Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Ты помнишь, что чувствовал в этот самый момент. В ту самую секунду, когда...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Как это — умирать? — Быстрее, чем засыпать.


Как это — умирать? — Быстрее, чем засыпать.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

[AVA]http://sh.uploads.ru/IbCxH.png[/AVA][NIC]Amilie Rosie[/NIC]
christian & freyja

http://cs322930.vk.me/v322930047/c168/qaJYExL8_zA.jpg

London | Hogwarts | 2015
Когда ты первенец в семье Розье, которая долгие годы считалась вымершей, и, следуя традициям семьи, должен сохранить чистоту крови - это не так легко, как кажется. Ведь тебе в женихи могут навязать человека, которого ты ненавидишь всеми фибрами своей души, человека, который уже достаточно давно издевается над тобой. Воспротивится против семьи - единственное решение, но верное ли? И к чему оно может привести? Особенно, когда ты оказываешься в самом центре кровавых событий школы

Отредактировано Freyja Burke (2015-06-24 19:39:58)

+1

2

[AVA]http://sh.uploads.ru/IbCxH.png[/AVA][NIC]Amilie Rosie[/NIC]

Мои родители дали мне имя Амелия Розье, стоило мне только появится на свет жарким летним днем 26 августа 1999 года (да, да, я родилась спустя год после Второй Магической Войны). Но мои друзья любят называть меня Ами или же Лия. Сейчас за окном 2015 год, а это значит, что мне уже целых 16 лет и я вступила в тот возраст, когда первенцы в моей семье проходят этап "подборки кандидатов на роль будущего мужа или жены" (в моем случае это, конечно же, должен быть муж). Я учусь в одной из трех знаменитых школ волшебства - Хогвартсе, на факультете Гриффиндор. Я красавица, отличница и не плохой игрок в Квиддич, что не раз доказывала на играх (ах, да, я ещё и оооочень скромная). Кстати говоря, Квиддич - это моя страсть и отдушина в то время как предмет Зельеварение на каждом уроке становится для меня пыткой благодаря профессору Ариусу Малфою. Ах, и ещё, у меня есть всего ничего до того, как я закончу школу и мне придется следовать традициям своей семьи, чтобы сохранить чистоту крови. Не легко быть первым в семье Розье, в семье, что долгое время считалась погибшей.

http://cs616716.vk.me/v616716540/1138d/0nysbyWxurY.jpg


С момента Второй Магической Войны, в которой пострадал не только весь волшебный мир, но и был не мало разрушен мир маглов, прошло уже целых семнадцать лет. Семнадцать лет люди больше не боятся произносить имя Волан-де-Морта и не называют его "Тот-Чьё-Имя-Нельзя-Называть". И семнадцать лет люди больше могут не бояться угрозы со стороны Пожирателей смерти. Их всех больше нет. Ни Пожирателей смерти, большая часть которых погибла ещё в не столь далеком 1998 году в "Битве за Хогвартс", ни Волан-де-Морта, которого, в конечном счете, победил мальчик, который выжил. Гарри Поттер. Каждый, кто поступает на факультет Гриффиндор мечтает быть похожем на него. Кто-то хочет, чтобы у него были такие же друзья, как у Гарри. Кто-то хочет, чтобы его жизнь была наполнена опасными и захватывающими дух приключениями. Кто-то хочет быть героем. А кто-то, как я, хочет быть столь же великолепным ловцом в Квиддич, как и он. В прочем, после "Битвы за Хогвартс" многие из тех, кто в ней участвовали стали героями и кумирами сотен детей, которые имели возможность поступить обучатся в школу магии и волшебства. Кто-то равнялся на погибших, желая быть таким же сдержанным оборотнем, как и Риммус Люпин. Кто-то хочет иметь необычные способности метаморфа, как Нимфадора Тонкс. Кто-то хочет быть похожим на смелого мальчика Невилла Долгопупса, который большую часть своей жизни был посредственным малым, но смог изменится и стать поистине храбрым Гриффиндорцем. И таких примеров ещё очень много. Дети, которые были рождены от выживших в "Битве за Хогвартс" - сейчас одни из самых популярных детей в школе, которые едва отбиваются от своих многочисленных фанатов.
Я родилась спустя год после Второй Магической Войны и мои родители не принимали в ней никакого участия, прячась от Волан-де-Морта и других, скрывая свое существование ото всех. Мой отец - Эван Розье, человек, который долгое время считалсяубитым Грозным глазом Грюмом, но оказался живым. Моя мать - Пенелопа Эйвери - чистокровный маг одной из побочных ветвей семьи Эйвери. Они познакомились совершенно случайно, но полюбили друг-друга с первого взгляда. Так уж получилось, что мой дед был Пожирателем смерти, о чем мне не единожды напоминают все кому не лень, совершенно забывая, что тот погиб тогда, когда меня и в планах не было (а если и не погиб, ведь его судьба моему отцу была известна только по слухам, то я все равно его никогда не знала). Не забывают меня и ткнуть носом в то, что мой отец поддерживал взгляды Волан-де-Морта и в свое время ранил мракоборца Аластора Грюма, который и помог моему отцу инсценировать свою смерть. Как и почему все произошло именно так - мне до сих пор отказываются говорить. Но сама я думаю, что мой отец так сильно хотел заслужить уважения своего отца, что стал на путь, который сам бы никогда в жизни не выбрал. Так уж получилось, что мой отец - последний чистокровный представитель семьи Розье, помимо меня и моего брата Себастьяна, поэтому в нашей семье были введены кое-какие традиции, больше похожие на правила. И именно мне, как первенцу в семье предстоит опробовать эти правила на собственной шкурке. Самая главная традиция заключается в том, что первенец в нашей семье (не зависимо в главной или побочных ветвях) всегда должен связывать свою жизнь (и родить ребенка) от чистокровного, чтобы поддержать продолжение рода Розье. То бишь, я по сути в своей жизни не имею никакого выбора и должна буду выйти замуж за того человека, которого выберут мне родители. Мой брат же - имеет относительную свободу выбора. У него есть шанс женится на полукровке или маглорожденной, но тогда его семья станет побочной ветвью и его первый ребенок, в любом случае, должен связать свою жизнь с чистокровным. Вот такая у меня небольшая предыстория. Но перейдем к тому, что творится в моей жизни сейчас. Как я уже говорила, на дворе сейчас 2015 год. Этим летом мне исполнилось шестнадцать, а, значит, что теперь мне будут выбирать жениха, с которым я обручусь после окончания школы и, в последствии, выйду замуж. В августе этого года проходил Чемпионат Мира по Квиддичу, поэтому родители не стали меня обременять знакомством со своими кандидатами, дав мне хотя бы немного времени. Но начиная с осени этого года, то бишь вот сейчас, ведь сейчас уже сентябрь, я должна буду знакомится с молодыми (и не очень) людьми, один из которых станет моей половинкой. Я лишь могу надеяться на то, что я все же смогу влюбится в кого-то, чтобы не связывать свою жизнь с абсолютно чужим человеком.
- Ну, что, ты готова? - Моя лучшая подруга Кристина Барлоу - полукровка по происхождению и настоящий блондинистый ураган проблем, толкнула меня в бок. Я кивнула ей, улыбнувшись ей, - три...два...один...Поехалиииии!! - Мы вместе рванули к переходу на платформу 9 и 3/4. Поезд в Хогвартс вот-вот должен был отбыть и мы  поскорее погрузились в него, весело смеясь и предвкушая новые приключения в этом году. Рядом с Кристиной я всегда начинала чувствовать себя беззаботно, ведь с ней можно было позабыть обо всем и поделится всем. И мне это нравилось. - Слушай, ты издеваешься? - Стоило мне только достать учебник по Зельеварению и специальное дополнение к нему от Принца-полукровки (это дополнение было специально выпущено Гарри Поттером в память о Северусе Снегге. Дополнение к учебнику  Либациуса Борага "Расширенный курс зельеварения" содержало пометки профессора Снегга, которые он когда-то делал сам. И эти же пометки очень помогают избежать многих ошибок при изучении курса Зельеварение. А в моем случае они помогают не умереть на этом курсе). - Кристина, ты же знаешь, что стоит мне только появится на первом же уроке Зельеварения этот монстр будет меня валить. Дорога у нас дальняя, так что у нас будет время и поговорить и мне почитать, - я улыбнулась подруге и, игнорируя её возражения, я принялась за более детальное изучение первой темы учебника. - Похвально, мисс Розье, не думал, что Вы столь самоотверженно изучаете мой предмет, - я уже как раз дочитывала раздел о приворотных зельях, как над ухом раздался голос моего мучителя и человека, которого я ненавидела всеми фибрами своей души. - Добрый вечер, профессор Малфой, - я подняла взгляд на этого тирана, попутно отмечая, что подруги в купе нет. - Черт. - Я вижу его ухмылку и то, что он уже предвкушает нашу первую встречу на первом же уроке, но я не подарю ему такой радости завалить меня. - Конечно мне приходится штудировать книгу по Вашему предмету раз за разом, чтобы у Вас не оставалось ко мне вопросов, когда Вы решите в очередной раз устроить мне допрос с пристрастием, - спокойно выдала я, хотя внутри меня уже все кипело от гнева и ненависти к этому человеку, - тогда до встречи на нашем первом уроке, мисс Розье, - он взял мою руку в свою и легко коснулся моих пальцев губами, заставив меня остолбенеть прямо там, на моем месте. Что это он, черт подери, вытворяет???!! Хочет, чтобы я себе руку отрезала после его прикосновений?

Как и всегда это было, урок Зельеварения проходил в кабинете, что находился подземелье. - Итак, кто может что-то сказать о долголетних эликсирах? Может...Мисс Розье, - я поднялась с места перед этим одними губами прошептав Кристине "а я же говорила тебе", - что Вы мне можете поведать о долголетних эликсирах? - Я прекрасно изучила эту тему, поэтому ответить мне не составляло труда. - Долголетние эликсиры, вечнодействующие эликсиры или же вечные эликсиры - это группа зелий с направленностью на долголетнее или же неисчерпаемое действие. Для того, чтобы прервать действие долголетнего эликсира, необходимо выпить другое снадобье, которое действует по принципу противоядия и антидота. - Все уже привыкли к тому, что я готова отвечать на вопросы профессора Малфоя и уже не смотрели на меня такими ошарашенными глазами, - хорошо, мисс Розье. А какие виды долговечных эликсиров Вы знаете? - Что-то он начинает со слишком простых вопросов. -  Напиток Живой Смерти,  Любовные и Проворотные Зелья.
- Хорошо, что входит в состав Напитока Живой Смерти, мисс Розье?
- В рецепт входят настойка полыни, сок дремоносных бобов, корень валерианы и корень асфоделя.
- Что будет, если приготовить это зелье не правильно? Какие у него вообще действия?
- Напиток живой смерти — очень сильное усыпляющее средство. Ошибка в рецепте или приготовлении может привести к смерти выпившего зелье.
- Как можно нейтролизовать действие данного вечнодейсвующего эликсира?
- Рябиновым отваром или иными словами Виггенвельдом.
- Хорошо, мисс Розье, а какое из упомянутых Вами зелий некогда преподающий здесь профессор Гораций Слизнорт считал одним из самых страшных зелий в мире?
Я застыла от удивления. Естественно ничего подобного в книге по Зелеварению не было, как, в общем-то и в Дополнении от Принца-полукровки. И теперь у меня не было ответа на этот вопрос, - любое из этих зелий таит в себе ощутимую опасность, профессор Малфой.
- Значит, Вы не знаете ответ, да?
- Не знаю, профессор Малфой. - Я сжимала руки в кулачки от ярости настолько сильно, что мои ноготки начали впиваться в нежную кожу ладоней, оставляя кровоточащие ранки.
- Амортенция, мисс Розье. Это очень мощное приворотное зелье. Однако, по словам профессора Слизнорта, создать любовь невозможно. Так что Амортенция создаёт лишь безумное, непреодолимое влечение к тому, кто сварил зелье. Гораций Слизнорт называет Амортенцию одним из самых страшных зелий в мире. И если задуматься, то это правда. Ведь под воздействием этого зелья можно совершить ужасные поступки, якобы во имя любви. Садитесь, мисс Розье. Похвально, что Вы изучали учебник, но жаль, что Вы не сочли нужным поинтересоваться о этих зельях и в других итсточниках. В частности, профессор Слизнорт несколько лет назад выпустил чудесную книгу, где изложил все свои мысли. Десять очков Гриффиндору за знания мисс Розье, пять из которых я изымаю назад за её же не знание. А теперь перейдем к теме сегодняшнего урока - Напиток Живой Смерти. Доставайте Ваши учебники и открывайте страницу... - Дальше я не слушала профессора Малфоя, стараясь сосредоточится на том, чтобы правильно приготовить зелье и не получить неут. Стоило только уроку закончится, как я вылетела из кабинета, стремительно поднимаясь по лестнице. Я превосходно приготовила Живую смерть, получив "Превосходно", но унижение, что я испытала до этого никуда не делось и весь класс был этому свидетелем. Ариус Малфой, я ненавижу Вас и жду того момента, когда мне не придется терпеть Вас в своей жизни!

Отредактировано Freyja Burke (2015-07-26 15:46:24)

+2

3

[AVA]http://funkyimg.com/i/Z3Kv.jpg[/AVA][NIC]Arius Malfoy[/NIC]

http://funkyimg.com/i/Z4a3.jpg

   Меня зовут Ариус Малфой, я родился 12 августа 1989 года. У меня есть старший брат, с которым у нас очень натянутые отношения, ровно как и с матерью и отцом. Я чистокровный волшебник, и моя семья помешана на этом. Я уже как три года я являюсь новым преподавателем зельеварения в школе волшебства Хогвартс. Скажу сразу, я не являюсь выпускником этой школы, ведь ещё в раннем детстве меня отправили к дяде, - наверняка я смущал моих родителей, - на север Германии. Сова, которая принесла приглашение, была белоснежной, как снег, лежащий за окном моей комнаты. Прочитав все послание, я понял, что настало и мое время обучиться волшебству, а не красть постоянно дядину палочку, чтобы попрактиковаться.
Если вы не успели догадаться, учиться я начал в Дурмстранге, школе, чем-то напоминающей военное училище у маглов. Но я не испугался.  Каждый учебный год дядя привозил меня в школу, оставлял там, а в конце года забирал. Первый два года я не мог запомнить, как мы добираемся до школы, а потом мне рассказали, что все новички подвергаются заклятию памяти, на случай, если их кто-то спросит о местонахождении школы.
   После окончания Дурмстранга, я год путешествовал по всему миру, совершенствуя свой уровень волшебства, углубляясь в изучение любимого предмета зельеварения, пока ко мне не прилетела сова о том, что моя семья требует моего возвращения. Слово требует ввело меня в ступор, но я вернулся. Оказывается, моя брат уже женился, у него есть ребенок и он скоро станет частью большой семьи Хогвартса. Пока я был дома, мне предложили работу преподавателя зельеварения в этой школе, и я нес мог отказаться.

Когда ты – второй в семье известных любителей чистокровных браков, а твой брат пытался и вообще должен был убить величайшего волшебника всех времен и народов – жить в родном доме, и тем более называть его таковым – очень сложно. Когда я вернулся в Лондон, в родовое поместье, где уже жил Драко и его странная женушка Астория, мне было не по себе первые.. Да до сих пор мне находится с ними не по себе. Поэтому первый год преподавания я жил в Хогсмиде. Потом я нашел себе небольшой дом в пригороде Лондона, который хорошо защитил от посторонних взглядов и стал спокойно жить вдали от семьи. Но, как говорится, против них не попрешь, у отца очень хорошие связи, да и Драко выбился в люди, поэтому над моей головой нависла весть о скорейшем браке с представительницей чистокровок. Нет, я не так помешан на всем этом, как мои родители, но.. Они умеют убеждать и я поддался. Нарцисса, до сих пор я не могу назвать её матерью, выбрала несколько девушек, и я, наугад ткнул в первую попавшуюся картинку – Амелия Розье. Где-то я слышал эту фамилию, не они ли долгое время считались погибшими и как-то связанными с Грозным Глазом Грюмом? Да, признаюсь, я увлекался в школе этой историей с Волан-де-Мортом, Гарри Поттером и всеми его приспешниками. Мои родители ведь не просто так были связаны с самым темным волшебником, они были Пожирателями смерти и то,к ак отцу удалось изббежать наказания – для меня секрет. Хоть об этом до сих пор и судачат старушки на волшебных скамейках.
Вобщем, продолжу с момента подбора мне «нареченной». В тот день, когда я случайно ткнул в её фотографию пальцем, ей было четырнадцать, и она была моей ученицей. Она чем-то напоминала мне смесь Гермионы и Гарри, ведь она была ловцом как мальчишка и умной, как Грейнджер. Бесила меня жутко, постоянно пыталась всунуть свой нос куда не надо и на каждом моем уроке требовала завалить её вопросами. Позже это вылилось в некое подобие турнира. Я вызывал её каждый урок, сыпал вопросами, пока она не запарывалась. Я хотел доказать ей, что мало зубрить учебник и этот… специальный том от Гарри Поттера, надо проникнуться предметом.
Но вот, она выбрана, мои родители договорились с её и.. Жить в Хогвартсе стало невозможно. Я не мог не перестать мучать Амелию, пусть и знал, какая судьба её ждет. Я не мог также избежать этого, иначе на меня пал бы гнев отца, а я не хотел этого. Ведь за время проживания в Лондоне мне понравилось учить детей, наблюдать за ними, пусть в Хогвартсе и не было такой дисциплине как в Дурмстранге. Ещё со времен Турнира Трех Волшебников в 2006, в котором мне не удалось участвовать, хотя я так пытался. Кубок выплюнул имя моего друга, который не прошел предпоследнее испытание, а я.. Я тогда остался ни с чем. И ведь на Турнире были мои родители, мой брат с его женой. Я тогда их сразу узнал и сразу понял, почему меня сослали в ссылку к дяде. Я не был похож на этих заносчивых альбиносов, хоть и был блондином. Мои волосы были обычного, светлого оттенка, а лицо не выражало такого презрения к людям, словно под нос всему моему семейству наложили огромный кусок дерьма. Именно тогда мои мысли о подкидыше отпали, я был рад, что меня воспитывал дядя.

Прошло два года, и вот, год когда мне предстоит показать мисс Розье свою сущность настал. Сегодня мы отправляемся в Хогвартс и платформа 9 и 3/4 забита битком. Из своего купе я вижу Гарри Поттера отправляющего своих отпрысков в школу, Рона Уизли, который стоит неподалеку с  заучкой Гермионой. Вижу своего брата с женой, и отворачиваюсь. До сих пор мне неприятно это родство. Проходит ещё пара минут, пока не раздается свисток и поезд трогается с места. Я же сажусь, откидываясь на спинку, закрываю глаза. Думаю, что стоит немного поспать, и мне это почти удается, но резко что-то очень больно бьет меня в нос. Резко подскакиаю на ноги, теряя равновесие, и падаю обратно на сидение. От резкого света у меня начинают слезиться глаза, но это не мешает мне увидеть летающий шар, вертящийся на уровне моего носа. Злобно стреляю глазами по купе, проверяю сиденье на наличие шутников в мантии-невидимке, после хватаю мячик, зажимаю в руке и, выйдя в коридор, направляюсь к вагонам, наполненным школьниками. Чья это игрушка, я уже догадался, и я хочу лично посмотреть в глаза шутнику.
-Мистер Блэк, - как жаль, что этот мальчишка не родственник Гарри Поттера, а всего лишь однофамилец его несностного дяди, - кажется, эта игрушка ваша, - протягиваю ему мяч на ладони, паренек смотрит на меня, потом переводит взгляд на глаз, кожа вокруг которого уже начинает окрашиваться в синевато-красный цвет, - Простите профессор Малфой, она преднаначалась не вам, - Очень на это надеюсь, но минус двадцать очков Пуффендую вы уже заработали. Поздравляю! – разворачиваюсь на пятках и иду обратно. Прохожу мимо купе, где в одиночестве сидит Амелия, штудируя учебник по зельеварению, и не могу не зайти к ней.
Похвально, мисс Розье, не думал, что Вы столь самоотверженно изучаете мой предмет, - приоткрываю двери купе и наслаждаюсь этим взглядом. Словно вампир, я питаюсь её ненавистью, словно хочу, чтобы она ещё больше меня ненавидела, - Добрый вечер, профессор Малфой, - ухмыляюсь, а девушка продолжает, - Конечно мне приходится штудировать книгу по Вашему предмету раз за разом, чтобы у Вас не оставалось ко мне вопросов, когда Вы решите в очередной раз устроить мне допрос с пристрастием, - хочу сказать, что её старания все равно не помогут и я опять завалю её, как всегда делал. Но лишь продолжая улыбаться, отвечаю, - тогда до встречи на нашем первом уроке, мисс Розье, а дальше меня словно клинит, я подхожу ближе, наклоняюсь и прежде, чем Розье что-либо успеет сделать, наклоняюсь, беру её руку и пока никого рядом нет, касаюсь губами её кожи. По ошарашенным видом ученицы покидаю купе и насвистывая какую-то мелодию, возвращаюсь к себе.

Первый день занятий, моя вотчина и моя отдушина. Меня очень сильно раздражают подрастающие волшебники, которые ничерта не понимают в моем предмете. После одного из младших курсов Пуффендуя в моем кабинете стоит стойкий запах гнилой рыбы, неудачная попытка сварить противоядие к змеиному яду, а также по полу были разбросаны куски взорвавшихся котлов. Одним взмахом палочки я убираю весь мусор, вторым освежаю воздух, но все-таки остаток этой екой вони остается.
Перемена заканчивается и в подземелье валом идут шестекурсники Гриффиндора. Вот и моя отдушина, - внутри все ликует, когда я вижу Амелию. Она продолжает избегать моих взглядов, я же, словно нашкодивший кот, незаметно потираю руки, убирая палочку под мантию. Звенит звонок и гул смолкает. Первые пару минут я рассказываю,ч ем мы будем заниматься, пока речь не доходит до первого вопроса.
Итак, кто может что-то сказать о долголетних эликсирах? Может...Мисс Розье, - сделав вид, что окидываю аудиторию взглядом, я вызываю свою «любимицу». Гриффиндорцы перешептываться, как это бывает  на первом уроке, но смолкают быстро. что Вы мне можете поведать о долголетних эликсирах? –не обращая на них внимания, продолжаю допрос.
Долголетние эликсиры, вечнодействующие эликсиры или же вечные эликсиры - это группа зелий с направленностью на долголетнее или же неисчерпаемое действие. Для того, чтобы прервать действие долголетнего эликсира, необходимо выпить другое снадобье, которое действует по принципу противоядия и антидота. – ответ отличный, но является лишь точной копией написанного в учебнике, и не будь я в нём уверен, даже присвистнул бы. Но не надо быть такой уверенной, дорогая моя, я ведь только начал..
Хорошо, мисс Розье. А какие виды долговечных эликсиров Вы знаете? – начинаю с легких вопросов, как будто разминаюсь, -  Напиток Живой Смерти,  Любовные и Проворотные Зелья.
- Хорошо, что входит в состав Напитока Живой Смерти, мисс Розье?
- В рецепт входят настойка полыни, сок дремоносных бобов, корень валерианы и корень асфоделя.
- Что будет, если приготовить это зелье не правильно? Какие у него вообще действия?
- Напиток живой смерти — очень сильное усыпляющее средство. Ошибка в рецепте или приготовлении может привести к смерти выпившего зелье.
- Как можно нейтрализовать действие данного вечнодейсвующего эликсира?
- Рябиновым отваром или иными словами Виггенвельдом.
- Хорошо, мисс Розье, а какое из упомянутых Вами зелий некогда преподающий здесь профессор Гораций Слизнорт считал одним из самых страшных зелий в мире?  - а вот и джек-пот. Словно я не читал эту шпоргалку, одобренную Министерством и не знаю,к аким вопросом завалить тебя, заучка.
- Любое из этих зелий таит в себе ощутимую опасность, профессор Малфой. – брешь сломлена, я ликую
- Значит, Вы не знаете ответ, да? – не сдерживаясь, с долей веселости произношу
- Не знаю, профессор Малфой. – я вижу, как она волнуется, и делаю шаг навстречу, как будто наседаю на неё.
- Амортенция, мисс Розье. Это очень мощное приворотное зелье. Однако, по словам профессора Слизнорта, создать любовь невозможно. Так что Амортенция создаёт лишь безумное, непреодолимое влечение к тому, кто сварил зелье. Гораций Слизнорт называет Амортенцию одним из самых страшных зелий в мире. И если задуматься, то это правда. Ведь под воздействием этого зелья можно совершить ужасные поступки, якобы во имя любви. Садитесь, мисс Розье. Похвально, что Вы изучали учебник, но жаль, что Вы не сочли нужным поинтересоваться о этих зельях и в других источниках. В частности, профессор Слизнорт несколько лет назад выпустил чудесную книгу, где изложил все свои мысли. Десять очков Гриффиндору за знания мисс Розье, пять из которых я изымаю назад за её же не знание. А теперь перейдем к теме сегодняшнего урока - Напиток Живой Смерти.
Девушка садиться, а я объясняю, как варить напиток живой смерти. В итоге, к концу урока у Амелии получается отличный напиток, а судя по её взгляду она бы с радостью опробовала его на мне, да и завершила его действие обычным авада кедавра. Но нет, я лишь улыбаюсь, ставя ей отлично, а она, успев быстро собрать свои вещи, пулей вылетает из зала. Ну что же, работа по ненависти меня закончена. Как и уроки на сегодня. Стоит прибраться, - взмах палочки, - и спустится в общий зал, где уже накрыт обед.
Проходит день, потом второй. Борьба между нами продолжается, и я никак не найду лучшего момента, чтобы открыть мисс Розье тайну, которую она, возможно итак знает. Нет,я  продолжаю играть свою роль злого преподавателя, допрашивая  и унижая её на каждом из моих уроков. Но спустя неделю после начала учебного семестра, всего на одном уроке, я даю ей форы, допросив другого гриффиндорца. Отнимая от общего количества баллов факультета, где учился Гарри Поттер, я с усмешкой смотрю на Розье, после даю задание и на минуту выхожу из аудитории. Пока студенты корпят над своими котлами, я вижу, что на моем столе сидит сова, а рядом с ней лежит письмо. Чтобы это значило, если время почты уже прошло? Медленно подхожу к столу, проверяя наличие заклятий, не нахожу таковых и открываю пергамент. Если смотреть со стороны, то можно увидеть, как надо мной сгустились тучи, ведь отец, а письмо именно от него, пишет, что в конце этого семестра у меня знакомство с будущей супругой, и мне надлежит приехать в наше родовое поместье. В бешенстве разрываю лист, злобно зыркая на знакомую сову, которую изначально не признал, и не давая ей ответа, выгоняю прочь. После, находясь не в самом лучшем расположении духа, но прекрасно помня о том, что у меня урок, выхожу обратно. Прохожу по рядам, проверяя выполненное задание.
- Джонс, - я остановился у ученика, что работал неподалеку от Амелии, - Вы готовите эликсир радости, а горечи. Почему он у вас застолбился на голубом, тогда как уже должен быть желтого цвета? Вы забыли, что после добавления игл дикообраза необходимо нагревать зелье, пока оно не станет фиолетовым, а уж потом добавлять семь семян клещевины? Вы до семи считать не умеете? – злобно смотрю на парня, и опрокидываю его котел, - бездарь, вы получаете сегодня неудовлетворительно, а это приравнивается к минус десяти очкам Гриффиндору. Мисс Розье, научите своего друга правильно готовить зелье радости, иначе вы оба заработаете ещё по минус пятьдесят очков, а также помогите ему убрать после себя в моем кабинете. Урок окончен, домашнее задание - выучить рецепт приготовления эликсира радости, а теперь - свободны! – последнее выкрикиваю, после разворачиваюсь на пятках и быстро отхожу к столу. Продолжаю наблюдать, как ученики выходят из подземелья, пока последний не освобождает помещение, оставляя двух наказанных на уборку. Пока они прибирают, я успеваю успокоится, и дышу гораздо спокойнее, когда они оба удаляются из моего кабинета. Теперь я могу выдохнуть, и подумать, что делать дальше. Роняю голову на руки, но вдруг ощущаю на себе чей-то взгляд. Резко вскакиваю, отмечая наличие Амелии в кабинете.
-Мисс Розье, вы решили остаться на дополнительное задание? – мой голос звучит несколько мягко, даже можно сказать нежно, и не похож на тот, каким я обычно разговариваю на уроках. Сейчас мы впервые оказались наедине, а разорванное письмо в подсобке не дает мне покоя, я застигнут врасплох, и не знаю как поступить.

+1

4

[AVA]http://sh.uploads.ru/IbCxH.png[/AVA][NIC]Amilie Rosie[/NIC]

Первая учебная неделя в Хогвартсе мало чем отличалась от всех тех недель, которые пролетали так быстро и стремительно под наплывом заданий, тренировок и встреч с друзьями, что я с радостью влилась в этот процесс, позволяя себе забыть о том, что вскоре меня могут ждать встречи с потенциальными "мужьями". Профессор МакГоногал по прежнему вела курс Трансфигурации, обучая нас все новым тонкостям своего предмета. На Защите от темных искусств я с завидной успешностью для многих осваивала невербальные заклинания, которые таили в себе определенную силу непредсказуемости в выборе заклятия и сложность в точности отображения результата. Такая магия не терпит неточностей и, стоит хоть чуточку отклонится от задуманной изначально цели, и может пострадать не только противник, но и ты сам. Что, в общем-то, и доказал урок ЗОТИ, когда один мой сокурсник Дженсен МакЛафлин решил в качестве невербального заклинания выбрать превращение своей девушки (на которую, как оказалось позже, он был обижен) в мышь. В итоге по классу разнесся гогот, когда ни с того ни с сего они оба стали полу-людьми, полу-мышами. Что горе-волшебника, что его подружку пришлось отвести в больничное крыло, где мадам Помффри пришлось разбираться с их полу-мышиностью. На Уходе за магическими существами, дисциплине, которую за последние несколько лет очень усовершенствовали, мы вместе с Хагридом, изучали Акромантулов, что живут в Темном лесу. Честно признаться, ненавижу пауков всеми фибрами своей души, но терпеть пришлось. А ещё уже в первые дни недели мы провели собрание нашей Гриффиндорской команды по Квиддичу и назначили дни и время тренировок, что меня радовало больше всего. И только один предмет мне хотелось изучать меньше всего - зельеварение. Профессор Малфой уже с первого нашего занятия задал темп нашим отношениям в этом учебном году - то есть они и вовсе никак не изменились. На каждом уроке он продолжал издеваться надо мной, задавая такие вопросы, на которые он, как профессор с опытом и безграничной любовью мог ответить, а я, простая студенка, старающаяся зубрить несносный мне предмет - нет. Но в один день все почему-то изменилось и профессор Малфой, словно демонстративно для меня, вызвал отвечать другого студента - Дина Стоулкмэна, завалив его вопросами не хуже, чем меня. Вот только Дин-то и вовсе не готовился, а я хотя бы могла дать ответ на добрую половину из этих каверзных вопросов преподавателя. Оставив нам указания по поводу приготовления зелья Радости, профессор ненадолго удалился из аудитории. И я наконец смогла вздохнуть спокойно, без его постоянного пристального взгляда на мне. Я спокойно себе работала над своим котлом, изредка поглядывая в инструкцию и помешивала его, дожидаясь, пока зелье не посинеет, дальше нагревала его, пока зелье не пожелтело, добавила иглы дикобраза и подождала пока зелье станет голубым. И, в общем, у меня зелье медленно, но верно получалось очень даже не плохо, радуя глаз каждый раз при смене очередного цвета. Увы, радость моя была совсем не долгой. Я уже была на этапе, когда зелье снова нужно было нагревать, чтобы в этот раз оно стало уже оранжевого цвета, когда в кабинет вернулся профессор Малфой. И что-то в нем было такое...Ужасающее. Обычно спокойный и саркастичный, сейчас он, скорее, был в ярости. И я инстинктивно сжалась внутри, боясь, что сейчас он все же решиться отыграться на мне. Но нет. Пока я завершала зелье, добавляя настойку полыни и молясь о том, чтобы это чертово зелье эйфории быстрее приняло свой желтый оттенок, профессор накинулся на Эйвери Джонса - паренька, который работал за соседним от меня столом. Я, как и многие в классе, ошарашенно наблюдая за сценой, что разворачивалась совсем близко от меня и едва не прошляпив момент, когда моё зелье пожелтело. Резко убрав руку с настойкой полыни, я поспешила выключить горелку под котелком и пропустила тот момент, когда котелок моего соседа резко опрокидывает профессор, заляпывая окружающие столы и студентов горячей жидкостью. Я тихонько взвизгнула в тот момент, когда разгоряченная голубоватая жидкость плеснулась мне на руку, оставляя после себя неприятное покраснение. С ужасом смотрела на профессора, прижимая ошпаренную руку к груди, пока мне выносили приговор в виде уборки в кабинете после случившегося и обязанности научить Джонса готовить зелье радости, иначе нашему факультету светило не много не мало, а целый минус в сто очков. Пока ученики покидают кабинет, Джонс виновато подходит ко мне, замечая как я прижимаю руку к груди, - дай посмотрю, - я нехотя протягиваю ему руку, - если хочешь, я отведу тебя потом в медицинское крыло, - предлагает парень, но я лишь вежливо улыбаюсь и осторожно освобождаю поврежденную конечность из его руки. - Не стоит, я и сама справлюсь. А теперь давай лучше уберем это побыстрее, - я с опаской поглядываю на профессора. Как бы он не выдал ещё чего-нибудь эдакого. Но пока мы убирались, отдраивая голубоватую жидкость со столов и пола, мужчина сидел за своим столом, явно погруженный в свои собственные мысли. Вскоре мы заканчиваем с уборкой и я спроваживаю Эйвери под предлогом, что мне ещё вещи нужно собрать, хотя на самом деле для меня сегодняшний урок профессора стал действительно последней каплей. А если бы зелье попало бы не на руку, а в глаза, к примеру? Или ещё кому-нибудь в лицо? Что он вообще о себе возомнил, если позволяет себе не только унижать учеников, но ещё и травмировать их? Пока что я стою молча, наблюдая за тем, как профессор уронил голову на руки, но, словно почувствовав мой взгляд, резко вскочил из-за стола. - Мисс Розье, вы решили остаться на дополнительное задание? – Его голос звучит непривычно мягко, совсем не так, как он разговаривает с нами на уроке. И, наверное, мне не стоило бы оставаться один на один с ним сейчас и, тем более, говорить то, что я собиралась сказать, но... - Профессор Малфой, я не знаю, что у Вас сегодня случилось, но Ваше поведение было верхом неуважения к студентам, которое могло повлечь за собой серьезные раны у студентов. Хорошо, что мне повезло и я отделалась ожогом на руке. А если бы это горячее варево попало бы кому-то в лицо или глаза? Вы об этом, видимо, даже и не задумались, потому что Вы... - Мужчина очень быстро оказался возле меня, схватив за обожжённую руку, рассматривая покраснения на коже. - Ты пострадала? - Неожиданно нежно спросил мужчина. - Я хочу сказать, что не заставляйте и других ненавидеть Вас так же, как ненавижу Вас я! - Выдернув руку, закричала я и, схватив свои вещи, выбежала из кабинета по направлению к медицинскому корпусу.
В тот день меня ожидало еще одно дурное известие. К обеду, когда все сидели за столом, меня посетила сова моего отца с письмом, в котором говорилось, что в конце семестра мне нужно будет вернуться в Лондон, где я встречусь со своим будущим женихом. Что меня больше всего насторожило, так это то, что не было и слова сказано о том, что он один из кандидатов, словно...Словно уже все решено и моя встреча с ним так, чисто для галочки, чтобы я знала к кому буду идти под венец.

Прошел ещё месяц моего обучения в Хогвартсе, наполненный упорными тренировками перед первым матчем сезона, все новыми заданиями по предметам и веселым выходным в Хогсмиде. Как ни странно, после нашего разговора с профессором Малфоем, он стал меньше докапываться до меня. Даже несколько не так - он почти что игнорировать меня начал, хотя валить на зельях и не стал, просто принимая их у меня так же, как и у всех остальных. Неужели мне просто стоило сказать ему о том, что я его ненавижу и все так просто решилось? Хотя что-то мне смутно верится в то, что все так просто можно было решить. Но я была рада этому затишью. Пусть даже оно будет нести за собой бурю.
В день матча вся команда была одновременно на нервах и в предвкушении того, как мы будем рвать соперника на части. Я не отставала от своих, пока мы дружно обсуждали планы за обеденным столом, выдвигая некоторые идеи по защите и нападению. Да, на поле у меня была лишь одна роль - ловец, но как часть команды - я, как и все, должна была думать об общей стратегии, а не только рассчитывать на то, что я поймаю Снитч.
И вот он долгожданный момент - выход на поле, запуск мячей и мы в воздухе. С самого начала матча я стараюсь следить за передвижением золотого мячика и за ловцом противников, чтобы тот не успел поймать мяч первым. На первых порах золотой снитч выпал из поля нашего зрения и я занялась тем, что летала по полю, изредка мешая вражеским охотникам в передачах мяча. Но уже на пятой минуте матча я уловила движение маленького мячика, ринувшись за ним следом, как и мой оппонент. Золотой мячик петлял и изворачивался, резко менял направление, заставляя и нас резко тормозить и поворачивать. В какой-то момент я оказалась так близко к Снитчу, что протянув руку - я могла дотянутся до него и схватить, тогда как ловец Пуффендуя плелся где-то в хвосте. - Розье сейчас поймает Снитч, - выкрикивает комментатор, когда я почти дотягиваюсь до золотого мячика с крылышками и...Резкая боль в руке заставляет меня сойти с дистанции, когда я едва не потеряла управление. Квофл - один из неуправляемых мячей, что летали по полю, врезался в мою руку, которая, кажется, теперь была сломана. - Посмотрите на Розье...Она пытается вернуться в гонку за Снитчем...Кажется её рука сломана... - Отрывки фраз комментатора долетали до меня, пока я пыталась срезать путь, чтобы догнать своего соперника. Ещё чуть-чуть и он сам поймает Снитч. Но я успеваю вовремя толкнуть его, когда его рука тянется за мячиком, и Снитч меняет свое направление, устремляясь к земле. Мы с Джеррардом - ловцом команды Пуффендуй - тоже устремляемся к земле. Краем глаза отмечаю, что за нами так же устремляется и квофл. Вот только за нами или за мной? И случайно или что-то происходит на поле? - Эллисон! - Кричу я, привлекая внимание одной из наших вышибал. - Прикрой меня! - Указываю на Квоффл, который явно уже летит за мной. - Постойте-ка, неужели Квоффл летит за Розье? - Выдает комментатор, вновь приковывая взгляды ко мне. - Что она делает? - Моя правая рука повреждена, я даже не могу нормально держаться ей за метлу. А пока Снитч совсем низко летит я могу попробовать кое что сделать. Я осторожно поднимаюсь на метле, - посмотрите-ка! Она становится на метлу, совсем как Гарри Поттер когда-то! Удастся ли Розье поймать мяч и не упасть? - Вот и мне было интересно. Особенно учитывая то, что Джер явно не хотел сдаваться и решил пойти на таран! Вот только Эллисон его опередила, отправив Квоффл, что летел за мной прямо в его метлу из-за чего тот потерял равновесие и сошел с дистанции. Толпа ревела в то время как я готовилась к прыжку. Выбрав удачное время, я сгрупировалась и прыгнула вперед, хватая мячик с крылышками. Вот только приземление оказалось болезненнее, чем я предполагала. Я мало того, что упала на правую руку, которая отозвалась резкой болью, так ещё и головой стукнулась. Я отдаленно слышала крик толпы, он словно был где-то совсем далеко и одновременно очень близко. Я перевернулась на спину, пытаясь сфокусировать картинку перед глазами, но она плыла. Я подняла левую руку, разжимая её и высвобождая из своей хватки золотой Снитч. Толпа на трибунах взревела ещё сильнее. Кто-то помог мне встать. Кто-то что-то спрашивал. Кто-то кричал слова поздравлений. А я с ужасом могла наблюдать, как в мою сторону движется все тот же Квоффл! Я попятилась назад, пока не уткнулась в кого-то. Вскинутая вверх палочка и Квоффл падает на землю. Я поднимаю взгляд и замечаю уже знакомый точеный профиль профессора зельеварения. А дальше земля ушла из-под моих ног. Последнее, что я почувствовала, это как чьи-то руки подхватили меня и не дали упасть.
- У неё кровь...Открытый перелом...Ударилась головой... - Какие-то несвязанные обрывки фраз - это все, что мне довелось распознать, пока меня, кажется, куда-то несли. - Все будет хорошо, Амелия, - эту фразу я разобрала лучше остальных, когда чьи-то пальцы коснулись моей щеки. - Все будет хорошо, - чьи-то губы коснулись моих. А потом сознание вновь провалилось во тьму. И я даже не могу утверждать, что все, что я услышала и почувствовала - не плод моего воображения.

+1

5

[NIC]Arius Malfoy[/NIC][AVA]http://funkyimg.com/i/Z3Kv.jpg[/AVA]
Бывают такие моменты, когда ты сидишь и понимаешь, что состояние у тебя, словно по всему телу несколько раз саданул бладжер. А может он не саданул, а тупо бил, бил, бил, как тот заколдованный нашим домовым эльфом, что забыл о всех игроках и гонялся только за Поттером. Потом он догнал тебя, и не переставая лупил,  пока все твои конечности не онемели, голова не свесилась на бок и твое единственное желание было – умереть. Умереть и не встать, ровно как сейчас себя чувствовал я. Почему, почему моя гребанная семейка не хочет от меня отстать? Почему я должен был жениться тогда, когда я совсем этого не желал. Мне, мать его за ногу, двадцать пять лет, я ещё не везде побывал, не все зелья для себя открыл, чтобы записать потом их в свои мемуары, я не научился варить то самое, коронное зелье прабабушки, именно поэтому я и пошел сюда. Точнее не просто поэтому, но одной из причин выбора и согласия преподавать – было тайное зелье прабабки. А сейчас, разорванное письмо, злая родовая сова, которая, - я чувствовал, - не желала покидать пределы моего кабинета. Все это настолько меня убивало, что я бы с радостью отдался под удары того самого бладжера, чтобы только больше ничего не видеть, не слышать, и никому ничего не быть должным.
Профессор Малфой, я не знаю, что у Вас сегодня случилось, но Ваше поведение было верхом неуважения к студентам, которое могло повлечь за собой серьезные раны у студентов. Хорошо, что мне повезло и я отделалась ожогом на руке. А если бы это горячее варево попало бы кому-то в лицо или глаза? Вы об этом, видимо, даже и не задумались, потому что Вы...- словно полусонный, несколько заторможено выуживаю свое сознание из-под дымки раздумий, перевожу взгляд на Амелию. Во имя бороды Дамблдора, ты хоть знаешь, что ждет тебя? Кто тот избранный, с кем твои родители подписали негласный контракт? Почему именно ты? Не потому ли, что родители наши знакомы ещё со времен Пожирателей, и что твоих подозревали в измене Темному Властелину? Эта история не давала мне покоя, ровно как и зелье прабабки, и каждый раз, в Запретной секции, я пытался найти ответ. Драко не хотел посвящать младшего брата во все перипетии той войны, а напрямую спрашивать у Макгонагал или других участников – я не мог. Была у нас какая-то фишка недопонимания с преподавательским составом, и кажется, во всем виновато мое родство с тем, кто виновен в смерти Великого Дамблдора. И плевать всем, что я в то время был ещё слишком мал, да ещё и в ссылке у дяди.
-Ты.. – мой голос звучит немного хрипло, неосознанно, я вскакиваю со стула и быстро преодолеваю расстояние, что разделяет меня и Розье, - Ты пострадала? – касаюсь её руки, намереваясь осмотреть её ожог. Твою мать, я хотел заставить её ненавидеть меня, а не изуродовать. А что сейчас? Сейчас я сделал ей больно.. И .. Дайте мне маховик времени, я  постарался бы исправить все, дал бы себе в тык и наплевал бы на правила, что с собой встречаться нельзя. - Я хочу сказать, что не заставляйте и других ненавидеть Вас так же, как ненавижу Вас я! – да, того, чего я добивался – я добился. Она ненавидит меня. Но почему тогда мне так хреново от мысли, что я достиг цели? И почему я так хотел её ненависти? Может, стоило ей понравится, влюбить в себя, чтобы потом преподнести ей сюрприз? Нет, это не мое. Я не умею ни общаться, ни ухаживать за девушками.
Смотря в след убегающей студентки, я просто стоял посреди пустого класса, ощущая такую же пустоту внутри. Совсем скоро меня представят ей как будущего мужа, и она возненавидит меня в разы больше. Что же, Ариус, поздравляю. Твоя семья не будет отличаться от твоих предков. Наверное, только Драко отличается, хотя кто знает, что у него там происходит в обстановке тет-а-тет.
В этот день у меня больше не было занятий, поэтому я мог посвятить день себе любимому. Я вновь попытался сварить зелье из книги прабабки, но потерпев крах где-то на половине, разбил очередной котел. Выругавшись, я начал уборку, но делал это так,к ак учил дядя, не прибегая к магии. Мне до ужаса не нравилось драить полы, но в качестве самобичевания – приходилось терпеть. Едкий настой, что растекся вязкой лужицей по плиткам пола жег кожу на ладошках, как только я случайно или не очень, касался её. Не переставая мучать себя, уже встав на карачки, я всё-таки убрал всё с пола, после, переведя взгляд на котел, достал палочку из-за пазухи и, сделав всего одно мановение, тихо прошептал «Репаро», - котел тут же принял свое изначальное состояние, и был готов отправиться на полку. Как жаль, что нельзя починить также и сломанную душу...

До встречи «Х», как я назвал её, оставалось буквально два месяца, погода за окном ужасно подпортилась, Гремучая Ива все также неприветливо махала своими ветками, чтобы не подпустить любопытных студентов к тайному входу в Воющую хижину. Мне нравилось наблюдать за тренировками команд по квиддичу и не потому, что Амелия была на высоте, просто в Дурмстранге я был охотником. Да-да, несмотря на свой хилый вид, - который был лишь первым впечатлением, - я отлично летал на метле, пасуя квоффл в ворота команды противника. Меня даже прозвали ловкачем, за то, как лихо я обманывал вратарей, отправляя мяч совсем не в то кольцо, куда якобы хотел. И сейчас, выглядывая из окна своего кабинета, находящегося на самом нижнем уровне, я скучал по тем временам, вслушиваясь в крики команд, всматриваясь в то, как они тренировались.
Этот месяц, что прошел после того инцидента с Эйвери, я перестал цеплять Амелию. Вообще – я просто стал её игнорировать. Я заваливал вопросами других студентов, сыпя минусами направо и налево. Эти лентяи никак не могли привыкнуть, что на мой предмет надо учить, если не понимать – то зубрить домашнее задание, а не приходить в класс и на авось отвечать. Зельеваренье это как защита от темных искусств – промазал, и твоя жизнь на волоске. Вот только почему это понимал только я?
Ещё день подготовок и уже на утро весь Хогвартс ходил ходуном. Словно подбадривая, по стенам Большого зала были развешены эмблемы команд, студенты шумели, галдели, ажиотаж в преддверии матча был очень большим. Наверняка, даже поход в Хогсмид не вызывал таких эмоций, как матч Грифиндора против  Пуфендуя. Я быстро поел за учительским столом, стараясь ни с кем не встречаться взглядом, после, натянув мантию, прошел вслед за всеми на поле и занял место в первом ряду. Буквально за пару минут весь стадион заполнился студентами, и уже через пятнадцать минут начался матч. Изначально перевес стал в пользу команды Грифиндора, иного я и не ожидал. Со времен Гарри Поттера Кубок завоевывает один и тот же факультет. Так что не удивлен, что и сейчас перевес был на их стороне. Но вот, когда я совсем не обращал внимание на комментарии ведущего оратора, проследил за ловцом взглядом, увидел, как Розье ринулась за ним. И точно в этот момент вслед за ней был отправлен бладжер. Я напрягся. Нет, я не мог позволить девушке пострадать, и пусть я её игнорировал, но допустить её травмы и увечья больше не мог. Пряча руки под мантией я нащупал древко палочки, готовый в любую минуту расплавить этот наглый мяч, который, словно понял, за кем надо гнаться – преследовал ловца Грифиндора.
Постойте-ка, неужели Бладжер летит за Розье? – словно в тумане слышу, незаметно для себя подскакиваю на ноги и слежу за мячом. На моих глазах все происходит так быстро, Амелия ловит снитч, трибуны орут, а она стремительно падает вниз. Используя невербальное заклинание, я торможу её падение, как когда-то поступил Дамлдор, и быстро бегу вниз. Около лежащей на поле девушки уже собралась вся команда, мне приходится расталкивать их. Когда дохожу до неё, тот самый бладжер возвращается и уже метит ей в голову. – Бомбардо! – ох и обожаю я это заклинание, успеваю выкрикнуть прежде, чем бладжер достигает цели, раздается хлопок и то, что раньше было угрозой, разлетается на мелкие кусочки. – Разойдитесь, - я достиг, наконец, центра толпы, там, где два охотника уже подняли Амелию, команда поздравляла её, а я взволнованно осматрвиал её. Рука сломана – констатирую факт, да и головой она стукнулась, - подхожу ещё ближе, сооружая носилки неподалеку, - укладывайте сюда, - указываю студентам на носилки и, управляя ими палочкой, - иду позади. Слышу как за мной идут все остальные, незаметно прыскаю от ассоциации, которая пробегает в мыслях, но не подаю виду, вновь выпрямляясь и направляюсь в больничное крыло.
-Мадам Помфри, у нас тут пострадавшая, - доходя до больничного крыла, оставляя всех желающих повидаться с ловцом, который повторил трюк Гарри, я зашел внутрь больничного отделения. – Стойте там, если не хотите заработать по минус пятнадцать очков вашему факультету! Ей надо отдохнуть! – рявкаю настырным студентам, разгоняя их от входа. – Ох, профессор, - мадам Помфри тут же осмотрела Амелию, перенеся её с моих носилок на кровать, - вы бы не переносили её так, но все равно, вы поступили правильно. У неё открытый перелом, крови потеряла много, - женщина ещё немного посетовала и удалилась за зельями. Пока я остался наедине с девушкой, я смотрел на её тело, которое казалось мертвым, если бы не слабое дыхание. Не удержавшись, подхожу ближе и, склонившись, провожу кончиками пальцев по её лицу. Убираю прядки волос, после, следуя немому порыву, склоняюсь ещё ниже и, касаясь губами её губ, шепчу, - Все будет хорошо, Амелия, всё будет хорошо… - слышу позади быстрые шаги и выпрямляюсь, поправляя мантию. Мешкаю, делаю шаг назад. – Она будет в порядке? – осведомляюсь у врачевателя, после её утвердительного кивка и просьбы сварить настой, покидаю больничное отделение. За дверью меня встречает её команда, которая тут же, не смотря на весь мой мрачный и отпугивающий вид, накидывается с вопросами. – Она в порядке, но сейчас к ней нельзя. Мадам Помфри дала ей одно зелье, и если вы не будете меня задерживать, то даст и второе, которое завтра поставит её на ноги. Идите в Большой зал, сейчас там будет праздничный ужин, - вновь попытка разогнать всех, которая на этот раз увенчалась успехом. Сам же я отправился в свой «угол», ведь мадам Помфри попросила у меня сделать лекарство. Спустя пару часов, когда зелье было готово, я направился в больничный отсек, застав рядом с кроватью девушки одного из загонщиков их команды. – Эйвери, - тот самый, чей котел я перевернул, - вам же сказали, что к ней нельзя, - надвигаюсь на парня, чувствуя укол ревности. Нет, это что-то новенькое. – Простите, профессор Малфой, я не мог не зайти к ней, - промямлил паренек, - Идите, Эйвери, идите отдыхайте. – словно отмахиваясь от студента произношу тихим голосм, после направляюсь к кабинету Помфри, чтобы отдать зелье. Перед тем, как уйти, я задержался у кровати Амелии, едва заметно коснувшись своей рукой – её. – Всё будет хорошо, - одними губами вновь повторил я, после развернулся и быстро ушел.

После того матча прошло две недели. Как и обещала мадам Помфри, Амелия поправилась уже на следующий день. Она благодарила меня за зелье, которое я так быстро сварил, говоря, что без него Розье не встала бы на ноги так быстро. Я же просил её не говорить Амелии, кому она должна быть благодарна. И ровно через две недели был запланирован поход в Хогсмид. Его я ждал, наверное, больше чем студенты.
Погода портилась, осень отступала, тогда как зима полностью вступала в свои права. Недавно выпал первый снег, который укутал и Хогвартс и Хогсмид белой вуалью, создавая некое романтическое настроение. Так как приближалось Рождество, а с ним и знакомство с родителями Амелии, мое настроение портилось в геометрической прогрессии. Я стал больше задавать, больше требовать, но всё также избегал разговоров, встреч с Амелией. Я редко удосуживал её комментариями о проделанной работе, только ставил отметку и проходил дальше.
Сейчас, когда я мог покинуть стены Хогвартса, первым делом я направился в «Три метлы», уж очень я соскучился по сливочному пиву. Заказав себе кружку, сел недалеко от выхода, но в самом темном углу, где мог наблюдать за посетителями. Сидя тихо, не привлекая ничье внимание, я вдруг заметил, как в зал вошла Амелия. Наверняка доля пива в крови сыграла свою роль, подождав пару минут и удостоверившись, что никто к ней не пришел, я вышел из своего закутка и направился к девушке. – Мисс Розье, приятно видеть, что вы в хорошем здравии, - я быстро оказываюсь рядом с ней, - я могу занять ваше внимание буквально на пару минут? – пока девушка оторопело на меня смотрит, не понимая, видимо, что в темном лесу померло и заставило меня её заметить, - Как ваше самочувствие, мисс Розье? Я хотел поговорить о вашем здоровье после матча, - сажусь рядом с ней, и впервые за последнее время прямо смотрю ей в глаза. Внутри все переворачивается, словно меня подвесили к верху ногами и оставили так висеть. –Амелия, - сзади раздается радостный возглас, это этот.. .Эйвери, мать его.. Какого черта он ошивается рядом с ней? – приподнимаю правую бровь, резко вставая со стула. – мистер Джонс, вы бы не верещали так, словно в пещере находитесь, - улыбаюсь, что мне не свойственно. Но сегодня выходной, я в Хогсмиде и не обязан быть хмурым как всегда. Надоело. – Что ж, мисс Розье, я вдруг склоняюсь к девушке и продолжаю так тихо, что слышит только она, - не смею вам больше мешать, Амелия, но как знать, может грядущие перемены заставят нас изменить всеобщее времяпровождение, - после не давая ей остановить меня и узнать к чему я клоню – покидаю «Три метлы». Мне ведь ещё надо успеть трансгрессировать домой, чтобы забрать кое-какие вещи. Да ещё и в Лондон заскочить. Всё-таки без подарка я в гости не пойду.

+1

6

[в архив]: нет игры месяц

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Как это — умирать? — Быстрее, чем засыпать.