Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Ей нравилось чужое внимание. Восхищенные взгляды мужчин, отмечающих красивую, женственную фигуру или смотрящих ей прямо в глаза; завистливые - женщин, оценивающие - фотографов и агентов, которые...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Будущие, бывшие, будущие бывшие.


Будущие, бывшие, будущие бывшие.

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Участники: Amelia O'Dwyer, Deirdre Burns
Место: детская площадка блочных домов Города
Время: конец апреля 1999
Время суток: сумерки
Погодные условия: периодически появляющийся мелкий-мелкий моросящий дождик, ветер
О флештайме: банда решила собраться на свежем воздухе. Ну, как на свежем. На воздухе. Попить пивка, погоготать вдоволь, сломать пару качель и раскрутить Дей на карусели до тошноты, как в прошлый раз. Вот только парни какого-то черта опаздывали, а вовремя умудрились прийти лишь Амелия и Дейдре...

https://31.media.tumblr.com/0445a543a84e8142240bed4b068883e1/tumblr_mlu0ikm6x61rok1n7o1_500.gif

Отредактировано Deirdre Burns (2015-06-28 16:13:10)

+2

2

Внизу работает телевизор. Как всегда, отец слушает новости. Свои скучные новости. Будто там скажут что-то новое. Лея прислушивается к шагам родителей, к их тихим разговорам. Она сидит на подоконнике, болтает ногами и выжидает, когда же можно будет свалить. Сейчас они предсказуемо сядут пить чай, потом мама поднимется в комнату, спросит про уроки, как будто Лее все ещё тринадцать. Потом она поцелует приемную дочь в щеку, пожелает ей спокойной ночи и больше не зайдет. Ровно через десять минут придет отец. Он повторит слова жены, попросит Лею вести себя хорошо и тоже уйдет. Все так предсказуемо и знакомо Лее до малейших деталей.  Но это лучше, чем приют, где взрослым нет до тебя никакого дела. Мистер и миссис О’Двайер были хорошими людьми и дочь любили. Правда, Амелия не понимала и вряд ли когда-нибудь поймет, за что именно они её любят. Примет, как данное. Ирландцы. У них ведь у всех мозги набекрень. Никогда не поймешь, что конкретно ими движет, не стоит и зря голову ломать.
Амелия не ошиблась. Родители, как заведенные роботы, выполнили свои действия и ушли. Менялась речь, менялись разговоры, но время, четко отведенное на общение с ребёнком, оставалось неизменным. Они старались не ограничивать Амелию, пытались сделать её жизнь прекрасной. Правда, раз за разом устраивая феерический скандал, если кто-нибудь в слух произнесет имя Джека. Ни он, ни компания родителям не нравились. Они не считали их образцом порядочности. И их можно было понять. Только Лея себя не утруждала этим самым пониманием. Если проще соврать или отмолчаться, значит, так она и будет делать. В принципе, так и делала, мягко обходя острые углы и обруливая опасные темы. И сегодня она тоже предпочла соврать. А они поверили, потому что всегда верили. Где-то на задворках сознания, Амелию грызла совесть за вранье, но совесть умело заглушали радостные и счастливые мысли о том, что она будет рядом с людьми, которые её понимают. С людьми, которым все равно, какая она. Она их, а это самое главное. А ещё так будет Джек. В принципе, он и является причиной, почему она сбегает из дома. Все это знают, но делают вид, что не замечают. И именно это раздражает больше всего. Но кого волнует, что там раздражает маленькую Амелию, что в их глазах, все равно, что младшая надоедливая сестра, вечно снующая рядом? Собственно, никого. А ей приходится мириться с положением ребёнка в свои неполные шестнадцать лет. Се ля ви.
Амелия натягивает на себя куртку, завязывает болтающиеся на кедах шнурки и тихо выходит из комнаты. Она знает этот дом: знает каждую ступеньку, что скрипит, и каждую дверь, что закрывается с громким хлопком. Она знает его и умеет уходить так, чтобы никто не услышал. Перепрыгивает через ступеньки, просачивается через чуть приоткрытую дверь, а входную просто игнорирует, предпочитая вылазить в окно. Она оказывается на улице, шагает по протоптанной тропинке, обходя пса за два метра, чтобы избежать лишнего шума. Игнорирует калитку точно так же, как минуту назад игнорировала входную дверь. К черту калитку, когда можно перепрыгнуть через невысокий забор. И вот впереди остается только дорога. Где-то рядом в траве валяется велосипед. Он никому не нужен, это слишком благополучный район, чтобы здесь воровали. Да и на улице ещё светло, а на ночь средство передвижения окажется в гараже. В безопасности.
Дорога. Амелия едет, наслаждаясь ветром и накрапывающим дождиком. Она никуда не торопиться, правда, изредка поглядывает на часы, что обхватывают правое запястье. На всякий случай. Постепенно, миля за милей, Лея удаляется от дома, удаляется от одного из самых благополучных районов Бостона. Постепенно, квартал за кварталом, она приближается к криминальному району, от одной мысли о котором у родителей волосы дыбом встают, а у неё появляется улыбка.
Амелия пришла первая. Никого ещё не было на этой старой, разбитой площадке. Она бросила велосипед, тут же забывая о нем. В хорошую погоду она ходит пешком, а в плохую катается на велосипеде, искренне веря в то, что так мокнет меньше. Лея натянула на голову капюшон от куртки и уселась на любимые качели. Их, кстати, постоянно ломают. И постоянно чинят, ведь иначе Лея будет ныть весь вечер и смотреть на выбранную жертву своими пронзительно синими глазами. Никто не хочет быть жертвой. Проще починить.
Качели скрипят. Лея тормозит ногой, а потом снова отталкивается. Ей скучно, она поглядывает по сторонам, ожидая, когда придут остальные. Иногда девочка поеживается от холода, поправляет сползающий капюшон и снова начинает лениво качаться, пока на площадке не появляется Дейдре. Лея скривила личико. О боже, за что? За какие грехи? Именно Дейдре. Твою ж мать. Наименее любимый член компании. Нет, как человек, она неплохой. Но вот…. К Дейдре Джек относится как к девушке, а вот с Леей совсем другая история. Она для него ребёнок, все тот же десятилетний ребёнок, который, видимо, теперь уже никогда не вырастет. Хочется плакать иногда. Ну и Дейдре придушить. Убрать конкуренцию, так сказать. Хотя. Появятся другие, следующие раздражающие девушки. Пусть живет.
- Привет, - Лея убирает упавшую челку за ухо, отталкивается от земли, - нас целых двое. Остальные, видимо, заблудились, - хмыкает и поднимает голову на девушку. Черт побери, ну за что? Тотальное невезение.

+2

3

- Исчезни, шавка. - бросила Дей какой-то маленькой псине, решившей облаять Дейдре, которая была и так не в лучшем настроении. На улице лил гребаный дождь, намочил к херам весь капюшон толстовки, да и вообще теперь кофта противно мокро липла к телу: на рукавах, на спине, на шкирке - синтетика раздражала кожу и Дей выглядела со стороны словно лишайная, вечно почесываясь то там, то тут. Еще и мамка какого-то черта не ушла на вызов сегодня вечером и все мозги проелозила тем, что "Джек тебе не пара".
"Да, маменька, я уже в курсе!" - хотелось ответить дерзко, чтобы только отвадить идиотские советы матери по обустройству личной жизни. Не хотелось бы прослыть неблагодарной дочуркой, но от шлюхи жизни учиться не очень-то и хотелось. Не пара - и ладно, они уже это выяснили, они уже это признали и даже теперь все снова было как будто как раньше. Раньше-раньше-раньше, когда еще ее собственный брат был жив и когда будто бы в ней было живого немного больше, чем сейчас. Да, их банда сильно изменилась. Костяк, конечно, остался прежним, но появился брат О'Рейли из приюта,который вроде как вскоре должен был жениться, и исчез мелкий - брат Дей, который занимал в компании место младшенького братца для всех. Зато теперь появилась малышка Лея, которая Дейдре не нравилась. Не то, чтобы Дей чувствовала к девчонке антипатию или что-то вроде этого, просто она не_нравилась Бёрнс. И не из-за того, что таскалась везде за Джеком и изо всех сил старалась ему понравиться, привлекала к себе его внимание и... Да вовсе не из-за Джека! Дейдре было как-то не по себе от того, что место, которое раньше занимал ее братец, теперь принадлежит какой-то левой девчонке, в которой Дей ни за что в жизни не признает одну из Своих. Раньше именно о братишке пеклись парни, его не брали на задания, потому что было слишком опасно, за ним Джек присматривал, потому что чувствовал за него ответственность... А теперь все это происходит с девчонкой. Дейдре ее даже по имени редко называла, чаще заменяя его на "эта девчонка" или, более уважительно, "девчонка".
Дей сняла с головы капюшон и пересобрала волосы в хвосте. Проверила наличие петухов, проведя рукой по волосам - на месте, родимые. Без зеркала еще лучше получаются. Она довольно улыбнулась и ускорила шаг, надеясь скрыться на месте их сегодняшней встречи - детской площадке - под деревцем или под навесом для родителей ебанутых детей, которые и в дождь любят гулять.
И спустя минут пять пожалела о своем рвении.
"Эта девчонка..." - раздраженно подумала Дейдре, чуть было не развернувшись с площадки навернуть пару кругов вокруг квартала, пока не придут остальные, но девчонка ее заметила.
- Бля... - пробурчала, накидывая капюшон и широкими шагами, переступая через грязь, прошла на площадку. Мелочь каталась на качеле, чем Дей дико бесила: мельтешит туда-сюда, и как ее еще саму не укачало-то?! Девушка подошла поближе, уселась на краешек какой-то карусели, в паре метров от мелкой, и выдала на лице что-то вроде улыбки, больше похожую на брезгливость, - Дарова... - расстегнула толстовку, - Это ты верно подметила, молодец. - "Глупая девчонка" - А я думала ты за О'Рейли всегда хвостом ходишь... - невозмутимо проговорила Дейдре, еле скрывая улыбку ликования от подъеба, - Как же он без тебя дойдет? - изобразила испуг и все-таки рассмеялась.
"Бля, хватит кататься, она же скрипит, как кровать моей мамашки!" - Дей поморщилась, чуть было не зактнув пальцами  уши или не стащив девчонку с качели самостоятельно, но решила поиздеваться над мелкой по-другому.
- Че, нравится тебе Джеки наш? - "Давай, девчушка, я поговорю с тобой как старший товарищ... Дам пару дельных советов, как охомутать нашего предводителя индейцев.
Но ей очень хотелось сказать этой девчонке...
"Исчезни, шавка."

Внешность

Толстовка с капюшоном и...
https://pp.vk.me/c412924/v412924700/315c/hZAr91_XBm8.jpg

Отредактировано Deirdre Burns (2015-06-28 19:18:24)

+2

4

Все меняется. Ничего в мире не остается прежним. Даже горы и те рушатся. Когда-то эта детская площадка была совсем новенькой, сверкала на солнце яркими красками и манила к себе детей всех возрастов. Сюда нерадивые молодые мамаши таскали своих хныкающих малышей, пытаясь заткнуть их качелей или песочницей. Сюда стекались школьники после занятий, стремясь убежать от домашней работы и развлечься. Сюда шли подростки и прелестные создания, дабы поиграть в замусоленные карты и пустить по кругу единственную бутылку пива. Когда-то у этой площадки были лучшие времена. Сейчас же она переживает упадок: краска облупилась и потерлась, “суставы” начали скрипеть, а покрытая гравием дорожка давно превратилась в адское грязное месиво, после которого нестерпимо хочется помыться. Но почему-то именно эту площадку, что олицетворяла годы разрухи, компания облюбовала. Амелии нравилась эта площадка, наверное, только лишь потому, что она все ещё была ребёнком, обожающим качели, пусть даже пронзительно скрипящие. Здесь они были, как в отдельном мирке, который окружают потрепанные кусты и блочные дома. Своя компания, свой отдельный уголок.
Дождь. Чертов дождь. Из-за него площадка ещё больше утопает в грязи, остатки гравия уже плавают в лужах. Лея снова и снова поправляет сползающий с головы капюшон, заодно стряхивая с него мерзкие капли. С приходом Дей девочка начинается раскачиваться сильнее, а почему бы и нет? Её вот лично это душещипательное скрипение совершенно не раздражает. Она иногда бороздит носком грязь, пачкая старые кеды. Она смотрит на Дейдре и ещё и ухмыляется.
А та разговаривает с ней, как с пятилетней. Боже, с ней даже родители и те научились разговаривать, не прибегая к словам, вроде «молодец», что в не совсем удачное время могли довести Амелию до белого каления.
- Разумеется, мне ж больше-то заняться нечем, да и живу я тут недалеко, - Лея просто не могла не вставить свои пять копеек. Ну и таскается она за ним, и что? Детская дурацкая привычка, не более. Хотя она и сама в это не верит, но какая, нахрен, разница?
- Ногами дойдет, у него их две, представляешь? – Губы девушки растягиваются в улыбке. «Подъеб засчитан». Боже, как её бесит Дей! Ни в сказке сказать, ни пером описать. Ныне О’Двайер всегда с трудом держала себя в руках, чтобы не высказать все, что думает. Это ведь явно будет не самая лучшая идея. Да и портить хлипкие отношения тоже совершенно ни к чему. Они ведь могут существовать мирно? Могут? Хотя у них ведь у обеих мозги набекрень…
Дейдре решила с ней поговорить. Ну, твою налево. Амелия картинно закатила глаза, параллельно убирая челку с лица. Она всю жизнь мечтала о том, как Бёрнс будет с ней «беседовать», прямо спала и видела. Что она там, кстати, спросила? Ах, да.
- А тебе че, нет? – вопросом на вопрос ответила Лея. Приехали сани. И почему у всех маниакальное желание сводить разговор к гребанному О’Рейли, как будто это у них на нем свет клином сошелся? Да, он ей нравится, разве не понятно?  У неё на лице написано все крупными буквами и даже по-английски. Тут только слепой её влюбленности не заметил. Слепой, ну и сам Джек, упорно относящийся к ней, как к малолетнему ребёнку. Иногда у Амелии закрадывалось смутное сомнение, что Джек, и правда, слепой. Иногда ей хотелось подойти и просто от души врезать ему по его ирландской тыкве, что тупит совершенно в неожиданных местах. Его бы, несомненно, удивил такой поворот, а значит, в ответ Лея бы не схлопотала. Может быть, все-таки как-нибудь попробовать? Вдруг поможет.
- И если нравится, то что, нельзя? – как он вообще может не нравиться Амелии, что провела рядом с ним свои самые «замечательные» годы? Дейдре хоть башкой бы своей думала иногда, когда вопросы задает. Девушка запустила обе руки в карманы куртки. Что-то как-то совсем холодно стало. Это, наверное, все Дей виновата, сидит тут, дышит. Да, Лею раздражало в ней даже то, что она вообще дышит. Она банально просто её раздражала. И бесила. Дейдре. Блять. Бёрнс. Чем думала её мать, когда так её называла? Лея преувеличенно долго не могла запомнить её имя. Якобы не могла. На самом деле, все она могла, да и запомнила с первого раза. Но Джек не оставил ей другого выбора. Ну, а зачем он влюбляется совершенно не в тех? Лея искренне не понимала, что он в ней нашел, как и в тех девицах, что гроздьями на нем висли, виснут и будут виснуть. Ах, да, они просто его ровесницы, почти ровесницы, да ещё и счастливые обладательницы смазливеньких мордашек и мозгов. Мозги, правда, были не у всех. Но у Дей были. Ладно, плюсик ей к карме. Но все-равно, блять, бесит!
- С чего это вдруг тебя данная тема заинтересовала, м? – волноваться Дей не о чем. Джек все глаза сломал. Но явно не об Амелию. Пусть пристанет к кому-нибудь другому, кого Джеки не именует «младшей сестренкой». Лея повертела головой. А нет, не к кому приставать, они на площадке одни. «Где эти чертовы парни? И лучше бы я шла пешком, промокла, зато бы избежала разговора по душам». Амелия в очередной раз оттолкнулась от земли, раскачивая качели. На её лице засияла улыбка, как только она заметила нотки раздражения на лице Дейдре. И почему Лее так нравится бесить Бёрнс? Потому что, наверное.

+2

5

Девчонка попыталась ответить на подкол. Попыталась, но не очень-то ей и удалось. Дей лишь усмехнулась и сняла капюшон: все-таки ощущение тяжелой мокрой ткани на голове было еще хуже, чем возможность промокнуть до нитки. Она обязательно выскажет парням все, что думает об их опоздании, а пока остается только надеяться, что мальчишки придут пораньше.
- Получше тебя представляю, сколько у него и чего. - да, немного по-детски, но Дейдре съехидничала в ответ, чуть было не показав девчонке язык вдогонку. И в следующий миг уже мысленно ругала себя: на кой черт так срываться, переговариваться, устраивать перепалки... Еще и когда дело касается О'Рейли. Пускай забирает, Дей только рада будет, вот ей-богу. Правда выдержит ли девичье сердце такого возлюбленного - вот это вопрос. Эта девчонка вроде знакома с ним с самого приюта - и до сих пор не поняла, что этот вот сильный и агрессивный образ Джека совсем не подходит для первых отношений? Может Дей была дурой, но на мгновение как будто захотела как-то помочь девчонке понять это. Поэтому потом прослушала все ее вопросы, ответы, нотки истерики в голосе и скрипы качелей (маленькая сучка заметила, что Бёрнс бесится от этого звука и начала раскачиваться еще сильнее) и заговорила дальше, спокойно и размеренно, чтобы девчонка могла понять, что ей интересно вовсе не по каким-то личным причинам.
- Я отвечу на все твои вопросы, только перестань качаться, а то я совершенно случайно разнесу эту ебаную качелю пока ты будешь где-нибудь наверху, - это была не угроза, просто констатация факта. Дейдре потерла запястье в том месте, где была татуировка с именем брата - ее это как-то успокаивало и в такие моменты она обращалась к нему на небеса, мол, видишь, братец? Я пытаюсь прийти в себя и не быть сорви головой. Я стараюсь больше не быть слабой и уметь давать отпор самой. Я больше не сближаюсь с людьми, чтобы они не страдали вместо меня... - Короче. - она встала со своего места и подошла ближе к качелям, чтобы девчонка осознала большую вероятность претворения угрозы в действие в случае продолжения этого ебучего скрипа, - Кто мне нравится - это не твое дело. Но, бля, если выбирать из Джеков, то даже Джеки Чан лучше, чем О'Рейли. Тот такой прикольный, мне нравится, смотрела с ним недавно вышедший фильмец?.. - засунула руки в задние карманы джинсов и поглядела на девчонку немного свысока, - Не отвечай, святого Чана я с тобой обсуждать не собираюсь. Далее... Че там было... А, точно. Можно. Мне вообще-то похер и это ответ и на третий твой вопрос. Просто... - Дей даже почесала затылок, будто рассуждая, - Ты можешь плеваться от ярости, когда видишь нас с ним рядом, можешь кусать локти от одного моего вида, можешь захлебываться ядом, смотря дома Мулан и переживая, что блять в воде отражение не той, кто ты на самом деле и никто не принимает твоих чувств... - патетически возвела руки к дождливому небу, - Че-т переиграла. Короче, между мной и О'Рейли все кончено. Ты натерпелась, ненавидишь меня, я тоже тебя не очень люблю, но мы же делаем типа общее дело, так? - Дей добродушно развела руки в стороны, делая вид, будто примирение совсем близко, - Точно! - щелкнула пальцами через несколько секунд, будто действительно придумала это только что, - Я помогу тебе! В твоих мутках с О'Рейли. Во имя мира или что-то вроде того.

+2

6

- Ой, бля…- только и успела выдать Амелия прежде, чем на неё обрушился поток речи. Во избежание кровопролития ирландка остановила качели. Она поверила словам Дей, собственно, сомневаться в них никогда не приходилось. От нечего делать Лея принялась слушать эмоциональную речь Бёрнс. Доля правды в ней все же была. На самом деле, всё Дей говорила правильно. Но только можно ли что-то втемяшить в упрямую голову О’Двайер? Послушать-то она послушает, даже покивает в нужных местах, но все равно сделает по-своему. Вредная и своенравная Лея гнет свою линию до последнего, пока все к чертовой матери не рухнет ей же на голову или окончится победой. Чаще, конечно, все летит к чертям, наваливая целый снежный ком проблем, но ирландке не в науку. Ей просто нравится танцевать на граблях, получая в раз за разом то в лоб, то по лбу.
Амелия прекрасно знала, что Джек так же далек от идеала, как и её настоящие родители от святых. Но с собой ничего поделать не могла. Если бы можно было каким-то образом избавиться от этой неправильной любви, она бы избавилась, вот честное слово. Ей бы самой легче стало. Однако способа избавления от непрошеных чувств ещё никто не придумал, а посему, придется смириться. Как и смириться с паршивым характером О’Рейли.
- Да, знаю я, - втиснула блондинка между словами. «Ну, капец. Приплыли. Теперь мы будем обсуждать… а не, не будем». Все остальное время Лея открывала рот и закрывала его снова, потому что минуты были потеряны, прервать монолог Дей не получалось. Пусть говорит, может быть, её слова даже останутся где-то в подкорке. Или улетучатся, как все остальные мудрые слова, которыми когда-либо пичкали Амелию. В любом случае, пусть попробует. Ну, она и пробует.
- Есть немного, ага, - прокомментировала Лея очень уж театральный жест Дей. Она действительно слегка переиграла, но суть до блондинки все же дошла. Случилось чудо! О’Двайер кого-то услышала, поняла и приняла к сведению. Теперь Дейдре может водрузить на голову корону и не снимать её до скончания дней: она сделала невероятное.
- Так, стой-стой-стой. Приткнись хоть на минуту, ты меня слегка сломала. И прекрати, блять, махать руками, - Амелия стянула с головы капюшон и пару раз встряхнула головой, искренне веря в то, что так мысли укладываются ровнее. Потом она встала с качели. Мельтешение перед глазами жутко достало, оно ещё  больше взрывало мозг. Лея бы с удовольствием поставила Дей ровно, как оловянного солдатика. А то раздражала своей активностью. Ровно-то постоять нельзя? Отпинывая мелкие камешки, Амелия прошагала к карусели, а потом обратно. Вроде бы, сошедший с ума от изнывающего «кап-кап» и «бла-бла-бла» мозг реанимировался. Ирландка даже что-то соображать начала.
- Во-первых, фильмец я видела. Чан реально святой, ну это так, к слову. Во-вторых, ядом я не захлебываюсь, я его обычно на других выливаю, отравиться однажды боюсь, ага. Потом…а, да, я тебя не ненавижу. Так, бесишь немного, да и, собственно говоря, все, - Лея не просто улыбалась, она сверкала, как елка новогодняя. И, в общем-то, бесила одним своим довольным видом, наверное. О’Двайер, правда, не ненавидела Бёрнс. Были в мире люди и хуже. Намного хуже. И Дей на фоне их вообще феечкой выглядела. Феечкой с крылышками и волшебной палочкой. Хоть этот образ с ней совсем и не вяжется. Но да к черту образ. Дей была той единственной и неповторимой девушкой, с которой Лея вообще могла разговаривать, не употребляя весь свой глоссарий сарказма и нецензурных выражений.
- И ещё. Нахер мне твоя помощь не стучала. Свою добродетель можешь приберечь для кого-нибудь другого. Я же со своими делами и проблемами сама разберусь. Типа дофига самостоятельная, - и на этой эпичной ноте блондинка поскользнулась, но на ногах устояла, высказав при этом все слова, что думала о площадке, тех идиотах, что посыпали её херовым гравием и долбанном дожде, который уже давно набил оскомину всем и вся.
- Заткни уши, я хочу покачаться, - с невозмутимым и независимым видом Лея села обратно на качели, - меня скрип не бесит.

+2

7

Дей закатила глаза: с ее стороны было наивно полагать, что девчонка завиляет хвостиком и свесит язычок набок в ожидании мастер класса Дейдре Бёрнс "Как добиться внимания Джейка О'Рейли". Ну, такой урок ей вряд ли бы удался - в свое время она никак не добивалась внимания ирландца, оно как-то получилось само. Ну, вернее, он ей нравился, она была в его влюблена, но странная штука под названием "ну мы теперь мутим типа" пришла внезапно и именно тогда, когда Дей почти примирилась с безответностью своих чувств и приняла решение больше не проявлять их, чтобы не портить отношения с другом. Когда бы Бёрнс мысленно не возвращалась к тому времени, не проигрывала в голове тот эпизод их жизни, никак не могла поймать момент "во, вот именно сейчас все  началось", лишь прокручивала и прокручивала ту ночь на крыше, а затем в памяти всплывали ссоры, жесткий секс, драки, обиды, примирения, совместные курения травы и попойки, во время которых Дейдре почти чувствовала, что Джек тоже ее любит.
"Куда меня занесло?" - Дей покачала головой, приходя в себя. Девчонка встала с качели и теперь говорила что-то про любимого китайского актера Дейдре, - Я вроде сказала, что не хочу обсуждать его с тобой" - раздраженно подумала она и скривила гримасу пренебрежения, отвернувшись и выглядывая где-нибудь вдали парней, но ее отвлекла фраза девчонки, о том, что та, мол, не ненавидит Бёрнс.
- Хах! - усмехнулась Дей вслух, а затем прикрыла рот рукой, - Ты меня извини, конечно, может я тебя пиздец как недооцениваю, но будь я на твоем месте и видь я девушку, в которую когда-то был влюблен, - маленькое лукавство, - Ее предмет обожания... Да я б волосы хотела выдрать этой бабе и поплясать на ее костях. - она даже мысленно вообразила, как танцевала бы. Это были бы ирландские танцы, дааа... С прыжками, дробушкой и отбивкой носочком ритма прямо о черепушку соперницы, - Может быть, ты и правда слишком миленькая, хрен тя знает, конечно... - развела руками не очень амплитудно, чтоб не провоцировать истерики у девчонки.
- Да ладно тебе... - "Как там тебя..." - ...О'Двайер. - даже обидно немного стало, что приходится уговаривать ее послушать Дей... Стоп. Кому это надо вообще? Разве Дейдре? Ей-то это нахрена? Не хочет слушать - и не надо, пускай мучается сама или придумывает что-то сама. Коли так нравится переживать... Какой была эта Лея? Что происходило с ней в приюте? Джек не особо делился воспоминаниями о том периоде своей жизни, было понятно только, что это "школа, блять, жизни" (с), после которой не страшно почти ничто. Как эта девчонка сблизилась с ним? Что они там делали? Как на самом деле он к ней относится? Чего она от него хочет и как представляет их дальнейшие отношения? Наверное, она была милой и забитой. Наверное, над ней издевались или не замечали ее. Наверное, он защитил ее от кого-то и стал для нее героем. Наверное, она для  него что-то вроде домашнего зверька, как собачка, которая вроде и заебала, и усыплять как-то жалко. Наверное, сама не знает, чего хочет, и сама не представляет...
Да че за хуйня?! - Дей уже бесилась от себя и той ерунды, которая мельтешила в ее башке. Она не хотела признавать, что эта девчонка чем-то напоминает ей ее саму пару-тройку лет назад. Как раз до того момента, когда Джека забрали в приют. Только девчонка была как-то посмелее, что ли. Хочет - таскается за парнем хвостом, хочет - тусит с его друзьями, которые ее ваще-то к себе не звали, хочет - сбегает из дома, чтобы встретиться с, прости Господи, возлюбленным на старой детской площадке за бутылочкой пива. Может если Дейдре раньше показала бы свои чувства, то и у них с Джеком сложилось бы все по-другому? Ну, она бы поддерживала его пока он был в приюте, ждала бы его возвращения...
- Да че за хуйня?! - на этот раз вслух и резко долбанула по ближайшему дереву кулаком так, что кажется даже что-то сломала. - Блять!.. Да качайся, делай че хочешь, ниче не слышу! - потирала свою руку, на которой начал проступать синяк, - Все из-за твоей качели! - на глазах выступили слезы, волосы растрепались, дождь закапал еще противнее, руку сломала - полный блять набор для отличного вечера.
- Пацанов убью нахер, когда придут. - проговорила она сквозь зубы, злобно глядя по сторонам и все так же потирая запястье. Болело дико, но тащиться куда-то не хотелось. Было решено, что так пройдет. Но че-т не проходило.

+1

8

- Я же миролюбивая, ты че. Я всего лишь хочу пожать тебе горло пару раз и все. А танцы на костях сплошное фу, - Лея картинно скривила личико. Весь этот разговор даже начал её забавлять. Это уже больше походило на нормальное общение. Ну, как сказать, нормальное. Обычное для этих двоих, - Я ж золотце, ну.
Амелия никогда не считала себя хорошей или замечательной, это была всего лишь легенда. Легенда ребёнка, которого то любили, то не любили, а потом снова любили. Уже к восьми годам Лея нещадно запуталась в том, достойна она любви или нет. И в тот момент, когда вроде бы все началось налаживаться в их семье, когда отец и мать перестали скандалить, бить об пол посуду и проклинать тот самый день, в который они прилетели в Америку, на пороге дома объявился социальный работник в компании с полицией. Женщина с кучерявыми волосами что-то говорила, обещала хорошую жизнь в «лучшем в мире» приюте, пока будут разыскиваться несуществующие в природе родственники. Лея ей верила, поскольку смутно представляла, что такое приют и с чем его едят. Она поверила в эту сказку, в эту сладкую ложь, что развалилась на куски в первый же вечер. Приют оказался вовсе не детской мечтой, а местом, откуда хотелось поскорее выбраться. Вечные синяки, которые никто не замечает, вправленные неумелыми детскими руками поломанные носы и треснувшие рёбра, не дающие спать ночами. Какой-то такой оказалась та самая «сказка». Лея до конца жизни будет вспоминать первую неделю. Она же будет ей сниться в ночных кошмарах. Первая неделя кошмара сменилась месяцем, а месяц следующим месяцем. Потом Лея привыкла, научилась давать отпор и перестала замечать боль, которую ей дарили пересчитанные подростками кости.  А через два года в приюте появился Джек. И из-за него, из-за этого больного на голову ирландца, Амелия ввязалась в чужую драку, отхватила по первое число и нарушила хлипкое равновесие, что выстраивала проклятых два года. Ну и все, дальше все полетело к чертям. И продолжает лететь со скоростью света. Лея не понимает, какого кошмара она влюбилась в О’Рейли, будто рядом больше никого никогда не было. Возможно, он стал первым, с кем она не дралась. А вообще, именно он во всем виноват, да. Сам позволял ей таскаться за ним, смотреть влюбленными глазами и находить в нем что-то хорошее. Получила бы пару раз, сейчас бы сидела дома, читала книжку и радовалась жизни. Но нет, нам сложности подавай!
Все тот же чудесный душещипательный скрип качели. Она, бедная, уже давно на ладан дышит, вот-вот сломается. У неё уже отвалилась спинка, гвозди и винтики заменили на, мать её, прочную проволоку, которую так и тянет открутить. Одним словом, качели приходили в негодность. Но Лею это не останавливало. Она упорно качалась на ней, рискуя однажды свалиться и сломать себе что-нибудь очень нужное. Череп там или позвоночник. Да, в конце концов, не менее нужные руки-ноги.
- Че у тебя там случилось? – спросила Лея, отвлекаясь от своего занятия. Она даже на минуту затормозила, чтобы пронзительный скрип заглох, - Причем тут ваще мои качели? Тьфу, просто качели, а не мои, - а вот теперь девушка замерла. Что там случилось? Вряд ли бы Дей так ругалась, если бы всего лишь ноготь сломала. У них так не заведено. Они над ногтями не трясутся. Собственно, они вообще ни над чем не трясутся. А нахрена? Все, что сразу не отвалилось, заживет само. А то, что отвалилось, ну, значит, отвалилось.
- Эй, я так-то с тобой разговариваю! – лениво Лея сползла с насиженного места и поплелась к Дей. А что теперь, ждать, пока та сама соизволит ответить? Так ведь и до второго пришествия ждать можно. Или до прихода парней, которые, видимо, совсем с курса сбились. Компас в их головах отвалился, сломался или вообще потерялся. Лее было до фонаря, что там с их внутренним радаром случилось. Она, как проклятая, тащилась хер пойми куда, чтобы пообщаться с Дей? Ну, простите, это вовсе не мечта её жизни. А эти люди-опоздание получат по тыквам. Все. Чтобы не заставляли девушек их ждать по полчаса под холодным мерзким дождем.
Что у тебя с рукой? – будто ей дофига интересно, что там случилось с Дей. Близко подходить Лея не стала, встала на безопасном расстоянии, ну, а вдруг что. Сама она вовсе не хочет схлопотать. У неё совсем недавно зажили последние памятки приюта, - Эти нежные создания что, дождя испугались? Где они, черт бы их побрал? – два риторических вопроса, произнесенные себе под нос. Ответы Лея на них хотела бы получить, но явно не от Бёрнс. Она так же понятия не имела, куда все подевались в такую мерзкую погоду, в которую больше всего хочется удавиться.
- Дай я посмотрю, - на свой страх и риск Лея подошла ближе, - я, конеш, афигеть какой лекарь, мать твою, знахарь, но прикинуться умной могу. Нада? – во всяком случае, перелом от вывиха она отличала. Да и выбитые суставы узнавала. И не такой ещё опыт приобретешь, пока будешь самостоятельно лечить то, на что взрослым наплевать, - но я и отсель вижу, что жить будешь. Может даже херово, но будешь. То ли плакать, то ли радоваться, даже не знаю...

+1

9

"Действительно миролюбивая, обосраться, какая миролюбивая." - Дей трясла рукой, думая, что так боль пройдет быстрее. Был еще вариант - удариться каким-нибудь другим местом и посильнее, чтобы мозг позабыл о боли в кисти и отвлекся. Хорошо, что девчонке подобные варианты в голову пока не пришли (она бы не упустила случая вдарить Бёрнс), пока она лишь напрашивалась на резкости, предлагая провести осмотр пострадавшей конечности.
Мелкая заговорила странными словечками типа "отсель", "лекарь" и всякими такими прочими, чем даже отвлекла Дей от больной руки:
- Отсель? - переспросила Дейдре, усмехнувшись и поглядев на девчонку, - Ты откуда такое словцо-то взяла? Из своих благополучных районов? У вас там все так странно разговаривают? - в этот момент Бёрнс как-то неправильно пережала руку и снова взвыла от боли, - Айайай...
Дей ненавидела что-то ломать. Себе. Кому-то другому, правда, не пробовала, за исключением того раза, когда футбольным мячом с пенальти обеспечила неудачливому вратарю трещину в запястье. А так чтобы прямо в драке сломать кому-то нос или вывернуть руку противнику до хруста в плече - нет, ни разу. Теперь она почему-то задумалась о том, что прикольно было бы когда-нибудь попробовать, например, убийце брата она бы переломала все косточки, все до одной. Подлечивала бы подлеца - и снова ломала, затем опять, и так до тех пока он бы не умолял ее убить его. А она бы снова!..
- Слушай, у тебя нет лицензии, а врачу-любителю доверять свои ручки я не собираюсь. Заживет, - постаралась убрать руку в карман, но в таком положении запястье дико ныло... - До свадьбы заживет... - еще раз повторила Дей, всеми силами держась, чтобы не вытаскивать руки из кармана, - Ай, ладно! - протянула руку девчонке, та (рука, не девчонка) уже начала опухать в районе запястья, а на одном из пальцев налился неплохой такой синяк, - Посмотри, если правда сечешь в этом что-то. Пиздец, докатились, показываю свои боевые ранения какой-то девчонке! - последняя фраза, наверное, должна была прозвучать лишь в мыслях, но Дейдре произнесла ее вслух.
Из-за этого немного поежилась, будто почувствовав вину: Лея ведь правда хотела ей помочь, а она грубит... А что еще делать-то? Не любезностями же обмениваться!
- Сорри, - проговорила Дей чуть позже, пока девчонка осматривала ее руку и выносила суровый вердикт, будет ли Дейдре жить дальше с такой удивительной травмой, - И спасибо, - не поднимая глаз на эту девчонку и разглядывая на пальцах синяк, - Вот это синячина... Ебанись. И, да, запас благодарностей и вежливости закончился, - девушка хрипло рассмеялась, поправляя здоровой рукой толстовку, - И мое терпение тоже на исходе.
Бёрнс покосилась в ту сторону, откуда должны были прийти парни, но там не было ровным счетом никого. Только где-то за углом лаяла дворовая псина, а все остальные жители Города сидели по домам: смотрели дебильные телешоу под бутылочку пива и чипсы, трахались, кто-то жрал, кто-то спал, кто-то во сне жрал и трахался - у всех свои занятия. И сейчас Дейдре даже перспективка посидеть остаток вечера дома перед теликом даже в присутствии неподалеку мамаши казалась намного лучше, чем сидеть дальше на старой детской площадке и ждать пацанов. Перспективка пожрать возглавляла топ перспективок, но, пораскинув мозгами, Дей вспомнила, что жрать дома нечего.
- Не знаю, как ты, а я очень хочу жрать и планирую дойти до ближайшего круглосуточного киосочка с нежным, сочным буррито с мясом кошаков, а потом домой, - мысли о пожрать даже отвлекли Дейдре от руки, но ненадолго: рука заныла пуще прежнего, из-за чего девушка ее обругала такими словами, что даже  ее мать не заслуживала, - Ты как, со мной? Или на велике домой погонишь к маме и папе или тут останешься ждать, как Хатико? - Дей даже было без разницы, пойдет с ней девчонка или нет, хотелось скорее свалить с этой дурацкой площадки и попасть под какое-нибудь укрытие, - Держу пари, пацаны вырубили травы и просто забыли про сходку, - выдала она наконец, разминая запястье, - Заставлю их купить мне бинт нахуй!

Отредактировано Deirdre Burns (2015-06-30 22:05:32)

+1

10

- Ха, поживешь с моими родителями и не такие слова выучишь, - Лея усмехнулась, - «Перестань выражаться некультурно, как будто у тебя две судимости», - скопировала родителей. Эту фразу они не устают повторять. Она у них вместо любимой пластинки, что они крутят и крутят, пока не надоест. А им не надоедает. Они все пытаются сделать из дочери нормального человека, культурного. Лея же по этому поводу вообще не парится. Ей проще заткнутся, чем сидеть и выбирать фразы. Но вечно молчать тоже не получается, поэтому приходиться либо фильтровать базар, либо выслушивать пластинку, - это называется более или менее культурная речь. Обычно я ей не страдаю, - девушка пожала плечами. Куртка намокла и стала жутко тяжелой и неудобной. Хотелось от неё избавиться. Но тогда придется таскать её в руках, а это вообще не круто.
- Я хоть перелом от вывиха отличить могу, - Лея не хотела хвастаться своими достижениями и познаниями в медицине. Ибо ни достижений, ни познаний у неё не было. Уроки первой медицинской помощи в школе удачно прошли мимо неё, вместе с уроками биологии, где рассказывали о том, какие кости в человеке  вообще есть. Амелия на этих уроках занималась всем, чем угодно, но только не училась. А зачем? Да у неё знаний в этих областях больше, чем у учителей. Ну, с биологией там, конечно, швах, а вот с первой медицинской помощью очень даже хорошо. Жизненный опыт там, туда-сюда. Соорудить из носового платка бинт – вообще фигня вопрос, как, собственно, и вся остальная помощь. Учитель прям в восторге заходился, если Лея проявляла чудеса фантазии. Проявляла она их не часто, чаще всего отмазывалась тем, что человеку же ничто не угрожает. Вот как реально угробиться, так она поможет. А пока – нахер это надо, силы тратить ещё. По жизни уже натренировалась до чертиков в глазах.
- Дуть не буду. Конфетку тоже не дам, - все-таки Дей сдалась. Вариантов-то у неё, собственно, не было. Ну, как не было. Можно было махнуть до ближайшей больнички, отсидеть километровую очередь, заколебаться в конец и уйти с рекомендациями, на которые все обычно забивают. Но что-то Амелии подсказывало, что ни в какую больничку ни сегодня, ни завтра, ни в следующее десятилетие Дей не пойдет. Будет героически ждать, когда пройдет само. Все так делают. Даже те правильные граждане, что живут в чистеньких благополучных кварталах. Хотя вообще не понятно, почему. С детьми так они с каждой царапинкой носятся, надо же обработать, зашить, а то вдруг кровотечение. Чета О’Двайер тоже охала над каждой маломальской травмой, что получала Лея. Они все порывались утащить её к доктору, но ирландка отбивалась всеми целыми конечностями. Не сахарная ведь, не растает от трех синяков и в очередной раз поломанного носа.
Лея осторожно взяла протянутую ей руку. «Мда. И нахера было так колотить дерево? С таким же успехом можно было просто опустить на руку молоток», - сломать-то не сломала, но, походу, кости все же треснули. Ацки поболит недели три, потом пройдет. Постарайся оставить руку в покое, - отошла на безопасное расстояние. Лея терпеть не могла находиться с кем-то в опасной близости. Зона комфорта, кажется,  что-то такое ей втирал школьный психолог после очередной драки с этими идиотами, что именуются золотыми детками. Так вот, не терпела она, когда эту зону комфорта нарушали. Угрозу чувствовала или просто чувство самосохранения срабатывало по привычке. Дей-то никакой угрозы не представляла, но на всякий случай, Амелия предпочитала держаться на расстоянии вытянутой руки. Кто знает, что Бёрнс в голову придет. Не стоит путать эту голову с головой нормальной, адекватной и довольно предсказуемой.
- Рука спать сегодня тебе не даст. Дома лед приложишь, ну или холодную бутылку, че-нить, короче, - плавали, знаем. В приюте вот таким добром было не разжиться, там даже лед детям зажимали. Да и добрая часть драк происходила под покровом ночи, когда полагалось спать. А то, что воспитатели не видели, того не было. Если же травма была слишком заметной, то тебе ещё и от взрослых доставалось. Выдержка, терпение, умение переносить боль. Опыт, черт возьми.
- Вернулась знакомая Дей, - Амелия в очередной раз усмехнулась. Усмехаться – это её нормальное состояние, после серьезного лица. Да и благодарности ей были вовсе не нужны. Это был так сказать жест доброй воли. Тем более, ничего такого ирландка-то и не сделала. И даже не воспользовалась шансом доломать руку Бёрнс. А ведь могла! Но не стала. Дей и так обеспечено «веселье» на ближайшие две недели точно. Почти бальзам на душу.
- Про похавать идея неплоха, мне нравится, - особенно та её часть, что про совершенно неполезный буррито. Лея местами даже скучала по этой еде, что вызывала панику у жителей её квартала. Она вовсе не находила замечательной траву, что эти люди называли салатом. И стручковую фасоль вместе с богатыми витаминами водорослями на дух не переносила, чем всех расстраивала, - с тобой схожу, ладно. Хоть поем то, что не относится к «здоровой и полезной» пище. А потом домой поеду. Может даже сегодня останусь без лечебных люлей от внимательных родителей, - ей не всегда везло. Но она каждый раз надеялась на авось. И если уж совсем не везло, врала, как дышала. Проверить-то её родители не могли, хотя всегда знали наверняка, где шлялась блондинка. Знали и делали вид, что верят каждому её слову.
- Эластичный бинт. Он дороже, - девушка взялась за руль велосипеда, - нафиг, следующий раз пойду пешком. Таскаться сейчас с этим средством передвижения нет абсолютно никакого желания. Лан, пошли уже. Дождь, падла, мокрый, как и моя куртка, что якобы не промокает. Хочу туда, где сухо. Я даже завидую вот сейчас парням. Капец, как завидую.

+1

11

"По присказкам с "двумя судимостями" становится сразу понятно, что ее приёмыши очень далеки от настоящего криминального мира..." - подумала Дей, разглядывая девчонку, пока та осматривала руку. Вот например мамаша Дейдре, мисс, не много не мало, Бёрнс, никогда не говорила о судимостях, боях накаркать. Ну, может и не зря. Их шайке вообще нередко доставалось, но до заведения дела у копов не доходило никогда. И в чем было еще одно отличие девчонки от Своих (которое Дей осознала вот буквально только что и это понимание прямо-таки кольнуло ей в мозг ирландской булавкой), так это в том, что попади банда за решетку, за ней бы в первую же ночь прибежали родители и выкупили бы ее оттуда, пока родители остальных ребят только сквозь пьяный бред осознавали, про кого вообще говорит легавый и какого ребенка имеет ввиду, а кто-то за скрипом кровати на вызове не слышал бы звонка в дверь. И ребятки бы ей помахали ручками сквозь решетку, а девчонка поехала бы домой, и родители приговаривали бы, что они ее предупреждали.
Дейдре усмехнулась и покачала головой - девчонка не была виновата в этом, но это не избавляло ее от последствий - все-таки нелюбви и недоверия со стороны Бёрнс. Если остальные ребята и приняли ее в число Своих, то для Дей она навсегда останется инородным телом в их семье. Типа приемного ребенка.
- Да дуть тебя никто и не заставляет, мелочь! - Дейдре рассмеялась, глядя на девчонку, которая, похоже, даже не понимала, что первым делом вспоминается при слове "дуть" в их компании, - Забей. Понятно, короче спать мне сегодня в обнимку с рыбными котлетами из холодильника. Ну, заебись. - на самом деле это было нихрена не заебись. Эта больная рука вообще неплохо так портила планы Дейдре, которая хотела потом пару раз треснуть каждому из ребят за такое бешеное динамо с их стороны.
Они погнали в сторону, как им казалось, буррито, ну, вернее, девчонка погнала, а Дей плелась за ней, идя без капюшона, потому что дождь наконец-то закончился, хотя мелкая все причитала из-за того, что он, видите ли, больно мокрый.
- Я тебе помочь хотела с Джеком, но не смогла бы. В душе не ебу, что этому парню надо, - пожала плечами, будто бы ничего не было удивительного во внезапном признании, - Ну, вернее, ему нужно больше бухла, наркоты, секса и эмоций. Вот да. Если сможешь дать ему что-то из этого, не забирая чего-то взамен - может все и получится. Но, опять-таки, хуй знает, - Дей провела рукой по лбу, убирая с лица выбившиеся из хвоста волосы, намоченные дождем, - Хуй знает. - повторила снова, чуть тише.
Мог бы он переспать с этой девчонкой? Сколько ей вообще?.. Вроде бы, пятнадцать? Дейдре почему-то надеялась и думала, что не мог бы. Она ведь еще такая юная, жизни не знавшая и не видавшая, такая глупенькая и наивная. Дей надеялась и думала, что Джек не сможет воспользоваться этим для того, чтобы переспать с ней. Она надеялась и думала, что эта девчонка сможет разобраться в своих чувствах и не сделать того, о чем потом пожалеет.
- Он тебе что-нибудь про нас рассказывал? - Бёрнс хотела понять, знает ли девчонка про ее брата и понимает ли, почему Дей ее так невзлюбила с самого начала. Ну и вообще хотела узнать, говорил ли Джек что-нибудь про нее и Своих, пока был в приюте. Он не очень любит рассказывать о себе, но может быть хотя бы пару раз на него накатило и он взял - и рассказал. "Ага, Бёрнс, сел такой и поведал девчонке историю своей жизни и про каждого из нас рассказал, а про тебя вообще цеееелую главу!" - мысленно сказала себе Дейдре, когда на лице появилась легкая улыбка. Улыбка, которую девчонка вряд ли смогла заметить, потому что взор Дей был направлен на свои кроссовки и лужи, по которым они шлепали.

+1

12

Вот уже который год Лея таскается за этой гоп-компанией. Нахрена? Да она и сама не понимала. Что она забыла в этом криминальном районе? Девочка из благополучного квартала, того, в котором по обочине растут цветы, по ровненьким тротуарчикам гуляют родители со своими спиногрызами, а вечерами выходят влюбленные парочки на очень приличные свидания. Таскалась, потому  что там, в до зубовного скрежета хорошем районе, было жутко скучно. Куда таскались местные гоп-компании, если они вообще в природе существовали, Лея не знала. И узнать-то особо не пыталась. Пару раз предприняла попытки завязать нечто похожее на дружбу, но потом плюнула на это гиблое дело. Она была какой-то не такой, чтобы дружить с ними. Всех этих расфуфыренных девочек, похожих на фарфоровых хорошеньких куколок, просто так терпеть не могла, они все, как одна, казались ей непроходимо тупыми. Она сама тоже не была ни вундеркиндом, ни гением, но там вообще с мозгами, в большинстве случаев, был полный швах. А от обсуждения очередного слюнявого фильма у Леи начинался приступ непроходящей скуки. На парней же этого элитного хорошего общества у неё и вовсе случилась аллергия. Эти их немного растянутые гласные, что они считали признаком воспитания и образования, доводили Амелию до бешенства. Ей хотелось их слегка тряхнуть, чтобы перестали выебываться и заговорили быстрее. Но приличные девочки так не поступают. Они томно закатывают глаза и внимают каждому их слову, даже если этих слов за минуту от силы наберется четыре. Лея от такого чудного темпа засыпала. И ещё больше начинала любить свою компанию. Да, она была такая смелая, что называла её Своей компанией. Они её не обижали, проявляли что-то смутно похожее на заботу и внимание. И с ними она не засыпала от скуки. Вот такие все неправильные, воспитанники улицы, они были ей куда как дороже и милей, чем все эти сливки общества, взращенные деньгами, частными школами и любящими родителями.
- Может и могу, - задумчиво протянула в ответ Амелия, - только от меня ему ничего из этого нахер не надо, - правду тоже нужно уметь признавать. И почему все так сложно? Почему нужно было влюбиться в Джека, мать его за ногу дери, О’Рейли? Он ведь не герой, не спаситель от всех в мире бед и уж тем более не святой. Почему нельзя было забыть о нем, как о страшном сне? Ну, были они когда-то в одной лодке, ну, выживали когда-то вместе. Не очень хорошие воспоминания. Не те, что потом рассказывают детям и внукам, не те, что стремятся запечатлеть в памяти. И все равно. Нужен ей он. Ходячее воспоминание. Ходячая катастрофа. Вроде бы и не такая наивная, чтобы не понимать. Да и не глупая вовсе. Но, как говорят, сердцу не прикажешь. Лучше бы влюбилась в какого-нибудь отличника и ходила с ним на очень приличные свидания, демонстрируя свое очень хорошее воспитание. Но от отличника её тошнит. А от Джека нет. Хотя, казалось бы, очевидно, кто из двух людей идеальный образец для первого парня. Даже Амелии очевидно. Но карма, падла, выбора не оставила.
- А ты как думаешь? – ирландка обернулась на отставшую Дей, - с него информацию и клещами не вытянешь. Он, капец, какой разговорчивый, - если она что-то и знала о нем и его жизни в целом, то все это были какие-то случайные обрывки, недомолвки и мысли вслух. Это уже здесь Лея начала понимать, кто такой Джек в контексте своей естественной среды обитания. В приюте он был таким же, но воспринимался по-другому. В общем, счастья ей эти знания все-равно не добавили, но ощущение, что ты единственный нихера не знаешь, прошло. Она была далека от криминала, от всех их дел, от их жизней, одновременно прочно занимая место ребёнка, который вроде и не к месту, но есть и от него не избавишься. Лея знала, что до неё это место принадлежало, кажется, брату Дей. Но что с ним случилось, что произошло, она не знала. При ней эту информацию не обсуждали. Честно говоря, все вообще прибывали в неведении, что она это знает. А она, тоже не особо разговорчивая, не лезла с расспросами и не вытаскивала клещами то, что ей знать по положению не положено.
- Вы ахеренные. Все. Остальное пришлось додумывать самой. Ну, или подцеплять в процессе. А это ваааще нифига нелегко, зная вашу любовь к болтологии о вас же самих, - Лея пожала плечами. Меньше знаешь, крепче спишь. Она знала их самих, и этого ей было вполне достаточно.
- Ты вот тоже не особо разговорчивая, - блондинка усмехнулась, - сегодня только что-то разболталась. Я аж удивилась, - они дружно подошли к киоску. Лея сразу принялась шарить по карманам в поисках денег, что должны были там заваляться. Даже нашарила что-то помимо свернутых бумажек и каких-то старых фантиков, - хаваю и валю домой. Чет я как-то спать захотела.

+1

13

Дей лишь пожала плечами в ответ на размышления девчонки о том, что она сможет или не сможет дать Джеку. Бёрнс уже давненько не думала о нем так много за один вечер, и это даже начинало ее бесить. В этих ее раздумьях был только один плюс: от руки Дейдре все-таки отвлеклась, но теперь, когда вновь вспомнила о ней и глянула, чтоб увидеть прогресс увечий, только хмыкнула и покачала головой, потому что красивыми ее руки теперь никак не назовешь. Клевер, набитый на запястье пораненной руки, немного растянулся  от отека, и Дей невольно задумалась, увеличится ли вместе с его размерами удача, которую он должен якобы приносить. Дейдре планировала подкопить бабок и сделать еще одну татуировку, у хорошего мастера и по какому-нибудь собственному эскизу, а не иголкой и гелевой ручкой, как первые две татушки в своей жизни. Девушка пока не знала, каким будет эскиз, думала, что со временем идеи по нему как-то сами всплывут в ее голове, знала только, что это будет черный ворон. Черный ворон на спине, прямо за сердцем, который оберегал бы ее со спины и не дал бы никому вонзить туда нож. Ворон, который значил бы для нее силу, уверенность в себе, гордое одиночество и что-нибудь еще, что она бы осознала только походив с ним какое-то время. Может быть, это можно было назвать глупостью, но Дей верила, что татуировки ощущаются на человеке не тогда, когда он их набивает, и тем более когда человек только выбирает эскиз, он не может полностью предугадать, как будет чувствовать себя именно с этим рисунком на своем теле. Дейдре правда в это верила, но в Городе били все и все подряд, изысканных работ было... Около нуля. А некоторые из татух знакомых Дей вообще уводили этот показатель в глубокий минус.
- Чем меньше о тебе знают - тем в большей ты безопасности. Ну, правильнее сказать - тем в меньшей ты опасности. - Дей вспомнила братца, который по своей юности во всех их вылазках, делах, сходках пытался вылезти вперед и засветиться для как можно больших людей. Да, он очень хотел, чтобы про него знали все. Чтобы все знали, что он, блять, Бран Бёрнс, и он из шайки О'Рейли и пусть все его бояться, потому что когда ему исполнится восемнадцать, он купит себе пушку и порешает всех, кто посмел когда-то перебежать ему дорожку... А в результате перебежал дорожку кому-то сам, - Да просто общая месть в перспективе объединяет и все такое. - это Дейдре говорила о мести пацанам за сегодняшний их косяк. Так как сама она была пока выведена из строя, то в качестве кары можно было использовать руки девчонки. Ну, она этими ручками наверное могла в плечо ударить тихонько или по ушам щелкнуть - и это казалось максимумом, - Ага, а мне надо стартовать домой в обнимочку к рыбным ебучим котлетам... - Дей догнала девчонку  уже возле киоска и поучительно подняв указательный палец с криво обстриженным ногтем, выдала, - Мораль сегодняшнего вечера? В порыве злости пиздить воздух, а не деревья. Два больших буррито и побольше соуса, мы не подавимся, - последняя фраза уже была обращена к неприятному мужику в окошке.
"Понаехали, блять..." - Дей их не боялась, теперь лишь накинув на голову капюшон и снова застегнув толстовку на молнию, а вот девчонка могла и спасовать перед такими ребятами. Хотя, ебаный стыд, если ей нравится Джек, то эти чуваки по сравнению с ним - одуванчики, еще и готовят вон как заебись.
Пока чуваки-одуванчики делали то, что умеют делать лучше всего, после, конечно, припугивания людей из более благополучных районов, а именно - готовили, царила тишина. Ну а что девчонке скажешь? Про погодку беседы завести? Нахер надо. Девчонка была права - Дей сегодня уже и так слишком разболталась, пора сбавить обороты.
- Приятного аппетита, - сказала Дейдре больше себе, но и девчонке тоже, когда передавала той один из свертков. Они расплатились с киоском и тянущейся оттуда волосатой черной рукой и Дей впилась зубами в свою пакость. Соуса не пожалели, и он брызнул во все стороны, облив Бёрнс. Та только неуклюжими движениями попыталась убрать соус с лица, а затем рукавом стирала с толстовки брызги, жуя ухваченный кусок и одновременно восклицая с иронией, - Первые леди Города, блять! - они отошли недалеко от киоска, - Ну, заебись погуляли, да? Считай, пожрали хоть. - "Пора прощаться, девчонка," - Ну, я есть люблю на ходу, а нам вроде в разные стороны. Сама доедешь или тебя проводить и родителям к порожку сдать?

+1

14

«Верно замечено,» - пронеслось в голове у О’Двайер. Действительно, чем меньше о тебе знают люди, тем меньше у них шансов подставить тебе подножку. Лея вовсе не осуждала отсутствие любви к болтологии, она и сама была не очень словоохотлива. Ирландка предпочитала молчать и слушать, запоминая факты, что, по большей части, предназначались не для её ушей. На вопросы она либо отвечала уклончиво, либо не отвечала совсем. Именно из-за своего хронического молчания она до сих пор ходит к школьному психологу, что оказался упертым, и вот уже третий год пытается заставить её говорить. Он уверен, что у неё поломанная психика, какой-то там посттравматический синдром или что-то подобное. И если проблемы с психикой Амелия не отрицала, то вот на счет отсутствия всяких там синдромов была уверена. Она не считала прошлую жизнь идеальной, но и трагедии из этого не делала. Смысл-то? Это была её жизнь, да и все. Ничего особенного. Что Лея и пыталась донести до психолога первые месяца два. Потом она на это дело забила и приходила только потому, что так было нужно. Кому нужно и зачем нужно, она искренне не понимала, надеясь на то, что однажды психологу просто надоест сидеть с ней в тишине. Но пока он чет не сдавался. Нужно же было ему делать вид, что он «борется за девочку», у которой кроме национальной долбанутости на всю голову ничего и нет.
- Ах, месть, - Лея улыбнулась. Да, хороший из Дей выйдет соратник с её-то рукой. Хотя кто сказал, что она не может быть собой и язвить? Это вроде никак с рукой не связано. А вот у Леи руки целые. Она только с виду кажется хрупкой и такой эфемерной. Дерется она хорошо. Даже очень хорошо для пятнадцатилетней девчонки. В драку с парнями Лея, разумеется, не полезет и так понятно, что они её укатают, а вот пару ударов сделает. По больным местам.
- Не-не-не, чье-нибудь тело. И сломать себе ничего не сломаешь, и пар выпустишь. Только по черепу бить нельзя, об него можно и поломать, - Амелия хмыкнула. Ну, по телу можно бить, когда это самое тело хотя бы в курсе и не против. Небольшая драка – отличный способ решения всех проблем. Отличный способ избавления от лишних сил и эмоций. Лея упрашивала родителей разрешить ей ходить куда-нибудь, хотя бы в спортзал на тренировки. И если отец был согласен, мол типо, девочка должна уметь постоять за себя, то мать была непреклонна. По её мнению, девочки должны вышивать крестиком и ходить на танцы, а вовсе не укладывать противника на маты. Короче, с этим делом все никак не срасталось. Потасовки с отцом во дворе дома – совсем не то. Да и на том спасибо. Однажды, правда, Амелия добьется своего, либо же просто начнет сбегать, как делает это практически каждый вечер.
Лея замолчала. Она оглядывалась по сторонам, цепляясь взглядом за всякую мелочь. Глазеть по сторонам – её хобби, своеобразное маленькое увлечение. Ирландка любила разглядывать что-нибудь, особенно окружающую обстановку. В памяти оставались места, откладывались тени и полутона, сохранялись какие-то детали, что с первого раза могут ускользнуть. Деятель по натуре, она часами создавал образ созерцателя. Её постоянно выручала любовь к деталям, любовь к пристальному вниманию и тихому разглядыванию. Только из-за этого она вполне сносно училась и имела неплохие отношения с окружающими людьми.
- спасибо, - рассеянно пробормотала девушка, принимая в руки сверток и продолжая глазеть по сторонам. Нет, она не боялась темноты и того, что в ней могло скрываться. Дофига бесстрашная, чем и навлекала на себя потенциальные проблемы. Лея откусила от очень неполезной еды, блаженно улыбнулась, - угу, - ей некогда было отвечать. Она усиленно жевала, наслаждаясь едой. Теперь главное ничего не запачкать, а то люлей тогда точно будет не избежать. Ей было бы куда как проще, если бы приемные родители не оказались такими идеальными. Ей бы стало легче, если бы они орали во всю глотку, постоянно скандалили и поднимали руку на детей. Но ей досталась самая лучшая в мире семья и грех на это жаловаться. У них даже скандалы какие-то не скандальные. Просто давят тихим голосом на совесть так, что потом ещё неделю чувствуешь себя неблагодарным и просто жутким ребёнком. Но такая политика, слава богу, была у матери, почему Лея и предпочитала попадаться отцу и получать от него. Там хоть можно было отбиться кротким «я больше так не буду» и идти радоваться жизни.
- Действительно, хотя бы сытые, - Лея повыше застегнула куртку. Дождь-то кончился, а вот куртка не высохла, и блондинка просто тупо мерзла, особенно, когда мокрая ткань касалась тела, - ещё провожатых мне не хватало! Сама доеду. Да и ты, будь осторожней, а то как бы ещё что-нибудь себе не повредила, - эта вроде как была забота. Точнее её маленький кусочек. Дей она была не нужна, да ну и пофиг. Просто нужно было что-то сказать, вот Лея и ляпнула первое, что пришло в голову, - ладно, я пойду, точней поеду. Пока! – и она просто уехала, оставляя и этот вечер в прошлом из череды таких же вечеров.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Будущие, бывшие, будущие бывшие.