Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Может показаться, что работать в пабе - скучно, и каждый предыдущий день похож на следующий, как две капли воды... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » lo que hoy seas capaz de sembrar, será lo que mañana cosecharás...


lo que hoy seas capaz de sembrar, será lo que mañana cosecharás...

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

https://abrahampacana.files.wordpress.com/2012/03/untitled_panorama22.jpg
Who?
Agustin Velazques & Dolores Velazquez
Place:
Washington D.C. | Hawaii
Weather:
sunny days | warm nights
Plot:
То что посеешь сегодня, пожнешь завтра. Твое будущее зависит от того, что ты сделаешь в настоящем. Ты можешь свободно выбирать свои действия, но не их последствия.

+2

2

Небольшой и когда-то хороший город Дума (пригород Дамаска) -> Перл-Харбор

А ведь все начиналось очень даже хорошо? Подготовка прототипов, последующая их транспортировка на новый "полигон" и благополучное прибытие в лагерь сирийских войск под Дамаском. Конечно же, Ланкастер, Агустин и все их сопровождение как и всегда были в военной форме без знаком различий - схема была уже отработана до мелочей и они прекрасно знали, что в случае неудачи, выкручиваться из дерьма им придется самим. Обычно, в каких-либо форс-мажорных ситуациях, Министерство иностранных дел, принимало позицию "моя хата с краю" - если выражаться фигурально... и если уж говорить начистоту, то любой уважающий себя дипломат или политик не стал бы подтверждать реальность испытания новых крылатых ракет непосредственно в боевой обстановке.
Итак, поначалу все шло хорошо и "тесты", которые были проведены, в общем-то порадовали Веласкеса. Прототипы хорошо показали себя в бою и значит можно было рассчитывать на то, что видеозаписи наглядной демонстрации убедят больших шишек из Пентагона отдать очередной крупный оборонный заказ именно "Аэроджету". Агустин никогда не был бедным или жадным, однако упускать миллиарды, плывшие его концерну, он конечно же не хотел - все полученные средства можно бует употребить в дело; не только на развитие новых технологий, привлечение действительно талантливых кадров и тому подобное, но и на "Гиперпетлю", раработки которой шли полным ходом. Проснувшись этим утром, Веласкес прежде всего подумал о том, что эта поездка была более чем удачной - но как оно обычно и бывает, когда человек слишком доволен тем что он имеет, судьба-злодейка поспешила приправить радость хитрого испанца своей ложкой дегтя...
Начались неприятности совершенно на пустом месте...
-Отлично... мы уложились гораздо раньше назначенного срока и можем уезжать, что называется, с чистой совестью, -произнес Ланкастер, когда Агустин заглянул в штабную палатку. Генерал-полковник как раз планировал эвакуацию всей технической группы и оборудования - с местного аэродрома предстояло долететь на транспортнике до авианосца и затем уже взять курс на Гавайи, откуда уже было рукой подать до дома. Опять же - образно выражаясь и сравнивая с расстоянием от Сирии до Соединенных штатов. -Может тебя сразу подкинуть в Вашингтон, дружище?
-Почему в Вашингтон? -поначалу даже как-то растерянно поинтересовался Веласкес, но спустя минуту его осенило. -Гарри, что за интриги против меня снова мутит Гектор?! У него опять нарисовался очередной гениальный план с участием Лолы, о котором мне не нужно было рассказывать?
-Давай-ка, не кипятись, хорошо? -вздохнул Ланкастер - реакция старого друга его не удивила. -Я знаю только что Долорес, возможно, сейчас может находится в Вашингтоне... и честно говоря, не понимаю, что тут такого? Она не первый раз уже туда ездит и если ты забыл, то ей там придется работать.
-Ничего я не забыл.., -буркнул Веласкес и резко развернувшись вышел из штабной палатки. Ланкастер направился следом... и только это и спасло их, потому как уже в следующую минуту лагерь накрыл шквальный минометный обстрел. Адская боль в плече свалила Агустина, прежде чем он успел понять, что происходит вокруг. Кто-то (кажется это был Гарри?) не дал испанцу рухнуть на землю, а затем звуки взрывов и выкриков на непонятном Веласкесу языке смешались в одно целое, утянув его в вязкую темноту...

Несколько часов спустя.
Авианосец "Рональд Рейган". На пути к Гавайям.

Генерал-полковнику Ланкастеру лишь только благодаря своему дьявольскому везению удалось вытащить Агустина из под обстрела и самому не получить ранений - только несколько царапин от осколков. Однако, по сравнению с состоянием Веласкеса, это были сущие пустяки - и нынче у персонала медицинского блока авианосца нарисовалась задача посерьезнее плановых осмотров личного состава или лечения каких-либо бытовых травм. Маневров высокое командование пока что не планировало, так что "Р.Р." курсировал в нейтральных водах, неподалеку от побережья Ливана, не выполняя никаких боевых задач. Гарри очень хотелось смачно и долго материть сирийских "друзей", что умудрились прошляпить очередную вылазку со стороны боевиков, но толку? Он слишком рано порадовался, что поездка была удачной и всей компании, проводившй испытания не пришлось выпутываться из дерьма... и как теперь ему рассказать Долорес, что ее муж получил тяжелое ранение?
Вздохнув, Ланкастер связался по спутниковой связи с Рубио. Пожалуй прежде чем звонить Лоле, следовало посоветоваться с Гектором... уж он-то всегда знает как найти выход из любой, даже практически безнадежной ситуации.
-Слушаю? Наконец-то ты объявился, Гарри, -услышал Ланкастер хорошо знакомый голос. -Я так понимаю, раз связь наладилась, вы уже двинули в обратный путь?
-Правильно понимаешь... Гектор, я не буду ходить вокруг да около и скажу сразу - нас потрепало возле Дамаска. Уже после всех успешных испытаний, -сообщил генерал-полковник. -Агустин тяжело ранен и мне придется отвезти его на базу. Я еще не говорил с врачами, но думаю, что ему придется задержаться на Гавайях - у него крайне дерьмовое осколочное ранение. Долорес ведь приехала в Вашингтон?
-Черт возьми... этого только не хватало, -ответил Рубио и после минутного размышления, продолжил без каких-либо колебаний. -Вот что мы сделаем. Я сам все расскажу Лоле, когда она вернется с деловой встречи, а ты организуешь для нее транспорт - так чтобы она могла без проблем попасть на базу. Скрывать от нее правду нет смысла... а после того как она узнает про Агустина, то ее сам дьявол не удержит в Вашингтоне. Так что давай, позвони мне на личный номер, как только все организуешь.
-Хорошо, -согласился Ланкастер и сделав еще один звонок, насчет перелета для Долориты, направился в медицинский блок. Прошло уже несколько часов, так что спецы с авианосца наверняка уже могли дать хоть какие-то прогнозы?
-Множественные повреждения мышечной и костной ткани, -сухо констатировал факт военврач, проводивший срочную операцию испанцу. -По счастью, нервные окончания пострадали в наименьшей степени... однако период реабилитации все равно будет для него долгим и болезненным. Но по крайней мере руку мы ему спасли, а коллеги на базе сумеют продолжить лечение.
-Уже что-то.., -в очередной раз вздохнул Ланкастер. -Сколько ему придется проваляться в госпитале?
-Ориентировочно - около месяца, но все будет зависеть от того как быстро пойдет заживление, -ответил хирург. -Он не умер только благодаря тому что вы весьма оперативно привезли его к нам. Все самое плохое уже позади.
А для меня впереди - когда приедет Долорес, которую вся эта история навряд ли порадует.., -подумалось Гарри, после того как он поблагодарил врача и вышел из медблока.

Вашингтон, резиденция Рубио.
Примерно два часа спустя.

-Дядя, ты приехал! -радостно хихикнула Мили, вскочив с ковра в гостиной и побежав навстречу Гектору, как только он открыл дверь. -А мама еще не пришла... и мы играем в "Монополию". Я играю вместе с Марией и мы только что получили много-много денежек, вот!
-Твоя мама сейчас тоже приедет, Милагрос - она только что мне звонила, -улыбнулся Рубио, подхватив на руки маленькую разбойницу и заметив как облегченно вздохнула его старшая дочь. Занимать это беспокойное чудо почти весь день наверняка было очень непросто? -Я надеюсь, тебе у нас нравится? Жаль что Лукас не приехал вместе с тобой и Лолой - хотя вам и впятером было не скучно, правда?
-Угу, -кивнула Мили. -Мы ходили в парк с тетей Лурдес... но она не разрешила мне залезть на горку...
-Папа, наша Мили не на горку хотела залезть, а на ее крышу - вот мама и перепугалась и не пустила ее. И потом кое-кто долго-долго дулся, -рассмеялась Мария - старшая из детей Рубио, очень разумная и самостоятельная юная леди шестнадцати лет. -У этого маленького чертенка слишком беспокойное шило...
-Буу.., -выдала Милагрос, состроив недовольную рожицу любимой кузине. -Я не дулась... просто мне стало скучно на качелях...
Гектор лишь улыбнулся, слушая маленькую племянницу и подумал о том, что его бедной жене сегодня пришлось несладко на прогулке. Даже четверо собственных детей никогда не приносили Лурдес столько беспокойства как одна очень непослушная и вредная девчонка. Но что она может поделать, если фамильное ослиное упрямство досталось ей от обоих родителей?
-Так мои дорогие, давайте-ка приберитесь после своих игр - скоро пойдем пить чай, -скомандовал Рубио, поставив Мили на пол. -Милита, радость моя, помоги пожалуйста ребятам? Сейчас придет твоя мама и будет очень рада, что ты была послушной.
-Почти, -хихикнула Мария, подхватив на руки Милагрос и начав ее щекотать. -Давай собирать наши денежки? Мы ведь с тобой выиграли!
Пока дети начали приводить в порядок гостиную, Гектор заглянул на кухню и поцеловав супругу, коротко сообщил ей о звонке Ланкастера. Лурдес знала о поездке Агустина лишь в общих чертах, но задавать лишних вопросов мужу не привыкла, хотя плохая новость ее порядком расстроила.
-Значит Лоле придется уехать? А как же Милагрос?? Она оставит ее у нас? -поинтересовалась сеньора Рубио... и так уж получилось, что в этот самый момент и Мили захотелось сунуть свой любопытный нос в кухню.
-Куда мама уедет?? Я не хочу оставаться... бууу! -обиженно выдала Мили, начав хныкать. Мама и так чуть-чуть не уехала в гости к дяде и тете одна, если бы кое-кто не начал реветь, несмотря на все бабулины уговоры и посулы новых игрушек. Как только хлопнула входная дверь, девочка тут же пулей помчалась встречать Лолу и расплакалась, оказавшись у нее на руках. -Не уезжай без меня... пожалуйста... я буду слушаться и хорошо вести себя...
Гектору оставалось лишь внести ясность, без каких-либо предисловий, когда Долорес удивленно посмотрела на него. Во всяком случае, думать как преподнести ей плохие новости, времени уже точно не было.
-Лола, нам надо поговорить - идем в мой кабинет? Это касается Агустина...

+2

3

Ночь прилета в Вашингтон, аэропорт
Мобильный телефон сеньоры Веласкес оповестил женщину о входящем сообщении в тот же вечер, когда ее самолет едва приземлился в аэропорту столицы. Долорес лишь взглянула на содержимое сообщения, однако и тени разочарования не было видно на ее лице. Конечно, куда большей радостью для городского советника Сакраменто куда большей радостью была возможность узнать о том, как прошли последние испытания мужа, а также о его скором возвращении домой. Однако, это была лишь одна юная леди, которой в очередной раз не терпелось получить доступ до сенсационной новости, как это случилось однажды всего неделей после благотворительного бала, который устроили демократы в средине июня. Велев дочери оставаться на месте, испанка остановилась для того, чтобы напечатать ответ своей «ручной» пташке, пишущей ей из далекого на данный момент времени Сакраменто.
«У меня дела. Я вне пределов твоей досягаемости,» - напечатала Долорес, отправив журналистке ответ без каких-либо подробностей. Ну, конечно же, нужно соблюдать субординацию, чтобы твой ручной котенок не забыл о том, как должен себя вести и не возомнил себя клыкастым хищником, чего совершенно не нужно было Долорес. Да, ей нужен был ручной котенок, которого она воспитывала для себя. Пока нужен был… а что делать с котенком потом, когда он вырастет? Что же, решать проблемы обычно принято по мере их возникновения. В любом случае, штаб претендента на место в сенате от штата Калифорния, выдвинутого республиканской партией, уже имел несколько интересных историй на птичку, хотя Веласкес, самом собой, не хотелось бы в дальнейшем пускать все это в ход. Все-таки она считала себя добрым человеком, как ни странно.
Мобильный вновь оповестил женщину о входящем сообщении, но на этот раз Долорес оставила его без ответа. Юная акула пера решила задать не верный вопрос. Но, у нее было право. Только вот в таком случае, она не получает ответа, пора было уже научиться? Взяв маленькую упрямицу и озорницу за руку, Долорес лишь посмотрела на нее, снисходительно улыбнувшись ей. Это, конечно, был тот еще сюрприз для Гектора и его супруги, поскольку в «гости» ждали только дальнюю родственницу из Сакраменто, в единичном числе, само собой. Однако, кто-то попросту не смог оставить плачущего ребенка дома на свекровь, которой, само собой, идея Лолы нисколько не понравилась.
Мили была сонной. Странно ли, ведь в Вашингтоне уже было порядочно темно. Увы, но испанка затруднялась определить точное время, но на Западном побережье уже было около одиннадцати вечера – самое то время, в которое следует маленькой озорнице спать.
- Устала? – спросила она у дочери, взяв ее на руки и чмокнув в щеку. – Я тебя понесу немного до машины, а там мы уже скоро приедем к дяде Гектору, - улыбнулась Лола, на что в ответ получила кивок от маленькой сеньориты, что лишь обняла свою маму за шею. В это самое время, встречающий человек от Гектора уже успел подойти к ним, чтобы взять на себя трудность вроде небольшого чемодана с вещами сеньоры и ее дочери.
К превеликому удивлению Долорес встреча с троюродным кузеном состоялась несколько раньше. В том самом внедорожнике, к которому провело Лолу доверенное его лицо.
- Никогда бы не подумала, что ты, Гектор, столь сантиментальный человек, способный встречать меня в аэропорту, - иронично произнесла Долорес, заставив кузена улыбнуться на ее слова. – Кажется, на моей памяти — это впервые?
- Просто ехал по дороге, решил, почему бы не встретить кузину? – оправдался в свою очередь Рубио, нисколько не теряясь. – А ты не говорила, что приедешь не одна.
- Извини, не представилось возможности, - тут же произнесла в ответ Долорита, устроив на руках уже уснувшую дочь так, чтобы им обеим было удобно. – Увязалась и не отпускала, а самолет, как ты знаешь, не будет ждать.
- Вы уже давно можете завести себе свой личный. Это, между прочим, было бы крайне полезно, - когда автомобиль сдвинулся с места, а водитель понял перегородку между его отделением и пассажиров.
- Да неужели? Ты даже знаешь, сколько мы зарабатываем? – с ощутимой долей сарказма произнесла Долорес, ведь никто, даже Гектору не следовало лезть так далеко.
- Извини. Просто некоторые птички напели о том, что новый проект принесет куда больше прибыли, чем раньше… - пожал плечами Рубио. – Но я уж точно не ожидал от тебя такой мягкости – чтобы ты да уступила кому-нибудь.
- Ты просто не знаешь, какими генами мы наградили своего чертенка, но … еще можешь узнать, - улыбнулась кузену Долорес. – Но, если возвращаться к теме самолетов, то я все равно против. Не хочу заводить свою птичку, зачем портить имидж?

Несколько дней спустя, Вашингтон

Рабочая поездка Долорес немного затянулась. Еще бы, женщина рассчитывала провести в Капитолии не больше пары дней, но из-за одной важной встречи пришлось растянуть свою поездку на более длительное время. Тогда уже Долорес получила возможность пообщаться с многими коллегами, которым было что сказать относительно дел, которые творили в Калифорнии. Кого-то искренне удивляло внезапное желание обновить железные дороги золотого края, а кто-то восхищался желанием вложить деньги в высокие технологии и новый способ сверхскоростного передвижения между городами.
- Вы уверены, что это возможно? – поинтересовался один республиканец, которому скоро должен был стукнуть седьмой десяток.
- Мой муж общался с тем изобретателем лично, поэтому я не вижу возможности сомневаться. Другое дело – сроки выполнения данного проекта. Но, как всегда, прогресс приходит внезапно, главное продолжать работать? – улыбнулась своему собеседнику Долорес, прежде чем посмотрела на свои наручные часы, что показывали ей местное время. – Оу, сэр, боюсь мне пора, иначе я опоздаю на еще одну важную встречу, - ловко соврала Долорес, решив, что ей необходимо вовремя удалиться из офиса партии, пока в доме у Гектора не началось бедствие по имени Милагрос. Мили, конечно, было интересно с детьми ее дяди, но она требовала также и внимания своей матери, пока ее брат был где-то далеко в своем летнем лагере скаутов.
Добраться до дома кузена не составила никакого труда. Благодаря ему у нее было собственное средство передвижения, которое и помогло ей достаться до дома Рубио достаточно быстро. Конечно же, время поездки Долорес провела с пользой изучив последние новости, как в родном городе и штате, так и в стране и мире в целом. К счастью для Долорес, в резиденции Рубио не было слышно никаких слез и скандалов, когда она оглянулась по сторонам. Но, уже спустя мгновение, к ней прибежала Милита, чтобы выдать нечто такое от чего испанка была несколько шокирована.
- Никуда я без тебя не уеду, милая. Что же ты такое говоришь? – поспешила пообещать дочери, прежде чем ей навстречу вышел Гектор с весьма странным желанием пообщаться. – Да, конечно. Давай поговорим… – согласилась она, опустив на пол Мили. – Дай, мы с дядей поговорим, а тогда я расскажу, что мы сделаем, мм? – предложила Лола, прежде чем пойти следом за кузеном в его кабинет. – Итак?
- У меня есть несколько не простых известий для тебя, Долорес, поэтому … присаживайся и слушай, - велел Гектор своей кузине.
- Мне твой тон голоса уже не сулит ничего хорошего. Что случилось? – вполне серьезным тоном голоса поинтересовалась у Рубио сеньора Веласкес, присев на кресло напротив уже сидевшего за своим рабочим столом кузеном. Хотя, конкретно сейчас они не были родственниками; напротив нее сидел глава большинства в сенате и разговаривал с небольшим винтиком во всей схеме их партии.
- Наверное, нужно начать с того, что партия решила изменить свои планы, Долорес. Мы не будем выставлять твою кандидатуру на выборы в сенат в шестнадцатом году, - серьезно сообщил Гектор.
- И давно это стало известно?
- Сегодня. Мы получили подтверждение своим опасением относительно одного политика из сената Калифорнии, что собирался идти на губернаторский пост. Ты знаешь о ком я, но не будем уходить в детали. Он сделал не верный шаг, а мы ошибок не можем пропустить на этот раз. Слишком долго мы ждали и пропускали вперед демократов, поэтому ты должна возглавить штат, - почти на одном дыхании завершил свою речь Гектор, на что Веласкес даже не знала, как реагировать. Она была раздражена из-за решения партии, но приятно удивлена новой возможностью.
- Не скажу, что я рада, но и не расстроена. Хотя, ты должен понимать, что я все равно буду в сенате - не та этот раз, так в следующий. У меня в запасе еще есть время. Но кто будет баллотироваться от штата в сенат? – сложив руки по-деловому в замок, продолжила Долорес.
- Мы пока не определились, но нам важно, чтобы ты контролировала штат, потому я и обращаюсь к тебе сейчас.
- Значит это просьба? – поинтересовалась Лола, вздернув тонкую бровь слегка вверх.
- Конечно, мы же никогда не заставляем. А вот относительно кандидатуры в сенат, я бы хотел выслушать твои рекомендации. Уверен, ты сумеешь найти лучшую замену себе, - как-то не весело ухмыльнулся Гектор, что не ушло от внимания Лолы.
- Я отвечу тебе об этом несколько поздно, у нас есть ведь время. Обещаю, не затягивать. И… благодарна за то, что ввел меня в курс дела достаточно оперативно, но что еще? Ты говорил о нескольких непростых известиях…
- ДА, - прикусив на время язык, Рубио посмотрел на Долорес какое-то время, прежде чем продолжил, - звонил Ланкастер. Они с твоим мужем попали в небольшую передрягу, Агустина ранило и Гарри отбуксировал его на базу. На сколько я знаю, с ним должно все быть уже в порядке.
Первые две секунды Лола смотрела на Гектора с широко раскрытыми глазами.
- Что ты сказал? – в итоге достаточно громко произнесла Долорес. – Какого черта ты мне паришь мозги выборами, когда мой муж был ранен?! Это та новость, с которой ты должен был начать наш разговор!
- Думаю, тогда бы ты дальше не слушала…
- Верно, потому что я немедленно вылетаю. Подготовь мне транспорт, - скомандовала Долорес кузену, что продолжал сидеть за столом, тогда как она уже была готова смести с него все те дорогие предметы и подарки, которые на нем имелись.
- Гарри уже этим занялся. Моя машина и водитель отвезут тебя к вертолету, а дальше уже будет маршрут известен самому Ланкастеру.
- Нет, я одна не полечу, Гектор. Не могу оставить дочь. Я ей обещала взять с собой, а обещания я выполняю, так что … пожелай нам удачи, а там созвонимся?

+1

4

Агустин уже привык, что его, так называемые командировки обычно проходили без каких-либо проблем... и как-то забыл, что "подопытным крысам" может и не понравится что на них испытывают высокотехнологичные новинки оборонной промышленности, стоимость которых заканчивается на шесть нулей. Он очнулся поздней ночью, еще когда "Рональд Рейган" был в море и увидев свою многострадальную руку, от плеча и до кончиков пальцев в специальной шине и хирургических бинтах, едва не выматерился. В ушах шумело от потери крови и хотя капельница рядом с кроватью явно была с обезбаливающим, Агустину было чертовски паршиво - плюс ко всему, его мутило и казалось будто окружающая реальность ходит ходуном и вертится словно в каком-то совершенно безумном калейдоскопе.
-Мистер Веласкес, вы меня слышите? -неожиданно в глаза испанцу ударил противный яркий свет - на самом деле источником был маленький медицинский фонарик, но в тот самый момент он был хуже чем самый яркий прожектор. -Потерпите секунду, я сейчас уберу фонарь.
-Какого черта? Где Ланкастер? Меня сейчас точно стошнит... такое ощущение, что я на корабле.., -выдал Агустин, вместе со смачным испанским ругательством, в незапамятные времена услышанным от отца. Матушка, слыша его обычно приговаривала, что за такое надо гореть в аду лет сорок не меньше... -Где я?
-Вы действительно на корабле, так что легкая тошнота вполне нормальное явление, -ответил хирург, что проводил осмотр. -Сейчас вы снова уснете и проснетесь уже на базе. Постарайтесь не двигаться лишний раз и не тревожить руку. Генерал-полковник придет навестить вас уже в больнице в Перл-Харбор - мы прибудем туда минут через сорок.
Агустин быть может и хотел бы что-то еще сказать или спросить... но доктор похоже добавил еще лекарства в капельницу, так что раненого быстро вырубило и он уснул так крепко, что не почувствовал как его перенесли на твердый берег...
Пару часов спустя, Ланкастер поехал на аэродром военной базы, чтобы встретить Долорес и затем отвезти ее в госпиталь - сомневаться в том, что сеньора городской советник прилетит на спецрейсе, не приходилось. Гарри знал Агустина и его жену уже много лет и как уже неоднократно говорилось выше, прекрасно понимал, что их брак настоящий, в отличии от той показухи, что любили разыгрывать на публику многие его вашингтонские знакомые. Генерал-полковник жалел, что не решился сам рассказать Лоле всю правду... наверняка он теперь не будет в фаворе у сеньоры Веласкес?
-Хотел бы сказать тебе "добро пожаловать", но, увы, ситуация неподходящая, -поприветствовал Долориту Ланкастер, когда она спустилась по трапу военного самолета со сладко уснувшей на руках дочуркой. Гарри не стал спрашивать, зачем Лоле понадобилось брать с собой Мили и он без лишних разговоров, аккуратно забрал ребенка к себе на руки. -Сегодня я устрою вас в военном госпитале, а завтра подыщу приличный отель в городе, если захочешь. Поедем?
После того как водитель уложил вещи Лолы в багажник армейского джипа, Гарри помог женщине забраться в машину и уселся рядом на заднем сиденье, постаравшись при этом не разбудить малютку Мили. Теперь надо было собраться с духом и рассказать Долорес последние новости о ее муже... и хотя Ланкастер не мог винить себя, в том фиаско что случилось в лагере возле Думы, он все равно ощущал себя виноватым. Но... к черту размышления и сожаления, от которых в данный момент все равно нет толку?
-Я не знаю, говорил ли тебе Гектор, что у Агустина осколочное ранение. Основательно задета правая рука и его оперировали еще на пути сюда. У меня не было возможности с ним поговорить - военврач сказал, что когда он ненадолго пришел в себя, то был сонный от лекарств. Однако, судя по тому как он смачно ругался по-испански, с ним уже более или менее все было в порядке. После хорошего лечения будет как новенький.
Уже на подъезде к базе, джип несколько раз хорошенько тряхнуло, так что Мили беспокойно зашевелилась на руках Ланкастера, но пока что не проснулась.
-Вот мы и приехали, -увидев генерала, часовые на КПП не тратя зря времени, пропустили машину на территорию базы. -Госпиталь как раз возле административного корпуса...
Так уж вышло, что Агустин оказался единственным серьезным пациентом госпиталя на данный момент - двоих салаг, что получили вывихи после полосы препятствий, пожалуй можно было не считать. Естественно никто не стал возражать шишке из Пентагона, когда ему понадобилось устроить в клинике еще и супругу своего лучшего друга, ведь свободного места было полным-полно. Палаты офицерского состава были рассчитаны на две койки, так что это должно было прекрасно подойти Долорите и Мили.
-Это конечно не "Ритц", но тут все есть - и я предупредил персонал, так что можешь обращаться к ним в любое время, -сообщил Лоле Гарри, после того как уложил Мили на кровать. -Я не уеду пока не буду уверен, что с Агустином все хорошо, так что как и всегда готов все сделать для тебя и Милагрос. Сейчас твой муж спит, но если хочешь, то можешь пойти к нему - я распоряжусь чтобы дежурная медсестра присмотрела за малышкой. У нее все равно на попечении только два великовозрастных оболтуса, которые не смогли одолеть полосу препятствий для морпехов. Что скажешь?

Отредактировано Agustin Velazques (2015-07-14 01:10:48)

+1

5

Удача – вещь абстрактная, но сейчас была крайне необходима чете Веласкес. О ней женщина просила не только кузена, но и попросту молила бога, к которому у нее были обычно короткие молитвы, да и то, в большинстве своем заканчивались в тот же миг, когда сеньора покидала пределы католического собора, куда они наведывались в основном по воскресеньям, чтобы показать себя, так сказать, верующим и поддержать миф о своей набожности. Да, когда план начинает хромать, начинаешь верить во что угодно – удачу, бога и все то, что обычно человеческий разум решительно отбрасывает в сторону. Теперь у Лолы было не так уж и много шансов на убедительное будущее, ведь … каким оно будет без Агустина? А ведь, если что-то более, чем серьезное случилось с ним, о чем Гектор не пожелал рассказывать? Живое женское воображение играло в злые шутки с Долорес, в частности и сейчас, но только благодаря маленькой сеньорите, что упрямо увязалась за матерью в эту поездку, испанка могла сохранить хотя бы внешнее спокойствие и хладнокровность, которые и были ей присущи при обычной размеренной жизни.
Она прикоснулась губами к мягким волосам крепко уснувшей дочери, которая так и не узнала от своей матери, куда они едут и зачем. Оставив много миль позади себя, они летели на военном самолете, что был далек от своего комфортабельного собрата, перевозящего пассажиров бизнесклассом из Калифорнии в Вашингтон. Догоняли солнце, а ведь время уже было ужасающе поздним и продолжало убегать от них, словно вода из-под пальцев.
Кто-то предупредил о скорой посадке, от чего Лола лишь тихо вздохнула, кивнув головой человеку в форме, еще крепче прижав к себе свою маленькую жемчужину, которая даже не представляла себе о том, насколько сильно была взволнована и растеряна сейчас ее мама. Да, было не просто даже самой себе признаться в том, как сильно зависит ее состояние от новостей, которых было так немного. А это было очень, очень даже не хорошо…
- К черту хорошие манеры, Гарри. Я пролетела восемь тысяч километров и провела самые ужасные девять часов в своей жизни, не зная, что с моим мужем, не ради того, чтобы ты сейчас расшаркивался передо мной, - возможно, это было слишком жестко, но Долорес необходимо было выпустить пар. А еще ей необходимо было попросту увидеть Агустина, узнать, как его дела и придумать, как быть им дальше. Хотелось бы ей попросту успокоится, но не пытала на этот счет никаких надежд. – Идем, - коротко ответила женщина, нисколько не задумываясь о том, как потом объяснит дочери их пребывание в больнице, военных и прочую, совершенно не вписывающуюся в жизнь ребенка яркую смену окружающей их обстановки. Однако, это будет потом, а пока … пока у женщины еще ноги не подкашивались, и она была готова идти или даже бежать к своему раненому тигру. Она не хотя передала Милагрос на руки другу, что еще не так давно был гостем в их доме, после чего они все-таки направились в сторону того корпуса, где находилось то отделение, где находился Агустин.
- Гектор не вдавался в детали, - сквозь зубы процедила республиканка. Она нахмурилась, размышляя над полученной информации, но отсутствие глубоких познаний в медицине не позволяли ей как-то более подробно понять, что именно случилось, в каком именно сейчас состоянии ее любимый муж. Увы, но она не могла разделить оптимизма Ланкастера, в точности, как и оценить его шутку относительно испанских ругательств – человеку больно, как еще вынести эту ужасную боль, которой вообще не должно было быть? Они должны были встретиться в Сакраменто после этих их поездок и придумать, как дальше плыть в их течении. – Когда будет врач? Я хочу с ним переговорить лично, - выйдя из джипа, на котором Гарри доставлял их к медицинскому корпусу на военной базе, произнесла Долорес своим строгим тоном голоса, который все из ее окружения уже был хорошо известен. Это значило лишь то, что сеньора очень сердита и находится на пике своих эмоций, а еще значит, что она не просит – она требует немедленного выполнения. Тем не менее, мистер Ланкастер был счастливым человеком, не проработавшим с сеньорой Веласкес бок о бок много времени. Они всего лишь дружили и виделись семьями, вели некоторые дела вместе, а потому ему не приходилось слышать этот тон голоса в свой адрес. Это же прекрасно понимала сама Лола, но … что поделать, пойти против своих же эмоций женщина не могла. Да и не собиралась.
Тем временем, они дошли до того корпуса, на который еще недавно указывал Ланкастер. Внутри горел яркий свет, как и положено в медицинских заведениях, не смотря на то, где они находятся. В воздухе ощущалась чистота и стерильность, как и в любой больнице, а также легко улавливался запах медикаментов. В любом случае, Долорес именно их сейчас и ощущала. Тем не менее, она молча следовала за Гарри, надеясь уже увидеться с мужем, но … нет. Ланкастер сначала отвел их с Милагрос в палату, которую он смог им выбить. Чего это только стоило мужчине Лола не представляла, однако, это не значило, что она была разочарована его словами и действиями.
- Гарри, я не понимаю, что за глупые вопросы ты задаешь – конечно, я хочу увидеть мужа и желательно поскорее, думаешь не об этом ли я думала в течении последних десяти часов? А еще я хочу увидеть врача – достань мне его из-под земли, я должна быть в курсе, как обстоят дела Агустина из уст медицинского специалиста – так что без обид, ладно? – обратилась она к другу семьи, сбросив с себя пиджак, что словно бы пропитал в себя чувство страха. К тому же, женщине следовало надеть на себя белый медицинский халат, как того и требовал устав медицинского учреждения, с которым сеньора Веласкес даже не думала спорить.
Дождавшись, пока медсестра придет в палату, чтобы присмотреть за спящим ребенком, Долорита подалась в палату, где находился Агустин и … сначала замерла на месте. Он был бледен, а его раненая рука находилась в каком-то странном коконе из гипса или чего-то в этом роде. Прикрыв рот рукой, она не растерялась и не отступила, но прошла вперед, чтобы присесть рядом с мужем. Эмоций было слишком много, чтобы реагировать на того же Ланкастера, что обещал сейчас же сходить за врачом и вернуться, как и на прочие внешние обстоятельства. Была только она и был только Гуто. Она ухватилась за его здоровую руку, ладонью которой коснулась своего лица – это прикосновение было на удивление теплым и реальным, от чего все переживания отошли на задний план, ведь теперь она постарается для них обоих сделать все так, чтобы жизнь была лучше. Кроме того, ей еще оставалось так много новостей из Вашингтона рассказать, но мужчина спал… да и разве они имели сейчас хоть какой-то вес? Нет, все это можно было придержать до лучшего времени.
- Ты обязательно поправишься, и мы скоро вернемся домой, - да, сейчас она обещала мужу и ставила перед собой цель, которой она обязательно достигнет. Так или иначе. Любым способом.

+1

6

На следующее утро, Мили проснулась раньше чем ее мама, порядком уставшая от всех переживаний за своего непутевого мужа - и первым делом огляделась по сторонам, увидев что находится в больнице. Девочка очень хорошо помнила как ее бабушка пару месяцев назад ложилась на обследование и ее навещали всей семьей в похожей палате. Правда там была всего одна кровать и как говорил Лучи, бабуле даже не с кем было поругаться кроме бедных медсестер.
-Мамочка, проснись! -Милагрос тихонечко потормошила Лолу, но та спала очень крепко и даже не пошевелилась. -Я хочу кушать... а еще хочу домой... зачем мы сюда приехали? Бууу... сколько можно спать...
Вздохнув, маленькая озорница решила самостоятельно узнать, зачем мама привезла ее в больницу - а вдруг ей снова захотят делать какие-нибудь уколы? Мили как-то раз водили на осмотр и обещали что купят новую куклу, если она будет хорошей девочкой и потерпит немножко - якобы, это совсем не больно. Но докторша сказала неправду и укол всю равно был болючим, так что после Милагрос долго ревела на руках у папы и по словам бабушки, опозорила семью на всю больницу. Правда куклу отец потом все-таки купил.
Выглянув из палаты, Мили смело направилась по коридору, прямо в своей любимой пижаме с мишками и немного лохматой после сна головой. Бабушки ведь рядом нет, так что ее никто не заругает...? Вокруг было очень тихо, а задремавшая на своем посту медсестра не увидела кроху, поэтому никто не помешал ей направится дальше. Сунув свой любопытный нос во все ближайшие двери, что располагались по коридору, девочка увидела в одной из палат молодого человека с ногой в гипсе и не удержавшись, подошла поближе.
-Привет... ты откуда взялась? -спросил у Мили по-испански парень, удивленно подняв брови. Маленькая сеньорита конечно же не растерялась - тем более услышав родную речь.
-Привет... я приехала с мамой. А что с твоей ногой? Сильно болит? -сделав еще шаг вперед, Милагрос осторожно коснулась пальчиком твердого белого гипса. -Как же ты будешь ходить?
Пациент госпиталя лишь пожал плечами... ну не рассказывать же малышке, как он облажался на полосе препятствий? Он и еще один рядовой из его роты. Сержант смачно материл их таким пятиэтажным матом, что наверное и в Гонолулу было слышно, какие они мудаки. Но маленькой испанке, солдат этого естественно пересказывать не стал.
-Я просто неудачно упал. Сначала думали, что вывих... и теперь мне три недели торчать тут с этим гипсом.., -рассказывая свою печальную повесть, парень подумал, что девочка наверняка дочка какого-нибудь военного и приехала навестить отца. Своих офицеры довольно часто устраивали в госпитале, перед тем как отвезти в город. -Уже вроде не так сильно болит. А где твоя мама?
-Бедный, -искренне пожалела парня Мили, усевшись рядом с ним на койке и взяв протянутое ей краснобокое яблоко. -Мама где-то там... она еще спит и я решила сама все посмотреть.
-Наверное твоя мама уже проснулась и беспокоится за тебя. Эй, Джек, подними свой за... то есть проснись и помоги этой милой сеньорите найти ее маму! Давай, ты один у нас тут ходячий.
Сосед латиноамериканца по палате, нехотя уселся на кровати, удивленно посмотрев на довольно хрумкающую яблоко Милагрос. У него оказалась рука на перевязи и множество ссадин на лице, плюс большой, уже начавший отливать желтизной синяк под глазом.
-Тебя стукнул кто-то? -сочувственно обратилась Мили к бедняге Джеку уже по-английски, когда он соизволил встать и подхватил ее здоровой рукой. -Мой братик как-то подрался в школе и у него был такой же "фонарь"...
-Нет, я просто упал с "лестницы славы"...  самая страшная вещь в тренировочном лагере, -улыбнулся рядовой, выйдя из палаты. -Ну показывай, где твоя мама?
-Зачем ты полез на эту лестницу, если там страшно?? -резонно поинтересовалась Милагрос. -Надо было убежать оттуда.
-Я бы убежал, но сержант такого точно бы не позволил, -рассмеялся Джек и не дойдя до нужной палаты, открыл дверь в ту, где как раз в эту самую минуту проснулся Агустин. Молодой человек, хотел было извинится и уйти, но тут Мили уронив недоеденное яблоко на пол, решительно слезла с его рук. -Постой, ты куда??
-Папа?!! -подбежав к койке, девочка мигом забралась на нее и обняла своего отца... который еще толком не отошел от сна под хорошей порцией обезболивающего, так что в первую минуту подумал, что родная дочь ему приснилась. -Что с тобой?? Ты тоже упал со страшной лестницы??
-Мили.., -растерянно произнес Агустин и проведя ладонью по лохматой голове дочки, понял, что это совершенно точно не сон. -Какая еще лестница? Откуда ты тут взялась??
Посмотрев на парня в больничном халате, что стоял в дверях и явно не понимал что происходит, испанец постарался хоть как-то объяснится. Ведь суть дела была достаточно ясна?
-Это моя дочь, все в порядке.
-Хорошо. Тогда простите за беспокойство, сэр, -кивнул рядовой, подумав что перед ним явно человек старше по званию. -Я тогда пойду.
-Тебе больно? -тихо сказала Мили, усевшись возле Агустина и опасливо посмотрев на его руку в бинтах, где кое-где проступила кровь. -Мы были в гостях у дяди, а потом мамочка сказала что нам надо ехать... я уснула и проснулась уже тут.
-Все хорошо, солнышко, не бойся, -поспешил успокоить любимую кроху Веласкес, обняв ее и ласково поцеловав в нос. -А где же мама, Милита? Она наверное будет тебя искать..
-Я сейчас пойду и найду ее! -заявила было Милагрос, но Агустин остановил дочурку и крепче прижал к себе, не позволив слезть. Еще не хватало чтобы она потерялась, не дай бог - и раз Лола приехала, то конечно же скоро появится у него в палате. Придется повинится как все по-дурацки вышло на этом чертовом полигоне...
-Нет, дорогая - лучше останься со мной. Я так соскучился по тебе, -Веласкес улыбнулся, услышав тихое "угу" от маленькой разбойницы и постарался подвинутся, чтобы она могла поудобнее улечься рядом с ним. Довольная Мили тут же привычно устроила голову на отцовском плече и задремала... уже не почувствовав как Агустин легонько коснулся губами ее взъерошенных мягких волос.

Отредактировано Agustin Velazques (2015-07-14 18:58:28)

+1

7

Усталости подвластны все люди, вне зависимости от того, сколько им лет или какого они статуса. Усталость не спрашивает, нужно ли тебе выслушать доктора, которому суждено даровать тебе надежду на положительный исход, или ты хочешь просто оттянут времени до сна, чтобы побыть со своим мужем еще хоть немного, в надежде увидеть, как он придет в себя. Но, нет. Сон пришел по собственной воли. Его Долорес не звала, так что разговаривала с лечащим врачом Агустина в состоянии полусна, борясь с самой собой, чтобы не уснуть стоя.
Действительно, прогнозы доктора обещали скорое восстановление сеньора Веласкеса, пусть оно обещало быть не простым и даже болезненным, учитывая дальнейшую физиотерапию. Однако, подобные прогнозы пока не слишком заставляли и без того уставшую женщину задумываться о том, что будет потом - самым главным для нее было то, что с ее хищными тигром будет все в порядке, а завтра будет новый день и она подумает о том, как транспортировать супруга в Калифорнию.  Вернувшись в ту палату, которую медицинский персонал подготовил для Лолы и маленькой Мили, что крепко продолжала спать в отдельной кроватке, явно рассчитанной не для ребенка, испанка подошла к дочери, проведя ладонью по мягким волосам и поцеловала ее в лобик. Она улыбнулась безмятежному сну ребенка, после чего постаралась переодеть ее, не тревожа ее сна, а когда закончила, не нашла в себе сил для переодеваний и попросту уложилась на свободной кровати, позволив усталости взять верх над собой.
На самом деле, Долорес не предполагала, что сможет уснуть или спать достаточно долго, но ... ошиблась. Наверное, только тотальную усталость можно было применить в качестве объяснения полного отсутствия сновидений так, словно бы кто-то выключил в комнате свет и вот, он включается, когда она открывает глаза. Женщина чувствовала себя усталой и избитой, но только из-за того положения во время сна, в котором она уснула. Шея затекла, спина побаливала, словно на ней Долорес носила неизвестно, какой груз, а руки чувствовали прохладу... Какое-то время Лола смотрела перед собой, прокручивая в голове воспоминания о предыдущей ночи, о перелете и тех новостях, которые получила от Гектора в Вашингтоне - нельзя было сказать, что они были такими уж хорошими, но знала наверняка, что Гуто они порадуют. По крайней мере, Долорита очень на это рассчитывала. Однако, все мысли быстро выветрились из головы испанки, едва она заметила пропажу одного маленького озорного чада.
- Мили? - спросила она, вскочив с больничной койки, на которой спала. - Милагрос?! - повторила она, обувая туфли, которые еще и не хотели налезать на ногу. - Это не смешно, Мили! Куда ты спряталась?! - возможно, тон голоса был изначально не правильно выбран, но страх за дочь был сильнее благоразумия и поэтому Долорес повысила тон своего голоса. Мог ли он напугать Милагрос? Наверное. Возможно. И это заставило бы ее хотя бы хныкнуть несколько раз в ответ, что и выдало бы ее место положение.
Но в ответ она услышала лишь тишину.
Женщина тяжело вздохнула, заглянув во все уголки палаты, прежде чем покинуть ее, чтобы направиться к посту дежурной медсестры, где ... никого не оказалось. Наверное, всегда так?! Когда человек тебе очень нужен, он не может находиться там, где обязан, так что Долорес решила начать свои собственные поиски. Она заглянула в уборную, нисколько не постеснявшись того, что могла бы там кому-то помешать - ей было до лампочки, ведь она разыскивала свою дочь, что как обычно не смогла усидеть на месте. Мысленно сеньора уже проклинала себя за то, что проспала так долго, и ведь совсем не важно, что ее сон длился не так уж и долго - шесть часов от силы. После ревизии уборной, Долорес подалась в процедурный кабинет, где также было пусто. Но, вот уже к посту подошла и медсестра?
- Вы не видели здесь маленькую темноволосую девочку? - задала, кажется, вполне нормальный вопрос, а в ответ получила целый вагон претензий.
- Вы кто такая? Что вы здесь делаете - у вас есть разрешение? - конечно объяснять и пререкаться с персоналом, что оказался не в курсе распоряжения Ланкастера и руководства базы было не в настроении Долориты, а потому женщина ответила максимально просто.
- Если вас так интересуют данные вопросы - задайте вашему руководству или спросите у того, кто дежурил до вас ночью. То что вы не восприимчивы к некоторым приказам сверху - ваша проблема. А теперь, я повторю свой вопрос: вы видели здесь маленькую темноволосую девочку? - сквозь зубы процедила Долорес тоном, что не принимал никаких возражений.
Возможно, медсестра решила, что имеет дело с кем-то из жен высшего офицерского звания - шишка из Пентагона? Не так важно, но главное, она смекнула, что не стоит допрашивать леди. Обычно, нечто подобное не проходит слишком хорошо для обычных служащих, поэтому она лишь пожала в ответ плечами: - Мисс... я только приняла дежурство и не видела тут никаких детей...
Конечно, подобный ответ и следовало ожидать, поэтому Долорес оставила жертву обстоятельств теряться в догадках, кто же ее решил расспрашивать. Однако, медсестра оказалась не слишком-то глупой, так что подалась вместе с Лолой на поиски той самой девочки, о которой говорила ей незнакомка. И ведь, надо же такому случиться, чтобы именно она смогла ее обнаружить, заглянув в палату?
- Мисс.. мне кажется, я нашла ту, кого вы ищите, - сообщила медсестра, огласив на весь коридор о своей находке, прежде чем извинится у пациента, в постели которого и находилась маленькая потеря. - Прошу прощения, сэр. Тут просто девочку искали...
Естественно, услышав столь хорошую новость, Долорес сразу же направилась в палату мужа, облегченно вздохнув.
- Спасибо, - доля благодарности медсестре, что сумела отыскать ее малышку, после чего Долорес таки закрывает за собой дверь в палату. - Ну и обыскалась я ее, а она тут спит себе...- выдохнула женщина, подойдя ближе к супругу. - Давно она у тебя? И как она вообще сюда только попала?... - то были еще те великие вопросы, но куда больше Лолу интересовало нечто другое. - Как ты себя чувствуешь, дорогой? Я безумно волновалась за тебя, пока летела... - можно было продолжить свой рассказ о долгом пути сюда, но все это уже не имело смысла. Долорес лишь наклонилась к мужу, чтобы коснуться его губ своими и обрадовать его тем, что в любом случае, его ждет полное восстановление: - Я вчера говорила с доктором, он сказал, что ты полностью поправишься, но ... тебя будет ожидать еще длительный процесс физиотерапии, так что на время нужно будет забыть о подобных рабочих поездках. Когда доктор даст свое добро, я сразу же займусь поиском хорошего доктора в Сакраменто и мы вернемся домой... Господи, мне столько тебе нужно рассказать... но, сейчас это так... не важно, - улыбнулась она в итоге мужчине, взяв его за здоровую руку.

+1

8

Веласкес уже давно перешел ту самую грань, когда можно было позволить каким-либо морально нравственным рассуждениям относительно того, что плохо и что хорошо, взять над собой верх... увы, но испытания в боевой обстановке были необходимы, не в последнюю очередь - для демонстрации качества продаваемой продукции военным. Хорошие отношения с Пентагоном были жизненно необходимы "Аэроджету" и позволяли концерну в некоторой степени диктовать условия на рынке высокотехнологичного оружия - и не будем забывать, что значимые люди из министерства обороны могли оказаться полезными для Долориты. Опять же, в конгрессе Соединенных Штатов было очень много бывших военных, решивших сменить свое прежнее ремесло на более выгодное и прибыльное дело.
Все-таки... в этой жизни невозможно предусмотреть абсолютно всего и обнимая сладко уснувшую дочку, Агустин в первую очередь думал о том, что теперь на какое-то время окажется вне большой игры. По крайней мере пока будет валяться на больничной койке - точно.
И все равно - в лагере возле Думы все пошло как-то по-дурацки, особенно если учитывать, что кое-кто был невнимателен и завелся в очередной раз из-за пустяка. Лоле ведь не впервой ездить в Вашингтон... и она бы обязательно рассказала все своему непутевому мужу, если бы Гарри сумел наладить чертову связь. Но как оказалось, штатский спутник явно имел проблемы с навигацией на тот момент и постоянно выходил из зоны видимости, к тому же рабочей группе "Аэроджета" не следовало лишний раз выходить в эфир без особой на то надобности.
Все могло закончится куда хуже.., -вздохнул Агустин, прижав к себе свое маленькое сонное сокровище. Наверное стоит порадоваться, что все обошлось и он может обнять Мили, снова увидеть Лолу и благополучно вернутся домой в Сакраменто. Еще надо бы подумать как объяснить все собственной матушке... потому как она конечно же не в курсе, куда и зачем ездит в свои командировки ее единственный сынок. По большей части, донна Эсперанца была уверена, что сеньор инженер - как бы поприличнее выразится? - уезжает из дома лишь для того чтобы найти себе приключений как бывало во времена его бурной молодости.
От всех размышлений испанца отвлекла медсестра, заглянувшая в палату - судя по тому как она облегченно вздохнула, увидев маленькую разбойницу, уснувшую рядом с важным пациентом, Долорита уже успела начать поиски.
-Все в порядке, это моя дочка.., -он улыбнулся, вновь повторив ту же фразу, которую сказал парню, что привел Милагрос. -Скажите моей жене, что она здесь и волноваться больше незачем.
А еще - можно наконец самому радостно вздохнуть, увидев единственную и любимую, по которой так безнадежно скучал последние полторы недели важной поездки.
-Ее привел какой-то раненый парень минут пятнадцать назад, -улыбнулся Веласкес, когда Долорес подошла ближе. -Она хотела побежать тебя искать, но я не разрешил - знал, что ты скоро придешь. Как же я рад тебя видеть... прости меня? Все так по-дурацки вышло... и теперь я тут застрял.
После слов Лолы относительно дальнейшего лечения, Агустину удалось сдержать грустный вздох... рука болела несмотря на обезболивающее при малейшем движении, так что будущая физиотерапия не представлялась испанцу в радужном свете. Нетрудно догадаться, что это будет весьма неприятная процедура, с какой стороны не посмотреть...
Он возвращает жене поцелуй, а после легонько сжимает ее ладонь пальцами здоровой руки - и пока Мили крепко спит, решает поинтересоваться поездкой в Вашингтон. Если Лоле пришлось сорваться в столицу вместе с дочуркой, значит Гектор действительно наметил что-то важное?
-Рассказывай все, любимая - как видишь, я никуда теперь не спешу и полностью в твоем распоряжении, -продолжил инженер. -А еще... раз уж нас занесло на Гавайи, то ты можешь сводить нашу маленькую разбойницу на пляж - я договорюсь с Гарри, чтобы вам выделили машину. Как тебе такая идея?
Досадно конечно, что Агустину довелось попасть на отличный курорт не ради отдыха. Было бы здорово помечтать о том, как можно приехать сюда, без оглядки на какие-либо дела, всей семьей и отлично провести время. Но... он как и Лола умел извлекать выгоду из любой ситуации, пусть даже не слишком удачной. Сейчас бы надо поговорить с Гарри насчет его доклада высокому начальству относительно прототипа - испытания ведь прошли хорошо и теперь новый военный заказ должен быть в кармане у "Аэроджета".
-Мамочка, ты проснулась? -тем временем поинтересовалась Мили, протерев глазки и усевшись на койке. -А я нашла папу... и еще очень хочу кушать..

+1

9

Долорес лишь снисходительно улыбается на замечание мужа относительно отсутствия любой спешки с его стороны. Надо ли говорить, что сейчас женщина была бы совершенно не против, реши ее муж куда-то умчаться, лишь бы не испытывал неприятной боли из-за ранения, которое еще и угрожало ему настоящими муками физиотерапии, о которой вчера поведал испанке врач. Но, в любом случае, главным было то, что ее супруг был жив, а остальные раны обязательно заживут при должном уходе и заботе, которой и обеспечит его семья, не смотря на ворчливую сеньору Эсперанцу, которой всегда казались эти командировки ее сына слишком подозрительными. Естественно, Лола не бралась судить женщину, как и вступать с ней в совершенно лишнюю дискуссию - это стоило бы слишком многих нервов им обоим, да и портить отношения из-за этого Долорита не собиралась. Хватит того, что сама она знала, где ее благоверного носит.
- Мы обязательно сходим на пляж: ты, Мили и я, - улыбнулась Долорес, не выпуская ладони Агустина из своей руки. - Я поговорю с доктором насколько это будет реально выполнимо и, надеюсь, мы сможем пройтись - быть на Гавайях и не побывать при таком случае на пляже, разве можно допустить такую глупость? - решила пошутить сеньора Веласкес, рассмеявшись своей же шутке. Вчера вечером она не была настолько положительно настроена, скорее наоборот, тогда теперь, поняла, что все обязательно наладится. Должно наладиться, иначе попросту нельзя. Нет других вариантов. - На самом деле вчера, когда мы с Мили только приехали, мне кажется, что я была излишне груба с Гарри, поэтому для начала мне придется извиниться перед ним, - стоит ли ходить вокруг да около, чтобы отрицать свою собственную вину. Нет, конечно же, нет. К тому же, это не входило в правила Долорес, а потому женщина собиралась извиниться за свою резкость и моментами не прикрытую вежливым тоном грубость по отношению к другу их семьи. И ведь дело вовсе не в том, что Гарри Ланкастер был весьма полезным другом, дело было в том, что себе подобного тона обычно Долорес не позволяет. Не по отношению к друзьям и близкому кругу родственников.
Тем временем,  проснулась малышка Мили. Сонная, с растрепанными волосами маленькая озорница сразу же обратила к себе внимание своих родителей. В прочем, Долорес наверняка во многом была похожей на свою маленькую копию - вскочила с больничной койки так быстро, испугавшись за свою маленькую потерю, что даже не позаботилась о своей прическе, волосы из которой наверняка торчали в разные стороны.
- Да, уже проснулась, как только заметила, что ты оставила меня одну. Знаешь, как я испугалась, что потеряла тебя? - обратилась к Мили женщина, достаточно мягко пожурив ее, прежде чем убрать прядь темных волос из ее лобика, чтобы коснуться в очередной раз губами. - Думаю, наш папа тоже не откажется от завтрака, или аппетит так и не пришел к нему? - этими словами испанка уже обратилась к своему мужчине, хитро улыбнувшись ему. - Не знаю, как тут с завтраками и провизией, но мне кажется, скоро что-то должны принести. Если все окажется ужасно, как и в любой другой больнице, можно будет позаботиться о провизии самостоятельно, тем более рано или поздно здесь должен будет появиться Ланкастер, - размышляла вслух Долорес, определенно надеясь получить в ответ пожелания от самого главного пациента, по вине которого, собственно, они здесь и оказались. Ведь, можно было даже не сомневаться в том, что больничная еда, к тому же на военной базе, должна быть скромной. Вопрос насколько, оставался открытым.
Но, оставим пока вопросы голода на потом и вернемся к тем новостям, о которых испанка уже упоминала? В действительности, Долорес не до конца себе представляла тот рассказ, который ей предстояло рассказать супругу - не знала, какой будет его реакция в ответ на это, но не собиралась более оттягивать его. Возможно, именно поэтому лицо леди-политика стало более серьезным. Но, быть может, дело было попросту в том, что она была не в восторге от даже малейшего воспоминания о своем пребывании в Вашингтоне и командировке Гуто. И этому причин было слишком много, хотя была одна вещь, которая могла их украсить.
- Пока ты был в своей командировке и вы с Гарри проводили полевые испытания, мне пришлось съездить в Вашингтон - Гектор попросил меня приехать, - начала было Долорес, не удивившись тому, что Агустин оказался в курсе этого. Как ни странно, сплетни и новости в политической среде имеют обычай передаваться мгновенно, пусть у тебя и нет возможности самостоятельно передать мужу того, что хотела бы сообщить лично. Но, иногда это бывает даже к лучшему? - Ты знаешь, я бы оповестила тебя, если бы была нормальная связь, но ... тем не менее, у меня есть новости, которые в корне меняют наши планы на ближайшие пять лет, как минимум, поскольку партия хочет, чтобы я возглавила наш штат. Они хотят, чтобы я осталась в Калифорнии и получила на выборах кресло губернатора - предыдущий претендент от партии каким-то образом скомпрометировал себя в их глазах, а поэтому ... партия решила не рисковать, сделав ставку не на того кандидата и несколько изменила вектор. Собственно, вот и самая главная новость, Гуто. Как тебе? - несколько скомкано и почти без фактов, выдав свою речь, сообщила супругу женщина, надеясь, что хотя бы она сможет порадовать его в виду того, как сильно не давала ему покоя возможность переезда в Вашингтон уже в следующем году.

0

10

Как и всегда, присутствие жены даже более чем вселило в Агустина уверенность, что вся эта дурацкая история с неудачной командировкой, в конце-концов закончится хорошо. Он прекрасно знал, как Лола умеет действовать и добиваться нужного результата - так что можно было не сомневаться, что по возвращении домой, она найдет подходящего специалиста и поможет своему непутевому мужу пройти чертову физиотерапию. По правде говоря, Веласкес уже заранее побаивался необходимого после ранения реабилитационного периода, хотя и понимал, что он необходим. Но как можно не бояться, если сейчас даже от малейшей попытки пошевелить пальцами, он ощущает довольно-таки сильную боль. Конечно обезболивающее еще действует, но как бы кое-кому не пришел взвыть волком, когда начнется "откат" после всех капельниц и уколов.
-Конечно мы сходим прогуляться, как только мне позволят встать, -на пару минут отпустив руку Лолы, Агустин коснулся своей ладонью ее щеки. -Жаль, что у меня давненько не было возможности привезти тебя сюда просто отдохнуть - без какой-либо причины. Но как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло? У нас ведь есть все возможности устроить себе еще один медовый месяц. А почему бы и нет?
Он улыбнулся, посмотрев как сонная дочурка обняла любимую маму, попутно сладко зевнув - сейчас Мили и Лола были похожи друг на друга еще больше чем обычно. Мягкие вьющиеся волосы сейчас были в одинаковом творческом беспорядке у обеих, ведь одна маленькая сеньора только подняла голову от подушки, тогда как большой пришлось резко вскочить и бросится искать свое потерявшееся сокровище.
-Я думаю что тебе не придется извиняться перед Гарри - он наверняка все понял. И, кстати... надо бы ему позвонить и спросить не только про еду, но и насчет испытаний. Настоящее фиаско будет, если наша демонстрация не впечатлила армейских шишек... А насчет неожиданной перемены планов Гектора я бы хотел услышать поподробнее. Но я чертовски рад, что тебе не придется уезжать от меня в Вашингтон.
Дотянувшись до своего мобильника, что лежал на тумбочке, Веласкес кое-как набрал номер генерал-полковника. Даже со сломанной рукой директор "Аэроджета, не переставал участвовать в рискованной игре с большими ставками и более чем желанной прибылью. А еще - неплохо бы получить от влиятельных ребят из Пентагона надбавку за риск. Одно дело, сидеть в комфортном конференц-зале, за тысячи километров от Сирии и наблюдать боевые успехи новых прототипов, изучая картинку со спутника... и совсем другое, находится непосредственно на месте проведения боевых действий. В этот раз Агустину повезло и теперь надо было в первую очередь подумать о своей семье и некоторое время воздержаться от опасных командировок.
-Гарри, доброе утро. Ты уже едешь? Хорошо, а то я уже было боялся, что разбудил тебя, -произнес Веласкес, когда его старый друг принял звонок. -У меня к тебе два важных вопроса. Во-первых, мои милые дамы проголодались и ты обязан срочно все для них организовать... а во-вторых, я хочу знать, как был принят твой доклад высокому начальству. И не надо мне говорить, что ты еще не успел отправить все данные и отчитаться...
-Я как раз собирался зайти и поговорить с тобой и Долорес. Сейчас поднимусь, -коротко ответил Ланкастер, после чего, Агустин убрал мобильник обратно на тумбочку. Ну а пока папа занимался болтовней, Мили решила немножко попроказничать и хихикая, еще больше разлохматила волосы Лоле - а когда любимая мама сделала вид, что хочет поймать чьи-то маленькие и очень шаловливые ручки, маленькая разбойница довольно обняла ее за шею.
-Генерал обещать явить нам свою персону, -едва успел сообщить супруге испанец, как старина Гарри появился в палате. Поздоровавшись с Лолой и улыбнувшись Миларос, Ланкастер не стал тянуть резину и как всегда, быстро перешел к делу.
-Чертовски рад, что все обошлось, дружище, -как и всегда, Гарри пожал руку Агустину и затем уселся на свободный стул. -Я прошу прощения, что не пришел раньше - но наш друг Гектор взял меня в оборот с утра пораньше. Пришлось вначале устроить ему подробный доклад и лишь потом уже - своему начальству. Начну с хороших новостей?
Агустин кивнул, а Мили, усевшись на руки к матери, снова тихонько зевнула, прикрыв ладошкой рот.
-В общем... мистер генеральный директор, позвольте вас поздравить с успешными испытаниями? Заказ будет передан "Аэроджету", а все обещанные средства будут переведены на счета концерна сегодня во второй половине дня.
-Я рад это слышать - но еще больше обрадуюсь, когда получу подтверждение этого перевода, -усмехнулся Веласкес. Если упростить дело, то Пентагон по сути такая же бюрократическая машина, как и самая обычная фирма - только полномочий побольше. Однако, тамошние боссы тоже любят и умеют тянуть резину, стоит им что-либо пообещать.
-Будь уверен, что получишь, -кивнул Ланкастер. -Теперь обсудим наши организационные моменты? Лола, я могу устроить так, что ты и Мили без проблем сможете остаться здесь - или же перевезти вас в любой отель. Что же до еды - сейчас предлагаю вам поробовать кулинарные изыски местной офицерской столовой, а дальше покумекаем. Агустина, естественно будут кормить в госпитале, тем более что сейчас ему наверняка не все можно есть..
-Мне кажется, что тебе есть смысл договорится насчет офицерской столовой и чтобы Долорита и Мили могли остаться со мной, -вставил свое веское замечание инженер. -Но устрой все так чтобы Лоле не пришлось по десять раз объяснять кто она такая... это все-таки военная база.
-Само собой. Долорес - я подожду пока вы с Милагрос соберетесь и отведу вас в столовую. Зацените как питается руководящий состав Перл-Харбор.
После того как Лола переодела Мили в ее любимые футболку с шортами и панамку от жаркого солнца, девочка позволила дяде Гарри взять себя на руки. Столовая оказалась в соседнем здании, так что идти было недалеко - маленькой озорнице очень понравилось, что можно было выбрать все что понравится, потому как вариантов офицерского завтрака было несколько.
-Мамочка, посмотри - чизкейк! Я хочу такой.., -показала пальчиком Мили, увидев свой любимый десерт. После того как все подносы были собраны, Ланкастер отнес их на свободный столик и затем, извинившись, отошел поговорить с кем-то из командования базы.
-Я сегодня видела дядю, который не может ходить, -сообщила Лоле Милагрос, взяв ложку и принявшись есть горячий куриный суп с вермишелью. -Он сказал что упал со страшной лестницы... и теперь у него вся нога в таком белом... и твердом. А еще он дал мне яблоко и сказал что всех тут заставляют бегать по этой лестнице... а зачем, мам? Если там так страшно, что все падают и больно ушибаются...

+1

11

Считается, что деньги могут купить все – и нужно сказать, где-то рядом с этим утверждением и бродит истина. Однако, имея деньги далеко не всегда можно купить время. Да, его не обогнать и не обойти. Оно все равно будет убегать, словно песок по ветру из открытой ладони, оставляя в ней лишь только маленькие песчинки на память о себе. И ведь никакие хитрости не сработают – сожми ладонь крепче, песок все равно найдет путь на свободу, так или иначе.
Смешно? Нет, на самом деле Долорес совершенно не хотелось смеяться, пусть она улыбнулась супругу улыбкой, надеясь подбодрить его. Грустно было осознавать тот факт, что двое взрослых и состоятельных людей так редко находили время для отдыха, что был так необходим им в последнее время. Пожалуй, только столкнувшись лицом к лицу с какой-то незапланированной чрезвычайной ситуацией, понимаешь, как много или мало ты успел в этой жизни сделать. Все-таки, как не крути, а почему-то мы считаем, что наша жизнь никогда не знает конца – его никогда не видно, он всегда находится где-то за гранью нашего восприятия, из-за чего становится безумно страшно, едва понимаешь, что он вовсе не там. Он намного ближе и дышит всегда в спину.
- Я тебе не говорила, но я хочу на Мальорку, - улыбнулась Долорес мужу. – Так что после вынужденных гавайских каникул, когда ты поправишься – мы туда съездим. Правда? – добавила женщина, не позволяя плохим или печальным мыслям подступиться к себе. А в прочем, пусть даже так, она не будет заставлять супруга наблюдать за ее грустным выражением лица. Хватит уже того, что случилось. Самое главное на данный момент было самочувствие Агустина, которое не казалось настолько отрицательным, как накануне вечером. Так что, более чем положительные изменения заставляли женщину с облегчением смотреть на все происходящее и находить в себе силы держаться храбро и оптимистично.
- А что такое Мальорка? – спросила малышка, услышав явно что-то незнакомое, но определенно красиво озвученное название.
- Это испанский остров, Мили, - сразу же ответила испанка, прижимая к себе дочь, что своими маленькими ручками обняла свою маму, что поспешила еще не раз коснуться ее щеки губами, ведь она была их маленьким и столь неожиданным сюрпризом, которому было суждено изменить их судьбу, направив по нужному руслу. Наверное, если бы не случилось нечаянно, Лола так и не смогла выделить в своем плотном графике время для второй беременности? Как бы то ни было, но иногда судьба поступает наперекор нашим желаниям и планам, что определенно точно было к лучшему. Но, лучше было бы более сюрпризам судьбы, подобно последнему более не приключаться.
- Видишь, бог услышал твои молитвы? – это была больно щекотливая тема веры для них обоих, нарушивших уже давно не одну заповедь, однако, в то же время, так и не раскаявшихся грешников. Однако, принято считать, что чета Веласкес живет христианской жизнью и даже изредка появляется в храме божьем, демонстрируя то еще лицемерие перед верующими людьми, что надеются видеть в избираемом политике кого-то близкого к ним. Но, к черту пока политику? Если бы это только могло помочь ее мужу, Долорес точно опустилась бы на колени в каплице, что должна была находиться где-то на территории базы. Только это будет потом…
Тем временем мужчина дотягивается до своего телефона, чтобы позвонить другу их семьи. Тому самому, что еще не так давно гостил вместе с женой и дочерью у них в доме; тому самому Гарри Ланкасетру, что позаботился о транспорте для Долорес и Мили, не говоря уже о возможности остаться в больничном отделении на стратегическом объекте США. В какой-то момент Долорес едва не дотянулась самостоятельно до телефона, желая облегчить супругу это небольшое, но уже испытание на выдержку и терпеливость, поскольку вторая наверняка адски болела при малейшем движении? Но, куда больше испытаний потом и болью ее благоверного еще ожидали впереди – процесс физиотерапии обещал быть долгим и не простым, а поэтому им обоим стоило запасаться терпением, не всегда ведь она сможет быть рядом и помочь уйти боли. Увы. Нет. Но, если бы была такая возможность, буквально сразу же воспользовалась оной.
- Здравствуй, Гарри, - ответно поприветствовала Ланкастера Долорес, едва тот появился в палате. – Да, я вчера была слегка на взводе, так что … прости, что была резкой, - Лола решила не затягивать со своими извинениями, что так или иначе собиралась озвучить. Как бы то ни было, а все они пережили стресс, который не был причиной, чтобы спускать собак на кого бы то ни было.
- Ничего страшного, я бы удивился, если бы ты стала разговаривать со мной о погоде вчера, - доброжелательно ответил Ланкастер, прежде чем продолжить беседу с находившимся на больничной койке Агустином, за которым женщине оставалось лишь молчаливо наблюдать. Ее мужчина выглядел так, как и всегда, когда дело касалось его трижды проклятых полевых испытаний, на которых и случилось несчастье. Словно бы и не случилось ничего. Словно все было в порядке и не было никакой угрозы. Хотя, кого она обманывает? Прекрасно видит и замечает его усталый взгляд и то, как пот выступает на лицо не столь из-за жары, сколь от внутренней борьбы организма с болью…
- Да, Гуто прав – нам будет куда более удобно, если мы сможем в любой момент оказаться рядом с ним, - произнесла женщина в поддержку слов мужа. – Естественно, мы постараемся не мешаться под ногами у персонала госпиталя, - добавила она, прежде чем взяла на руки дочь, с которой и направилась в отведенные им «апартаменты», где они могли переодеться и причесаться. – Если ты чего-то хочешь, обязательно должен мне сказать, понятно? – тихо прошептала Агустину женщина, наклонившись к его уху, уже полностью собравшись для того, чтобы пройти вместе с порядочно проголодавшейся дочерью в офицерскую столовую военной базы.
- Чтобы скушать чизкейк, надо сначала хорошенько поесть, но мы возьмем его в качестве десерта, хорошо? – предупредила маленькую озорницу Долорес, прежде чем поставить на поднос избранное ее маленькой любимицей блюдо. Естественно, дома бывает невозможно заставить ребенка нормально поесть, когда у нее столько развлечений рядом, но … тут должно быть проще? В любом случае, так казалось испанке до определенного момента. – Мили, если ты будешь болтать и не поешь нормально, тебя заставят остаться одной и все съесть, - решила пригрозить своему неуемно любопытному ребенку Долорес. – Знаешь, все эти дяди также кушают и ничего не оставляют для того, чтобы у них были силы пройти все те испытания, которые им дают. Ведь они в случае необходимости должны защитить нас, поэтому они и называются военными, - испанка попыталась объяснить своей дочери, как могла, но конечно этим только побудила Мили к еще большему интересу и любопытству, из-за которого девочка не умолкала ни на секунду.
Естественно, после хорошего завтрака, следовала по программе длительная прогулка, во время которой Мили решила собрать цветы в одной из ближайших клумб, за что и была отчитана матерью. Все-таки рвать цветы из парадной клумбы, где их и так было по минимуму, как-то выглядело не самым красивым поступком. Так что с прогулки, Мили пришла обиженной на свою маму, о чем и поспешила рассказать своему отцу, но … вот ведь не задача, папа спал!
- А долго папа будет спать? – поинтересовалась Мили, решив вновь разговаривать с матерью, которую еще минуту назад была готова игнорировать и дуться.
- Не знаю, дорогая. Папе нужен отдых, ты видела его ручку? Она у него болит, а когда человек спит – боль немного отступает.
- Бабушка говорила, что во время сна я расту… но она не говорила, что во сне ничего не болит, - резонно заметила Милагрос, от чего у них завязался весьма любопытный разговор, который прервал лечащий доктор сеньора Веласкеса.
Естественно, Лола успела испугаться уже тысячу раз относительно причины желания доктора поговорить, но уже спустя мгновение доктор успокоил ее и поставил в известие относительно того, какой курс лечения он проводит.
- Я не могу не поинтересоваться, доктор, - решительно обратилась к лечащему врачу мужа Долорес, - как долго мы обязаны будем находиться здесь? Вчера вы говорили, что прогнозы хорошие…
- Да, действительно, прогнозы хорошие – тут ничего не изменилось, но … я бы не спешил отпускать его уже сейчас. Нужно посмотреть еще пару дней. Давайте через дня так три мы с вами побеседуем на эту тему? – дипломатично решил доктор и Долорес ничего не оставалось делать, как согласно кивнуть ответ, после чего ей следовало вернуться к дочери, чтобы заняться программой развлечения для нее, пока умный ребенок вновь не отправился на их поиски самостоятельно.
Собственно, до вечера пришлось носиться с Мили, с которой Лола вновь ходила офицерскую столовую, по возвращению из которой, девочка быстро уснула. Но… именно тогда и проснулся один пациент, которому также требовалось внимание.
- Ну, как? Выспался? – улыбнулась Лола мужу, войдя в его палату. – Мили недавно уснула. Она хотела пожаловаться тебе на меня, но ты спал, так что она решила меня простить, - тихо констатировала факт женщина, прежде чем присела на край кровати Агустина. – Как ты себя чувствуешь? Скажи только честно, дорогой… Что мне сделать для тебя?..

+1

12

После того как Ланкастер увел Лолу и Милагрос из палаты, Агустин позволил себе тихо вздохнуть и откинулся на подушку, прикрыв глаза. Все же, чертовски трудно делать вид, что все хорошо, когда проклятая осколочная рана (вдобавок и не одна!) просто чертовски болит и к тому же обезболивающее мало-помалу перестает действовать. Однако, Веласкес не мог себе позволить напугать Долориту или оказаться в ее присутствии совершенной тряпкой - мужчина всегда должен выглядеть достойно в глазах своей женщины. К тому же, он сам был виноват, что ввязался в эту военную авантюру...
-Ну как вы сегодня? -от всех невеселых размышлений Агустина отвлек его лечащий врач, заглянувший проверить все ли в порядке и заодно сделать очередную перевязку. -Потерпите немного - сейчас я проверю ваши раны, сделаю укол и вы сможете как следует выспаться. И пока что я бы не советовал вам подниматься с кровати и тревожить руку.
-Хорошо, -кивнул испанец и постарался стерпеть очередной весьма болезненный сеанс замены бинтов на свежие. Очередной укол пришелся весьма кстати - Веласкесу сразу захотелось спать, так что он не особенно обратил внимание на свое пораненное плечо, которое сейчас смотрелось... пожалуй даже страшновато. Доктор, как человек военный и к тому же получивший четкие инструкции относительно необычного пациента от высокого командования, лишних вопросов не задавал и отлично знал свое дело. Закончив с перевязкой, он помог инженеру улечся поудобнее и ушел, пообещав заглянуть через пару часов и преддупредив медсестру приглядывать за раненым.
Агустин провалился в сон и на несколько мгновений его накрыла полная темнота и тишина... а потом он открыл глаза и увидел себя в совершенно другом месте. Удивительно, но это была спальня его родителей - в старом доме на побережье, что и сейчас принадлежал донне Эсперанце. Она сейчас была рядом, но совершенно другая, молодая и красивая... крепко обнимает его и нежно целует, прижимая к себе. Отец в это самое время ругается со своей матерью (весьма знакомая картина, кстати), которая пришла вставить свои пять копеек по поводу того что бедный ребенок снова плохо себя чувствует.
-Мама, угомонитесь пожалуйста - уже два часа ночи, а мне завтра надо на работу! У нас с Луисом чертовски важная встреча... и бедный ребенок плохо чувствует себя потому что вы не даете ему элементарно поспать! -недовольно буркнул Сезар Веласкес, еле сдерживая желание достать сигарету и прикурить. -Мы вызвали врача, он дал лекарство и сказал что это самый обыкновенный грипп... а температура означает, что организм борется с инфекцией. Незачем устраивать из этого вселенскую катастрофу!
-Ребенок заболел из-за того что твоя жена не удосужилась хорошо смотреть за ним на прогулке, Чечи! -глазом не моргнув выдала матушка главы семейства. -Он постоянно болеет, но ты предпочитаешь этого не замечать... постоянно одна только работа и важные встречи без конца и края - ты дождешься, что твой сын загремит в больницу!
-Святые угодники, когда же это кончится... мне надоело и я пойду спать в лодочный сарай! -Агустин успел было задремать на руках у матери, но вырвавшееся у его отца смачное ругательство заставило его проснутся. -Знал бы что так выйдет, остался бы в городе ночевать!!
-Мам... я не хочу в больницу.., -тихонько шепнул Агустин, прижавшись к матери, после того как сеньора Веласкес-старшая вышла из комнаты следом за своим сыном. -Почему бабушка все время ругается? А еще она говорит, что когда-нибудь я умру у вас с папой...
-Не слушай ее, Гуто, она просто... просто у нее такой характер и ей очень трудно угодить, -вздохнула Эсперанца, крепче обняв сына. -Все будет хорошо, температура пройдет и ты поправишься. Надо только поспать как следует.
-У меня голова болит.., -мальчик вздохнул, потеревшись горячей щекой о мамино плечо и коснувшись пальцами серебряного медальона, что висел на шее у Эсперанцы. -Расскажи мне что-нибудь?
-Хорошо - я буду рассказывать, а ты спи.
Мамин голос убаюкивал и вместе с очередной порцией ужасно горького порошка от температуры заставил вновь провалится в беспокойный сон. Агустин уже порядком забыл, какой его матушка была в молодости - и пожалуй можно было понять, почему она со временем превратилась в столь сварливую особу? Она рано вышла замуж и переехала в дом своего мужа, где ею были постоянно недовольны... и ее собственные родители не слушали никаких жалоб на ужасно вредную свекровь. Неудивительно, что в конце-концов донна Эсперанца решила, что ее всегда выслушает один лишь бог?
Неловко повернувшись на руках у матери, Веласкес вновь ощутил дергающую боль в плече... и проснулся, вновь оказавшись в палате военного госпиталя на Гавайях. Вот только был уже вечер и рядом сидела самая желанная и любимая на этом свете женщина.
-У меня все болит... но это еще не самое плохое, -улыбнулся Агустин, притянув жену ближе к себе. -Стоит мне уснуть, как я снова и снова вижу себя ребенком и слышу как моя бабка ругается с родителями. Это просто какой-то финиш.
Тихо вздохнув, он прикоснулся ладонью здоровой левой руки к щеке жены. Ему казалось что он давным-давно уже позабыл про былые дни в Малаге, но похоже что эти не слишком-то приятные воспоминания врезались в его память всерьез и надолго.
-А почему Мили хотела на тебя жаловаться? Зная нашу разбойницу, можно предположить, что она что-то хотела натворить, а ты ей не разрешила?

Отредактировано Agustin Velazques (2015-08-08 02:42:29)

+1

13

Жизнь всегда любит приносить свои самые разные сюрпризы – хорошие или плохие, к ним никогда не будешь должным образом готовым. Конечно, на хорошие сюрпризы судьбы никто не станет сетовать, тогда как с плохими приходится мириться в лучшем случае, в худшем же остается бороться. Но, что уже поделать? Ранение, довольно неприятное и болезненное, уже приключилось с мужем Долорес, тогда как им теперь приходится, стиснув зубы как-то жить дальше, борясь с его последствиями, что отдают жгучей болью каждый раз. И это нельзя не заметить по выражению лица мужчины. На это нельзя закрыть глаза и тихо смириться, потому что сердце болит, точно по той причине, что сопереживает.
Терпение и терпеливость теперь должны стать теми рельсами, по которым они смогут добраться до следующей остановки, что будет еще не скоро. И, надо ведь сказать, очень кстати пришлось решение партии относительно смены курса деятельности сеньоры Веласкес на благо партии, родному штату и стране. Надо ли говорить, что эти черты были далеко не теми отличительными чертами характера, что могли в лучшей степени охарактеризовать Долорес. Труд и усердие – это было ей намного ближе, тогда как затрата определенных сил всегда окупалась в ближайшее время, тогда как сейчас она видела перед собой только долгий и продолжительный путь борьбы, в котором она будет вовсе не борцом, а лишь рукой помощи тому, ради кого она была способна горы свернуть. Долгий путь, которому нет ни конца, ни края…
Но она будет той самой рукой помощи, плечом и всем, чем только сможет ради своего любимого мужчины, лишь бы облегчить ему его страдания. А боль физическая, сковывающая в движениях и не только всегда приносит страданиям натурам столь деятельным, как они с Агустином. Не говоря уже о том, что они не привыкли быть слабыми и уязвленными, пускай и постарались превратить все свои слабости в сильные стороны.
Женщина поторопилась придвинуться ближе по желанию мужчины, когда он притянул ее к себе за руку, которую держал в свой. Уголки ее губ, дрогнули в улыбке, в надежде тем самым ободрить его. К тому же, нужно было стать не только в более оптимистичном направлении, но и держаться его с радостью – всегда то, что судьба дает, она любит отнимать, а потери любимого хищника Долорес не пережила бы. Уж она это точно знала, поэтому и держалась сейчас куда спокойнее и проще, чем накануне вечером. Врач сказал – все будет хорошо, но главное, что знала и понимала Лола – Гуто с ней, хотя случись нечто страшное, могло быть иначе.
- Может твой сон хотел тебе подсказать что-то, что ты забыл? – предположила испанка, тихо вздохнув. Она не слишком хорошо пыталась вникнуть в те распри, что случались в семействе ее мужа за много лет до их встречи, когда он был еще совсем малым ребенком. В любом случае, каждое воспоминание случается ведь не просто так…
Веласкес улыбнулась широкой улыбкой, едва сдерживая смех, вновь представляя себе ту сцену у клумбы, которую они устроили там с Мили. Но, главное, никто не был ее свидетелем. По крайней мере, в этом была убеждена Лола.
- Милагрос увидела прекрасную клумбу напротив парадного входа на базу, конечно же, - попридержав улыбку, начала свой рассказ женщина, не отводя взгляда от любимых карих глаз. – Ну, и конечно же, она не могла удержаться от соблазна, чтобы туда влезть, испачкаться, но что самое главное – сорвать оттуда цветы, чтобы принести их к папе, - лицо женщины вновь украсила улыбка, из-за которой она вынуждена была приостановиться в своем рассказе, пока она не угаснет и не станет ей мешать. – Она хотела принести тебе цветы, но я побоялась, что это войдет в привычку нашей разбойницы, так что я ее отчитала, она обиделась на меня и показательно дулась, как обычно, надеясь, что папа сможет ее понять и приласкать. Только … пока наступил вечер она уже забыла из-за чего злилась, тебя не дождалась и уснула. Но, думаю, уже завтра она сочинит тебе какую-то хорошую историю, которая, я надеюсь, послужит хорошей мотивацией для более добрых снов, - добавила она в итоге, прежде чем наклониться слегка вперед и едва ощутимо коснуться губ Агустина. – Пожалуйста, Гуто, думай сейчас только о хорошем, и если ты хочешь чего-нибудь, чего-угодно, чтобы мы с Мили тебе принесли или сделали – наша дочь будет в восторге выполнить твое поручение и порадовать тебя. Как и я, милый.

+1

14

С каждым днем пребывания в военном госпитале, боль в раненой руке мучила Агустина все меньше и меньше, возвращаясь лишь когда он забывшись, делал слишком резкое движение. Наконец, лечащий врач позволил своему пациенту съездить на несколько часов в Гонолулу вместе со своими дамами, настоятельно предупредив не оставаться на открытом солнце и почувствовав усталость сразу вернутся. Конечно, было бы куда лучше и безопаснее остаться на территории военной базы - однако Веласкес прекрасно понимал, что Лоле и Мили это место уже чертовски надоело. Дочурке было откровенно скучно, оно и понятно, при ее-то конкретном шиле в одном месте, а у любимой супруги клиника наверняка вызывала лишь нехорошие ассоциации.
И вот, собравшись все семейство этаким бодрячком уселось в армейский джип и направилось в Гонолулу, условившись, что водитель приедет вечером. Агустин до этого момента на Гавайях еще не бывал, так что не учел того факта, насколько там бывает жарко днем - особенно человеку, еще не совсем окрепшему и еще и к тому же первый раз поднявшемуся с постели после ранения.
-Пойдемте посмотрим на лодочки? -предложила Милагрос, которой конечно же было интересно буквально все вокруг - гавань с кораблями, лодками и еще бог знает чем и конечно же океан. -Смотрите какая красивая!
Агустин послушно поплелся следом за женой и дочкой смотреть на только что причалившую частную яхту... и посмотрев на небольшие волны в гавани Гонолулу, ощутил легкую тошноту и головокружение - такое, будто его укачало, хотя он и не был на лодке.
-Милая, давай ненадолго зайдем в тенек? -тихо сказал испанец супруге, когда она его обняла, поняв, что ему явно как-то нехорошо. -Что-то меня повело резко...
По счастью, совсем рядом был отель в фойе которого добросовестно работал кондиционер, так что главе семейства сразу стало куда лучше. Стянув бейсболку с головы, Агустин облегченно вздохнул, откинувшись на спинку диванчика, где можно было удобно устроится всем троим. Мили, которой помешали смотреть на кораблики и лодочки, забралась на руки к матери и демонстративно дулась на своего отца, недовольно наморщив свой носик и смотря куда-то в сторону.
-Кнопка... ну хватит уже, пожалуйста.., -придвинувшись поближе к Лоле, Веласкес легонько дотронулся пальцами здоровой руки до носа недовольной дочурки. -Я немножко передохну и мы пойдем еще гулять, клянусь мамой. Не сердись?
-Бу... я хочу посмотреть на корабли... и еще пойти на пляж.., -выдала Мили все так же не смотря на Агустина - точь в точь Лола, когда она чем-то недовольна. Для полноты картины не хватает только рабочего ноутбука рядом или вороха каких-нибудь важных бумаг.
-Солнышко мое, корабли никуда не денутся и пляж тоже... а мне правда нехорошо на жаре, -пожаловался инженер самым жалобным тоном, на который только был способен. -Ну хватит дутся? Мы обязательно сходим на пляж - нам ведь еще не пора уезжать.
-Ладно.., -благосклонно вздохнула Милагрос, сменив гнев на милость и взяв со столика красочный журнал для туристов. Пролистав пару страниц, она показала Лоле красивые домики на сваях, крыша которых была покрыта связками банановых листьев. -Смотри, мамочка, это сказочная избушка! У нее есть ножки, правда не куриные... я хочу посмотреть на такой домик.
-Это островной отель, -пояснил дочке Агустин, тоже заглянув в журнал. -Мы можем даже пожить в таком домике пару дней перед тем как поедем домой. Как вам такая идея?
-Мне нравится! -хихикнула Мили, сделав попытку разлохматить волосы любимой маме, но была вовремя поймана за свои шаловливые ручки. -Я хотела сделать тебе красиво-красиво...
Агустин лишь улыбнулся, решительно поднявшись с диванчика - вроде ему уже получше, так что можно идти гулять дальше, пока Милагрос еще что-нибудь не придумала. Дружная компания вернулась к гавани и обнаружила, что туристы на пирсе любуются стаей веселых дельфинов, подплывших близко к кораблям. Маленькая принцесса пришла в полнейший восторг от интересных и блестящих "рыбок", а вот ее отец, смотря на них, вновь ощутил как неприятный комок двинулся у него в горле.
Дельфины тем временем грациозно скользили в воде - вверх-вниз, вверх-вниз, вверх-вниз. Не выдержав и зажав себе рот здоровой рукой, Агустин решительно бросился обратно к отелю, на что Мили лишь вздохнула и выдала следующее:
-Наверное папочке не надо было сегодня курить...
Пока Лола ходила за завтраком, маленькая разбойница видела как отец стрельнул сигаретку у ее знакомого морпеха со сломанной рукой. "Сдав" Агустина матери, Мили забрала у мальчишки что стоял рядом кусочек сладкой булки и кинула его дельфинам. Мальчик (такого же возраста как и Милагрос), хотел было похныкать, но передумал и покорно отдал сеньорите Веласкес всю булку что осталась, решив не связываться с врединой.

Отредактировано Agustin Velazques (2015-08-11 05:33:39)

+1

15

Доктора обещали Агустину скорое выздоровление и мужчина медленно, шаг за шагом, день за днем приближался к нему. Действительно, ему было не просто, боль все еще присутствовала, но Веласкес боролся и, стиснув зубы, терпел боль, что не могла не заметить Долорес. Каждое утро, прежде чем окончательно проснуться рядом с мужем или дочерью (в зависимости от того, где настигла ее накопившаяся усталость), женщина видела перед собой мужа, которому она обещала скорое возвращение домой вместе с выздоровлением. Да, было опрометчиво обещать что-нибудь тогда, даже не поговорив с врачами, но разве она не сделает все возможное ради своего раненого тигра?  Постарается сделать даже вдвое больше.
Но, вот он и настал тот самый день, когда пришло время сменить больничные четыре стенки на что-то более незаурядное, пускай и сроком лишь на день. Этой маленькой новости и даже первой настоящей победе были рады, пожалуй, все – и Мили, занимавшая своего отца очередным рассказом о том, чего ей хотелось бы увидеть сегодня, и Гуто, которому приходилось внимательно слушать свою маленькую принцессу, не отвлекаясь на супругу, что направилась к выходу из палаты вслед за доктором.
- Так, когда мы сможем уехать домой? – спросила сеньора Веласкес, сложив перед собой по-деловому руки. Она терпеливо ожидала ответа доктора, позволив ему собраться с мыслями. Решила не торопить, хотя ему несомненно следовало быть готовому к подобному вопросу – Долорес изначально не желала задерживаться на базе слишком долго. Как бы там ни было, а они могли себе позволить устроить маленький лазарет на дому, не говоря уже о том, что в Сакраменто оставались дела, что требовали их личного участия и решения, которые нельзя было принимать на расстоянии восьми тысяч километров.
- Миссис Веласкес, мне бы не хотелось слишком торопить события, - мягко произнес доктор, посмотрев на испанку, что ожидала более четкого ответа, что мог бы позволить ей возможность более уверенно смотреть в будущее и планировать свою дальнейшую жизнь. Ведь, несмотря на то, что она сошла с дистанции на выборах в Сенат, женщина все еще участвовала в большой игре республиканской партии, ее ожидала весьма занимательная гонка за губернаторское кресло. Только о какой гонке может идти речь, когда она нужна своему мужу? Другая, да, возможно бы и вернулась в Калифорнию, но не Лола. Потом она будет, как белка в колесе, но сейчас женщина знала, что не сможет спокойно находиться на большом расстоянии от любимого мужчины, что наверняка также желал вернуться домой, только не сидеть бы среди белых стен больницы, которые уже стали слегка подбешивать испанку.
- Вы говорили, что он скоро поправится, - осторожно поправила доктора, желая направить разговор в нужное ей русло, как обычно делала в политике. Вряд ли доктору была известна эта манера, но маневр был слишком предсказуем, так что ей оставалось лишь улыбнуться, услышав ответ доктора.
- А разве это не так? – поинтересовался док, нисколько не задумываясь над своими словами. Пожалуй, Агустин не первый и не последний раненный пациент, который пребывает на его ответственности? – Я понимаю, что вы уже хотите вернуться домой. Но, давайте не будем торопить событий? Посмотрим, как пройдет прогулка сегодня, а затем поговорим, - предложил свой вариант доктор, прежде чем отвел взгляд в сторону, чтобы видимо заглянуть сквозь узкую щель в двери, где можно было увидеть Агустина с дочерью, что щебетала ему о чем-то своем. – К тому же, вы понимаете, что при всей своей высокой квалификации, зачастую найти доктора в обычной городской больнице, который сможет заняться подобным видом травмы… - доктор не стал договаривать. Не потому, что увидел кого-то вдали коридора, а просто потому, что знал – его слова возымели свой эффект.
- Хорошо, - согласилась тем временем женщина. – Но, мы обязательно вернемся к этому разговору завтра. Мне нужна четкая картина, а не размытые прогнозы, - наверное, даже строгое военное начальство не ставило перед доктором Стивенсом подобных условий или требований. Однако женщина определенно точно не собиралась сидеть и ждать, сложа руки, когда привыкла действовать и быть в движении. Она определенно точно собиралась заставить всех вокруг сделать свой максимум для его мужа, а потом уже с чистым сердцем возвращаться обратно в Сакраменто.
Ее рука легла на ручку двери, прежде чем доктор доброжелательно улыбнулся ей, пожелав им хорошей прогулки. Пожалуй, куда лучшей она была бы, знай Долорес, что уже не за горами их возвращение к более-менее привычной жизни, тогда как сейчас им приходилось ждать того времени, когда… Но, в палату Лола вошла уже улыбаясь. Она не собиралась портить им прогулку своими размышлениями и тревогой, что угаснет лишь в том случае, когда ее мужчина полностью поправится. Ведь даже ворчливой свекрови не удавалось во время их разговоров, что случались изредка (зачастую раз в день с тех пор, когда Лола рассказала ей какую-то байку о причине ранения ее сына), нарушить баланс доброго расположения духа испанки. Ведь Долорес прекрасно знала, что ее спокойствие и доброе расположение духа также имеет свой эффект на супруга, которому уже хотелось также домой, но куда больше – избавиться от гипса и боли.
- Ну, почему ты так долго, мама? – поспешила упрекнуть Долорес дочь, нахмурив бровки и сложив губки уточкой. – Я хочу уже гулять, - добавила она, соскочив с кровати своего отца, где еще минутой тому назад восседала и никуда не торопилась. – Ну, вы идете?! – едва не топнув ножкой, добавила Мили, после чего испанка быстро поймала маленькую озорницу на руки.
- Эй, ну ты куда? Нельзя идти гулять в таком виде, - женщина поспешила предупредить свою любимую озорницу, которой уже не терпелось погулять с отцом. Она ведь ждала, когда этот день наступит, едва не с первого дня, когда она проснулась в больнице. – К тому же, нам нужно помочь переодеться нашему папе. Помнишь, мы ему выбрали классную рубашку с пальмами? – улыбнулась женщина дочери, вместе с которой они и сделали небольшой налет на местный магазинчик одежды. Как бы там ни было, а одежда Агустина, которая находилась в его сумке, уж никак не годилась для отдыха. Да и с его рукой было не одеть так просто футболку, тогда как с рубашкой можно было справиться куда проще.
Армейский джип, доставивший чету Веласкес к городу, оставил их неподалеку от набережной, где было видно не только непревзойденную природу, окружавшую Перл Харбор, но и множество кораблей, служивших некогда на защите американских граждан, что сейчас вальяжно прогуливались вдоль оной. Испанцы также не были намерены выделяться из толпы, поэтому женщина лишь поймала ручку дочери, за которую держала ее ровно до тех пор, пока озорница не решила побежать туда, где было что-то определенно интересное. Естественно, они с Гуто не смогли отказать дочери в таком примитивном капризе, ведь никто не знал о том эффекте, что возымеет на главу их семейства вода или что-то около нее?
Женщина обняла мужа за талию, позволив ему тем самым опереться, заметив, как побледнело его лицо. Пожалуй, в тот момент Долорес вспомнила ночь своего прибытия на Гавайи и ту непродолжительную встречу с Агустином, когда тот был без сознания. Она испугалась, да. Но сделала все, чтобы скрыть свое жгучее изнутри беспокойство за легким налетом улыбки и согласным кивком на просьбу мужчины.
- Конечно, пойдем, - согласилась она, прежде чем окликнула дочь, в планы которой не входил столь быстрый уход от дельфинов. Вокруг было полно туристов, у которых в случае чего наверняка можно было попросить помощи, но ни к чему подобному, к счастью, не дошло. Благополучно был найдет отель, где справно работал кондиционер. Было не слишком вежливо устраиваться в холле отеля, в котором они точно не собирались останавливаться, как и никого не ожидали. Но, наплыв туристов дал им немного времени для того, чтобы мужчине стало заметно лучше.
Только, если Гуто было лучше, то маленькая озорница нисколько не радовалась тому, что ей пришлось оставить свой пост наблюдения за огромными рыбками. И как же было объяснить Милагрос то, что было очевидно, но не для девочки ее возраста? Что же, тут женщина позволила мужу провести самому переговоры с вредной, однозначно, дочерью, которая быстро сменила гнев на милость, чем и заслужила короткое прикосновение губ матери к своей макушке.
- Может быть, когда-нибудь мы и остановимся в таком, - многозначительно ответила женщина после того, как супруг уже успел пообещать подобную аттракцию дочери. Знала ведь, если бы Гуто только мог, снял бы звезду для дочери с небес, лишь бы ее порадовать. Но, это же было совсем лишним? К тому же, она уже хотела вернуться поскорей домой, где их ждал еще один озорник.
Но, пока Долорес задумалась о том ,как давно не видела Лукаса, Мили решила немного поправить прическу матери, как она привыкла делать в больнице, когда в конце тяжелого дня, женщина сдавалась на милость бога и дочери, энергия которой казалась ей неисчерпаемой, позволяя ей делать любые прически, которые ей только хотелось. Конечно, после этого следовало очень долго расчесывать свои кудри, но … ребенок был доволен, прежде чем засыпал в своей кроватке.
- Милая, мы сейчас не дома и даже не в больнице, - поймав ручки дочери, постаралась как можно более мягко поговорить с ней Долорес. Естественно, все закончилось бы очередными дутыми губками и хмурым взглядом, если бы глава их семейства решительно не поднялся со своего места. – Ты уверен, что уже можем идти? – осторожно полюбопытствовала женщина, прежде чем они вновь вернулись на набережную, где их ожидал новый конфуз.
- ¿Por qué estás fumando en el niño?* – быстро поинтересовалась у супруга женщина, когда Милагрос «сдала» его с потрохами. - Yo podría decir, si realmente quería fumar tanto.**
Нет, она не хотела делать мужу выговор. Знала о его пагубной привычке, что уже много лет преследовала его, а она мирилась с ней. Дело было ведь в совершенно другом…
- Ну, может, мы пойдем в какой-нибудь ресторанчик? Уверенна, там можно найти качели для нашей Мили, и куда более удобные условия для тебя. К тому же, кто-то жаловался мне, что уже не хочет кушать армейской еды, - улыбнулась женщина, высказав свое предложение, а следом за ним, обняв мужа за талию рукой.

*Почему ты курил при ребенке? (исп.)
** Мог бы мне сказать, если тебе уж так сильно хотелось курить. (исп.)

+1

16

По счастью, приступ дурноты отпустил Агустина, пока тот еще не успел добежать до спасительного отеля - так что облегченно выдохнув, испанец приобрел в автомате бутылку простой холодной воды. Сделав пару глотков, он с удовольствием приложил запотевшую пластиковую бутыль к своей шее: самое то в такую жаркую погоду. Вообще, Веласкеса не так уж и часто укачивало, особенно если взять во внимание специфику его международных перелетов; удобств в военно-транспортных самолетах для пассажиров явно не предусматривалось. Однако сейчас видимо свою роль сыграл тот факт, что инженер еще явно не оправился после довольно-таки серьезного ранения, раз уж его опять капитально повело при виде самых обыкновенных дельфинов.
Он вернулся к любимым жене и дочке, стараясь не смотреть в сторону водной глади и улыбнулся, услышав вопрос Лолы. Да, ему просто смертельно захотелось курить и на счастье рядом оказался тот парнишка из соседней палаты - Мили сказала что он сломал руку на какой-то очень страшной лестнице и только позже испанец узнал, что речь шла о знаменитой на всю базу полосе препятствий. Агустин был уверен, что его драгоценное чадо послушно рисовало картинки в своей раскраске, сидя за столиком в комнате отдыха для пациентов, пока кое-кто решил подымить. Но, как оказалось, маленькая разбойница успевала все-все замечать не хуже своей сварливой бабуси?
-Я провел без никотина последнюю неделю и просто не удержался от соблазна, -пожал плечами Веласкес, посмотрев на Долориту - она не сердилась, однако была права, не следовало курить при маленькой дочурке. -Ты же знаешь как я старался бросить... но пока что ничего не вышло...
-Хочу кушать! -тем временем, к своим родителям подбежала довольная Мили, скормившая рыбкам всю честно отнятую у незнакомого мальчишки булку. -Пап, мам... а если мы поедем в ту сказочную избушку, то может позовем и Лучи? Я по нему очень скучаю... и по бабушке.
Глава семейства лишь улыбнулся в ответ на замечание обожаемой крохи - вот только общества матушки ему на Гавайях и не хватало для полного счастья?? Последнее время с донной Эсперанцей по телефону общалась только Лола и выслушала много интересного про своего мужа, когда рассказала свекрови версию с автомобильной аварией. Вредная старуха тут же посоветовала любимой невестке быть построже с Агустином, потому как он наверняка собирался в очередной раз загулять за ее спиной...
Нет... Веласкес совершенно точно не хотел бы звать на отдых свою мать. А вот Лукас дело другое и инженер совершенно искренне жалел, что любимый сын сейчас находится в спортивном лагере. Ему бы определенно понравилось в Гонолулу не меньше Милагрос?
-Я тоже очень скучаю по Лучи, -Агустин улыбнулся, подхватив Мили здоровой рукой. -Мама вечером будет ему звонить и ты обязательно с ним поговоришь, маленькая. А теперь пойдем поедим? Посмотрим по путеводителю, где можно найти хороший ресторан, обязательно с детской площадкой и качелями как ты любишь.
-Я оставила ту книжку с картинками на столе, -сообщила девочка, махнув рукой в сторону отеля. -Хочешь, сбегаю за ней?
-Мы лучше сейчас у кого-нибудь спросим. Например, у полицейского из местных.
Собственно говоря, проблема поиска подходящего ресторана решилась очень даже быстро - полицейский, что охранял парковку отеля, посоветовал действительно хорошее заведение в котором неоднократно бывал со своей семьей. Агустин, Долорес и Мили нисколько не разочаровались, послушавшись доброго совета и после вкусного обеда, решили немного отдохнуть на отлично оборудованной детской площадке под специальным тентом от солнца. Тут были и качели, которые Милагрос просто обожала и всяческие лазилки и домики - а еще у маленькой испанки нашлась подходящая компания для игр. Старший Веласкес лишь улыбнулся, смотря как его дочурка очень быстро познакомилась с девочкой немного постарше себя и предложила ей вместе покачаться. Судя по всему новая подружка была таким же чертенком в юбке, потому как поладили они очень даже быстро.
-Что мама сказала тебе, когда ты ей звонила в последний раз? -поинтересовался Агустин у любимой жены, придвинувшись к ней поближе и отпив еще пару глотков холодной воды. -Я уже боюсь представить себе, какую картину нарисовал театр ее воображения... и за что она так не любит меня, милая? В том что папаша ей изменял виноват вовсе не я... но с тех пор как она об этом узнала, то ведет себя так словно это я его знакомил с беспутными женщинами.
Инженер было вздохнул, но продолжать тему своей матушки не стал - как раз прибежала Мили, маленькую подружку которой забрали родители. Забравшись на скамейку, кроха вытащила из маминой сумки свою новенькую куклу, только сегодня купленную в сувенирной лавочке на пристани. Очень кстати к этой игрушке шла в комплекте отличная расческа, которую следовало срочно пустить в дело.
-Сейчас я сделаю тебе очень красиво! -коварно хихикнула Милагрос, стянув с головы Агустина бейсболку и принявшись расчесывать ему волосы. Правда такого эффекта как с мамиными кудрями, маленькая разбойница добится не смогла - папины были слишком коротко подстрижены. -Не шевели головой, ладно?
-Только смотри чтобы это правда было красиво, -пошутил Веласкес, за что получил от своего любимого чада коронный Лолин недовольный взгляд. Пришлось даже немножко пощекотать озорницу, чтобы не подумала дуться, так что в конце-концов, давясь от смеха, Мили сбежала на руки к любимой маме.
-Хватит меня щекотать! Бу! -удобно усевшись на ручках у Лолы, Милагрос вновь гордо вздернула свой носик, не смотря в сторону своего отца и делая вид, что ужасно обиделась. Агустин засмеялся, наблюдая за своей драгоценной дочкой и тихонько стянул с ее ноги цветной кроссовок с яркими шнурками. -Что ты делаешь, пап? Совсем как маленький...
-Строгая сеньора, не сердитесь - я же вас очень-очень сильно люблю, -испанец сначала чмокнул в нос маленькую вредину, а затем коснулся губами щеки своей любимой и единственной. -Тебя тоже. И если жара не доканает меня до вечера, то я даже готов это доказать.
-А я все видела! -хихикнула Мили, после того как заметила, что ее отец снова поцеловал маму - но уже не в щеку, а в губы. Позабыв про свои недавние обиды и снятый ботинок, девочка обняла Лолу за шею, хитро посмотрев на Агустина. -Больше я не разрешаю целовать мамочку, вот.
-Как совсем?? -Веласкес-старший сделал вид, что удивился, чем еще больше повеселил дочурку. -Кстати, хорошие мои - а не двинуть ли нам обратно? Я бы с удовольствием повалялся часок-другой до ужина...

Отредактировано Agustin Velazques (2015-08-19 02:27:25)

+1

17

От своих привычек бывает очень не просто отказаться или забыть. В прочем, ничего подобного Долорес и не ожидала от своего супруга, которому пришлось не просто в последние дни – полевые испытания проходят в далеких от комфортабельных условиях, не говоря уже о том досадном и далеко не приятном ранении, что имело место быть и привело их на Гавайи. Так что сеньора лишь делает замечание мужу, позволив ему еще немного освежиться холодной минералкой. После женщина берет супруга за руку, чтобы вместе, подобно обычным туристам, которых было нынче в Гонолулу не так уж и мало, направиться на поиски ресторанчика под открытым небом, в меню которого найдется детская еда. Естественно, не говоря уже о детской площадке, на которой маленькому озорному ребенку будет, где выплеснуть избыток своей энергии.
- Знаю, дорогой, - Лола не могла не согласиться с Агустином, улыбнувшись ему в ответ, прежде чем Милагрос поспешила к своим родителям. – Знаю, а потому едва сдерживаюсь от комментариев, когда доктор тебе напоминает о вреде, - женщина не стала уточнять, о каком именно вреде ведет речь. Как бы то ни было, а ей не хотелось, чтобы дочь уподобилась той современной молодежи, что знает к десяти годам слишком много, только потому, что ее родители в свое время не проследили за должным воспитанием своего ребенка.
- Да, идем, поищем ресторан, - согласилась женщина, кивнув в подтверждение своим словам, когда глава их семейства решил погеройствовать и взять любимую дочку на здоровую руку. Запретить это же, как и курить Лола не могла, да и не собиралась – прекрасно понимала, как подобные ограничения и лишняя, возможно, опека может раздражать, поэтому лишь следовала рядом с супругом, надеясь на то, что слишком долго искать ресторан им не придется. – Потом позвоним Лучи и узнаем, как у него дела, - добавила женщина погодя. – А еще позвоним нашей бабушке и расскажем ей, как у нас идут дела, - улыбнувшись, произнесла Лола, прежде чем посмотреть на супруга, чьи отношения с матерью были весьма далекими от идеальных, но … в то же самое время, оба ужасных вредных взрослых весьма по-особенному любили друг друга.
Действительно, добрый полицейский быстро подсказал им, где будет лучше всего с комфортом провести время всей семьей – ресторан, к тому же, находится совсем не далеко от того места, где находились испанцы, а потому через пару минут они уже смогли заказать себе определенный вкусный и изысканный ужин. Надо ли говорить, что за то время, которое чета Веласкес провела на военной базе США, питаясь вместе с солдатами и прочими военными, совершенно отвыкли от подобных приятностей?
- Думаю, ты прекрасно знаешь, что твоя мама могла сказать, стоит просто подключить немного воображения, - ответила испанка мужу, когда он придвинулся ближе к ней, а их маленькая дочь прекрасно проводила время на детской площадке. Действительно, Долорес пришлось соврать матери Агустина, зная, как опасно распространяться относительно того, где именно ее сын получил ранение. Конечно, не приятно слышать все те теории и доводы, на которые бывает горазда фантазия свекрови, но … лучше уж так? По крайней мере, сеньора Веласкес считала, что поступает правильно. В любом случае, она знала, что муж верен только ей.
- Знаешь, я надеюсь, что когда-нибудь она сможет относиться к тебе, как прежде … Не ворча и не наговаривая на тебя, но … - женщина так и не смогла закончить свою мысль, поскольку любимая озорница Мили уже прибежала к своим родителям, посчитав, что уже достаточно набегалась и теперь ей определенно стоит провести немного времени с родителями.
Долорес наблюдала за тем, как дочь принялась расчесывать своего отца, едва сдерживая улыбку на лице, поскольку зрелище предоставлялось весьма забавным. В прочем, как и всегда? Особенно, после того, как маленькая озорница решительно перебралась на руки к своей матери, демонстративно дуясь на Агустина.
- Только мне делать красиво не нужно, - предупредила Лола дочь, но девочка не обратила внимания на ее слова, ведь была занята куда большим раздражителем, что принялся ухаживать за своими дамами не выходя из-за стола. – Ммм… сеньор, кажется, жара разгорячила вас, - не удержалась от достойного ответа испанка, хитро улыбнувшись мужчине, прежде чем он похитил поцелуй из уст супруги, который и заметила Милагрос.
- Да, давай, я позвоню капралу, пусть заедет за нами – он просил оповестить его, чтобы от начальства не влетело. Нельзя подставлять молодого человека, - все также хитро улыбаясь, женщина ответила мужу, после чего взялась за свой мобильный. Ну, а уже спустя каких-то полчаса все семейство Веласкес направлялось обратно на территорию базы, только одна юная сеньорита, набегавшись весь день, так устала, что уснула по дороге. Так что ее Долорес сразу же отнесла в кроватку, надеясь, что дочь проспит хотя бы до утра, а не будет просыпаться ни свет, ни заря.
- Ну, а как ты себя чувствуешь? – войдя в палату мужа, спросила женщина, решив оставить звонок в Калифорнию на утро. Кто знает, может утром доктор даст более конкретные новости, которыми она сможет обрадовать свекровь? – Очень устал? Утром я разговаривала с доктором, он сказал, что подумает над тем, чтобы позволить тебе вернуться домой. Хочешь вернуться?

+1

18

Обратную дорогу до военной базы, Агустин выдержал куда лучше - был уже вечер и изнуряющая дневная жара начала понемногу спадать. Мили, усевшись на руки к своему отцу, сначала беззаботно болтала, строя планы как можно будет позвать Лучи и пожить всем вместе в той "избушке" на берегу, а затем сладко уснула. Веласкес ласково обнял свою ненаглядную дочку здоровой рукой, постаравшись чтобы ее не трясло, когда джип проезжал лежачих "полицейских" на трассе, где приходилось снижать скорость. Все время поездки, инженер думал о своем, представляя себе ожидающий его в Штатах курс физиотерапии. Доктора в военном госпитале уже не раз предупредили испанца, что ему придется собрать все свое упрямство и волю в кулак, чтобы как следует восстановится. Ему конечно же повезло, что осколки не повредили нервные окончания и еще был вполне реальный шанс начать нормально двигать пальцами руки... но пока что они не желали слушаться Агустина и вдобавок, каждая его попытка хотя бы слегка сжать их, заканчивалась очередным приступом боли.
Они вернулись в госпиталь, аккурат к вечернему обходу, так что Веласкес переоделся в больничную пижаму и улегся на койку, ожидая когда же придет врач. Военный хирург, остался вполне доволен состоянием своего пациента после долгой прогулки - все-таки общение с семьей, помогает куда лучше чем самые эффективные и дорогие препараты.
-Неудивительно, что вам было так плохо от жары, мистер Веласкес, -произнес доктор, после привычного осмотра. -Думаю что теперь пару дней вам надо хорошенько отдохнуть  окрепнуть - особенно, если вы захотите вернутся в Штаты. Перелет тоже может плохо на вас подействовать.
-Я понимаю... но мне уже чертовски надоело сидеть в четырех стенах, -вздохнул Агустин. -Да и моим скучно просто сидеть в палате, особенно дочери, она ведь не умеет сидеть на одном месте.
-Давайте вы завтра отдохнете денек и посмотрим как нам быть дальше? -улыбнулся военврач. -На сегодня обещали штормовое предупреждение, так что если метеослужба не ошиблась, то скоро пойдет самый настоящий тропический ливень - станет не так жарко и дышать будет полегче.
После того как обход закончился, испанец откинул легкое одеяло и подошел к окну - на горизонте и правда собирались грозные тучи свинцово-фиолетового оттенка. Он подумал, что успеет по-быстрому перекурить, пока Долорита укладывает Мили и затем говорит с врачом, но не успел достать припрятанную сигаретку из тумбочки.
-Ну, а как ты себя чувствуешь? -он обернулся, улыбнувшись любимой супруге и пожал плечами в ответ на ее вопрос. -Очень устал? Утром я разговаривала с доктором, он сказал, что подумает над тем, чтобы позволить тебе вернуться домой. Хочешь вернуться?
-Я уже успел немного поваляться, пока здесь был мой лечащий врач. Он сказал, что еще пару дней посмотрит как я буду чувствовать себя и тогда решит, отпускать меня домой или нет. И, кстати... уже больше недели я был лишен возможности обнять тебя... иди сюда?
Притянув к себе Долориту и подарив ей жадный и нетерпеливый поцелуй, Агустин понял до чего же ему мешает проклятый гипс, из-за которого приходилось держать раненую руку согнутой в локте. Тихо выругавшись, Веласкес кое-как стащил надоевшую уже перевязь, отправив ее на пол.
-Боюсь, тебе придется мне помогать... не думал что этот чертовый гипс будет так мешать.., -конечно же, во время приятной близости лучше обойтись без спешки, как говорится в одной известной поговорке - однако, инженеру было уже трудно сдерживать себя после длительного воздержания. В результате, до больничной койки двое страстных испанцев так и не дошли, использовав в качестве вспомогательного "средства" невысокий подоконник в палате Агустина. И по счастью, во время совершенно волшебных часов этой чересчур быстро закончившейся прекрасной ночи, дежурная медсестра продремала на своем посту, благо что в хирургическом было всего трое пациентов и ни один не приносил проблем.
После взаимно приятного и сладкого безумия на двоих, Веласкес вместе с Лолой направился в ту палату, где сладко и крепко спала Мили - более незачем было оставлять маленькую разбойницу одну. Койка на которой пришлось все эти дни спать Долорите была такой же неудобной и чертовски узкой, как и та что занимал ее муж, так что устроится на ней вдвоем можно было лишь тесно прижавшись друг к другу.
-Перед утренним обходом, выпни меня в мою палату, -уже проваливаясь в сон, попросил Агустин, устроившись рядом с любимой женой и обняв ее со спины. -И я думаю что нам надо обязательно это повторить, когда пойдем в душ...
Уже уснув, он услышал шум дождя за окном и вспомнил о словах доктора, относительно штормового предупреждения. Похоже что теперь придется придумывать какие-нибудь развлечения для Милагрос, если будет не выйти на улицу?

+1

19

- Вижу, прогулка пошла тебе на пользу куда больше тех медикаментов, которыми тебя тут лечат, - попыталась пошутить женщина, улыбаясь мужу, что терпеливо ждал ее приближения, чтобы заключить друг друга в долгожданные объятия, что были недопустимыми на глазах у маленького озорного чада. Пожалуй, она и не могла, в полной мере представить себе, насколько была близкой к той истине, которую был вынужден признать этим вечером доктор Стивенсон – ничто так не помогает больным, как семья и поддержка семьи. – Доктор ничего нового не сообщил тебе, увы. Мне он тоже самое говорил утром, - пожала плечами испанка, прежде чем Агустин подарил ей весьма многозначительный  и даже нетерпеливый поцелуй, прерывать который не было никакого желания. Более того, каждый новый поцелуй заставлял пробуждаться голод к совместной близости более ощутимым, так что игнорировать его не предоставлялось более возможным. - Надеюсь, никто нас не застанет врасплох, - хитро улыбнулась Долорес мужу, прежде чем приняться за выполнение его просьбы, произнесенной с явным нетерпением.
Вообще, супругам уже не единожды доводилось нарушать правила морали или общественного поведения, рискуя быть застигнутыми врасплох в примерочной магазина белья, общественном пляже ночью, не говоря уже о святая святых – нескольким незабываемых мгновениях уединения в исповедальне. Собственно говоря, после подобных «проделок» испанцам должно было быть море по колено, если не в порядке вещей – то, что оба собирались устроить. Так что, последние слова Долориты были явной провокацией с ее стороны, не смотря на то, что в первую очередь женщина решила помочь именно себе снять с себя платье. Ну, а после принялась за мужчину, которому более не хотелось ждать. Да и разве можно было удержаться еще хоть пару нут? Определенно нет!
Конечно, Долорес не стала уговаривать Гуто и позволила ему сменить слегка обстановку и провести ночь в ее компании и Мили, что продолжала сладко спать в постели, в которую женщина и уложила дочь часом ранее. Было бы не просто отговорить мужчину, если бы ей также не хватало объятий супруга по ночам, как и ему.
- Я думаю, если доктор Стивенс обнаружит тебя не на должном месте, то наконец-то поймет, что тебя уже пора отправлять домой, - усмехнулась Лола в ответ на весьма забавную просьбу мужа. – Надо будет наставить будильник на утро – боюсь, что сейчас, если ты продолжишь в таком же духе, мне будет не просто уснуть. А это значит, между прочим, что мы проспим утренний обход и так не сможем узнать о том, решит ли доктор нашу скромную просьбу, - Долорес обычно, конечно же, отлично просыпалась и без будильника, обладая внутренними часами, что «будили» организм в определенное время, но не пошутить на эту тему было просто невозможно. – Мы обязательно все повторим утром… в душе, - тихо произнесла Долорес, уже прикрыв глаза,  едва ощущая, как мир погружается в таинственный мир сна, втягивая туда за собой и их с Гуто. – Но, сначала нам нужно выспаться – вдруг нас уже завтра будет ожидать перелет на континент? – сказала ли последнюю фразу наяву или уже во сне, Долорес вряд ли уверенно скажет даже сейчас. Но во сне и наяву женщина знала одно – они как можно скорее вернутся в Сакраменто, где будут уже более трепетно относиться к совместному времени.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » lo que hoy seas capaz de sembrar, será lo que mañana cosecharás...