В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Грязная кровь


Грязная кровь

Сообщений 21 страница 33 из 33

21

[NIC]Jessie Lincoln[/NIC][AVA]http://sg.uploads.ru/YifZd.gif[/AVA][STA]нам же нравится одно и то же[/STA][SGN][/SGN]

Утро подкралось совсем незаметно, словно его никто и не ждал. Кажется, оно принесло с собой немного облегчения и порядка в мою чугунную голову. С силой открываю глаза от слепящего солнечного света, от чего-то улыбаюсь и довольно потягиваюсь в своей мягкой постели. Вылезать куда-то совсем не хочется, так бы и провалялась тут целый день, но в голову, кроме всего прочего, пробирается мысль о сегодняшнем матче в поло, от которого, в принципе, зависит исход пребывания здесь незваных, пусть и любимых, гостей. По сему улиткой выползаю из-под покрывала и неспешно бреду в ванну приводить себя в аристократический порядок.
-Всем доброе утро. - улыбаюсь самой сияющей улыбкой из всех возможных, приковывая к себе присутствующие немного удивленные взгляды. Наверное, они ещё не видели меня в таком хорошем настроении с тех пор, как приехали, поэтому невольно замечаю, как в ответ у них тоже сверкают добродушные улыбки. Затем замечаю ещё двух незнакомцев, вежливо киваю, представляюсь и иду к свободному месту. - Как спалось, дядя? - намеренно обращаюсь только к нему, чтобы проверить реакцию после вчерашнего. Возможно, я была слишком резкой, но всё таки мы родственники. От чего-то эта мысль сегодня меня будоражит уже меньше и вообще не омрачает прекрасного существования на этой Земле. Но ответа я так и не получаю, так как вдруг откуда не возьмись странная суматоха и всем неожиданно немедленно понадобилось к конюшням, чтобы начинать матч. Провожаю всех понимающим взглядом и принимаюсь за яичницу с беконом. У неё сегодня какой-то просто неземной вкус.
Завтракаю я быстрее обычного, ведь понимание того, что меня ожидает десяток тел, не даёт мне покоя. Как и не даёт мне покоя странное окрыляющее чувство внутри. Если честно, то я думала, что весь день буду терзаться в сомнениях, а вышло совсем наоборот. Вышло, что вчерашний поцелуй будто всё расставил по своим местам. - Доброе утро, Джессика. - незнакомый голос выводит меня из раздумий по пути к конюшням. Догадываюсь, что принадлежит он одному из незнакомцев, из которых, в прочем, ни один не вызвал у меня особого интереса. -Утро действительно доброе. - киваю, не замедляя шага, и даже не поворачивая голову в сторону незнакомца. - Меня зовут Тарт. - боже, ну я же не спрашивала. Где хоть какое-то понимание этикета и женской психологии? Но всё же одариваю его снисходительной улыбкой и благородным кивком, мол, приятно познакомиться. Хотя на самом деле мне было глубочайше всё равно на этого ловеласа, не желающего сдаваться просто так. Слышу ещё несколько дежурных заготовок, на которые вежливо отвечаю одним словом в надежде, что молодой человек отстанет от меня раньше, чем мы доберемся к пункту назначения. Но он, увы, не был так прост, или его самолюбие перехлестывало через край, что в любом случае всё равно отнимало у него баллы в моих глазах. - О, а вот и Джесси с Тартом. - ловлю многозначительные взгляды в свою сторону и спешу развеять любый помыслы на этот счёт. -Да, у меня, кроме Лорда, теперь есть ещё один сопровождающий. - собака, услышав своё имя, довольно завиляла хвостом, а вот юный аристократ скорее всего не обрадовался такому сравнению. Слышу несколько смешков и понимаю, что замечание удалось. Должен же хоть кто-то усмирять таких выскочек. - Ну что, раз все в сборе, тогда по конях? - улыбаюсь и направляюсь к своей лошади, пытаясь догнать Кеннета. Но то ли он меня избегает, то ли мой шаг слишком медленный, он взбирается на коня быстрее, чем я успеваю его окликнуть, поэтому мне не остаётся ничего другого, как залезть на своего черногривого красавчика в одиночку.
Когда все уже готовы и сидят по своих местах, Эшли, одетая в неприлично короткие шорты и футболку, дает свисток, чтобы игра началась. Хлопаю свою лошадь по шее, шепчу что-то напутствующее и с азартом кидаюсь вперёд на поле.
Сегодня, если честно, всё даётся мне на удивление легко. На моём счету уже четыре забитых гола, что, в прочем, только приближает шанс нашей команды на победу. Мой конь на удивление проворно и послушно мечется между другими, чётко исполняя указания, так что клюшка в моих руках то и дело ударяет по мячу. Бегло бросаю взгляд на наручные часы и понимаю, что к концу матча остаётся несколько минут. Осознаю, что или я забью сейчас гол и мы выиграем или будет дружественная ничья, не удовлетворяющая никого. Принимаю уверенный пас от Дармута и выхожу на финишную прямую. Подбадриваю свою лошадку, не видя препятствий, замахиваюсь, делаю удар по мячу, вижу, что он летит прямиком в ворота, но не вижу, долетает ли...В следующую минуту чувствую сильный удар и лечу на землю, как раненный зверь. Слышу крики, сначала победные, потом уже обращенные в мою сторону. Кривлюсь от боли и насильно открываю глаза. Прямо надо мной - злорадствующая ухмылка Тарта. Боже, какой подлый ответ на мой подкол. Стону от боли, а ещё больше от понимания, что сама не встану. -Тебе помочь? - Тарт слишком лицемерен, когда задето его самолюбие. Без стеснения тычу ему фак прямо в лицо и с жуткой гримасой переворачиваюсь на бок, только бы не видеть его надменной рожи.

+1

22

[NIC]Кеннет Сазерленд[/NIC][STA]ты отравляешь мне сердце и спасаешь мою душу[/STA][AVA]http://sh.uploads.ru/wnpu0.gif[/AVA]
Мы выехали на поле , сопровождаемые постоянными комментариями Дармута о том, какое прекрасное выдалось утро для игры и как "здорово, что все мы здесь сегодня собрались". А я морщился то ли от боли в шумевшей голове, то ли от солнца, и всё никак не мог проникнуться соревновательным духом чудесного дня. Настроение моё резко ухудшилось в тот момент, когда я заметил, что Джессика шагает в сопровождении Тарта, не отстающего от неё ни на шаг. Она держалась с ним холодно, но мне, как свидетелю многих его побед, было известно, что он не привык выбирать из слабейших. Тем не менее все женщины пали под натиском его ошеломляющих чар. К горлу подступила тошнота. Захотелось выблевать прямо здесь всё, что я думал о нём и его попытках "склеить" мою племянницу, но я пощадил чужие нервы, резко развернул Атласа и пустил его рысью вокруг поля, лишь бы не видеть этот парочки.

Вернулся к командам я уже перед самым началом игры. Мы разбились, как и было условлено, голословно обозначив себя "белыми" и "синими", ещё раз уделив внимание каждому своему сопернику, подмечая слабые и сильные стороны наездника и лошади. Каждого своего коня и кобылу я знал на столько хорошо, что сразу мог отметить, что молодая кобылица, которую выбрал себе Дармут, не пронесёт его больше получаса. И, действительно, так и вышло. За то время, пока брат ходил к конюшням, выбрать себе более здорового возчего, Элеонор умудрилась сравнять счёт. До конца матча, на который мы отвели чуть меньше часа, оставались считанные минуты. Я передал мяч Джессике, она Дармуту, который провёл своего коня через оборону противника, и вновь отдал пас крестнице, которая уверенно прицелилась и ударила клюшкой по мячу, направляя его в ворота..
Я не заметил, как он оказался рядом с ней. Все были слишком увлечены матчем, который вот-вот сулил нам победу, а противникам - поражение. Очевидно, что я один видел это, не столько был заинтересован в итоге матча, как в том, чтобы не сводить с Джессики глаз. Я то и дело невзначай оглядывался на неё, оправдывая себя техникой ведения боя, но кроме прочего и все мои мысли были в этот момент посвящены ей. Я был рассеян, чувствовал себя усталым и то и дело придерживал коня, когда племянница терялась в зоне видимости. Но этот момент упустил. Я лишь заметил, как Тарт промчался мимо Луны, на которой сидела Джессика, опустив клюшку вниз и везя ей по траве. А в следующую секунду лошадь споткнулась, упав на передние ноги. Слышу её громкое ржание, которое перекрывает победные крики Дармута и Манмуда, вижу, как Джессика, вылетев из седла, падает на траву, ударяясь головой о землю. Сердце предательски йокает. Разворачиваю Атласа и скачу к ней, но не успеваю. Моё место уже занял Тарт, любезно подающий руку пострадавшей. Злюсь, кипячусь как заварочный чайник при тепературе плавления, но вдруг абсолютно чётко представляю себе ясно вырисовающиеся картины, логично связаные между собой. Тарт, клюшка, падение. Тарт, клюшка падение.

В следующие секунды всё как в тумане. Я лишь помню, что прыгаю с лошади и бросаюсь к нему на манер разъярённого льва, желающего вцепиться этому засранцу в глотку и выпотрошить его прямо здесь, на поле. Делаю замах правой рукой, и мой тяжёлый кулак прилетает ему точно в ухо. Тарт падает на землю, ошеломлённо выпучив глаза, смотрит на нападавшего, а я чувствую невероятную лёгкость в груди, словно избавился от какого-то давящего груза. Он поднимается на ноги, сплёвывает слюну с сухих губ, и тут же бросается на меня. Мы ударяемся лбами, в глазах всё темнеет, но я чувствую на себе его вес, когда мы падает в траву и катимся, пытаясь пересилить друг друга. Он кладёт меня на лопатки, забираясь и усаживаясь сверху, а я бью его по щекам и груди, попадаю ему в глаз, Тарт вскрикивает и закрывает лицо руками. Пользуясь моментом, сбрасываю его с себя и наваливаюсь на его тощую тушу, пытаясь задушить гада весом своего тела. Ничего не слышу и не вижу, кроме его разбитого лица и злых окровавленных глаз. Взбираюсь по нему, сажусь, сильно сжимая бёдрами бока и руки противника, прижимаю его к земле, и начинаю колотить по смазливой гнусной роже, которую так долго ненавидел и терпел. Раз, второй, третий! Наконец-то слышу женский визг и ор Дармута и Эрика, которые в следующее мгновение оттаскивают меня от поверженного врага, которым занимается Манмуд. Что-то кричу, не разобрать, вырываюсь из рук братьев, взбешённый словно сам чёрт.
- Успокойся! Кеннет! Раздери меня! Кеннет!! - мне требуется время, чтобы понять, что имя, которым называют меня, действительно мне и принадлежит. Я всё ещё не могу успокоиться и кричу в ответ:
- Этот гад подрубил мою лошадь! Сунул клюшку ей под ноги, сволочь!! - и бьюсь в чужих руках, раненый, озверевший от боли и гнева, пока не уходят силы, разом покидая меня. Всё ещё тяжело дышу, но позволяю отвести себя в дом, стараясь избегать чужих взглядов.

+1

23

[NIC]Jessie Lincoln[/NIC][AVA]http://sh.uploads.ru/BNmQE.gif[/AVA][STA]твои океаны во мне[/STA][SGN][/SGN]

Последующие событие проходят для меня, словно в тумане. Вот я вижу, как Кеннет бросается на Тарта, как они падают на землю, как их еле разнимают, пытаясь привести моего дядю в чувство. Помню, что ещё отметила тогда, что не ожидала такого от родственника - обычно он до жути сдержанный, а тут просто взял и кинулся в драку. И ведь ради меня-то. Эта мысли приятно греет сердце, хотя и не должна бы, но я ничего не могу с собой поделать. Это всё наваждение, запретный плод, но меня же никогда не останавливали никакие правила.
Потом Дармут подхватывает меня на руки и несёт в дом. Он очень аккуратен, словно я хрупкая китайская ваза, словно я самое ценное, что есть в его не омраченной жизни. Тело немного ноет, но я понимаю, что всё не так плохо, как казалось вначале. Да и вообще я сильная - какая к чёрту боль! Боковым зрением замечаю, как Элеонор отчитывает Тарта. Незаметно ухмыляюсь - прекрасная женщина. В чем-то хочу быть похожей на неё, если честно. Потом прикрываю глаза и падаю в темную пучину.
В себя меня приводят уже в замке. Разлепляю веки и вижу, что я в своей комнате. Передо мной склонился добрый доктор, невесть откуда взявшийся так быстро. Он что-то суёт мне, потом забирает, постукивает о разным участкам тела, меряет температуру, даёт какие-то обезболивающее и озабоченно что-то разъясняет Джуэлу. Тот только спокойно кивает своей седой головой, а сам проворными глазами наблюдает за мной. Улыбаюсь ему в ответ, мол со мной всё хорошо, и получаю взаимную доброжелательную улыбку.
Через несколько минут меня оставляют наедине со словами, что не о чем беспокоится, но несколько дней нельзя себя нагружать. Благодарю доброго доктора, вежливо прощаюсь и оборачиваюсь к окну. Мне нужно время, чтобы подумать и всё расставить по местам. Кеннет и я. Я и Кеннет. Эта загадка оказалась труднее, чем я могла бы себе представить в самом начале. И мне кажется, что у неё есть только одно решение. С такими мыслями и засыпаю, понимая, что ужин сегодня пройдёт без меня.
***
За окном уже глубокая ночь. Кажется, время давно перевалило за полночь. Я стою у зеркала и рассматриваю небольшие ссадины на плечах. От чего-то становится грустно, что из-за такой нелепости моё прекрасное тело теперь омрачено этими мертвыми сгустками крови. Аккуратно провожу по них пальцами. От ноющей боли начинает посасывать под лопаткой. Резко убираю руку, чтобы больше не поддавать себя пытке и быстро застегиваю блузку, не имея больше желания наблюдать эту картину. Пора... - мне понадобилось очень много времени, чтобы собраться с мыслями. Гораздо больше, чем я думала, когда для себя решала непосильную, как оказалось задачу между мной и Кеннетом. Он был взрослым, опытным мужчиной, имеющим за спиной неудачный брак, от которого он прятался за этими каменными стенами. Да только вокруг сердца нельзя построить такие же, чтобы оно не кровоточило. На противовес ему - я, ещё совсем юная, озорная, кипящая внутри непреодолимыми идеями и желанием нарушать правила в силу юношеского максимализма. И вот одним из таких правил оказалась наша родственная связь. Она должна была быть тем ценным, что остановит нас от огромной ошибки, но, кажется, наоборот стала искрой, разжигающей всепоглощающее пламя. Останется ли у нас после этого хоть что-то? Или мой месяц пребывания здесь вдруг сократится к этой ночи. Ещё раз вздыхаю, понимая, что это конец мои принципам и приоритетам, которых в прочем никогда и не было. Набираюсь решительности и уверенно выхожу из комнаты. Час ночи - самое прекрасное для этого время.
Его комната находится чуть дальше по коридору за поворотом. Такое ощущение, что я настигаю её в несколько шагов. Останавливаюсь перед дверью, чтобы постучать и слышу, как отчетливо стучит моё сердце. Оно выдаёт меня с потрохами - я волнуюсь, словно маленькая девочка, хотя мне без двух месяцев восемнадцать. И, наверное, чем дольше я буду топтать красный коврик, тем больше мои маленькие монстры будут пожирать меня изнутри.
Стучусь. жду несколько мгновений и дергаю дверную ручку. Заготовленная наперед речь куда-то вдруг испаряется из головы и я буквально чувствую пустоту внутри. Горящую пустоту, раздирающую меня на тысячи мелких кусочков. В горле пересохло, достать из себя хоть слово стоит неимоверных усилий, но я лишь увереннее толкаю дверь и выпаливаю на одном дыхание единственную фразу, которая каким-то чудом смогла удержаться в  моем мозгу. -Прости, что так поздно, но я хотела поблагодарить за сегодняшнее...

+2

24

[NIC]Кеннет Сазерленд[/NIC][STA]ты отравляешь мне сердце и спасаешь мою душу[/STA][AVA]http://sh.uploads.ru/wnpu0.gif[/AVA]
Они притащили меня в дом и усадили на кресло, тут же всучив в руки полный бокал виски, взявшийся откуда-то словно по волшебству. Лишь позже я заметил маячевшего за спинами Дармута и Эрика Джуэла, с беспокойством смотрящего на меня.
- Я отправлюсь за Джессикой, Элеонор сейчас с ней, проверю, безопасно ли будет перенести её на кровать. Джуэл, вызовите доктора и поскорее, боюсь, он понадобиться не только ей.
Дворецкий кивнул и скрылся за дверью. Дармут несколько секунд ещё стоял надо мной, сверля меня взглядом, затем вышел. В кабинете на первом этаже, где я был заперт как узник, в собственном-то доме, меня теперь охранял младший брат. Он несколько раз (я видел это) пытался заговорить со мной, но никак не решался, а я и не стремился выслушивать кого-либо сейчас. Я и себя бы с удовольствием не слушал, не гунди в моей голове собственные мысли, как рой диких ос.
- Что на тебя нашло? - наконец спросил Эрик. Я поднял на него глаза. Всем своим видом я показал ему, что ответ на его вопрос лежит на поверхности и столь очевиден, что спросить о нём - большая глупость, но он настаивал и продолжал ждать. В конце концов, я ответил:
- Он подрубил лошадь, на которой ехала Джессика. У Луны теперь сломана нога, и как лошадь она бесполезна, остаётся лишь отправить её на живодёрню. Что с Джессикой расскажет доктор. Она ударилась головой, хорошо, что была в шлеме. Но это не убережёт её от иных повреждений, - я замолк, глядя на дно опустевшего стакана. Эрик, проследив за моим взглядом, потянулся за бутылкой и подлил мне ещё. - Этот паршивец ответит за свой поступок. За все свои гадости, которые мне когда-либо приходилось наблюдать.
- Кеннет, если ты сейчас о Лоре..
- И Лоре тоже, чёрт возьми! Но эта подлая сука хотя бы заслуживала того, чтобы получить ценный урок в его лице. Он трахал её в то время, пока я, как щенок, таскался за ней и одаривал вниманием и подарками. Я был готов на всё ради неё! Но она пользовалась мной, и внезапно я стал ей нужен сразу же, как только он сказал ей "Arrivederci!"и нашёл другую игрушку для своих утех. Не такую старую и опытную, конечно. Мы же знаем, как пренебрегает Тарт женщинами, превосходящими его в постели. Подлый ублюдок!
- проскрипел я со злостью, опустошив стакан одним махом, и тут же потребовал ещё.

В спальню меня ответли уже в том состоянии, когда разговоры я вести не мог, в силу того, что язык заплетался о зубы и дёсны, и казался таким тяжёлым и большим, что.. я отключился прямо в кресле. Дармут растолкал меня и довёл до спальни, где положил на кровать, стянув с меня камзол, и ботинки. Я тут же погрузился в глубокий сон, в котором гнался на лошади за неведомыми призраками своего прошлого. Я то и дело слышал окрики, видел смазанные лица и не узнавал никого, пока один из них не подплыл ко мне достаточно близко, чтобы я смог коснуться его рукой. Это была Лора. Такая же красивая, как и в первый день нашей встречи. У неё были тёмные вьющиеся волосы и бронзовая кожа, глаза чернели в глубине, губы были сложены в очаровательную улыбку. Я почувствовал, как сердце моё трепещет при взгляде на неё. Мне хотелось коснуться её лица, провести пальцами по знакомым ямочкам на щеках, коснуться аккуратного курносого носика губами, обнять её за плечи и опустить в пучину неведомого, из которого никто не смог бы нас достать. И вместе с тем, я чувствовал,как копошаться черви, засевшие в моём сердце, и понимал, что уже никогда, ни в этой жизни, ни в следующей, я не буду счастлив с этой женщиной, предавшей меня.

Проснулся я в половине первого ночи. За окном стояла кромешная тьма. Потянувшись на кровати, я понял, по каким причинам очнулся столь рано и, тяжело поднявшись на ноги, отправился в ванную комнату. Совершив там все необходимые ритуалы, я скинул остатки одежды и залез под холодную струю душа, который будоражил и разогревал моё тело. Простояв так, прислонясь к кафелю спиной, я припомнил свой сон. Сны, как и подсознание, единственные части моей жизни, которые я не мог держать под контролем. Как и некоторые из желаний, как оказалось. Такие как страсть и гнев. Быть может я слишком долго и слишком надёжно держал их под контролем, что теперь они выскользнули наружу и, подобно смертельной лавине, сметали всё на моём пути. И всех.

Я натянул брюки, накинул рубашку, не став её застёгивать, и отправился обратно в комнату, когда в коридоре заметил, что дверь в неё приоткрыта и изнутри льётся слабый жёлтый свет. Я медленно подошёл к двери, заглянул внутрь и удивел её. Сердце моё встрепенулось и тут же упало вниз. Я понил, что это конец. Никаких сил мне не хватит, чтобы справиться с собою сейчас, в эту ночь, когда я так глубоко погряз в пучине собственных страстей. И я не стал ждать.

Она стояла ко мне спиной, одетая в тонкую прозрачную блузу поверх голого тела. Я видел его в блеклом свете ночной лапмы. Его изгибы, изящность форм сводили меня с ума. Я сделал шаг вперёд, ещё один. Она услышала меня и обернулась, и когда в полутьме своей комнаты я увидел её глаза, так открыто, без страха и сомнения смотрящие на меня, почувствовал, что пропал. Это была последняя здравая мысль, которая покинула меня прежде, чем я коснулся рукой её лица. Делая это осторожно, словно не веря в реальность существования нас здесь и сейчас, я всё ещё боялся спугнуть её. Но она, приоткрыв губы и закрыв глаза, подалась своим телом вперёд и коснулась меня. Словно заряд тока прошёл по позвоночнику, я внезапно сильно сжал её в своих руках, и поцеловал страстно и, кажется, немного больно. И в этой боли заключалась вся моя неуверенность, все предубеждения, что сковывали нас, отдаляя друг от друга. Я пытался избавиться от них, погружаясь в неё всё глубже и глубже.
Я здрал её голову выше, потянув за мягкие светлые волосы, и принялся срывать с её губ всё новые и новые поцелуи, пока не опустился ниже, к нежной тонкой шее, затем ключице, на которой нашёл крохотную ямочку. Я ласкал её и слышал, как тяжело дышит Джессика, хватая ртом воздух, вспыхивая как порох под натиском моей страсти.

http://sh.uploads.ru/t/vlusO.gifhttp://sh.uploads.ru/t/i1ZC2.gifhttp://sg.uploads.ru/t/5x6Ko.gif

Отредактировано Abraham Geek (2015-07-04 15:10:40)

+2

25

[NIC]Jessie Lincoln[/NIC][AVA]http://sh.uploads.ru/dW4tB.gif[/AVA][STA]твои океаны во мне[/STA][SGN][/SGN]

Его нету. Комната пустая, словно голова во время пьянки. Ни одной трезвой щадящей мысли - одни самопроклятья, зачем я только сюда пошла. В сознании сразу же возникает картина, как Кеннет целует Эшли. Его пухлые губы жадно скользят по её бархатной коже, собирая каждый сантиметр желания на её теле. Что же, наверное, судьба всё же наказала меня за такое опрометчивое грешное решение, и, возможно, была права. Я бы где-то даже порадовалась, что уберегла себя, но в груди что-то больно защемило, и я лишь прикрыла глаза из-за подступающего к горлу комка. Вдруг слышу тихие шаги позади себя. Сердце радостно ёкает - я знаю, что это он.
Он был грезой моих океанов, выплескивал из меня весь здравый смысл, но я понимала, что горящее желание внутри уже наполовину сожгло меня, так зачем же теперь отступать. Уже поздно, слишком поздно для разумных решений.
На одних пятках поворачиваюсь лицом к Кеннету, желая растворится в воздухе, которым он дышит. Мои глаза уверенно и бесстрашно утопают в бездонных глазах напротив, а я чувствую, как внизу живота скапливается сладкая тяжесть. Лицо озаряется еле заметной улыбкой и я, прикрыв глаза, поддаюсь желанию и тянусь к дяде за поцелуем. Он опережает меня буквально на долю секунды, и в следующее же мгновение я чувствую, как мои губы безжалостно сгорают под его напором. В голове мутнеет, и я хватаюсь за спину Кеннета, как за спасательный круг, боясь отпустить его, боясь, что сейчас он сделает шаг назад и растворится в полумраке коридора, как запретная несбывшаяся мечта. Но нет, он рядом, он ближе, чем того можно желать. Его губы настойчиво изучают моё лицо, когда насытившись им полностью, опускаются на шею. Мне становится трудно дышать - такая абсолютно иррациональная эйфория, зарождающаяся внутри. Зарываю свои тонкие пальцы в мягкие волосы Кенни, пока он ласкает языком ямочку на ключице. Пытаюсь хоть немного обуздать возрастающее внутри цунами, но с каждым нещадящим поцелуем понимаю, что тону...Где-то на дне своего желания постигаю смелость запустить дрожащие ладони под рубашку мужчине - она не застегнута, по оголенному торсу ещё стекают последние капли воды, а я своими проворными пальцами чувствую, как напрягаются мышцы у моего дяди. Притягиваю его ещё ближе, призывая продолжать изучение моего юного тела. Думаю, что лицо и шея - уже покоренные горизонты. На мгновение в наверное ещё едином незатумененном участке мозга проносится мысль, что нас могут увидеть, поэтому тяну Кеннета за собой в комнату и прикрываю дверь ногой, не отрываясь от запретного плода.
Он целует меня, открывая с каждым мгновением новую грань удовольствия. Я снова прикрываю глаза, предаваясь щемящему внутри волнению. Наверное, таких ощущений не испытывала даже перед первым разом. Дядя был нежным и в то же время настойчивым, сказывался опыт, а я сгорала от юношеского нетерпения. Одним рывком стягиваю с мужчины рубашку и несколько секунд любуюсь его торсом. Должна признать, он выглядел не так уже и плохо для своего возраста, возможно, даже хорошо. Мне однозначно нравилось то, что я видела. Поддаваясь минутному порыву, отстраняюсь от Кеннета и в одно движение стягиваю с себя блузку, тем самым облегчая задачу нам двоим. Конечно, она мало, что прикрывала, но всё же. Даю дяде немного времени осмотреть и его достижение, а потом беру его руку и, немного задумавшись, неуверенно кладу себе на грудь. Соски в тот же час неожиданно набухают от грубых мужских рук, а я, переполненная немым восхищением, невольно стону и впиваюсь в губы лорда Сазерленда, настойчиво проталкивая свой язык внутрь. Да, чёрт подери, я его хотела, как бы не пыталась скрыть это, как бы не была неуверенна в себе. И сейчас всё остальное не имело для меня абсолютно никакого значения. Только я и он, и никаких правил, никакой морали, напоминающей о себе с утра пораньше.
Я провела ладонью по шее мужчины и почувствовала, что он весь горит, как и я, будто на каждом участке его тела разожгли маленькое собственное пламя. Но даже если бы я и захотела его остудить, то все равно не смогла бы, разве что окатила его ледяной водой, но тогда бы в нем разожглось внутреннее пламя злости и ненависти как лично ко мне, так и ко всему женскому роду. Мне этого не нужно было, особенно сейчас, когда между нами разгорелся огонь страсти и желания. Да так разгорелся, что уже буквально опекал своими длиннющими языками и меня, и дядю. Аккуратно запускаю пальцы в немного отросшие волосы Кеннета, и оторвавшись от его уст, снова подставляю свою шею для поцелуев. Мне нравилось ощущать этого мужчину настолько близко - его дыхание, аромат его геля для душа, тепло, исходящее от него. Я тесно прижимаюсь к его стройному телу, цепко держащему меня своих объятиях, чтобы каждой частичкой ощутить, как играют его мышцы. Ногой веду по ноге Кенни и осмелев, как кошка, трусь о его чресла. Происходящее в этой комнате было таким волнующим, что, зайди сейчас кто-нибудь сюда, я бы, наверное, и не заметила, а попытайся кто прервать – ударила бы бутылкой по голове. Но нет, мы были наедине с собой и нашими обжигающими чувствами.

+1

26

Знаешь, чем мы так похожи?
Мы оба способны сойти с ума,
лишь однажды прикоснувшись друг к другу.

[NIC]Кеннет Сазерленд[/NIC][STA]ты отравляешь мне сердце и спасаешь мою душу[/STA][AVA]http://sh.uploads.ru/wnpu0.gif[/AVA]
Наша нежная страсть казалось невинной, безгрешной. Я обращался с ней, как с драгоценным подарком, боясь сделать чуть больнее, стесняясь быть менее внимательным. Но когда она, отдаваясь в волю моим рукам, обнажилась передо мной, когда я смог коснуться руками её тела, всё это перестало быть важным. С каждой новой секундой мои поцелуи становились требовательнее, ласки ненасытнее. Я перестал понимать, что передо мной семнадцатилетняя девчонка, что мне самому уже почти сорок. Моё грубое тело желало завладеть её нежным, женственным естеством и нещадно овладевать им снова и снова без устали, предавшись забвению.

Я толкнул её на кровать, повалив на спину и мгновение лицезрел, как прекрасно смотрятся сверху представшие моим глазам прелести. Её грудь с набухшими розовыми сосками, её впалый живот с дразнящей серёжкой в пупке и изгибы бёдер, между которыми располагалось то, к чему меня тянуло сильнее всего. Подавив внезапный порыв сделать всё как можно быстрее, я попытался совладать с собой. Напрастно. Она извивалась на шёлковой простыне, словно маленькая змейка, стесняясь моего пылкого взгляда и сгорая от нетерпения одновременно.

Склонившись над ней, я поцеловал её, и в тот же миг мои пальцы осторожно сжали её сосок. Она вскрикнула, а я рассмеялся ей в губы. Чуть-чуть боли и сразу много сладкой томящей ласки. Я изводил её, водя языком по груди, пока она жалобно повторяла "Ещё, ещё.." Мои губы ниже, целуют её живот, играют с серёжкой, спускаются дальше, выводя мокрый след на теле. Секунда, и она понимает, куда сейчас прикоснётся мой язык. Сжимается, почти плачет от стеснения, когда я развожу её ноги, затем стискиваю руки и отодвигаю их в сторону, когда она пробует загородиться от меня, и проникаю внутрь, туда, где её приятный женский запах так заводит меня, что я почти зверею. И мысль, что сейчас мои губы ласкают клитор моей племянницы не выбивает меня из колеи, а напротив, так возбуждает, что я почти рычу, а она что-то вскрикивает и вцепляется мне в волосы, дергает за них, затем прижимает к себе сильнее, делая это властно, словно я - её раб для наслаждений.

Я отрываюсь от неё и поднимаюсь выше, чтобы взглянуть в эти помутнённые от пыточной ласки глаза, в которых застыли радость и слёзы. Я улыбаюсь, но улыбка моя дикая, словно у зверя. И не говоря ни слова, я ввожу в неё один палец, медленно и сладко. Она охает, и тело её расслабляется. Я двигаю рукой вверх и вниз, ускоряясь и неотрывно наблюдая за ней. Стараясь сделать процесс ещё более желанным, шепчу ей на ухо:
- Ты знаешь, я не хороший мужчина, - мой голос обманчиво мягкий, изобличающий сталь под ним, - Я ни за что не извинялся. Я не предлагал тебе приятной лжи. И ты всё же пошла за мной. Не делай вид, что не знаешь, чего я хочу, и не вздумай отказать мне. Сейчас ты уже пыталась дать задний ход, - мой палец врывается в неё сильнее и вместе с ним ещё один, она вкрикивает, но умолкает, когда я продолжаю шептать:
- Ты знаешь, что мне нужно, и ты хочешь этого тоже. Ты хочешь этого именно тем способом, каким я собираюсь тебе это дать. Жёстко, быстро, глубоко. И когда я закончу, ты будешь знать, что ты моя. И ты больше никогда не подумаешь о том, чтобы сказать мне слово "нет" снова.

Отредактировано Abraham Geek (2015-07-05 07:03:26)

+1

27

[AVA]http://31.media.tumblr.com/adbfde3a507edb8d111a990aec74997d/tumblr_mhs69djdMs1s1guvfo1_250.gif[/AVA][SGN][/SGN][STA]ты мой вулкан и моё море[/STA]

Казалось, что вокруг нас горят пожары. Их - сотни и тысячи. Их не потушить. Нам слишком жарко в узком одиночестве этой комнаты. Иллюзорная пустота вокруг сгущается и тугим кольцом сдавливает мне глотку, испуская наружу первый необузданный глухой стон.
Кеннет толкает меня на кровать, и уже через мгновение я ощущаю на коже прохладу этих черных шелковых простыней, но она будто опекает меня, раздражает каждую живую клеточку, способную ещё хоть что-то чувствовать. Я ёжусь от неприятного ощущения, а ещё от темного похотливого взгляда дяди. Честно, я ещё ни разу не наблюдала таких глаз перед собой, которые, казалось, видят лишь одно удовольствие, игнорируя абсолютно всю другую реальность. От этого взгляда становится страшно, но ещё больше - горячо. Я буквально чувствую, как разносится по венам огонь, сжигая дотла весь оставшийся рассудок.
Он наклоняется ко мне, прерывая эту зрительную пытку. Вот я уже слышу его запах и тепло, обдающее моё оголенное тело, его дыхание возбуждающе скользит по моей шеи, пока я терплю ещё одну очную ставку. Я не могу пошевелиться, меня будто гипнотизирует эта его власть. Я чувствую неловкость, но в то же время всепоглощающий нарастающий экстаз, готовый в конце излиться бурными волнами незабвенного оргазма. Мужчина наклоняется ещё ниже, он мучительно близко, готовый отдать мне самый нежный в мире поцелуй...Но это предательство - вскрикиваю, когда лорд Сазерленд с силой сжимает мой сосок, но окончательные отголоски боли выливаются уже в глотку дяде. Он оставляет на моих губах последний болезненно сладкий поцелуй и опускается теперь всё ниже, изводя меня своими ласками до предела.
Мне страшно, я хочу отстранить его от себя, когда он аккуратно раздвигает мне ноги, хочу прикрыться, хоть на несколько мгновений обезопасив себя от самой блаженной в жизни ошибки. Я знала, на что шла, но всё равно упорно отказывалась принимать эту смертельную реальность. Я отказывалась, но принимала её невольно в каждом движении своего тела, жадно жаждущего острого продолжения. Даже мои руки, цепко захваченные дядей, и те испытывали тягостное удовольствие.
Вскрикиваю, когда тело, полностью вышедшее из-под моего контроля, отдаёт сладостной болью в каждый уголок тела от невыносимых ласк Кеннета. Он не спрашивает моего разрешения, просто делает, зная, как лучше, зная моё тело более совершенно, чем я. И что самое страшное во всей этой истории - это то, что оно лишь податливо сгорает в его крепких мужских руках. Затуманенными глазами не сразу могу осознать дерзкую улыбку напротив себя. Пытаюсь мучительно улыбнуться в ответ, но только чувствую, как стягивается кожа от засохших дорожек от слёз. Надеюсь, что Сазерленд дал мне немного времени, чтобы прийти в себя, хочу сделать глубокий вдох, чтобы наполнить лёгкие хоть каким-то воздухом, предательски обжигающим горло, чтобы обуздать разбушевавшиеся эмоции, но он словно этого и ждал - когда я буду наиболее уязвима перед его убийственным напором.
Чувствую, как он вводит в меня палец - до боли медленно и сладко. В невыносимой агонии выпускаю из груди оставшийся воздух и наконец-то полностью теряю над собой контроль, разрывая все сковывающее меня до этого цепи. Кеннет проводит свои манипуляции всё более уверенно, а я всё более чётко проглядываю дорогу к нарастающему оргазму. Дрожащими руками вцепляюсь в его спину и притягиваю к себе, чтобы получить горький томительный поцелуй. Но вместо этого дядя наклоняется к моему уху. Его горячее дыхание путается в моих волосах, смешиваясь с бешеным стуком сердца и звуком пульсирующих висков. - Ты знаешь, я не хороший мужчина, - конечно, я поняла это, когда он овладел мною своими пальцами. Но у меня нет даже маленькой капли силы, чтобы хоть как-то ему ответить, не говоря уже о язвительном замечании. А Кеннет тем временем продолжал нашептывать мне на ухо, словно грешный змей-искуситель. Честно, в какой-то момент от его слов захотелось плакать. Я не осознавала, во что вляпалась, да и не могла. Мой мозг вот-вот забьется в конвульсии нахлынувшего оргазма. Глаза темнеют от наростающего удовольствия. Я что-то сумбурно шепчу, перебивая пламенную речь моего родственника. Уверенна, что он сейчас ухмыляется своей самой темной улыбкой, пока моё тело дрожит, словно лист, в его могущественных руках. Пытку из скольких пальцев я терплю? Уже двух? Ох, если бы я могла считать, а мне кажется, что даже думать разучилась. Ещё одно скольжение вверх-вниз, ещё одно...И я разрываюсь на миллионы осколков на последнем сказанным дядей слове. Мое тело мякнет и расплывается бессознательной лужицей по черной шелковой простыни. какой контраст - любоваться бы и любоваться, если бы не эти сладкие пытки.
Не знаю, сколько проходит времени, пока я открываю затуманенные глаза. Мне кажется - вечность. Трясущейся рукой пытаюсь провести по гладко выбритой щеке Сазерленда. Хоть что-то сказать не могу найти в себе смелости, поэтому лучшим решением, которое я нахожу, является поцелуй, и я нетерпеливо притягиваю лорда к себе.
Наверное, я сдалась слишком быстро, наверное, мои вселенные взорвались раньше времени, и я понимала, что нужно это исправлять. Ловко тяну дядю на себя, переворачиваюсь и уже оказываюсь над ним. Измученно улыбаюсь в надежде, что он ещё не успел рассекретить мои тайные замыслы. Медленно сдвигаюсь вниз и, когда оказываюсь между его ног, то ещё несколько мгновений рассуждаю о правильности своего решения. Я никогда раньше не делала этого, но мне так мучительно захотелось доставить дяде удовольствия, что я, разогнав все сомнения, неуверенно беру в руки его член. Несколько раз веду ладонью вверх вниз, изучая реакцию на свои действия, а потом, когда понимаю, что я на правильном пути, опускаю свои пухлые губы на головку и начинаю медленно посасывать, словно леденец. Как оказалось, это не так уже и сложно.

+1

28

[NIC]Кеннет Сазерленд[/NIC][STA]ты отравляешь мне сердце и спасаешь мою душу[/STA][AVA]http://sh.uploads.ru/wnpu0.gif[/AVA]
- Господи! - выдыхаю я. Голова моя обессиленно падает на подушки, хотя желание видеть происходящее немыслимо, и я не без любопытства приподнимаюсь, чтобы лицезреть процесс. Она такая осторожная, пугливая, и вместе с тем ненасытная, ей хочется удовлетворить меня на столько, чтобы я забылся совершенно в её ласках и отныне принадлежал только ей.
Глупенькая. И без этих ухищрения я уже часть неё, а она - меня. Она в моём сердце и моей жизни, во снах, в мечтах и грёзах, она - всё, что есть у меня ценного в этой жизни. Я смотрю на эту упрямую головку, как она медленно, затем всё быстрее опускается и поднимается, и ..
- О-о-о-.. - еле сдерживаю себя. Мну пальцами покрывало, сцепляю зубы. Она хороша, она чудесна в своём женском искусстве, и даже не смотря на то, что опытность её должна смущать меня, я напротив восхищаюсь скоростью её обучения. Поощрительно улыбаюсь, когда она возводит на меня свои очаровательные глазки и часто-часто моргает. Я вижу, как капли слюны собрались в уголках её рта. Мне хочется поцеловать её туда, попробовать вкус её губ, только что побывавших на моём члене.
- Иди ко мне, - зову её. Джессика неуверенно отрывается от упражнений, поднимается ко мне, и я, обхватив её шею, притягиваю её к себе. Целую жадно и горячо, лаская языком губы, бесстыдно мну рукой её грудь, ягодицы, проводя пальцем по впадине между ними. Она начинает изворачиваться, волнуясь, но слишком поздно, моя девочка, слишком поздно.

Рукой управляя своим возбуждённым членом, трусь взад-вперёд о расселину между её ягодиц. Это было таким томительным наслаждением, что я почти терял голову. Но именно сейчас я понимал наиболее ясно, что отношения между нами с самого начала не подразумевали никаких "если", вопрос был в том "где?" и "когда?". И это должно было произойти сейчас, в спальне, которая будет хранить в себе секрет наших отношений до того момента, пока не рухнет каменное основание этого многовекового замка.
- Я буду любить тебя сейчас, медленно и нежно, но когда ты кончишь, я буду трахать тебя так, как надо мне. Так, как я мечтал об этом с того момента, как увидел тебя, - говорю я и отодвигаю её от себя. Она выпрямила спину и заняла именну ту позицию, из которой я хотел бы наблюдать за ней, впервые овладевая. Внимательно и сосредоточенно я вошёл в неё на дюйм, проглотив жадный порыв насадить её немедленно, сдерживая внутри себя взрыв, и принялся осторожно проталкиваться внутрь. Она всхлипнула, за тем ещё и ещё раз. Я вышел, отступив на тот маленький дюйм, что отвоевал у неё, обхватил себя рукой и попытался снова, медленнее, нежнее, и делал это до тех пор, пока она не стала мягкой, податливой, мокрой от слёз и собственной похоти.
Вторгаясь в неё всё сильнее, я безотчётливо понимал, что необходимо будет остановиться, выйти, не позволить себе обесчестить её последним, из возможных, образом.
- Постой, - пытался позвать её я, - не нужно так быстро..
Но она то ли не слышала меня, то ли не желала слышать, и насаживалась так самозабвенно, что всё существо моё сжалось, сходя с ума от этой бешеной скачки. Как же я мог забыть, ведь она потрясающая наездница.
Ещё и ещё раз, глубже и быстрее, она стонет, зовёт меня по имени. Наши взгляды сталкиваются, она пытается улыбнуться мне, но новый толчок внутрь, сильный, резкий заставляет её содрогнуться. Она кричит, впивается в меня ногтями, раздирая кожу, а мне только это и нужно, знать, что она так же безотчётливо отдаётся происходящему, как и я сам. Грубо сминая её бёдра, я удерживаю её на себе, хочу остаться в ней, заполнить её собой, заставить принадлежать мне без остатка.
Но что-то останавливает меня. В последний момент я приподнимаю её, выскальзываю и изливаюсь на живот, рыча от восторга и разочарования. В голове шумит, а всё тело болит, словно после боя. Джессика опускается рядом на кровать, и мы долго лежим в тишине, глядя в глаза друг друга.

* * *

В её спальню я отнёс Джессику уже рано утром. Она заснула не так давно, после нескольких изнуряющих соитий, которые перемежались нашими тихими разговорами и приятными ласками. Я чувствовал себя так, словно вновь родился. Или влюбился. Радость, что невозможно передать словами, билась в такт с моим сердцем, и лишь оно одно не давало мне забыть о пережитой боли. Кровавая червоточина, которая не скоро исчерпает себя. Но ждать и уповать на время мне не хотелось. Я желал всё сделать сам и как можно скорее.
Ополоснулся под холодным душем, выбрал лучшую рубашку и брюки, бежевого цвета, который так нравился моей бывшей жене. Позавтракал с прислугой на кухне, с удовольствием переговариваясь с Оливией и Патриком, нашим садовником, о знаменательности грядущего дня. Они не без интереса замечают, как часто я улыбаюсь и непривычно много ем, словно ужасно долгое время, прозябая в тоске и грусти, голодал и терпел несчастья. Смеюсь и говорю, что, должно быть, так оно и было, что теперь всё станет иначе. Чмокаю кухарку в щёку, благодарю за чудесный завтрак, жму садовнику руку и быстрым шагом выходу во двор, где одалживаю автомобиль Дармута, быстрый и небезопасный, в отличии от семейного экипажа Эрика.
Около трёх часов мчусь по автостраде, ближе к обеду въезжаю в предместья Лондона, где нахожу знакомый дворик и знакомый дом. Стучусь в дверь и жду, сердце стучит, изводясь волнением, но я знаю, всё пройдёт лучше, чем могло бы быть вчера или неделю назад. Сейчас всё иначе.

Отредактировано Abraham Geek (2015-07-05 07:49:41)

+1

29

[AVA]http://sh.uploads.ru/3r1fW.gif[/AVA][SGN][/SGN][STA]снег на голову[/STA][NIC]Lora Solis[/NIC]

Я проснулась ни свет, ни заря. На прикроватном будильнике ровными электронными цифрами выведено "5:09". В моей голове пульсирует лишь единственная мысль, и я не могу её прогнать, чтобы снова окунуться в безмятежные волны глубокого сна. Дыхание тяжелое - грудная клетка то обреченно поднимается, то безвольно падает вниз. Быстро-быстро моргаю, чтобы привыкнуть к тусклому свету начинающегося дня. Сквозь темные плотные занавески уже пробираются первые ленивые лучи утреннего солнца. Я снова распахиваю глаза, смачно зеваю и скидываю ноги с кровати в поисках тапочек, ведь и так сна уже ни в одном глазу. Медленно, по дороге спотыкаясь о разбросанные вещи, бреду на кухню, чтобы заварить себе кофе, а в мозгу всё так же трепещет назойливая мысль в желании привлечь к себе как можно больше внимания. Пытаюсь не замечать её, трясу головой, ожидая, что через уши сейчас вывалится всё ненужное - на какое-то время помогает, и я спокойно включаю чайник.
-Ммм... - бормочу я через пару минут, когда горький, словно последние несколько недель моей жизни, кофе медленно стекает по горлу. До чего же хорошо. Беру горячую чашку, немного обжигая пальцы, от чего совсем по-детски морщу нос, и бреду обратно в спальню. Включаю телевизор и снова забираюсь под одеяло. Здесь уютно, словно никакие проблемы мира не смогут меня достать. Наклоняюсь и оставляю легкий отпечаток поцелуя на ещё сонном лице Джона, потом немного убавляю звук и уставляюсь на мелькающие на экране картинки, хотя вообще не могу связать их в единое целое. В голове каша, слишком много мыслей, из которых нельзя выделить саму главную. И все, чёрт подери, о Кеннете. Как я вообще позволяю себе о нём думать, когда ценой таких огромных усилий только недавно с ним развелась. Нежели это правда, что начинаем ценить, когда теряем? Да нет же, вот у меня есть Джон - он немного моложе, искуснее и веселее. А ещё его тело напоминает мне тело какого-то Аполлона. В таких объятиях не грех и весь день находиться. - Детка, почему не спишь уже? - от неожиданного хриплого, ещё немного сонного голоса своего любовника я вздрагиваю, но вот его рука ложится мне на колено и он призывает меня в свои крепкие объятия. Кладу чашку с почти выпитым кофе на тумбочку и ныряю обратно под одеяло, всем телом прижимаясь к молодому человеку. Он зарывается в мои шелковистые волосы, тяжело вздыхает и только сильнее обхватывает, будто переживает, что я куда-то сбегу, будто чего-то боится. Я ещё немного размышляю о смысле бытья, несколько раз моргаю потяжелевшими, словно свинцовыми веками, и обратно углубляюсь в такой незабвенный сон.
-Сладкая, просыпайся. Я приготовил завтрак. - открываю сначала один глаз, потом второй и вижу перед собой смеющееся лицо Кеннета. С ужасом закрываю глаза, прогоняя от себя мираж, и действительно уже через несколько мгновений передо мной возникает мой молодой бог. Кладу ему ладонь на лицо и притягиваю для поцелуя, чтобы удостовериться в правдивости происходящего. Он заразительно смеется, потом стягивает с меня одеяло, шлепает по заднице и деловито направляется обратно в кухню. Я заливисто хохочу - я счастлива, но лицо бывшего мужа уж никак не вписывается в мою идиллию.
День проходит лениво. Мы валяемся на кровати, потом на шезлонгах на заднем дворе, потом уже на диване. Джон страстно меня целует, но просит потерпеть до вечера, мол он приготовил какой-то сюрприз. А я что? Я словно маленькая девочка извиваюсь вокруг него, чтобы он раскололся. Но нет - парень твёрд, как скала. Неожиданно наш маленький мир разрывается стуком во входную дверь. Странно, ведь мы никого не ждали. Отправляю молодого человека посмотреть, кто там, а сама иду на кухню, чтобы налить нам лимонада. -Эй, Лора, это к тебе. - и то ли мне показалось, то ли голос Джонатана действительно прозвучал тревожно. Взволнованная иду в прихожую, чтобы посмотреть, кто же почтил мою скромную персону визитом и вижу...Кеннета. Он просто светится от непонятного счастья, глаза сверкают задорным блеском, а с лица не сходит идиотская улыбка. Никогда прежде не видела его таким. -Привет... - тихо шепчу я, ещё не веря своим глазам. Потом прошу Джона оставить меня наедине со старым знакомым, выхожу на крыльцо и прикрываю за собой дверь. Несколько минут мы стоим молча. Я первая не выдерживаю видеть перед собой эту счастливую физиономию. -Что ты здесь забыл, Кеннет? Я думала, мы уже всё решили. - смотрю на мужчину испытывающим взглядом. Я ниже него порядка на голову, поэтому устрашающей мне быть сложновато, но вот грозной - пожалуйста! Заправляю выбившуюся прядь шоколадных волос обратно за ухо, пока жду ответа. Если честно, то у меня совсем нету времени стоять и смотреть на этого болвана, потратившего около трёх часов, чтобы просто поторчать на моём крыльце.

+1

30

[NIC]Кеннет Сазерленд[/NIC][AVA]http://sh.uploads.ru/sFzTa.gif[/AVA][STA]ты отравляешь мне сердце и спасаешь мою душу[/STA]
Полуденное солнце входит в дверь следом за мной. Я помню, как красиво выглядит наша кухня в персиковых тонах, освещенная его лучами. Я помню, как блестят изумрудом матовые обои в гостиной, и что только в тени спальной комнаты можно спрятаться от томящей духоты. Я помню всё это потому, что почти пятнадцать лет брака просыпался и засыпал в стенах этого дома рядом со своей женой, открывшей мне дверь, и оказавшейся женщиной другого мужчины.
- Здравствуй, Лора, - говорю я и улыбаюсь, не пытаясь скрыть радость на своём лице. Как удивительно легко теперь смотреть на неё и не чувствовать обиды. Мне просто даётся понимание её красоты, с которой я знаком давно, я не удивляюсь, что мог когда-то любить эту женщину, очаровательная внешность располагала к этому. К таким как Лора тянуло, её природная женственность позволяла мужскому существу чувствовать себя сильнее и увереннее. Это покоряет, обезоруживает, и нет ничего удивительного в том, что моя жена всегда привлекала к себе чужое внимание.
Одним из таких вниманий оказался интерес к ней красавчика Джонатана, встретившего меня у дверей. Он был молод, горяч и обладал таким заразным обаянием, какого я никогда не обнаружу в себе. Мне не был известен его характер, стремления, но одного взгляда на Лору хватало, чтобы понять, что она, наконец, счастлива.- Может быть, пустишь меня за порог? - я вижу, как напрягается она после этих слов и демонатративно захлопывает за собой входную дверь. - Разговор не будет долгим, но личным, так что вести его на крыльце.. - она хмурится, я пожимаю плечами. - Хорошо.

Спускаюсь и присаживаюсь на ступени, вопросительно смотрю на жену, пока она не занимает место рядом. Мне понятен её страх. Должно быть удивительно видеть меня такого спокойного и уравновешенного после нашей последней встречи,  когда я разнёс половину гостиной. Вечером накануне мне стало известно о её романе на стороне, ночью она во всём мне призналась, утром я навсегда вычеркнул её из своей жизни. Наше расставание было быстрым, но не лёгким.

- Как ты поживаешь? - интересуюсь я не из вежливости, а потому что её судьба всё ещё не безразлична мне. - Он заботлив? - киваю на дверь, за которой, вероятно, парень Джон от волнения не находит себе места. Но ему придётся потерпеть, и не в последний раз. С Лорой так всегда. Вокруг неё вечно вьются люди, требующие внимания, которое она им любезно уделяет. Я много раз пытался уговорить себя, скрепя зубами, смириться с этим, но собственная ревность не подвластна мне. И мы ссорились, затем мирились и ссорились вновь, пока не отдалились друг от друга настолько, что перестали замечать грань между идилией и её отсутствием.

- Лора, я приехал сказать: "извини". Я не прошу простить меня и вернуться ко мне. Я вижу, ты счастлива, это прекрасно. И я хочу быть счастлив тоже. Поэтому прошу о последней просьбе. Позже я оставлю тебя, беспокоить не стану, только ответь мне: почему ты ушла? Я не хочу ошибиться вновь, - она замерла, опустила глаза, а я смотрел на неё и ждал. Её слова могли повлиять на моё будущее, в котором я желал не расставаться с той, которую полюбил.

Отредактировано Abraham Geek (2015-07-06 09:11:34)

+1

31

[AVA]http://sh.uploads.ru/3r1fW.gif[/AVA][SGN][/SGN][STA]снег на голову[/STA][NIC]Lora Solis[/NIC]

Кеннет изменился. Он совсем не такой, каким я его помнила с нашей последней встречи. Конечно, меня сразу насторожила его улыбка и блеск а глазах после того, как он чуть не разнёс нашу гостиную в прошлый раз, но всё равно с каждой минутой я открывала в нём новые грани, который так и не смогла познать за все пятнадцать лет брака. Возможно, если бы Сазерленд был таким всё время, то мы до сих пор были бы женаты, но, увы, решения приняты, мосты сожжены и судебное решение по этому делу уже неделю, как вынесено. -Хорошо выглядишь. Улыбаешься... - говорю не слишком уверенно, но пытаюсь уколоть бывшего мужа. Видимо, он не замечает язвительности в моём голосе и приглашает присоединится к нему в посиделках на моём крыльце. Настороженно опускаюсь рядом и поворачиваю голову к мужчине, чтобы ещё немного его изучить. Это действительно ведь Кеннет Сазерленд, а не его брат-близнец, о котором я попросту не знаю? - У меня всё неплохо. Как видишь, обустраиваю жизнь заново. - мой голос предательски дрожит, но звучит уже более дружественно, нежели прежде. -А ты как? Как Джуэл? - какая милая беседа ни о чем. К горлу подбирается комок, но я всеми силами себя сдерживаю. если честно, то иногда мне не хватает Кенни. Наверное, я просто ещё не смогла привыкнуть к мысли, что мы больше не в браке. Да, сейчас у меня другой мужчина, о чём бывший муж вспоминает так не кстати, вырывая меня из пучины воспоминаний. -Он неплох, хоть и немного младше. - я пожимаю плечами и отвожу взгляд в сторону, потому что от чего-то мне неловко. Два года, по сути же, небольшая разница? Между нами на несколько минут зависает молчание. Наверное, каждый думает о своём. Мы смотрим на дорогу и на то, как солнце медленно катит своё золотой диск к горизонту. Друг на друга не смотрим, ведь понимаем, что ничего менять уже не нужно. Хочу спросить, не устроился ли Кеннет в своей личной жизни, но неожиданно чувствую, как горло сжимает спазм и продолжаю молчать. Тяжело признавать, но мне бы не хотелось услышать, что у него появился кто-то другой. Слышу его дыхание, оно немного тяжелое - кажется, мужчина собирается мне что-то сказать, но собирает последние останки силы, чтобы осмелиться.
- Лора, я приехал сказать: "извини". - он говорит тихо, будто ведает мне самую большую тайну в своей жизни. Хочу сказать, что давно уже не обижаюсь, ад и мне по большему счету, не на что, но не решаюсь его прерывать. Он говорит то ли вдохновленно, то ли счастливо, то ли и то и другое. Я всё таки узнаю, что у него есть другая, но лишь спокойно улыбаюсь, ведь не могу ему запретить быть счастливым только из-за своих несостоявшихся амбиций. - Только ответь мне: почему ты ушла? - улыбка медленно тускнеет на моём лице, и я  опускаю глаза вниз. Честно, это последний вопрос, которого я ожидала. И хоть я действительно ушла по собственному решению, какого-то заготовленного ответа у меня не было. Да и и спустя несколько минут тягостного молчания я всё равно не нашлась что толком сказать. - Наверное, ты был слишком зациклен на себе -очень редко говорил, что любишь. И почти нкиогда не улыбался. - вздыхаю, наматывая на палец прядь своих волос. Вот так вот в двух предложениях мне получилось уместить все свои претензии за пятнадцать лет. Поднимаю голову  к бывшему мужу и ещё несколько мгновений смотрю ему в глаза, пока он обдумывает сказанное. Потом резко поднимаюсь. - Ну, спасибо за визит, Кеннет. Но мне уже нужно идти. - как-то совсем неуклюже обнимаю  мужчину, желаю ему хорошей дороги и медленно направляюсь обратно в дом. Уже у самого входа оборачиваюсь и ещё немного смотрю на спину Сазерленда, после чего окликаю его. - Береги её, если любишь. - потом ободряюще улыбаюсь и скрываюсь за дверь своего дома с пониманием, что теперь я наконец-то отделила своё прошлое от настоящего и будущего. - Кто это был, деточка? - вижу взволнованного Джона, которому явно не по себе. Подхожу к нему и обнимаю, пытаясь скрыться в его объятиях от всех невзгод этого мира. - Да так, старый знакомый, с которым мы вряд ли ещё когда-то увидимся.

+1

32

[NIC]Кеннет Сазерленд[/NIC][AVA]http://sh.uploads.ru/sFzTa.gif[/AVA][STA]ты отравляешь мне сердце и спасаешь мою душу[/STA]
Машина двигалась на север. Гораздо медленее, чем некоторое время назад мчалась на юг. Вцепившись в руль обеими руками, я смотрел на дорогу и не видел её. Перед моими глазами мчалось прошлое во всей его ретроспективной красе. Слова Лоры, как ключ от сундука Пандоры, открыли во мне новые страхи и оживили прежние сомнения. Она сказала: "ты был слишком зациклен на себе", я силился вспомнить, когда это началось, и не мог понять. Наедине с собственными мыслями мне всегда казалось, что я не один и целый мир передо мной, и я думаю, размышляю о нём. Мне и в голову не приходило, что такая задумчивость многими воспринимается как синоним саморефлексии и чрезмерного внимания к собственной персоне. Для Кеннета Сазерленда такое поведение - норма жизни. А для других людей, нет? А может быть я не совсем нормальный человек?.. Выходит, что доступные другим радости, для меня - запрет. Или нет?

Я запутался. Был взволнован и немного напуган. Её слова больно ранили меня, я понял это только теперь. Этот хмурый замкнутый человек, который не привык говорить много и, наверное, слишком часто думает о себе - всё это я, Кеннет, её бывший муж, сущность которого Лоре приходилось терпеть все эти долгие годы. Зачем она делала это? Должно быть, невыносимо жить рядом с тем, кто почти не замечает тебя. А может быть всё это - женская блажь? Она просто не могла понять и принять меня. А вдруг никто не может!

Сколько помнил себя, я был таким каждый день своей жизни. Нелюдим и серьёзен, порой слишком, и потому малопривлекателен как собеседник, зато для девушек я всегда оставался парнем-загадкой, тёмной лошадкой, тайну которого им нетерпелось разгадать. Они толпами пытались решить мой жизненный ребус, и ни одной это не удалось. Им просто никак не хотелось понять, моё молчание, угрюмый вид - всё происходит из сердца. Этого не изменить, об этом невозможно рассказать на приёме у психиатра или наедине, тет-а-тет, изливая горе души. Расставшись с этим, я потерял бы себя.

А Джессика? Поняла ли она это, или так же, по неопытности, клюнула на привлекательность образа одинокого несоблазнённого мужчины? Хватило ли ей мудрости осознать, что меня не изменить, не исправить? Ведь я не поломан и не болен. Я просто другой. Не совсем, наверное, человек.

Я оказался дома, когда солнце уже перевалилось за зенит и болталось на востоке, словно подвязанное за нитку. Молчаливый и замчивый, я брёл к дому, когда наткнулся на Джуэла.
- Лорд Кеннет, - я кивнул, чтобы он продолжал. - Ваши братья с семьями и мисс Джессикой отбыли на прогулку. Мисс Эшли в доме, и она ждёт вас, сэр, - он сделал выразительно выгнул брови. Я заподозрил, что мой старый-добрый и жутко проницательный Джуэл о чём-то догадывается, но тактично умалчивает об этом, и по своей осмотрительности не даёт советов. От этого не легче. Я не в настроении вести светские беседы, тем более с эмоциональными обиженными леди. Однако обстоятельства таковы, что проигнорировав данную просьбу, я не решил бы проблемы, и потому  направился в комнату девушки, где смиренно постучал в дверь и ждал ответа.

Она появилась на пороге спустя некоторое время, потратив его на приведение себя в порядок. Её причёска и одежда выглядели тщательно подготовленными. Мельком замечаю открытую бутылку красного вина на столе, когда по приглашению вхожу внутрь. Она полная и, кажется, только и ждёт моего прихода. Рядом цветы в вазе и два фужера изящных форм.
- Предполагается празднование? - не без удивления спрашиваю я. Не оборачиваясь, чувствую, как Эшли подходит ближе, встаёт у меня за спиной, и касается плеч моего пиджака. Поддаюсь ей, в основном потому что знаю, этот неловкий разговор закончится тем скорее, чем меньше будет в нём споров.
- Да, сегодня особенный день, - шепчет она мне на ухо. У неё горячее дыхание, к тому же пьяное, я чувствую в нём терпкий аромат текиллы. И тут же, словно в подтверждение своей нетрезвости, она смело касается меня и скользит руками по спине, обнимает и целует через рубашку, намеренно оставляя на ней кроваво-красные следы помады. - Сегодня вы, лорд Сазерленд, будете моим, - она встаёт передо мной, я вижу как лихорадочно блестят её глаза, как играет шальная улыбка на губах. Ловкими пальцами она начинает расстёгивать ремень моих брюк, но я останавливаю её. Милое выражение тут же сменяется недовольным и злым. - Что, нет? Выходит, ты - недотрога, Кеннет? Удивительно, ведь, кажется, только сегодня ночью ты позволял себе такое с собственной племянницей, что и помыслить страшно, не то что вслух произнести. Особенно её родителям.. Чтобы они сказали, узнав правду? Бедные обманутые Линкольны. И ведь её мамаша - твой единственный блазкий родственник. Разве могла она знать, что её дочь - шлюха, а брат-извращенец с радостью подыгрывает ей? Ну и как она, Кеннет? Не так свежа, как тебе хотелось бы? - Эшли отступила назад и демонстративно соблазняя разлеглась на кровати, покрытой алым шёлком. - От меня ты отказался, не смотря на то, что стал бы моим первым мужчиной. Боишься девственниц? Не хочешь брать на себя ответственности? Умно. Как жаль, что стены в твоём доме такие тонкие, этого ты не учёл..
- Чего ты хочешь?
- прервал я, не в силах выносить её фривольной патетики.
- Одну лишь малость. Тебя, Кеннет Сазерленд. Сейчас и всегда. Я хочу, чтобы ты стал моим мужчиной, жеребцом, партнёром, спонсором. Мы закончим, когда нам надоест и разойдёмся, каждый довольный собой. Но ещё не сейчас. Я слышала, каким внимательным любовником ты можешь быть, и я горю желанием узнать это прямо сейчас, - она потянула за пояс прозрачного пеньюара, и тонкая накидка легко слетела с её плеч, обнажив стройное тело. Нижнее бельё, которая она выбрала, было чёрным и элегантным, на ней оно выглядело потрясающе. Но ни оно, ни красивое молодое тело не возбуждали меня, не разогрели моих пошлых фантазий. Я думал лишь об одном - стоит мне отказаться и о нашей с Джессикой связи станет известно её родителям и, вероятно, ещё многим, всем, кто будет заинтересован в королевской сенсации.

+1

33

[NIC]Jessie Lincoln[/NIC][AVA]http://sh.uploads.ru/CdHD1.gif[/AVA][STA]твой враг не всегда хуже друга[/STA][SGN][/SGN]

Открываю глаза. Передо мной необъятный белый поток. Осматриваюсь по сторонам - я в своей комнате. Совершенно одна. Тяжело вздыхаю и перекатываюсь на живот. Чувствую, как всё тело неистово ноет после сегодняшней ночи. Измученно улыбаюсь и пытаюсь ещё немного подремать, но слышу стук в дверь. - Дааа... - заботливый Джуэл зовёт к завтраку. Ладно, планы отменяются.
-Всем доброе утро - говорю уже привычным бодрым тоном собравшимся за столом родственникам. Кое-кто кивает мне в ответ, кое-кто перекидывается парой незамысловатых фраз, и только Эшли от чего-то прожигает мне дыру на лбу своим взглядом. Сажусь возле Дармута в надежде, что его сильная аура защитит меня, но клянусь, пока завтракала, то мне показалось, что я успела уже тысячи раз сгореть по вине Эшли. -Дорогая, не хочешь с нами на прогулку? - предложение Элеонор сваливается на меня, как спасательный круг тонущему в океане. Я слишком активно киваю головой в знак согласия, потом ещё несколько раз его озвучиваю и благоговейно улыбаюсь, мол я так рада. Ну конечно же рада. Сейчас я готова делать всё, что угодно, лишь бы не находиться с Эшли в одном помещении.

На улице хорошо. День сегодня выдался немного прохладным - как раз для пеших прогулок. Довольный Лорд скачет вокруг меня, путается под ногами остальным, но его никто не прогоняет. Я прямо чувствую, как в воздухе витает атмосфера благоденствия, и ничто не предвещает надвигающейся бури. Или всё же? Поднимаю глаза к небу и вижу, как оно затягивается густыми, тяжелыми, словно свинцовыми, тучами. - Кажется, дождь начинается... - мы начинаем торопливо собираться к замку, когда мир вокруг разрывается первым раскатом грома. Потом ещё одним, что аж Лорд перепугано заскулил и кинулся куда-то вперёд, показывая нам путь. На обратном пути к замку уже почти никто не говорил. Мы пытались бежать, что есть силы, чтобы успеть к началу ливня. О, эти летние ливни - они прекрасны в своём безобразии. Это тяжелое свинцовое небо, кажется слишком низким. Густые облака, несущие в себе электрические заряды безжалостных молний, тянутся от бездны горизонта, ненасытно поглощая бледные лучи потускневшего солнца. Упругие струи дождя хлещут по черепице крыш, стекают конденсатом прозрачных капель по стеклам и барабанят по мутным лужицам на асфальте, вздуваясь пенными пузырями. Порывистый ветер срывает с деревьев побитую, ослабевшую листву, кружа её в последнем танце пред неминуемым падением в буро-зеленую жижу грязи. Воздух насыщенный влажным озоном - холоден и свеж: он несет в себе неповторимый симбиоз ароматов зелёных газонов, ярких цветов из клуб, но отравляется смольными выхлопами автомобилей и приторными запахами духов. Да, всё таки летние ливни прекрасны, если не застают тебя врасплох в лесу.
Мы добегаем до замка, когда первые холодные капли уже стекают по нашим лицам. Чувствуем себя всемирными победителями марафона, но ещё более счастливыми от того, что не намокли. Вижу во дворе автомобиль Кеннета, от чего задумчиво улыбаюсь, предаваясь воспоминаниям этой ночи. Это всё, конечно, хорошо, но надо сначала разобраться с Эшли. Сегодня у меня было много времени подумать, и я решила, что хватит уже этой молчаливой войны. Да, я складываю оружие и иду на примирение, медленно поднимаясь лестницей к её комнате. В голове - тысячи мыслей о том, что я хочу сказать, подруге, но они мгновенно пропадают, когда я открываю дверь её комнаты. -Что за херня здесь творится?! Эшли!!! - воплю, словно мне воткнули ржавый нож в сердце, и сейчас со злорадной ухмылкой крутят его в разные стороны. Желала бы лучше умереть, чем чувствовать это опять. -Немедленно оденься! Что ты себе позволяешь!!! - я кричу, как ненормальная, срывая голос, забыв о том, что сегодня ночью представала перед дядей в таком же виде. Эшли поднимается, не торопясь завязывает халат, но с её лица не сходит эта самая злорадная ухмылка человека, который вонзает в тебя нож в самую неожиданную минуту. -Угомонись, Джесси. Я просто хочу испытать то же, что и ты сегодня ночью, иначе об этом будем знать только мы трое. - и тут во мне всё обрывается. Неужели я действительно думала, что стены замка - хорошее место для хранения нашего секрета и никто ни обо чём не узнает. -Убираемся немедленно, Эшли. Джуэл вызовет тебе такси. - измученно рычу я, не находя в себе силы оправдываться. Девушка сверкает глазами и смиренно уходит из комнаты. - Она ничего не скажет. Я слишком много про неё знаю, но мне тоже нужно уезжать. - я сползаю по стенке и обреченно смотрю на Кеннета. Сейчас его глаза так далеки от меня, а объятия кажутся такими недостижимыми, словно покорение Эвереста. С губ срывается тяжелый вздох и я достаю телефон, чтобы набрать папу.
-Да, всё хорошо, просто плохо себя чувствую. Нет, Кеннет меня не обижал. Да, Эшли уже уехала. Нет, я уже исправилась. Отлично, буду ждать. - разговор с отцом почти что короткий. Ему не требуется миллиона деталей, чтобы понять, что со мной случилось. За это я его и люблю - отсутствие ненужных допросов, которые всё равно не принесут нужной информации. -Мне нужно идти собираться... - шепчу я и аккуратно провожу ладонью по щеке Кеннета. Не даю ему сделать что-то в ответ. Просто выхожу из комнаты, оставляя наедине. На щеках у меня горячие слезы. Вот так и заканчивается первая часть нашей сложной истории.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Грязная кровь