vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Она проснулась посреди ночи от собственного сдавленного крика. Всё тело болело, ныла каждая косточка, а поясницу будто огнём жгло. Открыв глаза и сжав зубы... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » It’s a game, It’s a play, It’s a war


It’s a game, It’s a play, It’s a war

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

http://funkyimg.com/i/Z1MV.png
Vincent Jervis & Romana Wilson

Сценарист Романа Вилсон не хочет, чтобы актер Винсент Джервис
снимался в ее сериале. Вечеринка на яхте режиссера - неплохой шанс,
чтобы переубедить категорически настроенную девушку.

Отредактировано Vincent Jervis (2015-07-11 08:12:18)

+1

2

На днях Винсент в конверсах валялся на кожаном диване в офисе его агентши Оливии и отчаянно боролся со сном, пока женщина, с которой в свободное время он делит постель, терпеливо зачитывала ему строчки сценария нового сериала. "Скучно, скучно, скучно, - мученически протянул он, глядя на стену, в подделку картины Марка Шагала, которого подарил Оливии на прошлый день рождения. Сорок девять лет стукнуло его похотливой старушке, как не крути. - дай мне что-нибудь поинтереснее. Пола Шредера, Брета Истона Эллиса. За что я тебе часть своего гонорара отдаю?!" На самом деле не было никакого гонорара.
Оливия закатила глаза, но снисходительно попридержала оскорбления, а лишь сладко произнесла: "Хотя... в столе у меня есть для тебя кое-что от Кэмерона". Винс моментально подскочил на диване, спустив ноги на пол, но она не двигалась с места, сидела и насмешливо смотрела на парня, и он снова рухнул на диван в обманутых надеждах.

Винсент неохотно дал согласие сниматься в этом дурацком сериальчике, который ему отрыла Оливия. А что ему еще оставалось? Сценарий ему не понравился. Но Оливии удалось убедить его в необходимости этой роли. И тут опять - двадцать пять. Птичка напела, что он не нравится некой сценаристке Романе Вилсон, и его участие в проекте под вопросом, а на его место капризная женщина присмотрела какого-то своего парня.
Пальцы Винсента бегают по клавиатуре лэптопа, вводя имя "Романа Вилсон". Откинувшись на спинку дивана, Винс упер взгляд в маленькую круглолицую женщину с немножечко вздернутым носом, совсем не выглядевшую злой стервой, которой так нужно выпендриться, продемонстрировать свою власть и сломать судьбу молодого актера. Производит впечатление милой, иногда смешной, подвижной и жизнерадостной женщины, особенно когда улыбается во все тридцать два. Тяжело вздохнув, Винс думает, что на фотографиях всё совсем иначе, на деле все очень зациклены на себе, своем эго и изредка на тех, кого трахают.

Оливия отнеслась без энтузиазма к идее Винсента очаровать сценаристку на вечеринке режиссера на яхте. И попросила не перегибать, заметив, что она ни разу не слышала, чтобы женщина заводила служебные романы или теряла голову от парней младше себя. Винсент лишь скривил губы в подобии недоверчивой улыбки, он был уверен, что может дать любой женщине, что она хочет. Любовь, комплименты, немного ревности, которая станет катализатором еще больших чувств.
Он мягкими шагами прогуливается по палубе яхте, подходит к бортику и хватается за него ладонями, оказавшись очень близко к Романе. На фотках она казалась более крупной, а в реале совсем маленькая, худенькая, обычная девушка, довольно забавная. Показалась ему несобранной, творческой личностью. А глаза волчонка, с затаившимся беспокойством на дне, но вместе с тем от них исходила какая-то опасность. 
- Здравствуй, твой сценарий просто великолепен, я был бы рад играть по нему,- произнес Винс, глядя на то, как свежий, влажный ветер раздувает ее волосы.
Любому человеку со стороны показалось бы, что не стоит начинать со слащавого, льстивого комплимента, но Джервис прекрасно знал людей из шоубизнеса и кинозвезд, которые на тебя даже не обратят внимания, если ты попробуешь заговорить с ними о чем-то, помимо них самих. Слава и деньги меняют людей. - Он как-будто написан взрослым мужиком, много всего повидавшим. Сложно даже представить, что на деле принадлежит перу молодой девушки, - Джервис широко улыбнулся, отработанной улыбкой, какой улыбался почти на всех фотках в своем инстаграме, на которых не выглядел сконцентрированным, фоткая свое тело перед зеркалом.
- Ого, татуировка, - внезапно парень вскинул брови и слегка коснулся плеча женщины подушечками пальцев, щекотливо пробежав ими небольшую дистанцию по теплой, гладкой коже вниз. - Ничегоо себее. Что означает? - с верхней палубы слышится заливистый смех и чуточку пьяные крики какой-то компании.

Отредактировано Vincent Jervis (2015-07-11 11:40:16)

+2

3

В представлении Романы существовало три типа актеров и только с двумя из них было возможно нормально работать. Первый тип про себя, конечно, она называла рабочими лошадками - среднестатистические актеры, неплохо одаренные природой, но и звезд с неба не хватающие, это были идеальные представители телевизионной команды, кочующие из сериала в сериал.
Второй тип значился под именем дивы. Дивы это те жуткие люди, которых ты будешь всенепременно терпеть, если хочешь заполучить себе в проект. Это те существа, что могут позвонить в три ночи и сказать, что им что-то не по душе, потребовать мятных леденцов и колы или еще чего-то в этом духе, но их актерский талант и умение срастаться кожей с выдуманным героем, компенсирует и скверный характер и прочие последствия звездной болезни.
И, наконец, был третий тип. Дешевки. Ни таланта, ни нормального поведения. Обычно такие особи часто попадали в кадр прямиком из модельных агентств или улицы и едва ли понимали что вообще-то смотреть прямо в камеру вовсе не обязательно. Но как известно смазливые мордашки - все нужно для того, чтобы привлечь к экрану подростков. И так же считал режиссер, напрочь забыв, что снимать они собирались вовсе не подростковый сериал.
Материал был еще сырым, по крайней мере та часть, что вскоре должна была стать пилотной серией, но времени, чтобы переписать почти не оставалось. Но она собиралась успеть к началу съемок, сбагрить своего мяукающего раздражителя в кошачью гостиницу на недельку, запастись продуктами, кофе и привести все в подобающий вид. Тем более еще же ничего не отсняли, да и режиссер сам сказал. Делай, что хочешь, но в нынешнем виде, тебе светит только половина сезона на замену. В лучшем случае. Но меньше всего Романа хотела, чтобы ее первый проект в роли главного сценариста провалился и даже не добрался до эфира. Второго шанса ей могли и не дать. Шоу-бизнес не прощает ошибок новичкам и то, что позволительно старичкам, то вышибает из лодки тех, кто только пытается тут остаться. А этот актеришка третьего типа вдруг оказался балластом.
Когда стал известен шорт-лист Романа была готова плеваться ядом, но действовать напролом - было не в ее духе. Да, она сказала режиссеру свое мнение, согласно которой Винсент был слишком одноплановым актером, чтобы потянуть такую роль. Но к ее мнению едва ли прислушались, так что у нее теперь был единственный вариант - заставить его самого оказаться притом так, чтобы виновата в его решении была как бы и не она. Адская работенка, но зная куда и когда надавить можно сделать поразительные вещи. О, это Романа давно выяснила. Так что не было ничего удивительного в том, что мистер глянцевое личико сам к ней подошел.
- Если вы пытаетесь мне так понравиться, то вы ошиблись дверью и возрастом. От таких вещей пищат лет в двадцать. Я вышла из того возраста, - он вел себя так нагло и мерзко, никакого такта, да и стоял мужчина слишком близко, вел себя словно перед ним очередная девушка облегченного поведения. От прикосновения к спрятанному шраму так вообще прошило как электрическим разрядом, Романа автоматически передернула плечами, убирая руку с плеча.
- Она означает то, что кто-то лезет не туда. Проект заведомо провальный, но у канала нет никакой альтернативы, вот и все. То что придумали другие показалось им еще менее перспективной затеей. Вы не боитесь того, что одной неудачной ролью перечеркнете себе только наклевывающуюся карьеру? - девушка развернулась спиной к бортику и сложила руки на груди, словно обороняясь, что собственно и было. Волосы теперь лезли в глаза, частично перекрывая видимость, но и он теперь не видел ее лица, это давало возможность внимательно рассматривать мужчину спокойно, не вызывая никаких мыслей. Как же она ненавидела такие вечеринки. Пьяные актеры еще хуже, чем трезвые, а если ты единственная, кому здесь нужно больше трех бокалов, чтобы жопу потянуло на приключения, то становится еще пакостней на душе. Единственный здравомыслящий человек в этом Содоме и Гомморе.

Отредактировано Romana Wilson (2015-07-12 23:54:15)

+2

4

- Я рано перешел на ты, - констатировал Винсент и скривил губы в едва уловимой недовольной улыбке, при этом он еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Он знал, что согласно этикету, возможно, и следовало бы обратиться к уважаемой сценаристке, многого добившейся, на "вы", но если человек хоть немного предрасположен к тебе, то он не исправит обращение в своей речи, тем самым намекнув, что вы ему не ровня, а допустит снисхождение. В конце концов им вместе работать над одним сериалом. Романа же поправила Винсента. Интересно она считала его посредственным актером или нехорошим человеком? Но это не беда, скоро она будет его считать идеальным. Ведь, когда любишь не замечаешь недостатков, не правда ли?  - Я чувствую себя ужасно неловко. Вы ко мне обратились уважительно, а я так - словно мы сто лет уже знакомы, хотя у меня куда больше поводов вас уважать, нежели вам меня. Но честное слово, у меня создалось впечатление, что я вас знаю, когда я читал сценарий. Мне очень близки многие персонажи, - в его интонациях в голосе проскальзывала вина, Винс хотел заставить женщину чувствовать себя виноватой, перед своим поклонником, которому она только что дала понять, что совершенно его не уважает. Чувством вины - горы не свернешь, но для начала тоже неплохо.
- Глупо отрицать. Я был бы не против вам понравиться, если бы я мог, - Винсент пожимает плечами, он в футболке от Сен Лорен с принтом губ с клыками и гламурными, остроугольными капельками крови и в белых джинсах h&m. И все, чего он хочет, чтобы ей захотелось сорвать с него эти шмотки, если не у всех на виду, то для начала хотя бы в одной из кают. Наверняка до встречи с Винсентом она жила в какой-нибудь заваленной хэнд мэйдом и сувенирчиками со съемок прошлых проектов лачуге. У нее наверное есть огромная кровать, которая могла бы подойти даже для групповушки, но вместо этого, этой полезной в быту штуковине Романа сто пудов лишь адресует печальные взгляды, когда сидит за компьютером и набивает строчки очередного сценария. В тайне она обязательно мечтает о каком-нибудь взрослом, успешном мужчине, за которым как за каменной стеной, любви и заботе. Самое время окунуться в какое-нибудь безумие.
- Не знаю сколько вам лет, но вы очень красивая женщина. Наверное, не легко не потерять голову, когда вы кому-то улыбаетесь. - Винс вылавливает взглядом алкоголь. Судя по тому, как Романа отпрянула от его прикосновения, на него вся надежда.
- Господи, ты так испугалась, словно я тыкаю тебе в плечо каким-нибудь скорпионом, вынутым из террариума с рептилиями в одной из кают. - от неожиданности Винс вновь переходит на "ты", и вскоре поправляется. - Вы испугались... Просто у меня тоже есть татуировки, - Винсент убирает руки с борта, прислоняется к нему спиной и наблюдает за тем как ветер раздувает волосы Романы. Они  и до этих сильных порывов лежали непослушными, естетственными прядями, которых не касался лак с какой-нибудь сперфиксацией, а теперь и вовсе выглядели очень трепанными. Это мило. - Что вас вдохновляет на ваше творчество? Люди? Другие сценаристы? Желание стать самой востребованной?
- Не нужно прибедняться, мой агент Оливия Ханнэм - она лучшая в своем деле, у нее знатное чутье на выгодные проекты, и она говорит, что сериал очень перспективен, - с легким сомнением в голосе произносит Джервис, похваставшись перед Романой своей агентшей, которая обычно занимается голливудскими звездами. И им. Я принесу нам что-нибудь выпить. - твердо говорит Джервис голосом, не терпящим возражений.

+1

5

Романа состроила возмущенную мордочку и страдальческий фыркнула, ей уж точно не было никакого желания вгонять кого-то в неудобное положение, как получилось, но на работе, как в прочем и вообще по жизни, с незнакомцами она привыкла держать дистанцию. Однако, когда ведешь себя вот так - невольно к тебе приклеивается ярлык стервы или чего-то еще похуже. Про то, что ее за глаза называли и чем-то похуже, чем это слово - мисс Вилсон прекрасно знала, как знала и то, что все, с кем ей действительно приходилось работать не раз и не два, как то сразу теряли это убеждение. Она умела располагать к себе, ровно как и слушать, хотя иногда чувствовала себя пауком, застрявшим в плену собственной паутины.
- Следует быть более осторожным, кто-то может и нехорошо подумать, - скорее в дежурной дружеской манере, чем действительно принимая это странное стечение обстоятельств на свой счет, посоветовала девушка, ей как-то было все равно, чего именно своим поведением добивался этот мужчина, но одну стратегию поведения она старалась соблюдать железно: не валить все в кучу и держать свои эмоции при себе. Конечно, это лишало возможности завести служебный роман, чем славились многие в ее среде, но с другой стороны давало что-то другое в обмен на многие короткие развлечения, это другое звалось рабочей беспристрастностью. Она видела в такие моменты не друзей или кого-то еще более близких - она смотрела только на работу как таковую, а заодно часто сдирала розовые очки и с других. И это был лучший козырь в ее руках, как сценариста. Хотя от некоторых фентелей вывернутых сейчас этим Винсентом улыбка сама прилипла к губам. Плохой знак. Обычно эту часть своей любезности приходилось вымучивать, играть в симпатию, которой в жизни ко многим даже друзьям-коллегам не было ни на йоту.
- В вас сейчас говорит не профессионал, потому что... вам надо мне понравиться. Если бы это не было в ваших интересах - то вы бы и не смотрели в мою сторону. За что я люблю адвокатов - у них есть презумпция невиновности. Макс вечно мне твердит: Ро, милая, перестань рубить с плеча, да только он и сам так не раз делал, - Романа сделала, как ей казалось, незаметный шаг в сторону, оставляя между ними двумя хоть небольшой зазор, больше психологический, чем реальный и продолжая мысленно сканировать то существо, что собственно перед ней предстало. Это было довольно тяжело, особенно, когда твой уровень глаз в находился где-то в районе кончика носа собеседника, не то, чтобы это ее когда-то беспокоило. Мужчины слишком часто оказывались значительно выше ее скромной персоны, но иногда эта разница в росте просто мешала увидеть каких-то нехороших бешеных чертиков или чего-то в этом духе. Она была готова поспорить, что видела отдаленно похожее на них только что.
Правило первое. Грань дружелюбия не переходить. Если у этого актера есть чувство такта, то он останется там, где стоит сейчас. Чужое имя в большинстве случаев случаев срабатывает как щит, которым можно прикрыться от навязчивого флирта, или что сейчас происходит? Допрос с пристрастием?
- Нет, меня вдохновляет пинок под зад от начальства и черный, как персидская нефть, кофе без сахара. Та еще гадость, - это должно было сойти за грубую шутку, хотя и являлось на самом деле сущей правдой. Какую лапшу ей бы сейчас не вешали на уши, Романа точно знала, что она одна из тех рабочих лошадок, которые никогда не получают даже номинацию на Оскар, а их верхний предел - хороший телевизионный фильм или что-то, что, минуя прокат, издается на DVD. Все.
- Да я слышала про эту даму и ее бульдожью хватку, но лично еще не пересекалась, - снова улыбка, но теперь уже фальшивая, такая родная и привычная, что надо быть знатоком душ, чтобы отличить ее от предыдущей, да и обращена она уже почти в спину уходящему Винсенту, теперь у нее есть пара минут чтобы подготовиться к обороне прежде чем он возращается.
- Скажите, вы тоже прятали шрамы или все решила прихоть? Я не так просто дергаюсь, как то раз едва сломала нос одному любителю трогать без разрешения, - ну там была совершенно другая история, но фрагменты жизни вырванные из контекста имеют свойство приобретать странные психоделичные формы.

+1

6

- Вам надо мне понравиться. Если бы это не было в ваших интересах - то вы бы и не смотрели в мою сторону, - "какая неуверенность в себе, откуда она вообще в этой привлекательной женщине? - думает Винсент, и в мыслях смеется, проговаривая пошленькую поговорку, - если есть п***а и рот значит баба не урод". Эти слова он бы ей обязательно сказал, затянувшись сигаретой и выдав обрывистый и немного пахабный смех, если бы она не была его боссом. Вместо этого он интеллигентно произносит:
- Нет. Вы правда мне нравитесь, и мои интересы тут почти не причем. Я бы заговорил с вами, даже если бы вы стояли с подносом шампанского в руках или даже если бы ваш Макс, скажем, толпился где-нибудь неподалеку. А то, что вы вдобавок пишете классные сценарии - это вообще делает вас в моих глазах невозможно очаровательной. О, вы улыбаетесь. - Винсент улыбнулся тоже, в его словах была правда: Джервис всерьез любил с головой погружаться в служебные романы и добиваться недоступных, принципиальных, умных женщин, немного разочаровавшихся в мужчинах, ждущих от них подвоха и не способных отключить вовремя разум и поддаться животным инстинктам. Еще он думает, видимо этот Макс, о котором Романа упомянула, как ей казалось, вскользь был очень холодным мужчиной, не сумевшим дать ей почувствовать себя сексуальной и привлекательной женщиной, которая вообразила бы себя любимой и держалась гордой кокеткой с любым другим мужчиной.
- Романа, праздное любопытство. Макс - это ваш муж? Или есть категория людей, которым вы разрешаете обращаться к себе не только на ты, но и на Ро, и на милая, - Винсент по-доброму прищурился. Между делом он хочет заметить, что сам когда-то учился на адвоката, только вот нихрена он не учился, завалил экзамены и с большой сумкой Томми Хилфигера со всяким барахлом и баблом из сейфа отца исчез из Остина. Пусть ему и хочется похвастаться, но прошлое слишком личное, чтобы об этом трепаться на каждом шагу.
Винсент поздно замечает как женщина отдалилась, и между ними возникла ощутимая дистанция.
- Я знаю несколько мест, где продают очень неплохой кофе, но моя тайна со мной умрет, если вы только попытаетесь убить в сериале моего персонажа, - Джервис хмыкнул, дав этой шутливой фразой про кофе понять, что из сериала он не уйдет так легко. И уже давно считает себя частью их команды.

- Вы сломали кому-то нос этими хрупкими, маленькими ручками? - произнес Джервис, протягивая раздобытый на яхте бокал с шампанским женщине, придерживая его за дно, а не за ножку. - Хотя хмм хмм а почему бы и нет? Если вы написали такой сценарий, который не каждому матерому мужику под силу, то нос - это же такие мелочи в самом деле. Но если вы сломаете мне нос, вы знатно помотаете нервы моему впечатлительному гриммеру, - Винсент уже столкнулся со своим гриммером в трейлере, который явно был профессионалом в своем деле, пусть порой и ныл в духе Питера Гриффина "о господи, ты чего неделю не спал, что за мешки под глазами, что за сломанный нос", громко и равнодушно одновременно. Но после того как кисти с тональником побегали по лицу, благодаря умелым ручкам, человека было не узнать. Он преображался, чувствовал себя кем-то другим, совершенно невероятным.
- Это прихоть, - на выдохе произносит Винсент, подозревая, что его ответ не понравится Романе, любящей во всем порядок и смысл. - Но вы тоже не слишком-то заинтересованы скрыть шрамы. Ведь я их не заметил, а вы мне об этом сказали. Расскажите, что произошло? - тихо спросил Винсент. Свободной рукой он притронулся к рукаву футболки и ладонью задрал его, продемонстрировав Романе бицепс с периметром штата Техас. - Это прихоть, - повторил он, - но у меня есть еще, - парень хитро прищурился.

+1

7

То с какой хитростью питона мужчина пытался ее очаровать вызывало какое-то материнское умиление, хотя виду, конечно, Романа старалась не подавать. Совесть постоянно ей нашептывала, что собственно она не сильно старше человека перед ней, а значит все эти хитросплетения могли быть вовсе не ими, не фальшивыми, но голос эмоций был тут же задавлен. Не та игра, не та эпоха и точно не тот человек.
- Там была трещина, ничего серьезного, но этот джентельмен был сам виноват, полез туда, куда не следовало, а сломать хрящ не так уж сложно, правильный удар лбом, и все - крови пол-литра, - Романа сделала неопределенный жест руками в области лица и дернула себя в очередной раз за прядь на виске, убирая ее за ухо, но та тут же вернулась к остальным, лезущим в глаза, небольшая порция боли вызванная этой манипуляцией помогла сфокусироваться на деле и не распылять внимание на частности. Мисс Вилсон буквально чувствовала как резко переключилась в режим игры. Теперь в ее задачи входило запоминать все что сказала, не лгать так, чтобы можно было проверить или уличить ее в этом обмане, и пользоваться одной маленькой чертой любого сознания. Люди имеют дурную привычку додумывать целое из имеющихся фактов, достраивать картину как им удобно или привычно. Взять к примеру лесбиянок - если они не кричат о своих пристрастиях, то их считают просто подругами, так также можно пользоваться этой чертой и в свою пользу и выдавать факты так, что их можно было трактовать двояко.
- Мы с ним начали встречаться очень давно. Вы даже еще не представляете насколько, думаю, тогда кто-то из нас еще учился в средней школе, - острая шпилька, которая в прочем была вполне правдивой. С Максом она встречалась с шестнадцати и это был до сих пор один из немногих людей, с кем она не боялась подвоха, не играла, хотя бы потому что он знал ее вдоль и поперек. Во всех смыслах, которые могут только придти в голову. Про то, что эти отношения в определенном смысле закончились она благоразумно умолчала, - Думаю, будь и мы знакомы больше десяти лет, то некоторые вольности были бы благородно прощены. Не так ли? - она едва успела поймать свои руки в полете, чтобы не щелкнуть Винсента по носу. Вместо этого она вцепилась в тонкое стекло фужера, так удачно оказавшееся в зоне доступа, и вежливо кивнула, даже не прислонив к краю губы. Пить она точно не собиралась, по крайней мере пока. Сейчас ей нужна была умная, трезвая голова, особенно теперь, когда разговор приобретал манеру фехтования, вычурную, диковинную, немного дикую, но в то же время достаточно аккуратную, чтобы не убить противника, потому что это дуэль за честь, а не кровавая мясобойня, как на войне.
- Поверьте, я знаю каждую кофейню в этом городе, так что ваша тайна - вовсе не тайна, - ответный укол, конечно, человек подобный ему будет цепляться мертвой хваткой за любую возможность оказаться в работе, потому что завтра кого-то укусит муха, и он прозреет, увидит, что кроме внешности, да сильно перекаченного тела, годного только для определенного формата, ничего и нет. Романа надеялась, что этот момент наступить у общества пораньше, до того, как сериал снимут с производства, - Вы  наверно слышали, но в Зачарованных Пейдж не была задумана. Просто пища для размышления.
Романа прекрасно знала, что шрам не так уж особо виден, но чувствовала она его почти постоянно,особенно в таких местах, как это. Была бы ее воля - не пошла бы сюда ни под каким соусом, да только работа требовала таких жертв, а изображать больную она не хотела.
- Дела минувших дней, небольшая неприятность обернулась большими проблемами, - уклончиво ответила Романа, втягивая носом запах сырости и моря. Не все так плохо, она вполне сможет выдержать еще часа два, а потом доберется до горячей воды и шерстяной грелки, - Я знаю, читала ваше портфолио, думаете я настолько блондинка, что пришла неподготовленной? - она рассмеялась, потому что кажется, на эти татуировки Винсент возлагал большие надежды. Если это был его единственный козырь, то он проиграл. Романа прикрыла глаза отпивая маленький глоток и из-под опущенных ресниц наблюдая. Слава богу, тушь еще не потекла от этой сырости.

+1

8

- Жесть, - Винсент часто терял сознание от вида крови, и поэтому попытался как можно скорее отогнать нелицеприятные картинки из своего воображения, рисуя в нем то, о чем говорила Романа. Если почти все его бывшие одноклассники читали книжечки Брета Истона Эллиса из-за частых сцен с насилием, то он обожал вставки с брэндами и саундтреками. Забавно, но, кстати, он со школы не читал книг. Только глянец и пару сценариев, остальные чаще всего зачитывала ему вслух Оливия.
- Интересно, что бы вы сделали несчастному, если бы он вас попытался поцеловать, - "уверен у вас даже получше удар, чем у этого вашего Макса", хотел добавить Винсент дурацкую не злую шутку, но благоразумно промолчал. Женщине не нравилось его чувство юмора, либо у нее не было времени в нем разбираться.
Зато Винсент заметил какие у нее пышные и густые ресницы, которые накрыли щеки, плавно опустившись вниз, чтобы довольно скоро снова взмыть вверх, заставив его сердце быстро биться. А когда ее губы коснулись бокала, стали чуть влажными, приобрели запах шампанского, Винсент думал о том, как сделать первый шаг, как поцеловать ее в них, попробовать их вкус, как к ней вообще подобраться, ведь она холодна и предвзята к нему.
- А я люблю прикосновения. Если бы вы дотронулись меня, мне бы понравилось, - еще одна осторожная улыбка, и он невольно тянется к бокалу, чтобы сделать пару жадных глотков, после совершенного только что признания. Он знал, что начал переступать ту черту, которую переступать очень опасно, когда от человека напрямую зависит твое участие в проекте. Романа итак невысокого мнения о нем. Но с другой стороны, говорят, что женщина сразу знает, что она хочет от мужчины: переспать с ним, выйти замуж или любить. И либо есть шанс, либо его вообще нет и не появится никогда.
- Разве это так плохо, что мне двадцать четыре? - он делает несколько осторожных шагов, чтобы оказаться за спиной женщины. Намеренно нарушает ее личную зону, давая привыкнуть к себе. Это игра, и кто-то проиграет. Он шепчет ей на ухо, едва не касаясь губами трепаных волос:
- Я не думаю, что я могу об этом сказать вам. Но вы мне очень нравитесь. Смелое, немного дерзкое, решительное признание было озвучено и забрать его уже невозможно. - Каждый ваш ироничный смешок немного задевает меня. Да, в меня верит режиссер, и этого могло бы быть достаточно. Я мог бы просто проигнорировать вас. Но я здесь. С вами. Пытаюсь прийти к компромиссу. Расскажите мне каким вы видите актера на моем месте? - он шепчет ей это на ухо, и сказанные слова достаточно продуманы; и их, и горячего дыхания должно хватить, чтобы растопить лед в сердце женщины. Но внезапно Винс уходит из-за ее спины, и не сдержавшись, немного уязвленный всеми ее словами говорит действительно то, что думает. Просто внутри щелкает какой-то тригер. Он всегда считал себя восхитительным актером. Искрене, честно, пожалуй, впервые за этот день, а может быть и за целую неделю, он выдает: - Знаете, если вы пытаетесь отделаться от меня жесткой критикой и намеками, что я полная бездарность и не справлюсь с этим сценарием, то это бессмысленно. Есть много людей, которые пытались сломать меня. Но я сильнее, чем все думают, - Джервис хмыкает. - Скажите, что я не прав, - пытается немного поправить тон беседы, сообразив, что возможно слишком давит. - И может быть уйдем отсюда? Здесь очень шумно, а нам надо поговорить. Я бы очень хотел с вами серьезно поговорить, - он делает кивок в сторону кают.

Отредактировано Vincent Jervis (2015-07-16 07:04:23)

+1

9

Романа не смогла сдержать радостного хмыканья, если честно, ей уже начинало казаться, что мужчина перед ней вполне мог справиться с той ролью, что ему была уготована. Но потом он почти все слил, принялся давить ровно на то место, что именно у нее не было болевой точкой. Конечно, ни что человеческое ей было не чуждо и она тоже, как и все хотела быть любимой, да и социопаткой она себя не считала. Держащей голову отдельно от тела - да. Но время от времени они попадали в одну коробку. Этот нахал подбирался слишком близко, игра заходила слишком в личные просторы, и на долю секунды Романе показалось, что она тонет, а единственной соломинкой за которую можно было удержаться как раз был этот бокал, едва не треснувший от того как она в него вцепилась. Интересно, как он отреагирует если она сейчас разразиться каким-нибудь пуританским псалмом? Напугается? Или выставит ее насмех? Скорее второе.
Когда-то миледи Винтер псалом помог завоевать сердце Фелтона, но на дворе вовсе не был век мушкетеров. Сейчас религия была не более, чем придатком. Устаревшим способом искать спасения от совести. Проверять свою теорию касательно мнения ее нового знакомого Романа не стала. Что-то ей подсказывало, что если Винсент решит, что перед ним набожная особа, то это мужчину еще больше раззадорит. Баловаться с огнем нельзя - ошпарит не хило.
- Вы бы обрадовались даже если это была пощечина? - снова укол, но девушка же имеет право на маленькую месть за то стадо слонов, что потопталось у нее в желудке? Но голос все равно звучит жалко, так будто она уже пробежала марафон. Так и хочется притопнуть и пригрозить той второй себе, что пищит от этой простой, как неотесанный чурбан манипуляции, как девочка-подросток от баритона Синатры. Не то сравнение, не тот голос, но почему то вспомнилась именно "Незнакомцы в ночи", сопливая, слишком приторная на ее вкус песня, которую так любит мама. Вот. Якорь спокойствия. Она нашла его. Мисс Вилсон вернулась, оставив Ро далеко за бортом. Теперь нужно было только показать что командует здесь она.
- Знаете, вы правы, и тут мы, кажется, похожи, нам обоим нужны факты, чтобы во что-то поверить, - Романа закусила губу, решая про себя, а не идет ли она ва-банк, решив на мгновение поддаться, но кажется греки очень давно придумали верную стратегию в подобных случаях - заманить в глубь и ударить с тыла. Греки дураками не были, так что к ним нужно было прислушиваться, - и я действительно не вижу вас в этой роли, как на мой вкус, здесь должен быть кто-то чуть меньше похожий на парня с обложки, возможно, чуть ниже ростом, чуть меньше накачанный, и уж точно старше, не по возрасту - по манере держаться, думаете сможете отбросить мишуру и занырнуть в нуар? Это не просто улыбаться или пустить скупую слезу, вам придется стать им... Готовы ли вы к тому, что этот герой станет вами?
Романа прекрасно знала как это - когда кто-то из актеров выгорает, когда герой, которого приходится играть, вдруг становится невыносимо противным, обычно к такому моменту уже успевают почти доснять то, что нужно, наступает перерыв, но каков был запас прочности у него? Небольшие роли не были показателем таланта, но может кто-то халтурил?
- Ну раз вы так уверены, что справитесь, покажите мне это, - скупая хищная усмешка, возвращающая к эпохе серых кардиналов, ей даже льстит, что мужчина перед ней сорвался,- У меня есть на мобильнике фрагмент, не тот, что давали на кастинге и который не войдет уже в итоговый пилот, попытаете удачу?
Не дожидаясь когда ей скажут куда именно идти, Романа развернулась спиной и двинулась в сторону прямо противоположную той каюте, где он ожидал ее видеть.

+1

10

Мы с Романой двинулись по направлению к каютам, причём как не странно она взяла инициативу в свои руки, и мне оставалось лишь идти следом и догадываться, существует ли в природе тот таинственный фрагмент на мобильнике, о котором она говорит. Или её просто нужно как следует оттрахать, или может быть она получает больше удовольствия, если хорошенько поработать языком? Меньше всего мне хотелось вживаться в роль занудного детектива или кто он там, этот главный герой? И я был готов почти на что угодно, кроме каких-либо секс игрушек в своей заднице. Я посмотрел на Роману, уверенно и деловито пробирающуюся в сторону кают, и вдруг подумал "блядь, какой же я извращенец. Она всего лишь скромная, но хваткая девочка, которая сейчас с меня три шкуры сдерёт". По пути я ухватил бутылку текилы за горлышко, чтобы предпринять ещё одну попытку споить её, да и мне тоже не мешало выпить.
- Что вы подразумеваете под мишурой? И под тем, что я не подхожу по манере держаться? - напрягся я, но спросил как можно более безразлично - пытаюсь держаться в стиле нуара. Хоть мне только что тонко намекнули, что мой психологический возраст ниже моего реального. Это был запрещённый приём.
Я немного притормаживаю, услышав свою фамилию и звучное "псссс" с верхней палубы. Когда задираю голову вверх, нахожу там мою коллегу (молоденькую актриссу) в тёмных очках: она стоит, облокотившись одной рукой о борт, а в другой крепко сжимает за ножку бокал. Она выставляет средний и указательный палец свободной руки буквой V и пробегается между ними язычком. Но слишком увлекшись этим занятием, расплёскивает на белое платье алкоголь и говорит громкое "блядь". А я показываю ей средний палец.
Довольно вскоре, поднявшись на лифте, мы проходим в довольно просторную каюту. Я перестаю слышать музыку, когда хлопает дверь, мы оказываемся в режущей слух интимной тишине. Как же это прозаично, Винсент Джервис в очередной раз решает проблемы с работой и холодной, неприступной начальницей.
- О, это ваша каюта? - переспрашиваю я, оглядываясь. - Миленько, - протягиваю я и дарю ей лёгкую улыбку, едва дрогнувшими уголками губ. -Здесь нам точно никто не помешает, и не будет отвлекать, - я опускаю бутылку на стеклянный столик рядом c какими-то листками, о содержании которых знать ничего не хочу. И присаживаюсь на большую кровать рядом с Романой. Они ничего не говорит, не достаёт мобильный телефон. С какого-то хрена мне кажется это знаком. И мои ладони довольно скоро находят её бёдра, я чувствую тепло её кожи через тонкую ткань летнего, лёгкого платья, и нежно скольжу рукой вверх, постепенно заставляя материал складываться в неопрятную гармошку, а потом поглаживаю внутреннюю часть бедра и задеваю пальцами её трусики.
То, что я творю это определённо на грани сумасшествия, оттого, что она привела меня в каюту она не перестала быть моим боссом. Но именно таким образом я нашёл себе агента и свою первую роль. Если Романа сейчас выкинет какой-нибудь финт ушами, то во-первых не она ли недавно флиртовала со мной, периодически улыбалась моим шуткам, обсуждала со мной моё тело, рассказывала в красках как рассматривала мои фотографии в досье и привела меня пьяного к себе в каюту. По-моему, я понял её правильно.
- Вы хотели дать мне какое-то задание, - шепчу ей, обжигая дыхание мочку уха, едва не касаясь её губами.

Отредактировано Vincent Jervis (2015-08-10 00:19:19)

+1

11

Наверно, она где-то допустила стратегическую ошибку, потому что всю дорогу до каюты сердце стучало так, что ритм отдавался в голове, что его впору было сравнивать с набатом, но менять что-то и переигрывать не было никакой возможности. В жизни нет кнопки паузы, как и нет перемотки. Только вперед, не оборачиваться, даже если чувствуешь подвох, а подвох в сложившейся ситуации был огромный. Кто в здравом уме мог подумать, что у нее действительно есть эти фрагменты, и они действительно при себе? Правда текст был не на мобильном, а написанным от руки, розовой ручкой с блестками (лучше даже не помнить в каком бреду она купила ее), и в таком же жутком блокноте, который практический кричал: " я девочка-подросток, привет, и я сохну по мальчику на четыре года старше, он играет в футбол и у него есть подружка, так что мне можно только пускать на него слюни в ожидании того, что случится чудо и у меня отрастет грудь четвертого размера и пропадут скобки"? Да приблизительно так выглядела эта бордовая записная книжка, обклеенная фетровыми сердечками. Романа слышала краем уха, как кто-то окликнул Винсента, но не считала нужным оборачиваться, и так было понятно, что именно происходило. Очаровательно, первая работа, стоящая истраченных на нее свеч и нервов, а ее уже считают способной на такую гадость.
Дверь за спиной зарылась слишком громко, будто кто-то захлопнул крышку гроба, отрезая все звуки, доносящиеся снаружи, оставляя гнетущую, давящую тишину, которая походит на густой черничный кисель, душит в своих объятьях. Нет, надо быть совершенно неадекватной, чтобы притащить человека с определенной репутацией к себе. Интересно, могло ли ее спасти сейчас хоть что-то? У мисс Вилсон на руках были еще несколько карт. Она вполне могла выпалить что-то более провокационное, чем от нее ожидали, благо доказать обратное ни у кого не было возможности, как насчет того, что она не из этих, да вообще играет за другую команду? За все время работы никто не видел ее с кем-то кроме Макса, но он всегда представлялся всем, как ее друг. Не как парень. Но с какой стати ей теперь резко менять официальную ориентацию? Не стоит этот придурок таких игр.
- Не мой вкус, и тем более не моя каюта, если кто-то помнит, то мы все здесь гости, кто говорит о вкусе в отеле? - возмущенно фыркнула девушка, бухаясь на кровать ближе к ногам - другой мебели тут просто не было. Сумка с ее персональным адом из издевок была затолкана в компанию пыли под ней. Надо было собраться духом и окончательно опозориться, только ее заминку приняли за совершенно другое. Очень другое, что совершенно не входило в ее планы на сегодня. Этот, даже слов не хватает, чтобы придумать что-то нематерное, вообще понимает где проходят границы личного? Очевидно, это его способ договариваться с несогласными. Но не ее. Внутри все свернулось в тугой узел. Да, как бы не настолько она была трудоголиком, чтобы забыть про эту функцию организма, да и тело ее стремительно решило предать. А это была идея. Добро пожаловать в общество тех, кто почитал творчество британских коллег.
- Руки, мистер, - выдохнула она, решив ему еще немного подыграть, но все же отодвинулась, прикладывая пальцы к губам, и делая вид, что Винсент ее правильно понял,- Разрешение было? Боюсь придется вас связать.
Черт, что она вообще несет? Почему позволяет себе такое? Нет, она себе ничего не позволяет. Ее цель немного проучить этого завравшегося мальчишку, даже если для этого придется вести себя как сущая стерва, и лишиться кушака от платья. Не велика потеря, все равно не самое лучшее приобретение, и не самое счастливое, если припомнить, что она его купила за день перед тем злополучным мартовским круизом.
- Я вообще не уверена, что вы с чем-то можете справиться, - так а теперь надо было вспомнить как вяжут морские узлы, учили же ее пустую голову, - Не слишком туго? Кровь поступает?
Ну а теперь можно было приняться за дело. Все равно не сможет смыться, с такой то привязью к изголовью. Романа сняла со столика бутылку и переставила ее на пол, проверяя те ли листы там лежат? Да, вполне и эти могли сгодиться. 
- Будете учить или читать? - не известно, что именно сделала бы на ее месте Ирен Адлер, но собой мисс Вилсон была страшна довольна. А если он еще решит что-то вывернуть, она запросто оставит его так на все оставшееся время.

+1

12

Сценаристка язвит над моим дежурным комплиментом "миленько", и я списываю это на профессиональные издержки. Хотя моя оговорка вызвана тем, что я редко ночую дома, в основном всё время в разных местах и у разных женщин, но, ей-богу, вряд ли кто-то смог бы жить так, как живу я, под ночной отчаянный ор Пола по телефону с очередной какой-нибудь бабой, в которую он влюбился после первого же секса. Я побывал в сотнях отелей, заклеивал видеонаблюдение в частных лифтах, которые открываются магнитными карточками, не голой же задницей светить перед секьюрити в самом деле. Надо охранять интересы моей задницы, которую все итак могут увидеть во всех кинотеатрах страны, но хотя бы за какое-то бабло.
Представляю разочарование моих родителей, и даже не раз думал о том, что было бы, если бы сейчас у меня на руках был диплом юриста, как хотели родители. Но мне не хочется быть серой точкой в недрах серьёзного офиса! Я хочу, чтобы моё имя знали. И я привык идти к этому любыми путями, включать в себе охотника, и я действительно последнее время получаю от этого только удовольствие. 
- А я люблю отели, они создают иллюзию отсутствия обязательств. Я могу трахнуть тебя здесь. А потом ты вернёшься в ваше с Максом уютное гнёздышко, где ничего не будет напоминать обо мне, ты не будешь чувствовать себя виноватой, уж это я могу гарантировать, - я говорю с ней открыто. Она умная, взрослая девочка (сама же сказала, что пока она трахалась со своим Максом, я ещё в сердней школе учился). - Всё, что было здесь останется здесь. На день. А завтра тут будут трахаться уже другие люди. Здесь будут другие запахи, другие постельные разговоры, мы вряд ли ещё раз сюда попадём, - разбавляю свою пошлятину долей романтики. Все девушки любят мудаков, которые небрежно прикидываются романтиками, насколько я успел разобраться.
Романа молчит, когда я трогаю её под подолом платья, лишь тяжело дышит. Значит ей нравится? Я провожу подушечкой указательного пальца по её нижним губкам. Она такая тёплая там, она делает глубокий вдох и выдох, а я, расценив это как приглашение, отодвигаю двумя пальцами трусики и касаюсь нежной кожи, прежде, чем получаю по рукам.
- Ты хочешь меня, ты такая влажная и горячая, - я прищуриваюсь, а она касается пальцами кончиков кушака платья, и тянет за один из них, это выглядит довольно сексуально. Затем озвучивает желание меня связать, что в очередной раз заставляет меня немного напрячься. - Что ещё за оттенки серого? Я не думаю, что это хорошая мысль, я куда полезнее, если... - но я осекаюсь, так как Романа бросает мне вызов, что я ни на что вообще не способен. Приходится положить хуй на свои прошлые страхи, когда одна из женщин связала меня, а потом позвала какого-то мужика. Я еле выбрался, и удирал от них и их собаки, а потом без одежды ловил такси. С тех пор со своими женщинами я предпочитаю знакомиться сам, а не жду первого шага от них. И тем более не даю себя связывать, до тех пор, пока не слышу от Романы развод на "слабо".
- У тебя сексуальный голос, я хочу, чтобы ты сказала мне им, где тебя целовать, - говорю я, пока она связывает мне руки по какой-то хитровыебенной схеме. - ауч! - возникаю и тут же поправляюсь, - не-не, всё хорошо, - я все ещё помню её слова, что я вообще ни на что не гожусь, и пытаюсь доказать обратное.
Прекратив завязывать узел, Романа медлит. И я машинально дёргаю руку, но понимаю, что привязан к изголовую кровати очень надёжно. Постепенно меня посещает лёгкая паника, когда её выражение лица с вызывающего сменяет довольная ухмылка конченной стервы, у которой шило в жопе как хочется, уйти из каюты и оставить меня тут одного. Бля какой позор, если бы съёмочная группа, веселящаяся на палубе нашли меня в каюте Романы, но она оказалась гуманнее.
- Читать, - еле сдерживаю смех, когда женщина подсовывает мне свой розовый блокнотик с блёстками, лишь фыркаю один раз. - Кхм-кхм. Тут реплика, ээээ, - объявляю я и делаю сконцентрированное лицо, и слегка щурюсь, словно вглядываясь в буквы.   
- Разденься. У тебя настоящие сиськи? - настойчиво и довольно безкомпромиссно приказываю я. А потом, выдержав паузу, хихикаю. - Слушай, ну это было бы честно. Ты же рассматривала меня в моём досье.

Отредактировано Vincent Jervis (2015-08-14 23:02:13)

+1

13

Что-то происходило, и это что-то ей определенно не нравилось, хотя вполне могло быть и иначе. Конечно, Винсент не был эталонным мерилом мужчин, и уж точно не был кем-то из ее типажа, но по крайней мере, нахальства и уверенности в себе ему было не занимать, а еще, похоже, и опыта, потому что давненько она не чувствовала себя такой восковой в чьих-то руках, и уж тем более она не имела привычку расплываться лужицей от того, что какой-то придурок мужского пола запустил ей ладонь под юбку. Это было непривычно и скверно, и с этим срочно что-то надо было делать. В попытке спастись, она перебросила ногу на ногу, но это действие вместо желаемого облегчения принесло острую вспышку боли, прострелившую от низа живота до затылка.
-Главное тут себя не выдать, - в голове промелькнула шальная мысль, но никакая закушенная с внутренней стороны губа уже не могла удержать звук разочарования и злобы. Очаровательно.
- Совесть у меня атрофировалась лет десять назад, как хвост у обезьянки, очень удобно, знаешь. Ничего не чувствовать, - конечно, это была всего лишь полуправда, но конкретно стыда перед много раз бывшим у нее точно не могло быть, даже если бы она захотела обратного. Романа внимательно следила за тем как лицо мужчины перепрыгнуло от возбужденного к немного напуганному стоило ей заняться узлами, но останавливаться на полпути не стала, не ее это было правило.
Когда стало понятно, что они с Максом не будут просто держаться за ручки и рано или поздно окажутся в кровати, она была готова на все практически сразу, а он... от пытался быть джентльменом. Оглядываясь назад, Романа была крайне благодарна судьбе за то, что она послала ей кого-то достаточно башковитого, чтобы ее первый раз не был пьяным перепихом на заднем сидении автомобиля. Так запросто можно было заработать себе несколько психических травм и фригидность в придачу.
Мужчина же перед ней не был джентльменом ни разу, но и она уже давно не была пай-девочкой, как бы не маскировалась старательно под оную. И по всей видимости, за ними обоими водился один и тот же грешок- их обоих можно было взять взять на слабо. Что в сложившейся ситуации было не так уж плохо. Мужчина старательно заелозил, пытаясь выбраться, но вместо этого узел еще плотнее затянулся. Романа расплылась в самодовольной улыбке, потому что она все сделала правильно.
- Фаловый узел. Даже не думай, - цыкнула женщина, ей ли было не знать как можно похабно пошутить по этому поводу, но то была слишком личная шутка. Отдать ее кому-либо, означало пустить на свою территорию, уж этого она допустить никак не могла, - Иначе я решу что кто-то компенсирует размер своего эго!
Романа бросила многозначительный взгляд вниз, давая понять что именно она имеет ввиду, а потом снова вернулась к узлу, будто они вели тут светскую беседу, - Это один из самых надежных самозатягивающихся узлов. Мой отец бывший морской котик, и мне как старшей перепала львиная доля его внимания. Пока одни девочки плели косы и продавали печенье, я училась вязать узлы, моя первая нашивка скаута была как раз за них, так что никаких оттенков - просто проверка навыков.
Волна жара медленно, но уверенно отступала, оставляя после себя немного вредности и чего-то еще более поганого, что вполне годилось для прогона по сырому, но от этого не менее сложному тексту. Но Винсент читать не мог, или не хотел, что именно из этого было действительностью - это не имело сейчас принципиального значения.
- Не думала что ты один из тех, кто презирает линзы. Насколько все плохо? Минус... Шесть? Тебе принести очки, ни за что не поверю, что близорукий человек не взял их с собой, - она поднялась со своего места. Мужчине тут стоило бы переполошиться, потому что перспектива остаться привязанным была не радужной, даже он должен был понимать, что в каюту она могла и не вернуться. Хотя все было не так плохо, как могло бы быть. Вот даже обувь при нем. Злобный перфекционист внутри зашевелился, прикидывая не довести ли пакость до полного завершения, но кто знал, чем это стремление могло закончится? Рисковать спокойствием ради сомнительной перспективы не стоило.
- Не хватало тебе еще видеть то, что бельем называется только по недоразумению конструктора. В силиконовых липучках нет ничего эстетически привлекательного, как в бесполой барби, - прыснула она сквозь зубы.

+1

14

- Но-но! Не все темы разговора я свожу к сексу, - я ощущал её озорной взгляд, гуляющий в области моей ширинки, слышал её надменный голос, пытающийся угадать мой размер, чувствовал тугие узлы сдавливающие мне запястья до такой степени, что я не мог двигаться. Моё положение волновало меня во всех смыслах, это было новым ощущением. Мне стало немножечко душно от этих разговоров пониженным, сексуальным голосом и её прямолинейных взглядов, я жадно втягивал воздух, пытаясь дышать незаметно, и чувствовал как закипает кровь. Дурацкая фантазия нарисовала мне пару неуместных картинок, как самая легендарная на этой яхте недотрога-сценаристка аккуратно расстёгивает мои джинсы и колечком пухлых губ, с которых то и дело соскальзывают вся эта высокомерная критика в мой адрес, она обхватывает мой член. Если бы я захотел контролировать её движения, забравшись пальцами в мягкие волосы, я бы только разочарованно вздохнул, как только от резкого движения руками вперёд, хлыст врезался бы в мою кожу. Я бы хотел это почувствовать. Её дразнящие движения губами. Я думаю о том, как повернуть наш разговор в правильное русло. Я какой-то.... неисправимый.
И она наверняка не относится ко мне серьёзно. Видимо, когда общаешься с такой как она, мало просто распустить руки, не спрашивая разрешения, нужно ещё показать, что ты заинтересован в её внутреннем мире, и сам не очень тупой. Скорее всего эта особь женского пола ищет себе сильного, умного мужчину для создания семьи, и её тяжело в этом винить. Во всех девушках, кроме шлюх, это типа заложено природой.
- Как увлекательно, - говорю я немножко разочарованно, чуточку недовольно, потому что после её слов о том, как крепко она меня связала, не следует ничего. Она встаёт с кровати, я чую как кровать прогибается. - Эй, сядь обратно, я надеюсь ты не покинешь меня надолго, - забеспокоился я. - Твоё общество мне нравится, я итак связан.
- Расскажи мне о своём Максе. Как он относится к твоей работе? Ты, наверное, много времени проводишь за компьютером или в разъездах, - я делаю заинтересованное лицо, хотя мысли мои далеки от её биографии. Зато я заметил одну маленькую деталь. Она была ужасно озадаченной, немножко печальной, запутавшейся в своих мечтах, когда стояла, облокатившись о борт яхты и отстранённо глядела куда-то вдаль. Да, она совершенно точно о чём-то мечтала. Когда же мы остались наедине в каюте, её глаза зажглись азартом и желанием мне нагадить. Она ожила. Она присутствовала рядом со мной.
- Мне кажется, что ты несчастлива с ним. Извини, - говорю я виновато, адресуя ей серьёзный взгляд. - Но ты держишься его, потому что вбила себе в голову, что никто в принципе не может быть счастлив, но это не так, - я выдерживаю паузу, давая ей время задуматься, прожевать сказанное мной. - Я обычно не пристаю к чужим девушкам, серьёзно. Мне просто кажется, что между вами двоими холодно как в Миннеаполисе.
Я никогда там не был, если честно, но видел не раз по телеку, как эти далёкие земли заносит сугробами. В Калифорнии я был знаком только с искусственным снегом на Новогодние праздники.
- Зрение у меня хорошее. Просто с тобой сложно думать о работе. Ты такая деловая, язвительная, профессионально держишь дистанцию, но в то же время в тебе чувствуется страсть, что-то запретное, внутри тебя куча демонов, точно тебе говорю, - "пытайся быть откровенным с девушками, даже если ты городишь что-то совсем странное, и они твои", - так говорил мне мой садовник в Остине.

Отредактировано Vincent Jervis (2015-08-31 22:05:13)

+1

15

Она хохотала, как давно не смеялась, не фальшиво, чуть присвистывая в конце на манер чопорных английский леди, а искренне, даже забрасывая голову, потому что все есть так как есть. Люди, по большей части, глупы и наивны, и каким бы сорвиголовой и искушенным в одной сфере ты бы не был - в другой можешь оставаться сущим ребенком. Так было и сейчас. Вот мужчина перед ней поди знал как заставить женщину умолять о пощаде, царапаться и кусаться, крича на самом пределе возможностей, но что касалось  человеческих душ, то Винсент или действительно ни черта не понимал в отношениях или хотел казаться непонимающим. В любом случае это было... мило. Да, именно мило, никакое слово из обширного словарного запаса не подходило сюда больше чем это.
Спустя несколько долгих секунд она все же остановилась и взяла себя в руки. Не гоже было не посвящать собеседника в причину смеха, хотя иногда удивленное и непонимающе лицо смешило даже больше, чем сама первопричина. Она бросила взгляд на дверь, потом на привязанную тушку на кровати, снова на дверь. Нет, определенно уходом она сломает комедию... вся эта разворачивающаяся сцена слишком хороша, чтобы быть правдой. Слишком все это походит на те фортели, что она выкидывает в сценариях. На грани, хождение по лезвию, когда один неверный шаг - и ты труп... или привязан к кровати и опозорен, тут уж зависит от фантазии. В итоге она села обратно и будь они у нее дома - кровать непременно бы звякнула металлом о тумбу. Так, куда ее мозг умудрился потечь в этот раз? Никакого дома, никаких мыслей, которые в голове быть не должны. Вот они последствия ее образа жизни. Когда лучший друг - твой бывший, а подруги - то лесби, то сбегают с первым паромом в Лондон и исчезают из поля зрения на годы - уже не знаешь что можно ожидать от жизни. Она женщина вредная, немного капризная, но всегда работает по принципу -ты мне, а я тебе. Может судьба так решила ей вернуть образовавшийся должок?
- Не думаю, что тебе понравится эта история, в ней больше соплей, чем толку, и Максу все равно. Он сам такой же. Трудоголик. Сколько раз по этой причине у нас шло наперекосяк - и не счесть, - собственно по это причине у них все и сорвалось, они были слишком похожи, то бодались лбами и то слишком были заняты карьерой, чтобы пытаться латать тонущие отношения. Спохватились уже когда было слишком поздно. Оглядываясь назад Романа иногда думала - а что было бы если бы она залетела тогда? Уж точно бы не сидела в каюте с типом сомнительной репутации и перемывала кости давно забытому и зарытому роману, - Но сложившаяся ситуация устраивает, лучше так, чем... - есть на самом деле, - с котом и романами не длящимися дольше, чем полгода, если вообще не пару недель, - едва не сболтнула лишнего, думаю тебе понятно, лучше чем... Большой уже.
Она пожала плечами, все еще держа в руках листы со сценарием, бумага как-то странно обжигала пальцы, до чертиков хотелось швырнуть эти каракули, - и пусть почерк ее в школе всегда ставили в пример, - куда подальше и пустится во все тяжкие, но она врала насчет совести. Эта особа у Романы была размером с дом, и кажется именно она мешала всем последующим попыткам устроить личную жизнь. А тут еще вмешивалась профессиональная этика, пусть в шоубизнесе уже давно забыли про это слово.
- Знаешь, мои демоны - это мои демоны. Если этот проект не провалится, может попытаюсь написать что-то автобиографическое. Это точно попадет в список лучших моментов. И  худших. Советую включить голову и начать работать, - если бы Винсент знал скольких сил ей стоила эта последняя фраза, потому что демоны орали о том, что ситуаций, когда мужчины так отчетливо хотели ее было можно пересчитать на пальцах. Но профессионал и трудоголик в ее душе снова надругался над женщиной... Как было бы проще, если бы у нее были бы дети. На приключения жопу бы не тянуло.

+1

16

Интуиция подсказывала мне, что смешным быть классно. Серьёзно, роковые, брутальные мужики привлекательны только в кино, в настоящей жизни имеют вес недостатки, нелепости и прочие милые вещи. Это тупо, когда мужчины целуют кончики пальцев и разговаривают так, словно сошли со страниц классиков. Но несмотря на это самовнушение, я всё равно чувствовал себя не совсем в своей тарелке от оглушительного хохота Романы. Даже прежде, со связанными руками мне было намного комфортнее.
- Как смешно, - отозвался я со скорченной весёлой гримасой, не понимая, чем вызван смех Вилсон. Мои губы слегка натянулись в улыбке, а в моих глазах блестели искорки издёвки.
Я выслушиваю печальную историю про Макса, и мне отчего-то кажется, что он разбил ей сердце, причём осколками своего. Он трудоголик, она трудоголик. Между ними определённо полыхало пламя, когда они были свободными, но потом всё потухло, и они не могут друг друга отпустить и пытаются раздуть это пламя из углей, но ничего не выходит. А работать над свежими отношениями нет времени. Ведь нужно кого-то узнавать, научиться доверять новому человеку. Чем старше становишься и чем больше ожёгов доставляет тебе жизнь, тем непроходимее кажется этот путь доверия. У таких как Романа явно всё должно быть по любви. Но что-то в этой истории не клеилось, ведь сейчас ей подвернулся я. Можно забыть Макса, и окунуться в отношения с тем, кто проявил инициативу. Неужели никто не верит, что я действительно смогу влюбиться? Или может быть дело в том, что всё решают деньги? И она ещё более продажная, чем думает обо мне?
- Знакомо, кстати, - отвечаю ей на историю про Макса, - Я тоже любил девушку одну, а она вскоре залетела от другого и вышла замуж за него. Я теперь убеждаю себя, что мы просто были разными, - этой девушки на самом деле не существовало и впомине, но я точно знаю, что в наше время могут произойти такие истории совершенно с каждым человеком, кто хотя бы однажды влюбился.
- Мне кажется ты разбитая и твоё сердце тоже разбито, - говорю я немного раздосадованно. - Теперь ты можешь отпустить меня, - я натягиваю импровизированные наручники, напоминая о них Романе. Мои губы немного поджаты, я делаю вид, что обиделся, ведь я предлагал себя, а в итоге - ничего не вышло, и в моих ушах до сих пор стоял её смех. - Я не хочу причинять тебе больше боли, чем тебе причинили. И самое кошмарное, что даже не смогу, если захочу. Гейм овэр, мне не нужно было играть в крутого мачо с тобой. Видимо, тебе такие игры не нравятся. Эй, отпусти меня. Мне жаль. Извини за моё поведение, - я тяжело вздыхаю.
- Этот проект не провалится, Романа, - уверенно говорю я, хотя мои обещания никогда ничего не стоили. Возможно, держать обещания - это великая божественная миссия, возложенная на каждого, кто так поступает. Но ещё садовник, работавший на мою семью в Остине, доходчиво объяснил мне, что в одиночку этот мир не исправишь. Хоть предки и советовали мне поменьше слушать прислугу, этих любителей почесать языком. Впрочем я всё равно всегда слышал только то, что хотел услышать.
- Я готов работать, - решительно говорю я, добавляя стали в голос. - Больше никаких чувств, только бизнес.
Меня откровенно прикалывает, что в моём лексиконе так много слов "боль", "чувства", "сердце", "извини". Но я действительно думаю, что рядом с Романой должен сейчас находиться друг, а не любовник. И этим другом могу стать я!

Отредактировано Vincent Jervis (2015-09-08 01:31:28)

+1

17

Романа скупо кивнула, понимая, что с этого момента больше держать мужчину привязанным не имеет смысла, но в обратную сторону узел поддаваться не спешил. Петли, намотанные вокруг всего чего можно, растягивались с трудом, приходилось тянуть, но учитывая то, как она сидела на кровати - занятие это было не особо благодарное.
- Дьявол, кажется я немного перестаралась,- рыкнула она себе под нос, и меньше всего задумываясь о втором смысле своих действий забралась на кровать с ногами, даже перебросив одну через распластанное на белье тело. Сейчас первостепенной задачей было  избавиться от пут и желательно при этом не порвать пояс. Спустя мучительные минуты жертва была освобождена.
- Покажи запястья, - вежливо и спокойно попросила она и внимательно осмотрела свое творение: все же то, что Винсент не пытался выбраться сыграло ему на руку - красноватые полосы почти не было видно и минут через десять они обещали полностью исчезнуть. И только убедившись, что их репутации ничего не угрожает, она окончательно поняла как именно устроилась. По идее это должно было бы смутить любую женщину, но слишком часто с Романой происходили комичные вещи, так что она не стала пугаться, хоть и съехала вниз и устроилась по турецки на самом краю кровати.
- Это что-то вроде порочного круга, не один так вторая, - улыбнулась она, удивляясь как еще не залилась краской. Ее сегодняшней выдержке мог бы позавидовать вулканец. Вот ее с того самого момента, как она впервые увидела Стартрек мучал один единственный вопрос - что будет если его довести до того, что румянец проступит на скулах. Будет ли он зеленым? В рассказ про девушку, которую мимолетом Винсент упомянул, как-то не особо верилось, такими как был сейчас Винсент не становятся в таком молодом возрасте. Был бы он ее ровесником - она бы безоговорочно признала правдивость такой ситуации. А пока это все напоминало вольную экранизацию "Горя от ума".
- И как давно это было? Просто ты не кажешься особо развалившимся, или это как и у меня маска? - последние пару слов были определенно лишними, но выпитый алкоголь все еще гулял в крови, немного притупляя контроль. Немного, ибо в противном случае она бы совершенно другими разговорами тут бы занималась, если бы вообще могла говорить. Так о чем шел вообще разговор? Да, сценарий. Надо было заставить его хоть для видимости прочитать пару строчек, но что-то внутри, похожее на ворон, кружащих вокруг пугала и не решающихся присесть давало Романе уже понять, что роль, несмотря на ее упертость достанется ему.
- Тогда не будем отвлекаться, и будем профессионалами, - сказала она и тут же потянулась за бутылкой, оставленной на полу, чтобы отхлебнуть прямо из горла, -Будешь?
Но не тут то было, несмотря на то, что они как оказалось были нормальными, а не сорвавшимися с цепи недотраха, такими все остальные их не считали. Как еще можно было объяснить то, что в каюту без стука с крайне самодовольной мордой - лицо приобретшее кабанье выражение от количества употребленных горячительных напитков просто нельзя назвать лицом, ввалился режиссер, да тут же на месте и протрезвел. Он переводил взгляд с одно человека на другого и явно не понимал где именно просчитался, потому что он явно не ожидал увидеть сценариста и актера в ролях Сигурда и Брюнхильд, а вырезанные из итоговой версии сцены для пилота в роли меча.

Отредактировано Romana Wilson (2015-09-09 16:20:14)

+1

18

- Всё хорошо, - слова быстро сорвались с моих губ. Но в них не могло быть и ломтика правды, пока её распущенные волосы щекотали мои горящие щёки, а её губы парили настолько близко, что при каждом частом глубоком вдохе, в попытках перестать задыхаться от похоти и ощущений нехватки кислорода, мне в ноздри врезался запах алкоголя, возникший по причине только что выпитого ею бокала, который смешивался с её парфюмом. И эта смесь ещё больше подструнивала моё воображение. Я обожал целовать чьи-то пьяные губы - это развратно и неправильно, - пока что всё хорошо, - я звучно хмыкнул, поправившись и прикрыв глаза ресницами, потому что Романа вытворяла что-то запредельное, ёрзая надо мной. - Ты просто пытаешься развязать узел, а я под тобой, - начинаю озвучивать я всё, что происходит между нами, чувствуя своё и её участившееся дыхание рядом, - ты сейчас в такой позе, что большей возможности рассмотреть твоё декольте у меня ещё не было, и я вижу как вздымается твоя грудь из-за того, что в этой каюте похоже слишком жарко или может быть ты просто тратишь много энергии на развязывание узлов.
Мне хочется прикоснуться к ней, но это последний рывок, когда я пытаюсь дёрнуть связанными руками. Уже скоро узлы поддаются Романе, и в итоге я освобождён. А она соскальзывает на краешек кровати и подгибает ноги под себя. Я делаю очень глубокий и жадный вдох. Внутри меня всё болит и крошется на осколки. Зато мне кажется, что это далеко не конец, и рано или поздно мы всё-таки окажемся в одной кровати, здесь или может быть в доме режиссёра, когда он пригласит нас к себе в гости. Возможно эта кровать будет больше этой, возможно меньше, может быть мягче или жёстче, а может быть я не буду утопать лопатками в её поверхности, и уж точно я не упущу возможности трогать грудь Романы, когда она будет так же близко.
- Хахаха, ёмоё, я никогда не забуду этого момента, ахахаха, - смеюсь я и провожу подушечкой пальца одной руки по красноватому рубцу, оставшемуся после узла на запястье другого.
- Ага. Я рыдаю каждый раз, когда слушаю the script "six degrees of separation". Мой тебе совет, никогда не слушай эту песню. Если в кафе играет, выплёвай лобстера и делай ноги, - я улыбнулся. Не знаю, любил ли я кого-нибудь, и можно ли назвать любовью то, что к некоторым людям меня тянет больше, а к некоторым меньше. С некоторыми хочется быть рядом постоянно, а в некоторых такой необходимости не возникает. Просто трахнулись и разошлись.
- Ничего страшного, хотя конечно, немного жаль, что к ссадинам на моём теле не добавилось приятных и сладостных воспоминаний, - я тяжело вздохнул, и сердце почти вернулось в ритм, хоть и царапало теперь внутренности. И ровно в этот момент вошёл режиссёр.
- О-оу, - тихо протянул я, понимая, что о Романе Вилсон я многого не знаю. То, как режиссёр бесцеремонно ворвался в личную каюту к Вилсон, пьяным и со слегка нахальной улыбкой намекало на то, что у них что-то есть. А ещё он жутко покраснел заметив нас вместе с ней. Работяга сценаристка тоже вытрахивает себе карьеру? - Я не должен оправдываться и как-либо комментировать это. У нас ничего не было. Мы репетировали, - сказал я, почувствовав спиной его тяжёлый взгляд, когда я поднимался с постели Вилсон и, подняв её дурацкий розовый блокнотик, черкнул там свой номер телефона.
Я поровнялся с режиссёром в дверях. Обернувшись и взглянув на Роману, я сказал:
- Спасибо за урок. Возможно, есть необходимость закрепить материал? - лёгкая улыбка краешками губ, посвящённая всем находящимся в каюте. - Рад был повидаться, не буду вас отвлекать от важных дел по работе над сериалом, - ещё одна улыбка, мне хотелось сказать ещё что-то. Ситуация была напряжённой. Но я всё-таки просто вышел из этой каюты, забив голову своими мыслями.

Отредактировано Vincent Jervis (2015-10-08 17:41:57)

+1

19

Можно было выдохнуть и начать вытравливать из себя всю ту желчь, что успела скопиться внутри, теперь уже хотелось не секса, а убивать. Медленно,  чтобы жертва страдала, корчилась от боли, но была в сознании. Чтобы то, что она будет творить своими руками было терпимо, но на грани невозможного, на грани обморока. А еще было противно, потому что довольной себя Романа не чувствовала, только... вытраханной. Будто кто-то поимел душу и оставил в грязной подворотне. Это она не довела все до логического конца затеи, не пошла на поводу у эмоций, но чувство было в точности наоборот, а ведь гад же сказал, что если они переспят - она не будет чувствовать себя виноватой, может оно так и было бы? Потому что то, что сейчас было сложно было назвать выигрышем.
- Заметил что-то интересное? - парировала она, стоило Винсенту заикнуться про то, что он разглядывает ее декольте, в отличие от многих актрис Романа не могла похвастаться большим содержимым бюстгальтера, но ей и не нужно было "вкладываться в будущее", потому что ее вклад был другим, она было умной, умела мыслить нестандартно, находить те решения, который никому и в голову не могли придти. Не выбери тогда мисс Вилсон телевизионное поприще, то она преуспела бы в роли полицейского. Не так просто Джим в детстве дразнил ее Шерлоком и прочими детективами.
- Сентиментальность не порок, другое дело что можно убивать и плакать, рука от этого не дрогнет. Тогда данные под обмен, даже два совета: первый - никогда не давай связывать себя капроновыми чулками - от этого остаются жуткие плохо заживающие порезы и второй: никогда не думай, что ты самый умный, если догадался ты, то догадается и кто-то другой, - развела она руками, но странные пристрастия Винсента к музыке она понимала, иногда находятся самые обычные вещи, которые трогают нас за слишком перетянутые струны, заставляют их вибрировать на грани обрыва, и не дай бог, они лопнут, никто не останется в спокойствии, если попадет в зону поражения.
Наверно, сегодня Роману просто не подвела интуиция, потому что их поймали бы, определенно. Когда режиссер ввалился в каюту, она с секунду была в недоумении, не понимая какого черта тут вообще происходило, а потом все же сложила два и два в уме и едва подавила желание расхохотаться. Все наверху, поправка , все, кто не нажрался еще в достаточной степени, чтобы отрубиться, сейчас думали, что они с Винсентом "двигают мебель", и пьяно хихикающая компания просто решила заполучить неопровержимые доказательства, которые завтра бы могли оказаться на страницах какого-то таблойда. Хотя вряд ли, ни один из них не был достаточно знаменит, чтобы кто-то ими за пределами рабочей площадки интересоваться. Она прикрыла глаза прикидывая, сколько времени они провели тут и сколько времени занимает обычно такое дело. Выходило, что если Винсент не был импотентом, ха с его то репутацией местного дебютирующего Казановы, этого и в помине быть не могло, то нахал, ввалившийся в дверь, поймал бы их аккурат посреди действа. От осознания факта стало не по себе и желчи активно поддобавилось.
- Что? Нет, ну правда, неужели все тут обо мне такого скверного мнения? - фыркнула девушка, скептически вздергивая бровь и ясно давая понять, что этим разговор и ограничится. Если кто-то здесь и был праведником, то она, даже иногда слишком. Романа с абсолютно спокойно-то отрешенным выражением лица принялась приводить в порядок свои записи. Телефонный номер поперек листа с записями, как неуважительно по отношению к чужой работе. Неужели он думает, что она будет звонить? - Вырезанные мной за неуместностью куски из пилота. Вам тоже дать почитать?
Режиссер, явно загнанный в угол  абсурдностью сложившейся ситуации отрицательно замотал головой и что-то процедил сквозь зубы, прежде чем неуклюже развернуться и тоже покинуть каюту, кажется, он сказал: "Черт бы побрал этих розовых."
Нет, ну надо же было так влипнуть, просто поступив правильно. Надо будет позвонить кому-нибудь, разболтать все от и до. Хотя, кто ей поверит?

Отредактировано Romana Wilson (2015-10-10 19:05:07)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » It’s a game, It’s a play, It’s a war