Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » But I never really had a doubt


But I never really had a doubt

Сообщений 1 страница 20 из 22

1

http://static.thefrisky.com/uploads/2012/09/20/tumblr_m8gl2eN52z1r1r6bv-500x244.gif
http://i927.photobucket.com/albums/ad116/patchfolk/Sean%20Bean/patchwork/tumblr_lq4fgjWUbP1r0em26o1_500.gif
Участники:
Дитрих и Пейтон.
Место:
Славный город Сан-Хосе.
Время:
Август 2009 года.
Время суток:
Будет указываться для большей ясности.
Погодные условия:
Как обычно, в Калифорнии - тепло и солнечно (в основном).
О флештайме:
О самом лучшем подарке, который только мог получить Дитрих от своей любимой... и о том, как нелегко порой бывает угодить даме в интересном положении. Но мы ведь трудностей не боимся и не ищем легких путей?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-06-14 01:34:19)

+1

2

Женщина сидела за небольшим круглым столиком в кафе, изредка бросая взгляды на циферблат часов, что висели в кафешке на стенке, украшая собой какой-то замысловатый интерьер, на который Тони было вообще все равно. Единственное, что ее интересовало, это приход ее спутника, которого ей пришлось ждать. Ждать, испытывая свое терпение.
Днем над Сан-Хоса стояла солнечная погода, что была так привычна для этого города и его жителей, что даже никто не собирался жаловаться на погоду. Из распахнутых окон некоторых домов, на целый квартал распространялась музыка, преимущественно латиноамериканская. Но даже этим запальным ритмам танца не удавалось заставить людей выйти из своих домов, чтобы устроить очередную Сиесту. Все было так привычно спокойно, что даже можно было не заметить того, как многие люди вокруг изменились.
Как изменилась сама Пейтон?
Нет. Тони не считала, что изменилась. Она этого не могла себе позволить, ведь так хотела остаться по-прежнему искренней подругой своим друзьям, опорой матери, у которой кроме нее в городе не осталось более никого. Однако, факты – это такая каверзная штука, с которой не поспоришь. А факты обстояли таким образом, что вся жизнь стремительно менялась вокруг женщины, когда она даже не успела свыкнуться с мыслью о том, что больше не будет замужней женщиной. Иногда ей казалось даже, что жизнь уже катится по инерции в неизвестном направлении, а от нее уже почти и ничего не зависит.
Сегодня у нее была встреча в деловом центре города. В последнее время сюда Тони являлась лишь с одной причиной – ради встречи с адвокатами, которые не любили разъезжаться по городу, поэтому стягивали своих клиентов поближе к себе. Нельзя сказать, чтобы женщина осталась довольной или разочарованной в итоге от этой встречи. В последнее время и без того многие вещи раздражали ее и заставляли злиться. Так что милая беседа за безалкогольным мохито в каком-то ресторане с известием о том, что уже в начале сентября состоится окончательное заседание суда, не сделала ей особенной погоды.
Этим же днем в Сан-Хосе должен был приехать Дитрих. Наконец-то мужчина назвал день своего приезда, и Пейтон была рада уже этому небольшому известию, словно выглянувшему из-за тучь солнцу в дождливый день, поскольку говорить с ним по телефону о том, что происходит с ней каждый день, она просто не могла. Ну, как могла сказать Дитриху о том, что тот станет отцом по телефону? Это, естественно, было той еще новостью, учитывая тот факт, что они оба были в некотором роде в подвешенном состоянии и не решались на более кардинальные изменения. Тони знала, что не поедет в Сакраменто, где немец ведет тот образ жизни, который, мягко говоря, считается опасным. Да и знала, что он не сможет остаться в столице Кремниевой долины. Хотя, по правде говоря, где-то часть ее натуры уже лелеяла надежду на возможность привязать к себе мужчину. Хотя эта же ее часть очень боялась вновь его потерять.
Как замкнутое коло?
Да, наверное. Но, кто скажет, чего будет ей стоить возможность выйти из оного? Никто не возьмется пророчить ей что-нибудь на кофейной гуще. Даже мать Лорелеи не стала бы, наверное, если бы дожила до этих дней. А эта женщина могла, многое могла и умела, как казалось Тони.
Когда в небольшом кафетерии появился визитер, на него обратили внимание все. И даже не оборачиваясь к нему, Пейтон знала, что это был ее мужчина. Именно тот, кто разрушил ее, казалось бы, идеальную жизнь, но за крошечную неделю, подаривший больше счастья, чем ее законный пока еще супруг.
Она не поднялась ему на встречу, но только подставила щеку для поцелуя, а после и позволила коснуться своих губ, ответив на его не скромный и требовательный поцелуй. Можно только смело предположить, что последовало бы далее за этим поцелуем, если бы они были наедине. Но, разве это не было затеей Тони, встретиться не дома, а где-нибудь среди людей, как обычная пара влюбленных? Да, это она нащебетала мужчине этот адрес и велела явиться сюда.
- Ты опоздал, - пожурила она своего кавалера, едва тот успел присесть рядом с ней на удобный диванчик перед небольшим круглым столиком, определенно не заметив одной весомой вещи. Но, разве это не удивительно? Они ведь так часто видятся! – Ты собираешься всегда оставлять меня на месяц без своего общества и надеешься на то, что я буду ждать? – да, кто-то был не в духе, а потому все началось именно так, как бывает обычно перед небольшой бурей. И понимая то, что она своим отвратительным настроением портит ей все планы, женщина спешит исправить ситуацию: - Извини, я просто… слишком сильно соскучилась, - это было правдой на все сто процентов или даже больше, но не на этом решила сделать акцент Пейтон, недовольно нахмурившись, посмотрев на столик, где перед ней стояло два опустошенных бокала. В них еще недавно находился молочно-банановый и шоколадный коктейли. На самом деле Тони ненавидела молочно-банановый коктейль, но не отказалась от оного, скрашивая себе им самым ожидание, ведь изначально заказывала себе только шоколадный. И сейчас чувствовала снова стремительное желание выпить чего-то … этакого … сладенького? Чего именно женщина не могла сказать, но когда официантка подошла, то попросила ее повторить свой заказ, а когда она ушла, взяла Дитриха за руку, положив его руку себе на живот, пока ее губы поспешили с надеждой озвучить самое трепетное ее желание: - Ты приехал надолго? 

0

3

Тот поистине богатый на различные сюрпризы день начался для Дитриха с очень странного звонка  - номер на экране его мобильного не определился, что было несколько странно, так как "левых" людей в окружении немца не наблюдалось. Приняв этот самый звонок, Данцигер к своему удивлению, услышал человека, с которым не общался наверное года три - если не больше? Однако, сразу стала понятна та осторожность с которой старый знакомый решил дозвонится и попросить и помощи.
-Давненько не было слышно тебя, Кевин... неужели тебе не понравилось в столице? Насколько я помню, ты мечтал съездить в Вашингтон, -усмехнулся Дитрих. -Я так понимаю, что-то пошло не так как ты рассчитывал?
-Давайте встретимся и поговорим? Я не хотел бы рассказывать свою эпопею по телефону.., -прозвучал ответ с другого конца "провода". -Вы сможете забрать меня из пригорода? Буду ждать в Дэвисе... в Плэйфилдс- парке.
-Ладно, черт с тобой. Только давай без паники и без фанатизма? Уверен, что Большой Брат не выследит тебя до моего приезда, -скинув звонок, немец начал собираться на спонтанную встречу со старым знакомым. Парень этот был весьма талантливым хакером и несколько лет назад установил особую программу защиты на частную сеть, которой пользовались все сотрудники коллекторской фирмы Клементе. После отлично проделанной работы, Кевин решил податься в столицу, где по его словам был куда больший простор для творческого человека. Теперь, судя по дрожащему голосу компьютерного умельца, дела его были плохи - во всяком случае, у Дитриха еще было время до встречи с Тони в Сан-Хосе, чтобы удовлетворить свое любопытство.
Внедорожник Данцигера быстро и без проблем преодолел расстояние от Сакраменто до Дэвиса - теперь только оставалось найти хакера в парке, где как и всегда было много народу - отличный день, так почему бы не посвятить его приятной прогулке? Вопреки своим ожиданиям, немец нашел Кевина достаточно быстро: парень сидел на детской площадке, держа на коленях клетку с черно-белой морской свинкой. По всей видимости это у хакера и означало не привлекать к себе лишнего внимания?
-Я надеюсь, что у тебя была реально серьезная причина просить меня приехать, -коротко выдал Дитрих, усевшись рядом с хакером. -И должен заметить, что твой способ слится с толпой не работает. Давай выкладывай что стряслось и желательно побыстрее - без динозавров и остывшей земли, потому что я тороплюсь.
-Ладно.., -поспешно кивнул парень. -Мне надо исчезнуть... пожалуйста помогите мне... потому что я вляпался в такое дерьмо, что еле смылся из Вашингтона. Я знаю, что вы можете мне помочь...
-Кевин... я только что сказал что хочу услышать суть дела. Сделай глубокий вдох и говори уже как есть.
-Я оказался под колпаком сами знаете у кого.., -жалобным тоном выдал хакер. -Все из-за одного журналиста - он вышел на меня и попросил взломать почту одного человека... и оказалось что его пасли! Теперь я вляпался как последний мудак, потому что этого придурка взяли и шьют ему дело лет так на двадцать... а все потому что тот человек, под которого он копал - конгрессмен, мать его! Прошу вас, помогите мне исчезнуть... они уже приходили ко мне и сказали, что я должен буду работать на них до конца своей несчастной жизни.
-Ты странный человек, Кевин, -ответил Данцигер после всего услышанного. -Стоило быть вундеркиндом и закончить Стэнфорд раньше сверстников, чтобы пределом мечтаний стал взлом почты конгрессмена и двадцать лет в федеральной тюрьме за кибер-терроризм? Порой мне кажется, что у Кешью больше мозгов чем у тебя...
-Так вы поможете? -робко поинтересовался парень. -Лучше я буду работать на вас... чем на тех кретинов...
-Думаю что у меня есть мысль, в каком деле я мог бы тебя занять, -Дитрих поднялся со скамейки. -Но это будет возможно только в том случае, если ты придержишь свои наполеоновские планы при себе. Будешь пока что сидеть тихо и не высовываться - потом я объясню что мне будет нужно.
-Я согласен на все... только помогите мне исчезнуть.

Естественно, из-за неожиданного визитера и последующих хлопот, связанных с его устройством в Сакраменто, немец все-таки опоздал на встречу с Пейтон. Они уже порядочно не виделись и общались последнее время лишь по телефону - очередной круговорот дел не позволил Данцигеру вырваться в Сан-Хосе раньше. Не так давно, Тони сообщила ему, что ее развод идет полным ходом и совсем уже скоро мистер Джон Картер и его рога канут в Лету, что было конечно же отличной новостью. Однако, при всей своей предусмотрительности, Дитрих не мог даже и предполагать, что это еще не все чем любимая женщина собиралась его порадовать?
-Прости пожалуйста, внезапно нарисовалось одно дурацкое дело.., -улыбнулся немец. подойдя к столику, где сидела Пейтон и не отказав себе в удовольствии поцеловать ее. -Я постараюсь исправится и мы будем видется чаще, обещаю тебе. Просто в последнее время делла фирмы не давали вздохнуть спокойно, не то чтобы куда-то поехать.
А еще теперь на мою шею свалился Кевин с ФБР на хвосте... что же, по крайней мере мне есть чем пугнуть этого недоделанного гения..?
-Я приехал на несколько дней, -Дитрих послушно положил свою ладонь на живот своей пассии, однако столь явный намек не дошел до него - смерив взглядом два пустых стакана из-под коктейля на столе и выслушав новый заказ Пейтон, он удивленно посмотрел на нее. -Милая, может быть тебе стоит поесть что-нибудь? Если ты проголодалась, то мы можем заказать нормальный обед... Хочешь, пойдем в какой-нибудь ресторан вместо этой забегаловки?

+1

4

Как все планировала Тони? Она хотела устроить мужчине настоящий сюрприз, торжественно рассказав ему о том, что тот станет отцом. И естественно, не забыв намекнуть ему о том, что ребенку нужен отец, как и ей самой естественно, нужен был муж, но не где-нибудь в Сакраменто, а тут, в Сан-Хосе. Она предполагала, что Дитрих, положив руку на живот, поймет намек или хоть как-то поинтересуется, заметит ее изменения – ее грудь ведь стала заметнее. В прочем, как и в талии, объемы ее стали больше, благодаря слегка опухлому животу. Но, нет. Ее план полностью провалился, ведь дальше Дитрих не сделал ничего, что могло бы привести Тони к торжественному заявлению.
Ответ, что дал его Пейтон ее кавалер, определенно был не тем, которого она могла ожидать. Дурацкое дело? Господи, неужели она должна была ждать и дожидаться в этом кафе, пока мужчина будет решать какие-то дела?! Вот, уж и нет! Тут не хватало Тони разве только топнуть ножкой и сложить перед собой руки, изображая глубокую обиду, но … мы ведь все прощаем? Тем более, мы так давно не виделись, что такая деталь не может испортить тот сюрприз, который женщина приберегла на десерт.
- Поесть? – решила переспросить Пейтон у мужчины, определенно не понимая, к чему он клонит. Неужели ее живот заворчал, когда она положила руку Дитриха к себе на живот, чтобы он явно заметил кое-какие изменения. Но, нет же! Пусть у нее вырастет огромный живот, он все равно не заметит – мужчины все такие?! – Нет, я не хочу есть! С чего ты решил? – как-то даже слишком агрессивно ответила Тони, нахмурив свои брови. Хотя, это определенно было еще началом тирады, которую она собралась озвучить, ибо дальше плотину прорвало. – Я и так толстая, куда мне еще кушать, Дит? Неужели ты не видишь и не замечаешь, как я поправилась? Ну, да … если бы ты не уделял времени каким-то дурацким делам и наведывался чаще в богом забытый Сан-Хосе, то заметил бы и был куда внимательнее! – да, женщина была явно не в юморе сегодня. – И все это, между прочим, твоя вина! – неопределенно разведя руками, Пейтон озвучила все мысли, что заседали у нее глубоко на сердце. Возможно, ей и не стоило, но … уже было поздно. Сказанного ведь уже не вернешь слова обратно? Тем более, когда ожидаешь совершенно другой встречи с мужчиной, который так дорог сердцу, что позволила ему разрушить свою устоявшуюся жизнь, согласившись на жизнь в тени, словно бы какая-то любовница.
Последнее определение себе Тони дала без боли в сердце или обиды. Это была правда, на которую не стоило обижаться, ведь им с немцем всегда было хорошо в постели. Именно так прошла неделя воссоединения бывших. И именно так должен был пройти сегодняшний вечер, если бы начался он в пределах квартиры, которую снимал своей любовнице Данцигер. Собственно, поэтому она и решила встретить Дитриха там, где они будут не одни. Ей ведь было, что сказать и чего потребовать от него, а он, похоже, даже не подозревал этого?
Тем временем, официантка принесла заказ, сделанный Пейтон. Два коктейля на молочной основе – шоколадный и банановый. Почему-то ее ручка сразу же потянулась к банановому, и она отпила с него едва глоток, прежде чем скривилась и поставила стакан на место.
- Фу! Что за гадость они добавили на этот раз сюда?! Еще недавно оно было вкусным, - сообщила она, на что официантка, приносящая заказ, лишь с удивлением посмотрела на капризную посетительницу. Естественно, обычно Тони не вела себя так. И, само собой, женщина не собиралась продолжать в таком же духе, хотя и не могла ничего с собой поделать. Эмоции, словно назойливые мухи обсели ее со всех сторон, и даже заставили ее глаза увлажниться, когда поняла, как глупо себя, должно быть ведет.
- Мне, наверное, будет лучше пройтись, - заявила женщина, справившись с эмоциями. Собственно, она не справилась с ними, не победила их, просто заперла их под небольшой и не совсем прочный замок. Она так и не притронулась к заказанному шоколадному коктейлю, хотя и гордо расплатилась за свои коктейли сама.
- Нам нужно очень серьезно поговорить, Дитрих, - уже на улице, медленно и не спеша, проходя мимо витрин местных магазинов, кафешек, баров и ресторанов, куда можно было чисто в теории зайти, но куда совершенно не тянет Тони. – Чуть больше трех месяцев тому, мы с тобой снова встретились, - на этот как-то очень из далека раз начала Тони.  – Я не знаю, чего ты ожидал от наших отношений, Дитрих, но … вышло так, что я забеременела тогда. У нас будет ребенок, - наконец-то выдала всю правду, которой обладала, хотя и совершенно не так, как собиралась. Она остановилась и повернулась к мужчине лицом, чтобы разглядеть его реакцию получше, прежде чем нерешительно продолжить: - Ты ведь не бросишь нас? Мне бы очень хотелось, чтобы ты остался с нами…

+1

5

Казалось бы - Дитрих задал вполне закономерный вопрос, видя что его любимая женщина уже успела приговорить два коктейля и заказала повторить их по-новой? Однако, сам того не желая, немец вызвал самую настоящую бурю негодования со стороны Пейтон... и это притом, что он пока что так и не понял намека на очевидное. Он понимал, что надо как-то попытаться оправдаться перед своей ненаглядной, либо попытаться исправить тот факт, что ее настроение координально ухудшилось, всего лишь из-за предложения пообедать. Кто вообще может понять в этом мире женскую логику? А Дитрих, между прочим считал что хорошо знает свою милую Тони...
-Я просто посмотрел на твой заказ... вот и подумал, что ты могла проголодаться... что такого я спросил? -Данцигер поинтересовался максимально осторожно, дабы не разозлить свою пассию еще больше глупыми вопросами. -Почему ты говоришь, что ты толстая? Что за ерунда, Тони?
Немцу всегда казалось, что если дама вдруг начинает говорить о себе, что поправилась, то следовательно желает чтобы ее в этом срочно разубедили. До него не особенно дошли слова Пейтон относительно того, что ее (вдруг появившийся) лишний вес как-то связан с ним... и по правде говоря, он даже растерялся, когда Тони, получив еще два коктейля, вдруг накинулась на официантку.
-Так... брейк, радость моя. Я знаю, что основательно задержался в Сакраменто... но я же тебя неоднократно предупреждал об этом по телефону. И не думай пожалуйста, что мне не хотелось сорваться к тебе, -Дитрих вздохнул, смотря как Пейтон достала кошелек и сама расплатилась по счету - спорить с ней в данный момент и доказывать что ей не нужно было этого делать, он не стал, чтобы не получить по своей голове пустым бокалом из-под шоколадного коктейля. -Может быть, ты просто успокоишься и объяснишь мне, в чем именно моя вина? Я ведь приехал... и очень хочу побыть с тобой.
-Мне, наверное, будет лучше пройтись, -заявила тем временем Тони, успокоившись так же внезапно, как и рассердилась. Данцигер в очередной раз тихо вздохнул и взяв со стола нетронутый его строптивой возлюбленной коктейль, отпил пару глотков, чтобы не пропадало добро. После этого, оставив пару купюр официантке на чай, мужчина послушно последовал за Пейтон, надеясь что сейчас наконец получит все объяснения насчет неожиданно накрывшего ее плохого расположения духа.
Он ожидал чего угодно... кроме единственной очевидной и весьма закономерной вещи, учитывая проведенную чуть больше трех месяцев назад весьма бурную неделю наедине с Тони. Пожалуй после этого стоило как следует хлопнуть себя по лбу за недогадливость?!
-Правда? -произнес немец поистине коронную фразу, которая обычно вырывается у любого счастливого отца, которого обрадовали грядущим прибавлением. -Я... я даже не знаю что и сказать - разве что, я чертовски рад этому! И я не собираюсь тебя бросать... ты прекрасно знаешь об этом.
Он улыбнулся, остановившись и притянув к себе Тони. После этой счастливой новости, ему придется расшибится в лепешку, чтобы защитить ее и своего будущего ребенка... и к сожалению, забрать Пейтон в Сакраменто у Данцигера не получится. Слишком много времени немец вращался в непосредственной близости от дел "семьи" Торелли - так что следовало подождать пока его имя перестанут связывать с ними. Но так или иначе, Дитрих не собирался отказываться от своей упрямицы и самого дорогого подарка, каким она только могла его одарить.
-Думаю, что нам стоит отметить эту отличную новость? Если тебе не хочется идти в ресторан, можем заказать чего-нибудь домой. Что скажешь? -предложил Данцигер поцеловав Тони и затем приобняв ее за плечи. -А еще ты была совершенно права... и все мои дела действительно были дурацкими, по сравнению с твоим сюрпризом для меня.
С того самого момента, когда Пейтон улыбнулась Дитриху в хорошо знакомом им обоим магазинчике на Черри-стрит, прошло уже много лет... Они успели разойтись, решив, что так будет лучше для каждого, но только не сумели забыть друг друга, так что весьма феерическй финал пятилетнего брака Тони после одной-единственной встречи в ресторане был по сути закономерен. Все произошедшее было слишком хорошо, чтобы позволить себе отказаться от продолжения и совместного будущего - тем более, что оно уже было даже более чем ощутимым?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-06-16 06:29:31)

0

6

Обычно, взрослые люди, прежде чем делать какой-нибудь ответственный шаг, хорошенько его взвешивают, планируют и только после этого длительного мыслительного процесса решаются поступить так или этак. В любом случае, это совершенно не простой и скучный процесс, в течении которого обычно легко потерять интерес к тому или иному результату, что должен был быть желаемым. В случае же с ребенком, то он должен был желанным для обоих своих родителей, не смотря на кого, должен был бы быть похожим. Да… совсем недавно Пейтон носила на безымянном пальце обручальное кольцо и раздумывала относительно возможности завести ребенка. Раньше им с Джоном мешала не стабильная экономика и заработок, который нужно было обязательно поднять до появления на свет маленького человечка. Но, в результате всего, после длительных приготовлений настал самый настоящий «пшик!». Ничего у них из Джоном не вышло с ребенком и вовсе не потому, что кто-нибудь из них не мог завести ребенка, а просто потому… что Тони каждый раз не могла решиться, отказывалась, а то и попросту потеряла интерес к мужу. Прежде чем встретиться с Дитрихом в том ресторанчике в центре города, женщина уже была прекрасно осведомлена о том, что может выносить и родить здорового ребенка. Знала, но не хотела. И всего несколько раз безудержного желания к бывшему привели к закономерному результату. К которому, как ни странно, двое давно влюбленных людей, совершенно были не готовы.
Ну, а разве можно было бы быть готовой к подобному? Можно, приготовиться к подобному, когда ты видишь своего любимого мужчину раз или дважды в месяц?
Подобные вопросы Тони уже не единожды задавала себе. Представляла себе самую разную реакцию Дитриха. Вплоть до той, что мужчина просто оставил ее. И пусть, она была женщиной далеко не впечатлительной, и напугать сложностями ее было не так уж и просто - все равно боялась лишиться того, что обрела не так давно. Боялась потерять, ибо знала цену своему счастью. Боялась снова остаться одна…
Поэтому, как только мужчина вполне положительно отзывается о той новости, которую ему сообщила ему Пейтон, женщина несколько удивленно смотрит на него. Он не верит? Верит и радуется?
Немец обнимает ее. Крепко, но в то же время и бережно-нежно, так что Пейтон лишь довольно прикрывает глаза, едва ли воздерживаясь от комментариев, что безбожно погубили бы этот прекрасный момент. Момент, который она никогда не забудет и не выбросит из своей памяти.
- Но… мы же не планировали. Мы не хотели… - последнее она уже не доводит до финала, лишь пожимает плечами, когда говорит. Естественно, если бы она сообщила ему раньше, была бы еще хоть какая-то возможность поговорить о том, оставлять ребенка или нет. Но, это решение она приняла единолично и прошлым разом, когда Данцигер приезжал в Сан-Хосе, она так и не смогла сообщить эту счастливую новость. Теперь точно знала – совершенно зря. - Я боялась, что ребенок окажется тебе не нужным, - совершенно зря она боялась, но честно призналась в том, как легко позволила себя запутать неопределенным эмоциям и тому факту, что ей приходится каждый раз отпускать мужчину в другой город, не имея особой возможности проведать его там. Хотя, разве еще когда-то давно, на пляже, во время одного из дикого отдыха, который они себе устраивали, Пейтон уже знала, что Дитрих был хорошим человеком.
Она безумно счастлива. В один момент, женщина забыла о своих перепадах настроения, что нападали на нее все чаще, в точности, как и о других вопросах, которые хотела бы обсудить с Дитрихом до тех пор, когда мужчина не принял единоличного решения. Тони лишь отвечает на поцелуй, прикрыв глаза, и едва ли не летит на крылах счастья, что выросли у нее за плечами.
- Давай лучше поедим дома, если ты не против? А то мне теперь кажется, что все обращают внимание на мой живот, - пожаловалась Пейтон, демонстративно жалобным голосочком. – Ты точно не заметил, какой у меня большой стал живот? – для верности, решила переспросить женщина, пока они шли по улице, а Дитрих обнимал ее за плечи. И в данный момент было абсолютно все равно: увидят их вместе или нет. Главное было совершенно другое…

+1

7

-Верно, мы ничего такого не планировали... но я очень рад, что все случилось именно так. Это лишь подтверждает тот факт, что ты всегда была и будешь только моей, -немец улыбнулся, легонько коснувшись губами щеки Тони. -Ты очень нужна мне и наш ребенок тоже - тебе не следовало так думать обо мне. Я бы ни за что на свете не отказался от него.
Когда-то очень давно - будто бы совершенно в иной жизни - родители старались внушить Дитриху, что на этом свете нет ничего важнее семьи. Все что происходит, плохое или хорошее, так или иначе можно пережить, имея за своей спиной надежный тыл и поддержку близких и дорогих людей. Поначалу Данцигер безоговорочно верил в это и лишь когда его отец погиб, а Лин едва не осталась калекой на всю оставшуюся жизнь, его посетило вполне законное сомнение. Казалось что в наступившей тьме уже совершенно точно не появится никакого просвета, настолько все было плохо в первые дни, а затем и меесяцы после той эпической аварии. Однако, непомерное ослиное упрямство при желании могло бы и горы снести, так что же говорить о каком-то жалком вердикте врачей? Плюс еще подключилась тетка Дитриха, организовав любимой родне срочный переезд и фактически оплатив лечение Каролины в хорошей клинике.
Подытожив все вышесказанное, пожалуй можно сказать, что Данцигер в конце-концов понял, что его отец был прав, говоря о вечных семейных ценностях. Два человека, готовых друг за друга в огонь и в воду всегда сумеют справится абсолютно со всеми сложностями этой жизни... а если они еще и катастрофически упрямы?
Все опасения и размышления были лишними. Дитрих больше не хотел бегать от своей Тони и теперь ему предстояло придумать, как сохранить тайну их отношений от его ближайшего окружения. Учитывая специфику "профессии" немца, любить свою строптивую пассию, с его стороны означало подвергнуть ее возможной опасности - так что все его криминальные "знакомые" в Сакраменто должны были и далее быть уверены, что терять ему нечего. Но...
...обо всем этом Данцигер как следует подумает и потом. Сейчас же, ему хотелось отпраздновать самую лучшую новость, которую только может услышать мужчина от своей любимой женщины.
-Не говори глупостей, -Дитрих постарался сдержать смех, после заявления своей возлюбленной. -Если на тебя и смотрят, то только потому что ты потрясающе красива - смотрят и завидуют мне. А живот у тебя совсем небольшой, раз уж я его не заметил. И вообще, ты сейчас должна думать только о том, чтобы подарить мне здорового ребенка, так что наплевать на всех, слышишь?
Он едва было не ляпнул глупость, решив предложить Пейтон придумать, что им заказать на ужин - а вдруг его строптивая пассия вновь стала бы переживать за свои формы и размеры? Так что, вернувшись в квартиру Тони, немец взял выбор меню полностью на себя: прекрасно ведь знал, что должно понравится его любимой упрямице. Гулять так гулять, ведь недостатка в хороших ресторанчиках славный город Сан-Хосе никогда не испытывал - правда это конечно были не мишленовские "чемпионы", к которым немец успел привыкнуть за долгие годы дружбы со стариной Муссолини. Надо думать, все эти барские замашки уже давно стали неотъемлемой частью натуры Дитриха и от них уже никуда не денешься.
-Я все заказал, так что остается лишь дождаться нашей еды, -объявил своей пассии Данцигер, после того как скинул звонок на своем мобильнике. -Теперь буду мучить тебя закономерными вопросами, которые следовало задать уже давным-давно...
Подойдя к Тони, немец притянул ее к себе, крепко обняв и хитро улыбнулся.
-Как ты себя чувствуешь? Если хочешь, я мог бы пойти вместе с тобой к врачу, для моральной поддержки - и ты уже узнавала, кто у нас будет?
Никогда не знаешь, где найдешь и где потеряешь - так гласит давняя народная мудрость, в верности которой Данцигер убедился буквально каких-то полчаса назад. Едва не начавшийся "разбор полетов", вдруг совершенно неожиданно обернулся даже более чем приятным сюрпризом.
-Что скажешь на мой коварный план?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-06-17 00:53:13)

+1

8

Пейтон давно не хватало этого взгляда зеленых глаз, которыми немец заглядывает в ее карие, почти черные глаза. Улица? Люди? Нет, их нет. Есть только его слова и обещание, которое она знает, что соблюдет, раз уж пообещал. Конечно, она еще не знает, чего это им будет стоить, но уже была рада тому, что они с малышом имеют шанс быть в жизни Дитриха. Быть, возможно, даже больше, чем сейчас. Конечно, для этого ей придется смириться с его условиями, хотя она еще постарается воспользоваться ситуацией в нужном русле и тянуть теперь упрямого немца все ближе и ближе к Сан-Хосе каждый раз.
- Извини, я не хотела так думать, но … тебя не было так долго, что я стала понемногу сомневаться, - честно призналась женщина мужчине, не отводя взгляда в сторону. Ее рука накрывает ладонь, которой прикасается к ее щеке, а после Тони прикасается к ней губами. Это занимает всего одно мгновение, не больше и не меньше. Вряд ли она узнает, была ли кровь на этих руках, но ей хотелась, чтобы эти руки ее обнимали. И она готова была их целовать. Вот такой маленький каприз и фетишь беременной женщины, которому хочется улыбнуться. И даже спеть. Но только не на людях. Уж этого себе Тони даже в очень хорошем расположении духа себе позволить не позволит. – Но, это значит, что тебе стоит приезжать чаще, - тихо добавила она, задерживая дыхание, ибо только оно могло выдать ее волнение. А ведь ей было так важно узнать, что теперь будет … Получить хоть какую-то уверенность в следующем дне.
В действительности, комплимент немца пришелся, как обычно в самую точку, заставив изменчивое настроение беременной женщины добраться до высшей отметки за сегодняшний день. Кажется, что ранее она даже не смеялась так и не улыбалась так, как сейчас – и где был наш принц раньше?
Дорога пешком до дома занимает некоторое время, но Пейтон даже не успела устать, как часто бывало, если она решала гулять подольше. Быть может, этому способствовал новый всплеск эмоций, на этот раз положительных, и его источник нежно обнимал и прижимал ее к себе, пока они, не спеша, направлялись в сторону дома, который Дитрих стал снимать ей сразу после той пары ночей вдвоем в отельном номере.
Обычно эта квартира, столь просторная и красивая, казалась женщине пустынной. Словно бы здесь не хватало чего-то ключевого, что превратило ее в живое помещение, в котором кроме порядка существовало еще какое-то громкое «Я». Спустя еще пять месяцев такое «Я» появится на свет, и отнимет всё свободное время своей матери. Оно уже заметно влияло на ее настроение, гастрономические пристрастия и даже быт, в котором все больше времени посвящала занятиям собой и прогулкам, чем бессмысленным домашним заботам, которые так бесят почти каждую молодую женщину. После его появления на свет в жизни больше не будет «Я», а будет «МЫ». Будем много запретов на некоторые виды питания и образ жизни, что не слишком подходит ребенку – это само собой изменится. Со временем. Однако, только Дитриху стоило войти и начать хозяйничать, вызванивая с мобильника по ресторанам, женщина почувствовала и поймала ту волну полного и абсолютного комфорта, в котором все было правильно и все было на своих местах.
- Ты не расскажешь, что заказал на ужин? – поинтересовалась Тони у мужчины, когда он притянул ее к себе, предупредив чредой расспросов. И, наверное, стоило начать удовлетворять его любопытство?
- Все хорошо, Дит. Правда, хорошо, хотя иногда мне кажется, что я схожу с ума и … я сама знаю, чувствую, как мои эмоции выходят из под контроля. Сегодня я так разозлилась на тебя, между прочим, - честно ответила женщина, не предпринимая попыток сбежать из объятий Дитриха. – Мне пока еще не сказали, кто у нас будет. Но, завтра у меня запись к врачу и диагностика, так что … если все будет хорошо, мы узнаем завтра о том, кто у нас появится. А ты кого хочешь? Мальчика или девочку? – пожалуй, Тони очень не хватало подобных разговоров с человеком, который бы не сочувствовал ей, а просто разделял ее счастье и ее радость. Да, в большей части, она была реалистом, они будут одни, но … это не самое страшное. Страшнее было бы насовсем потерять связывающую их нить.
Но, что может быть красноречивее слов? Наверное, только эмоции и чувства, которые можно показать лишь решительными действиями.
- Кстати, незачем меня так бережно обнимать,.. - тихо проворковала на ухо любимому мужчине, игриво прикусив мочку его уха. Но, как раз в этот момент позвонили в дверь. Доставка? Шутка ли нет, но это было так. Как и всегда, когда уже совершенно фиолетово на еду и красиво накрытый стол.

+1

9

Тони всегда была (и будет) единственной и истинной радостью и источником счастья для Дитриха - и только ей было под силу сделать так, чтобы и без того отличный вечер стал еще лучше. Капризная судьба много раз уже испытывала порой даже чересчур серьезного немца на прочность, подкидывая ему различные неурядицы... и вдруг, совершенно неожиданно решила одарить самым драгоценным на этом свете подарком для любого нормального мужчины. Данцигер улыбнулся, слушая Пейтон и припомнил разговор, который случился у него давным-давно с теткой -поистине страстной любительницей карт, эзотерики и прочей сверхъестественной ерунды.
-Тетя, может быть вы не будете гадать моей матери... ну хотя бы перед уик-эндом? -взмолился как-то раз Дитрих, когда в очередной раз приехал в Сан-Хосе и зашел навестить Марту. -У вас постоянно выпадает какая-то опасность для меня и весь вечер пятницы и субботы я должен сидеть на телефоне в общежитии университетского кампуса и уверять маму, что все хорошо. Может быть, ваши карты просто... ошибаются?
-Ничего подобного! -насмешливо фыркнула тетушка. -Я ведь была права насчет дамы треф, разве нет? Она с недавних пор постоянно рядом с червонным валетом - и я никогда еще не видела ничего подобного. Какой бы расклад я не использовала, получается один и тот же результат... вы будто бы связаны.
-Знаете, я всегда хотел спросить, почему вы гадаете на меня как на червонного валета - он какой-то слащавый на этой карте и куда больше похож на женщину, -рассмеялся Дитрих, решив сменить тему дамы треф, иначе от любопытной Марты будет точно не отвязаться. -У него даже кудри как у женщины - я не согласен на такое. Вы точно не ошиблись?
-Не говори ерунды пожалуйста, -Марта рассмеялась. -Это ведь просто образ и не более того и означает светловолосого молодого человека. А твоя дама треф темноволосая и смуглая девушка, очень красивая - я ведь права?
И что он мог тогда ответить тетке? Дитрих всегда посмеивался над ней, но вот сейчас, нежно обнимая свою Тони, не мог не признать, что она была все-таки права и не ошиблась даже в малейшей мелочи. Дама треф и правда оказалась связанной с червонным валетом - конкретно в эту минуту, даже в большей степени чем в их совместной бурной молодости.
-Ужин будет сюрпризом, но я уверен, что тебе все понравится, -хитро улыбнулся Данцигер. -И знаешь... в свете сегодняшней, просто великолепной новости, я готов покорно терпеть все твои перепады настроения. А если говорить о нашем ребенке, то я буду очень рад как сыну, так и дочке и очень хочу чтобы он или она был похож на тебя.
-Кстати, незачем меня так бережно обнимать.., -тихонько шепнула тем временем Тони, прикусив мочку уха немцу, после чего ему следовало выполнить это приятное ценное указание к действию и заодно, подарить своей пассии весьма нескромный поцелуй. Дальнейшему продолжению "банкета" помешал курьер из ресторана, так что Дитриху пришлось нехотя отпустить коварную искусительницу и идти открывать дверь и забирать заказ.
Но кто сказал, что надо тут же бросаться разбирать пакеты и приниматься за ужин? Все это ведь можно сделать и после..?
-На чем мы там остановились? -он улыбнулся, вновь притянув к себе Пейтон. -Ах да - ты же говорила как тебя нужно обнимать... сейчас я устрою тебе самый настоящий мастер-класс.

+1

10

Что может быть лучше, чем желанный мужчина рядом и приятное ожидание ребенка? Да, вряд ли что-то могло сравниться с тем моментом, когда немец подарил ей жадный и далеко не скромный поцелуй. Быть может, подобных моментов было бы куда больше, если бы Дитриху не пришлось бы уезжать обратно в Сакраменто или же он чаще вырывался в богом забытый Сан-Хосе. Забытый, ведь порой казалось, что время останавливается в этом городе, когда яркий солнечный диск доползал до своего зенита, а ей приходилось продолжать ждать звонка любимого или же любых известий о том, когда он сможет приехать. К счастью, сейчас ей не нужно было ждать. Он был уже в ее объятиях, хотя и приходится ненадолго отпустить мужчину, чтобы он смог забрать доставленные курьером покупки, а также и расплатиться за них.
Проследив за немцем взглядом, женщина осталась дожидаться на месте, когда он вернется к ней, решив отложить на позже весь интерес к еде и ужину, что должен был стать действительно сюрпризом для будущей матери. Конечно, ждать – истинное испытание, тем более для той, что уже приходилось ждать и без того продолжительное время. Однако, Пейтон демонстрирует совершенно исключительную стойкость в выжидании, за что и была вознаграждена последующим поцелуем и не только. Чреда многозначительных прикосновений и объятий, от которых в голове вертится лишь одно:
- Мне кажется, эта твоя рубашка сейчас совершенно лишняя и мешает мне почувствовать этот твой мастер-класс, - тихо шепчет она, разделываясь с пуговицами на рубашке немца, что отняло у нее не так уж и много времени. И дело тут, пожалуй, вовсе не в практики, а скорее лишь в нетерпении?
- Знаешь, я всегда очень боялась забеременеть, - честно призналась Тони, после того, как мастер-класс по крепким объятиям подошел к своему финалу и влюбленные могли перевести дыхание, обнаружив весьма подходящее для этого место на диване в гостиной, где и состоялась основная часть, вышедшего за все рамки мастер-класса. – Никогда не могла себе представить, что буду матерью малышу, но … когда я узнала о том, что жду нашего малыша, я совсем не сомневалась в том, стоит ли рожать или нет. Я лишь боялась, что ты не захочешь ребенка, но теперь знаю, как глупо ошибалась, - усмехнулась своим словам Тони, проведя пальцами рук по обнаженной груди немца вверх. – Если бы ты еще мог остаться на совсем здесь в Сан-Хосе… - но это была лишь мечта, которая вряд ли найдет воплощение в реальности и Тони это прекрасно осознавала, хотя это нисколько не мешало ей лелеять эту глупую мечту в сердце, как самое заветное желание. – Я знаю, что ты не можешь. Но, обещай, что будешь приезжать чаще? Иногда мне кажется, что эта квартира слишком большая, - поделилась она, своими желаниями и переживаниями, запустив пальцы в светлые волосы Дитриха. – Мне кажется, или кому-то срочно нужно укоротить волосы? – резонно заметил внимательный взгляд женщины, что она сразу же озвучила. – Так, сиди здесь, а я схожу за ножницами – сделаем тебе новую стильную стрижку, которой я научилась недавно, а потом пойдем в душ и ужинать, если вся заказанная тобой еда еще не испортилась, - хихикнула Тони, прежде чем подняться с колен мужчины и, набросив на себя его же рубашку, отправилась за своими профессиональными приспособлениями. Сейчас даже и не требовалось гадать, что послужило столь хорошему настроению женщины, однако следовало только надеяться на то, что не произойдет снова резкого его поворота к изначальной точке.

+1

11

Как все-таки люди порой любят усложнять собственную жизнь? Быть может потому что без лишних трудностей жить попросту неинтересно... а может быть и потому что до поры до времени не видят дальше собственного носа. Обретя когда-то друг друга, Дитрих и Пейтон решили разойтись: она не желала терпеть его связей с криминалом, он не мог позволить себе предать единственного лучшего друга. В результате, обоим пришлось начать поиски личного счастья заново, но как нетрудно догадаться никто так и не достиг успеха с временными пассиями - назовем их так.
-Я не спрашиваю как твои личные дела.., -как-то сказала Дитриху его матушка, когда была уже тяжело больна и лежала в клинике. -Но не потому что мне неинтересно... просто, я давно уже поняла одну простую вещь...
-Какую же? -улыбнулся Данцигер.
-Все наладится как только ты найдешь ее - твою единственную и неповторимую. Попроси ее вернутся.., -ответила Аннелиза, ответно улыбнувшись любимому сыну. -Я знаю, что она всегда тебя любила... и без нее ты не будешь счастлив.
-Кто она, мама? -удивленно поднял брови Дитрих, решив что матери снова стало нехорошо и у нее поднимается температура. -Ты не должна волноваться за меня - знаешь ведь, что я не пропаду.
-Все так... но рядом с ней тебе будет ничего не страшно. С твоей... дамой треф.
Словно бы растворяясь в каждом нежном поцелуе Пейтон сейчас, Данцигер лишь мельком успел подумать, что матушка, как и тетка были правы. Уведя свою даму треф от того бестолкового маклера, немец понял, что с этого момента жизнь его стала действительно полной... и как вознаграждение за все суетные и ненужные годы скитаний вдали друг от друга - их общий ребенок. Та самая тонкая, но прочная нить, что еще прочнее свяжет их вместе и не позволит сделать очередную глупость.
-Почему ты не могла представить себя матерью, Тони? -он ласково прикоснулся ладонью к щеке своей возлюбленной. -Когда мы только начали встречаться и у нас вполне мог быть ребенок, я даже и не думал об этом... наверное надо было хорошенько повзрослеть, чтобы в полной мере захотеть ощутить всю прелесть отцовства. И я никогда и ни за что не откажусь от тебя, слышишь? Все что у меня есть в этой жизни - это ты. Лин давно в Берлине... вся в богемной жизни и навряд ли вернется в Штаты... зная что она счастлива, я не стану просить ее приехать.
Притянув Пейтон ближе к себе, Дитрих в очередной раз поцеловал ее - а после, лишь вздохнул, услышав просьбу своей любимой. Да, он очень хотел бы остаться с ней или перевезти насовсем в Сакраменто и быть рядом... если бы, это не было сопряжено с известной долей риска. Это бесспорно, очень эгоистично заставлять ее ждать себя и довольствоваться обещаниями о том, что когда-нибудь все изменится - но иного выхода у немца на данный момент попросту не было.
-Я постараюсь приезжать так часто как это только возможно, -Данцигер никогда не обещал что-либо просто так и сейчас, произнося эти слова, словно бы дал себе определенную установку выполнить их, что называется "от" и "до". -Ты же знаешь, как я безумно по тебе скучаю? И что такого с моими волосами??
Ему приходится выпустить Тони из своих объятий, когда она срочно решает привести его голову в порядок - Дитрих и правда давно уже не стригся, так что без оглядки готов был доверится своему любимому парикмахеру. К тому же, если женщине в положении чего-то очень захотелось, то нужно ей это дать, чтобы у нее, вдруг не испортилось настроение.
-Ты хочешь сделать меня еще красивее? -Данцигер еле сдержал смех, после того как натянув брюки, послушно уселся на стул. -Мне уже очень любопытно как я буду выглядеть.
Сказано - сделано? Тони ловко и быстро принялась за дело, так что долго ждать смены имиджа Дитриху не пришлось - новая стрижка была короче чем он носил обычно и пожалуй делала его моложе на пару лет. Что-то такое по-мальчишески задорное, что ли?
-По-моему, вышло просто отлично, а главное - голове точно не будет жарко, -улыбнулся немец, аккуратно подхватив Пейтон на руки. -Кажется мы собирались идти в душ? Думаю, что наша еда никуда не денется... если мы там немного задержимся?

+1

12

- Ты будешь выглядеть стильным и молодым, так что все будут завидовать твоему стилисту, милый, - засмеялась Пейтон, прежде чем обрызгала волосы Дитриха водой и приступила к задуманному. – Немного терпения и все увидишь. Надеюсь, тебе, правда, понравится твой новый облик, - улыбнулась женщина, слегка прищурив глазки, пока присматривалась к волосам мужчины.
Присматривать за своими волосами еще в глубоком детстве Тони привила любовь ее мама. Она работала в парикмахерской в том же районе, где они жили, и Пейтон часто наведывалась туда сразу после уроков, чтобы забрать ключи от дома, где их с Лидией ожидала гора домашних заданий вперемешку с домашними хлопотами, с которыми не всегда справлялась их любящая мама. Правда, в то далекое время Тони не могла даже подумать, что сможет также ловко овладеть ножницами, как и ее мама. К тому же, чтобы окрасить волосы самой обычной краской, ей пригодились минимальные познания по химии, которую она, как ни странно, просто терпеть не могла в школе.
И когда же случилось это чудо, когда девушка взяла впервые ножницы в руки? Да, таких случаев бывало не один и даже не два. Но, однажды, еще до тесного знакомства с Дитрихом, Пейтон надоело ходить со смешными косичками, расплетая которые, волосы становились волнисто кудрявыми. Так что, в один прекрасный день она решила – хватит! И попросту стала стричь свои длинные волосы. С начала немного, потом чуть больше. А когда стало заметно – Саманта Брик решительно отвела дочь в парикмахерскую, где и объяснила, чем нужно руководиться, когда стрижешь. Первый урок произвел на Тони большое впечатление – откуда это мама могла знать, какая стрижка, как будет выглядеть на ней? Однако, последовала совету и не стала спешить, позволив волосам расти и не забывая их лишь изредка укорачивать. И, как говорится, понеслось…
Теперь же в ее кресле посреди гостиной сидел совершенно особенный клиент. И начав состригать влажные волосы немца понемногу там и там, Тони даже слегка разволновалась – вдруг ее мужчине не понравится? Однако, забыв о своем опасении, женщина продолжила кропотливый процесс несколько раз обращаясь к мужчине с весьма закономерной просьбой: - Не вертись, а то пострадаешь – знаешь, какие ножницы у меня острые? – это, конечно же, была шутка. Еще ведь не случалось никаких травм от ножниц, которые находились бы в ее руках, до такой степени Тони была осторожной. Хотя, всегда может быть первый раз? Поэтому, Пейтон лишь притворно строго кашлянула, чтобы заставить мужчину сидеть так, как ей бы того хотелось.
- Ну, вот, - наконец-то, спустя около полчаса от начала всего кропотливого процесса стрижки, женщина огласила о его успешном завершении, продемонстрировав мужчине его отражение в зеркале, которое всегда стояло на небольшом дамском столике в спальне. – Тебе ведь нравится? – с надеждой и некоторой настороженностью ожидала вердикта своего «клиента» она, прежде чем услышала не только вердикт, но и оказалась на руках у мужчины.
- Эй, осторожно! – от всей этой неожиданности обратилась к мужчине Тони, что еще не выпустила ножниц из своих рук. – Дай хоть ножницы положу на стол, а то они испортятся в воде, - засмеялась она, прежде чем они отправились в ванную, чтобы принять совместный душ. – Кстати, теперь тебе с этой стрижкой придется приезжать ко мне как минимум через две недели. Так что, я попрошу вас, мистер Данцигер, внести посещение персонального стилиста, как минимум через выходные, - прежде чем прохладная вода в душе полилась, тихо озвучила свою настойчивую просьбу Тони. И плевать, что Дитрих никогда не был метросексуалом, что следит за своей внешностью, вплоть до красоты кончиков своих ногтей. Если бы она могла, заставила бы его сидеть в кресле и занялась его ногтями – просто так, ведь это был еще один призрачный способ заставить его заглянуть в Сан-Хосе.
Ужин тем вечером был поздним. Хотя, в последнее время Пейтон казалось, что она и так ест слишком поздно, но одиннадцать вечера на часах, когда двое влюбленных решили-таки разобрать сумки доставленные курьером, показались Тони реально поздним временем, о чем она не умолчала.
- Между прочим, обычно я так поздно не ем, - слегка поджав губы, произнесла она, размышляя над тем, как ей получше отказаться от еды, ведь, как известно, девушкам не стоит кушать после шести. А ведь сейчас было целых одиннадцать часов! Полуночный ужин явно не скажется положительно на ее талии, что и так становится с каждым днем все менее заметной?
Однако, аромат мяса по-французски из открытого контейнера, как и различные соусы к нему, заставили женщину забыть об этом своем глупом правиле – все пахло так восхитительно! Еще и немец постарался на славу, нахваливая то или иное блюдо, которое Тони должна была попробовать, так что в результате оба объелись, не оставив на утро практически ничего.
- Если я в этом месяце поправлюсь больше, чем на четыре кило – тебя ждет страшная расправа, Дит, - пригрозила женщина своему любимому мужчине, прежде чем он заключил ее в свои объятия, которым предстояло дать начало новому раунду приятной совместной близости. Правда, на этот раз не пришлось уже думать об осторожности, о которой кто-то совершенно забыл почти четыре месяца тому назад.
Утро следующего дня застало Тони спящей в объятиях Дитриха, при этом женщина совершенно забыла о том, какие грандиозные планы она строила изначально. Ей было так, приятно находиться в его объятиях – и плевать, что яркие солнечные лучи светили ей прямиком в лицо. Ее ладонь накрыла руку немца и была почти уверена, что почувствовала, как впервые зашевелился ребенок, хотя … на все сто процентов не знала, показалось ей это или нет. Определенно точно, ей теперь предстоит спросить об этом у своего доктора? И вот тут, Тони уже широко распахнула глаза, вспомнив о том, что время летит, не оглядываясь на зазевавшихся – прием у доктора Саммерса был назначен на половину одиннадцатого, так что у нее оставалось лишь около полтора часа на сборы.
Стало быть, пришло время рушить сонную идиллию?
- Дитрих, ты пойдешь со мной к доктору? У меня назначен прием на это утро… - тихо произнесла она, легонько потормошив спящего немца. – Эй, спящий красавец, ты меня слышишь?

+1

13

Доволен как обожравшийся удав — пожалуй, именно так Дитрих бы охарактеризовал свое состояние, после того как сладко уснул в объятиях Пейтон той ночью. Ужин был просто прекрасным, последующий новый «раунд» наедине — еще лучше... и наверное, именно о таких моментах в жизни и принято говорить, что больше уже желать точно нечего?
Итак, поутру Данцигеру просто категорически не хотелось вставать, когда любимая и единственная стала его тормошить, напоминая о том, что они собирались посетить ее врача. Когда человеку спокойно, хорошо и не нужно вскакивать и нестись на работу чуть свет, он естественно не горит желанием вылезать из-под теплого одеяла с первыми лучами солнца. Но как бы то ни было, немец ведь уже успел пообещать, что Тони может рассчитывать на его компанию во время визита в клинику, к тому же ему было очень любопытно узнать, кого же ему подарит его обожаемая пассия.
-Твой спящий красавец сейчас заставит себя встать, пойти на кухню и быстро приготовить что-нибудь перекусить... боюсь, что из вчерашних изысков ничего не осталось, -улыбнулся Дитрих лениво потянувшись. -Пойду приведу в должный вид свою помятую физиономию и будем потихоньку собираться?
Принято считать, что всегда интересно попробовать что-то новое и, если можно так выразится, неизведанное? Пожалуй, можно совершенно определенно сказать, что в гинекологическом отделении больницы старого доброго Сан-Хосе, мистеру Данцигеру бывать еще не приходилось. И не то чтобы он волновался или побаивался множества дам в интересном положении, которых ему и Пейтон предстояло встретить там... просто немец скорее всего еще не до конца осознал ту счастливую новость, которую озвучила его любимая женщина. Пока он приводил себя в порядок и готовил чай для себя и Тони (кофе ей теперь нельзя?), все его мысли проносились в голове с неизменной приставкой "неужели":
Неужели мы и в самом деле увидим нашего ребенка? Каким он будет... наверное маленьким-маленьким?
Быть может со стороны взрослого мужчины несколько глупо задаваться подобными вопросами, но не будем забывать, что отцом Дитриху предстояло стать впервые. Он конечно же знал, что такое процедура УЗИ, на которой предстояло побывать его любимой - но как все это будет происходить воочию, ему только лишь предстояло узнать.
-Я должен сообщить тебе пренеприятное известие, -улыбнулся Дитрих, когда Пейтон появилась на кухне и заценила его кулинарные потуги - два сэндвича "все что было в холодильнике + чесночный соус" и горячий чай. -У нас почти шаром покати в плане провизии, а все вкусное мы уничтожили вчера вечером. Так что после визита к твоему доктору, надо бы сделать набег на магазин. Либо... заказать еще один набор изысков из того же ресторана и снова обожраться как вчера.
Последнюю свою фразу немец произнес еле сдерживая смех - прекрасно помнил как Тони вчера жаловалась на прибавление веса, так что его предложение поесть как следует могло быть чревато очередным гневным взрывом с ее стороны. Стремление женщины быть красивой не исчезает никогда и даже такая важная причина немного потолстеть, как счастливое ожидание, никогда и ни за что не может помешать ему?
Быстро уничтожив свой более чем скромный завтрак, Дитрих и Пейтон не тратя времени зря, поехали в клинику, где и попали на прием самыми первыми. Сначала будущему счастливому отцу пришлось подождать в коридоре, а затем его пригласили посмотреть на экран и заценить своего сына на экране аппарата УЗИ во всей красе.
-Прекрасный здоровый мальчик - могу вас заверить, что все идет хорошо, -улыбнулась доктор, тогда как Данцигер еле удержался, чтобы не поинтересоваться, где она умудрилась разглядеть пол будущего ребенка? Голову еще можно было увидеть... ну и руки наверное - и еще услышать как размеренно и уверенно бьется сердце будущего малыша.
Хотя... какого же будущего? Он ведь уже есть...
-Тони... знаешь, мне казалось, что наш ребенок будет куда меньше... И на этом экране ни черта не разберешь без пол-литры. Как доктор смогла увидеть, что у нас именно сын будет?? -как только Пейтон вышла из кабинета врача, Дитрих тут же забросал ее вопросами. -Она ведь не могла ошибится? Я конечно буду рад и дочке... просто мне интересно. И как мы его назовем? Может придумаем уже сейчас..?
Конечно же, в тот самый момент, немец не мог знать, какое совершенно безумное и безудержное счастье захлестнет его, когда Тони в первый раз даст ему подержать только родившегося сына на руках. Он как следует исполнит долг каждого хорошего отца и "обмоет" ножки Ноа так, что едва не разобьет к чертовой матери свой внедорожник, капитально напившись в первый раз за последние... лет так десять точно?
Но все это еще только будет - а пока что, Дитрих еще только начал привыкать к тому что совсем скоро его маленькое семейство увеличится.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-07-05 01:54:07)

+1

14

Для счастья никогда не нужно много. Особенно, если умеешь ценить то, чего в свое время могло показаться мало или недостаточно – теперь Пейтон это прекрасно понимала и даже знала на собственном, пусть даже горьком опыте. Ведь, когда-то давно она решила, что ее мужчина обязательно точно должен быть честным перед лицом закона, не рисковать получить шальную пулю и просто заботиться о своей любимой и бесценной каждый божий день. У них с Дитром всегда хватало причин для споров и выяснений отношений, но лишь потеряв друг друга и вновь обретя, глупцы поняли свою ошибку о том, как на самом деле немного нужно для истинного счастья. Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что это утро для Пейтон было особенно радостным. Уже с самого утра, едва женщина приоткрыла свои карие глаза, на ее лице поселилась улыбка, а в сердце было тепло и радостно от того, что ее любимый мужчина рядом. Пусть всего на пару дней в неделе они вместе, но вместе? Да, он просто рядом с ней, спит и просыпается, находится в пределах досягаемости, так что было достаточно всего лишь протянуть к нему руку для того, чтобы убрать в сторону его светлые волосы, к которым всего лишь вчера добрались ножницы Тони.
- Ты хочешь приготовить мне завтрак? – резонно отметила женщина, не скрывая своего удивления. – Кажется, ты очень редко готовил мне, так что … ладно, можешь принести мне завтрак в постель, - добавила уже с игривыми нотками веселья она, прежде чем ее спящий красавец собрался приводить себя в порядок после весьма бурной и бессонной ночи. Естественно, этим днем они еще успеют восстановить силы, но для начала нужно было поторапливаться, чтобы не опоздать на долгожданный прием.
У Тони был большой соблазн понежиться в постели чуточку дольше, чем ее любимый немец, но женское любопытство сыграло свою роль, как обычно. Дитрих уже закончил с банными процедурами, после чего направился на кухню, чтобы приготовить завтрак, так что Пейтон также заставила себя подняться с кровати и начать свои сборы, ведь к ее приходу на кухню, женщину ждал приготовленный чай и … пару сэндвичей, правда весьма красиво украшенных листьями салата и прочими овощами, на которые пыталась перейти в своем питании беременная женщина. Конечно, она весьма критично посмотрела на тот завтрак, что ожидал ее – хлебобулочные изделия нисколько не внушали ей доверия, ведь от них она могла сама вполне быстро превратиться в булочку, вместе аппетитной шоколадки. Однако, от всех размышлений Тони отвлек Дитрих, так что женщина с интересом и долей недопонимания посмотрела на него.
- Да? Что-то серьезное случилось? – на полном серьезе спросила женщина, не зная, чего ей собственно стоит ожидать от своего немца. А ведь, ожидать можно было просто, чего хочешь! Вдруг ему уже нужно уезжать и придется снова идти одной к врачу?! Но, как оказалось, все было несколько иначе и важные дела были лишь вопросами быта, не больше. – Ах вот о чем ты хотел мне сказать… - спокойно произнесла Тони, прежде чем вновь нахмуриться, взяв свою чашку с чаем. – Пойдем в магазин, так уж и быть – лучше я приготовлю что-нибудь сама. Или тебе не нравится моя стряпня? К тому же, объедаться я больше не буду – это вчера тебе удалось соблазнить ресторанной едой, - заявила женщина, прежде чем решилась все-таки съесть тот сэндвич, который для нее приготовил любимый мужчина. Да, так уж и быть, сегодня будет еще один день, полон еды и объеданий.
После завтрака, естественно, пришлось торопиться на прием к доктору, к которому Пейтон так боялась опоздать на прием. Но, особое волнение, которое переполняло женщину в данный момент было связано не только с обещанным известием о том, что вполне возможно будет узнать пол ребенка. Нет, она, конечно же, очень хотела узнать, будет у них с Дитрихом мальчик или девочка, но … куда больше волнения вызывало то, что шла она на прием к доктору не одна, а со своим немцем, при этом впервые. Правда, не странно было ли то, что узнал мужчина о ребенке лишь вчера и уже сегодня узнает о том, кого именно они ожидают? Возможно, но … Тони тут же решила, что с этих пор кое-кто просто обязан приезжать чаще и не забывать о двух ожидавших его человечках.
- Доброе утро, - с порога просияла Тони, войдя к наблюдавшему ее врачу. Естественно, женщина поведала о том, как прошла та пара недель между ее визитами, док посмотрела еще раз результаты анализов и уже пригласила будущую маму в особый кабинет с УЗИ, когда она попросила пригласить на прием и отца ребенка.
- О, вы не одна пришли сегодня? – приятно удивилась, пусть и пыталась это скрыть доктор Саммерс, но Пейтон нисколько не могла поставить ей этого в вину. Все-таки никто из более близких ей людей не должны будут заподозрить даже о том, что они с Дитрихом снова вместе. Но, это уже детали?
- Да, сегодня у нас будут зрители, - произнесла Тони, устроившись на койке, где и должен был пройти дальнейший осмотр, а когда в кабинете появился еще и Дитрих, женщина улыбнулась куда шире.
После того, как слегка прохладный гель коснулся кожи ее живота, а дальше доктор стала разносить его специальным датчиком, Пейтон увидела своего, как оказалось, сына. Конечно, было невероятно представить столь скорые изменения, что произошли с тем маленьким комочком счастья, которые Тони видела на предыдущих УЗИ. Сейчас уже было четко видно головку, ручки и пару ножек. А еще было слышно отчетливое сердцебиение. – Вы уверены, что это мальчик? – не удержалась и переспросила Пейтон.
- Да, это мальчик без всяких сомнений. Вот, видите тут, - доктор показала на монитор пальцем, только Тони мало что могла там разглядеть. В точности, как и счастливый и приятно удивленный отец ребенка. – Вам повезло, что он решил не прятаться от нас, а то очень часто родители узнают обо всем несколько позже, - добавила доктор Саммерс, после чего протерла живот пациентки сухой салфеткой.
- Ну, мне кажется, что доктор Саммерс не зря заканчивала медицинскую школу и колледж, так что она должна во всем этом разбираться, - уже после приема у доктора, весело ответила на вопрос мужчины Тони. – Да и наш малыш пока не такой уж большой, как кажется… Он где-то … ммм, даже меньше моей ладони, мне кажется, - продемонстрировав свою ладошку немцу, сообщила женщина, демонстрируя в этом деле куда больше познаний, попросту потому, что все эти три месяца она уже усердно изучала всевозможные материалы и много читала. Но, не это ведь важно сейчас? – Не знаю, ошиблась она или нет, но можно будет на следующий раз переспросить – думаю, тогда будет известно куда точнее. Ну, что? Идем в маркет? Мне что-то очень сильно захотелось сладкого, - быстро сообщила женщина, ухватив мужчину за руку, чтобы даже не думал увиливать от такой важной миссии, как поход в магазин. Тем более, они сейчас были несколько в ином районе, от чего нежелательных встреч с знакомыми и друзьями не должно было случиться.

Средина февраля, пять месяцев спустя…

Счастливое ожидание уже подходило к своему финалу, так что изо дня на день следовало ожидать того самого момента, чтобы мчаться в клинику и дать жизнь маленькому человечку, что в последние дни совершенно не позволял своей матери нормально спать. По этому поводу у Тони дома всегда находились, поддерживающие ее сестра и лучшая подруга. Сначала Лорелея составляла компанию Пейтон, а потом уже Лидия приехала, решив оставить на самих себя детей и мужа, которые то и дело звонили каждых полчаса.
- Господи, Хоуп, я уже сколько раз повторила, как нужно это делать? – донеслось из соседней комнаты, где Лидс пыталась что-то объяснить своей дочери. – Ладно, позови своего отца к телефону, может быть, он скорее поймет меня, чем ты! – добавила она, чем вызвала на лице Тони улыбку. Лидия, быть может, была крайне строга и иногда даже слишком резкой, но никто и ни за что на свете не мог упрекнуть ее в том, что та была плохой матерью. Даже наоборот, она была в некотором роде именно той заботливой (пусть и слегка ворчливой) матерью-наседкой, что как курица ходит за своими цыплятами и пытается сделать для них все, что было в ее силах. Точно также она заботилась и о собственном муже, с которым Лидия уже говорила намного тише, так что Тони не слышала предмета их разговора. В отличии от своей жены, муж Лидии был куда более спокойным и тихим человеком – в некотором роде был ее противоположностью, что дополнял ее весьма и весьма гармонично, так что было просто приятно знать, что бывают такие замечательные семьи.
Однако… именно в этот неприметный, с одной стороны, момент, Тони ощутила нечто… и поняла – началось.
Она тихо вздохнула и растеряно оглянулась по сторонам, прежде чем поднялась из дивана, отбросив свое чтиво и направилась в ту комнату, где находилась Лидия.
- Ааааа… Лидс, мне кажется, что все – началось… - растеряно и в панике выдала Тони, от чего Лидия на какое-то мгновение замерла.
- Уже? – спросила она, на что получила лишь пожатие плечами. – Ладно, приезжай в Сан-Хосе, я отвезу Пейтон в больницу, у нее похоже воды отошли, а значит мой племянник родится сегодня, - добавила Лидс в трубку, прежде чем сбросить звонок и начав искать ту сумку, что с начала недели уже была собрана и ждала того самого часа, что уже неожиданно наступил. – Ну, пойдем? – спросила Лидия, застав врасплох свою сестру. Она-то ведь думала, что у нее будет минутка для того, чтобы позвонить Дитриху?
- Позвонишь Лоре? Она просила узнать и … Я на минутку, - неуверенно добавила она, направившись в свою спальню, откуда и позвонила своему мужчине. – Дитрих, ты хотел, чтобы я позвонила… Ну, вот и звоню. В общем, все началось – похоже наш малыш решил родиться именно сегодня. Лидия отвезет меня в больницу, она еще позвала своего мужа и Лора будет – никогда бы не подумала, что соберется целая толпа, - быстро выдала всю нужную и совершенно лишнюю информацию немцу, прежде чем из коридора донесся голос Лидии.
- Так, Пейтон, ты куда пропала – хочешь родить по дороге в больницу? Ну, нет! Я тебе этого не позволю, поехали!

+1

15

Пожалуй о будущем чаще принято говорить как о чем-то эфемерном - ведь обычно приходится ждать, прежде чем пройдет нужное время или исполнится какое-либо заветное желание. Наверное редко бывает так, что этот самый срок ожидания чего-то хорошего может быть определен с точностью до недели? В случае Данцигера все было иначе - его будущее вот-вот должно было появится на свет и оставалось лишь дождаться сигнала от Тони, чтобы впервые в жизни включить паникера и мчаться сломя голову в Сан-Хосе. Надо сказать, что последние пять месяцев были одновременно и хлопотными и самыми счастливыми в жизни Дитриха - и неважно, что Пейтон порой рисковала вывести его из состояния привычного равновесия, начав капризничать в очередной раз. Самое главное, что он был нужен ей как никогда в жизни, пока их маленькое чудо подрастало и заставляло свою мать переживать о своей фигуре. Спонтанно возникающие то и дело ссоры (порой - из-за какой-то ерунды) очень быстро забывались в объятиях друг друга - немец поначалу еще пытался напомнить любимой, что моменты жаркой близости не особенно желательны на большом сроке беременности, но куда уж там? Какой нормальный мужчина откажется от подобного, если женщина страстно его желает и чего уж там греха таить, умеет довести до совершеннейшего исступления, если не сказать больше.
Сидя в своем кабинете и просматривая очередные деловые бумаги, Дитрих думал совершенно не о работе - прокручивал в памяти свою последнюю встречу с Тони пару дней назад. Сначала вредная женщина в интересном положении устроила ему хорошую головомойку за опоздание и швырнула в него тарелкой, так что пришлось долго извиняться и обещать, что впредь такого не повторится. Потом вулкан страстей на время утих и Данцигеру хватило ума промолчать о том, что его ненаглядная малость пересолила обед, которым его кормила... но зато он некстати ляпнул, что Тони стала похожа на милого колобка, когда она пожаловалась, что теперь ей будет сложно похудеть. Мирится после этого гениального выражения пришлось уже в постели - и Пейтон перестала сердится, лишь когда немец торжественно поклялся, что она вовсе не толстая и счастливое ожидание лишь сделало ее еще красивее. К слову сказать - последнее утверждение было верно на все сто процентов.
А хорошее имя мы так и не придумали.., -вздохнул Дитрих и именно в этот самый момент и раздался звонок его мобильника с еще одной радостной новостью. -Как началось... уже?? Я сейчас же выезжаю!
Он конечно задал не самый умный вопрос, особенно если учесть, что срок для того чтобы "началось" уже подошел - но особенно раздумывать было некогда, так что бросив все, надо было мчаться в Сан-Хосе. Успешно преодолев все пробки и два с лишним часа пути, немец добрался до клиники и направился искать палату своей единственной и неповторимой, наплевав на угрозу столкнутся с ее лучшей подругой Лорелеей. По счастью, тогда она смогла навестить Пейтон только лишь на следующее утро, когда у Дитриха уже не было никаких сил дойти до больницы (подробнее об этом немного позже).
-Тони, я здесь! -объявил он с порога палаты, куда его привела одна из медсестер и предупредила попутно, что он сможет побыть с женой (объяснять подробности уже смысла не было) лишь до того пока все действительно не "начнется". -Как ты себя чувствуешь??
По правде говоря, Дитрих смутно представлял себе, сколько должно пройти времени со звонка его любимой до того момента пока ребенок появится на свет. У него хватило ума не уточнять этот момент, видя как Тони больно во время схваток - она весьма ощутимо сжала пальцами ладонь немца во время очередного приступа...
-Мне остаться с тобой? -осторожно поинтересовался Данцигер, усевшись рядом с Тони... но получить ответ ему так и не удалось. Заглянувшая в палату Лидия, как и всегда не стала молчать, увидев рядом с сестрой ненавистного ей немца... к тому же, ей не составило труда догадаться зачем его принесло нынче в клинику.
-Просто великолепно.., -выдала миссис Уиверли, зло посмотрев на Дитриха. -Можно тебя на пару слов?
-Конечно, -кивнул мужчина, надеясь что устраивать разборки в больнице Лидия не станет... хотя с ее темпераментом на это была весьма слабая надежда. -Я сейчас вернусь, Тони... тебе принести что-нибудь?
Вообще, бедной Тони, у которой только-только утих еще один приступ боли, мягко говоря было не до Дитриха, так что она ограничилась тем, что отрицательно помотала головой. Он вышел следом за своей почти что родственницей и застал ее в коридоре не в самом хорошем настроении (злую как тысяча чертей, если говорить вернее).
-Так значит это ты..., -зло процедила сквозь зубы Лидия. -А я-то еще гадала, почему Пейтон вдруг понадобилось разводится с Джоном... теперь понятно почему она не захотела делится подробностями своего развода. Ну и как, ты доволен, что сделал мою сестру матерью-одиночкой?! Женится, как я понимаю, ты не собираешься?
-Я тоже очень рад тебя видеть, Лидс, -глазом не моргнув, ответил немец. -Вообще... наши отношения с Пейтон тебя не касаются, как бы тебе не хотелось поиграть в заботливую сестрицу. Единственное что тебе стоит знать - это мой ребенок и мы снова сошлись. Остальное уже неважно.
-Неважно значит?? Значит ты портишь жизнь Пейтон, а я должна удовлетворится тем что ты сейчас заявил? -Лидия гордо вскинула голову, давая понять, что сейчас кто-то хорошо нарвется... -Вот что я тебе скажу - а не пошел бы ты...
-Что происходит? -оборвал Лидию ее муж, отставший от нее в кафетерии и теперь заставший самые настоящие разборки. -Лидс?
-Ничего не происходит! -буркнула женщина, одарив супруга злым взглядом. -Я только что узнала, что моя сестрица оказывается нагуляла ребенка от своего бывшего любовника - вот этого кретина. Мало он портил ей жизнь, так оказалось, что и развелась Пейтон тоже из-за него...
-Мне кажется, что "нагуляла" не самое подходящее определение..., -вежливо вставил свою реплику Дитрих и не обращая внимания на разозлившуюся Лидию, протянул руку ее мужу. -...в остальном же, Лидс почти что верно обрисовала ситуацию. Меня зовут Дитрих Данцигер и я отец ребенка Тони - никогда не подумал, что буду представляться именно так. Рад познакомится, мистер Уиверли.
-Взаимно, -совершенно добродушно ответил Уиверли, ответив на рукопожатие немца. -Лидс... я не понимаю, почему ты злишься?? Ты мне вообще сказала что твою сестру муж бросил в интересном положении - если это не так, почему ты не рада??
-Рада?? Чему я должна быть рада??! Тому что Пейтон снова наступила на прежние грабли?? С тобой иногда вообще невозможно нормально говорить.., -выдала Лидия, после чего решительно развернулась и направилась к автомату для кофе. Мистер Уиверли пошел следом, стараясь ей что-то втолковать, ну а Дитрих, пользуясь случаем, вернулся в палату к Тони. Ей снова было больно, так что он не стал тратить время на болтовню и уселся рядом, протянув ей руку и начав поглаживать второй ее поясницу - медсестра говорила, что это может помочь немного умерить боль.
Думаю, что это не последняя ругань с Лидией на сегодняшний день...

+1

16

Пожалуй, Пейтон могла еще долго сидеть на телефоне с Дитрихом, если бы сестра ей не напомнила о том, что сейчас важна была каждая минута. А ведь время никто еще не научился останавливать? Да, первые роды имеют обыкновение проходить не так легко и просто, как у тех женщин, что родили во второй раз и, быть может, даже больше, а ведь для Пейтон все будет именно впервые. Однако пока Тони не чувствовала особых приступов боли, а потому не особенно торопилась в больницу, тем более ее уже начало преодолевать некое чувство страха и опасений, тогда как голос любимого мужчины по ту сторону трубки действовал на нее ... весьма успокаивающе. Да-да, именно так, ведь немец, кажется, переживал куда больше своей пассии, что должна была уже вот-вот родить ему сына.
- Не волнуйся, все будет хорошо, - тихим и даже спокойным голосом женщина попыталась успокоить своего немца, что решил, видимо, бросить все свои дела и примчаться в Сан-Хосе. Естественно, это не могло не заставить Пейтон улыбнуться, пусть он не мог видеть улыбки на ее лице, а Лидия, если бы увидела сейчас свою младшую сестру, разговаривающей спокойно по телефону, вместо того, чтобы мчаться в клинику, наверняка отругала бы ее за это безрассудство.
Они с Дитрихом не договорили и даже не соизволили попрощаться, но это нисколько не расстраивало Пейтон, за которой уже направлялся ее собственный инквизитор, так что женщина лишь спрятала в карман сумочки свой телефон и направилась вместе с сестрой к выходу из квартиры, а после и к машине Лидии, на которой та и приехала в Сан-Хосе из Сакраменто. Пейтон знала - Дитрих обязательно приедет, как сможет, а до этого времени пройдет не так уж и много времени, поэтому нисколько не волновалась о том, что не смогла сказать ему, пожалуй, самые важные слова, которыми следовало наградить мужчину... Ведь, сколько часов езды из Сакраменто в Сан-Хосе? Зависит от водителя, но в целом каких-то часа два, два с половиной - не больше. До этого времени их сын ведь еще не успеет родиться?
- И сдалось тебе разводиться с Картером, когда ты ждешь ребенка, - проворчала Лидия, устроившись на месте водителя, когда ее младшая сестра села на заднее сидение и могла видеть в зеркало дальнего вида целеустремленный и даже сосредоточенный взгляд сестры. Но, Пейтон ответила Лидии на это лишь молчанием. А что могла еще сказать на высказанный упрек? Что ребенок не был от Джона, а от мужчины, связь с которым она вынуждена хранить в тайне? Или быть может, придумать еще какую-нибудь историю для того, чтобы удовлетворить любопытство своей сестры, что в прочем было бы самым правильным вариантом - так или иначе, но ей придется рассказывать людям о том, как же так вышло. Однако, внезапно нахлынувший приступ боли, заставил женщину лишь простонать, тогда как Лидия решительно прикрыла свой рот и следила за дорогой и тем, как бы скорее доставить рожающую сестру к больнице
Они молчали, хоть приступ боли отступил на время. Но, это не делало дорогу до больницу более приятной. Скорее наоборот, столь длительной поездки Тони попросту не могла припомнить  в своей памяти. Увы, но очередной приступ боли случился к тому времени, когда Лидия вышла из машины, чтобы позвать к ней врачей или хоть какой-то персонал клиники, чтобы помогли ей добраться до нужного отделения и палаты, само собой. Пейтон зажмурилась и постаралась думать лишь о хорошем - скоро она родит мальчика, которому полностью посвятит себя и свою жизнь, он будет ее маленькой и единственной радостью, как это и было в те дни, когда Дитрих не мог приехать в Сан-Хосе. Расстояние с мужчиной изводило ее, от чего женщина наделала много глупостей - предавалась истерикам, вспыльчиво реагировала на многие вещи и поступки немца, тогда как маленький сынишка под сердцем обычно заставлял ее хранить спокойствие и не отдаваться во власть эмоциям.
Оказавшись в палате, Тони ничего не стала просить, лишь ждала того часа, когда время подойдет именно к той финишной точке, о которой можно будет вспоминать с радостью и облегчением. Но, пока еще было слишком рано. Боль то наступала, то отступала. И во время того самого мгновения, когда боль отступила, позволив будущей матери замечательного малыша передохнуть, пришел Дитрих.
- Неужели уже прошло так много времени, пока я тут?.. - спросила Пейтон у мужчины, так и не закончив свой вопрос. Она слабо улыбнулась, ухватившись за руку немца, едва он присел рядом с ней, на то самое кресло, которое себе поставила Лидия, что вышла пару минут тому назад из палаты, дабы встретить мужа, что также приехал по ее зову. - Ты может не поверишь, но я хочу уже родить нашего сына поскорее, - ответила она, постаравшись беззаботно улыбнуться Дитриху, но все вышло совсем не так, как ей того хотелось. Боль вновь подступила к ней, так что она сильно сжала руку немца в своей.
Когда на пороге палаты вновь появилась Лидия, Тони было совершенно не до выдумок или оправданий, в которые вероятней всего старшая сестра все равно не поверила бы, видя как ненавистный ей одноклассник держит за руку ее сестру. Прежде чем отойти, Данцигер предложил было Пейтон что-нибудь принести, но Тони лишь отмахнулась от этого его предложения - ей действительно ничего не хотелось в этот момент, лишь бы родить здорового сына и да, на этом желания заканчивались.
Когда Дитрих вернулся в палату у Пейтон сложилось впечатление, что боль стала подступать куда чаще, чем раньше. К счастью или нет, но они оба хранили молчание, а мужчина лишь поглаживал ее поясницу, пока ... все же не наступил тот самый момент, когда боль была постоянной. Но, тогда уже медсестра привела доктора, а немца заставили покинуть палату его жены.
На улице, видимо, уже наступила ночь давно или недавно, когда маленький малыш оказался на руках у своей матери, что улыбалась ему уставшей, но довольной улыбкой. Все прошло хорошо и без каких-либо осложнений, так что даже отцу ребенка позволили навестить жену (пусть и не официальную) и сына.
- Хочешь его подержать? - предложила Тони мужчине, когда он весьма удивленным взглядом посмотрел на нее и своего сына. Получив короткий кивок головы вместо каких-либо слов, женщина на время положила сладко спящего младенца ему на руки: - Помнишь, когда-то ты пытался поймать его пятку, когда он беспокойно вертелся внутри живота? Посмотри, какие маленькие ножки у него, - в доказательство своих слов, женщина откинула пеленку, что прикрывала ножки сынишки в сторону, дабы продемонстрировать это доказательство его отцу. - А еще, я придумала имя для нашего сына. Ноа - его будет звать именно Ноа, - Пейтон переполняла сейчас нежность, из-за которой она была готова сейчас попросту разрыдаться. Но, усталость и самое обычное понимание того, что ее слезы сейчас не поймут, заставило женщину лишь опустить голову на подушку, поддаваясь своей усталости. Сил практически не осталось, а потому она не протестовала против того, чтобы медсестра забрала ее драгоценное сокровище в специальное отделение для новорожденных, где находились и другие дети.

+1

17

Был уже довольно-таки поздний вечер, когда медсестра вежливо попросила Дитриха покинуть палату, потому как у его жены все действительно "началось". Выполнив эту просьбу, немцу только и оставалось, что мерить шагами длинный коридор, жалея о том что он бросил курить - как раз сейчас немного никотина было бы как нельзя кстати. Лидия уселась на кожаном диванчике в фойе и листала какой-то журнал, лишь изредка бросая на Данцигера злые взгляды, а ее муж, видимо по доброте душевной, решил поддержать будущего папашу, поделившись примерами из собственного опыта.
-Когда у нас родились близнецы, это тоже было чертовски долго, -выдал Уиверли с видом знатока, подойдя к Дитриху. -Причем, врач говорил нам на процедуре УЗИ, что должна родится девочка - Джейдену все время удавалось прятаться. Представляешь как я обалдел, когда мне объявили, что Лидс "отстрелялась" одним разом? Только наши ребята были такими маленькими, а ваш с Пейтон наверное будет побольше...
-Великий гинеколог.., -насмешливо фыркнула Лидия, прежде чем немец успел хоть что-то ответить. -Знаешь, Том - раз уж ты решил с ним закорешится, то может объяснишь, что обычно принято женится... ну или хотя бы подождать пока женщина разведется с прежним мужем, прежде чем делать ей ребенка!
-Угомонись, радость моя, -отмахнулся от жены Уиверли. -Они сами разберутся что и как им делать и без твоих ценных указаний. Пейтон уже не пятнадцать лет и в опеке она не нуждается.
-Да что ты говоришь?? -выдала Лидия с самой издевательской интонацией на которую только была способна. -А я вот смотрю на то что она вытворяет и начинаю в этом сомневаться... и вообще, нечего затыкать меня - скорешились уже, нечего ска...
Договорить миссис Уиверли помешала медсестра. Появившись в фойе, она улыбнулась Дитриху и его почти что родственникам, начавшим было новый круг громких разборок.
-Мистер Данцигер, кое-кто очень хочет познакомится с вами. Идемте со мной?
Конечно же, немец не заставил просить себя дважды и охотно пошел следом за медсестрой. Лидия тоже сделала попытку пойти следом, но Том удержал ее на месте и почти силком заставил сесть обратно на диван.
-Лидс, может хватит? Сейчас Тони нужен отец ее ребенка... давай-ка остынь - мы еще успеем посмотреть на их парня.
Ну а что же Дитрих?
Перед тем как зайти в палату, он одел медицинский халат и на всякий случай хорошенько вымыл руки с бактерицидным мылом. Ему до сих пор даже как-то не верилось, что счастливое ожидание подошло наконец к своему финалу и сейчас он увидит своего ребенка. Данцигер никогда бы не назвал себя человеком сентиментальным, но должен был признать - его сердце на какой-то миг замерло, когда он увидел счастливую Тони и своего сына в тот вечер.
-Хочешь его подержать? -на этот вопрос, немец мог лишь кивнуть, разом растеряв все подходящие по случаю слова. Получив на руки сынишку, Дитрих присел на край кровати Пейтон и очень осторожно коснулся его маленькой ладони - мальчику судя по всему было дискомфортно после долгого и защищенного "сна" в тепле и тишине внутри своей мамы, так что он беспокойно шевелился, тихонько похныкивая. -Помнишь, когда-то ты пытался поймать его пятку, когда он беспокойно вертелся внутри живота? Посмотри, какие маленькие ножки у него.
-Он и сам очень маленький.., -выдал наконец Дитрих, получив возможность поймать пятку сына. -А он теперь не будет мерзнуть? Мне кажется, что ему должно быть холодно...
-Не волнуйтесь, малыш быстро привыкнет к открытому воздуху, -рассмеялась медсестра, забрав ребенка у непутевого папаши. -И он очень быстро начнет расти - сами не заметите, как станет настоящим бутузиком. Сейчас я его унесу и снова верну его утром. Вам надо отдохнуть и выспаться, как и ему.
Последнее конечно же относилось к Тони и означало, что Данцигеру тоже пора на выход. Он послушно кивнул и уже было поднялся, как тут услышал следующее:
-А еще, я придумала имя для нашего сына. Ноа - его будет звать именно Ноа, -устало улыбнувшись, сообщила Пейтон. Дитрих согласно кивнул и наклонившись к своей любимой, нежно поцеловал ее, уже совершенно сонную.
-Пусть будет Ноа - мне нравится это имя. Я люблю тебя и это самый лучший подарок в моей жизни. Отдыхай, я приеду завтра утром, хорошо?
Выйдя из палаты и вернувшись к Тому и Лидии, немец тут же был атакован вопросами относительно родившегося малыша. Какой он, на кого похож? Большой или маленький?
-Он замечательный... и мне кажется, что он похож на Тони, -улыбнулся Дитрих, решив что нашел самый подходящий ответ сразу на все заданные вопросы. На радостях, он и не подумал поинтересоваться ростом и весом своего ребенка и решил, что обязательно расспросит Пейтон обо всем завтра.
-Так тебе и надо, -фыркнула Лидия, услышав что племянник похож на сестрицу, после чего потянула мужа за руку. -Едем в отель, Том? Завтра посмотрим на малыша...
-Какой еще отель, Лидс? -тут же возмутился Уиверли. -Ты что забыла про традицию?? Мы должны отпраздновать и как следует обмыть ножки малышу. Как вы решили его назвать?
-Ноа. Тони только что мне сказала.
-Не буду я с ним пить! Что ты еще выдумал, Том?? -нахмурилась миссис Уиверли. -Мы сейчас же поедем в отель...
-Нет, мы поедем в подходящий бар и как следует выпьем за здоровье Ноа, -не тратя зря времени, Том потянул за собой жену и Дитриха, подхватив его под локоть. -И хватит уже цапаться друг с другом - сейчас я вас основательно помирю, так и знайте.

Где-то часа четыре спустя, вся компания уже в основательном подпитии покинула старый бар, в котором раньше работала Лидс и завалилась в другой, где нынче ночью был "сеанс" отвязного стриптиза. Сначала миссис Уиверли еще как-то пыталась протестовать продолжению банкета, но потом смирилась и алко-марафон начался с новой силой.
-Мне надо было настоять, чтобы мы поехали на мужской стриптиз.., -икнула Лидия, когда ее муж выполз из зала в поисках ватерклозета. -Еще одна бутылка виски и вам точно придется меня нести...
-Ничего страшного... я тоже позволил себе лишнего первый раз за последние десять лет точно, -улыбнулся Дитрих, заставив себя добить свой стакан. -Лидс... может уже хватит?
-Пить? -поинтересовалась Лидия, подняв голову. -Нечего было меня поить... теперь уже поздно останавливаться...
-Нет... рычать на меня. Ты давно уже замужем, может пора забыть ту давнюю историю?
-Я не хочу говорить с тобой на эту тему, Данцигер. Так что лучше не беси меня.., -недовольно нахмурившись и решительно опрокинув свой стакан, женщина поднялась из-за стола и направилась куда-то к барной стойке. Дитрих лишь вздохнул и выпил еще - а когда несколько минут назад за его спиной раздался восторженный свист, обернулся... и к своему удивлению увидел на сцене возле шеста Лидию. Она успела поставить на музыкальном автомате старый добрый "Роксет" и теперь отплясывала, отпихнув очередную полуголую девицу.
-Эй, мистер... вы бы забрали свою дамочку? -окликнул Дитриха вышибала, так что кивнув, первому пришлось лезть на сцену за Лидией. Она естественно стала отбиваться, в результате чего они вдвоем ухнули с подиума, по счастью свалившись на один из диванчиков, где в тот момент никто не сидел.
-Сволочь ты.., -обиженно выдала миссис Уиверли, волею случая оказавшись после падения под немцем. -Ты мне так нравился... с того самого момента как пришел в мою долбаную школу. Я мечтала о тебе, а ты меня послал... ну почему ты был таким кретином?
-Прости, Лидс.., -он поднялся, поставив ее на ноги и приобняв, чтобы не уронить ненароком. -Я обидел тебя тогда... но пойми, что нельзя заставить себя полюбить кого-то...
-Ага... на меня голую ты не купился, зато стоило моей сестре одеть мини, как тебя тут же вставило... просто ты сволочь и кретин, -вздохнула Лидия и пошатываясь поплелась к столику. Дождавшись Тома, вся компания решила отбыть в ближайший отель... но доехала лишь до ближайшего ограждения, только чудом не вылетев за него и не разбив танк Данцигера ко всем чертям.

+1

18

К счастью или нет, но Пейтон не было известно о том, что творилось за дверью палаты, в которой она отдыхала после родов. Конечно, Лидия со всем своим вздорным характером и патологической ненавистью к немцу, что сохранилась в ее сердце еще со времен старшей школы, могла высказаться резко к Дитриху – это Тони понимала, знала, но … ничего с этим не могла поделать, пусть даже мужчина бы пожаловался на ворчливую сестрицу, что вечно сует в жизнь младшей свой длинный нос. Да, быть может и сует свой нос, но лишь из-за большой сестринской любви, которая и привела ее на неделю в Сан-Хосе, за что ей Тони была очень благодарна. Ведь для этого Лидии пришлось оставить на время свою любимую работу, так что … теперь Пейтон просто не рассчитается со своей заботливой, иногда даже слишком, сестрой? Тем не менее, криков или споров до палаты не донеслось, что было уже хорошо, а потому женщина нисколько не волновалась. К тому же, прекрасно знала о том, что ее возлюбленный обладает по истине железными нервами, о которых могла бы только мечтать сама – все их споры и ссоры Данцигер переживал с холодным спокойствием, о который и крушились все претензии темнокожей леди.
Объяснить мужчине, почему она выбрала именно такое имя для их сына, Пейтон не сумела – усталость сделала свое дело, ее глаза уже стали слипаться, а язык предательски заплетаться. Да, ей еще хотелось бы добавить, что родись Ноа чуть больше, она бы еще больше с ним намучилась, а потому лишь позволила себе улыбнуться – улыбнуться Дитриху, улыбнуться сыну, ведь была так счастлива, что наконец-то родила и ведь с появлением ребенка в ее жизни, все изменится? Может быть, это будут небольшие изменения, которых на первый взгляд странник не заметит, но ощутимые для самой Тони. Ведь с этих пор она больше никогда не будет одна. С этих пор и навсегда с ней каждый день будет частичка немца, пусть маленький краснолицый малыш мало сейчас был похож на любимого мужчину, без пылкости которого и не было того одного короткого мгновения слабости и желания, не было бы много прекрасных мгновений, которые так ценила женщина.
- Я тоже люблю тебя, Дит, - пробормотала в ответ Пейтон, когда Дитрих наклонился к ней вперед, чтобы коснуться ее губ своими в коротком, но полном нежности поцелуе. – Я буду ждать тебя завтра… - где-то уже в состоянии полусна добавила женщина, не заметив, как немец тихо покинул ее палату.
Оставшись наедине, Тони сразу же уснула и проспала ровно до того мгновения, когда ей не принесли Ноа, чтобы покормить. Снилось ей по большей мере все то, что уже осталось позади – долгие месяцы ожидания, выжидание того мгновения, когда немец наконец-то заявится в Сан-Хосе, чтобы поделиться с ним их большой новостью и … надежды на то, что Дитрих сможет остаться навсегда с ней и Ноа в их родном городке, не покидая его из-за работы в Сакраменто. Все те девять месяцев ожиданий, иногда полных терпения, иногда полных взрывов эмоций, пролетели во время сна, словно в одно мгновение. Так что, когда солнце лишь позолотило небо на востоке столицы кремниевой долины, в палату тихо постучалась медицинская сестра и принесла хныкающего мальчика.
- Ваш мальчик уже проголодался, - объяснила медсестра, улыбнувшись сонной и все еще уставшей женщине. – Начал хныкать раньше остальных, пусть родился фактически ночью. Видимо, он будет любить поесть, - пошутила медсестра, подвозя больничную тележку, используемую для перевозки детей из палаты в палату. За то время, что медсестра болтала, Тони, само собой, постаралась приподняться в кровати так, чтобы ей было удобно держать на руках сына и кормить его. – Если хотите, я могу оставить у вас сына до обеда, - предложила медсестра, передав новорожденного в руки его матери.
- Да, будет здорово, а который час? – взяв на руки сына, пускай еще сонно, поинтересовалась Тони у сотрудницы больницы.
- Всего шесть часов. Доктор Саммерс придет к вам только около полудня, так что где-то после этого я и приду за мальчиком, чтобы вы могли отдохнуть, - вежливо ввела в курс дела молодую и неопытную мамашу медсестра, на что Тони в очередной раз кивнула в знак согласия и, когда женщина ушла, оставив мать с ее ребенком наедине, взялась кормить маленькую и изголодавшуюся прелесть.
- Ну, ты мой хороший, скоро придет к нам папа, покажем ему тебя еще раз? – захлебываясь своей нежностью, тихо прошептала жадно глотавшему молоко ребенку, коснувшись при этом его маленькой ручки, которую сразу же поднесла к губам. Конечно, после того, как малыш насытился, женщина уложила Ноа рядом с собой в кровати, попутно уснув … ровно до того времени, когда сын снова не разбудил ее тихим, едва слышным хныканьем.
Часы, к которым смогла дотянуться Пейтон показывали восемь часов, и Дитриха, естественно, еще не было. Вновь покормив сына, женщина снова провалилась в сон и … так длилось буквально каждый божий час до тех пор, пока в палату не вошла доктор Саммерс, чтобы осмотреть и мать, и ребенка вместе.
- У вас все хорошо, поэтому завтра после обеда, если такое состояние вещей будет сохраняться, мы сможем вас выписать, - улыбнулась доктор своей пациентке, которую волновало нечто другое, а не выписка из больницы. Дитрих ведь ей обещал приехать утром? Полдень и утро … как-то совершенно разные понятия, не так ли?
- А можно сын еще побудет, его отец говорил, что придет… - начала было Тони, но доктор перебила ее.
- Не волнуйтесь, еще набалуетесь со своим сыном, а пока медсестра отнесет его в общую палату для новорожденных и принесет уже после обеда, чтобы вы смогли поспать, - поняв, что протестовать не имеет смысла, Пейтон лишь согласилась на подобный вариант и стала ожидать с мужчиной. Но, как ни странно, не дождалась. Уснула, при этом как раз перед приходом сестры, которой и на этот раз не повезло увидеть своего племянника.

+1

19

Как говорится в народе - благими намерениями вымощена дорога в ад? И лучше не обещать другому человеку чего-либо, если не уверен, что сумеешь исполнить то что успел посулить. Проснувшись уже где-то после полудня и в каком-то совершенно незнакомом месте, немец понял, что в ближайшие часы совершенно точно не сможет добраться до клинике - в голове бил просто адский набат, плюс организм требовал срочно похмелится. Как-то смутно вспомнились вчерашние пляски Лидии и последующая дорога... кажется в мотель? Именно около него, Дитрих поцарапал свой танк, едва не вылетев ко всем чертям за ограждение. И ведь почему-то в тот самый момент его слабо волновало, что садится за руль в подпитии как-то не комильфо и чревато не только штрафом.
-Ну что ожил, изверг? -ядовито поинтересовалась Лидия, появившись из соседней комнаты, после чего Данцигер понял, что дальше номера супругов Уиверли ему вчера было дойти не суждено. -Давай поднимайся и вали домой. Если ты думал, что после рождения племянника я изменю свое отношение к тебе, то сильно ошибался!
-Лидс, бога ради, не повышай децибеллы - здесь всем плохо, если ты не заметила, -буркнул Уиверли, выйдя следом за женой. -И хватит уже ссорится - вчера вы пили на брудершафт, так что теперь должны забыть все обиды. Мне кажется, что Дитриху не стоит появлятся в таком виде перед Пейтон и сначала надо бы немного ожить... так что я пошел за пивом.
-Спасибо, -согласно кивнул немец. -Лидия, я обещаю, что избавлю тебя от своего присутствия, как только моя голова перестанет гудеть. Но пока этого не произошло, говори потише, ладно?
-Ты мне еще будешь условия ставить? -фыркнула Лидия. -Ладно, черт с тобой... и зачем я только вчера согласилась пить с вами? Шли бы вдвоем, раз уж так успели закорешится!
-Мне кажется, что тебе не стоит так на меня реагировать в присутствии твоего мужа, -выдал Данцигер, усевшись на диване. -Ему уже вчера стало интересно, почему ты настолько меня ненавидишь... и думаю, что он догадается, что дело вовсе не в излишней заботе о младшей сестре. Может, притормозишь немного?
-Если ты расскажешь хоть одной живой душе о том, что произошло тогда в раздевалке, то очень пожалеешь, -процедила сквозь зубы Лидия. -Я знаю, что совершила ужасную глупость... потому что тебе было на меня абсолютно плевать. Зато стоило моей сестре начать делать прическу, красится и носить мини, как ты тут же приклеился к ней...
-Это вовсе не так. Я никогда не хотел тебя обидеть - и более того, никогда не обещал тебе чего-то большего чем возможные дружеские отношения, -Дитрих вздохнул, откинувшись на спинку дивана. -И знаешь ли... получить признание в любви от девушки, которая не нашла для меня за всю старшую школу лучшего определения чем "кретин" или "фриц", было как-то... неожиданно что ли?
На это Лидс было нечего ответить. Увы, но проклятый немец все сказал верно - она действительно говорила о нем именно таким образом, а он ничего не обещал ей. Почему-то, как и тогда, это невероятно бесило Лидию и сейчас... но по счастью, вернувшийся с пивом Том, избавил ее от необходимости хоть что-то ответить Дитриху.
После пива, от которого порой бывает "криво", Данцигер почувствовал себя куда лучше и решил поехать домой, чтобы не мозолить глаза Лидии, хотя Том Уиверли и приглашал его остаться в номере. Но после всех воспоминаний о веселом прошлом, Лидс пожалуй была близка уже к рукоприкладству, чего немцу совершенно точно не хотелось на себе испытать. Он вернулся в квартиру, которую снимал для Пейтон, попутно загнав свой танк в ближайший автосервис и порадовавшись, что пьяное путешествие закончилось всего лишь парой царапин. Дома Дитрих позволил себе выпить еще немного пива, после чего решил немного подремать... и в результате конкретно вырубился, проснувшись уже где-то после обеда. Пока он дрых, Тони успели навестить и Лидия и Лорелея, которой было как-то незачем попадаться на глаза.
-Боже, уже половина пятого вечера!!! -приоткрыв глаза, Дитрих дотянулся до своего брегета и щелкнув крышкой, едва не свалился с кровати. -Твою же мать....
Далее ему пришлось очень быстро собираться в клинику, приняв душ и постаравшись привести свое изрядно помятое со сна лицо в должный вид. Немец прекрасно понимал, что Пейтон будет недовольна, что он заявился не самого утра как обещал накануне... но все же помчался в больницу, вызвав себе такси.
Как оказалось, Дитриху повезло куда больше остальных визитеров и он появился в палате Тони как раз после того как ей снова принесли Ноа.
-Я знаю, что опоздал, милая... просто мне было очень нехорошо после вчерашнего, -подойдя и присев на край кровати своей ненаглядной, Данцигер решил сказать все как есть. Врать не было никакого смысла, ведь: а) Тони прекрасно знает, когда он пытается ей солгать, б) Алкогольный шлейф после вчерашней пьянки говорит сам за себя. -Том сказал, что обязательно надо обмыть ножки сыну, чтобы у него в дальнейшей жизни все было хорошо - и мы просидели почти всю ночь в каком-то баре. Мне даже довелось узреть пьяную Лидию... Пожалуйста, не сердись на меня?
Немец лишь вздохнул, смотря как нахмурилась Тони. Ну а Ноа продолжил с аппетитом кушать, пока что нисколько не обращая внимания на своих непутевых родителей.

+1

20

Лидия держалась слегка особняком, тогда как Лорелея подошла совсем близко и заключила свою подругу в крепкие и даже тесные объятия, от которых женщине оставалось лишь бессильно растаять и сползти на подушку, не имея особенно много сил, чтобы ответить тем же. Но Лора не настаивала, а лишь припоминала о том, как ей было не просто и … ведь тогда, точно также приходила поддержать свою подругу Пейтон.
- Вижу, этот парень порядочно тебя вымучил, прежде чем появился на этот свет, - бодро произнесла Ло, пока Лидия занималась теми вещами, которые могил пригодиться Тони в больнице. Пейтон успела заметить, как сильно старшая сестрица сдерживалась, что как-то не выдать пару ласковых слов о том, что вертелось на кончике ее языка. Вертелось, но так и осталось на месте.
- Да, немного… - ответила Тони, улыбнувшись подруге. – Все-таки достаточно большой, как говорит доктор – четыре кило, это вам не шутка, - постаралась пошутить женщина, пускай ее мысли и были далеко от тех разговоров, которые проводили между собой женщины.
- Ты это что? Жалуешься? Вот когда будешь рожать двойню – вот тогда и будешь жаловаться, поняла? – добавила Лидия, успев вовремя остановиться. Уж это Пейтон хорошенько успела заметить, в отличии от Лорелеи, что сидела спиной к Лидии и повернулась к ней лицом лишь тогда, как Лидс вновь вернулась к своим хлопотам, которые занимали у нее подозрительно много времени.
В ответ на эти слова, Лора лишь закатила глаза, а Тони снисходительно улыбнулась, прекрасно понимая, что подобный риск (забеременеть/залететь снова) у нее остается достаточно ощутимый, несмотря даже на то, что подруга и не была в курсе того, насколько хорошо налажена ее личная жизнь. Честно говоря, Пейтон уже давно думала над тем, чтобы бросить валять дурака и поделиться самой положительной из своих тайн с Лорой, но … каждый раз, когда они в разговорах касались дел давних лет, лицо подруги становилось хмурым, словно январское небо где-то в более прохладных широтах, поэтому … она продолжала кусать язык. Вот, примерно также, как и Лидия сейчас. А ведь, сестра что-то скрывала? Увы, но Тони так и не узнает, поскольку к ней в палату заглянула медсестра, чтобы напомнить, что посетителям нужно знать меру.
- Неужели эта мадам нас прогнать хочет? – возмутилась Лорелея, которой полтора часа посещения было определенно мало.
- Ну, а что ты хочешь? Пейтон ведь должна отдыхать, а то завтра ее уже выпишут, а дома ребенок не даст уже возможности поспать, - вслух размышляла Лидия, на что Тони вполне могла согласиться с сестрой. – Ну, давай прощаться? – скомандовала Лидс, подойдя к младшей сестре, чтобы поцеловать ее в щечку, после которого Тони что-то почувствовала и даже нахмурилась. Уж никогда бы не подумала, что Лидия могла бы пить?
- Ладно, пока, девчонки, - произнесла как-то вдумчиво-тихо Пейтон, прежде чем к ней подошла Лорелея, чтобы обнять и также чмокнуть по-дружески в щеку.
– Звони, если что-нибудь понадобится? Я мигом принесу, поняла?
- Ага, - лаконично ответила Тони.
- Ну, как же, есть тут у нее кому бегать, - съязвила, не удержавшись, Лидия. И уж Тони прекрасно понимала, о ком она говорит. Не о себе ведь!
Но, тот о ком Лидс говорила так и не появлялся на пороге палаты. Пейтон в очередной раз немного поспала. После чего ей принесли Ноа, которого она сразу же принялась кормить – уж на этот раз ребенок хныкал несколько громче, чем с самого утра.
– Эй-эй-эй, не кричи ты так, голодный, ты мой, - проворковала своему сынишке Тони, прежде чем малыш принялся жадно глотать.
- Это он еще не кричит, мисс. Вот через день два – будет куда громче сирена, - по-доброму улыбнулась медсестра, прежде чем уйти и тут же… на пороге палаты появился долгожданный, не иначе, визитер.
Пейтон хотела бы сказать Дитриху, что тот опоздал и пришел совсем не в то время и тот час, когда она его ждала. За окном уже солнце садилось, а не восходило. Но, как бы то ни было, он пришел, где бы его не носило, он был тут, а она была рада его видеть? Хотя выглядел мужчина далеко не наилучшим образом.
- Ага… - женщина многозначительно кивнула в ответ на все слова Дитриха, раздумывая над тем, как ей реагировать на такое внезапное … перемирие между сестрой и ее мужчиной, который ну просто всегда злил и нервировал Лидию. Однако, было одно весомое «но», о котором Пейтон просто не могла, да и не собиралась умалчивать. – Значит, вы там себе развлекаетесь, пока я тут … мучилась, - нахмурилась она, укоризненно посмотрев на немца. – И почему я не должна сердиться? Я надеялась, что ты мне поможешь и выполнишь пару поручений до того, как нас с Ноа выпишут, а … тем временем на улице уже стемнело. Кстати, после вас с Лидией, хоть бери и проветривай палату. Хорошо хоть Том не заходил, я бы точно задохнулась, - вредно, просто в духе Лидии, отметила вслух Тони, не собираясь так просто сдаваться и прощать. Ну уж нет!

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » But I never really had a doubt