Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Give me Novacaine


Give me Novacaine

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Give me Novacaine[audio]http://prostopleer.com/tracks/1328076516b4[/audio]

Морри или я что-нибудь придумаем.
--

Участники:
Morrigan Flanagan
Jane M. Flatcher
Frederick Klemente
Dietrich Danziger
Торелли, если надо подключу...
Время:
12.06.2015
ближе к полуночи
Место:
Госпиталь им. Святого Патрика
О флештайме:
1 пуля. 1 палата. 1 день...
О пережитых событиях, кошмарах и случайных пациентках...

+2

2

- Ох, Джордана, - Джейн присела возле дочери, которая урвала с журнального столика медицинский журнал, который ее мама выписывала, и отчаянно «читала», отрывая страницы. Джереми сидел и будто ждал, что же сейчас будет. – И ты теперь будешь радоваться, что теперь мама не будет забивать себе голову всякой ерундой. – девочка залилась смехом, хлопая ладошками по ножкам. – Как же ты напоминаешь отца, моя радость. Такая же упрямая и готова сделать все-все, лишь бы я осталась дома. Хотя, - опустив взгляд на округлившийся животик, женщина рассмеялась, - пока вы победили с отцом.
Близнецы вовсю ходили, покачиваясь, как им исполнился годик, будто с них срезали ниточки, развязав ножки, и поэтому в большой гостиной все угловатые предметы были убраны в кладовку, телевизор повис на стене, цветы отправились в комнату Джейсона, заполнив собой все пространство, что поливая их, ощущаешь себя как в джунглях. Ее брат временно съехал от них со своей девушкой в квартиру Тома, в попытке отдохнуть от прытких племянников. Да и с их рождением в доме нет уголка, где была бы тишина.
На кухне раздался телефонный звонок, на что сын заторопился последовать за матерью, чтобы поиграть с прыгающим проводом. Да, радиотелефоны Джейн не признавала в доме. Хватало сотового. Но на этот раз городской. Сняв трубку, тут же вернулась в проем раздвижной двери, не выпуская из виду детей.
- Слушаю.
- Привет коллега, - веселый голос Майка вызвал улыбку на лице Джейн. Она скучала по своему сокурснику, наверное, больше чем по всем остальным коллегам. Сколько всего пройдено было с ним плечо к плечу.
- И вам, мистер Неунывайка. ТЫ просто так или… - договаривать  не в их привычке.
- К сожалению или. Ты нужна тут.
- Я не буду оперировать. Если только это не особый пациент, - Джейн произнесла последние слова с нажимом. Майк знал о ее работе лишь то, что ее пациенты богаты и имели свойство исчезать на следующий день, какова бы сложность операции не была.
- Нет. Надо поговорить с одной пациенткой. Скажу яснее – попытаться ее расколоть.
- Жертва поднятой руки?
- В точку. Молчит, смотрит в одну точку. Даже наши психи не смогли к ней подобраться. Попробуешь?
- Ну я же травматолог, - но Майк убедил ее попробовать. – Джейн поверь, получится.Но тогда предупреждаю сразу – что она скажет, останется во мне. Никаких копов, никаких историй болезней, кроме своего профиля. – Согласен.
Повесив трубку, Джейн вернулась в гостиную. Позвонить Тому, чревато небольшим скандалом. Хотя и не позвонить тоже самое. Один выход – Джейсон и Ирэн. Позвонив брату, озвучив просьбу поднявшей телефон девушке, сразу получила ответ Да. Приготовив детям покушать, собралась сама, и к приезду Джея была готова. Отмахнувшись от его начавших сыпаться вопросов и возмущений, угроз рассказать ее мужу, Флетчер послала воздушный поцелуй, вышла из дома.
Дорога до госпиталя была короткой. Машины запрудили главную магистраль, а от дома до ее работы, вела боковая трасса. Так что доктор Флетчер через полтора часа входила в разъезжающиеся двери приемного покоя. Взяв из рук встречавшего ее Майка, помахивая в приветствие коллегам, внимательно слушала его рассказ, листая заключения других врачей. Остановившись у двери палаты, похлопала друга по плечу, приняла из рук подоспевшей медсестры халат и, отдав сумку той, пошла к странной пациентке.
- Добрый день, - как ни в чем не бывало, Флетчер прошлась по приборам, сверяя данные с измерениями, что те фиксировали и занесенными недавно в карту девушки, краем глаз смотря на ее лицо, - Морри. – Та чуть дернула веками на звук своего имени. Весьма будет не просто раскачать ее на эмоции, а именно под их выплеском Джейн сможет уловить неосторожно брошенные слова, которые потом аккуратно перевернет. Ну а дальше….
- Вероятно, вам тут все предельно надоели своими расспросами. У меня предложение, - Джейн села на высокий стул, подкатив тот к кровати, - выключить свет, и послушать просто голоса в темноте. Но это чуть позже. Вы не будете против, если я вас осмотрю?

+2

3

вв:
больничная сорочка
теплый халат на запахе
волосы собраны в пучок
повязка на ребрах, на лбу два свежих шва, разбита левая скула;

http://funkyimg.com/i/YvzU.jpg


     Ссадина и свежий шов на лбу совершенно не давал мне покоя, заставляя постоянно касаться пальцами светлой повязки и неустанно потирать ушибленное место, пытаясь избавить себя от зудящих страданий. Уже не первый раз я оказываюсь в этой больнице, нет впервые меня принуждают остаться на более длительное стационарное лечение.
     - Мисс Флэнаган, таким отношением к своему здоровью вы загоните себя в могилу. - Да и черт с ней. Возможно смерть стала бы для меня абсолютным спасением и выходом из этой весьма щекотливой ситуации, самостоятельно справиться с которой у меня совершенно не были ни сил, ни чертовой и отчаянной решимости. Я истратила все остатки запала и уверенности в своих силах. Я сдалась, плыла по течению, бурному и жестокому, позволяя ему кидать меня из стороны в сторону, творить ему все, что вздумается. К черту, к дьяволу все это - полыхай огнем мои жалкие планы на светлое будущее - судьба давно наказала меня за эти дикие и лихие танцы на краю самой бездны. Смерть - моя личная попутчица - манит меня, дразнит, заставляя висеть на тонком волоске от ее объятий, а затем снова вышвыривает меня в грубую реальность.
     В прочем, в больничном режиме были свои плюсы. Майло не пускали на порог моей палаты - эта врачебная осторожность и чрезмерная заинтересованность моей личной жизнью сыграла мне на руку. Мы виделись исключительно по вторникам и средам - в людном зале ожидания, сидя на неудобных железных стульях: я, закутанная в теплый больничный халат, с истыканными венами, со свежими повязками на ушибленных местах, и он, подавленный, униженный своим собственным я, своим поведением, но все такоцй же убийственно пугающий. Мурашки по коже появлялись даже при мимолетном воспоминании о нем, но когда он рядом - кровь леденеет в жилах, ужасающий холод наполнял мою душу, и я не могла сказать ни слова, лишь покорно кивать и соглашаться с ним.
Ты не хотел. Это в последний раз. Как только меня выпустят - мы точно заживем прекрасной жизнью.
Слова застряли в горле, одни и те же, из года в год. Ничего не меняется. Я не становлюсь сильнее, не закаляюсь в бою, не становлюсь тверже. Лишь теряю свою душу, окончательно скрываясь в постоянном молчании. Никто не сможет мне помочь - ни у кого не хватит сил выдернуть меня из этого ада. А хочу ли я этого сама? Заслужила ли? Снова сомнения.

     Я написала отказ от доктора Хантера. Нет, не подумайте, я не сомневалась в его профессианолизме, квалификации, врачебном опыте - он был слишком любопытным, учтивым... и он был мужчиной, что обрушивало на меня дополнительные проблемы. Чарльз не был таким уж откровенным дураком, раскусил меня сразу, не смотря на прекрасно поставленное вранье и идеальную причину моих побоев. Он задавал кучу лишних вопросов, пару раз пытался позвонить в полицию, поговорить с Майло, что навлекало на меня очередные беды. Его методы по спасению моей души и тела были логичными, но совсем не подходящими мне лично. Подавая заявление заведующему, единственное, что я сказала:
- Ничего личного. Извините меня. - и скрылась из госпиталя примерно на полтора месяца. Не так давно мне пришлось вернуться сюда снова.
     Никаких назойливых допросов на этот раз - лишь молчаливые осмотры врачей и процедуры с медсестрами, которые награждали меня полными жалости и сострадания взглядами. Отвратительное состояние, но по крайней мере это лучше бесконечных вопросов со стороны Хантера и бесконечного вранья с моей. Некое подобие покоя стало для меня маленькой наградой, отдыхом от реальной жизни. И я искренне верила, что от меня наконец отстали. Как чертовски сильно я все-таки ошибалась.

     Когда она появилась на пороге моей палаты я сразу почуяла неладное.
Невысокая приятная женщина принесла в мою холодную обитель тепло и комфорт, осветила самые темные углы комнаты своей лучезарной, но не назойливой улыбкой. Она мне понравилась, практически полностью - лишь ее округлившийся живот заставил почувствовать едкий, раздражающий укол зависти. Стыдно, и я виновато опускаю взгляд, отвечая на ее уместную вежливость:
     - Добрый. - мое имя произнесенное ей так мягко и тактично прозвучало слишком ласковым и нежным - словно оно принадлежало совершенно не мне. Здесь, в больничных стенах я привыкла к более холодному и официальному обращению - сейчас наша встреча совсем не была похожа на привычный осмотр у доктора. - Вы мой новый лечащий врач?
     Я стараюсь не смотреть на нее слишком пристально, игнорирую ее щекотливое положение, забираясь на кровать с ногами и усаживаясь в позу йога. Позволяю ей устроиться рядом со мной, отложить в сторону мою карту, осмотреть едва заживающие раны на лице.
     - Я не хочу выключать свет. - слишком резко, мой голос прозвучал грубовато на фоне ее доброжелательности - я сглатываю, стряхивая с лица непослушную прядь, глядя в ее темные глаза. Не хочу, чтобы мой страх стал для нее очевидным. - Я лучше послушаю вас - как долго мне придется находиться здесь еще под контролем? - чуть спускаю халат, позволяя женщине добраться до повязки на ребрах. Багровые гематомы давно потеряли свой "красивый и боевой" вид, превращаясь в обычные синяки, грудь почти не болела, я могла дышать полной грудью - мой тяжелый и уставший выдох тому соответствовал. - Уже ничего практически не болит.

+3

4

past: Machine Gun Blues
[audio]http://prostopleer.com/tracks/5713846WcnG[/audio]
К тому моменту, когда капитан начал иссякать, к тому гребанному времени его два верных цербера потеряли боевого друга, соратника и просто классного парня. Санто. Один из солдат Клементе. Это все было в дымке тумана, так словно, ты находился между. Между ними и своими. Между жизнью и смертью. Балансируя на грани, хаотично пытался вцепится в реальность своими аристократичными пальцами. За солдата восточной команды. С последних сил держался за него, пытаясь уйти вместе в сторону. Свист пуль, канонада выстрелов и скрип шин уезжающего фургона. А фургон-ли это был вообще?
А сил кричать и не было. Просто держал за шиворот своего подчиненного. Цеплялся за него со стеклянным взглядом. До последнего тянул. Что-то кричал Никко, на коего Фредо навалился всем своим телом. Мэнни который еще и пытался огрызаться в ответ,  выпуская несколько пуль по фургону. Не попал, но в бешенстве он был схож с бульдогом, коему приказали: "Фас!"
А в ответ. В ответ пустые зрачки солдата, прикрывшего собой своего капитана. Струйка крови у рта и тело беспомощно осело, потянув за собой по инерции мистера-дэнди.
И это был конец. Это были последние остатки, что угасли вместе с жизнью. Кто-то сзади в одиночку тянул его назад. Тянул и орал во всю глотку:
- Мэнни! Брось! - опять тащил его бренное тело, - Помоги, мать твою! Насрать, потом.
[float=left]And If I’m still alive still not scared to die
Please don’t be afraid cause I got nothing to hide
[/float] Горела душа, испепеляя изнутри. Словно, его кремировали по собственному согласию. Сжигали по собственной воле. Что может чувствовать командир, при виде гибели своей армии? Что ощущает человек на последнем дыхании? А ведь мозг и правда, еще живет некоторое время после того, как пульс останавливается. Чьи-то руки сжимали грудь, пытаясь задержать кровь. Чье-то плечо, как опора, не позволяло шлепнутся по закону земного притяжения на асфальт. Чертовски знакомые голоса и совершенно далекие. Они хаотично вертелись в голове.
Слишком много событий на короткие дни. Слишком много агрессии. Мигнул свет в глазах. И пытаясь сфокусировать свой взгляд, Фредо увидел перед собой нательный золотой крестик, принадлежащий его солдату Никколло. Смутно и расплывчато.
А где-то над головой Мануэль Бруно со всеми своими психопатичными замашками орал:
- Пристегни его. Если сдохнешь ты, будет не так обидно.
Эти двое умудрялись перегавкиваться даже сейчас. То-ли в синхронность уже вошло, а может и кайф оба ловили от этих стычек. И тем ни менее, кричать, кричали. Но, скрипнули шины и набирая скорость машина рванула вперед. Нарушая все своды правил и устоев, Мэнни весьма холодно выкручивал руль уходя в сторону, или выезжая на встречную полосу. Ему было абсолютно насрать на правила дорожного движения. Впрочем, этому человеку законы не писаны, кроме тех, что придерживался он сам. Не предавать, не бросать и идти до конца. Пожалуй, на том постулаты Бруно заканчивались. Кроме конечно, женщин. Ведь практически вся команда Клементе относилась к представительницам прекрасного пола с неким трепетом. За исключением, Никко. Он был холоден к ним, а сейчас его голос упорно возвращал капитана к реальности. Что-то говорил или это было адресовано не ему? Или это был обычный телефонный звонок? Мигнул свет и погас...

А тем временем, солдат семьи Торелли и восточной команды, Никколо действительно, испачканными в крови босса, пальцами искал номер Джейн. Гудки, скрип шин и машина ушла в сторону, не сбавляя скорости...

девочки, мы медленно направляемся к вам. Иначе, я и правда сдохну. ;)

Отредактировано Frederick Klemente (2015-06-24 16:38:13)

+2

5

Джейн не раз и не два приходилось видеть такую «преданность» мужчине, которую он ценит не больше чем висевшую в туалете газету. Некоторые просто едва не пускали в штаны от вида летящей в стену женщины, а его рука саднит слегка от смачного удара по лицу жены или просто женщины в его жизни. В карте описаны были все ссадины, их размеры, количество швов наложенных на каждый, у глубоких определялась глубина, чтобы знать, что ждать от процесса заживления. Как же давно ее пальцы не касались чей-то боли. Главное не сделать еще больнее. Аккуратно повернув к себе лицо девушки, Флетчер мельком лишь посмотрела на ранки, больше делая вид осмотра, стараясь поймать в мимике девушки какие-то эмоции.
- Вам бы этого хотелось? – Джейн надела на руки перчатки, и пододвинув к себе столик с обработочным материалом, стала аккуратно смазывать запекшуюся кровь на брови, щеке. – Иногда женщинам весьма трудно найти врача, хотя по секрету скажу – противоположности работают лучше. Так. Ну перешивать тут нечего, все замечательно. Швы снимут дней через пять. Двигаемся дальше. – Джейн любила разговаривать с пациентами, так отвлекаешь их от своих действий, а то бывают дотошные, А что, а как.
Картина оттенков фиолетового с приправой синего и желтого на подтянутом теле Морри кое-где легкой припухлостью мягких тканей «красовались» бугорками. Положив на ее ребра справа ладонь, мягко касаясь ушибов пальцами, проверяя межребеные промежутки на пример зажатия мышечной ткани, Джейн нажала на ножную кнопку яркой лампы и стала рассматривать рентгеновские снимки. От ее резкого тона, Джейн дернулась, прижав ладонь чуть сильнее.
- Не переживайте. Я тоже, по секрету, не очень люблю полную темноту. Хоть приглушенный свет, но пусть горит, - отложив снимок, Флетчер подняла майку девушки выше. Зрелище аля По мне ехали три самосвала и четвертый трактор. – Как долго… А вы хотите освежить «рисунок»?
Вот так прямо в середину, по центру, ни градуса в сторону. В лоб. Иначе Морри просто может не осознавать степень ее боли. Синяки чреваты тем, что приглушают естественную картину состояния здоровья. Легкое потягивание, ноющая боль, болезненность при скручивании тела все скрыто реальными фактами. И если Морри не лестницы упала, не углы считала, а стала жертвой мужского псевдосамости, то ее просто надо оградить. Запереть тут? Глупо. Она просто уйдет, посчитав, что врачи усугубляют все. Ее просто надо убедить в правильности излечения на процентов семьдесят, чтобы она могла вернуться в свой мир, показать изнутри, что с ней происходит и может еще статься от нечаянного резкого движения.
- Вы дышите спокойно, потому что вам в этом помогают бинты, вы стационарны от движений. Не болит, - Джейн усмехнулась с горькой улыбкой на губах, - знаете, - аккуратно опустив майку на тело девушки, Джейн слегка надавила на ее плечи, показывая, чтобы та легла, - доверять не значит вывернуть наизнанку душу. Доверять значит попытаться помочь себе. И если для этого требуется помощь другого человека, то я готова вам помочь. Но ответ мне не нужен сейчас. Мы не умираем, у нас времени много. Но я прошу вас остаться тут еще на неделю. Я знаю, что вы отказались от доктора Хантера. И нового вам не представили. Выбор вы можете сделать сами, я покажу вам список врачей.
В дверь постучили.
- Доктор Флетчер, я могу сделать пациентке укол?
- Мари, я сама. Поставь все сюда, - показала на столик, - и попроси нас не беспокоить. – Джейн положила руку на живот Морри. – Это последнее, что я на вас пощупаю. Просто расслабьтесь. -  встав, положила левое колено на край кровати, тем самым опираясь и не теряя равновесия, стала прощупывать ее, касаясь тазовых костей, внимательно смотря на реакцию пациентки. Больно ведь, но держится. Я же чувствую, как вы дергаетесь. Попытка обмана провалилась, мисс Флэнаган. Вы не глупый человек, и бежать отсюда высшая мера неразумности. Просто подумайте. А теперь…
В ее кармане заиграл телефон. Что-то с детьми? Но посмотрела на дисплей, нахмурилась. Незнакомый номер всегда для нее чреват «приятными» сюрпризами.
- Я сейчас, - сжала слегка запястье Морри, отошла к окну, - слушаю. – На этот раз Фред влип. – поняла. Сколько вы в пути? – мужчина, с итальянским акцентом торопясь объяснял, что Джейн его перебила и перешла на родной им обоим язык. – Машину к заднему входу. Разорвите на нем рубашку и приложите кусок к ране. Я вас жду. – Морри вряд ли могла что-то понять из ее торопливой и тем более итальянской речи. – Я должна отлучиться, но я не уйду не попрощавшись. Укол вам сделает медсестра. Отдохните.
Захвати в историю, вышла в коридор, Джейн подозвала Мари, попросив сделать укол, так как Джейн вывали… а куда? Не важно. Ехал не просто солдат раненый, а целый капо. Видя озабоченное лицо Майка, который не раз помогал ей «ремонтировать» людей семьи Торелли, было хотел пойти с ней, но Джейн рассекла рукой воздух, показывая, что не тот случай. Чем меньше народу знают о Клименте тут, тем проще будет его скрыть. Она вышла одновременно с заезжающей машиной. Из двери выскочили окровавленные люди, как в лучших традициях боевиков, готовые вытащить Фреда.
- Погодите, мне надо глянуть его. Фонарик. С вашими стеклами пальцев на руке не увидишь. Отодвиньте вперед кресло. Фред, - Джейн кое-как пробралась в салон, хваля себя за бандаж, что защищал ее живот, - ты меня слышишь?
Вероятно ее формальный тон, обращение к такому положению капо несколько пренебрежительное, казалось солдатам неправильным. Но Джейн было все равно. Между ними сейчас стерты все границы. Проверив зрачки на реакцию светочувствительности, убрала с раны материал. Воронка была приличная.
- Она у него застряла.
- Это хорошо. Значит кровопотеря небольшая, и спина чиста. Привезите каталку, там у дверей. Фред, ты не двигайся. Мы тебя сами. Помогать не надо! – Джейн надавила на его плечо, когда он начал подниматься. – Ты оглох! Я сказала не надо! Берете его и вытаскиваем головой вперед.
Закатив каталку в здание, Флетчер огляделась. И вовремя. По коридору шли два полицейских, дежуривших в госпитале.
- Ушли отсюда! – буквально рычала на солдат Клементе. – все! А ты прокатишься со мной. Ад не обещаю, но чистилище я тебе устрою.
Их как окружали в коридоре. С другого вход вези прикованного заключенного в сопровождении еще двоих полицейских. Джейн толкнула боком дверь, вкатила в палату каталку с полуживым капо. И это оказались апартаменты Морри. Девушки смотрели друг на друга мгновения, но у Джейн часы шли на минуты, и подкатив Фредо к лампе, как могла быстро вышла за инструментом.

+3

6


     В этом моя сущность - колючей, осторожной и немногословной женщины. Я не люблю пустую болтовню чисто из вежливости - в моем понимании гораздо уместнее промолчать и сделать свое дело, нежели отвлекаться на никчемные разговоры о погоде - лишь бы сотворить глупую иллюзию заинтересованности в стоящем рядом человеке. Я не общительна, не люблю новые знакомства, и с подозрением отношусь к каждому, кто пытается пробраться в мое личное пространство и раскрыть все мои потаенные секреты. Ну или хотя бы малую ее часть.
    - Я пока еще не решила. Но разве этот выбор зависит от меня? - От этой мысли мне стало немного неловко. Этот подход к выбору лечащего врача показался мне неким торгом - я, в роли капризного и придирчивого покупателя, что тщательно осматривает свою будущую покупку и откидывает ее в сторону, при наличии малейшего брака. По сути же, в надзирательстве над собой меня смущало только одно - Хантер слишком глубоко пытался влезть в мою личную жизнь, слишком пытался навязать свою помощь там, где в ней не нуждаются - он просто не понимал, что чужое вмешательство лишь усугубит мою проблему. Только я знаю подход к своему Майло, только я в силах успокоить его, вразумить и остудить. Другой разговор - мне не всегда это удается. - Я не сомневаюсь в профессионализме ваших сотрудников. Я лишь не люблю, когда они превышают свои полномочия и интересуется тем, что их интересовать не должно. - Получилось грубовато, и в попытке смягчить обстановку, я добавляю. - Извините. Тяжелый день.
     Эта женщина, Джейн, не смотря на ее откровенность, резковатую честность и положение, которому я откровенно завидовала, мне нравилась. Может быть это женская солидарность, может ее мягкие черты лица и открытая улыбка заставляли меня верить в хорошее - она была легкой, не вносила в мое существование лишнюю суету или волнение - не заваливала меня откровенными и бестактными вопросами типа "тебя бьет твой мужик? почему ты не идешь в полицию?". Конечно бьет, и мисс Флетчер явно догадалась об этом - ее взгляд ужесточился во время осмотра, во время знакомства с моими побоями, но я постаралась не подавать виду. До момента ее бестактного любопытства.
     - О чем вы? - Строить дурочку я умею отменно, пусть негодование и отразилось на моем лице изогнутой линией брови. Эта лекция о помощи самой себе, о том, что я вряд ли справлюсь сама - мне по детски захотелось закатить глаза и с вызовом произнести это надменное - вы не знаете, с кем имеете дело. Или с чем. Я предпринимала огромное множество попыток сбежать от этого тирана, я покинула родной Чикаго, скрываясь в непривычном и жарком климате Сакраменто - но даже здесь этот ужас настиг меня. То, какой вы видите меня сейчас - это мелочь по сравнению с тем, какой я была после первой нашей встречи в городе. Я не смогу, мне не хватит сил отправиться в полицию и сдать его. И дело не только в том, что я боюсь смерти. На второй чаше весов находится он - мое все, мой падший и отчаянный смысл жизни, моя надежда на то, что мы сможем излечиться от этого, что он сможет себя контролировать. Однажды. Жаль, но эта чаша никогда не перетягивает одеяло на свою сторону.
     Игнорирую, игнорирую лекцию, завуалированное предложение о помощи - но на душе беспокойно скребут кошки. Мне неуютно, неуютно лгать, строить из себя смелую и решительную - в этом плане с Хантером мне было проще. Мужчин всегда легче обманывать, женщины видят себе подобных насквозь. Вот и Джейн раскусила меня, сменила тему, и я ухватилась за эту часть диалога, как за спасительную веточку. - Хорошо. Спасибо.
     А затем более тесный осмотр. У нее были теплые руки, но я все равно напряглась - чужие прикосновения, даже без особого нажима на больные места всегда вводили меня в ступор. Я не любитель объятий, рукопожатий, неловких касаний - трогать меня и мое тело могут лишь самые близкие. И я смутилась, по детски, с розовым румянцем на щеках, скрипя зубами пытаясь сдержать боль и не дернуться. Но мой обман был снова разоблачен.
    Я молчу, не считаю важным или нужным отвечать ей что-то на эти правдивые реплики. Но соль в том, что сбегать от сюда я не собираюсь - это было бы глупым и безрассудным поступком. Дома меня не ждет ничего хорошего, и не смотря на свою злобу и весьма неординарный характер, Майло разозлится куда больше, если узнает, что я сбежала из больницы до того, как окончательно приду в себя.
     Джейн не успевает договорить - назойливая мелодия ее мобильного врывается в наше уединение, заставляя вернуться в реальность. Мои грезы скрылись в тумане надежды, и я словно протрезвев, мотнула головой, пытаясь согнать с себя чары доктора Флетчер. Как ей удается быть такой толерантной и настойчивой одновременно? Сейчас, пока женщина разговаривала по телефону, я внимательно всматривалась в ее лицо, всем нутром чувствуя, как страх подступает к груди. Я боюсь ее, опасаюсь, опасаюсь что ей удастся вытащить из меня эту сокровенную информацию, что я не удержусь и как слабая безвольная женщина разрыдаюсь, и буду топить в слезах свои громкие жалобы на собственного мужчину. Я не хочу этого позора. Поэтому, когда Джейн поспешно покинула мою палату, обещая однажды вернуться - я лишь с облегчением выдохнула, расслабленно разваливаясь на своей постели.
ххх
    Ничего не предвещало беды, ко мне действительно зашла медсестра - сделала укол обезболивающего, выдала ночную порцию антибиотиков и каких-то иммуномодуляторов, проверила мои повязки, пожелала спокойных снов и скрылась в сестринской, снова оставляя меня одну. Я позвонила Майло, наш разговор не длился больше двух минут - мне было больно и одновременно противно слышать его полный отчаяния и жалости голос. Не спалось, после долгих попыток и кручения под одеялом, я все же поднялась на ноги, устраиваясь подле окна и наблюдая за безлюдной вечерней улицей подле госпиталя. Ничего интересного, разве что...
    Резкий хлопок двери заставил меня обернуться - снова Джейн, на этот раз не одна - с силой толкающая перед собой каталку с незнакомым мужчиной, рассматривать которого у меня не было абсолютно никакого желания. Вся его одежда - в крови, ее металлический запах ударил мне в ноздри, заставляя почувствовать привкус железа на собственных устах.
    Я так и стояла на месте, пока напуганная и взволнованная Джейн прикрывала двери, проверяла ночного пациента, а затем снова скрылась за пределами моей палаты. Мы остались вдвоем. Я - напуганная и ошарашенная присутствием в моей палате еще одного больного. И он. Пугающий незнакомец, проблемы которого были куда важнее и опаснее моих. Никакого любопытства, неведомые силы толкнули меня в его сторону, я неуверенно сделала шаг в сторону каталки, затем сорвалась на бег, останавливаясь рядом с мужчиной и осматривая его мертвецки бледное лицо. Руки дрожат - зачем я вообще подошла ближе? Стоит ли мне смотреть на его лицо, запоминать? А если он умрет здесь, и затем станет постоянным гостем моих сновидений? Не могу этого допустить, не хочу. Одно единственное желание одолевает мысли - рвануть прочь из палаты, вызвать врачей - пусть они спасают этого мужчину, пусть вернут его к жизни.
     - Черт возьми, Джейн.... Где же Джейн? - Хватаюсь пальцами за окровавленную ткань на груди у мужчины, обнаруживая под ней рваную воронку - мутит, мутит от запаха, не от зрелища - пулевое ранение мне приходилось видеть не в первый раз. Кусочки, отрывки прошлого врываются в мою память, на ватных ногах я пятюсь к дверям, все так же держа в руках кровавую материю. Спиной врезаюсь в доктора Флетчер, испуганно глядя ей прямо в глаза. - Я могу позвать кого-нибудь еще. Вы одна... Как вы... Ему нужна помощь.

+2

7

Нет игры больше месяца. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Give me Novacaine