Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Ей нравилось чужое внимание. Восхищенные взгляды мужчин, отмечающих красивую, женственную фигуру или смотрящих ей прямо в глаза; завистливые - женщин, оценивающие - фотографов и агентов, которые...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Встреча с улыбкой и нежным "Привет!" ‡...или Львовские хроники


Встреча с улыбкой и нежным "Привет!" ‡...или Львовские хроники

Сообщений 41 страница 44 из 44

41

[NIC]Robert Hoffmann[/NIC]
[AVA]http://s012.radikal.ru/i319/1507/e1/e20df01cc552.png[/AVA]
Если бы кто-нибудь сказал Роберту, какой отличный "сюрприз" его ожидает по возвращении в Свирж, он наверняка бы никогда не сумел догадаться... что маменька Эли оказывается успела побывать в Пруссии и закрутить бурный роман с его же собственным папашей. Доктор все понял, едва только увидев их вместе, когда вышел следом за любимой женой и дочерью, чтобы встретить гостей. То как отец смотрел на Клементину, когда подавал ей руку, помогая сойти с брички, сказало Хоффману куда больше чем возможные слова, которые Мартин мог бы найти для объяснений. Но со стороны было похоже, что дражайший родитель считал, что вообще не обязан оправдываться??
Однако, прежде чем выяснять отношения с отцом, надо было успокоить любимую дочку? После того как Эля велела ей идти в свою комнату - увы, без подарков - Стася расплакалась и как обычно пошла искать защиты и утешения у любимого папы. Да и разве мог бы он спокойно стоять и смотреть как его сокровище рыдает?
-Не плачь, маленькая моя, мама не хотела тебя обидеть, -Роберт подхватил дочурку на руки и ласково поцеловал в носик. -У тебя будет много-много подарков, но только в день рождения - раньше их дарить нельзя. А теперь давай вытрем слезки?
-Пойдем со мной, Стефания? Я тебя сейчас умою и все будет замечательно, -засуетилась Магда, забрав у Хоффмана девочку и решив увести ее от греха подальше, раз у хозяйки нехорошее настроение. -Идем скорее, моя дорогая.
Доктор неохотно позволил няньке забрать ребенка, потому как знал, что только присутствие Стаси сейчас останавливает его от того, чтобы высказать все отцу как есть. Старый дурак ведет себя еще хуже пана Станислава, что завел роман с девицей, что годится ему в дочери... но что еще больше обижало и бесило Роберта на данный момент, так это подтверждение давних опасений, что папаша никогда не был верным мужем для его матери. Особенно с тех самых пор как она тяжело заболела...
-Мы просим прощения за то что ошарашили вас двоих, -проворковала пани Клементина, сияя словно майская роза - почти как и ее колье, в котором сверкали явно не стекляшки. -Но... что случилось, то случилось. Доченька, что тебя так удивляет? По-твоему я слишком стара, чтобы рассчитывать на личное счастье?
-Дорогая, ты не должна не перед кем оправдываться, -выдал в своей привычной, весьма самодовольной манере старший Хоффман и это была, что называется, последняя капля в чаше терпения его сына. -Наши дети уже взрослые люди... а мы с тобой свободны и вольны делать все что угодно.
-Позвольте поинтересоваться... сколько вы уже делаете все что вам двоим угодно? -тихим и злым тоном произнес Роберт, посмотрев на своего дражайшего родителя. -И между прочим, папа... когда Стася только родилась, ты заявил, что не желаешь со мной знаться. С чего вдруг ты решил передумать?
Пани Клементина тяжко вздохнула, заметив как нахмурился Мартин - ей стоило немалых трудов уговорить его помирится с упрямым сыном. Но что тут поделаешь, если Хоффман-старший продолжал считать призвание Роберта полнейшей ерундой, а ту самую больницу, что стала одной из лучших в Вене - бестолково выкинутыми деньгами?
-Я попросил бы тебя проявить больше уважения, разговаривая с родным отцом, -процедил Мартин уже по-немецки и подойдя ближе к сыну, продолжил. -Раз уж тебе так не терпится выяснить все как есть, то давай отойдем.
-Поправь меня, если я ошибаюсь... ты ведь отказался от меня, когда узнал, что я не желаю быть юристом, -угрожающе-спокойно выдал Роберт, не двинувшись с места. -И что нам выяснять? Теперь я знаю, где тебя черти носили, когда маме было плохо и она звала тебя в бреду. Очередная кокотка постаралась утешить пана миллионера?
После этих слов, доктор едва не схлопотал оплеуху, как бывало в детстве и юности, но успел перехватить отцовскую руку под испуганное восклицание тещи.
-Я уже давно не ребенок, которого ты можешь запросто заткнуть очередной пощечиной. Лучше просто скажи, что тебе всегда было наплевать на меня и на мать... а когда она заболела, то стала обузой для тебя и поэтому ты и заставил нас уехать в Женеву! И еще посмей сказать, что я неправ?? Надо полагать, наш дом в Берлине уже поменял несколько хозяек?
-То как я поступаю, мое личное дело - я не обязан был докладывать о своих решениях сопливому мальчишке! -рявкнул в ответ Мартин. -Да я не хотел возится с твоей матерью, но кто меня осудит?? Она умирала и ей было уже не помочь!! Если тебе так легче жить - считай, что мне было плевать...
Промышленнику не удалось закончить свою тираду... потому как Роберт коротким и сильным ударом в скулу, отправил его на травку, возле дороги. Пани Клементина вновь испуганно охнула, тогда как доктор сделал шаг к своему отцу и произнес уже на польском - точнее говоря, зло процедил сквозь зубы.
-Умирая, она звала тебя и говорила как любит... никогда не прощу тебя за это. Слышишь? Никогда...
Резко развернувшись, Хоффман направился в сторону того самого озера, на берегу которого они совсем недавно гуляли вместе с Элей - еще до всех плохих новостей и визитеров. Вот если бы можно было взять и превратить собственные грустные мысли в туман, что исчезает, едва только появляется яркое солнце? Усевшись на берегу, Роберт опустил голову, жалея о том, что нельзя было сделать как любимая жена и запустить папаше чем-нибудь тяжелым в голову... быть может тогда, он бы наверняка понял, что нельзя поступать с родными и близкими людьми подобным образом?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-15 23:38:43)

+1

42

[NIC]Elżbieta Hoffmann[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/KrPf8.png[/AVA]
Мама была рассержена. Да, Эля была очень сердита и даже не заметила, что была слишком резка и сурова со своей маленькой избалованной дочерью, которой определенно точно не понравилась подобная манера общения любимой мамочки, которая должна была только любить, холить и лелеять свое маленькое очаровательное сокровище. Она злилась на свою мать, что своим внезапным визитом пролила свет на многое из того, чего Эльжбета не замечала в серых буднях своих родителей. И теперь панна Хоффман, шокированная этим, определенно точно ощущала себя … слепой и такой наивной!
Ей пришлось сдержаться, чтобы подобно дочери не уронить пару слезинок по той детской мечте или даже фантазии о любви ее графа отца и его любовницы. Но, слезы – не солидное дело для такой панны, как Эльжбета. Да и разве они могли помощь ей склеить то, чего быть может даже и не существовало на самом деле? К тому же, клеить ей определенно точно не пристало… Отец нашел себе утешение, а мама нашла того, кто наверняка не станет отказывать ей в капризах и будет ценить и сохранившуюся сквозь годы красоту, и талант актрисы, и лучшие женские качества, о которых не принято толковать в порядочном обществе.
Женщина скривилась, поджав губы, но вовсе не от желания заплакать, как это делала только что Стася, прежде чем расплакаться. А ведь, когда-то она наверняка бы точно также, как и ее маленькая дочь, плакала бы по тому, чего у нее никогда не было или не будет больше. Счастливое лицо матери было таким знакомым… Да, Эля помнила, как когда-то мама также сверкала от счастья – особенно в те дни, когда они не находили с отцом темы для ссоры. А если быть точнее, задолго до появления оных. Тем временем Клементина решила обратиться к своей дочери, на что Эльжбета даже не знала, что должна была ответить…
Что ее удивляет? Но, нет же! Она не была удивлена! Совсем. Она всего лишь была сердита на мать за то, что та так поступила – не надо и говорить о том, что в городе уже прошел слушок? А ведь, гостей наверняка приведет скорее желание присмотреться к скандальности родителей молодой четы, что прибыла из Вены в Львов на лето, а то и вовсе не приведет!
- Мама! – громко обратилась Эльжбета к своей матери, топнув капризно ножкой. Ей было все равно, что пан Хоффман, которого она когда-то уважала, заявил, что они не задолжали и никаких объяснений. Было не так уж плохо видеть, что Клементину еще заботит мнение дочери, хотя … разве так сильно заботило, когда она связалась со свекром дочери? Надо полагать, что ответ на этот вопрос будет отрицателен. Она всего лишь искала сейчас оправдания себе и какого-то непонятного … одобрения? Да, неужели?!
Но, очень внезапно в разговор вписался Роберт. По правде говоря, Эльжбета совершенно не подозревала, куда и к чему подобный разговор мог завести, а потому спокойно позволила супругу вести диалог. Только, разве он мог быть спокойным?
Эля испугалась, когда пан Хоффман-старший перешел на немецкий. То был не добрый знак. Она знала это наверняка, хоть и прекрасно понимала, о чем толковал отец с сыном. И то была та еще извилистая дорожка, полная своих камней преткновения.
Она ойкнула, громко ойкнула и прикрыла рот ладонью, когда Мартин замахнулся на сына, чтобы ударить. И ударил бы, если бы Роберт не оказался проворнее и поймал отцовскую руку, что могла запечатлеть на лице Роберта след от удара. Сейчас оба Хоффмана, старший и младший, походили скорее на двух боевых петухов, что сошлись на поле боя с известной целью и молодая панна Хоффман уж очень надеялась на то, что ее супругу хватит благоразумия не поднимать руку на отца, пускай этого он и мог заслужить своими далеко не приятными словами.
Но, как это обычно бывает, нервы не выдержали, а все случилось слишком быстро? Едва Эльжбета подумала о том, чего свидетельницей ей быть не хотелось, как все уже случилось. Но, на этот раз она ойкать не стала, лишь широко распахнула глаза и смотрела на представившуюся ей картину.
- Мама… - уже мягче и аккуратнее обратилась к своей матери Эля, отведя взгляд в сторону от своего свекра, что пострадал от руки ее мужа. – Думаю, что ты понимаешь, что мы не можем принять вас с паном, поэтому можете пообщаться с внучкой, подарить свои подарки и … уезжайте, - попросила Эльжбета мать на польском, глядя в глаза своей матери с … сожалением. Однако, то было не сожаление о просьбе покинуть их в скором времени, то было сожаление о том выборе, который сделала Клементина. Увы, но дочь не могла повлиять на свою мать, она лишь могла сделать все возможное, чтобы ее ошибки не задели репутацию ее семьи.
- Ты не хочешь, чтобы мы остались? – покачала отрицательно головой Клементина в ответ.
- Думаю, ты сама прекрасно понимаешь, какой вред нанесешь нашей репутации. А у нас Стася растет, ее нужно будет выдать замуж рано или поздно, а я не хочу, чтобы о ней говорили, как о внучке весьма фривольной особы, так что прости, но я не передумаю, - было больно говорить эти слова, но Эльжбета прекрасно знала, что они единственно верные в данный момент. – К тому же, мне кажется, панну Хоффману наверняка не понравится сырость замка, как и отсутствие хорошего настроения, - улыбка, которой закончила свои слова молодая панна Хоффман была лишь данью вежливости, хотя … ее могли воспринять, как и насмешку? В любом случае, Эльжбета не собиралась извиняться более. – Я дам вам час. Думаю, этого будет достаточно, - закончила весьма официальным тоном голоса, прежде чем развернуться и оставить внезапных гостей наедине. Ей было безразлично, подумают о ней, как о хорошей или плохой хозяйке, но панна не могла более находиться с теми людьми, которым было безразлично доброе имя семьи, как минимум.
Естественно, она не подалась в замок, а пошла по той тропе, что привела ее к супругу, сидевшему на траве. Какие мысли преодолевали его? Увы, но его молодая жена боялась даже спросить или попросту нарушить тишину, а поэтому попросту присела рядом с ним, обняв за плечи. И так они могли сидеть еще долго, очень долго на самом деле.
- Я сказала им, чтобы повидались с внучкой, как хотели и уезжали – на праздник Стаси я их не приглашала, - наконец-то нарушила тишину Эльжбета, прежде чем дотянуться до щеки супруга, которой и коснулась губами.

0

43

[NIC]Robert Hoffmann[/NIC]
[AVA]http://s012.radikal.ru/i319/1507/e1/e20df01cc552.png[/AVA]
Роберт ощущал себя абсолютным дураком... папаша устроил самую настоящую бурю негодования, когда узнал, что его единственный сын решил стать врачом - будто бы в этом был что-то совершенно постыдное?? А сам тем временем, завел роман с матерью Эли, даже не подумав о том как будет выглядеть его поведение в глазах всех друзей и знакомых. Теперь разве что ленивый в Львове не обсуждает очередной амурный каприз господина промышленника - наверняка ведь, Мартин привез свою пассию в лучший отель, даже не подумав о последствиях.
А вообще... Хоффману-младшему было очень любопытно узнать, сколько уже длится эта интрижка его пылкого родителя и пани Клементины. Она всегда обожала приезжать в Вену, чтобы навестить Элю и после этого весело упархивала в Пруссию, якобы для гастролей со своим театром. Сейчас можно даже и не гадать, что это были за "гастроли"? Роберт мог бы назвать точный адрес где они проходили, что называется, на "ура"... тот самый дом где прошло его детство, красивый и стараниями матери не похожий на соседские особняки по Липовой аллее. Вот только он давным-давно уже не тот что прежде и там наверняка все по-другому..?
Опустив голову на руки, изредка вздыхая и думая о своем, Роберт не заметил как Эльжбета уселась рядом с ним. Сначала любимая жена не говорила ни слова, будто не зная с какой стороны подступится к своему сердитому мужу, а затем нежно обняла его за плечи. Доктор, поднял голову и улыбнулся, получив самый нежный и ласковый поцелуй на свете - злость на папашу уже покинула его, оставив после себя одну лишь пустоту.
-Представь как о нас теперь будут болтать в Львове, -невесело усмехнулся Хоффман в ответ на слова жены и придвинулся к ней поближе. -Очень надеюсь, что он как можно скорее увезет ее в Берлин и не станет более показываться мне на глаза. Пусть будут счастливы... только подальше от нас.
Роберт в очередной раз тяжко вздохнул. Ссоры - ссорами, однако праздник для маленькой принцессы никто не отменял, так что надо "одеть лицо" и идти готовится к приему гостей, которых должно было собраться великое множество. Очень бы хотелось надеяться, что пан Станислав не привезет в Свирж свою мадемуазель, тем самым поставив жирную точку в сегодняшнем скандале...
-Пойдем домой? Надеюсь, что влюбленная парочка уже смотала удочки из замка, -поднявшись, Хоффман протянул руку Эле, помогая ей встать. -И помирись со Стаськой, она наверняка на тебя дуется до сих пор... хорошо?
Вернувшись в замок, доктор и его супруга на какое-то время позабыли о неприятном инциденте, что произошел нынче с любимой родней. Подготовка к торжественной встрече гостей и связанные с грядущим праздником приятные хлопоты, помогли отвлечься, так что к вечернему фуршету Роберт уже назвал бы себя привычно-спокойным. Однако, он нисколько не жалел о том что высказался начистоту перед своим папашей... потому как есть вещи, которые нельзя простить даже самым близким и родным людям. Вот только было бы ошибкой думать, что урок пойдет впрок Мартину.
-Папочка, а когда Збысь придет ко мне в гости? -поинтересовалась у Роберта Стася, забравшись к нему на руки, пока ее мама переодевалась к праздничному ужину. Кстати говоря, Магда тоже постаралась на славу, разодев и причесав маленькую именинницу как следует. -Без него будет скучно... может мы его заберем к нам пожить? Дома его заставляют работать...
-Маленькая моя, я понимаю что ты скучаешь - ведь найти хорошего друга это очень здорово, -улыбнулся Роберт, обняв дочку. -Но... послушай меня пожалуйста? Мы не можем забрать Збышека к нам - у него есть дом и родители, которые его любят. Что же касается работы... он уже давно так живет и привык к подобному, понимаешь? Другой жизни у него не будет...
-Но почему? -искренне удивилась Стася, обняв отца за шею. -У них нет денег, да? Збысь говорил, что ему редко дарят подарки... и он всегда за обе щеки ест даже самую противную манную кашу...
-Просто так устроен мир, родная. Есть бедные и есть богатые, никуда от этого не денешься, -ответил дочурке Хоффман после минутного раздумья. Рановато конечно обсуждать с ней социальное неравенство и причины его появления... но все-таки. -Збышек родился в бедной семье и ему придется стараться больше других, чтобы чего-либо достичь в этой жизни.
-Магда говорила, что когда я вырасту, вы меня выдадите замуж, -на полном серьезе и без тени улыбки, выдала Стася, посмотрев на Роберта. -Только я не хочу замуж, папа... хочу остаться с тобой и мамочкой... не отдавайте меня?
-Давай мы с тобой вернемся к этому вопросу, когда тебе исполнится... лет шестнадцать? -не удержавшись, Хоффман рассмеялся, крепче обняв любимую кроху. -Я уверен, что к этому времени ты успеешь изменить свою точку зрения на замужество. А еще - за кого попало мы с мамой тебя не отдадим, обещаю. Кстати говоря, что-то наша мама долго собирается, правда? Эля! Ты скоро там?? Мы тебя уже заждались!

+1

44

[NIC]Elżbieta Hoffmann[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/KrPf8.png[/AVA]
Bo gdzie jeszcze ludziom tak dobrze, jak tu?
Tylko we Lwowie!
Gdzie pieśnią cię budzą i tulą do snu?
Tylko we Lwowie!

Львов нравился Эльжбете своими тихими улицами, знакомыми лицами, которых можно было повидать, едва только стоило выйти из дома, той же рыночной площадью, куда съезжались наверняка изо всех сторон периферии, чтобы продать городскому панству свой крам по доступной (или не очень) цене, а еще тем, что этот город преображался – постоянно, изо дня в день, словно бы молодая панна перед скорым замужеством. Да, последнее особенно захватывало Элю, когда она приехала из Вены в свой маленький и, казалось бы, провинциальный Львов. Но, это еще парой лет тому назад город львов был провинциальным, маленьким, но стремительно развивающимся… Теперь, не смотря на всю эту летнюю жару, город был украшен прекрасными домами – между прочим, ничем не хуже, чем в самой Вене, а новый театр, что достаточно в скором времени уже готовилось его открытие, должен был сделать его еще и культурно развитым городом, не хуже самого Кракова, известного города королей.
Но, теперь даже само воспоминание об отцовском театре, который он уже сдал в аренду городским властям сроком на пятьдесят лет, вызывало у молодой женщины неоднозначные мысли. Все, что не делал ее отец обычно было неразрывно связано с матерью, ведь они оба так любили театр, тогда как сейчас все было определенно иначе. Идиллии не вышло в их семье, увы. И теперь, буквально ни от одного живого и порядочного человека во всем Львове не скроется правда того вопиющего поступка, на который пошла нетитулованная графиня. В прочем, титул ей было никогда получить, теперь она легко распрощалась с графом и Эльжбета хотела надеяться, что тому причиной не стал азарт отца к картам, благодаря которым он и получил этот замок, что стал настоящим убежищем для его внебрачной дочери и ее супруга. И, конечно же, Роберт был прав – теперь во Львове после такого скандала не будет им покоя. Увы, но родной и любимый город в одно мгновение ока, словно бы восстал против нее, против ее мужа и даже маленькой дочери, что вообще не понимала, что же такого произошло.
Эльжбете было стыдно за поступок своей матери, воспитавшей ее. Действительно, ведь пани Клементина дала своей дочери достаточно хорошее воспитание, на которое только могла рассчитывать графская дочь и дочь актрисы в театре.
Женщина тихо вздохнула на слова своего супруга, надеясь, что он не станет теперь сравнивать ее с матерью… Она ведь никогда не поступит так бездумно! Да и разве не было заметно, что она была верной и любящей супругой? В любом случае, пока еще Хоффман не сторонился от нее, а даже наоборот – приблизился к ней ближе, когда она лишь крепче обняла своего любимого и единственного.[float=right]http://f.mypage.ru/53307789a8061f1cbd48811227f4f95f_7a32839a2631cad7abe06eb52d8a36e6.jpg[/float]
- Мы можем уехать из города, … после праздника нашей Стаси, - предложила она на всякий случай, все еще обнимая мужчину. Так вдвоем они могли сидеть еще долго, пока окончательно не стемнело бы, а густой туман, не стал бы подниматься белыми клубами к верху. Но, глава семейства, как и полагается, первым вспомнив о времени, так что Эльжбете оставалось лишь принять его желание вернуться вместе с ним в замок. – Да, думаю, они уже уехали… Не думаю, что кто-то из них рискнул бы задерживаться, - Эля не стала говорить мужу о той причине, что должна была бы устрашить ее мать и его отца, поскольку именно он и был той самой причиной. Хотя, зная фирменное упрямство Хоффманов, можно было предположить, что Хоффман-старший таки дерзнул бы. Только к счастью, высшие силы уберегли их всех от очередного скандала.
Праздничный ужин, к которому велела Эля впопыхах готовиться слугам, когда мчалась навстречу матери, должен был все равно пройти, но … лишь для них троих. Для Стаси, для Роберта и для нее. Поэтому женщина не стала отказывать себе в удовольствии надеть новое красивое платье и сделать себе не менее красивую и модную прическу, из-за чего мужу и дочери пришлось заждаться. Но, результат должен был оправдать ожидания?
- Пардон, за ожидание, мои хорошие, - как будто бы ни в чем не бывало, вышла к Роберту и Стасе Эля. В первую очередь она подошла к любимой дочке, протянув к ней ручки: - Ну, же, ты ведь больше не злишься на меня? Прости, я не хотела, чтобы ты плакала, ладно? – извиняться Эльжбета не умела слишком хорошо, но она попыталась это сделать и… преуспела! Маленькая озорница быстро протянула к своей матери ручки, после чего оказалась у нее на руках и крепко-крепко обняла ее.
- Ну, не молчи, моя красавица, - легонько пощекотав девочку, произнесла Эля, на что дочь сразу же отозвалась звонким хохотом. И все-таки… как хорошо, что хоть кому-то было сейчас беззаботно и легко?
- Папа сказал, что ты очень долго собираешься, почему ты так долго? – спросила девочка у матери с явным упреком.
- Нуу, я хотела выглядеть красиво, ведь несколько лет назад на свет появилась одна маленькая панна, припомнишь, дорогой, как давно это было? – шутливо произнесла Эльжбета, хотя даже в этой ее шутке была своя доля правды. – Поэтому я хотела одеться получше, ведь это наш праздник, пусть без кучи гостей.
- А что гости не придут? – даже как-то расстроено произнесла Стася, глядя то на свою маму, то на папу.
- Придут, но не сегодня. Сегодня мы побудем только втроем, а гости придут в субботу, - да, Эля очень надеялась, что хоть кто-то из приглашенных к ним в гости придет. Ну, а пока не стоило печалить дочурку тем, что не от них, и уж тем более не от нее зависело.

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Babcia ze Lwowa
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Встреча с улыбкой и нежным "Привет!" ‡...или Львовские хроники