Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » The Royal Sit-down


The Royal Sit-down

Сообщений 21 страница 27 из 27

21

Пожелав друг другу удачи, показав, что что-то джентльменское в них всё-таки осталось, враги снова разошлись по своим барьерам - переговоры не привели к каким-либо результатам... и не сказать, чтобы Гвидо был сильно удивлён подобному исходу - напротив, было ожидаемо, что Сальвиатти предложит что-то неприемлемое. Не в том смысле, чтобы избавиться от Фрэнка и Майкла, а в том, что на самом деле последует затем; убеждения дона Джакомо были не только голосоловными, но и сами себе противоречили - власть ведомого не может быть абсолютной... как у Фрэнка и Майкла, стоявших рядом с Монтанелли, всё-таки не было власти абсолютной. Ударят ли они его самого в спину однажды? Возможно, тут Сальвиатти был прав, и этого исключать тоже не стоило. Но если этому и суждено случиться, то не в ближайшее время, уж точно - не во время войны, и вряд ли сразу после неё (но даже если так, Большой Джек до этого вряд ли доживёт); и уж если начистоту - больше шансов у Гвидо получить двоих предателей как раз в том случае, если он объединиться с Сальвиатти... особенно если Альтиери вернётся домой после заседания Комиссии. Большой Джек как считал, что Патологоанатом должен придушить своего андербосса прямо за столом?
Помимо того... Сальвиатти так и понял главного: больше, чем за свой собственный статус, Монтанелли боится за собственную организацию - с ним, или без него, важно другое - чтобы Семья Торелли осталась на плаву, важно то, куда направится группировка, а не куда отправится он сам в конечном итоге. Если не будет Семьи - её члены в любом случае будут никем.
- Лучше быть живым волком, чем мёртвой львиной шкурой. - улыбнулся Гвидо, припомнив прозвище, данное ему его покойной женой, а так же - и то, чем занимались Фрэнк и Майк непосредственно перед тем, как Сальвиатти решил обнести всех Торелли. Львиной охотой... Может, волк и слабее, чем лев, но лучше переносит голод и холод - дрессировке, при этом, не поддаваясь вовсе.
- Гораздо хуже. - ответил, склонившись к уху Фрэнка. Сжав его плечо немного сильнее - устраивать разбирательство было некогда, и уж тем более этого не стоило бы делать при всех, но тяжёлую информацию донести до Альтиери всё-таки стоило бы без всяких отсрочек. - Не знаю, чем вы его так разозлили, но он хочет вашей с Майком смерти. - и на самом деле, Гвидо хотелось бы услышать от Альтиери серьёзный ответ на этот вопрос - что там такого произошло на яхте или ещё где, что Сальвиатти, у которого, казалось, больше причин уважать их, чем Гвидо, резко пересмотрел свои позиции по отношению к Семье Торелли и теперь хотел вести дела с одним Монтанелли, а его ближайших людей - вроде как, тех, кто и нелюбимых ему Донато не поддерживал - увидеть в гробу.
Как человек деловой, Сальвиатти вообще всё сильнее разочаровывал Гвидо - становилось похоже на то, что если уж что-то и росло с возрастом, так это его гордость и упрямость; он предполагал, что Большой Джек предложит сейчас что-то иное, что-то более отличное от того, что он предлагал Монтанелли с глазу на глаз, что коснулось бы общего дела, которое они ведут - однако же, нет, фактически, он просто озвучил те же самые требования в несколько ином варианте. Что, в принципе, ситуацию Майкла и Фрэнка никак не выправляло - так как дон Джакомо выставлял их крайними, у остальных боссов было больше причин проголосовать за то, чтобы избавиться от них. Вставал вопрос о том, насколько они заинтересованы в том предложении, что Фрэнк им сделал по ту сторону дверей. Монтанелли коротко переглянулся с ним, слегка скривив губы, когда Сальвиатти закончил - вот, он и сам теперь всё видел.
На этом фоне, то, что говорил Джино Масси, Гвидо приходилось вполне по душе - в принципе, за то, чтобы воцарился мир, глава Монтанелли мог бы дать и больше (если будут гарантии этого, конечно - потому что с Сальвиатти гарантий явно не было уже никаких), да и Джакомо потребует намного больше - настроение, воцарившееся в беседке, явно предрасполагало уже к натуральным рыночным торгам - что было и противно, быть может, но всё же - неизбежно, да это и лучше, чем не прийти вообще ни к чему. И, хотя Сальвиатти, хоть и обмолвившись о предложениях, выдвинул пока только требования - похоже, что сейчас Гвидо стоило что-то предлагать.
- Если уж на то пошло - я согласен даже оплатить похороны Сальмонетти и Пупса. - кивнул Гвидо на предложение Масси. Умение пойти на уступки - не менее важно, чем железная хватка, если в правильный момент и в нужной ситуации, вот о чём в их деле частенько забывают. Монтанелли не хотел торгов. Рано или поздно, они приведут всё равно к чему-то такому, что предложит сейчас он - или же к чему-то более худшему. - Согласен дать десять процентов уличного налога вместо пяти. - и вряд ли Фрэнка это устроит - Гвидо слегка приподнял ладонь, на всякий случай призывая своего андербосса к спокойствию: это и не так много, как пятьдесят, и не так много, как потеряют все организации в случае полномасштабных военных действий. И уж точно - не так много, как они потеряют, если пирог под названием "Скоростная ЖД" превратится в кусок дерьма. - А что касается того, кому умереть... Этот конфликт пока не унёс жизни ни одного из наших общих друзей, и я бы хотел, чтобы так и оставалось. Из всех перечисленных только Сантино Пульсоне... помолвленный с моей сестрой. Он не является одним из нас. - без пяти минут помолвленный, на самом деле, но от этого самому не становилось нисколько легче. Гвидо взглянул на Сальвиатти, ожидая ответа. Тяжёлые решения? Опасность для близких? Монтанелли способен это выдержать - пусть все остальные доны думают так.

+2

22

- Он и твоей смерти хочет, вспомни, что было в Парадизе. - Ему показалось или тон Гвидо требовал объяснений? Не самое подходящее время, чтобы выяснять отношения еще и между собой, хотя, конечно, Фрэнк заинтересован был в том, чтобы босс получил ответ на свой вопрос и не пытался сделать крайним его и Майкла, полагая, что этим решит проблему. - Мы ничего без твоего ведома не делали, - ответил настолько серьезно, насколько мог.
После услышанной чуть ранее "тяжелой информации", Фрэнка понятное дело уже не удивили требования Сальвиатти. Своего имени он, так понимал, в списке смертников не было только лишь по той причине, что он находился рядом - не принято у них было в лицо выносить приговоры, если не собирался здесь же приводить в исполнение. Так ли сердцу шефа был дорог андербосс, чтобы именно его он решил оставить живым? Зная Монтанелли достаточно хорошо, Фрэнк сомневался, что тот так уж сильно выделял его среди тех, чьи фамилии Большой Джек перечислил ранее. Вот если бы Агата или Ливия была на его месте, то тут, конечно, кинул бы все свои силы на их защиту, несмотря даже на то, что денег ему и остальным они приносили куда меньше. Ради их жизни и благополучия он бы пожертвовал жизнями и своих солдат и капитанов - от Куинтона он избавился как от ненужной вещи - и даже от андербосса, чего уж там.
Выслушав все это, и то, что его только что милосердным жестом предложили понизить до солдата, Фрэнк чуть ухмыльнулся, усомнившись в свою очередь в умственным способностях Сальвиатти. Если Гвидо решит понизить своего андербосса или дать добро на устранение его лучшего друга, он должен быть готовым к тому, что и его могут понизить или устранить; Альтиери умел быть злопамятным, и поэтому оставлять его в живых при подобном раскладе было слишком опасно. Уговаривать убить себя за компанию с Майком он, конечно, не собирался, вместо этого напомнил еще раз, благодаря кому у них была возможность делить прибыль с этих гребаных контрактов.
- В чем это я виновен? - возмутился, не вставая со своего места и даже руки от подбородка, не убрав. - В том, что дал вам возможность зарабатывать? Убрав меня и Майка, получать подряды вам будет значительно сложнее... И не слишком ли круто, дон Джакомо, мерить двух соучастников тремя посвященными, в числе которых андербосс и капо? Это мы еще не обсуждали, кто причастен к нападению на Парадиз, в результате которого погиб наш капитан. А не вы ли нам должны? - Фрэнк пристально смотрел на Сальвиатти, прекрасно зная, что именно он стоял за теми китайцами, а значит, обсуждать сейчас должны были несколько иных людей, его сынка, к примеру, неплохая была бы компенсация за Дока.
Про пятьдесят процентов от прибыли и вовсе комментировать не хотелось - тут Фрэнк переглянулся с Сэлом, которого Сальвиатти также только что налогом обложил, причем откровенно грабительским - в сравнении с тем, что Альтиери услышал ранее, это, конечно, цветочками было, и поэтому не скрывал ухмылки, наблюдая за этим представлением дальше. Ему-то чего переживать? Их с Ринальди вообще грохнуть хотят, какие тут проценты могут быть после этого.
- А предложить отсосать тебе постеснялся? - Высказался Молоток, как обычно не изобразив на лице никаких эмоций.
Это был и в самом деле пиздец, Джино Масси подобрал очень верное определение, перед тем как высказал свои соображения. Пять процентов. Учитывая, что изначально ни о каком уличном налоге речи не шло, даже эта сумма была прогибом. Однако не все были солидарны с Фрэнком, и речь не только о Сальвиатти, но, как неожиданно выяснилось, и о Монтанелли. Спорить с ним, впрочем, Альтиери не собирался. Не хватало им еще создавать видимость разлада внутри администрации Торелли. Мысленно он приготовился к тому, что Большой Джек, почувствовав слабость, начнет давить дальше, и платить им придется все же больше десяти процентов, на которые Гвидо великодушно решил согласиться.
- Джеки, - обратился Моретти к боссу лос-анджелесской Семьи, - когда строительство дойдет Сан-Франциско, ты заплатишь нам столько же. - Пять процентов это будет или пятьдесят - уже не важно. Если, конечно, получат они эти контракты раньше, чем переубивают друг друга. - По рукам?
В Сакраменто в свою очередь Большому Джеку также придется раскошелиться на то, что он назвал уличным налогом. И так ли много жирный боров в итоге выиграет? Фрэнк плеснул себе в стакан прохладной минеральной воды стоявшей на столе и в один глоток опустошил его. Гвидо же тем временем продолжал демонстрировать свое великодушие, предложив завалить Пульсоне, как менее значимую в списке Сальвиатти фигуру. Для Фрэнка он, в принципе, тоже ценности особой не представлял. Оборудование с порностудии они перевезли в Сан-Диего, и сейчас ее контролировали другие люди (до того как их поперли оттуда), засылал Пульс тоже не шибко много, еще и драка их в памяти свежа была, в общем не будь другой альтернативы, Альтиери бы тоже пальцем ткнул именно в него. Однако альтернатива была, ее озвучил Джино Масси. И более того по справедливости они Крусанти ничего должны не были. Скорее уж наоборот.
Теперь уже Фрэнк тронул руку Гвидо, чтобы тот притормозил и, приблизившись к его уху тихо произнес:
- Не надо.

Отредактировано Frank Altieri (2015-07-01 14:55:23)

+2

23

[NIC]Giacomo Salviatti[/NIC]
[AVA]http://menology.ru/sites/default/files/images/chicago.jpg[/AVA]

Чем больше Джакомо Сальвиатти смотрел на главу Торелли, тем более он убеждался, что тот слаб. Весь вечер своими оскорблениями, провокациями, требованиями босс Семьи Крусанти, по сути,  прощупывал почву, глядел, насколько сильно можно надавить, где получит отпор. И приходил к выводу, что Монтанелли ему – ни в коем  роде не соперник.  Большой Джек не особо ценил своих людей  - но если бы ему предложили завалить андербосса и наиболее успешного капитана, заработавшего для него за этот год кучу денег, и завалить по сути за защиту интересов самого дона… Он бы ответил резко и решительно -  а ведь Монтанелли даже не особо и защищал своих высокопоставленных помощников, вину Альтиери и Ринальди он даже не отрицал и вообще не обсуждал. На предложения Сальвиатти не согласился – но аргументировал только тем, что не хочет пролития посвященной крови.  -  Ты ошибаешься, Фрэнки. Это я дал вам возможность зарабатывать, пустив на свою территорию.   Насмешливо выслушал тираду андербосса насчет нанесенных Торелли обид и неправильности его подсчетов.  Удивленно приподнял мохнатые брови.  – Парадиз? А причем тут я и ваши проблемы с китайцами? И потом, вашего босса все устраивает, видимо, иначе не молчал бы, как тень отца Гамлета. Это ты только сейчас придумал? Здесь дон Лос-Анджелеса показал неожиданную степень знакомства с классической литературой – а что ж, не одному Гвидо по балам  и операм расхаживать.  И в самом деле, тот сам даже не попробовал потребовать ответной компенсации за избиения, нанесенные Ринальди, Росси и Фиоре – посвященным членам организации.  Даже не упоминая о похоронах и возмещении родным Тони «Глаза» Айса и баре. Все это всплыло только в компромиссном предложении, сделанном сторонним доном, смех да и только. А Гвидо вслед за этим сходу, без торговли, согласился увеличить размер уличного налога и сдать одного из своих людей, Пульсоне.
- Как дело дойдет до Сан-Франциско, решим, Сэл.  И с вас я возьму десять процентов – меньше, чем я беру со своих людей в городе. И, по моему, только справедливо, чтобы чужие, работающие там, платили хотя бы сопоставимо. – говоря все это, Большой Джек не отводил месмеризирующего взгляда от Паталогоанатома. – Но Торелли покалечили моих людей, нарушили покой на моей территории, оказали неуважение  - и потому я возьму… тридцать пять  процентов с доходов. Альтиери с Ринальди должны быть отстранены от проекта.  А Росси, почти лишивший зрения моего капитана -  и Сантино Пульсоне, убивший одного из моих людей  - умереть. Это последний компромисс, на который я могу пойти,  Гвидо. Не больше, не меньше.   Нагнулся вперед, обдавая присутствующих кисловатым стариковским дыханием, прищурил небольшие глаза. -  Иначе в Сан-Диего вы строить не будете.  Ему было интересно посмотреть, что произойдет  дальше – если Гвидо примет предложение,  его престиж упадет, он лишится изрядной доли доходов  и, главное,  обретет конфликт с потерявшей свои строительные барыши южной командой. А если откажется…  Дон Джакомо уже понял окончательно, что через войну он легко и просто  согнет в дугу Дамского Дона. Если тот готов уступать сейчас, если в его организации нет единства -  что будет, когда пули начнут чиркать над его головой, а в зазвонившей телефонной трубке он услышит крик своего Дольфо? Подумав, Джек решил сделать заметку ввести в дело все известные ему киднепперские сети, в том числе ту, которую в Сакраменто представляют некие Егор и Лука Гурини, русские отморозки, не подчиняющиеся даже внезапно объявившимся там ворам в законе…  Он сумеет нагнать на Торелли страху,  дать их дону ощутить дыхание смерти – и тогда тот согласится на все его условия, не надо будет ничего уступать. А Комиссия скушает это –  разве в их мире не принято испокон веков благословлять власть сильного?
Сидевший рядом с главой мафии Сан-Франциско  Джино Масси ощутил, как у того, под шелковой рубашкой, напряглись бицепсы, когда речь зашла об уличном налоге. Несмотря  на внешнее спокойствие, Сэл-Молоток явно клокотал внутри – и дело было не только в деньгах.  По сути, сегодня вся Комиссия занималась тем, что пыталась уговорить  разбухших, как мышь на крупу, лос-анджелессцев умерить аппетиты. Это было унизительное положение – но ведь войны никто не хотел, а Сальвиатти был слишком силен, его боялись. – Что ты скажешь на предложение Джакомо, Гвидо? Как вам предложение Гвидо, господа? Внезапно Джино ощутил себя  страшно уставшим.
- Если мои коллеги в Сакраменто готовы заплатить десять процентов, я тоже их заплачу. Но  буду требовать у тебя того же на моей территории, Джек. – нехотя, словно цедя слова, пробурчал босс Сан-Франциско,  покосившись на Фрэнка.  Оба клана ЭлЭй выразили поддержку пожеланиям Сальвиатти, заявив, что это их последнее слово.  – Я считаю, что условия Гвидо  вполне щедры, Джек. Я бы на твоем месте на них согласился. – произнес Масси, пожимая плечами. Ему внезапно стало жаль этого Пульсоне – интересно, чем именно особенно провинился, бедолага? Скорее всего, просто исполнял приказы, был ножом в руке старших  - однако собственное высокое начальство было готово им пожертвовать, во имя больших интересов. Так бывало всегда.  Все взгляды теперь были прикованы к Маттео Висконти, особенно сверлил  его взглядом Сальвиатти. Наконец, сицилиец простодушно пожал плечами. – Я воздерживаюсь. Я этой темы не знаю, о каких суммах идет речь тоже – десять ли, тридцать пять, мне все равно, собственно.  Пусть решают вот эти два синьора. Кивнул на Гвидо и Джакомо.

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-07-01 17:06:43)

+2

24

Защищать своих людей нужно не словом, а делом - можно до жёлтой пены у рта кричать в чью-либо защиту, только что в этом толку, если тот, кого ты защищаешь, уже мёртв, и его не вернуть ни словами, ни делом? Может быть, то, что Сальвиатти считает его слабым - это и может быть унизительно; но с другой стороны - чем сильнее Большой Джек недооценит того, кого считал своими врагами, тем лучше. Да и потом - с чего бы Гвидо вообще должно так заботить его мнение? Пусть о нём переживает Мунадо, он зависит от его слов не только в пределах этого зала. И если сейчас звучат слова, то затем, когда доны разойдутся и разъедутся по домам, снова наступит пора действий. Гвидо был человеком действия - предыдущие тридцать лет его жизни вообще к словам располагали не особенно, а вот последствия действий демонстрировали достаточно наглядно. Что помогает выиграть любую войну - так это не сообщать противнику заранее о тех ходах, что собираешься сделать... Тогда как Сальвиатти прямо раздувался в своём кресле от собственной важности, Монтанелли молчал - у Торелли было, что противопоставить и пушкам, и даже китайцам, но он не торопился сообщать об этом и даже намекать на это. Своей же репликой по поводу Шекспира Джакомо окончательно развеял сомнения в том, что он был связан с нападением на "Парадиз" - если бы и вправду был не при делах, не было бы смысла в этом "и потом".
Как и смысла чего-то ещё требовать, когда Масси предложил выход, который был бы хорошим решением для всех - каждая из сторон возместила бы ущерб, Крусанти - Дэнни и Мэнни, Торелли - Грегу и его ребятам, и затем каждый вернулся бы к своим делам, сложив оружие. Всё можно было бы решить и миром... Но Сальвиатти подобный расклад ведь и изначально не интересовал. Слушая, как дон Джакомо спорит с Фрэнком, Гвидо находил всё больше и больше поводов поддержать его, Майкла, всех тех, кто высказался за то, чтобы уничтожить всю верхушку ЛА - если переговоры зайдут в тупик, остальные Семьи просто отойдут в сторону, дав возможность Торелли и Крусанти разобраться друг с другом силой, раз не получилось миром: кто бы что там не говорил - умирать за одну из сторон вряд ли и в СФ, и в СХ, и в Риверсайде найдётся так уж много сторонников (обычно таковых всегда бывает меньше, чем желающих делить трофеи). Можно было решить всё миром, можно прогнуться, но - у любого прогиба есть крайняя степень... Сальвиатти через неё прилюдно переступил - предложение Гвидо, которое все сочли достаточно и даже слишком великодушным, он решил дожать в свою пользу окончательно; что и требовалось доказать. Приняв его, Монтанелли, фактически, оказался бы в том же самом положении, о котором они разговаривали - только другим способом, так сказать - через банкротство. А если бы это Гвидо устраивало... пожалуй, не было бы смысла доводить ситуацию до этого - проще было бы согласиться заменить Майкла и Фрэнка на других людей.
Не факт, конечно, что "приговор" дона Джакомо не будет выполнен в ходе "военных действий" - находясь под открытым огнём, всё-таки сложно предсказать, кому повезёт, а кому нет; но здесь и сам Гвидо будет рисковать ничуть не меньше, чем остальные... Торелли начали готовиться к войне, а не к переговорам; ещё после того, как китайцы сделали ход по "Парадизу" - Семья Сакраменто начала подготовку к военным действиям, не к переговорам, и её солдаты морально были готовы применить оружие в любой момент... Торелли готовились воевать - Сальвиатти же настроился сразу на победу. Что было не слишком умно, учитывая, что голого оружия он пока даже и не видел.
- Что я скажу на предложение Джакомо? - Гвидо внезапно усмехнулся несвойственной себе самому усмешкой. Было в ней нечто жуткое, плотоядное и циничное, чего даже Фрэнк, наверное, не видел раньше... И блеск его зубов не предвещали ничего хорошего. Монтанелли изначально был готов к войне - ещё до того, как сделал самое щедрое из своих предложений; слишком щедрое, пожалуй, чтобы даже сдержать обещание полностью. Если уж Сальвиатти глаз своего капитана, которого раньше, вроде бы, особо не ценил, сейчас воспринимает, как личное оскорбление - то Гвидо делать сестру ещё раз вдовой не собирался тоже. Что бы он предпринял - уже другой вопрос... Справиться с Сонни в любом случае было бы не так-то просто. - Скажу, что ты получишь свои тридцать пять процентов... - Монтанелли наклонился вперёд над столом, взглянув в глаза Джакомо. Говорить о войне и воевать, это разные вещи; ровно как говорить о храбрости и проявлять её... - ...свинцом. Как тебе такой компромисс? - из тех лет, что Сальвиатти находится на своём месте - сколько времени он уже не вёл войн? Сицилийских, полномасштабных, таких, которые обещал... если уж история складывается так, что некому, кроме Монтанелли, бросить ему вызов - пусть будет так. Остальных соглашений Фрэнк достиг - или почти достиг; в любом случае, будет видно, насколько в этой войне хватит таких ребят, как Мунардо - за его реакцией проследить сейчас особенно интересно: что ему пообещал Сальвиатти перед тем, как привёл за этот стол, что дон Монтанелли ему ноги помоет?

+2

25

Сальвиатти был хитер, этого у него не отнять, и решителен поболее, чем большинство присутствующих здесь боссов. Не случайно он дольше остальных руководил Семьей, способности у него к этому были, однако все они знали, к чему приводило желание стать боссом боссов и отсутствие элементарного уважения к своим деловым партнерам. Рано или поздно врагов у Большого Джека могло стать гораздо больше чем друзей.
- И за это мы взяли Крусанти в долю и отдали вам самые жирные контракты, - раздраженно добавил, устав втолковывать очевидное. Они с Сальвиатти прекрасно знали, что и как было на самом деле, все это представление устраивалось для Комиссии, которая их якобы должна была рассудить. – Это более щедрое предложение, нежели уличный налог. - Обвел взглядом сидевших за столом гангстеров и увидел, как Джино Масси кивает головой, соглашаясь с ним. А кто не согласен? - С каких херов после этого наших рабочих повыгоняли и членов нашей Семьи избили?
Нет, дело тут было не в стройке, Сальвиатти просто хотел выкинуть их из Сан-Диего, ему давно не нравилась активность и росшее влияние Торелли на его территориях, а стройка послужила лишь поводом. По сути, все его последние действия были провокациями, направленным на то, чтобы втянуть Сакраменто в войну и в ходе нее ослабить их. Убить Фрэнка с Майклом он хотел не случайно. Кому еще из Торелли не сиделось в зачуханом Сакраменто? Только эти двое и лезли на территории Крусанти и потому вероятно представляли опасность в глазах если уж не самого дона Джакомо, то его людей, того же Грега Феррони, уж точно.
- Кусок дерьма, - не громко, но достаточно четко чтобы его услышали, выругался в адрес Сальвиатти, когда тот, словно смеясь над всеми ними, начал сравнивать Монтанелли с тенью отца Гамлета. Этим он фактически признался в том, что за китайцами стояли Крусанти…. Если вдруг кому-то еще не очевидно было. До чего бы они ни договорились сегодня, кровь литься не прекратится.
Впрочем, договориться хоть о чем бы то ни было, им, похоже, и не судьба была. Продолжив гнуть свою линию, он таки вывел Монтанелли из себя. Прекратив блефовать – все равно ж не умел – Гвидо прямым текстом пообещал накормить свинцом Большого Джека, чем, кажется, подвел окончательную черту под этими переговорами.
Можно было расходиться. Отодвинув со скрипом стул и поднявшись, Фрэнк вызвал незамедлительную реакцию и всех остальных; расстроенный итогами встречи Масси попытался задержать стороны конфликта:
- Джентльмены, сядьте на места, - настойчиво попросил, однако увидев решительность сторон закончить этот фарс, бессильно развел руками.
- Переговоры окончены, - с этими словами и Фрэнк тоже развел руками, как бы отвечая дону Сан-Хосе, что дальнейшие посиделки будут лишь пустой тратой времени. Что там Сэл говорил про морпехов? С такими итогами встречи, наверное, и они полной безопасности на стройке не обеспечат. Понимая это, Моретти также попытался задержать разгорячившихся «коллег» и в первую очередь Сальвиатти, спровоцировавшего такой исход:
- Джек, не будь бараном, из-за тебя куча народа деньги потеряет! Соглашайся на условия Гвидо и не выеживайся. Бизнес не должен страдать. Ты всех нас подставляешь.
Доказывать что-то далее у Альтиери желания не было, он понимал бессмысленность этого занятия. Дымя сигаретой, он ждал указания босса, готовый в любой момент покинуть это шапито, и над тем как избавиться от Сальвиатти параллельно размышлял – не просто это будет провернуть.
- Надо было с Масси соглашаться, а не поднимать ставки. Теперь мы хер на стройку попадем, - проворчал рядом с ухом Гвидо пока остальные галдели, предпринимая последние попытки до чего-то договориться. А впрочем, какая теперь разница.… - Махнул рукой. Такой исход переговоров, по крайней мере, давал ясность относительно настроя Гвидо. Воевать будут жестко и неприкрыто.
Что ж, пора было ехать домой и начинать копать окопы.

Отредактировано Frank Altieri (2015-07-02 21:54:28)

+2

26

[NIC]Giacomo Salviatti[/NIC]
[AVA]http://menology.ru/sites/default/files/images/chicago.jpg[/AVA]

Услышав из уст Гвидо слова о свинце,  Большой Джек приподнял бровь. Такого выражения лица и таких интонаций  у того - дон Лос-Анджелеса еще не видел и не слышал. Хищник выглянул из-под маски или это же просто минута гнева? – Я вижу, мне тут угрожают, в присутствии всех наших друзей. О чем еще можно говорить? Сальвиатти сделал знак сопровождающим его людям – и  Гвендони, взявшись за края кресла, принялся выкатывать его из беседки. Вслед за ним проследовал уже пару минут пребывавший в молчании Пепе Мунардо. На увещевания Масси и Моретти  глава семейства Крусанти пожал плечами. – После всех оскорблений я должен пойти еще и на новые уступки? Нет, на моей территории Торелли будут работать только на моих условиях – или никак. Гвидо, когда занесешь тридцать пять процентов,  буду ждать на стройке твою бригаду. И чтобы все купюры не были мятыми!
- Большинство боссов Комиссии предлагает тебе принять эти условия, Джеки! – уже с некоторым напором произнес заправила Сан-Хосе (и ведь, действительно, при том, что  Висконти воздержался, трое  высказавшихся за компромисс Гвидо донов теперь имели большиство).  Однако этот факт и эта ремарка были проигнорированы Джакомо. Усмехнувшись и по-военному поднеся два пальца к голове,  Сальвиатти,  в окружении своих приспешников,  скрылся из виду.
Джино Масси, размяв гудящие виски, приподнял руку,  приглашая остальных боссов остаться в беседке.  Взяв  со стола бутылку с минеральной водой, он налил себе полный стакан и  залпом выпил. Затем осмотрел всех присутствующих. – Вот так, значит….   Стер со лба капельки пота, затем продолжил. – Раньше я сомневался – но теперь начинаю думать, что, по-видимому, Cальвиатти действительно объединился с китайцами, это против «наших друзей»-то!  Хотя говна  в нем всегда было полно,  теперь вот только бурлить начало. Раз уж осторожный босс Семьи Грациани, c его миролюбием, так заговорил о  лидере сильнейшего  в Калифорнии итальянского клана, это значило, что они все оказались на новой стадии. – Я тебе говорю, Джино, он  не только нам угрожает, а всему нашему обществу. Нас выпрет со стройки, вы кукиш пососете – а потом приберет в руки всех. Старый хряк попер против нас, потому что видит противовес. -   сказал Сэл-Молоток,  тяжелым взглядом посмотрев на розовые кусты, за которыми еще недавно скрылись спины гостей из Города Ангелов.  Маттео Висконти, c  его фермерской бородкой, вертел в руках портсигар, тщательно обдумывая что-то.  Пока Джакомо был тут,  он изображал нейтралитет – но теперь его, видимо, раздирали внутренние демоны, толкающие принять либо ту, либо иную сторону.  Если оставаться под сенью Лос-Анджелеса – то лучше уйти сейчас. Он было привстал… но затем опять опустился на стул,  упрямо сжав крепкие челюсти. – Гвидо, то, что Фрэнк говорил, пока вы базарили с Джеком…  Насчет раздела подрядов Крусанти -  и  насчет представительства Риверсайда… Ты это подтверждаешь?
Услышав ремарку Висконти, Джино обвел глазами присутствующих. –  Думаю мы все будем готовы это подтвердить? Раз так, то… Понизив голос почти до шепота и наклонившись к остальным королям итальянского криминалитета, босс подвел итог. -  Если  в ближайшее время Джакомо не обретет разум и  не пойдет на уступки – то…  Комиссия, на такой случай,  дает разрешения на перемены в Семье Крусанти, которые будут  способствовать миру и равновесию. Никто не может ставить себя выше других. Это Коза Ностра.  Верно? При этих словах остальные доны кивнули -  в непроницаемых глазах Сальваторе мелькнули довольные огоньки, а во взоре Маттео какое-то лихорадочное возбуждение -  он ведь только что, по сути, дал добро на устранение главы группировки, давно уже диктовавшей правила и Риверсайду. – Будем держаться на связи.
Заключив собрание, доны быстро засобирались  - после такого глобального решения никому не хотелось терять время.  Конечно, никто не обманывал себя, что наступил крестовый поход всей мафии против Крусанти – по сути,  если война начнется, все ее бремя, в основном, будет на плечах Сакраменто, максимум Сакраменто и Сан-Франциско. И если жирный негодяй в итоге подомнет всех под себя, то решение Комиссии может быть похоронено под спудом… Но, однако, само его существование теперь давало Торелли и их союзниками, так сказать,  обоснование их действиям и возможность широчайшего дипломатического маневра. В сущности, после него,  Большой Джек становился мятежником,  мятежником  против Коза Ностра. Пусть об этом пока не знал.
- Всего хорошего, Гвидо,  и удачи тебе. -  cказал Масси, обнимая Монтанелли и целуя его в щеку. Затем прижал к себе Альтиери, вспомнил, как тот всех собрал в саду,  плутовато усмехнулся. – У тебя хороший андербосс.

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-07-03 12:02:28)

+2

27

То ли слишком оскорблённый, то ли слишком самоуверенный, что в конечном итоге для него сейчас было синонимами, Сальвиатти повёл себя неосмотрительно, покинув место встречи первым; и ещё более неосмотрительно - уведя Гвендони и Мунардо с собой, если бы кто-то из них остался - короткого разговора донов, определившего судьбу Калифорнии и роли Коза Ностра в ней, скорее всего, и не могло бы состояться. Прощаясь, босс Семьи Крусанти уже начал одновременно выруливать своё кресло в сторону выхода - тем самым скорее подставляя свой тыл, нежели демонстрируя свою хвалёную силу... речь идёт о чём-то большем, чем стройка, и коснётся не только проекта железной дороги - одному Богу сейчас ведомо, что ещё попадёт в итоге под удар - но свои тридцать пять процентов старый инвалид получит, Гвидо уже сказал - чем... пусть будет уверен в том, что эти "купюры" мятыми не будут - до тех пор, пока не достигнут своей цели, во всяком случае.
- Тогда их завысил бы сам Джек. А теперь хотя бы остальные - на нашей стороне...
- кроме подпевалы Мунардо, но его в расчёт здесь всё равно никто не ставил - даже Висконти, который в своём Риверсайде был ещё более-менее автономен. Впрочем, то, что к словам Пеппоне никто не прислушивался - ещё не означает, что он не был силой; не столь важно, в чьих руках оружие, если дуло его смотрит в твою сторону - за зятем Сальвиатти находится достаточно людей, это даже если не вспоминать о бригаде Хонга... Гвидо же сейчас прилюдно предложил Джакомо своего зятя - будучи почти уверенным в том, что тот откажется, потребует большего, и не станет слушать чужих рекомендаций. В итоге - и так, и так, но на стройку Торелли попасть всё ещё не могли.
Что касаемо стройки теперь - пожалуй, стоило бы дать Грегу именно, что построить что-нибудь - после того, как война будет окончена, Фрэнк и Майк смогут взять своё, и возражать никто не будет, но - как не раз уже говорилось сегодня, простаивать стройка не должна. Раз Сальвиатти решил показать остальным задницу - пусть пока и строит своими силами; хоть китайцев Хонга нагонит на стройки в качестве рабочих, это не так важно - хотя бы что-то будет налажено к концу военных действий.
Остальные же разбегаться не торопились - и Гвидо тоже не стал срываться с места, наблюдая за реакцией окружающих. Часть окопов уже была вырыта, Торелли и Сальвиатти начали свою войну не отсюда, поэтому - ещё немного времени у них было, лишние полчаса едва ли спасут на данном этапе, а вот закрепить то, что начал Альтиери - не помешало бы. Перед тем, как неизбежный шторм их окончательно настигнет...
- На все сто процентов. - кивнул Монтанелли на вопрос дона Висконти. Всегда нужно иметь запасной план, в случае, как этот - и тем более; сейчас же Торелли и вообще оказались не в том положении, чтобы выбирать себе союзников - если ранее допустимо было воротить нос от Риверсайда, то сейчас даже один Маттео, без поддержки остальных Семей, мог бы оказаться им полезным, будучи на их стороне. В то, что Сальвиатти обретёт разум "в ближайшее время" - Гвидо не верил, и скорее всего, не верили в это и остальные - то решение, что принял дон Лос-Анджелеса, не было похоже на идею одного дня, от своего плана Большой Джек вряд ли уже отступится; процесс тухления, так же, как и процесс бурления - требует времени... Может быть, дерьму, которым был полон дон Джакомо, по словам Масси - и впрямь, просто время пришло подкипеть?
- Верно. - кивнул Гвидо вместе со всеми. Лучшие надежды - на то, что всё ещё может решиться миром - так и не сбылись; впрочем, худшие опасения - тоже: большинство донов поддерживали Семью Торелли в этом выступлении, что можно было бы считать достижением. А кто был у Сальвиатти? Хонг? То, что он снюхался с одними "макаронниками" против других - само по себе говорит о том, что восстановить свой авторитет среди своих некогда авторитетный Красный Шест Триады так и не смог. Мунардо? Он ещё менее опасен, чем Хонг - потому что он попросту прирос к Джековой парализованной заднице. Занимательно, что он про подряды в свою пользу ничего не сказал - Пепе с железной дороги вообще что-нибудь имеет, кроме её "принцессы", на которой женат?
- Тебе тоже, Джино. Спасибо, что принял.
- Гвидо заключил босса Сан-Хосе в ответные объятия. Пожалуй, Масси был человеком, на которого он сам хотел бы быть похожим - или, может, скорее Монтанелли просто видел себя самого в нём, лет через пять-десять; если ему удастся пережить то, что заваривалось, конечно. В чём-то они с Джино были схожи, на его взгляд; дай бог, чтобы в следующий раз Гвидо мог бы помочь его Семье так же, как он помог сегодня их. - У меня лучший андербосс. - хитро улыбнулся в ответ. И не думая шутит, впрочем - Фрэнк заслуживал этих слов; и то, что он сумел в одиночку сделать в беседке, пока Монтанелли развлекал Сальвиатти внутри, лишний раз это доказывает. Ополчить против Большого Джека остальных - это заслуга Альтиери в первую очередь.
У дона Торелли вообще лучшая команда - жертвовать кем-то из них только потому, что какому-то жадному ублюдку было мало? Пусть выкусит...

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » The Royal Sit-down