Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Ты помнишь, что чувствовал в этот самый момент. В ту самую секунду, когда...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » True Detective: Prison Break'ing


True Detective: Prison Break'ing

Сообщений 21 страница 40 из 123

21

Сколько раз он уже обращался к Ливии за помощью?.. И Андреоли не отказала ни разу, в каком бы положении не находилась она, её заведение, или вся организация в целом, неважно, в какое время был сделан звонок. Мог ли он сам поступить как-то иначе, ответив на её вызов той ночью, когда Ренато объявился в городе? Впрочем, не стоит считать оказанные друг другу услуги - это обесценивает дружбу почище даже денег... а вот деньги Ливии как раз наверняка нужны были бы сейчас, когда приходится восстанавливать гостиницу, тоже пострадавшую как раз из-за необходимости Семье. Наверняка после ремонта "Парадиз" будет сиять даже ещё ярче. Ну а девочки... переезд на другое место - в каком-то смысле, это тоже опыт. Это какое-то совершенно странное обстоятельство, что Гвидо так и не навестил их после разрыва с Хелен - то ли было уже и не до того, то ли он попросту начинал стареть, уже не чувствуя такой сильной потребности конкретно в половом контакте. Женщины рядом, матери его детей, или хотя бы кого-то на этой роли, вот чего не хватало гораздо больше, если откровенно сравнивать - ни проститутка, ни даже няня не могли бы быть таковыми полноценно: присутствие и той, и другой, просто оплачивалось по времени. Хелен... Гвидо уже и не вспоминал - лето вскоре после их разрыва и впрямь стало таким, что было и так предостаточно вещей, которыми стоило бы занять голову. И после войны... после того, как стихли последние выстрелы, он ловил себя на том, что чаще вспоминает не про Хэмминг - а про Маргариту... Монтанелли скучал по покойной жене - и вот это было чем-то посильнее, чем пережитый уже разрыв; это было тем разрывом, который пережить удалось не всем. Тем разрывом, что он сам спровоцировал - и не был уверен, что самого себя простил за это до сих пор.
У его детей, свой отпуск проведших вместе с Рокки в Испании, впечатлений было тоже ненамного меньше - к счастью, позитива в них было наверняка намного больше. Тяжелее всего, что такие войны сказываются на их детях... Ну или других младших родственниках, как в случае с Шейенной - Гийвата и сам вполне может позаботиться о себе, постоять за себя, он-то уже вполне взрослый; а что будет с младшим братом, если он не получит лечения?.. Тейпа пока что не была в худшей из ситуаций - если бы ей пришлось выбирать между кем-то из троих её братьев; вот уж чего Монтанелли точно ей не пожелал бы.
- Вот как?.. - удивлённо приподнял брови Гвидо, и слегка скривил губы - к подобному повороту событий он готов не был; хотя, пожалуй, и стоило бы - проститутки тоже имеют свойство менять место своей "работы", сутенёров, время от времени... По сути своей, они ведь тоже - товар. И вполне логично, что Нери из-за решётки не знал о таких перемещениях - если уж Монтанелли, вполне свободный человек, не был в курсе. В голосе Ливии, однако, звучали категоричные нотки - не очень приятные, но Гвидо уже знакомые. Про Элис она разговаривать желанием не горела явно, что надежды и подавно не вселяло... - О, нет... я не дома сейчас. - дома у него - двое детей, не говоря уже про няню, кого-то из охраны и собаку; если бы Монтанелли приспичило - он предпочёл бы приехать в "Парадиз" или ещё куда-нибудь, чем демонстрировать Дольфо свои предпочтения в женщинах.
- Как же, помню, конечно... - усмехнулся Монтанелли. Немногого бы стоила репутация Ливии, если бы она тут же не предложила замену, правило "клиент должен быть доволен", в её бизнесе работает даже в большей степени, нежели в любой другой из сфер услуг; нет, смущения со своей стороны он тоже никакого не чувствовал... бы, если бы рядом не сидел человек, который не знал его так хорошо, как Ливия или кто-то из других его друзей. Шейенне же... она слышала хотя бы ту часть телефонного общения, что шла от него - и от этого становилось немного неловко. Гвидо переложил телефон в другую руку, продолжая разговор: - Спасибо, Лив; но нет, мне нужна именно Энворт. - и дело не в том, что она хороша собой или умеет, как ему нравится, это было слышно по тону голоса, которым говорил Монтанелли - он тоже говорил сейчас о делах... и куда более масштабных, чем разовый перепих за плату, касавшийся больше, чем двоих-троих людей. Гвидо посмотрел на Шейенну, слегка поджав губы - да индеанка уже и наверняка и сама поняла, что они отклоняются от намеченного курса; вопрос только в том - насколько именно? Если новый "хозяин" Лиззи не кто-то из друзей Семьи, подобраться к ней может оказаться проблемно. Монтанелли не стал пояснять, почему именно ему важна именно эта девушка, Лив могла бы понять и по тону его голоса, что он потревожил её для того, чтобы "прийти в норму"; а разговор тем временем и так начинал плавно выходить за рамки телефонного.
- И на кого же она работает теперь?.. - в "своих кругах" хозяйка "Парадиза", само собой, имела знакомства - да и кто был бы в курсе, к кому перешла одна из её куртизанок, если не она сама? На какую-то секунду Гвидо допустил мысль о том, не переманили ли Лиззи к себе труженики Майкла из "Доллз". Впрочем, в складывающейся ситуации это была бы меньшая из зол...

+2

22

Будем откровенны, Ливия не была альтруисткой, чтобы с щенячьей радостью по свистку бежать кому-то на помощь. За всем, что она делала стояли по большей части эгоистичные мотивы, отвечающие за ее собственное благополучие и выгоду. И несмотря на то, что Монтанелли она не один год уже считала своим другом (с несколько пошатнувшейся, правда, на фоне пережитых предательств психикой - иначе объяснить его зимнее издевательство над собой она просто не могла), Андреоли тем не менее всегда отдавала себе отчет в том, насколько он ей полезен. В ином случае после того, что случилось на стройке, когда он приказал ей собственноручно избавиться от Грэга, любезно раскрыв перед ней свой чемоданчик "мясника", вполне возможно, что их отношениям просто пришел бы конец. Но, к сожалению или к счастью, она была заложником нерушимой цепочки, что вынуждала ее мириться с казалось бы непримиримым. Учитывая ее... непредсказуемые (да, пожалуй, самое верное слово) отношения с андербоссом, лояльность дона была ей необходима, как воздух, и поэтому перечить ему вопреки своему буйному непокорному нраву она себе запрещала. Найти же для него девчонку на вечер казалось ей и вовсе делом плевым.
Впрочем, чем больше Монтанелли медлил, тем отчетливее становилось ясно, что нужна ему Лиззи отнюдь не по своему прямому назначению.
- Оу, ты по делу ее разыскиваешь? - она сразу изменилась в лице и отложила в сторону до сей поры занимавшие ее внимание бумаги с цифрами. - Она что-то натворила? - признаться, ей даже в голову не приходило, для каких таких целей может понадобится конкретная проститутка, и единственное, что казалось более менее правдоподобным - это превращение в помеху. Значит, где-то Энворт накосячила, возможно что-то разболтала или наоборот не хотела выдавать. Единственное, что казалось странным - это то, что подобной ерундой занимается сам дон. Но выпытывать ответы у него Ливия уместным не посчитала - и так было ясно, что к откровениям Гвидо не расположен. Да и не телефонные это все разговоры - она понимала, поэтому и перешла сразу к делу.
- Она ушла в заведение к Дэвиду Кляйнеру. Может слышал, есть такое на восточной окраине города, "Лихорадка" называется. Ночной клуб с примыкающем к нему мотелем. Место ничем особо не примечательное, но приличное, - пока рассказывала, она успела покопаться в ящиках стола, чтобы отыскать его точный адрес, который следом и озвучила Гвидо. - Кляйнер правда там уже не заправляет, - а горит сейчас в гиене огненной, пытаясь наверняка выкрутиться и там, всеми способами умоляя прекратить его жарить. - Насчет Лиззи... - задержала напоследок Монтанелли, - имей в виду, что в последний раз, когда я ее видела, она была уже не очень адекватна, - нервозная, дерганная, агрессивная и рассеянная - зависимых не так уж сложно опознать. Для Ливии, у которой в лице супруга перед глазами был яркий пример того, как пристрастие к кокаину вперемешку с выпивкой способно разрушать личность, это не было такой уж сложной задачей, но Гвидо она все же решила предупредить заблаговременно, тяжело вздохнув на последней фразе: - Слишком уж полюбила пудрить носик...

Отредактировано Livia Andreoli (2015-07-13 01:37:03)

+2

23

Все они полезны друг другу. Именно на этом негласно и держится их организация, принципы мафии, их круговая порука - тот, кто перестаёт быть полезным, покидает этот круг... а что чаще всего случается с ними потом, разъяснять не требуется; потеря доверия - самое страшное, пожалуй (после нанесения вреда своим близким, быть может, но и тут - часто одно тянет за собой другое), что может приключится с человеком, являющимся частью "нашего дела", - неважно притом, какой именно частью, и "Крёстный отец" тоже может потерять доверие своих "детей", как вот чуть  и не получилось с ним и Ливией. А восстановить доверие всегда сложнее, чем потерять - тот, впрочем, кто сумел это сделать, может считать себя... если и не счастливым - то успешным, пожалуй, это будет верное слово. То, что произошло зимой - хорошо, что они сумели переступить через это; на то Монтанелли и хотел бы надеяться - что у Ливии хватит не только сил переварить, но и переступить, и двигаться дальше. Дело не сколько в том, что пережил он (хотя и в этом, пожалуй, тоже), сколько в том, что он хотел видеть на своей стороне сильного союзника - способного разобраться с проблемой, способного наказать того, кто посягнул на его собственность; а не ту, которой постоянно нужна была бы чья-то помощь. Гвидо не хотел бы увидеть Лив в таком состоянии, в котором сам находился сам после смерти жены, но... пожалуй - он стал причиной для схожего состояния. С другой стороны, Ливия была одной из тех, кто его тогда лицезрел в таком виде; может, за это поплатилась - ощутив что-то сродни?
А в итоге - то, что нас не убивает, делает нас сильнее - а они оба всё ещё живы. Медицинская прививка тоже содержит в себе вирус, способный уничтожить организм, будь в другой пропорции, но способный победить несколько его клеток однажды - затем организм может противостоять и куда более серьёзной болезни. Отгремевшая война с Сальвиатти - хорошее тому подтверждение; каждый переживал немного её по-своему, Лив в числе выживших - чтобы восстановить свою гостиницу и продолжить жить дальше.
- По делу. - утвердительно ответил Гвидо, слегка кивнув головой, словно Лив могла бы увидеть этот жест. На самом деле, "дел", по которым может понадобиться проститутка, великое множество - больше, чем человеческая фантазия способна предугадать, пожалуй; спросите любого полицейского детектива, или даже офицера - каждому из них, наверное, хоть раз в жизни приходилось опрашивать "ночных бабочек"... Притом, что они - товар, они всё же и люди тоже - которые способны видеть, слышать, запоминать, ну и что самое главное - мыслить. И не обязательно в сторону проступков... - Нет... насколько я знаю. Наверное, скорее мне уместно задать такой вопрос? - просто так проститутки от одного работодателя к другому не уходят; да и отпускают их те чаще всего без особой охоты - Ливия же говорила о Лиззи, как о чём-то прошедшем и неприятном... собственно, тот факт, что она заподозрила её в чём-то нечистом сейчас, уже говорил о чём-то - значит, Андреоли верила в то, что Энворт могла что-либо "натворить". Вопрос Гвидо, впрочем, был риторическим и ответа не требовал - если уж при личной встрече Лив и захочет поведать историю, то он выслушает; а ввязываться в её дела не планировал, и уж точно делать это по телефону. Да и потом, возможно, что они с Шейенной и Джипом и сами всё скоро поймут, по ходу своего движения.
- "Лихорадка", восточная часть города... - оторвав телефон от уха на мгновение, Гвидо передал Джузеппе адрес, названный только что Ливией, и автомобиль повернул на следующем перекрёстке, изменив направление движения. Не в "Парадиз", значит... и даже не во временное место расположения заведения со столь чудным названием? - Понял тебя... Приму к сведению. - благодарно, с коротким вздохом, отозвался на дополнение Ливии. Проблему наркотиков он представлял - они всегда означают и наркоманов; а это - всегда означает ненадёжность... потому дон и хотел свести соприкосновение Семьи с таким видом бизнеса если и не к абсолютному нулю (то, чем они с Шейенной занимались сейчас, уже само по себе говорило о том, что это невозможно; как бы иронично это не звучало), то к минимуму. А сколько торчков сейчас сидят по тюрьмам, даже там умудряясь доставать себе дозу?.. Те махинации, что совершали брат и сестра Тейпа при помощи Нери - это ведь почти то же самое, что у Кляйнера. - Ещё раз спасибо. Тебе тут Джип передаёт привет... - зыркнул на отчего-то заёрзавшего на водительском месте Строзаторе, явно желавшему тоже ввернуть что-то в разговор.
- Знаю я эту "Лихорадку"... хотя и не бываю там. С "Парадизом" не сравнить. Скорее бы там ремонт уже закончился... - смерив знатного завсегдатая подобных мест молчаливым взглядом, Гвидо обратился к Шейенне, донося до неё полученную информацию.
- Как оказалось, в "Парадизе" Энворт больше не работает. И я уж не знаю, что там насчёт "Пиноккио"...
- спереди Джип хмыкнул, но тут же сделал вид, что прокашливается, невозмутимо глядя на дорогу. - ...но судя по той информации, что я получил, Лиззи сейчас другие сказки читает. Сродни тем, за которые тебя уволили... - невесело усмехнулся Гвидо, откинувшись на заднее сидение. Хорошо бы, чтобы мозги у Энворт были ещё на месте, в противном случае, вечно под кайфом, да ещё и в качестве проститутки, никакого Пиноккио она может и вообще не вспомнить, да как и мужа своего, впрочем...
- Приехали. - сообщил Джип, заглушив мотор и кивая головой на входную дверь. Ночной клуб в такое время, конечно, уже не функционирует, но вот мотель... даже если они не обнаружат Лиззи сразу, никто не помешает снять комнату на остаток дня до вечера. Трата времени, конечно; с другой стороны - можно заняться другой частью плана, про те "сказки", что взялись сочинять другие рассказчики вместо Шейенны. Гвидо вышел из автомобиля, придержав дверь для Шейенны.
- О, привет Джип! Ты что-то сегодня рано... - парень за стойкой оглядел троих вошедших людей. - А это кто с тобой?..

+1

24

Шейенна была против всех «раеобещающих» способов утешения человеческих пороков. Неделя, когда ей предложили стать курьером наркотиков, была самой ужасной в ее жизни. Девушка ушла на больничный, сидела дома взаперти, пытаясь понять, как такое могло с ней случиться, как ее брат стал зависим от денег. Ведь воспитывались они одними родит елями, с одними взглядами и ценностями в жизни. А получилось то, что сейчас, она, уволенная с работы, едет в одной машине с человеком, без визирования которого никто в структуре и чихнуть не может. А если чихает, то стараться надо, чтобы не повредило это общему делу. Когда Шейенна собиралась в тот день на встречу с Монтанелли, пережила внутри себя миллион ситуаций, множество решений каждой, и все равно оставались частички страха, что едва она приблизится к нему, как «ласковые» мальчики из его окружения, просто на просто ее «вынесут». Рисковала ли она? Да! и причем всем. И можно сказать, ей повезло, что Гвидо заинтересовался тем, кто был спрятан от его взора широкой спиной охранника. Спасибо Нери, который продумал все до мелочи, сказал что именно ей надо донести, показать, чтобы ей поверили. И сейчас, сидя рядом с Гвидо, Шейенна могла действительно понять и осознать, что этот человек сделает все для того, чтобы его система не рушилась в одно месте, оставляя каркас невредимым.
Шейенна могла догадываться как «увольняются» девушки из домов терпимости, как меняют одно «предприятие» на «другое», но это лишь ошибочное представление человека, который никогда с подобным в жизни не встречался. И интересоваться ей было не зачем, знакомых в той среде у нее не было.
- «Лихорадка»… - она тихо повторила за Гвидо. Смутное, весьма странно смутное в этом названии, что память пыталась в потаенных уголках, найти хоть толику информации. Мотнула головой, - и стараться нечего.
Джип вероятно был веселым малым, не только на поговорить, но и провести замечательно время. Шейенна слегка подалась вперед, смотря на дорогу. Ей захотелось его поддеть, но Гвидо опередил, обращаясь к ней. Она внимательно смотрела на итальянца, в голове прокручивая варианты, что могли выйти из полученной информации.
- Она наркоманка? – вот только этого не хватало. Пару раз Шейенна помогала врачам выводить из состояния передозировки молодых парней, которые с «голоду» «съедали» добавки столько, что хватило бы им на месяц поддержания «шариков-фонариков» в опьяненном наркотиком мозгу. – Я поняла вас. Если можно, то я бы с ней сама поговорила в вашем присутствии. Не знаю, есть ли у вас опыт общения с такими людьми в состоянии «заоблачного путешествия», но если можно – не мешайте.
Внемлет ли Гвидо ее просьбе, время покажет, а пока они выходили из машины возле ничем не примечательного здания, где на двери бара было написано «CLOSED», и Джип двинулся чуть в сторону, открывая другую дверь. Шейенна кивнула Гвидо в знак благодарности, вошла внутрь. Туман от сигарет, что висел еще ночью, рассеялся, оставляя слегка кисловатый запах, в котором чуткий нос индеанки уловил сладкие нотки курительных смесей. Пока Джип приветствовал своего знакомого, девушка  повернулась на звук открываемых бамбуковых шторок. Вышла обычная девушка, заспанная, в коротеньком халатике, перекатывая сигарету меж губ.
- Джип? – держа меж пальцев сигарету, раскрыла свои «доверчивые» объятия. – Ты ли это? Давно твоя итальянская задница не заглядывала? Нашел других девочек?
Шейенна не удержалась от беззвучного смеха, когда увидела испуганно-потерянное-зло-смеющееся лицо охранника. Честно, Тейпа не знала куда себя деть, чтобы в конец не смущать бедного Джипа. Так раскололи перед боссом и незнакомкой.

Отредактировано Sheyena Teipa (2015-07-14 15:11:56)

+1

25

Шейенна рисковала - хотя и Гвидо рисковал ничуть не менее, позволяя втянуть ей себя в подобную авантюру; но теперь, когда они всё глубже и глубже погружались в кашу, которую заварили, и зависели друг от друга всё больше и больше, почти как напарники-полицейские, занимавшиеся одним расследованием, но... по другую сторону закона. И хоть, по сути, то, что они делали, пока что ещё нельзя было назвать преступлением - город уже вытерпел некоторый сопутствующий ущерб, и если понадобится переступить через закон снова - Монтанелли, лично или через свои связи, это сделает не задумываясь, сделав и куда более широкий шаг. У них нет значков, их методы определяются совсем другими правилами и кодексами... Им не требуются ордера на обыск и улики, которые должны будут убедить суд - а это уже в какой-то степени преимущество. И оглядываться назад, возвращаясь к вчерашним событиям, "Маленькой Сицилии", спагетти с креветками, форме официантки, уже поздно - процесс уже запущен... Остановиться на полпути - не вариант. Как сказал, Нери - на них рассчитывают те, кто не хочет из американской тюрьмы оказаться в концлагере.
Однако, и дела - такого дела, которое можно было бы закрыть, - у них не имеется, всё не закончится попросту окончанием расследования, отчётом, нет. У них есть цели: первая - это не дать Кроссу оказаться в кресле коменданта тюрьмы, где содержится Гийвата, а так же Нери и добрая часть других гангстеров Торелли, кто оказался за решёткой, и вторая - наладить, возобновить тот поток, что был прерван из-за увольнения Шейенны - с индейскими "витаминами", а не теми, что были широко приняты. Гвидо сложно, конечно, сказать, что из наркотиков оказывает больший вред, он не эксперт по наркотическим веществам, но... марихуану от кокаина и героина отличить способен; а индейские препараты для шаманских обрядов - это ведь ближе к первому, нежели ко второму или третьему, так?.. Впрочем, Тейпа это лучше знает. Наверное. К слову, интересно было бы взглянуть, что это там у них за растения такие - из любопытства, разумеется, употребление наркотиков Монтанелли в своём случае ограничивал только кофеином.
- Да. - кивнул Монтанелли, взглянув на Шейенну, и снова как будто остановился на её глазах. А как она относится к зависимым? Сестра сбытчиков, надзирательница, насмотревшаяся в тюрьме и на наркоторговцев, и на наркоманов, сама тоже имеющая отношение к сбыту - и наверняка за те годы, что они с Гийвата и её племенем занимались этим, кто-нибудь да пострадал... из-за разборок, из-за передоза, чего-нибудь ещё? Ради того, чтобы младший Тейпа получал лечение... что ж, в этом мире выживает сильнейший. Индейцам, пожалуй, это как никому ведомо. Среди всех исчезающих с планеты видов животных, они однажды чуть было не стали исчезающим видом людей.
- Ну... хорошо. - согласился Гвидо после короткого замешательства - больно уж уверенно звучали слова Шейенны; словно она действительно знала, что собиралась делать... может, и знала, в прочем - коррекционных офицеров ведь не просто отправляют поддерживать порядок, существуют специальные подготовительные курсы, где преподаются основы психологии, методик допроса, ещё чего-то в этом духе - не только обращение с дубинкой и наручниками. Опыт у Монтанелли, впрочем, был, конечно - и неоднократный даже, что при его знакомствах и роде деятельности может и не столь удивительно; можно даже сказать - личный опыт, он потерял хорошую знакомую как раз из-за её пагубной привычки - мать своего крёстного сына, Рут... Пытался лечить её в клинике для наркозависимых, в полным смысле этого слова - принудительно; и даже на какой-то момент поверил в то, что удалось справиться с её привычкой, но... бывших наркоманов, как выяснилось, всё-таки не бывает. Впрочем, эту Лиззи они не лечить собирались - она должна была просто дать им информацию, довольно и нехитрую, к тому же - так что помощь Гвидо Шейенне и впрямь не понадобится для того, чтобы её допросить. Лиззи скорее послушает её, другую женщину; ту, для которой Нери тоже был важен...
- Угасни, Мисти, я тут по делам... - приглушенно ответил Джип, слегка склонившись к вышедшей к ним девице, и что-то активно жестикулируя кистью руки. Гвидо же сложил руки на груди, переводя взгляд с Шейенны на него и обратно - то ли его человек выглядел и впрямь таким уморительным в попытках скрыть свои привычки, то ли смех индеанки был таким заразительным, но - отчего-то и его тянуло улыбнуться. К слову, отчего-то было приятно видеть, как Тейпа улыбается - за всё то, пусть и короткое, время, что они были знакомы друг другу, он так и не увидел ни разу не видел улыбки; она казалась напряжённой и сосредоточенной.
Ну а Джип... люди бывают зависимы не только от наркотиков, но и от собственных привычек. От привычек даже чаще, пожалуй...
- Ну так кто это - из твоего "клуба", или?.. Вам нужна "особая" комната? - посмотрел парень на Джипа, затем перевёл взгляд на Гвидо и Шейенну, начинавший уже терять терпение, из-за того, что потенциальные клиенты толкутся на пороге, вроде и желаний не выражая, но и уходить не торопясь.
- "Особая"?.. Нет, мы просто ищем одну девушку - Лиззи, Лиззи Энворт.
- Лиззи? А что вам нужно от Лиззи? - отозвалась девушка в халатике. Судя по тембру голоса - она и сейчас была если не немного под кайфом, то в состоянии отходняка; а возможно, это состояние просто стало для неё уже нормой. Отделившись от Джипа, она попыталась принять уверенную позу, в упор глядя на Гвидо, и нервно затягиваясь своей сигаретой... святая простота.
- Заткнись, Мисти... иди назад. - строго проговорил парень, указав большим пальцем позади себя - на бамбуковую занавесь, откуда красотка и появилась. Помявшись, недовольно вздёрнув носиком, так всё-таки подчинилась. А вот что и заправила заведения тоже напрягся, услышав это имя, от внимания Монтанелли тоже не ушло... - Вы из полиции?
- Да нахер, какая полиция, Бак? Ты думаешь, я привёл бы копов сюда? - отозвался задетый за живое Джузеппе, облокотившись на стойку. - Нам нужно только поговорить с этой Лиззи - как получилось, что я её не знаю, кстати? - и всё.
- Нет, правила мы знаем, время девочек - не бесплатно... - Гвидо вытащил бумажник и аккуратно положил купюру на стойку. - Так ты проводишь нас к ней, или она сейчас занята, или не её смена, или что?
- Групповуха дороже. - обвёл парень глазами всех троих. Пришлось ещё немного раскошелится - только затем он, спрятав деньги в задний карман своих брюк, начал "петь". - Лиззи умерла... недели три уже как. - взглянул на Джипа. - Передоз. Так что не думаю, что получится с ней поговорить, извините, ребята...
Если только племя Шейенны не умеет общаться с мёртвыми... говорят, индейцы и это умеют. Впрочем, это было бы слишком долго в любом случае, даже если бы было надёжнее, чем кажется... Джип вдруг вспылил, схватив паренька за шиворот и буквально уложил на стойку позвоночником, лицом вверх, голову подтянув уже за пределы столешницы и сжав его горло пальцами:
- Так что ж нам про групповуху заливал тогда сейчас?.. - сломать шею - одно движение, придушить - чуть подольше, но тоже вполне удобное положение. Теперь уже портье начал утомлять Монтанелли, но его голос, когда шагнул ближе, наклонившись к Баку, звучал пока ещё относительно спокойно.
- У Лиззи был муж. Всё, что мне нужно - это знать его имя; но мне это надо чем быстрее, чем лучше. А ты сейчас тратишь моё время. - и деньги тоже...
- Я... не знаю я!.. Но у неё тут документы остались... Но это тоже будет вам стоить!.. - прохрипел распорядитель, извиваясь, как змея, на своей стойке - пытаясь разжать хватку здоровяка Строзаторе, и дрыгая ногами по ту сторону, только ещё больше уменьшая поток кислорода...
- Ещё стоить, да?.. Джип, выдай ему ещё. - бодигард послушно приподнял свободную руку, согнутую в локте, и опустив её парню на брюшную полость, заставив шумно втянуть в себя воздух, выпучив глаза, как рыба, выуженная из воды. - Ну, столько хватит?
- Ох, чёрт... Мисти! Мисти, принеси сюда вещи этой Лиззи!.. Пока они меня не размазали!.. Мисти!.. - захрипел Бак, когда вернул себе способность говорить. Когда девчонка, с округлившимися от представшей перед ней картины глазами, всё той же самой сигаретой в зубах, и смачно шмыгающим носом (видимо, поддать она уже успела в задней комнате) внесла небольшой полиэтиленовый пакетик с небольшой стопкой внутри, Гвидо передал его Шейенне:
- Пойдём, вскроем их в машине. Джип?
- Полминуты, босс... - когда дверь за Гвидо и Тейпа закрылась, увлечённый рукой Джузеппе, парень сполз со стойки, очутившись на полу по внешнюю её сторону. - Мистер Монтанелли понимает, что ты на своём месте человек новый и раскладов можешь и не знать; но если в следующий раз, когда он появится здесь, ты снова попытаешься развести его, или меня, - так легко уже не отделаешься. Считай это предупреждением. Пока, Мисти!.. - отпустив Бака и помахав на прощание девчонке, Джип вышел из мотеля и направился к машине.

+1

26

Видно было, что Джип не из стеснительных, но все же так быть узнанным. Может он не ожидал, что эта девушка выйдет, время то раннее для подобных встреч, но что получилось, то получилось. И Шейенна ни в кое случае его не осуждала. Каждый живет так, как считает для себя нужным. И пусть плохо это или хорошо – это выбор личный. «Дома терпимости» были всегда. Это как неотъемлемая часть института человеческого общества. И женщина делающая выбор работать там или нет, сама соглашается на короткую «жизнь». Ведь век проститутки он не долог. А потом что? И повезет если найдется мужчина, согласный связать с ней жизнь, но в большинстве случаев это одинокие спивающиеся женщины, привыкшие к легкой жизни, выброшенные за дверь борделя, уступая свое место более молодым. Так было всегда. Жизнь это замкнутая спираль, все время переворачивающаяся в пространстве, и мы проходим один и тот же ее виток постоянно, лишь с разницей обстоятельств.
Шейенна вздрогнула от мысли, что их приняли за троицу любителей «особых» условий, и они, как партизаны, чтобы скрываются от жен и мужа.
- Очень «особая», что ты не представляешь себе всю степень этой особенности….
Шейенна шептала в ответ, не сводя взгляда с бармена. Индеанка не лезла в разговор, внимательно наблюдая за всем. Она пыталась понять эту девушку, да и ту, к которой они приехали, что толкает на этот путь. Хотя Шейенна сама свернула с пути, став «личной доставкой» для Нери и его коллег. Но она сама себе оправдывалась, что это ради Гийвата. И так было бы всегда. Шейенна понимала, что брат уже никогда не исправится, что за выходом из тюрьмы может последовать следующий этап. Или он научится у Джо многому, и это спасет его шкуру на воле. Она же не питала надежд на правильную жизнь, посвящая ее семье.
Становилось все интереснее. Шейенна в открытую проявляла молчаливый интерес к беседе. Но едва она услышала, что Лиззи ничего им не скажет, что ее глаза и рот сомкнулись навечно, индеанка почувствовала, что перед глазами все поплыло. Сразу мрачные мысли о брате как рой атаковали ее голосу, и девушка, замерев, смотрела сквозь бармена, с которым уже разбирался Джип, и от рева сгибающегося в руке охранника мужчины, Тейпа вздрогнула, словно именно это и могло ее вернуть сюда. Бамбук вновь застучал, только нервно, как бешено стучало сердце Шейенны, и в душе при виде пакета с документами, как фонарик в кромешной темноте, родилась едва не погубленная надежда. Получив от Гвидо пакет, уже не интересовалась судьбой пары зубов бармена, как быстро пришла в себя Мисти – Тейпа искала хоть что-то, где могло содержаться упоминание о муже Лиззи Энтворт.
- Паспорт, - не отвлекаясь от рассматривания документов, Шейенна вытащила книжечку. – а  разве его не меняют на свидетельство о смерти. Или ее закапали как безымянную?
Вот тут в пору бы и трястись, что в  принципе и сделало с Шейенной волнение. Из ее рук высыпались документы, как нечто старающееся сбежать от нее. Она почувствовала как возле нее сидение слегка продавилось. Она опустила испуганно-взволнованный взгляд на Гвидо, который подобрал те документы, до которых мог дотянуться.
- Простите, - проведя тыльной стороной ладони по щеке, девушка подняла пару бумажек, которые ветром в приоткрытое окно отнесло в уголок, под сидение Джипа. Раскрыв бумагу, едва не порвав ту, что не хотела раскладываться и дать себя прочесть, Шейенна вздохнула с облегчением. – Лиззи надумала два месяца назад развестись с Чарли Спейси. А это, судя по печати и бумаге с грифом тюрьмы, и есть справка о его заключении, что он действительно сидит там, по статье, - она поднесла ближе к лицу документ, пытаясь прочесть. Но лучше бы не читала. Опустив листок, смотрела в зеркало заднего вида, где на нее смотрел Джип, ожидая приказания куда ехать, да и что же там вообще в этих бумагах.
- Что там? Чего замерла?
- У..бийство.. первой степени. Погибло шесть человек. Это он хладнокровно расправился с ними получается.
Да, Джо ее отправил в «увлекательное» путешествие по стране Торелли и все-все-все.

+1

27

Если считать, что "вор" и "проститутка" - это две древнейшие профессии, то им с Джипом, пожалуй, как раз самое место в "домах терпимости", в качестве клиентов, или в качестве кого-то вроде Бака, попавшего за свою жадность под раздачу; впрочем, так оно и получается, по своей сути - криминальная жизнь города, даже и без вмешательства Мафии, как её части, формирует своего рода "клуб", или тоже "профсоюз", неважно, как назвать, преступность - как ни пытайся её искоренить, тоже является частью современного общества. Ну или даже не только современного, если ещё раз вспомнить приговорку о "древнейших профессиях"... Более того, Шейенна - фактически, тоже давно уже была частью этого же "общества", став частью потока запрещённых веществ за стены тюрьмы, разве только раньше её круг знакомств и мог бы ограничиваться только её пределами, и ограничивался бы, если бы не старания её коллег - по сути, ничуть не более чистых на руку; и возможно, у Хлои и Тима были и свои причины так поступить, конечно, но жалость или мнительность - давно уже не то, что ценится в человеческом обществе, и уж тем более - в обществе криминальном. Интересно, кстати, сколько Тейпа поднимали на этой своей затее с индейскими шаманскими растениями? В тюрьме подобные вещи ценятся даже больше, чем на свободе. За решёткой вообще другие расценки - всё, что поступает со свободы, ценится втридорога, и притом, что обратно, за стены тюрьмы, поступает немногое - внутри, между зэками, деньги вращаются довольно немалые.
Насколько Шейенна могла бы быть полезной им, если бы оставалась на прежней должности?.. Может, стоило бы задуматься о том, чтобы "обжаловать" её приговор, раз уж речь всё равно идёт о перестановках в рядах сотрудников колонии - если удастся доказать, что Тим или Хлоя её подставили, её не только восстановят, дав тем самым возможность продолжать зарабатывать на лечение младшего, но ещё и извинения принесут...
Джип нагнал их уже когда те сели в автомобиль, молча забравшись на водительское сидение, предпочитая сделать вид, что сейчас вообще ничего не произошло - ни того, что стало ясно, что он всё-таки был в числе клиентов "Лихорадки", ни того, что произошло чуть позже (собственно, самого интересного ни Шейенна, ни сам Гвидо, не увидели - и если даже Монтанелли и догадывался, что задержало Джузеппе, это не значило, что он будет как-то комментировать - как раз тот случай, когда лучше закрыть глаза ненадолго. Не придётся даже врать, что ничего не видел). Впрочем, пристрастия Джипа Гвидо не слишком-то беспокоили - в своё свободное время он, вполне взрослый и самостоятельный мужчина, мог делать, что хочет; семьи у него не было - но не постоянно же быть приклеенным к боссу и его автомобилю?..
- Не думаю, что Лиззи работала в "Лихорадке" по трудовой... - пожал плечами Монтанелли, довольно даже и равнодушно - когда-то работая со смертью бок о бок, он давным-давно уже зачерствел настолько, чтобы испытывать скорбь, ужас, или что-нибудь ещё, кроме равнодушия, только в том случае, если смерть забирала кого-то, кто был ему дорог - это не означало, что он не умел сочувствовать, конечно, но - и научился не жалеть мёртвых; что бы с ними не произошло... они уже свободны. Они в лучшем мире - им незачем чьё-то сочувствие.
Означает ли это, что он оказал услугу своей жене?.. Ну да - неплохое утешение. Конечно, всё это жутко и глупо - человек никогда не сможет привыкнуть к смерти: иначе он начнёт просто превращаться в животное. Как и любые проблемы, можно лишь просто делить её - на своё и чужое, на то, что стоит пережить... и ради чего переживать не стоит.
Странно, конечно, что документы не сожгли; или не отправили к телу - на худой конец (не факт, впрочем, что тело именно закопали - Монтанелли как никто знал, что бывает с теми, кто живёт и умирает подобным образом); но паспорт всё это время, и при жизни Лиззи, мог так и находиться у сутенёров - здесь явно не уровень "Парадиза", где девушки гостиницы хотя бы оформлены на работу официально. Очень сомнительно даже, что они оповещали кого-то о смерти Лиззи. Нери - ладно уж, об этом мало кто знал, но кто-нибудь потрудился донести хотя бы до её законного супруга-заключённого весть о том, что произошло?..
Шейенна заметно разволновалась. Ну ещё бы... вещи вроде тех, что произошла между Баком, Гвидо и Джипом на её глазах, или что случилось с Лиззи Энворт, другие события, что сопровождают криминальный образ жизни, смотрятся как-то оправданно, происходя между заключёнными в тюрьме, но не на свободе; так что дело не в том, что индеанка не видела чего-то подобного, скорее уж не была привычна обстановка... А Гвидо, до этого учтивый и вежливый, впервые проявил себя на её глазах, как человек, способный навредить кому-то, приказав Джипу "выдать" ещё - сделав это так же спокойно, как поедал свой поздний завтрак сегодня утром. И не почувствовав при этом ничего, кроме, может, голода - время было уже немало, и стоило бы подумать и над тем, чтобы пообедать...
- Ничего, я подниму... - Монтанелли наклонился, поднимая с пола автомобиля часть рассыпавшихся документов, случайно коснувшись бедра Шейенны плечом... и отчего-то на секунду задержав своё дыхание при этом. Последняя женщина, на ноге которой была его ладонь - это Хелен; не считая дочери, конечно, когда он менял ей подгузник. - Чарли Спейси... что-то знакомое. Это не тот Спейси, что лет восемь назад бойню устроил в Сан-Бруно? - Гвидо нацепил на нос очки, вглядываясь в документ, взяв его из рук Шейенны. Жаль, фотографии не было... Скорее преступление на почве расовой ненависти, чем убийство первой степени, хоть оно, кажется, и не было расценено именно так: все шестеро жертв Чарли являлись латиноамериканцами... вот были бы они чёрными - точно был бы скандал на эту тему. А так - в новостях всё предоставили так, словно какой-то одинокий сумасшедший устроил стрельбу на мексиканском рынке.
- Так куда едем-то, босс?..
- Давай в Маленькую Сицилию, я проголодался. А вы?
- взглянул на Шейенну, затем на Джипа в зеркало. Путешествие в "Серебряный ручей" лучше делать не на голодный желудок, если им предстоит его выдержать... к тому же, стоит немного подумать, что сделать дальше.

+1

28

«Дурак дурака видит из далека». Кого еще Лиззи могла найти в своем мире в мужья? Конечно, Шейенна ее не знала, по словам Джо это был ангел с голубыми глазками, о других прелестях, что он вспоминал с улыбкой, задумываться не стоило, который был у него. Но даже ангелы могут стать порочными. Святыми быть трудно. Легче падать, но вовремя перевернуться, чтобы приземлиться на руки, а не разбиться вдребезги, как выброшенная фарфоровая статуэтка, о камни, потом что о «земле» или «траве» можно лишь мечтать. В жестоком мире жесткая посадка. И как бы ты не умел «летать», больно всегда. Вот только одни от такой боли становятся сильнее, другие находят в ней экстаз, а третьи пытаются спастись в тумане алкоголя и наркотиков. Но вот есть и те, кто сталкивает в пропасть. И их мы узнаем с лицо лишь тогда, когда повернувшись, пытаемся уцепиться хоть за что-то, нам не дают. А это всего лишь наши страхи и желания, облаченные в образ того, кто так важен вам. Для Шейенны прыжком в пропасть стал Гийвата, а именно желание уберечь его, а потом защитить,  потом Ольянта, когда девушка поняла, что ему надо операцию, а не то, что ему делали врачи по полису соцстрахования, желание дать младшему брату шанс на нормальную жизнь и страх его потерять. Зацепившись за слова Гвидо о «трудовой», девушка ответила:
- А быть похороненной не как собака, надо иметь трудовую? А не просто элементарное человеческое?
Вероятно, мужчины смотрели на нее как на инопланетное существо, рассуждающее о  вещах в банально-детском ключе. Но для девушки это было по-человечески.
- Одно то, что Лиззи работала, не важно кем, она приносила доход! – Тейпа понимала, что ее речь набирает тональность высоких частот, но возмущение было на грани. Даже маньяков после приведения смертного приговора, отдавали родственникам, чтобы похоронили, или хоронили на кладбище при тюрьме как неизвестного. Если у покойного были деньги, и он желал кремации, не отказывали. Но за время работы в блоке смертников, повидавшая многое, такого скотского отношения она не видела. – У вас так все просто, как выкинуть пакетик чая, когда из него вышел аромат? Да хоть трижды по двадцать раз она была наркоманкой, Лиззи человек, оступившийся человек.
Чем больше она погружалась во все это, тем больше протеста было в душе индеанки. Шейенна не заметила, как покусывала в волнении кончик своей косы, смотря в окно на неоновую вывеску «Лихорадки».
- Почему они дают им употреблять… почему не следят…
Отрицать, что на ритуалах, к которым она допускалась шаманом, Шейенна не вводилась в транс с помощью трав и определенных курительных масел, было бы глупо. Она индеанка с положением в иерархии племени как «признанный отшельник». Тейпа имела право выбора. Ее мать, как дочь вождя отказалась от своего права присутствия на сборе племени, передав его дочери. Но и Шейенна не была частым гостем дома. Но как имеющую образование, к ней прислушивались.
- Двое после той перестрелки выжили и были осуждены на девять лет за хранения оружия, - не смотря на мужчин, думая о своем, вставила Шейенна. – Один умер от вскрывшейся раны, но это официальная версия. Второй сидит. Алексио Комбро. Восемнадцать лет. Блок F.  Камера двадцать, уровень два. Сосед – Кирияши Охана, японец, по кличке Крючок.
Она знала едва ли не каждого. Первое время, при поступлении на работу, девушка занималась «расселением» по камерам, оформлением личных дел. Читала приговоры, биографии. Редко заключенные «скакали» из камеры в камеру. Если только конфликт не назревал между соседями. Но после стычки, когда было ранено несколько человек, в том числе охранников, решили подойти к этому вопросу более тщательно. Психолог разрабатывал портреты, и искали совместимость. Но трудно когда процесс изучения начинался спустя десятилетия после открытия тюрьмы, установки своих законов.
- Я слышала о перестрелке, но зачинщика не знала по имени. Теперь вот узнала. И как быть? Та, которая могла с ним пообщаться, отдала душу небесам. Он же псих. Кто знает, что с ним стало за семь лет заключения? Кто из нас туда пойдет?
Шейенна повернулась, посмотрев на Гвидо с отчаянием во взгляде. Проголодался??? Индеанка развела руками, горько усмехаясь:
- После таких новостей у вас есть аппетит? Когда мы в тупике, вы потратите минуты на еду? Когда…
Она переводила взгляд с одного на другого, понимая, что они не понимают ее, выхватила из рук Гвидо бумагу со сведениями о Чарли Спейси, попыталась открыть дверь.
- Будь добр, нажми кнопку! Сними блокировку! – мужчины молчали. Вероятно, понимали оба, что это временная истерика, как у самой обыкновенной женщины. Или Джип оказался умнее и просек тему, или Гвидо невидимым для нее жестом приказал заблокировать двери – ей было не важно. Успокаиваясь от бессилия переломить ход в свою пользу, Шейенна прошептала, откидываясь на спинку сидения: я не голодна.
И протест ее организма отозвался едва слышно. Не будешь ты есть! Пока не решим всех вопросов! И не урчи!

Отредактировано Sheyena Teipa (2015-07-15 01:40:23)

+2

29

Гвидо смотрел на возмущение Тейпа с молчаливым снисходительным сочувствием в глазах, откинувшись на спинку кресла - взгляда не отводя, но и желая вступать в диалог, не нападая и не защищая сотрудников "Лихорадки"; словно просто глядя "сквозь" эту ситуацию - как видел, и одновременно не видел, того, что сделал Джип только что. А что он мог ответить Шейенне?.. Произошедшее - ужасно, конечно, никто и не спорит; но что с этим поделать - такие они люди, и Бак этот, и Джип, и он сам; никто не святой - и всем приходится выживать, цепляясь за что угодно, чтобы не стать однажды... да хотя бы такой, какой стала Лиззи. Её случай, как бы не шокировал индеанку, лишь капля в море, всё это далеко не первый, не последний и не единичный случай, сколько ещё таких Лиззи, Мисти, и всех прочих, каждую неделю отправляется в небытие, или становятся на дорогу к небытию? Искать виноватых в этом? И кто же может быть виноват?.. Человечество склонно к самоуничтожению, интересно, что при этом его популяция с каждым годом растёт - такой вот природный парадокс. Может, Монтанелли и сам хотел бы остановить этот кошмар; может, он даже и мог бы что-то сделать - может, даже и делал что-то, "разграничивая" влияние наркотиков в городской среде; но, как бы ни был влиятелен, он не был Богом - даже на наместника его на Земле никак не тянул. И собственными принципами насчёт наркотиков поступался в этот же самый момент, пытаясь решить проблемы их трафика за стены тюрьмы и проблемы Шейенны - выходило, что не так уж они и тверды... Они словно ходили по границе того "занавеса", между зонами, где наркотики правят миром, и где их нет - и каждый чувствовал их присутствие. Притом, если допустить, что этот занавес проходил сейчас между ними, прямо по центру автомобиля, Шейенна - она была как раз на той стороне, где проблемы запрещённых веществ были наиболее актуальными; Гвидо - на "чистой"... а вели себя так, словно было в точности наоборот. Ещё один парадокс. Ещё одно слово о том, что в мире не бывает чего-то абсолютно белого и абсолютного чёрного, абсолютного добра и абсолютного зла. Так что - да, Монтанелли просто был голоден. И муха в супе отбила бы у него аппетит с куда большей вероятностью, чем известие о чьей-то смерти... и это Тейпа ещё не видела "худшую" из его сторон.
- Да их там специально подсаживают... а что, в тюрьме нет такой практики? - задал Джип вопрос со своего места; и Гвидо, несмотря даже на то, что посчитал его не совсем уместным, когда Шейенна почти успокоилась было, решил всё-таки присоединиться, ещё раз смерив её взглядом. Гийвата; Нери, с которым она так дружила - не так ли поступали с заключёнными, которым продавали наркотики? У многих и единственное развлечение-то в тюрьме - что "забалдеть", в тайне от охранников... и единственная разница между ними и "Лихорадкой" - именно что в том, что у них существуют такие, как Тейпа, кто оформят свидетельство о смерти, отправят покойника на кладбище или его родным... в их-то мире с полосатым небом и серыми стенами, документация - вообще дело последнее. Шейенна сама была частью этого. Так что эта вина - и на ней тоже. Нету ничего абсолютного... вон даже "невинная жертва" вооружённой бойни на проверку оказалась оружейным дилером, которого она даже знала лично.
- Ты - точно нет... Если Кросс или его заместители тебя увидят, то могут почуять неладное.
- вчера уволилась из одной тюрьмы, чтобы сегодня оказаться на свидании с заключённым в другой, где сдаёт дела прежний комендант, готовясь стать новым шефом её бывших коллег - это да, подозрительно. Кроме того, Чарли этот... что-то подсказывает, что он охотнее будет говорить с белым, чем с индеанкой. - Как и меня, впрочем... - не в той же самой степени, конечно, но - Гвидо и раньше по полицейским учебникам проходили, сейчас босс мафии и подавно на первых полосах, что у детективов, что у таких, как Кросс... Монтанелли предпочитал не появляться в таких местах лично. И от греха подальше, не сглазить дабы, в том числе...
- Шейенна! - Гвидо резко перехватил её руку, когда она потянулась к двери, почувствовав, что истерика всё-таки хлестанула через край, развернув девушку лицом к себе. Мир на свободе может быть в какой-то степени даже более жестоким, чем в тюрьме, и чем в живой природе, верно?.. На самом деле, по мнению Монтанелли, причина её нервозности как раз в обратном - в голоде, в усталости, в стрессе. Тут не в чертах характера дело даже, а просто в организме - он умирает, если не дышит; слабеет, не получая пищи или сна. Долго же Тейпа придётся не есть, пока они не решат всех вопросов - а и не решат, потому что действовать надо на трезвую голову... и сытый желудок тоже.
- Успокойся. И сама подумай - будет лучше ехать в "ручей" голодными или сытыми? И что важнее, твои братья - или Лиззи?.. - в глазах Монтанелли было что-то стальное, крепкое, как в хватке его ладони - но прикосновение другой руки к плечу Шейенны было куда мягче, теплее. Проявлять темперамент не время; нету у них такой роскоши, как нетерпение. Да и такую махину, как Кросс, не свалить нахрапом - это дело не одного дня. Даже на то, чтобы разобраться с проблемами её "цепи", понадобится больше времени, чем сутки. - Мы присядем, обдумаем всё в спокойной обстановке, решим, что делать дальше; воспользуемся телефоном, если будет надо - и пообедаем. - Гвидо говорил тоном, не терпящим возражений, но притом - не давил на неё, пытаясь быть убедительным, но без приказных ноток. - Или у тебя есть другие предложения? Куда бы ты сама направилась?.. - разблокировать дверь, выскочить на ходу - это одно. А что затем? Что было бы пунктом назначения?.. То-то вот.

+1

30

Видимым спокойствием она пыталась сбить с толку бодигарда, но Шейенна просчиталась в одном – оба мужчины были неплохими психологами. Дверь была по-прежнему надежна закрыта системой, но индеанка не оставляла попыток, бесполезных, пустых и таких нужных ей сейчас. Шейенна будто оглохла от творившегося в ней отчаяния, готового перейти в безумие действий. А последствия могли быть катастрофичными, выйди она из машины. Почувствовав крепко сжатые пальцы на своей руке, даже не сопротивляясь движению, повернулась к Гвидо, смотря едва не моляще. Что еще нужно? Трезвость, рассудок очищенный от эмоций, силы и еще раз силы. Она смотрела в его глаза, едва заметно мотая головой, отказываясь слушать, понимать. Шейенна пожала плечами, касаясь щекой, сжимающей ее плечо ладони итальянца:
- Я не могу больше.
Пешком. Тейпа готова была идти туда пешком, добраться до следующей точки их «путешествия», чтобы приблизить решение квеста «Кросс или Как избавить мир от угрозы». Нервы это такое странное плетение внутри каждого человека, что ты не знаешь – когда они сдадут. И чаще всего это происходит тогда, что ты не готов, это не нужно. И если нет кого-то рядом, к то мог бы встряхнуть тебя, достучаться до отчаянно исчезающих голосков рассудка, то все вокруг подчиняется твоим действиям на безусловном рефлексе.
- Я устала. Как выдержать…
Она уткнулась его в плечо, судорожно вздыхая, стараясь послушать голос Монтанелли, внемлить и  успокоиться. Вероятно, Джип сел обратно, повернувшись к ним спиной,, понимая происходящее, этого она не видела, возможно Гвидо также просто ждал, не отпуская ее руки и плеча. Шейенна затихла, чуть подрагивая плечами, ощущая легкий запах парфюма, что тонким шлейфом обволакивал ее, исходя от итальянца. Трудно быть женщиной в мире мужчин, а еще труднее быть сильной. Природа не давала этого слабой половине человечества, они брали сами, взваливая на плечи не посильные ноши, сгорбливаясь тащили вперед, как рабы корабли по пустыне, вагоны проблем, периодически отгружая. И как в аду, где катали в гору тяжелые камни, а потом бежали вниз, спасаясь от них, в ее вагоны падали проблемы, ни на йоту не облегчая ношу. Вытерев другой рукой слезы, Шейенна посмотрела на Гвидо, кивая уже более уверенно:
- Да, вы правы. Выиграть сражение, не обсудив плана, лишь затянуть его, что будет грозить нам потерей бойцов, в нашем случае информации. Спасибо.
Облокотившись о колени, уткнулась в ладони лицом, делая глубокие вздохи, устремляясь к своей покровительнице – Луне, ища помощи. Машина тронулась, и ее слегка качнуло, откидывая на спинку сидения. Ее губы беззвучно зашептали призыв к ночной звезде, а взор обращен внутрь себя:
- Великая Матерь всех рожденных ночью. Помоги мне найти в ночи решение, освети мой путь, убери камни, чтобы не споткнулась я. Согрей своим светом мой дух, всели в меня ветер, чтобы дал свободу мыслям….
Она очнулась, когда ее ладони коснулась рука. Шейенна слегка туманным взором, не полностью выйдя из состояния медитации посмотрела на Гвидо, прикрыв глаза. Ее будто вырывали оттуда, куда она пришла сама. Нельзя. Ее не отпустили еще. Белые не понимают индейцев, считая их колдунами. А они всего лишь умели обращаться к себе, ища уверенность и силы. Девушка открыла глаза, понимая, что в машине она одна. На сидении лежала лишь справка с данными о Чарли Спейси, остальное все исчезло. Забрав ее, Тейпа вышла из машины. На стоянке было много дорогого авто, что она невольно засмотрелась, понимая, что сейчас тут стоит хороший бюджет маленькой страны где-то на островах Карибы. Шейенна открыла дверь, чувствуя приятный аромат готовящей еды, что внутри все протестом подгоняло ее вперед, отодвинула тяжелую портьеру на входе в зал. Перед ней тут же возник администратор.
- Сеньор Гвидо предупредил о Вас. Прошу.
Шейенна старалась не смотреть на поворачивающихся к ней людей. Богато одетые дамы, дорогие сигары, запонки стоимостью миллионы, слегка пренебрежительные, выражающие удивление, движение тонкой кистью – Тейпа ловила все. Ее проводили в кабинет, где уже суетился официант, накрывая на стол для троих.

Отредактировано Sheyena Teipa (2015-07-15 21:50:28)

+1

31

Мы, сильные духом, должны терпимо относиться к слабостям тех, кто не силён, а не себе угождать.

- К Римлянам, глава 15, стих 1.

Помоги слабому, и он, обретя свою силу, присоединится к тебе; оттолкни слабого - и он, если сумеет найти помощи у кого-то другого, в будущем при удобной возможности воспользуется шансом отомстить... Многие хотят стать другом сильного, но ничуть не труднее для него и нажить себе врагов. Может быть, умозаключение и кажется наивным, и кто-то скажет, что в криминальном мире нет места для благодарности, жалости и чести; но если бы и на самом деле было так - воры, наркоторговцы и бандиты попросту давно бы изжили самих себя, съели бы друг друга, как начинают поедать друг друга крысы или змеи, находясь в одной яме слишком долгое время без возможности выбраться. Для того, чтобы создать условия такой "яму", необходимо полностью отделить преступников от остального общества... а это, как выясняется, не могут сделать даже бетонные стены и железные решётки. Человеческое общество, как бы не делилось на классы, слои, хоть индийские касты, образует собой нечто целостное, единый организм; изолируй одну его часть - получишь калеку.
Монтанелли на своём опыте убедился, что сделанное добро имеет свойство возвращаться; главное - это видеть, кому именно ты помогаешь. В их сфере, услуги - прямо как в тюрьме - почти та же валюта, которая может стать средством к существованию, а может - и выгодным вложением; любой хороший бизнесмен видит, куда нужно вкладываться, а мафиози - прежде всего, человек деловой. Может, и не все люди, которые стояли рядом с Гвидо, верили в его "вложения", но так или иначе, большинство из них принесли хорошие плоды. Монтанелли редко отказывал тем, кто хотел быть его другом...
Шейенне нужна была его помощь - но и просить она пришла её не за просто так; она могла бы и готова была стать полезной в ответ, и эту готовность и полезность уже доказала в прошлом - пусть не ему лично, но рекомендация Джозефа Нери для него была не пустыми словами. И что ещё даже более важно, может быть - у неё был не только некий внутренний стержень, преобладающий над страхом попасться, но и крепкие причины для того, чтобы оставаться "в игре" - гораздо крепче, чем жадность. Если она не поможет брату - никто не поможет; Тейпа это готова сделать любой ценой. Этого достаточно не просто для того, чтобы Гвидо взялся ей помогать, но и для того, чтобы он проявлять какую-то часть уважения в ответ... он был в сходной ситуации когда-то. Но, что характерно, его никто никуда не тащил - давали возможность опереться на руку, если это было необходимо; подталкивали слегка, если нужно, но не тянули; не тот случай, когда сработало бы "не могу". Братьям Шейенны никто не поможет, кроме неё самой...
Джип только поджал губы, глядя на открывающуюся картину, и вернулся глазами к дороге - слабость дона к красивым женщинам, попавшим в сложные обстоятельства, для Семьи давно уже перестала быть тайной. Что и требовалось доказать, пожалуй, не прошло и сезона с тех пор, как он разорвал отношения с Хелен, как... кто-то ещё уткнулся в его плечо. Бодигард никак не стал это комментировать. С его точкой зрения, впрочем, в каком-то смысле легче - не у него пытаются найти утешение...
Гвидо осторожно коснулся ладонью затылка Шейенны, проводя ладонью вдоль её косы, чувствуя пальцами плетение волос, отчего-то подумав о том, что с виду они кажутся жёстче, чем являются на ощупь. Это для него и его банды путь только начался - для Тейпа же он был только встреченным попутчиком, каким был Нери раньше, она уже проделала немалое расстояние. Для неё то, что происходило, не было началом... даже успела устать. Ну да, во всех смыслах - то, что она физически была вымотана ничуть не меньше, чем морально, тоже было хорошо заметно. Особенно если вглядеться как следует, не обходясь только поверхностной оценкой... За те часов восемнадцать, что они были знакомы, и так становилось хорошо понятно, что поверхностности ситуация не терпит...
- Не за что. Мы теперь в одной команде - информация не много будет стоить, если кто-то из нас упадёт от усталости или голода.
- строго заключил Гвидо, глядя в заплаканные глаза Шейенны. Блекло-зелёные, почти что ближе к серому - слишком светлые для человека индейской расы... но именно это и делало их каким-то странными, особенными. Колдовскими. Америка - сборная мира, сам Монтанелли тоже не мог бы похвастаться, что она все сто процентов итальянец; про "коренное" население материка, которое местами и вовсе растворилось за столько лет истории, и говорить нечего... Что нас не убивает, делает нас сильнее, пожалуй. А любое новое знание - по сути своей, чужеродно. Именно постольку, поскольку новое.
- Что она там бормочет?.. - Джип чуть руль из рук не выпустил, да и Гвидо как-то неосознанно отодвинулся в сторону, разорвав тактильный контакт с Шейенной; языка, на котором она говорила, естественно, не понимали ни один, ни другой, и даже при том условии, что Монтанелли всегда уважительно относился к тому, как каждый проявляет культуру своей национальности, ему всё равно было немного... не по себе. Хотя и не то, что отпугивало; скорее даже - наоборот, интересовало... Гвидо махнул Джипу рукой, чтобы не дёргался. А давно ли сам Монтанелли был в церкви?..
- Шейенна?.. - Гвидо осторожно коснулся её руки, когда они приехали... Казалось, что его в жизни трудно чем-либо удивить, но сейчас... под рубашкой по спине мурашки пробежали, стало даже жутко. Из зелёных глаз женщины на него словно взглянуло что-то другое, чужое, не сама Тейпа - а словно какое-то иное существо, или правильнее даже сказать - "сущность"; и Монтанелли мог бы поклясться, что он ощутил этот взгляд, почувствовал в автомобиле присутствие кого-то четвёртого... что бы там это ни было - это на самом деле было. Настоящим.
Но вот что интересно, он не чувствовал, что это "нечто" излучает что-то недоброе, сатанинское - просто что-то... другое. И когда Монтанелли это понял, то его страх быстро прошёл. И руки уже не тряслись, когда он собирал документы - только листок с информацией о Чарли Спейси остался лежать, прижатый к сидению переместившейся рукой Шейенны. - Ладно... пойдём. - щёлкнув, разблокировались двери машины; но ключи зажигания Джип из замка всё-таки на всякий случай вытащил, забирая с собой.

- Нет, сейчас она молебен в нашей машине устраивает, а дальше что - вигвам построит на парковке?.. - Джип и находившийся в кабинете Алекс живо обсуждали произошедшее. Похоже, что бодигард как раз ничего не заметил (или просто не понял?), и был возмущён поступком самой Шейенны, чем испуган её обрядом.
- Дурак ты недалёкий, Джип, вот что. - Алекс же, будучи человеком уже постарше, посолиднее, отцом троих детей - да и женатым не на итальянке, а женщине немного другой культуры - над ним попросту смеялся. - У индейцев история ещё покруче, чем у египтян. Вот ты про цивилизацию Майя слышал? Хотя, ты и Египет-то видел только на карте... - открылась дверь, пропуская Шейенну внутрь кабинета, и все трое итальянцев, включая и Гвидо, сидевшего за столом управляющего, перебирая документы и от разговора слегка абстрагировавшегося, подняли головы. - О, привет! А я пропуск тебе привёз.

Отредактировано Guido Montanelli (2015-07-21 21:30:56)

+1

32

- Историю моего народа никто не знает до конца, как и мы сами. , - девушка, услышав последние слова прибывшего сотрудника комбината, тихо ответила, кивая в знак приветствия, присаживаясь на стул, который одиноко стоял возле стены. – Бледнолицые полагают, что они высшая раса, обладающая высоким потенциалом мышления. Глубокое и гордое заблуждение.
Шейенна взяла из рук Алекса свой пропуск, рассмотрела кусочек бумаги, вставленный в пластиковую защиту. Как быстро ее приняли на работу. Без собеседований, кучи ксерокопий и справок, стажировки. Хотя нет. Стажироваться теперь девушка будет до конца своего увольнения. Да и оно это меньшее из зол.
- А мы не бледнолицые, так что может в нашей крови тоже что-то есть мистическое? – Алекс хохотнул, беря бокал, который наполнил официант, уходя за блюдами.
Джип не сводил с индеанки взгляда, что она в ответ посмотрела на него.
- Ты колдовала да? Не делай так больше, я испугался.
Обстановка была разряжена легким смехом, находившихся в кабинете людей.
- Если бы колдовала, то поверь, сейчас была бы тишина, ибо поставила бы на твой рот печать молчания до утра. И прошу прощения, но машина осталась не закрытой.
Джип выругался, скрываясь за дверью, но Алекс прыснув, едва не роняя бокал с водой, успел того похлопать по плечу, вдогонку бросить пару слов:
- Признай Джи, ты бы не дожил до утра. Да кстати, - мужчина присел на подлокотник кожаного кресла, -  когда ты на работу? Обещаю все показать и рассказать. Впервые на комбинате будет секретарь. Поиграем по сети, а то все такие занятые, мне иногда делать нечего.
Официант прерывал их разговор, заходя с блюдами. Шейенна как голодная волчица смотрела на яства, вздыхая аромат, мысленно определяя по запаху те или иные ингредиенты.
- Вы что-то желали бы?
- Если можно суп.
Джип вернулся, поигрывая ключами. Разговор шел в весьма непринужденной манере, будто не было в комнате босса главной структуры города и его подчиненных. Говорили о спорте, делали предположение на будущие матчи Милана с Баварией. Шейенна слушала, совершенно не понимая о чем они, пока Гвидо не произнес слово «футбол». Девушка расслабилась. Она не любила тем, в которых не понимала ничего.
- А у вас есть какие-то развлечения в резервации?
Шейенна пожала плечами, спокойно кушая сырный суп.
- Скорее обычаи, чем развлечения. Есть ритуалы, что не секрет ни для кого.
- Ну, например? – все сидели за столом, спокойно ужиная, и Алекс недолго думая остался с ними, - как пощекотать нервы можно?
- А вам не хватает в жизни сюрпризов? – Шейенна удивленно посмотрела на мужчину. Уж кому кому, но не им говорить о серости будничных дней. – На окраине резервации, что идет вдоль реки Сакраменто, есть скальный обрыв, названный в честь Угу Пламенного крыла. Там есть три уступа, как по преданию три шага, что он сделал, прежде чем прыгнуть в воду. С третьего если прыгнуть, то ты будешь видеть поду под собой. Со второго ты едва успеешь понять, куда повернуло тебя. С первого не все решаются. Ты слеп как щенок волка. Если нет силы, то скалы примут тебя на свои камни. Даже не все воины решались на такое.
- Ну так что ж днем то не увидеть, - отмахнулся Джип, накладывая себе салата.
- Ты не прав. Днем ты не видишь себя изнутри. Вы думаете, что различая светофор, или вот, - Шейенна взяла с края стола Гвидо стикерсы, что разноцветной стопкой лежали в коробочке, - листочки. Какие? Не удивляйся. Красный, оранжевый, зеленый, салатовый, желтый, - ее пальцы как веер раскрывали стопочку, - то вы знаете, что приятно вашему глазу, или что опасно для вас. Вы видите лишь глазами, а Солнце помогает вам видеть. А ночью, когда твои чувства обостряются, зрение уступает чувствам место в разуме, ты озарен. Жаль, вы не поймете.
Алекс положил подбородок на кулак, задумчиво смотрел на девушку.
- Определенно мне нравится. Отменяются игрушки по сети. Будешь Шахерезадой. Да, люблю сказки. А то дети мои постоянно требуют что-то новое, а я ну просто уже все, фантазия кончилась.
- А кто такая Шахерезада?
- Вот, первая тема для разговора на рабочем месте.
Никто не торопился поднимать тему о дальнейших действиях, понимая, что залог успеха – приятное и неторопливое время ужина.
- Нет, ты колдовала? – Джип не получив ответа на свой вопрос, вновь спросил.
- Нет. Медитировала.
И будто сказала обычную вещь, Шейенна взяла тарелку с пастой, которую приправила нежнейшим томатным соусом.

+1

33

Наблюдая и слушая, как Шейенна вливается в новый для себя коллектив, Гвидо не мог не отметить воодушевление в голосе индеанки, когда та рассказывала о месте, где родилась и выросла; она и впрямь скучала по своему дому, наверное... а часто ли бывала там, в месте, где на Сакраменто-ривер стоит эта скала Пламенного Крыла?.. С какой ступени она решилась бы прыгнуть? И если уж сравнивать по такой шкале - связь с братом в тюрьме, или последующий прыжок в омут Сакраменто, какой это было ступенью?.. Хотя, главная сложность в том, что полёт ещё продолжается; и правильность своего выбора они смогут понять только тогда, когда он окончится - касанием воды или скал... любой из них может разбиться в любой момент.
Ну а пока этого не произошло - лучше всего просто наслаждаться пищей и вином на своём столе и говорить о спорте, о своих семьях, или про сетевые игрушки, кому что... Монтанелли вместе с пищей переваривал только что увиденное им - снова и снова задавая вопрос, не показалось ли ему, может, просто фантазия разыгралась? Джип ведь тоже находился в машине, но ничего необычного не заметил, даже шутил сидел на эту тему... или просто ничего не понял? Не всегда просто быть скептиком. Скептик и католик - это смесь вообще гремучая; однако глядя на то, как медитировала, колдовала, молилась, или что Шейенна там делала, Гвидо вдруг и самого потянуло в церковь... вопросы, на которые нет ответов, кажется, во всех религиях принято задавать Богу, или ещё какому-то высшему разуму.
Впрочем, что делать с Кроссом, небеса им навряд ли подскажут; так что наслаждаясь обедом и разговорами Гвидо размышлял и о том, что необходимо сделать дальше... Вопрос на будущее, о трудоустройстве Шейенны, был уже окончательно решён с того момента, как Алекс выложил перед ней пропуск - её присутствие и в кабинете Монтанелли, и практически в любой точке комбината, стало официальным; осталось дело за малым - стол для неё с компьютером поставить, хотя, Мескана наверняка и этим уже занимается - тут всё в порядке.
Если верить информации, то у Хлои есть партия, которую она потихоньку переправляет за решётку - сколько порций за смену, две, три? Такие поступления необходимо дозировать, если отправить за решётку всё разом, даже при условии того, что там найдётся кто-то, способный это купить - это будет означать существенную разбалансировку сил внутри тюрьмы, может привести и беспорядкам, даже бунту, что хорошим - в том числе и для самой Хлои - вряд ли закончится. Основная масса товара должна лежать где-то в зоне доступа, но явно не в стенах тюрьмы, но вряд ли и где-то в стенах тюрьмы или камере хранения, таскаться туда каждый день - целое мероприятие; остаётся... её дом? Это нужно перепроверить, подстраховаться. Надо, чтобы кто-то проследил за ней?
- Медитировала как? Как индийка, что ли? В смысле, как индуска?.. - у Джипа начался процесс разрыва миросозерцания, явно ещё чуть-чуть - и он окончательно запутается между индийцами и индейцами. Про буддизм он слышал, конечно, но с американскими индейцами у него не ассоциировалось... до сегодняшнего дня.
- Ты знаешь, где живёт эта Хлоя? - задал Гвидо вопрос, прерывая беседу не по делу. Расписание, по которому она работала; хотелось бы устроить в доме её небольшой обыск, нежели откровенный налёт - чей-то дом могут обнести, такое случается. В списке пропавших вещей несколько килограммов кокаина вряд ли будут значиться при обращении в полицию... А если это будет единственным, что пропадёт, вообще не потребуется никуда заявлять...
С Тимом проще, если он держит свои "активы" в обороте, ему никто уже ничего не продаст - через несколько часов он наверняка пойдёт туда, куда Шейенна уже указала; знакомых ему дилеров уже нет - осталось только сделать так, чтобы его перехватили, пока не нашёл себе "новых" знакомых. Объяснив новый расклад, взять его в оборот - возобновив "цепь", только с другим элементом в главной роли.
- А как ты получала "свой" товар, Шейенна?.. - у неё есть доступ, так скажем, к его "производителям", это её родственники - но этот доступ, что называется, удалённый, в пределах резервации. Кто-то должен был держать связь между Шейенной и её деревней, причём связь регулярную. Её другой брат, подросток?.. Не лучший вариант его знакомить с Тимом и Хлоей, пожалуй. Хотя, наверняка экс-колллеги если и не были в курсе всех деталей, то уж в целом о ситуации догадывались - опять же, в тюрьме едва ли что-то скроешь; а два индейца с одинаковой фамилией по разные стороны решётки - слишком узко для совпадения.
- Чарли Спейси? А этот нац-червяк тут каким боком?.. - поняв, что разговор о футболе закончен, Мескана взял со стола документ и скривил лицо, прочитав имя, отложив лист обратно, словно увидев что-то неприятное. Что называется личной неприязнью, у него жена была той же самой национальности, что и Комбро и остальные пострадавшие в устроейнной Спейси бойне.
- Наш потенциальный информатор о Кроссе. Да... Надо решить, кто его навестит в "Серебряном ручье". С Шейенной он дела вести едва ли захочет, я - подряжаю бывших надзирателей и индейцев на работу, Алекс - её коллега...
- да и что-то подсказывает о риске, что он Чарли по лицу нечаянно заедет. - Джип? Впрочем, ты с ним тоже явно не договоришься... - Гвидо почесал шею, задумавшись. - Лиззи раньше работала в "Парадизе", так что Лив эта ситуация уже коснулась... И к комбинату или колонии она отношения не имеет... - мужской, по крайней мере. - Если она согласится - отвезёшь её завтра в Ручей, Джип?

+1

34

- В смысле, как человек. Это дано каждому, надо просто научиться смотреть в себя, - отложив вилку, Шейенна взяла маленький бутерброд с тарелки, чуть приподняла руку, на манер дирижера, - и никогда не торопиться. Но чтобы тебе было понятнее…, - она задумалась, остановив возле губ кусочек хлеба, - я размышляла.
Вина девушка не коснулась. Не время туманить разум. Впереди еще много нерешенных задач и, как каменная кладка, стена вопросов. Сейчас они играют в «Подними соломинку». Надо вытащить все так, чтобы после твоего хода, вся конструкция устояла. А после хода соперника рухнула. Пока их противник время и «слепота» в информации. То что они знали, лишь больше ставило знаков вопросов.
Услышав, что Гвидо обратился к ней, отвлеклась от разговора с Алексом и Джипом, внимательно посмотрев на итальянца, повернувшись к нему вполоборота.
- Знаю. Еще когда я пришла в тюрьму, Хло пыталась стать мне подругой, - Шейенна горько усмехнулась, перевела взгляд за спину Гвидо, разглядывая как за окном ветер «запутывал» ветви деревьев, как по вечернему небу, озаренному закатными красками заходящего солнца, бежали облака. – Будет дождь… В тот день тоже был дождь. Я возвращалась из магазина, как у тротуара остановилась машина, в которой сидела она и молодой парень. Почему-то Хлоя решила, что одинокой индеанке требуется компания. Но она ошиблась в том, что не рассказала Саймону о том, что я краснокожая.
- Чего? – Джип поднял взгляд от тарелки, - какая ты?
Она не стала отвечать на его вопрос, предоставляя мужчине дойти до ответа самому. Не очень приятно пояснять, что ты не такая как все, потому что ты не такая. Зачем объяснять очевидность.
- Обладая хорошим слухом, порой ты становишься свидетелем многих разговоров, которых вовсе не должна касаться мыслями. Саймон не сдержался и вслух, выходя, сказал «Ты предупреждай к кому подкатывать надо». Вот так попытка стать мне другом провалилась едва начавшись. Потом начальник тюрьмы удовлетворил мое ходатайство о переводе в блок брата, где уже я познакомилась с Нери. Новенькая, а уже ей идут на встречу. Как тут не появиться зависти. Я имела на момент ее «любезной дружбы» доступ к архивам.
Этой последней фразой, Шейенна показала, откуда у нее информация о незадачливой подруге.
- На дороге, что пролегает мимо съезда к резервации, есть городок, в пятидесяти милях не доезжая его со стороны Сакраменто. Там есть наша лавка. Если в условленное время ко мне не приезжал человек, то на утро я забирала товар из того магазинчика. Все просто. В городке живет то человек чуть больше полсотни. Нас там все знают не одно поколение. Скажем так, «мы у всех на виду, и нас никто не видит». Партии были небольшими. Отличие от порошка бледнолицых в том, что от вашего товара эффект проходит спустя несколько часов, и если принял, то теряешься в пространстве. «Витамины», что делали индейцы, дают более долгий эффект. Стоят они также, и надо немного. Но охотников на это было не так много.
Состав веществ брался из так называемой индейской мудрости. Если бы заключенные, кто пробовал и регулярно употреблял «витамины» знал о его составе, то вероятно в следующий раз пытался дотянуться до девушки и свернуть ей шею. Поэтому состав держался в строгом секрете (Тейпа знала лишь частично, и именно то, что касалось шаманской магии), но и сама Шейенна держалась под зорким взглядом Нери. А иногда к Гийвате приходили его друзья. Тейпа не знала что и как, лишь однажды брат довольный похвалился, что продал кое-что. Она испугалась, ведь шло не от нее.
Индеанка не работала с братом. Он получал процент, что сестра помогает. Шейенна работала непосредственно с Джо Нери.
Как оказалось Алекс был наслышан об той истории с перестрелкой и кто это «поигрался». Понять его не трудно. Хотя в его жизни таких «стрелялок» было предостаточно, и потерять «вкус на сострадание» тоже мог. Но слишком резонансная мотивация была у того события. Едва услышав, что Гвидо повторил то, что сказал в машине по поводу ее присутствия на беседе с Чарли, Шейенна хотела объяснить, что она не станет сидеть в  стороне, и, как человек, который в данном мероприятии имеет самую сильную заинтересованность, хотела бы присутствовать на всех этапах решения проблем. Но Монтанелли объяснил, и предложил женщину с уже знакомым ей именем.
- А ее вы не боитесь посылать туда? Мы же не знаем, что с его головой стало там, в Ручьях.
Она переводила взгляд с одного мужчины на другого, лихорадочно думая, что же ей делать. Ведь просто прийти и сказать «Ваша жена скончалась. Но в обмен на это расскажите-ка нам о Кроссе» было едва ли не самоубийством в игре против начальника тюрьмы, а вернее пока против его назначения.
- Вы спросили про адрес Хлои. Я понимаю ход ваших мыслей, но в связи с моим увольнением график дежурств передвинут. И я не знаю когда у нее смена. А узнать могу лишь пойти на свидание с братом или самим Джо.
Задача с кучей неизвестных. А вернее многоходовка в блиц игре.

+2

35

Про такие вот "размышления", про медитацию, про йогу, Гвидо и сам слышал - больше, правда, и впрямь про тех, кто живёт в азиатской части соседнего материка, и всегда относился к этому как-то... не то, чтобы несерьёзно - просто это было не "его" темой; как и большинство людей, он в душе удивлялся тем "чудесам", что показывали натренированные йоги, но вовсе не считал, что сам способен достичь чего-то подобного, несмотря на то, что говорят, мол, дано это каждому, нужно только раскрыть себя; да и того свободного времени на это "раскрытие" у Монтанелли никогда не было - американцы и европейцы вечно чем-то заняты или обеспокоены... Даже при всём том, что Гвидо уважает образ жизни азиатов - понимает и свою к нему непригодность. Да и даст он ему немного - в организации, состоящей в основном из католиков - по культурной принадлежности, по крайней мере - а по факту, и из атеистов - любые такие увлечения могут быть приняты правильно, а любое "чудо" воспринято как колдовство, если и не сатанизм... Потомки древних римлян, тень "Святой инквизиции" итальянские мафиози тоже впитали в кровь. И в организации на стыке бизнеса и религии, конечно, необходимо проявлять гибкость... но и не перегибать.
И несмотря на то, что холодная сталь не гнётся - всё-таки разум лучше оставлять холодным...
- Джип, уймись, урок этимологии я тебе потом проведу... - приподнял Гвидо ладонь. Они тут о деле пытались поговорить, и лишнее напоминание о разнице в культурах сейчас только сбивало; к скамье подсудимых и тюрьме, так или иначе, каждый из них, сидящих за этим столом, был близок - и вряд ли кого-то так уж сильно беспокоило, каким именно будет тот, кто закроет за ними клетку, чёрным, карамельным, жёлтым или краснокожим. - Напиши адрес... - один из цветных стикеров, использованных Шейенной для небольшой демонстрации, ложится рядом с её ладонью и накрыт карандашом. В конце концов, если она порылась в личных вещах Тейпа - они просто отплатят ей тем же. Хороший вопрос ещё - о том, что сделать с добычей; зависит и от того, впрочем, насколько весомый там кусок... Кокаин, впрочем, в любом месте товар дорогой. И требующий деликатности в обращении - начиная от самих плантаций, где произрастал, заканчивая моментом его употребления.
- "Порошок бледнолицых" - ты ведь кокаин имеешь в виду? - хороший кокаин в тюрьме стоит столько, сколько едва ли кто-то готов заплатить, наверное... и даже здорово разбавленный идёт по высокой цене - Хлоя и Тим здорово устроились, иными словами, зарабатывая себе на "пенсионный фонд"; если ещё и без "крыши" такие махинации проводили - так это и вовсе вопрос времени, когда кто-нибудь сбил бы - и в тюрьме, и в Сакраменто, не только Торелли действуют. В условиях изоляции от общества же порошок приживается неплохо, им ни шприцев не нужно, ни времени столько, да и спрятать его достаточно легко - и зависимости такой не вызывает. А с товаром индейцев как в этом плане дела обстоят?.. - Можешь достать образец? - даже интересно, что там за "витамины" такие - впрочем, Гвидо не из праздного интереса спрашивал; к этому всё равно пришло бы - пока что всё, что они делали, это говорили о товаре; даже с рекомендацией Нери, Монтанелли самого товара пока что не видел. Нужно убедиться, что и работают они не с пустышкой...
- А разве в Ручье зал свиданий не охраняется?.. - между Ливией и Чарли будет, как минимум, стол; да и коррекционные офицеры, бывшие коллеги Шейенны, тоже присматривают за порядком - наверное, они в Серебряном Ручье и куда жёстче, чем те, что опекают Нери и Гийвата, учитывая тамошнюю "специфику"... Гвидо слегка передёрнул плечами. Семь лет - срок небольшой, нападать на гостя (первого, может быть, гостя за долгое время) у Спейси причин тоже нет, тюрьма охраняется, он не думал, что Ливии угрожает что-либо серьёзное... - Лив - психолог неплохой, учитывая, с кем ей приходится работать. Голову она ему, может, и не починит, но информацию получить наверняка сможет. - психологию заключённых Андреоли наверняка знает не хуже, чем Шейенна; и лучше Гвидо, пожалуй, который реальных сроков никогда не отбывал... впрочем, женская тюрьма и мужская - разница существенная. Как мужской и женский коллектив... впрочем, и в этом случае Ливия тоже, можно сказать, преуспела.
- Существует ведь определённое время, когда офицеры заступают на дежурство?
- расписание, как бы не составлялось, имеет ведь определённые параметры - как и распорядок дня заключённых, впрочем; его-то вряд ли стали бы менять только из-за увольнения одного из сотрудников... По ним можно вычислить, когда именно Хлоя будет покидать исправительное заведение, и когда окажется снова там; не обязательно ждать свидания при этом - достаточно проследить за ней... Впрочем - лучший способ узнать, что коррекционный офицер на смене - это увидеть его автомобиль на притюремной парковке. А машина Хлои, как выяснилось, Шейенне тоже неплохо знакома.
Следить за кем-то, кто сидит на куче интересного порошка, к тому же, бывает непросто. Кокаин делает из людей параноиков... не только при употреблении внутрь. Гвидо поднялся из-за стола, отходя к окну, вглядываясь в небо. Будет дождь... в этом отличие индейцев от индийцев - первые, глядя в себя, видят себя как часть природы; вторые вспоминают, как Будда растранжирил всё, что имел, и ушёл сидеть под дерево. Не получится из Монтанелли Будды. Даже если он и попробует, его очень скоро под тем же закопают под тем же деревом...
- Добрый вечер, Ливия. Говорить можешь?..

+1

36

Вечер казался обычным. Приятная беседа, великолепная кухня, но в воздухе витало напряжение, которое не снять до завтрашнего вечера. Впереди ночь, темная. Новолуние было уже второй день, да еще и небо решило скрыться от всех за плотными тучами. В воздухе чувствовался аромат крадущегося дождя, а как он не нужен им завтра. Шейенна вспомнила деда, который никогда не мешал природе вести свой размеренный ритм жизни, ругаясь на соплеменников за просьбы остановить надвигающуюся жару или ливни. «Всему есть место в этом мире». Шейенна переместила листок к левой руке, написав адрес, где живет Хлоя, чуть помедлив, но отдала его Гвидо. Ей не хотелось остаться в стороне. Когда в предприятии слишком высока втоя доля, ты всегда стараешься следить за «работами», так и индеанка была самым заинтересованным лицом в положительном исходе событий. Поехать в Ручей и пойти на квартиру к Хлое – не разорваться на две части. Но согласилась с Гвидо, что ей делать в Ручье нечего, если Чарли был «тонкой натурой» к нации собеседника. А удержаться от ответа на попытку его что-то сделать Шейенне или «отгрызнуться» будет той весьма сложно. Напряженность держала ее на коротком «поводке», и сама девушка понимала, что если в машине она проявила слабость, то ничего не помешает ей показать силу. А нужен баланс. Ночь поставит внутри все на свои места, ей лишь надо было остаться одной.
- Да, я говорю о нем. Он синтетический на основе растительных компонентов. «Витамины» полностью натуральны, от этого эффект иной. Его я немного привозила, Джо не хотел, чтобы кокаин поступал реже из-за этого, так как промежуток приема увеличивается от индейского порошка. А значит, кокаин не нужен так часто. Все регулировал Нери. Я лишь получала от него сроки и количество.
Люди слабы. Все. Нет исключений. Даже священники, хотя казалось это самые чистые души, имели слабость, что проникала в их мысли при виде красивой женщины, образа того, отчего им приходится отказаться в жизни. Плоть умертвить можно, но разум нет. Человек разумный – так называется их раса.

Шейенна удивилась на просьбы итальянца.
- Вы сильны в химии, что разложите на составляющие или решили испробовать?
- Хм, я попробую, а химики у нас свои, - Джип приподнял голову от тарелки.
- А если я скажу, что защищаю интересы своего народа?
- Ты боишься, что мы поняв структуру того вещества, составим вам конкуренцию?
- Нет. В «витамине» тайна моего народа. Конкуренции… нет. Если ты подумал, что мне доставляет гордости за это, то ты глубоко ошибаешься. Я была вынуждена это делать. И Джо это понимал. Как это по вашему, - Шейенна постучала пальцами по столу, - «ломать»? Ну, допустим это слово, так вот, Джо «ломал» меня около трех месяцев. Если людям нравится употреблять в себя всякую дрянь, то я меня не должна мучить совесть. Но увы… это все сложно. Но разговор не обо мне. Хорошо. Я достану. Дня через три.
Она передёрнула плечами. Она ненавидела наркотики, эти блаженные взгляды, тупые улыбки, рвущиеся из груди рычания от фантазий, что воплощались в душевых. Противно. Грязно. И никто не знал, чего стоило ей это, каких душевных сил и терзаний. Каждую поставку она оправдывала тем, что все для Гийвата, для Ольянта. Ее родители замечали, что их дочь стала малоразговорчивой, больше предпочитая людям животных и одиночество с природой. Может отец и догадывался, но молчал, не упрекая ее.
- Ручей, - она встрепенулось, от ворвавшегося в ее голову голоса Гвидо, - то тюрьма более строгого режима. Но там есть такой пунктик, что если заключенный вел себя хорошо в течение трех-четырех месяцев, то ему предоставляется зал для свиданий, а не через решетку. Я не была там, это лишь собирательный образ тамошних порядков. Девушка поедет в «слепую». Поэтому я переживаю. Будем надеяться на хороший исход. Вы лишь косвенно заинтересованы, я на прямую. И если что-то пойдет не так…
Шейенна привыкла решать свои проблемы сама. А тут ей очень сильно помогали. Когда Нери сказал к кому ей обратиться, Тейпа ответила, что уж лучше к черту, чем к Хозяину города. И как она к нему вообще приблизится? На что старик лишь усмехался. У Нери вообще привычка была на все страхи и волнения усмехаться уголками губ, всегда похлопывал по скамейке ладонью, призывая ее успокоиться и сесть. «Ты себя не до оцениваешь. Если бы все бабы были такими, поверь, мир бы стал иным». «А ты меня не слишком переоцениваешь?», старик в ответ мотал головой и цокал. И когда они успели вот так научиться понимать друг друга? Шейенна не могла дать ответа сама себе.
- Внутри блока охранники меняют сектора каждые два месяца. Кто был на суточном дежурстве, становились на дневные. Это чтобы люди не сходили с ума от постоянного не спанья ночами. Если я уволена с суточного, то перестановка будет лишь между двумя охранниками. Они не станут ломать все. С первого августа будет перестановка глобальная внутри моего блока. Может кто-то изъявит желание поменять место работы. Со смертниками не все хотят работать.
- Почему? То, что они меняются?
- Ну, меняются они не часто. А если и меняются, то не на свободу. А мы обязаны присутствовать на казни, - девушка замолчала, вновь окунаясь в те времена. - Ведь сидят по десять лет бывает до приведения приговора в действие. Нет. Смертники это философы. Они любят поговорить. И порой, кажется, такой человек с такими мозгами и убийца. Павел Вражик, поляк. Его осудили на смерть через смертельную инъекцию. Он был фермером. Сбежал от польской налоговой системы в Калифорнию. Тут его и накрыли. Он застрелил восьмерых полицейских. Потом про него говорили «удачливый рыбак». Как он умудрился, имея при себе карабин и два пистолета, без дополнительных магазинов, почему его не застрелили – загадка. Но он оказался моим заключенным. Он читал стихи, а я записывала. Красиво. Он фермер, не ученый, но дежурства рядом с ним были, если можно так выразиться, интересными. Его казнили год назад.
Шейенна старалась абстрагироваться вне стен от всего, что творилось в тюрьме, говорила о работе с неохотой.
- Смена начинается в восемь утра. Переменка час. В девять отдежурившие уже уходят с территории колонии. Хлое надо примерно минут сорок, чтобы добраться до дома. Значит, если она дежурит сегодня, то в десять она будет дома. Если она дневная стала после моего ухода, то весь день ее дом в полном доступе.
Гвидо отошел от них, и трое за столом, стали тихо переговариваться, как лучше сделать, чтобы все пошло гладко.

+1

37

Внешний вид

После звонков Гвидо всегда оставалась уйма вопросов. Вчерашний был не исключением. Ничего толком не объяснив, он сообщил, что хотел бы видеть ее и как можно скорее, после чего назначил встречу ни свет ни заря в своей "Маленькой Сицилии". Словом, мало было Андреоли проблем, так босс, судя по всему, явно решил ей их подбавить. Уже один только вынужденно ранний подъем для хозяйки ночного заведения заключал в себе определенные трудности. Режим ее дня весомо отличался от распорядка всех тех работников, кто поднимался спозаранку и, опаздывая, бежал в свои офисы с пластиковым стаканом кофе в руках. Обычно в "Парадиз" Ливия приезжала ближе к вечеру и успевала не только бумажными делами заняться, но и гостям внимание уделить. И поскольку большая часть веселья приходилась на ночной промежуток времени, утром Ливия, как правило, отсыпалась и восстанавливала силы вплоть до обеда. Сегодня же этот сформированный ритм жизни пришлось нарушить и заставить себя все-таки подняться с постели, ведь даже несмотря на то, что сейчас гостиница все еще не функционировала, Ливия по привычке раньше полудня не просыпалась.
Две чашки кофе хоть и помогли немного взбодриться, но ощущение внутренней разбитости все еще присутствовало. С окончанием войны она наконец-то оставила жилище подруги и вернулась к себе домой, где, помимо нее, теперь еще обитал и экзотический питомец, волею судьбы избежавший участи пойти на шубки и шапки, и получивший за это говорящую кличку - Лаки. Подаренный Майком соболенок в первые дни отнесся к хозяйке не менее настороженно, чем она к нему, и гладиться дался не сразу, но постепенно этот барьер удалось преодолеть, и сегодня, едва девушка открывала его вольер, он с радостью бросался к ней и устраивался на ее плечах, чтобы получить из рук дозу кедровых орешков, которые так обожал. Что касается отношения Ливии, то, пожалуй, на сегодняшний день это была единственная привязанность, которую она могла себе позволить.
Забавляться, однако, этим утром с питомцем времени, к сожалению не было. Она и так опаздывала к условленному часу. Пришлось собираться наспех, а делать этого Ливия терпеть не могла, отводя обычно этому ритуалу как минимум час. Сегодня же пришлось нанести на лицо меньше косметики, чем обычно, и, пренебрегая привычкой подолгу выбирать наряд, влезть в банальное классическое черное платье-карандаш и неизменные шпильки. В таком виде она и появилась на пороге "Маленькой Сицилии", на удивление почти что вовремя. Знала бы, что на встрече будет Фрэнк, оделась бы, конечно, более вызывающе.
Андербосса, впрочем, за столом пока не наблюдалось, а вот Гвидо был тут как тут, да не один, а в компании девушки достаточно необычной наружности. От нее словно веяло какой-то колдовщиной, и Ливии это резко не нравилось. К тому же, Монтанелли не предупреждал, что на встрече будет кто-то посторонний.
- Привет, Гвидо, - подойдя к их столику, обменялась с боссом сдержанными поцелуями, поставив сумку на свободный стул. - Смотрю, ты не один... - смерила незнакомку не очень радушным взглядом и после легкого кивка вернула свое внимание Монтанелли. - К чему была такая спешность? Что случилось? - не знала, можно ли начинать говорить при этой экзотической даме, а потому от прямых вопросов воздержалась. Ровно как и не высказала предположения насчет Лиззи, с которой, как она полагала, и будет связана встреча. Неспроста же накануне дон ею интересовался.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-07-20 00:58:42)

+3

38

- Папа съездит по делам и скоро вернется, а ты не хулигань. Обещаешь? – Беззубую улыбку и нечленораздельный лепет малыша Фрэнк расценил как согласие. Заявив Джульетт, что с ребенком в этом возрасте нужно как можно больше общаться – прочитал вчера в книжке во время завтрака – он второй день таскался  с ним по дому, уверенный в том, что в воспитании детей понимает куда больше чем она. Даже телевизор вместе с Марком начал смотреть, уж там было о чем поговорить. Начав с мультиков, они перешли к передаче про жизнь аллигаторов и закончили хоккеем, где Марк узнал состав всех команд, правила игры, ну и еще пару лишних слов, которыми папа не сдержавшись, наградил рефери. Сегодня Фрэнк почитал ему утренние новости из свежей газеты, пока сам пил кофе, ну и проконтролировал, чтобы жена покормила малыша в точных пропорциях, которые указаны в той же книжке, так не осмотрительно оставленной ей на видном месте. Было у Альтиери предчувствие, что в Неаполе, оказавшись без присмотра, Джульетт кормила ребенка без всякого графика – вон какие щеки отъел! Теперь, когда папа снова с ними, переживать не о чем, он весь воспитательный процесс возьмет под свой контроль.
- Джуниор у нас почему такой трудный получился? Потому что не по науке выращен. – Шутил, конечно, хитро поглядывая на клюющего носом старшего сына – пришел вчера ночью, негодяй, и трубку не брал весь вечер – но намек при этом бросал явный. Фыркнув, Джун забрал свое молоко с кексом и пошел к себе в комнату. В наказание, как и обычно, его лишили на неделю ключей от машины.
- Гвидо звонил, попросил приехать к нему. Что-то там насчет Джо, - положив Марка на плюшевую подстилку, расстеленную в гостиной, где тот играл со своими игрушками, пояснил уже для жены, прощаясь с той до вечера. – Наверно денег опять надо, - предположил, пожав плечами. Что-то иное в голову даже не лезло, а расспрашивать Монтанелли по телефону привычки не было. Если тот о чем-то не говорил, значит, говорить об этом было нельзя. У них в бизнесе слишком много тем, которые не подходят для телефонных разговоров. – Кстати, надо будет Марка свозить к старику, пускай познакомятся. Что скажешь? А, по-моему, отличная мысль, - даже, несмотря на то, что вести ребенка предстояло в тюрьму. Нери ему, в конце концов, дедушкой приходился, имеет право посмотреть в глаза внуку.
Обняв и поцеловав Джулс на прощание, Альтиери запрыгнул в свой Кадиллак и направился в сторону Маленькой Сицилии, ресторанчика принадлежавшего дону, последние несколько месяцев все его аудиенции проходили именно там – куда более приятное место, нежели офис на мясокомбинате, стоит признать. Сегодня Фрэнк был сам за рулем, отправив Марти в отпуск о котором тот все клянчил. Можно подумать, в начале июня у него отпуска не было, когда Альтиери вместе с Майклом почти на две недели умотали в Камерун.… Впрочем, после войны с Сальвиатти многим парням нужен был отдых, они многих похоронили этим летом, в том числе и своих друзей. Многое предстояло восстанавливать или строить заново, осваивать новые территории и сферы бизнеса. Нужны будут силы.
Припарковавшись, Фрэнк без труда узнал красную Ауди, также стоявшую возле ресторана – подарок Клементе, его попытка приударить за Андреоли. Стало быть, последняя была здесь. Позавтракать решила? Альтиери не представлял, что ее могло связывать с Нери, разговор, о котором им предстоял. Или же Гвидо принимал тут по расписанию. Хотелось верить, что в очереди его стоять не заставят. Покачивая брелком, андербосс прошел к столику, за которым сидел Монтанелли в компании двух женщин (в столь ранний час было здесь отнюдь не людно), и обнял его приветственно, когда тот поднялся. – Привет, босс. Отойдем или ты здесь поговорить хочешь? – спросил уже тише и бросил косой взгляд на дам. Но игнорировать их, конечно, не думал.
Ливию поднимать он не стал – девушки ведь это делают сидя, как в анекдоте, рассказанном Майком – сам наклонился к ней, чтобы прикоснуться ее щеки. Не ожидала его увидеть? Взаимно. Впрочем, к черту старые обиды, пока Андреоли вела себя тихо, андербосс ее трогать не собирался. – Как оно? – Под «оно» он имел ввиду Парадиз, разумеется, который уже черт знает сколько времени не приносил им прибыли. Заинтересованы в его работе были очень многие, и поэтому Фрэнк уже не раз интересовался о его судьбе у своих людей, обещали вроде строительную бригаду направить, Майк своих ручных легавых привлечь, но, несмотря на все это, гостиница продолжала «работать» в минус. Еще и та история с евреями... Ливия продемонстрировала «талант» управленца, едва не лишившись своих сотрудниц, чем несколько ранее вызвала поток критики в свой адрес.
- Представишь нас? – Вновь обратился к Монтанелли, когда очередь дошла, наконец, до незнакомки. Было в ее взгляде что-то не от мира сего и на лице явственно читались индейские корни. Что могло связывать всех этих людей и Джо, Фрэнк даже не брался угадывать. Разглядывая с интересом аборигенку, андербосс отодвинул стул и едва не сел на дамскую сумочку, оставленную Ливией.

Внешний вид: джинсы, повседневный пиджак, рубашка

+3

39

Выстроить чёткий режим жизни в "семейном" кругу едва ли возможно. У гангстеров нет расписания, нет регламента рабочих часов, пересменок, как у солдат в армии, полицейских офицеров в патруле или охранников в той же тюрьме - и тех нету; с виду, быть может, облачённые в дорогие костюмы и туфли, с дорогими часами на запястьях - в общем, производящие впечатление успешных людей, - мафиози кому-то иногда и могут показаться преуспевающими топ-менеджерами из крупных компаний (говорят, впрочем, иные из тех тоже сутками пашут носом собственную клавиатуру и поверхность рабочего стола, чтобы получить ту или иную должность, приподнявшись над остальным планктоном - но не суть), схожесть эта носит и стратегический характер, с другой стороны, но всё же - их "рабочее" время не нормировано, можно быть днём - электриком, сантехником, офисным менеджером, а вечером - игроком в боулинг или гольф, но нельзя так же перестать быть членом Мафии, сославшись на то, что смена окончилась и пошла переработка сверх допустимой меры - как нельзя перестать быть кому-то отцом или сыном, как нельзя быть кому-то "слишком" братом или племянником. Семья. Гвидо был тут на равных условиях со всеми - если график жизни Фрэнка сейчас зависел от вернувшегося домой Марка, и для него ранние подъёмы не были чем-то непривычным, то дочка Монтанелли уже прошла этот период, и Гвидо тоже уже успел перестроиться на "нормальный" режим жизни после всех войн и конфликтов, как и Ливия - у которой и вовсе не должно было быть никаких проблем с тем, чтобы подниматься из постели только к вечеру. Дон Торелли сегодня спал немного. Не больше, чем требовалось бы для того, чтобы чувствовать себя отдохнувшим и сосредоточенным - хотя и выглядел он немного не выспавшимся, не так уж сильно и выделяясь на фоне остальных... кого, впрочем, удивишь сонной моськой поутру? На то оно и утро...
- Привет! Кофе? - предложил, увидев, что Шейенна зашла в зал ресторана, обратив на себя внимание - хотя этого, может, и не требовалось, учитывая, что он вообще был единственным из присутствующих, кто сидел за столиком. Перед Гвидо стояла, ополовиненная уже, чашка с бодрящим напитком, источая аромат на всё заведение - всё равно пустующее в столь ранний час, по расписанию и вовсе ещё не открывшееся для тех обывателей, кто не мог бы считаться "регулярным" клиентом, в эти часы заведение работало по системе "только для своих". Индейцы вообще пьют кофе? И не оскорбительно ли для народа Шейенны то, что Гвидо, глядя на неё, постоянно вспоминает о её корнях? Для каждого третьего, если и не второго, чернокожего, уже такая мысль могла бы стать поводом обвинить в расизме...
Шейенна появляется здесь всего в третий раз, а это кажется уже чем-то вполне привычным. Новые лица - тоже составляющая их бизнеса; не только что касаемо "скрытой" его части, "мафия" - на деле это гораздо больше, чем показано на традиционной структурной таблице, намного больше, чем общество людей в итальянских костюмах и с золотыми перстнями на пальцах. Вопрос в том, кто и сколько увидит...
- Benvenuto, Ливия. - если до этого Шейенна могла слышать разве что как Гвидо произносил её имя, то теперь могла наблюдать бывшую работодательницу Лиззи Энворт воочию. Галантно коснувшись щеки Андреоли в знак приветствия, Монтанелли вернулся за стол, с неподдельным удивлением переспросив: - Спешность?.. нисколько. Завтракать будешь? - разве Гвидо выглядит, как тот, куда куда-то спешит?.. Временные рамки он и обозначил вполне достаточные; им как раз хватит, чтобы везде успеть, не запыхавшись при этом и не испытывая необходимости срываться на бег, при этом не теряя ничего. Почти по-британски... без суеты. - Расскажу, когда все соберёмся. Хотя вот, кажется, и уже. - увидел фигуру Фрэнка сквозь дверное стекло. Поберечь дыхалку, чтобы не повторять одно и то же дважды - тоже экономия времени... - Салют, Фрэнк. - дружески похлопал Альтиери по спине. Всё-таки и от войн есть польза - они сплачивают тех, кто оказывается в одном окопе, показывая истинную сущность людей. Может, потому Гвидо и так любит иногда устраивать такие "сюрпризы", вроде утренних встреч, или чего и похуже, заставляя своих людей почувствовать себя неподготовленными - сразу видно, кто чего на самом деле стоит. - Да садись уж... - Гвидо оглянулся на закрытую дверь кабинета - можно, конечно, было переместиться туда всем табором, с чашками и тарелками, но это неудобно и бессмысленно, сплошные лишние телодвижения. Не успел андербосс пристроиться на сумочке Лив, как тут же подскочил и официант.
- Шейенна Тейпа, друг Джозефа Нери. До недавнего времени - офицер исправительного департамента штата Калифорния. - представил Гвидо Шейенну, удовлетворив вопрос Алтиери. Фрэнку Нери был дядей; Ливия же, если и не была знакома с ним лично, наверняка о нём слышала - имя его и до сих пор было на слуху на свободе... среди её девочек даже, как выяснилось. - Ливия Андреоли, владелица гостиницы "Парадиз". Фрэнк Альтиери, совладелец CA TransCargo... - или как там она точно называется, Гвидо и сам не помнил в деталях, да и не так важно. Более значимо в данной ситуации другое: - ...и племянник мистера Нери. - второй человек, по словам самой Тейпа, которому она могла бы доверять; а довериться друг другу придётся - да и сам Джо наверняка больше оценит, если ситуацию будет контролировать его племянник.
- Раньше мисс Тейпа работала в блоке, где живёт Джозеф. Ему и другим нашим друзьям в тюрьме нужна помощь - потому он попросил её связаться с нами. Расскажи, Шейенна. Ливии и Фрэнку ты можешь доверять, как мне. - кивнул индеанке. Из её уст информация прозвучит более полно и менее искажённо восприятием самого Монтанелли... да и говорить ему, особенно с учётом недавней отполыхавшей мафиозной войны, желательно вообще поменьше.

Внешний вид

+3

40

Внешний вид

http://worldis.me/uploads_group/101000/100579/117241.jpg

Никто не настаивал ее проводить или подвести, поняв в прошлый раз, что девушка откажется. А рисковать очередным бравым бодигардом было не с руки. Распрощавшись, Шейенна вышла в ночной город, поежившись. Было прохладно, ветер не стихал, и индеанка понимала, что надо успеть до дождя домой. А почему бы не пробежаться. Застегнув куртку, Шейенна свернула за угол, и, оттолкнувшись, перепрыгнула через декоративную композицию с названием ресторанчика, что окружала небольшой палисадник по периметру «Маленькой Сицилии». Тело приятно гудело, будто подталкивало быстрее, мышцы приятно побаливали от отсутствия недельной тренировки, да и Тейпа почувствовала некоторую свободу. Исчезли надвигающиеся стены кабинета, люди, что расспрашивали ее о том, что она хранила внутри своей памяти, оберегая. И Гвидо. Девушка, вспомнив итальянца, резко остановилась, опустив взгляд себе под ноги. В нем было что-то, притягивающее. Сколько силы в руках, какая магия взгляда, голос, что пробирался внутрь. Поведя плечами, будто скидывая наваждение от образа Монтанелли в мыслях, Шейенна побежала дальше. Едва она переступила порог подъезда, как за спиной словно закрылась улица стеной дождя…
… Телефон будто прорывался сквозь пелену сна, заставляя девушку зарываться в подушку сильнее, сжимать уши, отгораживаясь от нового дня. Не унимался будильник, вознамериваясь добиться от хозяйки ласки. Шейенна со стоном поднялась, смотря на настенные часы.
- Шесть утра…
Через полчаса, девушка уже стояла на тротуаре, понимая, что вчерашняя вечерняя бодрость никак не хотела возвращаться в столь сонное утро, и пришлось медленно пойти на остановку. За руль она не села – проснуться не мог ни холодный душ, ни горячий чай, ни музыка, что сейчас играла в ее плеере. Минут двадцать она подпирала столб навеса остановки, ёжившись в утренней прохладе, а в автобусе, заняв самое дальнее место, сползла на сидении, намереваясь доспать. На остановках садились люди, кто спешил на работу, кто на распродажи, которыми пестрили вывески, а вот индеанка просто ехала. Если на нее посмотреть, то вы бы подумали, что девушка каталась всю ночь в автобусе, так гармонично смотрелась ее фигурка на сидении, будто антураж салона. Но едва водитель объявил остановку, от которой минут десять ходьбы до ресторана Гвидо, как эта фигурка легко срывается с сидения и соскакивает со ступенек.
В окнах ресторанчика ко-где мелькали фигуры, то и дело, закрывая собой висевшие на стенах бра, оставляя немного полумрака в самом помещении. Вытащив наушники, Шейенна дернула ручку двери, ступая в который раз на вотчину Монтанелли. Как к себе домой, улыбнулась она своей мысли. Гвидо выглядел так, что недоспал всего пару минут. Сама же девушка, будто не спала недели.
- Доброе утро. Не откажусь. От трехосновного и без сахара.
Присев, индеанка провела ладонью по лицу, переходя на шею, чуть приподнимая подбородок, словно стягивала маску усталости с себя. Сонно кивнув, поздоровалась с Джипом, которого не заметила, прислонилась с спинке стула, борясь со сном, ожидала кофе и других участников сего действа. Дверь слегка звякнула о звоночек, и индеанка приоткрыла глаза. Была бы мужчиной, в душе бы пропели птицы гимны красоте той, которая появилась. Так вот ты какая Ливия. Бегло окинув взглядом безупречный вид, понимая, что она на фоне этой женщины просто меркла, не стала придаваться женской самоедской привычке А что во мне не так, взяла кружку кофе. Шейенну всегда удивляли привычки людей выражать приветствие. Кто-то хлопал по плечам, кто-то касался щекой щеки другого, рукопожатие, взмах. А индейцы прикладывают левую ладонь к ладони встретившегося тебе человека.
Френк. Мелькнуло в мыслях индеанки. Мужчина был похож с Джо. Характерное во взгляде. А это движение кистью. Шейенна откровенно рассматривала того, о ком знала некоторые моменты из рассказов его дяди. Но самому племяннику знать это не нужно. Мало ли, может, рассерчает на старика, что тот в романтику вдарился. Да и Шейенна не из болтливых. Что упало в ее голову, там и остается.
Слегка кивнув на слова представления ее перед Ливией и Френком, Шейенна обдумывала, как бы покороче обозначит цель сегодняшней ранней встречи. Проведя пальцем по кромке кружки, девушка, полезла в карман куртки и вытащила клочок бумаги, с которой бы она начала знакомство с Френком, если бы не смогла прорваться к Гвидо.
- Это вам. Джо просил передать.
Текст был на итальянском, записку Нери писал при Тейпа, и переводить не стал, обозначив два пути решения. Получилось с первого. Но записку просил отдать в любом случае.
- Меня подставили. И поток наркотиков за стену прекратился по защищенной линии, которую контролировал Джо. Открылась новая линия людьми, которые и оказались теми, кто сделал мое увольнение. Мы вычислили их. Тим Ростверс, охранник бока Нери. Хлоя Неверс, охранник блока B. Хлоя сделала закупку крупной партии, с последующей частичной переброской в тюрьму. Процент Джо снять не может. Это ему не подконтрольно. Тим же покупает дозами. Сколько купил, столько перенес за стену. Люди не проверенные. Но есть еще проблема. Начальника тюрьмы, где «отдыхает» Джо, готовят на смену. Кросс Бенджамин. Начальник тюрьмы «Серебряные Ручьи». Из характеристики о качествах – садист, моралист, консерватор, и главное, что все это в нем вызвало – он кастрат. Это он получил от стычки с заключенным, который был любовником его жены, итальянцем по национальности. А теперь нам не сложно представить, что грозит Джо, если Кросс станет у руля тюрьмы. Почему я не махнула рукой… Это касается моего брата, который там в команде Джозефа. Лиззи Энтворт жена осужденного Чарли Спейси, отбывающего срок в Ручьях. Как мы уже знаем, она мертва. А нам надо добыть информацию о Кроссе из рук того, кто как никто знает его и порядки, заправляемые им. Задачи две. Перекрыть поток наркотиков, наладив все как было раньше. Джо нашел вероятно человека, раз он так уверен в положительном исходе. Но я не знаю кто он. И вторая задача – Кросс и недопущение его перевода.
Дверь в ресторан открылась, и перед ними пявился всегда улыбающийся Алекс.
- Доброе утро всем. Вот документы для Ливии.
В молчании, повисшем в ресторане, можно было услышать, наверное, как растет петунья, что висела в красивых кашпо.

Записка Джозефа Нери для Френка

«Non mi guardare così, è l'unica persona che ho potuto trovare, per chiedere aiuto. Capirai, semplicemente ascolta. Zio Joe» (итал.)
«Не смотри на нее так, это единственный человек, кого я смог найти, чтобы попросить помощи. Ты поймешь, просто послушай. Дядя Джо» (перевод)

+3


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » True Detective: Prison Break'ing