внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 11°C
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Paranormal story


Paranormal story

Сообщений 21 страница 40 из 40

21

[AVA]http://s1.uploads.ru/FjVGf.jpg[/AVA] [NIC]Friedrich Lehmann[/NIC]
Фридрих курил медленно и, надо сказать, с небольшой охотой. Конечно всякий раз, когда он нервничал или находился не в самом лучше расположении духа, он не хватался за сигарету, но сейчас был именно тот случай, когда небольшая доза никотина ему требовалась, как наркоману героин. Конечно с еще большим желанием он бы сейчас пошел в спортзал и поколотил боксерскую грушу, чтобы выплеснуть накопившийся за день негатив, но, к сожалению, такого варианта у него не было. Приходилось довольствоваться тем, что есть. Он подпирал собой стену и размышлял над тем, что же такого может сказать этот китаец Юкио, что может помочь им в дальнейшем расследовании. Конечно по долгу службы американцу приходилось общаться с самыми различными людьми, которые обладали самыми разнообразными характерами, но вот этот представитель узкоглазой желтокожей братии ему не понравился с первого взгляда. И не потому, что почувствовал взаимную антипатию или же ему довелось увидеть то, что сейчас было для него недопустимо. Просто что-то ему не нравилось, возможно, потому, что эта сцена всколыхнула в нем совершенно ненужные и весьма безрадостные воспоминания, от которых он всеми правдами и неправдами старался избавиться.
Неужели я приехал сюда только для того, чтобы сопровождать Юкио? Но я искренне не желаю слушать весь тот бред, что будет нести этот несуразный китаец. Надо было изначально ждать здесь, а не соваться вслед за ним в этот содомский магазинчик. Хотя кто же знал, что я ему настолько уж сразу не понравлюсь? Тяжела и неказиста жизнь просто специалиста.Надеюсь, они там с Юкио не решат поговорить за жизнь, в противном случае я просто уеду, а он пусть добирается, как хочет.
Спустя несколько минут сигарета была докурена и погасла, в пальцах Леманна остался только истлевший уже окурок. Он затушил его до конца о стену и выбросил в ближайшую урну. Однако только он хотел было прикурить уже вторую сигарету, как послышались шаги, и не надо быть предсказателем для того, чтобы понять, кто именно решил почтить его своим присутствием. Конечно же это был Ли, который тоже вышел якобы прикурить трубку. Только вот это была далеко не трубка мира. Фридрих молчал, как рыба об лед, словно в рот воды набрал, не собираясь заговаривать с китайцем, ожидая, что он что-то выскажет первым. И то, только потому, что Мисима явно там ему промыл мозги насчет того, что некрасиво вести себя подобным образом. Когда Фридрих сцепился в словесной перебранке с Ли, краем глаза он не мог не заметить того, что его дражайший напарник находится в не меньшем шоке, чем до этого. Даже когда Леманн ругался с кем-то из коллег или же других людей, рядом неизменно возникал японец и старался хоть как-то его успокоить. В этот раз его вмешательство не потребовалось, Фрид самолично прервал ненужный для него разговор и ушел. А сейчас этот китаец соизволил выползти из своей норы и начать там что-то вещать про извинения и благодарности. Фридне удержался и слегка фыркнул.
- Прощаю. Конечно же буду беречь его как зеницу ока, какой тут может быть разговор. Хотя в нашем с ним напарничестве мне начинает казаться, что больше бережет меня он, чем я его, - фразу свою Фридрих начал несколько ехидно, но вот закончил ее абсолютно серьезно. Потому что Юкио практически всегда оказывался рядом, когда был нужен американцу. В каком бы то ни было смысле. Однако же всем своим видом показывал, что возвращаться обратно не собирается. Все-таки кузены гораздо лучше найдут между собой общий язык, а третий, как известно, лишний и, в данном случае, далеко не запасной. Леманн чиркнул зажигалкой, доставая вторую сигарету и просверлил взглядом спину возвращающегося обратно китайца. Он покачал головой - искренности в его словах было ровно столько, сколько пользы от курения. Собственно, о чем тут говорить Он видит этого человека впервые в жизни и искренне надеялся на то, что больше никогда и не увидит. Единственное, на что реально надеялся Фридрих, так это на то, что этот Ли действительно окажется полезен в их довольно-таки странном деле, в котором Фрид видит призраков убитых детей, а Юкио падает в обморок от слишком живой визуализации происходящих убийств. А еще этот странный взгляд напарника, такой нечеловеческий, от которого по спине идут дружным табуном мурашки.
Агент слегка взъерошил собственные волосы, делая нетерпеливо очередную затяжку и ожидая, когда Мисима вдоволь наговорится со своим восточным собратом. Он поднял голову, глядя на ночное уже небо, на котором стали загораться редкие звезды. Хотелось домой, было уже слишком поздно. И почему-то Леманну пришло в голову пригласить напарника к себе, чтобы он не заблудился где-нибудь по дороге к себе. Американцу казалось, что иногда даже Юкио просто-напросто боится оставаться один и старается крутиться где-то возле американца как можно дольше. Он выдохнул дым, потер переносицу, слегка зевнул и переступил с ноги на ногу. Ненавидел ожидания, но это одно из незаменимых качеств агента ФБР. Раз хочешь найти подсказки, которые могут значительно упростить расследование, значит жди хоть до второго пришествия. Но, к счастью, Юкио не заставил себя долго ждать и через несколько минут оказался в непосредственной близости от все еще курящего напарника. Еще сигарету сейчас заберет, так смотрит неодобрительно...

Отредактировано Shax Lloyd (2015-11-03 14:00:44)

+1

22

[AVA]http://s010.radikal.ru/i311/1507/da/432581e1c255.jpg[/AVA]
[NIC]Misima Yukio[/NIC]

Сказать по правде, Ли Чен внес в дело с сотней знаков вопроса еще больше загадок, от которых у Юкио разыгралась нешуточная тахикардия. Японец начал упорную борьбу с собственным "Я", которое нарекало ему на его слабости. Мисима был сильным медиумом, он чудом мог выносить предсмертную агонию каждой из жертв, что в облике юрэя являлась ему в совершенно непредсказуемых ситуациях, но...Он все же был человеком и его эмоциональный резерв имел привычку расходоваться слишком быстро, слишком спонтанно. Попросту говоря, от такого психоэмоционального штурма, мозг Юкио не успевает оправляться. Поэтому, многим кажется, что Мисима реальный псих, эмоциональный диапазон которого не превышает уровня малолетки. Даже его тело, словно сплошной шрам от вечных контактов с миром мертвых: худощавый, с кожей призрачно бледного оттенка. Потустороннее вытягивает из живых все соки, отчего встает логичный вопрос - зачем прогибаться под мертвых? Но если бы можно было отказаться от своих способностей, всем одаренным жить стало бы легче. Что означает - родился с клеймом, тебе его и носить до самой смерти.
- Ли нии-сан, а вдруг это не тот злой дух о котором ты говоришь? Какие еще бывают чудовища крадущие маленьких детей? - Мисима пытался выудить из дальнего родственника как можно больше информации, с которой впоследствии придется детальнее разбираться. Китаец задумчиво курил свою трубку и смотрел в потолок, будто бы там сейчас откроется волшебная дверь и из неё прольется дивный свет озарения и тайных знаний. По крайней мере так себе представлял наивный Юкио, жадно вглядываясь в статный образ брата. Ли Чен вздохнул, потер переносицу и пожав плечами бесстрастно ответил:
- Какие хочешь и сколько захочешь. Но милый мой братец, я все же склоняюсь к двум вариантам - либо это Дзидзи, либо в мужчину вселился злой дух какого-то убийцы, который в прошлом убивал детей. Ты говорил о маске клоуна. Эта деталь может как сбить с толку, так и навести на нужный след. Она может быть второстепенной, а может сыграть ключевую роль. Поищите в своих архивах данные об убийцах клоунах. В истории Америки, как минимум пять известных клоунов серийных маньяков. Их нет в живых, но как ты прекрасно знаешь, личные вещи энергетически сильных людей хранят в себе частички души покойника. Кто знает...Может быть та маска, что ты видел и есть ключ к разгадке. А еще, не забудьте о вскрытии. Если в телах детей не окажется органов...
- Это Дзидзи. - закончил мысль Ли Чена Юкио, и стукнул кулаком по раскрытой ладони. Все же не зря он заставил напарника приехать сюда среди ночи. Благодаря дедуктивным способностям и рациональному мышлению китайского экзорциста, Мисима быстрее ориентировался в новом деле, и вместе с Фридрихом они легко раскрывали самые тяжкие преступления. Поблагодарив брата за содействие и бесценные советы, Юкио попрощался с ним, обещая чаще навещать его "просто так". Вылетая во двор, японец заметил Фридриха стоящего у крыльца, подпирающего одну из стен и дымящего зловонной сигаретой. Он подошел к напарнику и смотря на того снизу вверх одним глазом, явно неодобрительно, если не сказать осуждающе, очень быстро, так что Фрид даже не успел сообразить что произошло, выхватил у него сигарету из пальцев и кинул под ноги. После этого молниеносного действия (а Юкио обладал очень быстрой реакцией и ловкостью), он как ребенок начал прыгать и втаптывать ядовитое курево в пыльный асфальт. Видя изничтоженную серо-желтую массу в которую превратилась сигарета Леманна, Юкио самодовольно хмыкнул глядя на напарника.
- Фрид-сан, пока Юки-чан с тобой, твои легкие будут здоровые. Но если меня нет рядом, ты убиваешь себя. Что же делать? Я же не смогу уничтожить все сигареты в мире, - Мисима нахмурился, будто бы перед ним встала делема вселенского масштаба. А потом он ловко развернулся на каблуках своих высоких ботинок и заложив руки за спину, улыбнулся Фридриху через плечо, - но я постараюсь быть рядом как можно дольше. Идем-идем, Фрид-сан. Юкио-чану многое нужно тебе рассказааа-аать...
Юкио потащился к переулку все так же кишащему неугомонными китайцами, а сам громко и протяжно зевал на ходу. Он слишком устал за сегодня и мог в любую секунду отключиться прямо посреди улицы. И все же, Мисима стоически дотерпел пока они с Леманном добрались до служебной машины, сели в неё, Юкио даже начал делиться с напарником предположениями, которые возникли у них с Ли Ченом, пока кто-то гробил свое здоровье гадким куревом. Но парня сморили сон и усталость раньше, чем он успел рассказать Фриду о всех догадках в деле об убийстве и краже маленьких детей. Он резко отключился на переднем сидении, крепко уснув и упав на плечо напарнику, который не спеша вел автомобиль...

+1

23

[AVA]http://s1.uploads.ru/FjVGf.jpg[/AVA] [NIC]Friedrich Lehmann[/NIC]
Внезапно захотелось спать еще больше, чем до этого. Еще не хватало, чтобы сон затянул его в свои объятия гораздо раньше, чем он доберется до своей квартиры и попросту протянет ноги. Именно этого сейчас хотелось больше всего. Почему-то навалилась какая-то вселенская усталость, с которой Фрид долго и упорно боролся, но сейчас, кажется, она была готова одержать абсолютную победу над ним. Он снова зевнул и только хотел было сделать еще одну затяжку, как перед ним очутился Юкио. Фридрих даже не слышал, как он подошел к нему. Может быть просто не вслушивался в звук шагов, а может быть... Снова вспомнился его странный и несколько страшный взгляд, от чего Леманна несколько передернуло. Но пока он слегка тормозил, парень довольно-таки резво выхватил у него из пальцев сигарету и принялся втаптывать ее в придорожную землю. Агент немного удивленно посмотрел на своего напарника, который прочел ему мини-лекцию о том, что он гробит свое здоровье, на что Фридрих еле слышно усмехнулся. да кому оно нужно, его здоровье? Наверное в какой-то мере самому Юкио, который не преминул подтвердить это минутой позже. Фрид криво улыбнулся, наконец-то они покинут ставший таким ненавистным ему Китайский квартал. Всю дорогу Мисима зевал и еле добрался до машины американца. Который и сам хотел спать, но ночевать в непосредственной близости от данного места откровенно не желал. Пока напарник забирался в машину, Леманн купил в ближайшем магазинчике себе кофе, в несколько глотков влил себя этот напиток и то, только потому, что ему предстояло вести автомобиль, а заснуть - равносильно самоубийству. Еще не хватало куда-то врезаться.
- А ты уже десятый сон видишь, да, мой странноватый друг? - Фридрих посмотрел на напарника, который уткнулся лбом в его плечо. Стрелки на часах показывали уже время, близкое к полуночи, а Мисима крепко спал. Не ехать же им в отель, к тому же если сократить дорогу, можно как раз попасть в тот район, где находился небоскреб, в котором и проживал агент. Вариантов нет, придется ехать домой вместе с своим товарищем. Он столько навидался за сегодняшний день, что немудрено было отрубиться гораздо быстрее, чем сам Леманн. Мечты об отдыхе и сне у них были, кажется, одинаковые. Американец аккуратно пристегнул Юкио, вернув того в сидячее положение, дабы тот не заваливался, и включил зажигание в автомобиле. Ехали они недолго, а желания попасть домой к напарнику у Мисимы никто не спрашивал. Да и Фрид не хотел его тревожить. Кто знал, какие ужасы он видел там, в потустороннем мире, который на мгновение открылся сегодня и самому агенту. Нежелательно, но так случилось. И теперь, когда они оба отдохнут, Юкио сможет рассказать ему о том, о чем разговаривал со своим китайским собратом. А вот по приезду надо было как-то доставить напарника до квартиры и разместить его в одной из комнат. Кажется, кофе начал понемногу действовать, и сон отступал, однако же усталость все еще не покидала Фридриха. Ему казалось, что, коснись он сейчас подушки, так отрубится также быстро, как и Юкио. А еще хотелось в душ, но нет, не было сил...
Машина остановилась на подземной парковке. На стоянке не было ни души, и Фрид, отстегнув ремень безопасности, выбрался из машины, предварительно поставив ее на сигнализацию с пока еще спящим внутри автомобиля Юкио. Он поднялся на один из последних этажей здания, открыл ключами дверь, и тут же ему навстречу быстренько метнулся здоровенный доберман, который начал радостно лаять, становиться на задние лапы и облизывать лицо своего хозяина. Фридрих улыбнулся, этот пес был одним из самых лучших его друзей. Он потрепал его по холке, сообщив, что сегодня у них гость, а вообще по-хорошему собаку нужно было еще выгулять. Оставив дверь квартиры приоткрытой, Фрид вернулся за напарником, взяв его на руки и уже вместе с ним поднялся обратно. Юкио даже не шевелился, только размеренно дышал во сне и вообще не подавал никаких признаков спящего человека. Словно помер. Но нет, вроде бы дышал.
Еще не хватало жмурика домой притащить...
Вот только при виде хозяина с кем-то незнакомым на руках, доберман зарычал неодобрительно, потом как следует обнюхал ношу и пропустил хозяина внутрь квартиры. Леманн не менее осторожно разместил парня на кровати, сняв с него обувь и накрыв одеялом, сам же сходил и выгулял своего четвероногого друга и по возвращению, также, практически не раздеваясь, упал на свою кровать. Сон, правда, пришел не сразу, еще некоторое время Фридрих лежал и смотрел в потолок, вспоминая события сегодняшнего дня и думая над тем, что готовит ему день завтрашний. Может быть он будет не таким трудным и страшным? Но все-таки с трудом, но мужчина разделся, повесил вещи и уже вновь забравшись под одеяло, уснул...

+1

24

[AVA]http://s010.radikal.ru/i311/1507/da/432581e1c255.jpg[/AVA]
[NIC]Misima Yukio[/NIC]

Спать беспробудным сном - это в жанре Мисимы Юкио. Впрочем, даже во сне японца не покидают разношерстые существа из потустороннего мира. Ему нигде нет покоя. Его сны зачастую только на словах ими являются, а на деле, Юкио продолжает путешествие по миру мертвых. В этом самом мире к нему являются души умерших просящие о помощи и духи - как добрые, так и враждебно настроенные. Но если за пределами мира живых у Юкио есть сильнейшая защита в облике духа лиса Инуичи, который следует за парнем по пятам, то в реальности ему грозит опасность в разы сильнее. Люди как известно, несут в себе самую большую угрозу. Ни один зверь не сравнится с человеком в его хитрости, коварстве и жестокости. Встав на сторону закона и порядка, человек собственноручно подписывает себе смертный приговор, так как преступный мир слишком велик и насчитывает в своих рядах тысячи поведенных на насилии нелюдей. Добро преследуется злом намного больше, чем первое способно на его подавление. Отсюда и неустойчивое положение во всем мире, когда число преступлений растет, а служители закона и порядка физически неспособны их стопроцентно предотвратить, плюс, страдают из-за потерь в собственных рядах. Не хотелось бы Юкио, однажды пасть от руки какого-то психа. Но еще больше, он боялся за Фридриха, который за последнее время стал ему очень дорог. Хотя закалка Леманна посвыше Юкио. Мисима не заканчивал полицейский колледж, тем более, он не служил в армии или отряде специального назначения. У него не имелось специальной военной подготовки и как упоминалось ранее, он жутко боится выстрелов огнестрельного оружия. Тогда встает логичный вопрос: а как он оказался в ФБР? Япония не огромная страна и слухи разносятся в ней быстро от одной префектуры к другой. Плюс, Мисима из такого клана, который берет свое начало с далекого прошлого и так или иначе находится на слуху по сей день. О способностях членов клана Мисимы не просто ходили легенды, ими удачно пользовались. Да и если хорошо поискать, то не один Юкио представлял собой образец сверхъестественного человека. Благодаря наличию таких людей, в главном управлении министерства внутренних дел Японии, был создан такой отдел, который занимался раскрытием дел связанных с паранормальным. Туда и попал Юкио, начав свою карьеру специального агента в возрасте шестнадцати лет. Спустя десять лет, его перевели в Америку и повысили до звания специального агента ФБР. Вот и вся предыстория...
А сейчас, наш милый и легкомысленный персонаж неудачного аниме, чей значок агента далеко не подделка и мирно покоится в одном из множества карманов одежды, крепко спит на подушке своего напарника и даже больше - он спит рядом с Фридом. Леманн безрассудно поступил, оставив Юкио ночевать у себя дома. Еще большей ошибкой была проявленная им инициатива в частичном раздевании японца. Впрочем, если снятые перчатки и обувь можно принять за своего рода домогательство, то Фридрих попал. Утром Юкио может устроить истерику, а далее долго играть в молчанку, стесняясь говорить с напарником, ведь такой как Мисима может всякого разного нафантазировать. Ладно. Истерика была бы лишней. Вся одежда на месте и тело нетронуто. Более того, Фрид не снял с Юкио глазную повязку, что скрывала от посторонних необычный глаз экстрасенса. Но перчатки...Эх Леманн, мало ты знаешь о своем загадочном шизанутом напарнике.
В процессе сна, на Юкио начали обрушиваться видения из будущего. Они были хаотичными, быстрыми и очень болезненными. Японец начал активно жестикулировать во сне и словно отгонять их от себя, протяжно постанывая. А потом он начал сгребать под себя одеяло из-за окутываемого все тело холода и прятать руки под соседнюю подушку, на которой спал Фридрих. Одна рука американца мирно покоилась под подушкой и за неё вдруг цепко ухватились ледяные пальцы Юкио. Прикоснувшись к обнаженному предплечью напарника голыми ладонями, Мисима вдруг успокоился на минуту, прекратив видеть назойливые видения, а потом череда новых видений, теперь уже из прошлого, начала разрывать его подсознание жуткими картинками.
- Нет!!! Фрид-сан!!! Не умирай!!! - закричал Юкио в приступе паники не разбирая где он находится, и что на самом деле только что увидел причину, по которой Леманн может видеть призраков. Он видел тот ужас, который практически убил Фридриха, но парень выкарабкался из него испытав на себе объятия смерти, что высекла на его душе таинственную цифру 8. Ровно столько минут длилась клиническая смерть Фридриха Леманна, что на одну минуту превышала допустимый порог.

Отредактировано Simon Lloyd (2015-11-05 03:55:07)

0

25

[AVA]http://s1.uploads.ru/FjVGf.jpg[/AVA] [NIC]Friedrich Lehmann[/NIC]
Фридрих спал не очень спокойно. Возможно тому виной события дня вчерашнего, которые так или иначе отразились на психике агента ФБР. Не сказать, что она была неустойчивая, вовсе нет. Леманн присутствовал и на вскрытии, но видел много крови, самые различные человеческие увечья. За свои тридцать лет американец многое повидал, что не в сказе сказать, не пером описать. Но вот что творилось с ним в последнее время, с лихвой перекрывало все, что он видел до этого. Эти странные видения, после которых так сильно болит голова, что виски, кажется, вот-вот лопнут. У Фрида было ощущение, что внутри него головы стучат огромные молоты по наковальням, и эта бешеная пульсация отдает в глаза всякий раз. После того, как он видел призраков, практически постоянно он страдал головными болями и старался по возможности отлеживаться или на крайний случай отсиживаться где-то, где нет людей и кто не будет его ни о чем расспрашивать. Лучше всего дома, но если ты находишься от него за многие тысячи километров, то выбора иной раз не было. Потому что в такие моменты от Фридриха толку было, как от козла молока.
Он практически всегда переживал все свои проблемы и неприятности в одиночку. Не то, чтобы слыл нелюдимым социопатом, но зачастую складывалось все именно так. Хотя у него было довольно много друзей, но многие из них не знали о том, какие страшные порой тайны скрывает их дражайший друг. А Леманн не особо и хотел распространяться. Чего доброго в психушку загребут. Но тем не менее со всеми его тараканами и странностями сотрудников для ФБР он был довольно-таки ценным, потому что еще ни разу не подводил свое руководство и в отношении его планировалось повышение. Но несколько позже, ведь сейчас ему предстоит раскрыть очень уж серьезное дело. Ведь все, что касается детей, серьезно.Но внезапно в жизни Фридриха появился Юкио, который свалился, как снег на голову, и теперь американцу стало гораздо "веселее" жить на белом свете. Но вот до сих пор даже Мисима не знал о неких тайнах своего напарника. Пока что...
Но сегодня Фридрих спал довольно плохо. Хоть глаза были закрыты, но глазные яблоки неустанно двигались, потому что он видел сны. Сны из прошлого, переплетенные с настоящим. Возможно вчерашний день был слишком уж перенасыщен эмоциями, которые не могли не отразиться на моральном состоянии агента, и потом плавно перетечь в его беспокойные сновидения. Нет, но не двигался, практически даже не крутился во сне, будто бы его его мозг помнил все еще, что рядом находится тушка японца, которому может не очень понравиться то, что рядом с ним дрыхнет Леманн. Но мужчина слишком устал для того, что идти в гостиную и спать там на диване. Где упал, там уснул, называется. В своей комнате и спится легче, да вот только не сегодня. Фридриха выдернули из сна очень уж внезапно. Он почувствовал, как его трясут за плечо, что-то там кричат и резко распахнул глаза. Перед ним маячил Юкио, который вцепился в его предплечье с ужасом взирал на него из-под своей повязки. Глаз его не было видно, но Леманн чувствовал его взгляд. Фрид несколько раз моргнул, потом слегка тряхнул головой и присел на кровати, прикоснувшись к руке Юкио.
- Тихо-тихо, ты чего? Я жив пока, все со мной в порядке. С чего ты взял, что я умираю? Разве я, спящий, так похож на покойника? Погоди, сейчас принесу тебе что-нибудь успокоительное, - вот и выспался, называется. Американец тяжело вздохнул, сполз с кровати, и сразу же к нему из коридора метнулся доберман, который стал вилять хвостом и пытаться лизнуть своего хозяина в лицо. Пес чувствовал его состояние практически всегда и пытался хоть как-то успокоить беспокойного Леманна. - Все хорошо, Ками. Побудь с Юкио, - Ками. Так называются божество в Японии, и Фридрих это знал. Только вот не знал, почему именно так он назвал свою собаку. Пес же послушно гавкнул и подошел к Юкио, снова его обнюхивая, пытаясь привыкнуть к чужому человеку. Слегка порычал, но не злобно, и на кровать не забрался, просто сел рядом. Зевая и потирая глаза Фридрих на кухне быстро сварганил зеленый чай, капнул туда несколько капель успокоительного, после его вернулся обратно в спальню, протягивая чашку Юкио и насильно втискивая ее в ледяные пальцы напарника. Но японец все еще смотрел на него, тяжело и часто дыша, словно не веря в то, что Фрид жив. У американца несколько нервно дернулся глаз. Тот говорил о смерти, но ведь Леманн и вправду пережил ее. Несколько лет назад. Мужчина сел поближе и внимательно уставился на напарника.
- Скажи мне, что ты видел.

+1

26

[AVA]http://s010.radikal.ru/i311/1507/da/432581e1c255.jpg[/AVA]
[NIC]Misima Yukio[/NIC]

Юкио прибывал в состоянии транса. Неосознанно он проник за границы сознания Фридриха и заново пережил с напарником тот роковой вечер, что оставил на Фридрихе грубое клеймо. Да, Мисима отчетливо видел картину всего происходящего. И она настолько напугала его своей реалистичностью, что он поверил в свое участие, там - на другом конце. В прошлом. А в сущности, это было лишь видение. Одно из тех, которые испытывал японец не раз и не два. Но увидеть прошлое Фридриха, все равно, что увидеть его обнаженным. Позже, когда напарник привел Юкио в чувства, парню уже было не так страшно, как жутко стыдно. Соображал Юкио обычно не так резво, а сейчас, пришлось волей не волей поработать маленькими извилинами. Фридрих тряс Мисиму за узкие плечи, а тот смотрел на него безумно с паническим испугом и желанием сбежать, пусть даже через окно. Дышал Юки шумно и часто, губы сжались в одну тонкую линию, а холодные пальцы цеплялись за простыни. Простыни?! Оглядевшись бегло по сторонам, когда Фрид оставил напарника наедине со своим четвероногим другом, чье имя не сразу врезалось в слух японца, Юкио еще больше запаниковал. Он в кровати Фридриха! И кажется спали они вместе. Обладая просто больной впечатлительность, Юкио не мог справится с эмоциями. Еще минуту назад он видел смерть Леманна, а теперь сидит на его кровати боясь свесить ноги, так как черный пес агента не был настроен дружелюбно к человеку, в теле которого живет демон. И все же...Возвращаясь к ведению, у Юкио начинало громче биться сердце, которое будто бы остановилось в тот момент, когда он видел парамедиков обступивших Леманна со всех сторон, и борющихся за его жизнь. Мисима поджал колени к груди и начал тихо считать от одного до восьми. Один раз, два раза, три раза - пока не вернулся Леманн. Видя Фридриха живого и невредимого, пусть и слегка помятого после неудачного сна, Юки чуть было не кинулся к нему на шею. Но хватит! Хватит доставлять напарнику одни неудобства. Юкио обуза для него. Клубок нервов и волнений, из-за которых американец вынужден страдать.
- Прости, Фрид-сан...Спасибо...- Юкио взял большую чашку в руки и сделал глоток. Холодные пальцы облепили горячую поверхность сосуда и кажется, что даже внутри Мисимы стало теплее. Он нерешительно посмотрел на напарника, который присел на край кровати рядом с ним. Длинная челка упала на лоб, скрыла под собой часть повязки, которая непременно напоминала Фридриху о жутком изъяне японца. Если бы не этот глаз, у Юкио было бы меньше причин сгорать от стыда, находясь в такой тесной близости с Леманном.
- Скажи мне, что ты видел.- прозвучало скорее не в качестве вопроса, а как утверждение. Как приказ старшего сотрудника младшему. Юкио вздрогнул и весь напрягся. Он больше не смотрел на Фридриха. Более того - он отвернулся от напарника и сделал вид, будто бы не услышал.
- Фрид-сан, ты назвал собаку "Ками". Если бы ты поступил так в Японии, старшие показывали бы на тебя пальцем и ругали. У нас не принято насмехаться над священным именем Ками-сама. Ты смелый. - Юкио вдруг вспомнил о кличке собаки Леманна и ловко перешел с одной темы на другую. Впрочем, ненадолго. Допив чай и поставив чашку на тумбочку, Мисима хотел уже слазить с кровати, как Фридрих удержал его на месте. Было ясно - он хочет получить ответ на свой вопрос. Юкио дрожал.
- Юкио-чан видел, как ты умер. - тихо и бесцветно произнес японец, опуская взгляд. - Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь...Восемь минут. Потом твое сердце снова забилось. Фрид-сан был не со мной. Юкио-чан подумал, что был с тобой. Но не я...Юкио-чан был в теле другого человека. Его уже нет. А ты есть. Мы заслонили тебя, когда один плохой человек стрелял. Бах-бах-бах! Три. Три выстрела и мы падаем, а ты бросаешься за плохим человеком и кричишь. Юкио-чан видел, как ты стреляешь в него, а он в тебя. Пуля застряла у тебя в груди. Вот здесь, - Мисима прикоснулся к груди Леманна кончиками пальцев и еще больше задрожал. Больше не хотелось говорить. Слова застряли в горле. Парень прикладывал немало усилий, чтобы вырвать из себя по частям чужие воспоминания.
- Она прошла очень близко к сердцу. Фрид-сан начал терять много крови и упал. А потом ты умер, но врачи вернули тебя. Через восемь минут. Ты всегда винил себя в смерти того - другого. Не Юкио-чана. Этот другой, он просил передать тебе, что ты не виноват и сделал все правильно. А еще он сказал, что жалеет об одном, что не смог сказать тебе "прощай". А теперь он говорит это и просит отпустить...Прости Фрид-сан, Юкио не хотел тревожить твою душу. Юкио плохой. Очень плохой!

+1

27

[AVA]http://s1.uploads.ru/FjVGf.jpg[/AVA] [NIC]Friedrich Lehmann[/NIC]
Фридриха слегка потряхивало, когда он готовил для Юкио чай. Он не обладал великими познаниями в нюансах чайной церемонии, да и какие там нюансы, когда хочешь поскорее успокоить того, кто только что видел такое, отчего пришел в состояние самой настоящей паники. В общем потряхивало до такой степени, что он чуть не расплескал все, пока донес до напарника. К счастью, пес не мешался под ногами; доберман послушно сидел рядом с Юкио, словно охранял ему, хотя тот и не особо нравился собаке. Возможно, они еще смогут подружиться. Леманн внимательно уставился на японца, который, видимо, снова смутившись, отвернулся от него, начиная говорить что-то про кличку собаки. А потом...рассказал, словно выпалил из пушки. Рассказ потряс Фрида до глубины души, он старался привыкнуть к способностям своего напарника, но вот после такого понимал, что тот снова его подкосил. Он смотрел на Юкио так, словно уставился в одну точку, смотрел словно сквозь него, невольно вспоминая самые страшные события в своей жизни. Пришел в себя только тогда, когда Мисима оттарабанил все об увиденном и замолчал.
- Я...ты прав, - мужчина сглотнул и отвел взгляд. Он словно застыл, сидя на кровати, покусывая губы и часто выдыхая. Юкио прикоснулся кончиками пальцев аккурат к тому месту на груди, где застряла пуля. Так сказали врачи. И для них было самым настоящим чудом, когда после очередной попытки реанимировать его, Леманн открыл глаза и выдохнул так, как будто ему все это время не хватало воздуха. Фрид сжал в пальцах простынь, зажмурившись. доберман же резво подбежал к нему, тихо заскулил и положил вытянутую морду ему на колени. Поглаживая пса, американец наконец-то открыл глаза и судорожно кивнул. Так или иначе Юкио все увидел правильно, и теперь нет никакого смысла скрывать от него правду. - После того случая я не работал ни с кем в паре. ты же видел, что я всем правдами и неправдами отказывался от того, чтобы мне поставили хоть кого-нибудь в пару. И дело не в тебе, а вообще - у меня был панический страх, что кого-то снова убьют. Из-за меня, - Фрид забрался с голыми ногами на кровать, благо что был без обуви. Сел и оперся спиной на одну из подушек на том самом месте, где спал. - Это случилось на одном из заданий. Мы тогда нашли серьезного преступника и решили устроить облаву. А все случилось настолько быстро, что я не успел ничего предпринять. Мой напарник Марк закрыл меня собой. Потом я стрелял в мерзавца, а он меня. Я попал ему аккурат в лоб, а его пуля мне в грудь. Дальше я потерял сознание от кровопотери и болевого шока. Но я помню, что... - он слегка замялся, поднимая взгляд на Юкио, - в момент операции я видел себя словно со стороны. Видел врачей, видел этот жуткий аппарат, который мерзко пикал, и видел, что та линия, которая напоминает кардиограмму, превратилась вместо зигзагов в одну сплошную ровную. Но я не хотел умирать, я хотел жить, всем своим естеством хотел жить. И потом я очнулся уже на операционном столе. Дальше в палате, потому что выдохнул и снова потерял сознание, как сказали врачи. И все, - он обнял колени руками и уткнулся лбом. Помолчал какое-то время, словно собираясь с духом, чтобы продолжить. Потом голос стал глуше и мужчина словно охрип. - Потом мне рассказали, что Марка уже больше нет. Я присутствовал на похоронах, но поскольку чувствовал себя еще плохо, то сидел в кресле. Я не мог смотреть в глаза его убивающимся родителям, Юкио. Мне было стыдно и страшно, я чувствовал себя виноватым в его смерти. И тогда на похоронах мне показалось, что он стоит где-то сбоку от могилы и улыбается мне. Я моргнул и видение исчезло. Тогда я не понимал, что мои так называемые видения - это только начало моего сумасшествия. Это расплата за то, что я сделал.
Взял и выложил ему все как на духу. Как на приеме у психотерапевта. Полжизни рассказал. а я не знаю до сих пор о своем напарнике ничего, кроме того, что он сам обладает какими-то паранормальными способностями, какие даже Ками чувствует. И я туда же. Два психа подобрались...
- Ками. Да, я только потом узнал, что означает это слово. Но, называя так собаку, я не имел даже желания над кем-то насмехаться. Просто он мой лучший друг, хоть и не работает в полиции, как другие собаки, - Леманн поднял голову, как-то несколько криво улыбаясь. - Теперь ты знаешь всю правду о моем сумасшествии, Юкио. Ты не плохой. Ты очень хороший. И мне иногда начинает казаться, что судьба была нам встретиться и более того, работать вместе. Ведь мы в чем-то похожи.

+1

28

[AVA]http://s010.radikal.ru/i311/1507/da/432581e1c255.jpg[/AVA]
[NIC]Misima Yukio[/NIC]

Когда Юкио нервничает, его речь становится невнятной и спутанной, он теряется в языках и чаще применяет слова из родного ему японского, который как известно является одним из самых сложных во всем мире. Понять, что говорит японец в нервном потрясении, весьма непростая задача из-за скорости и разнообразия диалектов. А понять Юкио находящегося в том же незавидном эмоциональном состоянии, задача повышенной сложности. Пока Фридрих не вклинил свое трагичное повествование в словесный понос Мисимы, японец откровенно сходил с ума на словах. Но он всегда затихал, стоило заговорить Леманну. Его он готов был слушать и слышать при любых обстоятельствах. Поэтому, как только Фрид начал свой недолгий экскурс по собственному прошлому, Юкио наконец успокоился и стал слушать настороженно и внимать каждому слову напарника. Рассказ Леманна прибавил перца к тем видениям, что Юкио неосознанно вскрыл, забравшись в подсознание агента. От этого, Мисима стал чувствовать себя еще более не комфортно. Ему было очень стыдно перед напарником. Вроде бы Юки и умел держать свои силы под контролем, а тут такая оплошность. Глупая и недопустимая ошибка...
- Фрид-сан, ты не наказан. Это благословение твоего бога. Немногие получают второй шанс. Ты нужен здесь, чтобы помогать живым и мертвым. Ты не сумасшедший. Ты герой. Ты как мастер Муши из аниме - сильный и добрый человек, помогающий всем заблудшим во тьме душам, - робко, но все же искренне сказал Юкио, придвинувшись к Леманну и сев напротив него в традиционной позе, поджав ноги. Несколько секунд японец смотрел на свои колени, а потом неуверенно потянулся к затылку, развязывая узел повязки и снимая её с глаза. Все же носить контактные линзы куда проще, чем скрывать один глаз за куском ткани и обрекать себя на монокулярное зрение. Моргнув пару раз, Юкио поднял взгляд на Фридриха. Раз уж Юкио влез в его душу и раскрыл его тайны, значит нет причин японцу и дальше держать напарника в неведении.
- Фрид-сан, меня называли чудовищем. Но Юкио-чан не такой. Юкио-чан сосуд для божества, которому поклоняется моя семья. Этот глаз, он не мой. Когда-то давно, мои предки пришли на землю богини Инари и заключили с ней договор - она позволила жить им на своей земле, а взамен, они обязаны были отдавать ей в качестве сосуда для её сил, новорожденную девочку первенца. В моей семье силы богини Инари названы даром и этот дар, он передавался из поколения в поколение, от одной девочки первенца к другой. Юкио-чан тоже первенец. Я должен был родится девочкой, а родился мальчиком. Бабушка рассказывала, что когда я родился, мои глаза были закрыты и все думали, что я слепой. Я долго их не открывал. А потом, погибли мои родители и в семье поползли слухи, что богиня оставила нас. Я открыл глаза через сорок пять дней после смерти мамы. Мой глаз навел ужас на всю деревню. Все думали, что я проклят и во мне живет демон. Но это не так. Юкио-чан не чудовище. Мне Инуичи-сан сказал. Он сын богини Инари и мой дух-хранитель. Ах, да! Инари - лисица. Поэтому мой глаз не человеческий. Это её глаз. Её сущность дремлет во мне, но её силы, позволяют мне видеть не только мир живых, но и мир мертвых. А еще прошлое, будущее и души людей. Поэтому... - Юкио будто бы пригвоздил Фридриха своим взглядом. Левый глаз японца переливающийся серебром, с черным вертикальным зрачком и вправду походил на глаз нечисти, впрочем, он был так же пугающе красив и мог свести с ума. Искоса глянув на Ками, Мисима неумышленно спугнул пса, который скуля умчался прочь из спальни. Животные способны как никто другой ощущать внутреннее превосходство одного существа над другим.
- Фрид-сан, когда Юкио-чан увидел тебя в первый раз, меня тронула твоя душа. Она чистая. Но в ней полно грусти и сожалений. Ты отталкиваешь от себя людей не потому, что злой и хочешь быть один. Ты боишься одиночества, но еще больше, ты боишься снова стать кому-то близок, а потом все потерять.- Юкио договорил, а после его бросило в жар. Неясно отчего, но все тело начало гореть. Его качнуло в сторону и он упал на Фридриха ослабленный. Нет, это не была простуда или еще что-то легко поддающееся логическому обоснованию. Скорее в Мисиме отозвалась изголодавшаяся по человеческой энергетике коварная лисица. 
- Фрииид-сан, - слабо протянул Юкио, горячо выдыхая в шею напарника. - Юкио как-то странно себя чувствует...

Отредактировано Simon Lloyd (2015-11-29 22:20:49)

0

29

[AVA]http://s1.uploads.ru/FjVGf.jpg[/AVA] [NIC]Friedrich Lehmann[/NIC]
Фридриху было очень сильно не по себе, когда он рассказывал Юкио о том, что с ним произошло. Как ни старался забыть, забыться, у него ничего не получалось. Более того, он практически никому и никогда не говорил о том, что произошло тогда. После смерти Марка Леманну казалось, что все те, кого он любит, кем дорожит и за кого боится, все умирают. И он ничего, ничегошеньки не может сделать.  И осознание этого становилось самым страшным для американца. А про свой так называемый дар он тем более никому не рассказывал, просто тихо мучился сам. А после того, как в его жизни появился Юкио, то случилось нечто странное: вроде бы даже его дар стал проявлять себя несколько более ровно, и Фридрих не сходил с ума от внезапных вспышек. Американец не понимал, воздействие ли это энергетики Мисимы, или же он сам как-то научился контролировать сам себя, но вот то, что дар не причинял ему такую боль и такое моральное потрясение всякий раз - это было совершенно точно. А сейчас...сейчас он неосознанно, точнее совершенно осознанно, только вот внезапно рассказал напарнику о том, откуда взялся этот самый дар. И чувствовал себя при этом вроде бы легче оттого, что перед ним сейчас сидел человек, который его понимал. Который и сам был настолько странный, что Фрид порой и сам не мог предугадать, что в тот или иной момент выкинет Юкио. Только это не отталкивало. Потом, когда Леманн привык к Мисиме.
- Ты сказал, что мне был дан второй шанс, - Фрид тяжело вздохнул, словно собираясь с силами для очередного душещипательного рассказа. Да, у него была еще одна тайна, но эта тайна была гораздо более личного характера. Марк для него был больше, чем просто друг и напарник. Но американец благодарил все высшие силы за то, что этих нюансов Юкио в нем не разглядел. Потому что если бы Мисима увидел, чем именно занимались в свободное время Фрид с Марком, то обходил бы напарника за три километра. В особенности после того, как он увидел, что делает с мужчинами его китайский собрат. Но сейчас именно об этом Фридрих старался не задумываться, а то мало ли Юкио еще и мысли читает вкупе с видениями из прошлого и будущего. Хотя выглядел напарник сейчас мягко скажем не очень хорошо. - Возможно это так и есть. Просто проблема в том, что вместе с этим шансом мне было дано нечто, с чем я до сих пор не научился справляться в полной мере. Мне никто не рассказал, не объяснил, что я должен делать с этим даром или проклятием, как я его называю. Я понимаю прекрасно, что я несу полнейшую чушь. Но я клянусь, что пока не встретил тебя, думал, что я какой-то прокаженный. Пожалуйста не воспринимай это как личное оскорбление, мне просто очень сложно все это объяснить адекватно, - он несколько нервно сжимал простынь в пальцах, то смотря на Юкио, то отводя взгляд. Причем отводил он его зачастую, хотя привык практически всегда смотреть в глаза, что бы ни было. Но складывалось ощущение, что находится он на какой-то своеобразной исповеди, кое, конечно, их разговор не являлся.
Но, видимо, сегодня звезды сошлись каким-то чудесным образом, что и Мисима решил поведать ему свою несколько странную, но довольно интересную для Фрида историю. И сейчас Фридрих впервые взглянул в глаза Юкио. Он словно застыл на месте. Но почему-то не боялся ни капельки. Этот взгляд, словно он смотрел в глаза какому-то неведомому зверю, он зачаровывал, словно приковывал к месту, парализовал волю, гипнотизировал. Наверное так чувствует себя кролик, когда смотрит в глаза удаву. Но вот только тем самым кроликом Леманн никак не хотел быть. Мужчина моргнул раз, другой, потом тряхнул головой, словно сбрасывая с себя оцепенение, слегка прикусил губу, чтобы легкая боль хоть немного отрезвила. Дослушал все, что рассказал ему Юкио. Это было похоже на какую-то своеобразную сказку с элементами мистики. Но японец говорил настолько серьезно и настолько откровенно, что язык не поворачивался обвинить его во лжи или преувеличении. Потому что его глаз явно не был линзой или не настоящим. Если человек такое увидит, сразу упадет в обморок. И после всего Юкио сказал такую фразу, от которой впору было упасть в обморок самому Фриду. Он словно в воду глядел, но не понимал, пока что не понимал, как был прав в очередной раз. Леманн сглотнул.
- Мне кажется, любой человек боится потерять близкого человека, - попытался он перевести тему, как вдруг Юкио пошатнулся и почти что завалился на него. И тут же Фрид почувствовал, на сколько горит парень. Может быть он заболел? Истинная причина жара была американцу неведома. - Ю...Юкио, что с тобой? Тебе нужно лечь немедленно, - вдруг резкий укол где-то в области сердца, ощущение слабости, какой-то тоски и грусти. Словно из него выкачивают позитивные эмоции и силы. Это нехорошо. - Ложись, кому говорят, - с применением некоторой силы Фрид уложил Мисиму обратно в кровать, укрывая его одеялом и усаживаясь рядом. Происходило что-то очень странное, не поддающееся логическому объяснению.

+1

30

[AVA]http://s010.radikal.ru/i311/1507/da/432581e1c255.jpg[/AVA]
[NIC]Misima Yukio[/NIC]

Мисима чувствовал себя крайне странно. Все его тело пронзила волна неясного жара, который невозможно было причислить к обычной горячке. С ним такого никогда не было. Соображай он немного яснее, мог бы хотя бы с трудом, но догадаться, что за пару часов проведенных в непосредственной близости с напарником, он касался его. Касался в открытую без защиты. Это как секс без презерватива - без него ты рискуешь стать очередной жертвой какой-нибудь инфекции передающейся половым путем. Прикосновения Фридриха были сродни той самой инфекции. Его пальцы касались практически девственной кожи японца, отдавая ему свое тепло, свои духовные частички, что проникли глубоко в естество Юкио и слились с жадной душой дремлющей лисицы. Ей понравился Леманн и она возжелала большего. Странный жар был ничем иным, как страстным возбуждением. Японец был девственником, ему ранее не были знакомы плотские желания. А Инари косвенно сбрасывала его в темную бездну, которая так и норовила поглотить малыша Юкио. Такого взрослого, но такого посредственного малыша Юкио.
- Фрид-сан, внизу, тяжело...- уложенный напарником в постель, Юкио содрогнулся под одеялом и крепко сжал рукой пах и то, что там горело и твердело. Влажные волосы растрепались и рассыпались по подушке, которая источала до невозможности приятный запах Фрида. Мисима уткнулся носом в подушку и приоткрыв рот в полустоне, глубоко вдыхал этот самый запах. Парень окончательно потерял голову и его уже мало заботило недавнее чувство стыда перед дражайшим напарником. Кажется, Мисима хотел, чтобы Леманн снова прикоснулся к нему. Хотел так сильно, что сам сделал первый шаг и нерешительно обхватил руку Фрида своей холодной ладошкой. Его пальцы желали переплестись с пальцами напарника. Это было так непорочно и так романтично, что полностью соответствовало робкой натуре Юкио. Японец медленно повернул голову и сквозь растрепанную челку въелся молящим взглядом своих звериных глаз в глаза опешившего Леманна.
- Фрид-сан, Юкио болен? Рука Фрида-сана такая теплая и большая, Юкио-чан не хочет отпускать её. Это плохо? - с придыханием спросил Мисима у напарника, затягивая его руку под одеяло и прижимая к сердцу, которое бешено колотилось о грудную клетку. Одежда на Юкио сбилась и задралась, оставляя под одеялом голые участки трепещущего в истоме тела. Он крепко сводил бедра и весь сжимался, боясь, что его разорвет на части пылающий в каждой его клеточке дикий жар. Он смотрел на Фридриха виновато, с мольбой и с каким-то удивительным чувством обожания. Как-будто он был дикой запуганной собачонкой, нашедшей в лице случайного прохожего желанного хозяина.

Отредактировано Simon Lloyd (2016-01-02 00:34:07)

+1

31

[AVA]http://s1.uploads.ru/FjVGf.jpg[/AVA] [NIC]Friedrich Lehmann[/NIC]
Конечно же Фридрих мало понимал, что сейчас происходит с Юкио, в особенности после того, как тот обрушил на него такой поток информации, что, вероятно, требуется еще как минимум пара дней, чтобы все это осознать и переварить. Но агент конечно же не собирался бросать в одиночестве своего напарника даже после таких известий, только для того, чтобы осознать - все, что ему недавно сообщил Мисима - чистая правда. Которая отныне будет доступна только им обоим. Поскольку если об этой "правде" узнает еще кто-то, то вполне возможно, что обоих упекут в психушку на долгие годы. Причем посадят по разным камерам с мягкими стенами, дабы психи не нанесли себе еще большего вреда, чем могли бы. При одной мысли о психбольнице Леманну стало очень сильно не по себе. Он тяжело вздохнул и снова уставился ошалело на Юкио, которого всего трясло. Как ему помочь? Проблема только, что Фридрих не понимал, то ли напарник заболел и это проявление какой-то болезни, то ли его так колбасит по другим причинам.
Словно демон, который сидит где-то глубоко внутри него, пытается выбраться наружу. Экзорцист из меня никакой ровным счетом, хотя я вполне неплохо знаю латынь, но вот только подобными обрядами никогда не занимался. Чую, с моим напарникам мне придется изучить и эту науку. Плакала моя спокойная жизнь отныне.
Однако после того, как японец сообщил о том, что ему тяжело внизу, Фрид перевел взгляд на одеяло и на очертания под ним, замечая, что парень обхватил рукой пах и весь согнулся. У американца немного нервно дернулся левый глаз. Так у него вовсе не болезнь, а выворачивает его, похоже, от желания. Но почему именно сейчас? Неужели... Агент выпрямился и сглотнул ком, подступивший к горлу. В этот самый момент он встретился со звериным взглядом напарника, в котором уже очень отчетливо читался сексуальный голод, который требовалось срочно утолить. Нет, нельзя, он не совершит этой ошибки снова, не позволит себе вновь вспомнить о том, о чем старался забыть все эти долгие месяцы. Леманн бы отшатнулся от Мисимы, как от чумного, да какое там - парень вцепился в его руку совими ледяными пальцами, переплетая их и практически насильно заставил прикоснуться к своей груди, где так отчаянно стучало сердце. Фриду казалось, что оно вот-вот вырвется из грудной клетки, сломав ребра и вспорхнув, подобно птице, так отчаянно рвущейся на свободу. Еще немного, и его затрясло бы самого, но американцу стоило огромных трудов оставаться спокойным. Внешне. Внутри же его перетряхивало не меньше, чем Юкио.
- Н-нет, это не плохо, Юкио, - Леманн сам запинался, пытаясь подобрать слова и разъяснить напарнику то, что практически не мог. Влечение к представителю собственного пола? Да Юкио с ума сойдет, он почти что тронулся, когда увидел того китайца, кувыркающегося с амбалом в собственном магазине. А какими словами ему объяснять то, что происходит сейчас, Фрид не знал. Внезапно ему в голову пришла мысль, как успокоить парня или же заставить его совсем потерять голову. Фрид тряхнул волосами, упорно отгоняя ее от себя, да вот не получалось у него ничего. - Отпусти себя, и я скажу, что с тобой происходит, - американец наклонился над напарником, убирая прядь волос с его лица, шумно выдохнул и, казалось, что эту фразу он сказал самому себе, потому что следующим, что он сделал, был поцелуй.

+1

32

[AVA]http://s010.radikal.ru/i311/1507/da/432581e1c255.jpg[/AVA]
[NIC]Misima Yukio[/NIC]

Фридрих отрицает, что действия Юкио идут в разверз с тем, что принято называть "правильными" вещами. Он прямолинейно отвечает напарнику, что его желание не есть плохим. Впрочем, что плохого в том, чтобы держать руку дорогого человека? Держать её крепко и не желать отпускать. И не важно какие причины послужили предпосылкой взяться за эту руку, главное в другом. Осознание, что тепло этой руки способно утешить в трудную минуту одним лишь слабым нажимом - это главное. Но одного только утешения подсознательно желает Мисима? И какого рода утешения? И вообще, с какой стати утешать именно его, Юкио, а не скажем, Леманна, чью душу так нагло вывернул наизнанку гость из страны восходящего солнца! Если бы Мисима мог адекватно мыслить, он бы давно забился в угол и причитая, проклинал бы себя за столь эгоистичные порывы. Его вновь накрыла бы волна стыда за собственное недостойное поведение. Вот только в данный момент им частично овладела звериная сущность. Он отчасти был здесь, в комнате напарника, в его квартире, в его кровати и ощущал каждой клеточкой своего тела энергетику Леманна, которую Юкио не спутает не с чьей на всей огромной планете. Лишь отчасти он понимал, что говорит ему Фридрих. Хотя скорее понимал не слова, а улавливал отрывки мыслей, что вихрем роились в голове напарника. Он был взволнован, его обуревали сомнения, он будто бы сдерживал в себе какие-то неясные Юкио чувства. Фридрих вел внутреннюю борьбу с самим собой, и когда он вроде бы решился на какой-то ответственный шаг, то пошел в разрез собственных предубеждений. Кажется, он хотел этого пятьдесят на пятьдесят. Словно одна сторона его сердца желала чего-то запретного, а вторая не хотела идти на риск. Всю эту внутреннюю борьбу Юкио видел словно воочию. Вот он, Юкио, стоит посреди огромного бескрайнего поля и видит, как Фридрих отчаянно вопит и мечется из стороны в сторону, прося о помощи неведомых сил. Прося о совете - как поступить? Юкио видел эту борьбу, вперившись своим лисьим оком в глаза Леманну, что смотрели на него также отчаянно, как это было в его собственных мыслях. А потом отчаянье сменилось на какой-то волшебный контраст из тепла, доброты и нежности. Ну и еще чего-то, чего Мисима в жизни никогда не ощущал. Его ввела в заблуждение последняя сказанная Фридрихомфраза. Он попытался понять её смысл, разбирая предложение на отдельные слова. Иногда ему был неясен весь смысл американского наречия.
- Отпустить себя? - попытался было уточнить японец, слабо вздыхая и не сдерживая тихого стона. Но прежде чем Фридрих ему что-то объяснил, рука напарника ласково коснулась щеки Юкио, а после, губ маленького человечка с заточенным в нем зверем коснулись губы мужчины. Все что успел запомнить Юкио, это то, что у Леманна были сухие, теплые и мягкие губы. Поцелуй был непродолжителен, но и этого кратковременного порыва хватило, чтобы Мисима немножко пришел в себя. Он весь зарделся и испуганно спрятал лицо за трясущимися ладонями. Ну вот наконец, до него хоть немного дошло, как откровенно он повел себя при напарнике. Впрочем, нельзя сказать, что смущение Юкио повлияло на его разгоревшееся желание. Возбуждение подступало толчками и пульсировало на уровне паха. Все же он был далеко не ребенком, в нем просто лениво дремал настоящий мужчина. Стеснительный и робкий, которому следовало перестать прятаться за тенью паронормальных существ и демонстрировать всячески нехарактерную взрослому человеку чудаковатость.
- Фрид-сан! Юкио-чан точно заболел. Юкио жарко и больно. А теперь и Фрид-сан заразился. Что-то странное происходит. На нас наверное скверна. Или...Или это проклятие...Это все мой глаз! Юкио не хотел причинять зло Фрид-сану...Прости! Прости!- Юкио замотал головой хныча и постанывая, переходя с английского на японский. Ему было страшно от того, что с ним происходит. Но больше всего его пугало то, что он может как-то плохо повлиять на дорогого человека, что не отходил от него ни на шаг. Поцелуй Фридриха он не расценивал, как знак каких-то чувств. Скорее, как проклятие, которым Юкио наградил его.

Отредактировано Simon Lloyd (2016-01-04 00:01:31)

+1

33

[AVA]http://s1.uploads.ru/FjVGf.jpg[/AVA] [NIC]Friedrich Lehmann[/NIC]
Сейчас Фридриху было очень сложно, потому что он боялся сделать неверный шаг, боялся спугнуть трясущегося напарника еще больше. Шутка ли - в первое время обходить Юкио чуть ли не за километр, а сейчас вот просто взять и поцеловать его, чтобы хоть как-то успокоить то возбуждение, которое сейчас владело им безраздельно. Вот только не знал, что этим своим жестом сделает еще хуже, чем было. По крайней мере ему так казалось. Даже несмотря на то, что Леманн сторонился Мисиму продолжительное время, а тот бегал за ним, словно собачонка, сейчас будто бы все внезапно изменилось. И Фрид не особо понимал, почему все так. Возможно потому, что, как говорится, время лечит. Он забылся, слегка забылся от того ужаса, который им владел последние несколько месяцев, переключаясь на нового напарника, которого ему поставили в добровольно-принудительном порядке. Более того, у них были одни цели, которые немного их сплотили, в особенности, текущее расследование с жесточайшим убийством маленьких детей. Потом проявления дара Фрида усилились, и Юкио стал ему объяснять, что это вовсе не проклятие, а тот свет, что якобы содержит внутри себя Фрид, должен помочь душам людским найти свой правильный путь туда, где им надлежит быть. Типа Фридрих - их своеобразный проводник. А сегодня все случилось так, что Юкио смог увидеть частичку самого болезненного прошлого Леманна, к счастью, не все, но довольно большую его часть, вследствие чего второму пришлось признаться практически во всем, что было. И это несколько странный прилив возбуждения несколько пугал американца, но вместе с тем он ощущал, что его что-то тянет к Юкио, но он старался всячески себя одергивать, боясь повторения прошлых ошибок и боясь новой более страшной потери.
Что же мне сейчас делать? У меня ведь нет никого ближе, чем Юкио, как бы не было мне странно это осознавать. Моих родителей давно не стало, я сам по себе, а Юкио стал настолько неотъемлемой частью моей жизни, что и представить себе большего я не могу. Его как-то тянет ко мне, и я ощущаю взаимность, вот только боюсь так, как не боялся очень-очень давно. Что, если я вновь совершу ту ошибку и не смогу защитить дорого мне человека? Тогда я просто всажу себе пулю в лоб и будь, что будет. Существовать в одиночестве мне не под силу, как бы я не пытался рыпаться.
- Постой, Юкио, успокойся, я тебя прошу. Это не зараза и не проклятие, все объяснимо вполне себе обычными вещами. Ну, - Фридрих слегка отстранился, наблюдая за тем, как напарник, смущаясь, закрыл лицо ладонями и затрясся пуще прежнего. Смущался, да, но, казалось, что поцелуй, которым его одарил Леманн, не был ему противен. Веротяно даже он сейчас и не вспомнил о том, что видел тогда в магазине у китайца, имя которого Фридрих забыл очень быстро, потому что оно ему было ни к чему. - ну, если не брать в расчет тот факт, что у тебя приступ возбуждения, и то, что мы оба одного пола. Поэтому ты мне ровным счетом не причинил никакого зла и я... Я мог бы тебе помочь избавиться от этого жара, - ляпнул так ляпнул, приблизившись чуть ближе. Фриду очень не хотелось пугать Юкио еще больше, чтобы он вообще перестал с ним разговаривать, но вот только все дело в том, что он не успокоится до тех пор, пока не отпустит себя, как и сказал Леманн. - Просто...нужно сделать то, что ты хочешь, хоть и отвергаешь это всем своим существом, - американец протянул руку, снова ласково касаясь щеки парня и мягко поглаживая его кончиками пальцев, не утягивая снова в поцелуй, а просто прикасаясь к нему, несколько кривовато, но довольно улыбаясь.

+1

34

[AVA]http://s010.radikal.ru/i311/1507/da/432581e1c255.jpg[/AVA]
[NIC]Misima Yukio[/NIC]

Впервые Юкио отказывался верить Леманну. Он самозабвенно верил в несуществующую болезнь, которая резко одолела его и могла перейти на Фридриха. Все неизвестное с легкостью пленит человека, захватывает, но также легко может напугать. Если бы Юкио раньше сталкивался с подобной проблемой, то безусловно он не вел бы сейчас себя настолько глупо, он не строил бы из себя невинную жертву собственного помешательства. Более того, знай он о таких особенностях своего тела, то вообще не допустил бы, чтобы Фридрих видел его в состоянии возбуждения, о котором несколькими мгновениями позже, намекнул ему сам американец. Услышав слово "возбуждение", Мисима быстро накрыл рот ладонями, будто бы из его уст сейчас сорвется какое-то нехорошее слово. Он смотрел во все глаза на Фрида, как вдруг в его памяти мелькнуло воспоминание из далекого прошлого, когда Юкио был еще подростком и только начинал карьеру в токийском отделении ФБР. На его долю выпало расследование дела об убийстве проституток из квартала Кабуки-тё в Синдзюку. Такой себе сиквел о Джеке Потрошителе, всколыхнул в то время японское общество. Тайный подражатель насиловал молодых девушек, а после уродовал до неузнаваемости их тела. Чтобы найти маньяка, Юкио пришлось работать с неупокоенными душами этих самых девушек. Он видел, чувствовал и ощущал на себе весь тот ужас через который им пришлось пройти. Тогда Мисима как бы косвенно столкнулся лицом к лицу с темой сексуальных отношений. В чем-то она его напугала, что-то было ему просто омерзительно. Ведь ему пришлось ощутить на себе не только последние минуты жизни жертв, но и их самые яркие воспоминания. Впечатлительный и ранимый, Юкио долго приходил в себя, а потом и вовсе вычеркнул для себя тему секса. Он казался ему истинным злом, которое опорочивает души людей. Какое-то зрелое зерно было в его убеждениях, но и безапелляционная категоричность вносила раздор в устоявшуюся теорию о том, что у человека существует пять звеньев основных потребностей: жрать, срать, спать, дышать и трахаться. Без всего остального он так и быть проживет. За страхом и омерзением наступило какое-то обратное развитие психики. Юкио перестал расти психически и морально. Поэтому не удивительно, что многие взрослые темы ему непонятны и кажутся странными. Он просто ограничил сам себя, боясь однажды перейти в эту жуткую и гадкую стадию развития человека, названную "зрелым". Он мыслит как ребенок: чтобы появились дети, мужчина и женщина должны пожениться (а дальнейшее развитие не важно); подростки целуются и держаться за руки (это значит встречаться); порно и эротика для тех кто еще не встречается или не женился, а вообще это стыдно. И так во всем и в том же духе. Но возраст Мисимы отнюдь не младенческий. И организм пашет так, как положено в его двадцать семь. Нет, он далеко не импотент, и эрекция по утрам посещает его регулярно. Просто он не занимается рукоблудием, а спокойно решает проблему стоя под еле теплым душем. И Юкио никогда не расценивал утренний стояк, как приступ возбуждения, о котором говорил Леманн. Он вообще не придавал ему значения. Это как сходить в туалет или зубы почистить - пустяк. Юкио никогда по настоящему не возбуждался. А сейчас...
- Сделать то, что хочет Юкио?- Мисима убрал ладони с лица, а Фридрих тут же принялся его нежно гладить кончиками пальцев. Он прикасался к щекам Юкио, к его губам и маленькому подбородку, а тот не отворачивался, даже неосознанно тянулся к Леманну. Для Юкио все это было каким-то странным сном, в котором Фридрих оказался совершенно не похожим на себя. Обычно такой серьезный и хладнокровный, Леманн вдруг стал проявлять к напарнику особое теплое внимание. И Мисиме от этого становилось еще жарче. Каждое прикосновение Фрида будто бы волной окатывало все тело Мисимы, который снова начал терять контроль над собой. Где-то на уровне подсознания японец слышал вкрадчивый и пылкий женский голос, который вторил ему: "отдайся". А он лишь слабо вздыхал и беспомощно таращился в глаза напарнику, от которого ждал какой-то помощи, но боялся о ней попросить.

+1

35

[AVA]http://s1.uploads.ru/FjVGf.jpg[/AVA] [NIC]Friedrich Lehmann[/NIC]
Фридриху было довольно сложно понять, что же делать дальше. Не сказать, чтобы он настолько уж сильно хотел Юкио, но все-таки организм берет свое, и когда гормоны бушую просто не по-детски, от этого начинает медленно, но верно сносить крышу. После смерти Марка какое-то время Леманн жил полнейшим затворником в плане удовлетворения своих сексуальных потребностей, однако же спустя какое-то время у него стали появляться любовницы на несколько ночей, но не более. С его образом жизни Фридрих вообще боялся связывать себя прочными отношениями с девушками, про мужчин тут и речи не шло, он стал обходить их чуть ли не за километр. У него была довольно-таки опасная профессия, где могли и подстрелить, и сделать инвалидом на все возможные места и вообще лишить жизни. А Фриду так не хотелось, что человек, который полюбит его, мучился потом всю оставшуюся жизнь. Поэтому был выбор между двумя вариантами: либо работа и ее последующая смена, или личная жизнь. А пока что семейным человеком Леманн себя не видел. да и о какой семье тут может идти речь, когда ему нравились не только женщины, но и мужчины? А сейчас...он просто боялся сделать что-то не так, что потом в дальнейшем оттолкнет Мисиму вообще не недосягаемое расстояние от него.
Действия и реакция Юкио означали только одно: у парня вообще никогда не было отношений, что тут уж говорит об интимных, которые являются одной из важнейших составляющих. Наверняка у него представление исключительно о взаимодействии между мужчиной и женщиной, иначе он не напугался бы так, увидев того китайца вместе с огромным верзилой, пыхтящим и ерзающим на нем. От воспоминаний Фридрих чуть было не поморщился, но вовремя сдержался. Просто ели он сейчас рванется, то испортит все на свете, но тем не менее он хотел, чтобы Мисима уже начал взрослеть хотя бы морально. Способ был выбран, конечно, сногсшибательный, но пока что иных вариантов Фрид не видел. По крайней мере до текущего момента Юкио ни разу его не оттолкнул, наоборот, он будто бы хотел продолжения, но искренне боялся того, что же будет дальше. Да и отношение Фридрих свое так внезапно переменил по отношению к нему. Меньше всего Фрид хотел, чтобы Юкио подумал, что напарник относится к нему, как к своеобразной игрушке. Но отступать сейчас было уже поздно.
- Именно так. Кажется, я понимаю, что с тобой происходит и мог бы помочь тебе в этом, но вот только вопрос в том, захочешь ли ты этого сам и позволишь мне оказать тебе эту своеобразную помощь, - Леманну казалось, что он несет полнейшую околесицу, но тот взгляд, которым одарил его сейчас Юкио, практически обезоруживал. Сейчас им никто не мог помешать, ни телефонные звонки начальства, ни даже Ками, который сидел в коридоре, и, казалось, боялся даже появиться снова в комнате хозяина, когда там находится этот странный демон в человеческом обличии. - Я не причиню тебе вред, я просто хочу, чтобы ты осознал, что все, что сейчас происходит, не так уж страшно и противно, как может показаться на первый взгляд. За одним лишь исключением, - о том, что этим исключением является их принадлежность к одному и тому же полу, Фридрих предпочел умолчать и, снова придвинувшись ближе к Юкио, вновь накрыл его губы своими, в этот раз углубляя поцелуй и слегка прижимая парня к себе. Как бы сильно он не боялся снова привязаться к очередному напарнику, который видел и понимал его настоящего, у Фридриха вроде бы даже и не было выбора. И он не хотел выбирать что-то или кого-то иного. Так происходит, значит это правильно. А парня стоит только лишь немного подтолкнуть к ответным действиям, и тогда, выплеснув всю накопившуюся в нем энергию и страсть, он сможет прийти в себя. Мягко, но настойчиво целуя молодого человека, Леманн второй рукой также аккуратно поглаживал его по плечу, после спускаясь по груди вниз к животу и задержавшись где-то в районе паха. У него бешено стучало сердце от предвкушения или осознания того, что перед ним совершенно неопытный парень. Но тем не менее Фрид безумно соскучился по этим ощущениям и не собирался останавливаться.

+1

36

[AVA]http://s010.radikal.ru/i311/1507/da/432581e1c255.jpg[/AVA]
[NIC]Misima Yukio[/NIC]

Если бы Юкио был человеком рационально мыслящим, а также в свои двадцать семь имел соответствующий его возрасту жизненный опыт, вряд ли он сейчас лежал бы под кем-то вроде собственного напарника. По логике вещей, которую любому человеку вталдычивают с самого детства близкое окружение и родственники, мужское начало совокупно лишь с женским. По логике гетеро окружения, в котором намного чаще дано рождаться человеку, а тем более японцу. Юкио рос в окружении с традиционными взглядами, хотя было в нем и исключение в виде кузена поправшего на все правила семьи. Но и Ли Чен со всеми его тараканами в голове был сторонником чистоты и непорочности любимого младшего кузена, а посему ограждал как мог инфантильного Юкио от порочного влияния окружающей среды в которой так много искушений. И пока Ли Чен на другом конце города спит и видит, как его милый Юкио-чан сосет во сне большой палец и мило хмурит брови от того, что на розовых пони нападают кровожадные драконы (все в тех же снах), Мисима лежит под Фридрихом и слишком откровенно вздыхает от каждого прикосновения напарника. Странно то, что при каких-то простых обстоятельствах Юкио стал бы паниковать и жутко смущаться, а сейчас, он просто смирно лежит и тяжело дышит, надеясь, что Фридрих и вправду ему как-то поможет. Его по-прежнему накрывали сильные волны жара, которые казалось вот-вот иссушат все его тело. Хотелось раздеться. Снять с себя всю одежду и зарыться с головой под прохладные простыни. Глядя перед собой, Юкио мог видеть только лицо Фридриха. Он казался японцу самым важным человеком на земле. И причины здесь попросту неважны. Возможно, привязанность Юкио к Леманну несла под собой скрытый смысл, а еще мотив. Возможно, он подсознательно хотел того, что происходило с ним сейчас.
- Фрид-сан, Юкио не противно. Юкио страшно, но не противно. - замотал головой Мисима, а когда Фридрих оборвал свою речь на полуслове, губы парня снова были взяты в плен, теперь уже самым настоящим и взрослым поцелуем. Вот тут-то до Юкио и начало понемногу доходить, что все их с напарником предыдущие действия несли под собой не совсем безобидный дружеский подтекст. Фридрих стал вести себя совершенно иначе. Активнее. Серьезнее. Он так целовал Юкио, что у парня воздуха в легких не хватало, сил не хватало сделать один единственный вдох. Толи от недостатка кислорода в мозгу, толи от нахлынувших эмоций, голова японца шла кругом. Он слабо ухватился за плечи Леманна и весь задрожал, выпуская в рот напарника томный стон. Казалось, что Фридрих целует Мисиму целую вечность. Лишь изредка на какую-то сотую долю секунды он отрывался от губ парня, чтобы тот не задохнулся от хищного напора американца. А потом поцелуй становился еще увлекательнее и пылче. От прикосновений Фрида к паху, Юкио невольно издал глухой крик, перешедший в долгий стон. Он раскрыл широко глаза, беспомощно глядя на увлеченного процессом напарника. Кажется Фридриху не было противно. Так почему же он говорил, что противно могло быть Юкио? Стыдно признавать, но кажется Мисиме никогда раньше не было так хорошо. Какие-то новые ощущения, ранее не изведанные, более того, накрепко запертые под прессом психического барьера.
- Фрид-сан, жарко...- слабо протянул парень, кусая раскрасневшиеся губы, когда Фридрих сильнее прижал его к себе. -
Что же происходит? Разве так может быть, Фрид-сан?

+1

37

[AVA]http://s1.uploads.ru/FjVGf.jpg[/AVA] [NIC]Friedrich Lehmann[/NIC]
Закончить все это, остановиться или же продолжать, но уже чуть более настойчиво, нежели прежде? Потому что прелюдия, хоть и безумно приятна, но не могла же она длиться целую вечность? А Леманн хоть и был человеком довольно-таки терпеливым во всех смыслах этого слова, но тем не менее он прекрасно знал о том, что в плане секса надолго его не хватит. В том самом смысле, что если он сам проявил инициативу, то он все равно возьмет свое, чего бы это ему не стоило. Но сейчас все капитально осложнялось тем, что перед американцем находился довольно взрослый уже парень с наивным взглядами на жизнь и еще ни разу не имевший сексуальных отношений не то, что с мужчинами, но и как полагается любому нормальному мужчине - с девушками. Это было несколько печально, поскольку ранее Фрид хоть и связывался с девственницами или девственницами, которые потом избавлялись от этого наименования, но сейчас что-то его тормозило. Возможно, боязнь причинить боль, которая конечно же будет, но к которой можно будет привыкнуть, и которая в дальнейшем смешается с наслаждением и о ней можно благополучно забыть. Но тем не менее Фридрих видел, что Юкио тянется к нему, не отталкивает, хоть и боится, о чем японец минутой позже и признался Фридриху.
- Не бойся, Юкио. Я не причиню тебе зла, я обещаю. Кроме нас здесь никого нет и не будет, а ты просто делай то, чего так настойчиво требует твое тело, - от легких, но довольно чувствительных поглаживаний вдоль паха, Мисима издал протяжный стон, от которого у Леманна чуть не снесло крышу, потому что ему безумно хотелось, чтобы парень стонал также, когда будет уже окончательно находиться под ним. И он обязательно сделает все, для этого необходимое. Фриду было до жути неудобно самому находиться в одежде, но сначала следовало избавить от нее Юкио, который, казалось, весь горел, потому что жар, исходящий от него, был подобен пламени что ли. Поэтому буквально через минуту американец стал расстегивать рубашку напарника, снимая ее и отбрасывая в сторону, после чего принялся за ремень брюк и за молнию на них. Все слишком медленно, хотелось рвануться и, опрокинув парня на спину, продолжить истязать его в самом хорошем смысле этого слова, но ни в коем случае нельзя было торопиться, и Фридрих буквально твердил это мысленно самому себе. О, если бы Юкио умел читать мысли, то он стал смущаться бы гораздо сильнее, нежели сейчас.
- А будет еще жарче, это только начало. Просто отдайся этим ощущениям и сам попробуй сделать то, чего никогда не делал раньше. И просто не бойся, - откуда в нем взялись эти нежность и забота? Все потому, что Мисима мельче, младше, неопытнее, отчего цель в лице него становится для Фрида гораздо более соблазнительной? Пока что и сам Фридрих не мог разобраться в своих чувствах, однако был полностью уверен в том, что обязательно разберется. Но несколько позже. Сейчас же он вновь придвинулся ближе к Юкио, прикасаясь губами уже не к его губам, а к шее, целуя медленно, но настойчиво, двигаясь ближе к уху и к той голубоватой жилке, что так отчаянно пульсирует. Сам же легко потирался о него, чуть ли не постанывая от болезненного напряжения в паху.

+1

38

[AVA]http://s010.radikal.ru/i311/1507/da/432581e1c255.jpg[/AVA]
[NIC]Misima Yukio[/NIC]

От сказанных Фридрихом фраз Юкио вконец растерялся. Из всей мешанины слов, которая несносным американским сленгом обрушилась на голову японца, он выделил для себя всего парочку фраз. "Не бойся" и "делай то", ну что ему якобы хочется. Мисиме было сложно сосредоточится на своих желаниях и вообще понять язык собственного тела, которое отказывалось жить по прежним правилам. Изнутри его распирал жар и сильное давление. Парень пытался мысленно связаться со своим верным духом-хранителем Инуичи, но тот не показывался и молчал, как партизан. Правда чего он думал добиться от бестелесной оболочки, которая пусть и имела форму лиса, но видеть его мог только Юкио - вопрос. Как-будто Инуичи мог ему чем-то помочь или совет дельный дать. Впрочем, даже духу известны все таинства человеческой сущности. Открыть глаза своему подопечному на происходящие с ним метаморфозы он вполне мог бы. Вот только зачем вмешиваться в мирское? Пусть и с запозданием, но девственности лишится Юкио мог бы и без участия хранителя. Так считал Инуичи, который на самом деле по воле матери ненадолго оставил подопечного и вернулся в мир духов, пить саке с друзьями екаями. Не хватало ему еще с благовониями стоять над парочкой и мантры читать во имя ихнего первого раза. Гм, шутки шутками, а дело все же медленно, но сходило с мертвой точки. Леманн был настроен решительно. Будь Юкио опытным в плане секса, мог бы легко догадаться, что у напарника давно никого не было. Да, Фридрих был напористым, активным и последовательным, но все же в его телодвижениях ощущался нерв. Боялся ли он за милого аниме-парня, которого собирался жадно поглотить или же ему просто крышу срывало от длительного воздержания, но нервозность в действиях американца была ощутима словно электрический ток. И так каждое его прикосновение пульсируя передавалось Юкио. Когда он раздевал напарника, Юкио заметил, как дрожали его руки. Никогда Мисима не видел Леманна такого взволнованного. Сколько же эмоций за одну ночь пришлось прочесть на лице напарника японцу. И виновник этих молниеносных эмоциональных перемен лежит практически парализованный собственным бездействием и нерешительностью. А ведь Фридрих говорил ему - не бойся и делай.
Что же должен делать Юкио-чан? Может быть...Может быть тоже, что и Фрид-сан?
Юкио сделал попытку прикоснуться ладонью к лицу Фридриха, но тот не заметив нерешительный жест парня, жадно впился в его шею, продолжая попутно стягивать с ошалевшего от новых ощущений Мисимы, рубашку. До этого момента поцелуй в губы был каким-то верхом волшебного состояния глупого Юкио. Не сдерживая собственный голос, Юкио надрывисто постанывал, кусая губы и зажмуривая до боли глаза. А Фрид все неистовее целовал его, изредка даже кусая и будто бы засасывая белоснежную, то тут то там покрытую редкими родинками кожу. Американец намеренно избавлял напарника от всей одежды, весьма ловко, умело снимая вещь за вещью так, что Юкио не успевал отслеживать этот процесс и перечить ему. Когда Фридрих касался губами и языком сосков парня, тот чуть ли не заплакал. Не от боли, нет. Просто ему было невыносимо хорошо и так приятно, что где-то глубоко в душе весь его смиренный образ разбивался на тысячи осколков. Ему было так неловко и стыдно...Но вместо того, чтобы останавливать Леманна и ругать себя самого за такое низкое поведение, Юкио изо всех сил жался к напарнику и предпринял первое решительное действие со своей стороны. Он ухватился за кофту Фрида и потянул её на себя, желая снять. А после, оказавшись как нельзя близко к телу напарника, ощущая уже настоящий, без преград жар исходящий от него, Юкио крепко ухватился за широкие плечи Фридриха и найдя вслепую его губы, так как стыдился смотреть в глаза человеку, на чье тело даже в душевых спец отдела, в которые они ходили после тренировок, боялся заглядываться - впервые сам поцеловал.

+1

39

[AVA]http://s1.uploads.ru/FjVGf.jpg[/AVA] [NIC]Friedrich Lehmann[/NIC]
Фридриху не хотелось торопиться, точнее не то, чтобы не хотелось, он попросту не хотел пугать неопытного напарника еще больше, нежели до этого. Хоть Юкио от него не отшатнулся и на том спасибо. Поэтому раз взялся "обучать" девственника, необходимо было сделать все по совести и задвинуть собственные порывы куда-нибудь на задний план. Хотя он признавался в первую очередь самому себе в том, что от жгучего желания взять и подмять сейчас под себя японца ему хочется просто до безумия. Но после подобного отношения Мисима к нему не подойдет ближе, чем на пушечный выстрел, а им еще вместе работать. Поэтому американцу и приходилось терпеть, как бы тяжело это не казалось. Внутренне он уговаривал себя не торопиться, но, возможно от этой самой некой нервозности некоторые его движения были резкими. Но все-таки Фрид был доволен тому, что несмотря ни на что Юкио его не отталкивал. Боялся, конечно, это было заметно невооруженным взглядом, но, судя по всему, инстинкты брали и над ним верх. Конечно...вопрос был в том, что оба одного пола, но сейчас как-то не до этого. Видимо и сам Юкио не задумывался, поскольку если бы он вспомнил о кузене, то мог бы и оттолкнуть Фрида, забившись под кровать.
Я не причиню тебе вреда. Пожалуйста, доверься мне. Я больше не допущу того, что произошло между мной и Марком несколько месяцев назад. Я постараюсь сделать для этого все возможное и невозможное, чего бы мне это не стоило. Тяжело, но я постараюсь, правда.
Сердце стучало настолько сильно, что, казалось, правы были те, кто говорил о том, что в такие моменты оно готово просто-напросто выскочить из груди, подобно птице из надоевшей ей клетки. А до этого Леманн отключил все телефоны только для того, чтобы их никто не беспокоил. Конечно же он не подозревал о том, что все дойдет до таких последовательных или не очень действий, просто он хотел отдохнуть от всех потрясений, которые ему удалось пережить и которые навалились на него махом. И не только ему требовался отдых и разрядка. Причем разрядка во всех смыслах этого слова. Раздевая Юкио, Фрид ощущал, насколько сильно мешает ему собственная одежда, но конечно же он предпочел бы, чтобы от вещей его избавил сам Юкио. Мечты, мечты... Но никогда мечты, пусть даже такие глупые и маленькие могут стать явью, и вот уже буквально через минуту кофта американца уже также летит куда-то на пол. Синие глаза Леманна потемнели, а в тот момент, когда Юкио приблизился к нему и нежно прикоснулся губами к его губам, Фриду показалось, что его сердце пропустило пару ударов. Он аккуратно погладил парня кончиками пальцев по щекам, прижимаясь к нему и с удовольствием отвечая на поцелуй. Начало положено, Фридрих уже чуть ли не улыбался, но не рвался и дальше раздевать Мисиму. Он и так уже оставил его в тонком нижнем белье, а теперь прикасался левой рукой к его спине, нащупывая выступающие позвонки худощавого парня. Второй же рукой снова накрыл его уже до боли напряженный пах, также слегка ощупывая и тихо застонал сам ему куда-то в губы.
- Ласковый, - тихий шепот, а ведь Юкио и вправду все делал хоть и с опаской, но настолько ласково, что у Фридриха сносило крышу еще сильнее, чем прежде. Но раз сводить с ума парня, то останавливаться не следует, поэтому он скользнул пальцами под резинку нижнего белья, поглаживая уже напрямую разгоряченную кожу и слегка скрипнул зубами; ему самому в брюках становилось уже неимоверно тесно. - Тебе не противным мои прикосновения? - вдруг тихо вопросил он, дотрагиваясь до парня в самых чувствительных местах, как казалось ему, потому что по дрожи, по стонам и по движениям Юкио он машинально определял, что же нравится парню больше всего.

+1

40

[AVA]http://s010.radikal.ru/i311/1507/da/432581e1c255.jpg[/AVA]
[NIC]Misima Yukio[/NIC]

Пока в квартире Фридриха Леманна разыгрывалась самая настоящая постельная сцена с возрастным цензом и условными хэчтегами #blue#gaycuple#sex#, в припаркованном на подземной стоянке авто Фрида, под сидением, разрывался от громкого и эксцентричного j-рока телефон Юкио. Несмотря на глубокую ночь, их с Леманном работа не подразумевала под собой какой-то четкий график. Федеральные агенты обязаны были служить закону денно и нощно, вставать не с петухами, а жить по биоритму энергоемкой батарейки, которая способна заряжаться от любого энергоисточника. В их случае источниками были литры кофе, которое Юкио ненавидел за его горьковато-кисловатый вкус, а также энергетические напитки типа redbull и т.д. К слову, напитками баловался аниме-бой, а кофепоглотительством занимался Фридрих. По этому поводу у них часто возникают перепалки, так как и то и другое в больших количествах вредит здоровью. Они ругают друг друга за злоупотребление энергонаркотиками, но в итоге так и не приходят к общему знаменателю. От привычек как известно довольно сложно избавиться, а порой и невозможно. А возвращаясь к раскаленному и истеричному от звонков телефону Мисимы, следовало отметить - звонили из штаб-квартиры. Той самой, что располагалась в здании Эдгара Гувера в Вашингтоне.  История о детях "ангелах" быстро долетела до директора национальной разведки, так как имела просто таки животрепещущий характер и немыслимый порог жестокости. Тщетно, вот уже несколько часов подряд, секретарь директора пыталась связаться с уполномоченными особами, с Фридрихом и Юкио, на которых повесили груз ответственности за сложное по всем параметрам дело. Телефон Фрида был отключен, а Юкио, который при первой возможности вытаскивал из кармана свой коммуникационный гаджет, чтобы положить его на максимально допустимое место от собственного тела (японцы убеждены, что телефоны нельзя хранить близко к телу, так как они излучают вредное для организма радиочастотное электромагнитное излучение), в который раз забыл его в машине напарника. Поэтому парочка была отрезана от реального мира в прямом смысле, и вычислить их было реально только в том случае, если другие агенты нанесут визит в квартиру Леманна.
И пока директор национальной безопасности приходил в бешенство по причине наглой безответственности и наплевательского отношения к прямым обязанностям своих подчиненных, эти самые подчиненные налаживали контакт между собой. Их отношения  автоматически переходили из рабочих в более интимные. Назовем их просто - близкими. Мисима менялся на глазах. Наверняка, когда все закончится и ночь сменится хмурым утром, Юкио не раз словит бледного, прежде чем заговорить с Фридом и посмотреть ему без стыда в глаза. О нет! Стыд будет преследовать японца до конца его дней, а то и в загробной жизни. Хорошо, что Юкио не стал фантазировать по этому поводу в самый неподходящий момент, когда их с Фридрихом губы нежно соприкасаясь друг с другом, скреплялись чувственным поцелуем. Для Юкио весь процесс казался невыносимо томным и удивительно приятным. На вопрос Фридриха, противно ли Мисиме, когда напарник уже откровенно касается его самых "грязных" мест, японец кусая губы устремляет свой звериный взгляд куда-то в сторону и тихо, как-будто не желает признаваться самому себе, а тем более Леманну, произносит:
- Юкио хорошо...Фрид-сан, ты жестокий...
Юкио очень неловко, от того, что Фридрих с такой нежностью ласкает его в тех местах, которые принято называть грязными. И слово грязный здесь имеет совершенно иную окраску, сокрытый, глубокий смысл. Грязные они от того, что подталкивают людей в объятия порока. Но как он сладок, этот порок. Японец забывает как дышать, мечется на влажных простынях и безуспешно хватаясь за руки Фридриха, чтобы убрать их, приходит к мысли, что не хочет, дабы тот останавливался. Он то жадно глотает воздух комками, то тщетно прикрывает дрожащими ладонями рот из которого вылетают жалобные стоны. Изнутри его всего распирает от жара и кажется еще пары движений руки Фрида хватит, чтобы Мисима наконец кончил. Но неясно откуда взявшаяся эректильная выдержка, словно на член парня надели жесткую петлю, не давала Юкио и шанса первым излиться. От этого ему было больно, а тело жадно требовало чего-то большего.
- Пожалуйста, Фрид-сан, - взмолился парень, обнимая напарника за шею и шепча ему словно тайно на ухо, - сделай со мной что-нибудь...

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Paranormal story