая. Да и какая ей разница, помирилась ты с отцом своего ребенка или нет?
Узнав о том, что любопытная блондинка была постоянной клиенткой парикмахерской, Данцигер лишь пожал плечами. В лучшем случае, эта женщина может лишь порадоваться тому факту, что блудный муж прекрасной миссис Картер наконец-то взялся за ум и стал проводить время с ребенком. В худшем - позавидует и будет сплетничать, но, опять же, что толку в сплетнях, если совершенно не знаешь всех подробностей дела?
-Тони... наша с тобой конспирация, все равно по сути притянута за уши.., -воспользовавшись моментом, что сын занят своей новой игрушкой, Дитрих обнял свою ненаглядную. -Ноа не носит мою фамилию, но во всех его документах я записан как его отец. И ты знаешь, что я никогда не откажусь от этого и сделаю все ради вашей с сыном безопасности.
Конечно же немец прекрасно знал, чего в действительно хотелось его милой Тони... надо быть абсолютным дураком, чтобы не понимать подобного. Она хотела быть настоящей женой, которой не пришлось бы отпускать мужа черт знает куда и думать о том, получит он свою шальную пулю или нет. Нормальная семья - там где нет места опасности, пушке в бардачке авто и прочим вещам, что совершенно не нужны в совместной жизни. Пока что Дитрих не мог пообещать своей возлюбленной, что в ближайшем будущем сумеет выполнить ее самую главную просьбу, а врать Пейтон он не привык... но она ведь хорошо знает, что всегда будет на первом месте для него? Только Тони и Ноа и ради них Данцигер готов сделать все возможное и невозможное - при его ослином упрямстве и упертости, последнее представляется легко достижимым.
-Хочешь я тебе расскажу одну давнюю историю? Просто вспомнилось сейчас.., -подстелив свою толстовку на ближайший большой камень, Дитрих уселся на него и усадил рядом Тони. -Это касается твоей сестрицы... в общем, она ненавидит меня, потому что я не захотел с ней встречаться, еще в школе. Правда, Лидия обещала меня прибить, если я хоть кому-нибудь расскажу об этом. Это было в последнем классе - а когда мы с тобой стали гулять вместе, она еще больше разозлилась. Удивительно, но даже и сейчас она меня терпеть не может, уже по инерции. Хорошо хоть на Ноа это не распространяется.
Посмотрев как сын управляет своим авианосцем, Данцигер вспомнил про ключ от своих часов и порывшись в одном из своих многочисленных карманов, теперь положил его на ладонь Пейтон.
-Я думаю что лучше если ты заберешь этот ключ, милая и поможешь нашему парню заводить мой брегет. Эти часы все равно должны были рано или поздно перейти к Ноа. Они пережили две войны и видели много всего за свою "жизнь" - пусть теперь радуют нашего сына. Мне кажется, что мой отец был бы рад увидеть их в надежных руках, -немец улыбнулся в очередной раз. -Вообще, я никогда бы не подумал о том, что старые часы могут так понравится Ноа.

+1

16

Когда достаточно долгое время приходится жить, скрывая буквально от всех свою правду, далеко не просто бывает смириться с тем, что кто-то вот так запросто взял и узнал твою правду. При этом, для этого ему не нужно было абсолютно ничего делать. Свои ощущения в конкретно данный момент Тони не могла бы передать или описать словами. Чувствовала, что слишком расслабилась, была не осторожна и опрометчива. А еще … предположила, как это могло бы отразиться на Ноа, при условии, что вместо миссис Кингстон их увидел кто-нибудь еще.
От части шокирована, от части расстроена, но женщина не привыкла сдаваться, а потому просто идет следом за Дитрихом и сыном. С приличного расстояния от океана она наблюдает за тем, как им весело запускать свой корабль, заставляя себя вновь расслабиться. Расслабиться и забыть о том, что так внезапно потревожило ее. Только вместо желаемого результата, она приходит к противоположному. Воображение подсказывает, что же могло случиться, если бы на месте ее клиентки оказался кто-то из тех людей, что переступают закон – и нужно сказать, что ничего подобного ей не нравится. Если бы люди, среди которых вертелся ее немец, вряд ли их отношения и, так называемая, семейная жизнь осталась в тени. Только хуже всего было то, что, начав врать своей лучшей подруге, Тони теперь не знала, как лучше было бы подсказать Лоре правду. Даже по секрету.
Тем временем, Дитрих попытался отвлечь женщину от ее не самых радушных мыслей. Хотя, честно говоря, эта его попытка была отнюдь не успешной.
- Ты хоть понимаешь, что на ее месте мог оказаться кто-нибудь другой? – блондинка не стала подсказывать, кто бы мог именно заменить пятью минутами ранее миссис Кингстон. Думается, мужчина должен был догадаться об этом, не смотря на то, что делал вид, будто действительно ничего не случилось. Она тяжело вздохнула, прежде чем добавила до вышесказанного: - Это моя постоянная клиентка. Теперь, если она не удержится и захочет с кем-нибудь поделиться новостью, об этом узнают все на работе, затем узнает Лора и скорей всего обидится на меня, потому что я скрывала все от нее, - еще один вздох перерывает ее. На этот раз он тяжелее. – Не нужно говорить мне, что ничего страшного не случилось.
Дитрих притягивает ее к себе ближе, нежно обнимая, и продолжает говорить в принципе реальные вещи, с которыми давно была согласна. Но… все равно было что-то не так.
- Если ты говоришь, что наша конспирация притянута за уши, тогда зачем мы вообще прячемся? Почему я должна врать тем, кто мне близок, не говоря уже о том, что мне плевать на то, что подумают посторонние. Если все так просто, почему ты не можешь просто выбрать между нами и своей занятостью? – это была лишь верхушка айсберга. Это было лишь начало шторма по имени Тони, который мог разрастись и набрать опасных поворотов, не смотря на то, что она и не хотела ничего подобного говорить. Это всего лишь грузом лежит у нее на сердце, изредка пробираясь наружу в подобные моменты.
- Историю? Что еще за истории, Дит? – иронично спрашивает она у мужчины, прежде чем присядет рядом с ним. И ведь, по правде говоря, она ожидала чего-то более связанного с произошедшем не так давно, или чего-то более философского, но только не того, что рассказал ей Данцигер.
– Погоди… - спустя минуту, не раньше, Пейтон таки смогла переварить услышанное от своего избранника. – Ты хочешь сказать, что Лидия к тебе была неравнодушна сначала? Боже, я такого точно не ожидала сегодня услышать, - шокировано добавила женщина, на время забыв о том, как их спалили. Пейтон даже не заметила хитрого, но такого опасного маневра, что его проделал немец. – И чего я еще не знаю, может быть, расскажешь? Мне интересно, правда, - серьезней добавила Тони, не в силах сохранять ни совершенное спокойствие, ни доброе расположение духа. Хотя, она уже отодвинулась от угрызений совести на ооочень далекое расстояние.
Тем временем, женщина получила тот самый ключик, благодаря которому заводились немецкие часы Дитриха, что уже успешно присвоил Ноа. Положив его на ладонь, Тони тихо вздохнула и сжала его в руке: - Он ему понравился потому, что он твой. Это будет ему напоминать о тебе, пока ты будешь в Сакраменто… Кстати, у тебя кто-то был? Ну, тогда … перед рождением Ноа, - решила все же задать этот вопрос, что вертелся на кончике языка и требовал ответа. И теперь, когда он прозвучал, женщине оставалось уповать лишь на удовлетворительный ответ, но честный.

Отредактировано Payton Carter (2015-06-09 17:44:38)

+1

17

По правде говоря, Дитрих решил вот так, спонтанно рассказать давнюю историю о Лидии, лишь для того чтобы отвлечь Тони от ее опасений, насчет болтливости блондинки, которой Ноа выдал всю правду. Однако, после упоминая о фиаско Лидии в школьной раздевалке много лет назад, разговор немца и его возлюбленной принял неожиданный и несколько крутой оборот? Данцигеру вовсе не хотелось провоцировать Пейтон на ревность, которая по сути была ненужной, если учитывать тот факт, что они много времени провели, живя каждый своей собственной жизнью.
-Если ты спрашиваешь насчет каких-либо серьезных отношений, то их не было, -немец не стал юлить и придумывать каких-либо небылиц и решил сказать как есть. -И ты ведь тоже была замужем, Тони... пусть даже и не любила того беднягу. Если бы он был умнее, то не позволил бы тебе уйти - так что я очень рад тому что он сдался без боя.
Дитрих нисколько не обманывал себя. Он наворотил чертовски много глупостей по молодости и главной из них был отъезд в Сакраменто и разрыв с Пейтон. Вот только осознание собственных ошибок, как водится, пришло несколько поздно - в тот самый момент, когда немец узнал, что его любимая женщина принадлежит другому. Естественно, он не имел никакого права попрекать ее этим... особенно в свете того, что отмочил много лет назад - и сейчас не хотел даже и вспоминать о тех "проходных" пассиях, что случались время от времени до той эпохальной встречи с Тони в ресторане.
Нельзя исправить прошлое и переиграть то что было когда-то. Но все же можно попытаться наладить все в настоящем и как следствие - в ближайшем будущем. Тем более, что оно было очень даже ощутимым и заключалось для Дитриха и Пейтон в их любимом сыне. Что бы не случилось далее, Ноа еще крепче связал своих непутевых родителей, не позволяя им капитально разругаться во время случавшихся порой эпичных ссор.
-Я уже как-то сказал тебе на этом же самом месте, что был дураком, -продолжил Данцигер. -Все хорошее что только было в моей жизни, связано только с тобой. С того самого момента, как ты улыбнулась мне тогда в супермаркете - помнишь, Лидия еще треснула меня багетом?
Немец мог бы многое добавить к уже сказанному, но тут прибежал довольный и счастливый Ноа, вместе со своим кораблем - это означало, что родителям пора было прекращать свои разговоры и думать как еще развлекать свое драгоценное чадо.
-Мне пришлось вытянуть его за веревочку.., -пожаловался мальчик, положив авианосец на песок. -Может быть батарейки сели?
-Ничего страшного, можно купить новые в магазине на заправке, -улыбнулся Дитрих. -Давай я отнесу корабль в машину и мы прогуляемся по берегу? Я ведь еще не спросил тебя, что ты хочешь на свой день рождения.
-А я еще не придумал, -честно признался Ноа, тихонько хихикнув и взяв немца за руку. -Можно я схожу с тобой к машине?

Вернувшись в Сакраменто, после своего небольшого "отпуска", Данцигер вновь попал в уже привычный водоворот дел на фирме - налоговая, финансовая отчетность и прочие вещи, требующие его непосредственного внимания. Дитрих очень надеялся, что очень скоро сумеет выбраться к Тони и Ноа снова, хотя бы на пару дней - и его величество случай, совершенно неожиданно дал ему эту возможность. В канун дня рождения сына, поздним вечером, немцу позвонила Пейтон и сообщила что мальчик простудился и придется отменить приход гостей и небольшой праздник в кругу друзей. Естественно, узнав о том что Ноа плохо, Дитрих не стал сидеть на месте и сорвался в Сан-Хосе, решив что утром отменит все намеченные дела и назначенные встречи. Ничего такого не произойдет, если он на пару дней оставит фирму на своих помощников - она давно уже работает словно хорошо отлаженный и выверенный годами механизм.
-Как Ноа?? -поинтересовался Данцигер, лишь только Тони успела открыть ему дверь. Сорвавшись на ночь глядя, немец умудрился пролететь все расстояние от Сакраменто до Сан-Хосе всего лишь за два часа. -Он все еще температурит? Ты вызывала врача?
Собственно говоря, ничего страшного по сути не произошло - мальчик просто немного простыл и должен был быстро поправится. Однако, Дитриху все равно было не по себе, особенно когда он увидел как маленький озорник погрустнел. Еще бы, ведь его день рождения теперь придется отложить?
-Ничего страшного, мой хороший, -улыбнулся немец, подхватив сына на руки вместе с одеялом. -Мы с мамой устроим тебе отличный день рождения и без гостей. Разве плохо, что мы будем только втроем?
-Ты останешься на мой день рождения? -Ноа устроился поудобнее на отцовских руках и пристроил свою голову на плечо к Дитриху. -Тогда... я хочу подольше поболеть...
-Это еще почему? Тебе наоборот надо поскорее выздороветь, -потеплее закутав Ноа, Данцигер уселся на кровать и крепче обнял его, прижав к себе. -Ты ведь кажется хотел самокат на день рождения? Как же мы пойдем его покупать, если ты будешь лежать?
Ноа тихонько вздохнул... конечно же ему хотелось праздника и подарков - но было кое-что, куда важнее чем все это.
-Если я буду долго болеть, ты не уедешь.., -выдал мальчик и зевнув, прикрыл глаза. -А я не хочу чтобы ты уезжал на работу...

+1

18

Living isn’t easy, she’s gonna mess this up completely, and no one can hold
You down!

Miss Li – Spaceship

Всегда приходит тот день, когда приходится спускаться с небес на землю. Иллюзия заканчивается, как сладкий сон по утру снова и снова. И на этот раз тоже. Кто бы знал, как ненавидела момент прощания Пейтон, но и он был неизбежен, ведь хотелось оставить в памяти каждое мгновение и чувствовать подольше вкус его губах на своих. Тони прекрасно было известно, как саркастично отозвалась бы Лидия об прощании двух взрослых людей, как она говорит, что не могут наладить свою жизнь. «Как моряк…» - ухмыльнулась женщина, мысленно озвучив мнение старшей сестры. Так было проще, сказать свое «Созвонимся» и продолжать жить той жизнью, которая у нее была.
Серые будни должен был наладить праздник, в честь дня рождения Ноа. Целых четыре года – даже не верилось ей, что ее сыну так много лет. Много – это, само собой, сказано относительно. В нашей жизни все относительно ведь. Этих четырех лет, проведенных в отношениях с немцем, когда ему получалось вырваться к ней и Ноа, действительно было мало. Только … все эти годы пролетели, словно одно мгновение. Словно длительный сон, посреди которого по несколько раз просыпалась и снова ложилась, ожидая новой приятной картинки.
После поездки к океану, Тони с головой погрузилась в приготовление каждой детали праздника – это должна была быть детская вечеринка, куда тем не менее, было приглашено много взрослых, друзей Тони, что всегда поддерживали ее. Естественно, ни один праздник не обходился без присутствия Лоры и Джин. Хотя, Джин подобные праздники давно уже были не интересны. Также была еще парочка друзей с работы, у которых водились дети приблизительно того же возраста, что у Ноа, так что мальчишке не должно было быть скучно. Тони уже начала украшать гостиную, когда заметила, что Ноа ведет себя не так, как всегда. Он выглядел заметно грустным, так что его заботливая мать решила для начала развеселить сына. Но, когда ничего не подействовало, она слезла со стула, на котором стояла и развешивала гирлянды, и подошла к Ноа, чтобы обнять его и расспросить в чем была причина. И тут, ее ждал весьма и весьма не приятный сюрприз…
- Ноа, солнышко, расскажи маме, что у тебя болит? – нежно поинтересовалась женщина, вновь прикоснувшись губами к виску ребенка. Было достаточно прикоснуться губами к нему, чтобы почувствовать, как он горит. Так что, не дожидаясь, пока ему станет хуже, Тони взяла сына на руки и сразу же померила температуру, чтоб решить, какие меры стоит проделать. – Давай, ты выпьешь немного сока пока мама померит тебе температуру? – предложила она, налив немного мульти фруктового сока сыну, на что он скривился, но не отказался.
- У меня болит горло, - тихо пожаловался Ноа, так что женщина сразу же проверила, не красное горло. Собственно, никакого медицинского образования у Пейтон не было, но все-таки разбираться в том, как выглядит обычная простуда, разбиралась. Конечно, для начала нужно было заставить сына пить, как можно больше жидкости, не забывая про спреи от горла, ибо таблетки это не то, что лучше всего помогает маленьким детям.
И где-то среди всей этой возни, Пейтон обзвонила своих гостей, чтобы сообщить им о том, что сейчас Ноа немного не до праздника. Собственно, как и ей самой.
- … Он пока лежит, но я надеюсь, что уже утром ему пройдет, - рассказывала женщина подруге, что была также крестной матерью Ноа. – Я думаю, лучше всего будет перенести все на следующие выходные. Тогда уже точно не придется гадать, станет лучше или нет. А лишать его праздника, я не хочу, - тихо вздохнула Тони, посмотрев на сына, что уже начал дремать. - Ладно, Ноа уже засыпает, так что не буду ему мешать – пока, - прежде чем снова заглянуть в телефонную книгу своего мобильного, Пейтон попрощалась с подругой. Погасив верхний свет, она принялась убирать некоторые украшения, когда решила сделать еще один звонок. На этот раз ее адресат точно не относился к приглашенным, но был намного больше дороже и необходимее.
- Привет, Дит, - коротко поздоровалась с мужчиной она, услышав его голос. – Ты еще работаешь? – это скорее просто дежурные фразы. Так, по крайней мере, мог бы счесть кто угодно, но для Пейтон каждый ответ имеет смысл. И слушать ведь можно долго-долго…
– А у нас Ноа заболел. Вечером у него поднялась температура – все из-за горла, наверное, напился холодного чего-то или просто простыл, пришлось отменить праздник, назначенный на завтра, - пожаловалась она, тяжко выдохнув и отбросив волосы на бок. Естественно, она не ожидала даже, что спустя два часа после разговора с мужчиной, он появится на пороге. Так что для начала она лишь пропустила его во внутрь дома и крепко обняла: - Он немного поспал – как раз, когда я с тобой говорила, он уснул, а сейчас ему, кажется, немного лучше стало, - начала она, прежде чем Дитрих продолжил расстреливать ее вопросами. – Мне удалось сбить температуру до тридцати семи, но теперь его организму придется бороться самому. Нет, я не вызывала врача – это же только простуда. Но, если еще завтра будет температурить – поведу его к доктору, - было так трогательно видеть Дитриха взволнованным. Ведь, по сути, это впервые, когда она ему рассказала о проблемах здоровья сына. Может быть, стоило делать это намного чаще? Например, когда сын температурил из-за зубов или тоже бывало, как-то он простыл.
У женщины было еще много дел. Ей надо было довести гостиную до обычного ее состояния, как и навести порядок на кухне. Так что она с легкой душей оставила сына на его отца, поэтому не могла слышать те выводы, которые сделал четырехлетний мальчик. Она вернулась снова с небольшим стаканом сока и спреем, после чего надо было уложить его.
- Мама, а ты споешь мне колыбельную? – не отпуская своего отца, озвучил свою просьбу Ноа. И ведь, не откажешь своей маленькой радости в такой обычной и обыкновенной просьбе?
- Может, пусть папа книжку тебе почитает, Ноа? – предложила свой вариант женщина, на что ребенок сразу же отрицательно покачал головой.
- Не хочу книжку. Папа почитает, если колыбельная не поможет мне уснуть, правда, пап? – резонно предложил Ноа, на что оставалось действительно только согласиться.
- Ну, хорошо, тогда укладывайся, - мягко произнесла она, после чего на кровати Ноа уложилось сразу двое, поскольку ребенку так и хотелось быть рядом с обоими своими родителями, по всей видимости. 
- Every night I rush to my bed
With hopes that maybe I'll get a chance to see you
When I close my eyes I'm going out of my head
Lost in a fairytale, can you hold my hands and be my guide?
Clouds filled with stars cover your skies
And I hope it rains, you're the perfect lullaby
What kinda dream is this?...*

Sweet Dreams Acoustic Version by Beyonce*

Отредактировано Payton Carter (2015-06-11 21:08:37)

+1

19

Устроившись рядом с любимым сыном и Тони, Дитрих сам не заметил как задремал - наверное сказалась дневная беготня по различным встречам и целому хороводу полезных-нужных-необходимых в той или иной степени для бизнеса людей. Теперь же, под тихую песню своей единственной и неповторимой, можно было позволить накопившейся усталости отправить себя в царство Морфея. Тем более, что и Ноа уже успел спокойно уснуть, явно почувствовав себя гораздо лучше, рядом с обоими своими родителями. Все-таки правильно говорится, что порой человека лечат вовсе не лекарства, а забота и наличие рядом дорогих и близких людей?
Быть может беспокойство за единственного сына продолжало "есть" Данцигера... или он реально слишком устал за долгий и хлопотный день - потому как едва закрыв глаза, мужчина увидел достаточно яркую картинку из своего прошлого. Те самые, не слишком веселые дни, что настали после аварии, что случилась в теперь уже далеком 1988 году.


-Я так и буду... все время лежать и лежать? -тяжко вздохнув, поинтересовалась Каролина, едва только Дитрих проснулся в то утро. Его жизнь с некоторых пор протекала в городской больнице Дрездена - отсюда он уходил в школу и сюда же возвращался после занятий. Как и Аннелиза, парень давно уже забыл что значит нормально жить дома... Из-за тяжелого состояния Лин, ему разрешили ночевать в ее палате, несмотря на то что это было вопиющим нарушением правил - однако, видя что маленькой пациентке умеет поднимать настроение только ее брат, врачи пошли на уступки. -Не хочу...
Он лишь вздохнул, подсев к кровати сестры. Гипсовый кокон сковывал ее почти что с головы до пят, оставив свободными лишь только голову и руки - понятное дело, маленькому ребенку очень нелегко просто лежать продолжительное время.
Лежать и испытывать при этом ужасные боли после всех проклятых операций.
-Я знаю, Лин... пожалуйста потерпи еще немножко? Скоро все это снимут.., -Дитриху не хотелось врать Каролине и он отлично знал, что после снятия гипса ее мучения не закончатся. Начнется куда более болезненный период восстановления.... притом, что врачи не дают благоприятного прогноза на то что Каролина когда-нибудь сможет ходить. -Мне надо сходить на занятия, но я постараюсь быстро вернутся и почитаю тебе, хочешь? Или еще что-нибудь интересное придумаю...
-Хорошо.., -совершенно безразличным тоном ответила Лин. -Сейчас уже придет мама... иди, а то тебя будут ругать за опоздание...
В тот день, младший Данцигер откровенно дремал на занятиях, даже и не стараясь делать вид, что слушает учителей - а они тактично делали вид, что не замечают уснувшего внаглую ученика. Все знали, что приключилось в семействе Дитриха, поэтому к нему не придирались и не вызывали отвечать. Наверное только благодаря собственному ослиному упрямству и отменной памяти, парень умудрился не скатится до самых плохих оценок, ведь у него совершенно не было времени зубрить уроки. Все его время принадлежало только Лин.
Когда занятия наконец-то закончились, Дитрих поплелся обратно в больницу, радуясь тому что в выходные сможет как следует отоспаться. Когда он уже подходил к переходу через хорошо знакомую улицу, то услышал громкий лай и жалобное мяуканье - спустя секунду, под ноги парню кинулся маленький тощий полосатый котенок, за которым гналась огромная лохматая дворняга. После спасения котенка Данцигера-младшего вдруг осенила поистине гениальная мысль - а ведь этот смешной меховой комок поможет ему развеселить Каролину!
Она не улыбнулась, увидев его и лишь в очередной раз вздохнула... несмотря на свой сравнительно небольшой еще возраст, Лин не хотелось быть обузой для любимых мамы и брата. Девочка знала, что Дитрих из-за нее не спит ночами и его жизнь тоже проходит в четырех стенах - и даже если он и не жаловался, это было именно так. Больше всего на свете, Каролине сейчас хотелось снова вернутся в школу, встретится с друзьями... и вернуть все то что было до того рокового дня, когда она села в новую папину машину.
-Лин, я кое-кого привел тебе! -тем временем, торжественно объявил Дитрих. -Правда меня могут выгнать отсюда вместе с ним... но я все-таки решил рискнуть. Итак, милая леди, я представляю вашему вниманию, отчаянного, единственного и невовторимого, господина Полосатого - грозу Циммер-штрассе и всех окрестных дворняг!
После этих слов, на груди у Лин оказался спасенный котенок - и именно с этого самого момента ей действительно стало куда лучше. Но вовсе не из-за лекарств или стараний врачей...


-Пап, вставай! Я хочу есть.., -едва успев проснутся, Ноа тут же начал тормошить своего отца. -Просыпайся скорее, пожалуйста?
Дитрих сонно протер глаза - его сон был настолько реальным, что он мог в некотором роде, почувствовать хорошо знакомые больничные запахи и ощущение прикосновения к мягкой шерстке того самого кота, которого он пронес в палату сестрицы под курткой. Кстати говоря, позже этот котяра отлично прижился на кухне клиники Карла Густава и стал важным и толстым - просто вылитый обербургомистр Дрездена.
-Тебе правда лучше, сынок? -Данцигер коснулся губами лба мальчишки и позволил себе облегченный вздох - температура наконец-то упала. -Я очень рад... и раз ты уже хочешь есть, то пойдем и узнаем у мамы, как там наш завтрак. Ну а потом уже займемся нашим праздником?
-Хорошо! -с довольным видом кивнул Ноа и хихикнул, когда отец подхватил его на плечо. -И ты не забыл, что обещал мне самокат?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-06-12 22:07:59)

+1

20

Песня, которую избрала Тони для того, чтобы спеть на ночь сыну, была избрана не случайно. Возможно, она не походила даже для такого обозначения, как колыбельная, зато очень четко демонстрировала эмоции женщины по отношению к мужчине, которого они одинаково с Ноа ждали дома. Именно в этом доме, что пустовал и грустил по немцу, когда ему приходилось возвращаться в Сакраменто. Не единожды Пейтон вспоминала о том, как Каролина однажды сказала ей о том, что ее брату больше нравится в том городе, чем в Сан-Хосе. Вряд ли тогда Тони предала серьезное значение словам младшей сестрицы Дитриха, но теперь, вспоминая их, серьезно задумывалась, отбрасывала в сторону и вновь возвращалась к ним, терзая себе этим душу.
Насколько они оставались актуальными сейчас? Нет, она бы не хотела знать.
Допев «Сладкие сны», Пейтон обнаружила, как двое ее любимых мужчин сладко уснули – старший немец и младший, вопреки тому, что внешне он был совершенно не похож на Дитриха. Это была милейшая картина – такая нормальная для большинства семей, но столь редкостная в их жизнях, которые вынуждены были вести определенную игру.  Женщина отвела в сторону темные пряди волос Ноа, чтобы прикоснуться губами к его лбу и проверить температуру. Лобик ее маленького ангела был еще достаточно теплым, но уже не таким горячим, как прежде этим вечером, что не могло ее не обрадовать. Позволив себе облегченный вздох, блондинка перевела свой взгляд на Дитриха, что спал так умиротворенно и сладко, что она едва удержалась от последовавшего вопроса. Какие сны он смотрит, когда спит? Увы, но она вряд ли узнает. Такое просто не возможно. В точности, как и не узнает о том, что заставило его так устать в течении этого дня.
Поднялась Тони с кровати лишь затем, чтобы укрыть Дитриха легким одеялом – будить его, как и тревожить всю эту картину, которую хотелось сохранить в памяти запоминающимся фото, ей не хотелось. Ее ждала еще уборка украшений, которые развешивала специально к празднику Ноа вечером, но вместо того, чтобы заняться ею, Пейтон решила прилечь рядом с сыном. Она считала, что не надолго. Всего на пару минут. Но, усталость, накопившаяся в течении долгого и полного приготовлений к празднику в честь дня рождения сына дня, дала о себе знать. Веки стали тяжелыми и не хотели открываться, когда она, еще окончательно не уснув, вспоминала о том, что планировала еще на этот вечер.
Проснулась Пейтон внезапно. За ночь ей не приснился ни один сон, словно бы она вовсе только-только закрыла глаза, и уже наступило утро. Естественно, в первую же очередь она проверила температуру сына, тем самым методом, что и вечером, когда он только уснул. Но, уже сейчас она почувствовала, что температура спала и больше не доставляла дискомфорта ее сыну, за которого, естественно, переживала. За окном ярко блестело солнце, яркими лучами заглядывая сквозь занавески в спальне, обманчиво зазывая всех на улицу и пляж. Хотя, в феврале не удастся поплавать – океанская вода еще слишком холодная для этого, тогда как для обычной прогулки по городу – самое то.
- Мама? – спросила маленькая радость у Пейтон, когда она поднялась из постели, тихо вздохнув, посмотрев на себя. Спать, не переодевшись, было, во всяком случае, не самой лучшей идеей? В прочем, брюки Дитриха, наверняка были еще в худшем состоянии.
- Полежи еще немного с папой, а я пойду готовить нам завтрак? – предложила она, чмокнув сына в нос. – Ты ведь уже лучше себя чувствуешь? - спросила она, прежде, чем Ноа ответил ей согласным кивком, который не мог ее не порадовать. – Не представляешь, как я рада это слышать, мой хороший,- проворковала Тони, едва слышно, чтобы не разбудить все еще спящего Дитриха. - Пусть наш папа еще поспит немного, ладно? У него вчера был наверняка длинный и насыщенный день на работе. Так что ему нужно отдохнуть, как и тебе, - она только предполагала, не знала наверняка, но продолжала лишь строить их собственный мир под футляром так, чтобы в нем всем было максимально комфортно. Пусть даже временно.
- У меня уже даже горло не болит, - заявил мальчик, прежде чем устроился удобнее в кровати.
Однако, просто лежать маленькому озорнику не легко? Спустя пару минут он уже решил, наверняка, что папа достаточно хорошо отдохнул и выспался, потому взял и разбудил его.
- Вы очень даже вовремя – я уже заканчиваю готовить наш завтрак, - усмехнулась женщина, когда увидела на кухне Дитриха и Ноа, которым следовало перед завтраком выдать свою порцию нежности в объятиях и поцелуях.
И пусть длится идиллия вечно?

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » At Last ‡Наша тайная идиллия