Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Проконсультируйтесь со специалистом


Проконсультируйтесь со специалистом

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Участники: Sebastian Underwood & Jeffrey Mcleod
Место: одна из многих адвокатских контор в Сакраменто.
Погодные условия: жаркий июль не даёт расслабиться.
О флештайме: для каждого клиента требуется особый подход.

Отредактировано Jeffrey Mcleod (2015-07-06 18:44:32)

0

2

Уже полгода Джеффри сидит без работы. С момента переезда из родной Англии дела шли совсем плохо. Людей, пришедших к нему за профессиональной помощью, можно было посчитать по пальцам одной руки, зато от владельца съёмной квартиры, требующего оплаты, он еле как отбивался. А чего следовало ожидать, адвокат – не тот человек, за которым клиент поедет хоть на край света. Даже если краем света в его истории оказался Сакраменто, город в солнечном штате Америки.
Пребывая в бедственном положении, Джеффри понятия не имел, что делать дальше. Идея нагрянула, немного запоздав, когда он уже сдал в ломбард последнее столовое серебро. Маклауд решил в буквальном смысле рассказать о себе миру и  разместить объявление в средствах массовой информации: в Интернете, в газетах, на телевидении.  Последнее, кстати,  отпало сразу же, ибо денег катастрофически не хватало. А вот местные печатные издания так и пестрили рекламой различного характера. Некоторые ограничивались парой метких слов, другие расписывали все свои достижения, не преминув возможностью многое приукрасить.
Ему же слишком восхвалять себя не хотелось. Если что-то пойдёт не так и он облажается, недолго и самому под суд попасть. Однако написание даже коротенького сообщения оказалось невероятно сложным - Маклауд не знал, как сделать его максимально заметным и интересным.  Ни для кого не секрет, что американцы обожают судиться друг с другом и, кажется, сделали из судебного процесса национальный вид спорта. Среди этого океана юристов Маклауд чувствовал себя мелкой рыбёшкой, выброшенной на берег и медленно издыхающей.

Не глупи, адвоката найми!

Работаю во имя справедливости!

Поможем отстоять вашу честь.

Одна нога здесь, другая – за решёткой!..

Так, стоп.  Последнее было совсем не к месту. И даже противоречило мотивам его деятельности.  Долгими летними вечерами Джеффри выл от усталости, пока буквы плыли перед глазами.  Все варианты были беспощадно скомканы и выброшены в мусорное ведро.
В конце концов, Маклауд  остановился на чём-то простом,  без излишеств и странных оборотов речи, постоянно идущих ему на ум в любое время суток. «Если ваша проблема решаема, доверьте её мне», - гласили последние строчки, после которых шла контактная информация. С трудом верилось, что на это кто-то клюнет.
Но раз уж пару дней назад на его телефон поступил звонок, очевидно, затея была не так  уж безнадёжна. Говорил приятный мужской голос, встретиться договорились в понедельник. Замечательно, можно открывать шампанское.
Самое сложное – во время приёма сохранить в кабинете рабочую атмосферу, которая, по его собственному убеждению, была совершенно невыносимой. В этой обители правопорядка ему приходится скрывать свою натуру,  быть сдержанным, учтивым, внимательным - в список можно добавить ещё немало эпитетов, которые в обычной жизни к Джеффри не имеют никакого отношения.  Недостаточно просто повесить на стену свой потрёпанный диплом, нужно ещё убедить  клиента в своей образованности и постараться не сойти за шарлатана, коих в последнее время  итак развелось слишком много.
В общем-то, Маклауд решил сделать всё возможное, чтобы не ударить в грязь лицом и произвести хорошее впечатление. Его контора располагается на первом этаже административного здания, симпатичного снаружи, но невзрачного внутри. На окнах раньше не было занавесок, из-за чего все его действия хорошо просматривались прохожими. Специально ради прихода долгожданного клиента Джеффри позаимствовал из квартиры жалюзи. За выходные он  очистил помещение от всех видов грязи, начиная с обычной пыли и заканчивая окурками сигарет в забытой предыдущим хозяином пепельнице. До этого наблюдать за потоком пылинок в воздухе было его каждодневным занятием. Сидеть здесь в тишине и ждать хоть кого-нибудь, готового оплатить твоё проживание в столице Калифорнии, всё-таки невероятно скучно. На полках теперь стояла юридическая литература на любой вкус. Неважно, что практической пользы она не несёт.
В понедельник утром Джеффри как обычно  пришёл на работу. На дворе июль, все ходят в майках и шортах. К нему это не относится – всё равно пришлось нацепить на себя рубашку и пиджак. Беглым взглядом осматривает помещение. Вроде всё на месте. Глубоко вздохнув, Джеффри садится за свой стол и усилием воли пытается прогнать волнение. Теперь остаётся только ждать.

+2

3

В Сакраменто я не знаю ни одного юриста. Просто как-то не требовалось мне их помощи. Я человек законопослушный, и до последнего времени наблюдал адвокатов только на телеэкране, в случайной серии «Boston Legal».
Увы, от тюрьмы и от сумы, как говорится, не зарекайся. В этот месяц я все чаще подумываю о том, что мне нужен адвокат. На всякий случай. Что далеко искать? Вот свежий номер нашей газеты, вторая  половина которой, как обычно, нашпигована рекламными объявлениями. Среди их аккуратных прямоугольников, где-то между домами на продажу и массажными салонами, притаилось несколько юридических контор. Пару объявлений я сразу отсеял как слишком броские, а на третьем остановился.
Если ваша проблема решаема, доверьте её мне
По тексту  я просто почуял родственную душу. Это человек, по мере сил избегающий ответственности. Уж он-то должен понять мою проблему. Кроме того, я не мог не оценить его владения словом. Все-таки, чтобы настолько недвусмысленно передать эту довольно личную информацию всего в трех словах, нужна лингвистическая виртуозность.
Ну и, что греха таить, вопрос окончательно решила фамилия мистера Маклауда. Пусть даже это звонкий псевдоним, прозрачно намекающий на родство с расой бессмертных горцев – я не могу устоять перед шотландской фамилией. Ведь с одним ярким представителем этой национальности у меня связано множество воспоминаний. Поговорить с шотландцем – это именно то, что способно если не восстановить мое душевное равновесие, то хотя бы накренить его в другую сторону.

Итак, настал день, когда я, вместо того, чтобы направиться на работу, свернул на одну из не слишком оживленных улиц наименее фешенебельной восточной части городка.
Автостоянка пустовала. Сквозь трещины в асфальте прорывались чахлые былинки и жизнерадостные одуванчики. На одной двери красовался распечатанный листок, повествующий о том, что контора переехала. За другой действительно скрывалось адвокатское бюро: похоже, помещение снимали вскладчину несколько представителей этой профессии, по паре дней недели на каждого. Во всяком случае, так часто делается.
Я пришвартовал велосипед к столбу и, повинуясь зову интуиции, смотался в кафе за углом. Что-то мне подсказывало, что внутри этого заброшенного офисного здания на кофе рассчитывать нечего, а разговор предстоял насыщенный. Чем больше я думал о том, о чем хочу побеседовать, тем более жалко мне становилось адвоката, который, наверное, нередко вынужден выслушивать подобные кулстори. Мне хотелось немного скрасить его существование.

Я громко, раздельно постучал.
В ответ из-за двери тоже послышался стук, словно обитатель кабинета спешно скинул ноги со стола, и возглас, который я истолковал как  «войдите».

На меня иронично смотрит элегантно одетый англичанин. Его костюм выглядит поистине щеголевато, насколько я вообще разбираюсь в современных офисных доспехах. Сам я в джинсах, выцветшей рубашке из секонд-хэнда, которая была розовой в семидесятые годы, и с картонной упаковкой из Старбакса.
- Мистер Маклауд! – выдвигаю я смелое предположение. - Доброе утро. Хотите кофе?

И я ставлю на стол пару стаканов, а рядом кладу пакетики с сахаром и салфетки. Я захватил их из кафе побольше. Может быть, я не удержусь от слез. Уж такую тему я хочу затронуть на консультации.

Я сажусь за стол напротив служителя Фемиды и собираюсь с мыслями, проникновенно глядя ему в глаза. Беспокойные, но в то же время полные странноватой безмятежности. Понятия не имею, какой он адвокат, но он мне нравится все больше.

- Вообще-то я хочу поговорить с вами не о своем деле. Ну, не о моем собственном. Но соблюдение конфиденциальности мне все равно понадобится. Я даже никаких имен называть не буду, чтобы вам было легче хранить адвокатскую тайну. Я уверен, что храните тайны вы, как дышите, но... Лишняя осторожность не повредит, не правда ли?

Я хватаюсь за один из стаканов с кофе, как за спасательный круг.

- Мне стало известно о систематических правонарушениях, и я не собираюсь докладывать о них полиции. Это само по себе не очень-то законно, - вздохнул я. – Не так ли? Во всяком случае с обычным добропорядочным американцем о таком не поговоришь. На данный момент то, что мне нужно – это сочувственные уши.

Может быть, это прозвучало слегка коряво, однако почему-то именно это словосочетание пришло сейчас мне в голову.

- Есть у меня один юный друг, - пытаюсь я перейти к существу дела. -  И он по молодости лет влип в проблемы с законом... уже довольно давно. В настоящее время он зарабатывает на жизнь драгдилерством, но боюсь, что не только... – Я чешу в затылке. - Эх, даже не знаю, с чего начать.

Отредактировано Sebastian Underwood (2015-07-11 22:40:08)

+1

4

Ожидание – это невероятно унылое занятие. Будь его воля, он бы тут же сорвался с места, побежал на улицу и нашёл бы дом клиента самостоятельно. Постучался бы в дверь, представился и сказал что-нибудь вроде: «Доброе утро. Я именно тот, кто вам нужен».
Только сейчас Маклауд заметил, что он пришёл слишком рано даже для обычного рабочего дня. Так вот почему здесь так тихо -  в здании ещё никого нет. Стрелки на часах двигались слишком медленно или даже совсем останавливались, когда он не смотрел.  Тогда, положив голову на стол, он принялся следить за ними.
Через час он начинает думать, что клиент забыл про встречу или же нашёл кого-нибудь более адекватного,  в чём, конечно, его нельзя было бы винить. Джеффри никогда в этом не признается, но в кругах юристов он считался ещё совсем зелёным и вряд ли подошёл бы для защиты на суде. По крайней мере, обычно к нему шли за помощью в мелких имущественных спорах, которые, собственно, можно было решить и без адвоката. Именно такие дела убивали в нём надежду на лучшее, ибо просматривать гору бумаг, разбираться в ней, а также искать лазейки в договорах – это всё точно не для него. Маклауд давно мечтал о чём-то более серьёзном и авантюрном, вроде спасения пришедшего к нему от смертной казни или чего-то похуже. Как ни крути,  профессионализмом Джеффри не отличался. Тот факт, что он вообще сегодня сидит в офисе, а не покоряет издательские дома своими абсурдными произведениями, всего лишь глупая случайность, жестокая шутка судьбы.
Его размышления и лёгкую дремоту разогнали ритмичные удары в дверь.
- Да-да! – от неожиданности Джеффри подскочил на месте и ударился ногой об стол. – Ой, чёрт… заходите, мистер Андервуд.
Зашедшего в кабинет, невозможно было идентифицировать как участника криминальных хроник. Наоборот, гость производил приятное впечатление человека вполне довольного своей жизнью. Он покорно сел на стул и при этом бросил такой задушевный взгляд, что сразу же вызвал у Джеффри бурю эмоций – от банального беспокойства до преждевременного сочувствия.
Однако сложилась поистине неправильная, аморальная ситуация! Где это видано, чтобы  кофе приносили с собой? Впрочем, у него в кабинете этого напитка действительно не было, только коробка чая, спрятанная за одной из книг на полке. Но мужчине с таким изощрённым именем, как Себастьян Андервуд, вряд ли понравятся чайные пакетики. Джеффри недоверчиво посмотрел на пластиковый стакан перед собой и всё же решил не отказываться от возможности взбодриться. В это время клиент как раз начал повествование.
- О, будьте уверены, тайны я храню даже лучше, чем дышу, - задумчиво произнёс  Маклауд себе под нос, размешивая в стаканчике сахар. – Тем более, я не американец.
«И не такой уж добропорядочный», -  хотелось добавить следом. К счастью, эту неуместную фразу заглушили слова Себастьяна, который продолжил свою душещипательную историю. Какую-то совершенно непринуждённую атмосферу принёс с собой этот человек, словно они вовсе не о работе говорят, а обсуждают новую передачу на NBC. Может, всё дело в кофе? Но вот ситуация, в которую попал его новый знакомый, совсем не шуточная. Джеффри внимал речи мистера Андервуда и всё шире открывал глаза на каждом неожиданном повороте сюжета.
- Начните с начала!  -  громко откликнулся он, наконец, урвав шанс  взять инициативу в свои руки. Он ощущал немного странное волнение, оттого что его собеседник говорил так стремительно, ведь чаще всего это сам Маклауд не давал никому высказаться. - Хотя нет, лучше с конца, с первой частью мне всё понятно. Или не совсем… В общем, начните с самого главного. Зачем вам нужен я?
Увидев, как в глазах напротив проскользнуло недоумение, Джеффри сделал первый глоток кофе.
- Видите ли, я не совсем осознаю, чем я могу помочь. Ну, в смысле, проблема ясна – ваш друг перешёл грань дозволенного законом, и вы обеспокоены этим. Однако вдаваться в подробности перед не вызывающим доверия мной вы не хотите. И это правильно! Я бы также не стал доверять себе на вашем месте! Но раз уж вашего друга здесь нет, то, вероятно, он вообще не знает о визите ко мне. И это обстоятельство меня немного удручает. С профессиональной точки зрения, да и вообще.
Маклауд тяжело вздохнул и сделал длительную паузу. На лице отразилась  смесь разочарования и досады, как будто сказанное должно быть неприятно ему даже больше, чем мистеру Андервуду. Если единственное, что нужно сейчас - разговор по душам, то кандидатура адвоката по общепринятым рамкам не очень-то подходит для этой цели. Лучше уж нанять психолога, наверно. Однако оставлять гостя ни с чем после столь проникновенных слов и того, что он так любезно принёс кофе, казалось кощунственной перспективой, высшей мерой жестокости. На которую Джеффри, увы, не способен.
- Но если вы пришли просто найти утешение в беседе с незнакомцем, то я даже не против! Не знаю, смогу ли я дать вам совет насчёт усмирения юных преступников, но что-нибудь да подскажу. Только дайте мне снять этот неудобный пиджак, и мы продолжим. Боже, да здесь стало ужасно жарко. Атмосфера вашего рассказа накаляется, не правда ли?- издав неловкий смешок, он на секунду оторвался от Себастьяна и встал с кресла.

Отредактировано Jeffrey Mcleod (2015-07-11 11:57:01)

+1

5

С самого начала... «Эта история началась на встрече Анонимных Алкоголиков»... Очень лирично бы прозвучало, но время адвоката дорого. Следующее предложение мистера Маклауда мне даже еще больше понравилось. Эх, хотел бы я начать с конца - заодно и сам бы узнал, чем это все кончится! Но прилива пророческих способностей я не ощутил, и согласился с разумным предложением начать с самого главного.
- Окей, я сейчас все расскажу. Не волнуйтесь, мистер Маклауд, у нас с вами сейчас одна цель – способствовать соблюдению закона... Пиджак вам, кстати, очень идет, - ушел я от вопроса, зачем мне нужен мистер Маклеод, который почему-то показался мне очень неоднозначным. Вопрос, а не адвокат. Хм. -  Я тоже не понимаю, зачем  носить пиджаки в эту чертову жару. Все никак к ней не привыкну.
Кондиционеры в этом слегка аварийном офисном здании если и работают, то плохо.

- Собственно, мне хотелось бы сейчас рассказать вам о ситуации, организовать свои мысли... Может, у меня где-нибудь провал в логике. Или какая-то деталь дико важна, а я этого даже не знаю. Ну и, конечно же, обо всем этом я планирую поговорить с самим виновником торжества... Так что, хотя бы не мешает найти, с чего начать.
Я откинулся на спинку стула и задумчиво поглядел в глаза адвоката. Их оттенок я определил бы как фиалковый. Смотреть в них было приятно - совершенно точно, приятнее, чем разглядывать жалюзи на окне, что смотрелись довольно безрадостно.
- Так вот, надо вам сказать, что суть наших отношений – необременительная сексуальная связь без обязательств. У нас сейчас не девятнадцатый век, ничем преступным эта деятельность и не пахнет. – Хотя современный адвокат уж точно это знает, я просто уточняю свою позицию. - Разумеется, предохраняемся, - добавляю я на всякий случай. – Я вообще за безопасный секс. Ночуем иногда вместе. Он знает, где я живу... – Я вздыхаю, потому что, ввиду того, что я собираюсь рассказать дальше, это не очень радостный факт.
- Следует подчеркнуть, что мистер W. – буду называть его таким образом, как у Шекспира, - никогда не стремился посвящать меня в свою деятельность. Наоборот, он по мере сил ее от меня скрывал. И я понимаю, что это с его стороны мудро: меньше знаешь, крепче спишь. Ну, или в случае чего, я не расколюсь под пытками... Но я заметил некоторые беспокоящие странности, а дальше... Знаете, мистер Маклауд, я  журналист, и у меня инстинкт, как у ищейки – так и тянет раскопать все подробности ситуации.
Я отхлебнул кофе.
- Он разговаривает во сне. Ну знаете так бывает с людьми, у которых систематический стресс. И вот, как-то ночью он говорит: «Если не скажешь, где деньги, еще один палец сломаю». Согласен, само по себе это ничего не показывает. Мало ли чего приснится. Но! Наутро я, полный сочувствия, говорю: так-то и так-то, вот что ты ночью сказал. А он отвечает: «Я не хочу об этом говорить». Абсолютно хладнокровно. Средний человек, наверное, как-то отреагировал бы, согласитесь. «Какой ужас!», или «Надо же, приснится такое». Это я уже посчитал поводом задуматься. - Я сокрушенно кивнул своим мыслям.
- Черт с ним с законом – то, чем занимается О... то есть, мистер В., просто опасно! Он может не рассчитать и вступить в противостояние с тем, кто сильнее его. Он парень крепкий, но на Шварценеггера не похож. Кроме того – и это то, что больше всего меня беспокоит – человек, который отдает ему распоряжения, судя по всему, опасный психопат. Я сам его не видел. Слава богу. Но то, что я о нем слышал... Обрывки телефонных разговоров. Мистеру В. иногда случается проговориться спьяну. Эти-то мелочи и складываются... А не буду-ка я своих выводов пересказывать, вы, похоже, человек впечатлительный. Коротко говоря, садист и насильник, и по законам Калифорнии дорога ему прямо на электрический стул, вроде как в фильме «Зеленая миля». И мне тяжело сидеть сложа руки и ждать, когда ж его наконец пристрелят. А это должно случиться, потому что он вроде как одиночный деятель, значит у местной мафии он как кость в горле. Вторгается на их рынок сбыта наркотиков, и все такое.
Я нервно вытаскиваю сигарету, вспоминаю, что в помещении нельзя курить, и прячу обратно.
- Так что я иногда думаю, неплохо был бы, если бы мистер В. просто пошел в полицию да и сдал своего шефа с потрохами, в обмен на поблажки себе. Полиция была бы рада – повесила бы на этого Вааса нераскрытые дела, при том не трогая мафию, которая ей зарплату платит. Я немножко знаю про эти дела – сестра моего прошлого парня в полиции работала, кое-что мне порассказала, о своих безрезультатных поисках правды. Она уехала сейчас из города, впрочем, речь не о ней.
Но тут есть один тонкий момент... Я не знаю, что сам-то мистер В. натворил. Это просто кражи и торговля наркотиками, или что похуже. Хотя при наличии хорошего адвоката он от серьезного срока точно отмажется. Он парень умный, сообразит, что говорить, да и с его-то прошлым... У него, понимаете ли, есть старые шрамы чуть правее поясницы, которые, если приглядеться, складываются в слово «шлюха». Эксперты смогут подтвердить, что ранения были нанесены до шестнадцати лет. Судебная медицина сейчас может устанавливать срок давности шрамов, я погуглил. Да только все равно человеку в таком случае светит специализированная психиатрическая лечебница, а я даже не знаю, насколько это лучше американской тюрьмы.  В общем, мне хочется обеспечить его физическую безопасность - и свою тоже! -  а сдаваться закону вроде как не вариант. Ну, разве что если в крайнем случае... Есть у меня и еще кое-какие идеи, но пока... Что вы обо всем этом думаете, мистер Маклауд?

Отредактировано Sebastian Underwood (2015-07-11 20:02:55)

+2

6

Контора действительно находилась в плачевном состоянии. Не считая минимального количества мебели, в ней находились разве что канцелярские принадлежности да пара предметов первой необходимости. Себастьян даже в своей блёклой рубашке был единственным ярким пятном, значительно освежающим вид помещения. Здесь не обнаружилось и вешалок, так что Маклауд , желая поскорее возвратиться к обсуждению дела, небрежно смял свой пиджак и судорожно запихнул его в один из пустующих ящиков шкафа. Эта короткая передышка была именно тем, что нужно, особенно учитывая, что их беседа только началась, а Маклауд уже разнервничался, что было в принципе на него не похоже.
Он быстро вернулся к гостю, и они продолжили. Было предчувствие, что сеанс предстоит долгий, так что Джеффри тотчас вооружился карандашом и первым попавшимся листком бумаги.
У мистера Андервуда, как он уже успел подметить, была своя особая манера разговора – начинать за здравие и заканчивать за упокой. И если он начинает говорить о чём-то, то развивает мысль до конца, непременно добавляя по ходу повествования свои лирические отступления, которые добавляли истории особый… колорит. Впервые Маклауд видел, чтобы кто-либо выдавал такой объём информации за раз.
Когда Джеффри говорил о подробностях дела, он явно не имел в виду такие тонкости. Казалось, что Себастьян слишком остро отреагировал на фразу про недоверие и теперь, наоборот, пытается выложить адвокату всё и даже больше. Джеффри с трудом успевал за развитием мысли, то и дело теряя нить разговора, но продолжая записывать основные моменты. Зато теперь он знает, что мистер Андервуд, во-первых, спит с мужчинами, во-вторых, предохраняется, а в-третьих, очень заботлив со своими «необременительными связями». Адвокат был не уверен, нужно ли вносить подобные сведения в свой импровизированный протокол.
- Мистер, Андервуд. Я… я думаю, что…
Что я смогу помочь? Что вам стоит подыскать кого-нибудь другого? Что часть про безопасный секс мне понравилась больше?
- … что для начала вам следовало бы нанять частного детектива.
Пребывая в полнейшем замешательстве, Джеффри еле выдавливал из себя слова. Видимо, мистер Андервуд - профессионал в своём деле, раз в таких красках смог описать свою историю и развернуть перед  ним настоящую драму. Если раньше Маклауд просто внимательно слушал своего клиента, то теперь боялся даже свести с него глаз, как если бы тот сам оказался соучастником всех преступлений. В голове с трудом укладывался весь водоворот событий: наркотики, мафия, психопаты, полиция… что-то ещё? Свою роль во всём этом Джеффри понять так и не смог. Информации было так много,  Андервуд, к счастью, не скупился на слова, однако казалось, что даже этого недостаточно для полного осмысления картины. 
- Да не смотрите вы так, я понимаю! Раз уж всё так серьёзно, не стоит слишком распространяться об этом, вы правы. Если ему хорошенько приплатить, то, полагаю, он не будет много болтать. Но я этого не говорил, - он опасливо приставляет указательный палец к губам. Только статьи за взяточничество здесь не хватало. - На меня, кстати, можете положиться, я нем, как рыба! Вот только честно, я не представляю пока что, как выйти из этой ситуации, не сдаваясь в руки полиции. И мафия, и наниматель мистера В. не дадут ему просто выйти из игры, это точно. Вы ведь не собираетесь идти против них в открытую? Поэтому предпринимать серьёзные шаги или искать зацепки самостоятельно – занятие не просто опасное, а самоубийственное! Детектив, который бы самостоятельно собирал сведения, значительно облегчил бы жизнь вам и даже мне в каком-то смысле. Я хоть и могу сделать какие-то предположения, составить список статей, под которые подходит наше дело, однако … Вы ведь не только этого от меня хотите?
Он горько вздохнул, припоминая, что клиенты вечно хотят от него чего-то невообразимого. И каждый, абсолютно каждый из них никак это не афишировал, всего лишь тонко намекал. Конечно, все хотят решить проблемы быстро, буквально по мановению руки, но адвокат такими способностями явно не обладает. Он не судья и не следователь,  а всего лишь помощник.
- В практической части вопроса я совершенно бесполезен, - честно признался Маклауд с виноватым видом. – Мы, конечно, можем долго сравнивать психбольницы и тюрьмы, гадая, что из этого предпочтительнее. Но на данном этапе я всё равно не могу с точностью предсказать судьбу вашего… друга. По-хорошему мне нужно  либо переговорить с ним лично, либо попросить вас выяснить всё самостоятельно и прийти ко мне снова.
В каких именно преступлениях замешан мистер В.? Кто отдавал ему указания? Даже со всеми подробностями,  которые так любезно предоставил мистер Андервуд, оставалось слишком много белых пятен.  Также Джеффри был не уверен, нужен ли весь этот процесс загадочному мистеру В., который и любовнику-то  ничего не пожелал рассказывать о своих тайных делах.
- Сейчас всё строится на догадках, и некоторые из них могут не подтвердиться или, что ещё хуже, обернуться совершенно неожиданным образом! Вы не подумайте, я доверяю вашей интуиции чуть более чем полностью, да и вы, как оказалось, журналист. Однако вы находитесь под влиянием эмоций, что в такой ситуации недопустимо.
Закончив, он опрокидывает в себя остатки остывшего кофе. Вот уж кто точно весь на эмоциях.
- Кстати, мистер Андервуд, вы вроде бы  хотели ещё что-то добавить, но промолчали…

+1

7

Я наблюдал за мимикой мистера Маклауда, которая была столь живой и своеобразной, будто адвокат передавал основной смысл своей речи не словами, а выражениями лица. В этом плане у него был богатейший словарь: стоит только поглядеть на выразительные брови. У Джонни, помнится, левая бровь, одиноко взмывая вверх, служила  индикатором его злокозненной иронии. Нечто вроде таблички «Сарказм». Как бы там ни было, даже у лучших из нас в активе всего несколько выражений лица, более или менее подходящих к ситуации. Они привычно сменяются, но ни одно из них уже не ново. А мистер Маклауд выглядел так, словно каждую эмоцию, испытанную им по ходу моего рассказа, он переживал в первый раз в жизни.
Это зрелище поистине освежало, и я с удовольствием переключился на него, с моей полной проблем истории, прохладной, как стакан пепси-колы в Макдональдсе.

- Хотел что-то добавить? - Переспросил я, встрепенувшись. - Наверное. Память у меня ни к черту, очень легко отвлекаюсь. Правда, в случае стресса это и к лучшему... Да, пожалуй, я во власти эмоций, - признал я. - Не берите в голову, я всегда так.

Предложение адвоката было довольно разумно, но все же заставило меня задуматься.
- Частный детектив... Чертовски заманчиво, но мне надо будет подумать. Решить, хочу ли я потратить на него последние деньги, или им найдется применение, которое лучше для дела.  Кстати, мне только что пришла в голову неплохая идея. Не убедить ли парня лечь в больницу для избавления от наркозависимости? Так сказать, физически отдалить от источников угрозы? Насколько я знаю, такие учреждения охраняются, так что преступные круги его так просто не достанут.
Да и, по-моему, как раз настал для этого благоприятный момент. Случилась недавно одна история... На самом деле забавная, хотя это довольно черный юмор. Вы ведь уже достаточно хорошо знаете Сакраменто, мистер Маклауд? Во всяком случае, систему транспорта этого города.
Так вот, явился ко мне как-то с утра мистер В. и рассказал о том, как он еле выбрался после катастрофы в метро. Может быть, вы в курсе, было в новостях некоторое время назад. Ну, то есть, какая катастрофа. Между двумя станциями вышел из строя контактный рельс, пассажирам пришлось полперегона идти пешком. О причинах писали разное. Но там уж точно не было кровожадных зомби!
Я так понимаю, это неприятное впечатление совместилось у мистера В. с плохим трипом. У него появилась внутренняя мотивация отказаться от наркотиков. И я ему с тех пор капаю на мозги, уговариваю лечь в специализированный стационар для тех, кто хочет завязать. Посидит с месяц, а потом, может и взглянет на свою жизнь свежим взглядом. И к тому же, будет физически защищен от своих подельников, ведь такие учреждения охраняются. Конечно, это недешево, но я в последнее время подработал. Как чувствовал.
В идеале, конечно, надо бы нарыть информации на этого товарища со странным именем, на которого мой друг работает, и передать это полиции. Я не сбрасываю со счетов вариант с частным детективом. Но... я уже от двух служителей закона слышал, что полиция в Сакраменто страшно коррумпирована, и предоставляет преступным группировкам выяснять отношения самостоятельно. К тому же, вы совершенно справедливо отметили, что лучше вам обо всем этом поговорить с самим мистером В. Я и сам это понимаю - если нам действовать, то лучше согласованно. Может, и он поймет, когда окончательно придет в сознание.

Я тоже окончательно пришел в сознание, выразив свои эмоции во взволнованном монологе. Ужас перед неясными угрозами моего положения отступил, и в голове прояснилось. Все, оказывается, не так плохо, - думаю я, глядя на адвоката. Я даже испытываю некоторую вину, потому что, судя по его несколько шокированному виду, он не привык вникать в явную уголовщину. Он выглядит слишком добропорядочно. Может быть, его конёк - бракоразводные процессы. Или авторское право. Хорошо, что меня занесло именно к нему! А то ведь в Америке есть такие прикормленные мафией стряпчие, которые и сами мало отличаются от своих криминальных клиентов.

- Спасибо, мистер Маклауд. Вы мне действительно помогли - выслушали и поставили важные вопросы. Хотя, наверное, как правило специализируетесь не совсем по таким делам? - высказал я свое предположение. -  Но тем лучше вы можете понять, насколько это неприятная неожиданность для законопослушного человека - вдруг оказаться свидетелем уголовных махинаций. Когда близкий человек занимается чем-то, что ты не одобряешь, такая ситуация уже не из простых, согласитесь, - обращаюсь я к Маклауду, ведь мало найдется людей, которые в своей жизни не столкнулись с чем-то подобным. -  А уж если эту деятельность не одобряет современное общество, сразу чувствуешь, что надо что-то делать.

Отредактировано Sebastian Underwood (2015-07-29 20:39:29)

+1

8

Плохо быть приезжим в большом и загадочном Сакраменто. Вся эта суматоха с переездом и работой не оставляет возможности расслабиться и, к примеру, углубиться в изучение местных новостных сводок, которые, несомненно, таят в себе много полезной информации. Катастрофа в метро? Да Маклауд впервые слышит об этом! Уж ему, привыкшему всюду добираться на своих двоих, вообще чужды прелести общественного транспорта. Кажется, придётся менять свои привычки.
Он выглядит озадаченным, наблюдая, как увлечённо Себастьян рассказывает очередную историю, и не сразу понимает, почему это страшное происшествие должно показаться забавным. Но Джеффри всё равно натянуто улыбается, чтобы не показаться совсем выпавшим из разговора.
- Ужас. Просто ужас! – наконец, не сдерживается он. Его взволновало не столько упоминание инцидента в метро, который, по словам Себастьяна, окончился не так уж трагически, сколько сам факт участия мистера В. в катастрофе. Подумать только, сколько всего может свалиться на голову одному человеку! Пережить такой стресс, да ещё и быть замешанным в череде серьёзных преступлений - тут и не только зомби увидишь, можно сказать, ещё легко отделался. Если раньше адвокат старался выразить понимание мистеру Андервуду, то сейчас сочувствие полностью перекинулось на его загадочного друга. – Мистер Андервуд, вашему партнёру просто необходима психологическая помощь! Да, думаю, лечебница будет лучшим решением. Но лучше бы, конечно, проверить здешние клиники «на вшивость». Знаете, как оно бывает? А впрочем, не забивайте себе голову этим. Делайте, как считаете нужным. Просто убедитесь, что мистер В. под наблюдением и в безопасности.
- И что за «странное имя»? – скорее из любопытства, чем из соображений пользы спрашивает Маклауд. Вряд ли он найдёт какую-нибудь базу данных жителей, через которую так легко найти главаря мафии или кого-то в этом роде.  А даже если и найдёт, то искомую информацию на блюдечке ему никто не выдаст. Но почему бы не поинтересоваться? Хотя бы этим. Листок, в который Маклауд так старательно записывал подробности, был молчалив в отношении имён и потому больше походил на черновой сценарий криминальной драмы, чем на серьёзный документ.
Сам мистер В. в его воображении вырисовывался достаточно противоречивым: эдакая смесь типичного юного преступника, образы которых так любят романтизировать в современной культуре, и настоящего наркодилера со всеми вытекающими последствиями. К слову, и с тем, и с другим вариантом в равной степени Джеффри предпочёл бы не сталкиваться. Однако вести дело через третье лицо, чем они вместе сейчас и занимались, оказалось тем ещё извращением.
- Не нужно этого, мистер Андервуд, - отвечает он с большим неудовольствием, отвергая любые попытки Себастьяна быть более вежливым, чем адвокат того заслуживает. – В смысле, не нужно благодарить меня заранее. Когда ваш друг придёт в сознание, вы всё с ним обговорите, определитесь с лечением, снова придёте ко мне, мы побеседуем, решим, что же делать дальше, вот тогда и только тогда, возможно, дойдёт до благодарностей. И то не факт.
За несколько лет юридической практики подозрительность стала привычной, как защитный механизм от недобросовестности клиентов. Он заметно напрягается, будто Себастьян вместо искреннего «спасибо» послал своего новоиспечённого адвоката к чёртовой матери и уже собрался уходить. Джеффри откладывает карандаш и принимает оборонительные позиции.
- Ну, вы правы, я впервые участвую в подобном! Обычно ко мне приходят по всяким гражданским, совершенно неинтересным делам, которые к тому же не блещут разнообразием. Разделы имущества, разводы, споры, крики, одним словом - жесть! Будь я таким же добропорядочным человеком, каким меня почему-то видите вы, то посоветовал бы найти другого специалиста, который бы сразу помог. Во времена моей учёбы встречал я таких, они щёлкают дела, как орешки. Но как видите, вы ещё сидите здесь, так что... – сокрушённо покачал головой. - Простите, это определённо не делает мне чести как адвокату. Забудьте об этом, ладно? Может быть, и хорошо, что вы сперва пришли один, так сказать подготовили меня к худшему.
«Не одобрять»  деятельность и сажать за неё в тюрьму – разные вещи.  Про себя Маклауд мог сообщить, что никогда с уголовщиной в повседневной жизни не сталкивался и не знал, как правильно утешать людей, волею судьбы ввязавшихся в неё. Просто выразить сожаление? Слишком сухо. Похлопать по плечу и, не дай бог, обнять? До такой фамильярности Джеффри ещё не дошёл.
- И я понимаю, мистер Андервуд. Вам, должно быть, сейчас очень тяжело, но вы правильно сделали, что не пустили ситуацию на самотёк. Наверно, если бы все были такими бдительными, как вы, уровень преступности значительно снизился, не правда ли? Честно сказать, я удивлён этим не меньше, чем самим рассказом.

+1

9

- То ли имя, то ли кличка, - я пожимаю плечами в ответ на вопрос о главаре банды. – Ваас Монтенегро. Вероятнее, что кличка - может быть, по стране происхождения, вроде как «Вася Черногорский». Парень упоминал его по телефону, в сильно обдолбанном состоянии. Специально никакими подробностями он со мной не делился -  я так понимаю, у них есть обязательства секретности.
Ничего я не знаю про преступный мир, и когда пытаюсь представить его, в воображении представляются неясные картины душной темноты с запахом крови и химикалиев и преступными элементами, копошащимися в этой атмосфере, словно черные американские тараканы в банке. Вообще-то, в последнее время мне все это даже снится иногда. Включая тараканов.

- На самом деле, то, что мне было действительно необходимо в данном случае – возможность поговорить об этом. Всю информацию, которую только можно было найти онлайн, я уже разыскал. Законодательство штата Калифорния знаю куда лучше, чем три месяца назад. Возможности выдачи под залог в случае обвинения торговли наркотиками, количество веществ при себе, достаточное для ареста, сроки тюремного заключения... Особенности действия уличных наркотиков. И так далее... Все-таки, когда вот так варишься в собственном соку, а человек иногда валится как снег на голову, не сообразив хотя бы позвонить заранее, потому что он вообще не очень соображает, это не проходит даром для нервной системы.
Я вспоминаю, что в своем излишне экспрессивном изложении событий до истерики как таковой я не дошел, но был довольно близок к тому.
- Так что простите за многословие.

Похвала служителя закона за бдительность – это очень лестно, хотя мистер Маклауд немного преувеличил мои заслуги. Все люди, с которыми я встречаюсь, вызывают у меня живой интерес, и я пристально вглядываюсь в них, ловя любые проявления, говорящие об их прошлом, их склонностях и реакциях. Бывает, не успеешь оглянуться – или скорее отвернуться вовремя, как узнаешь о человеке как раз то, что боялся спрашивать.
- Законопослушность  и правда  моя отличительная черта. Можно даже сказать, больное место. Мои моральные рамки проходят как раз по границе гражданского кодекса. Хоть я по части этики и знания традиционных ценностей я уступаю многим, но уголовные деяния – это для меня совершенно неприемлемо...  Я работаю в журналистике, и даже литературным негром случается подрабатывать - но чтобы самому вляпаться в детективный сюжет, я даже не предполагал, - вздохнул я.

Каких только вариантов литературной деятельности я не перепробовал, даже издал пару любовных романов под псевдонимом, когда требовался быстрый заработок... Стоит только вспомнить об этом, как у меня появляется блестящий замысел очередной книги, в которой главный герой – аристократичный адвокат. Адвокат и аристократ одновременно. Американские домохозяйки настолько любят британскими реалии, что, какими бы титулами я ни наделил главного героя, ничто будет не слишком. Описать его можно немного туманно. Что из того, что я буду представлять адвоката, сидящего сейчас передо мной, а читательницы - Хью Гранта. В искусстве (если можно так назвать дешевые романы в бумажных обложках) многие условности дозволены.
Да, уже после этого короткого и специального разговора я хотел бы заманить мистера Маклауда в персонажи одной из своих книг. Правда, своих персонажей я знаю лучше. Но ведь только гора с горой не сходятся, а человек с человеком могут найти повод для продолжения знакомства.

+1

10

Конечно же, сочетание «Ваас Монтенегро» ему ни о чём не говорит. Да и должно ли? Услышав что-нибудь смутно знакомое, Джеффри скорее испугался бы тому, насколько тонкая грань пролегает между беззаботной жизнью горожан и криминальными элементами. Они ходят по тем же улицам, что и ты, вечером забегают в тот же магазин на углу... Это кажется нормальным, пока однажды не обнаружишь, что твой сосед воскресным ужинам предпочитает вооружённые ограбления.
Он мог бы сказать, что выбор собеседника у мистера Андервуда довольно специфичный и к адвокатам не заходят с чашкой кофе и разговорами про наркозависимых любовников. Однако чем больше думаешь  в таком ключе, тем понятнее становится логика Себастьяна. Что ни реплика, то напоминание о соображениях секретности. Тяжело это, скрывать всё от посторонних лиц и не иметь возможности выговориться.
- Надеюсь, что вам стало легче... и вы поражаете меня снова и снова! Не уверен, смогу ли я похвастаться сведениями, которые вы нарыли. Как и любой другой юрист в этом здании. Ваша невероятная осведомлённость даже пугает.
И воодушевляет одновременно! Не каждый день встретишь человека, готового так серьёзно посвятить себя делу, пусть даже ради кого-то близкого. Маклауд очень надеялся, что это было знакомство того рода, когда первое впечатление не обманывает все последующие.
- Любое событие можно превратить в историю, вам ли не знать. Для детективного сюжета здесь, пожалуй, не хватает только Шерлока Холмса. Наверно, именно его я и хотел бы вам предложить, говоря о частном детективе, -  с улыбкой заметил Джеффри. - А насчёт многословия можете не беспокоиться, это ведь моя обязанность – вас слушать. Да и согласитесь, лучше так, чем допрос с пристрастием.
Интересно, что нынче выдают «литературные негры». Даром красноречия Себастьян обладал и, безусловно, мастерски им пользовался, но вот о его писательском таланте Джеффри мог лишь догадываться.
- Если это дело разрешится… а оно, конечно, разрешится, будьте уверены. Что вы собираетесь делать дальше? Напишете обличительную статью? Или книгу «по мотивам»?
Незаметно разговор переходит на ту стадию, когда маленькое вмешательство в личную жизнь уже не кажется непозволительной наглостью. Досадно было бы узнать, что в действиях человека с задатками почти болезненной верности закону есть хотя бы намёк на корысть. С другой стороны, это ведь часть его работы. «Как и моя работа взять с него деньги за столь душевный диалог», - ещё хуже осознавать, что попал в не менее затруднительную ситуацию. Возможно, придётся отказаться от гонорара. Как никак, консультации в общепринятом смысле не состоялось.
- Кстати, я говорю это слишком поздно, но чувствуйте себя как дома. Можете закурить,  - предложил Маклауд, вспоминая, что точно видел промелькнувшую в руках мистера Андервуда сигарету. – У меня даже завалялась пепельница где-то.
Поощрение вредных привычек – та самая золотая середина, которую он искал. Не слишком навязчиво, не слишком чёрство , не слишком небрежно и ещё много этих «не слишком», которые с завидным постоянством прокручивались в голове. Курение успокаивает нервы, но убивает в первую очередь  адвоката, а не и так настрадавшегося клиента, что сейчас тоже скорее относится к плюсам. Джеффри с присущей ему неловкостью сползает под стол, чтобы достать из ящика прозрачную ёмкость и поставить её перед Себастьяном. Во взгляде  - «нет, нет, сам я не курю, а вот вам не помешает».

+1

11

- Шерлока Холмса! Спасибо за рекомендацию! – серьезно ответил я. Мое дело было как раз из таких, в которых помощь приходится ожидать разве что от воображаемых друзей. Но почему бы и среди них не отыскать первоклассных специалистов. – Он был бы просто неоценим, с его личным опытом применения наркотиков и знакомствами в полиции.
Надо сказать, что, по сравнению с Шерлоком Холмсом современного разлива мне не хватает принципиальности и социопатического бесстрашия. Слова про обличительную статью меня даже несколько удивляют, но я соображаю, что именно такой реакции и стоит ожидать от журналиста, работающего в традициях Хемингуэя и Марка Твена.
- Материала на статью у меня наберется достаточно, но обличительные репортажи «Миллениум Сакраменто» не печатает. Культурные новости и реклама - вот наш профиль. Это издание беззубо, как черепашка. А книга по мотивам – это отличная идея. Вы совершенно справедливо сказали, мистер Маклауд, что любое событие можно превратить в историю. И я думаю, если найти в событии что-то красивое, пусть даже вовсе не оптимистичное, это помогает его пережить. Вы не замечали такого?
Может быть, это с моей стороны несколько поспешный вопрос, но с другой стороны, кто в наше время не пишет. Свой блог – в какой-нибудь форме – ведет половина населения больших городов. И это очень распространенное средство рекламы для специалистов, занимающихся индивидуальной деятельностью, особенно психологи и юристы любят начинать консультировать онлайн, а продолжать за деньги.
А дело-то, конечно, разрешится... – задумчиво повторил я.
В глубине души я был в этом уверен, и даже знал пару возможных вариантов. Оба они включали нелады с законом и, возможно, опасность для жизни. Только во втором все это происходило уже за пределами моего поля зрения. Вот почему мне не хотелось об этом думать – мы с Оливером как-то удивительно сошлись, никто в Сакраменто не понимал меня так как он. Нам хорошо вместе, он говорит немного, но захватывающе, я люблю его манеру медленно улыбаться, опуская ресницы, его чувство юмора черно, как подводка для глаз.
- Думаю, в итоге мне придется поставить Оливера перед выбором. Он все же взрослый человек. Если выберет честную жизнь, я буду ему помогать, если нет, умою руки.
Сильно сомневаюсь, что смогу вот так взять да и порвать, и такой ультиматум для меня нож острый в сердце, тем более, что я представлял, что Оливер выберет – за гранью закона он живет давно, а со мной знаком всего-то с февраля.
Вероятно, мистер Маклауд заметил мою печаль и предложил мне покурить. Сердобольный он человек! Тем более, что сам, похоже, не курит.
- Спасибо, - прочувствованно поблагодарил я за пепельницу. Но все же отошел с ней к окну и приоткрыл старомодную раму, чтобы выпускать дым на улицу. Обычно в офисных зданиях имеется противопожарная сигнализация. Но кабинет мистера Маклауда не блистал свежим ремонтом, возможно, она не работает.
Я стою у окна, спиной к свету, и смотрю на адвоката, который, наоборот, довольно ярко озарен вечерними лучами.
- Исследования психологов показали, что табак не снимает стресс, а дает ресурсы, чтобы его испытывать. То есть помогают мозгу вырабатывать адреналин и кортизол. Я в свое время занимался скрытой рекламой сигарет – это не только фильмы вроде «Все песни о любви» или «Константин», но и научно-популярные материалы. От законных наркотических веществ людям все же меньше неприятностей, на них хотя бы мафия не кормится.
Однако же, о чем-о чем, а о мафии сегодня сказано больше чем достаточно. Я встряхнулся и озабоченно посмотрел на часы. Наша беседа приобрела приятный неофициальный характер, и это как раз вызывало желание подвести ее деловую часть к концу и посмотреть, что будет дальше.
- У вас ведь оплата почасовая, мистер Маклауд? А то, я вижу, время подходит к концу.  Помню вашу ставку. Я так понимаю, наличными пойдет?..  Век бы с вами беседовал, но надо и честь знать.

+1

12

- А, так вы из “Миллениум Сакраменто”? Я бы никогда не сообразил, что вы работаете в газете, в которую я обращался. Хотя это многое объясняет... - например, почему человек с гордым званием журналиста из всех возможных вариантов предпочел его скромное объявление. На ум приходят забавные идеи, включающие утренний выпуск и метод “пальца в небо”. - Немного неловко.
Он отправил объявление только в одну газету, и как раз с тем расчетом, чтобы оно оказалось не рядом с криминальной хроникой - его посыл в духе “помогу, чем смогу” в это случае был бы неуместен.
- Абсолютно вас понимаю! Мне вообще нравится такой подход - искать красоту во всем. Или даже не красоту, а просто что-то ценное. Я, честно признаться, практикую это не так часто, как хотелось бы... В смысле,  пишу! Но с самыми трудными моментами жизни я бы вряд ли справился без ручки и бумаги, - с вдохновленным видом ответил Джеффри, стоило лишь задеть интересующую его тему. - У скромного адвоката вроде меня, как видите, не очень-то интересная жизнь, и  сюжеты не приходят ко мне сами. Если вы решитесь написать книгу, то я, пожалуй, добавлю наш сегодняшний разговор в свои мемуары и успокоюсь на этом. Да и ничего серьёзнее у меня всё равно не получается, так - заметки, наброски, письма.
Накопившиеся еще со студенчества и по его воле переехавшие вместе с ним в Сакраменто. Разбросанные в шкафах, тумбах и на некоторых горизонтальных поверхностях. Джеффри был человеком привыкшим, так что для него вечный беспорядок был сущим пустяком и не мешал считать литературу простым хобби. Обычно излишняя откровенность смущает, но пока его не перебивали Маклауд мог выдать и не такие подробности. Однако не желая перегибать палку, адвокат вновь мысленно возвращается к Андервуду.
- Вы довольно категоричны, хотя действия говорят об обратном.
Если бы все было так просто, то люди сходились бы и расставались без сожалений. Но Джеффри на собственном опыте раз за разом убеждался, что так не бывает.  Мгновенно погрустневшие глаза Себастьяна говорят о том, что решения даются ему с трудом. Чувство такта не позволяло вмешиваться в более личные вопросы, да и у Джеффри медленно, но верно кончался запас ободряющих слов,  он мог лишь то и дело сочувственно вздыхать в ответ. Остается надеяться, что клиент и его друг все же найдут решение проблемы.
В отличие от Себастьяна, вечер вошел в кабинет без стука. От постоянного сидения на месте чувство такое, будто приклеен к креслу. Джеффри с удовольствием оборачивается и пожимает затекшими плечами, когда Себастьян подходит к окну. Наверно, из-за оживленной беседы Джеффри упустил момент, когда небо принялось постепенно менять свой цвет. Потратить столько времени на одного клиента - давно такого не бывало.
Экскурс в тонкости потребления табака вызывает непреодолимое желание самому взять сигарету и затянуться. Даже легкий запах дыма не раздражал, но успокаивал. Ресурсы, о которых упомянул журналист, были бы очень кстати. Вот так и работает реклама.
Но дело близится к завершению, и это чувствуется в случайных взглядах на часы и возникшей непродолжительной паузе. Если бы не Себастьян, адвокат вряд ли бы решился её прервать.
- Не беспокойтесь, мистер Андервуд. За обычные беседы я денег не беру. Давайте расстанемся друзьями и притворимся, что вы мне ничего не должны. Очень жаль вас отпускать, хоть и время уже позднее. У вас есть мой номер, можете звонить, если еще будет желание поболтать, - вымученно улыбнувшись, он тоже поднялся, намереваясь проводить журналиста до двери. Когда лицо собеседника освещено лишь догорающим окурком сигареты, сложно разглядеть его реакцию, но Маклауд предполагал, что он будет как минимум удивлен. Да чего уж тут, адвокат и сам поразился бы этому верху непрофессионализма, если бы Андервуд ушел хоть на час раньше. Или на минуту. С вычислениями у него всегда было плохо.

+1

13

- Но с самыми трудными моментами жизни я бы вряд ли справился без ручки и бумаги.
- Правда?! - воскликнул я. - А ведь и со мной так же. Правда, я не сказал бы, что это обдуманное решение, что-то вроде подсознательной психической защиты. Я больше, знаете ли, по части стихов... - признаюсь я. - Это значительно менее солидно, чем мемуары. Зато что-то сродни духовной практики. Голову включать вообще не обязательно, только приучиться записывать мотивы, когда ветер мироздания звучит в душе. К сожалению, они яснее всего, когда начинается буря. Не подумайте, однако, что я ирландский сказитель, - запоздало сконфузился я. - Просто иногда увлекаюсь. А так я и на разумную беседу способен.
И кажется, мистер Маклауд мне поверил.
- Спасибо! – Киваю я. -  Я не премину...
...Воспользоваться приглашением поболтать? Это я делаю даже слишком охотно.
Правда, с тех пор, как я вынырнул из размывающего всяческие границы алкогольного тумана, деловые отношения очерчены более четко для меня. Работу с личной жизнью я даже в самые худшие времена не путал. Но сфера услуг? Юридическая консультация? Общение с правовыми органами?
До сих пор не понимаю, как случилось, что полицейский, который слупил с меня штраф после пьяной аварии, поздравил меня же с днем рождения СМС. Думаю, что подобного в моей, уже вовсе не такой аморфной жизни, не повторится.
- Литература всеобъемлюща, - прихожу я к выводу. - Думаю, в ней найдется и мостик между профессионалами столь разных специальностей.
(Между людьми столь разных характеров, возможно?   От кого ирландец отличается сильнее – от американца или от британца? Джеффри кажется мне застегнутым на все пуговицы... А может быть, просто застенчивым? И вместе с тем, сразу видно, что ему свойственно такое непереводимое британское качество, как эксцентричность. Словно суденышко с высокой осадкой, его клонит то на один борт, то на другой, бросает, кажется, по житейским волнам... Вот и еще одна водная ассоциация.
И все-таки, как бы выглядел этот мост между нами? Череда дощечек в тихом уголке японскоро садика над задумчивой темной водой, где мелькают неожиданно огненные декоративные рыбки? Тауэрский мост? Слишком монументально. Мост времени? В какой, интересно, фантастической книжке я успел вычитать этот термин, если романы фэнтези я листаю только у прилавка рядом с букинистическим магазином, где дышат воздухом и собирают пыль дорог самые неликвидные книги... Скрыт в межпланетной тьме этот мост, и лишь слегка мерцает при свете залетного метеора. Уж не фамилия ли шотландского горца навевает таки ассоциации?
А интересно было бы, если образцовый юрист в отлично сшитом костюме здесь инкогнито, и на самом деле - он кто-нибудь другой. Хотя... Будем реалистами! Бывает ли в жизни иначе? Никогда еще я не встречал человека, который при дальнейшем знакомстве оказался бы точно таким же, как и на первый взгляд.
Или нет, встречал... Но в Дублине и раз в жизни. Не считается!

Хозяин кабинета поднялся меня проводить. Я сам открываю дверь и, поглядев в слегка безумные глаза мистера Маклауда чуть дольше, чем было бы уместно в данных обстоятельствах – или с чуть большим любопытством – выхожу в закат.
У меня осталась визитная карточка.

Отредактировано Sebastian Underwood (2015-10-29 15:17:25)

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Проконсультируйтесь со специалистом