Луиза откровенно забавлялась, чувствуя податливые мягкие губы незнакомой...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » protection


protection

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

brook & guido
14/08/2015
20:33

дом Гвидо Монтанелли
http://funkyimg.com/i/ZAr3.png
.......................................................................

солнце чёрствое, словно краюха хлеба,
и война, застывшая на холстах...
и так низко кажутся люди, крыши,
город словно рваное полотно.

этот город больше не считается для нее любимым и самым солнечным.
здесь больше она не чувствует себя как дома.
бюджетные, денежные проблемы вынудили ее вернутся в край, подаривший ей столько боли и отчаяния.
в прочем, деньги не пахнут, для семьи и ее благополучия Рей Джордан отныне готова пойти на все.

Отредактировано Brooklyn Jordan (2015-07-29 21:22:47)

+2

2


     Меня всегда считали невыносимой и ветреной девушкой. Знаете, мол эта Бруклин Джордан совершенно ничего не смыслит в серьезной жизни. Ее всегда интересовала исключительно выпивка, гулянки, и этот ее громкий, шумный, отвратительный панк-рок. Забавно. Смешно. Миленько. Почему эти людишки считают, что только взглянув на тебя одним глазком, они уже знают тебя как облупленную? Какого черта я получила этот ободранный, обглоданный чужими сплетнями ярлык глупой овечки? То, что я стараюсь смотреть на жизнь с неким позитивом, легкостью и наивностью - совершенно ничего не значит. Мое нежелание сталкиваться с серьезностью, тоскливостью и серостью бренного мира не делает из меня дуру. Мой позитив, умение жить и прожигать свою жизнь, во всем находить плюсы и радоваться даже проезжающим мимо синим машинам - господи, по моему именно в этом есть тайный, но гениальный скрытый смысл всего нашего существования. Беда приходит именно в тот момент, когда ты теряешь эту способность. Способность видеть, способность чувствовать хоть что-нибудь. Но весной этого года меня буквально накрыло вакуумом. Скрыло от чужих глаз, заставляя залечь на дно и отчаянно верить в то, что однажды меня отпустит. Будет легче, ты проходила через это Бруклин несколько раз, и теперь ты справишься снова. Но увы, сердечные раны не заживали, я истратила весь свой талант выбираться из такого рода дерьма.
     Весна этого года. Для кого-то это время стало волшебным и памятным, когда жизнь радостно щебечет тебе на ушко о новых возможностях, приятных знакомствах, радостях и удачах, которые поджидают тебя на каждом шагу. Что на счет меня? Двадцать шестого марта мой мир рухнул. Я потерпела крах, проиграла в войне, тихой, холодной, медленной, но убивающей меня изнутри. Человек, которому я посвятила всю себя, подарила ему свою душу на фарфоровом блюдце оставил меня одну. И в ту секунду все разрушилось - мои вечные глупые мечты об идеальной семье, которой у меня никогда не было. Все мои иллюзии, глупые фантазии: огромный просторный дом, детский смех в каждой комнате, суета домашних животных, ароматы горячей пиццы с кухни, редкие гастроли, уикенды в горах, рождественнские подарки - все полетело к чертовой матери, растопталось, разорвалось на мелкие клочья и было выпущено в дымовую трубу. ПОШЛА ТЫ НА ХУЙ, ДЖОРДАН, СО СВОИМИ МЕЧТАМИ. Как ты вообще смела возомнить, что у тебя, жалкой нищебродки выросшей на улице, без опеки, без должного воспитания есть шанс на нормальную жизнь? Ты смеешься? Ты действительно надеялась получить все так просто? Малыш, мы не в сказке. Принцев не существует. Хотя нет, Рендал был идеальным принцем, но увы, ты стала для него совершенно не подходящей принцессой, и ничем: ни собой, ни рожденным ребенком ты не смогла его удержать.
     Он ушел, оставляя меня с разбитым сердцем - спокойный, рассудительный, моя личная опора. Мужчина, за которым я была готова ринуться и в огонь и воду. Ушел меня, оставил в раздавленном хозяйственным бытом доме - оставил меня с жизнью, о которой я никогда не мечтала: отчаянной домохозяйки, затравленной, дикой, ненужной. Ожидающей любимого с вкусным ужином и сталкивающаяся с его постоянным игнором. Смешно. Мне изменили с работой. Иногда я думаю, что лучше бы это была длинноногая красивая женщина, быть может тогда я не чувствовала бы себя такой ущербной?
     Время шло. Находится в Сакраменто с каждым днем, с каждым часом становилось все невыносимее - здесь не осталось никого, кто смог бы оказать мне необходимую поддержку. Я не писала Макс, не писала Шерон - как-то пьяная пыталась пробраться в дом к Тайлеру, но мне никто не открыл. Неделю обитала у Остина, заполняя его счастливую, веселую жизнь своей горькой депрессией. А затем рванула с отцом в Сан Франциско - бросила все: работу, знакомых, группу. Свою мелкую квартиру, большую часть вещей - господи, да мне хотелось спалить все, что хоть как-то могло напоминать мне о прошлом. Подаренное Ромой колечко я выкинула в окно, когда в очередной раз в приступе страдальческой агрессии проклинала весь божий свет.
     Застой. Пустота. Единственное, что у меня хорошо получалось - стихи и песни. Без конца наполняли мою голову, еще больше нагнетая пасмурную обстановку в квартире. Надо мной постоянно сгущались тучи - Дезмонд выделил мне отдельную комнату в своей квартире, на время забирая на себя всю ответственность и занятость Джоан. Я словно впала в кому, понимаете? Я не говорила, не ела, практически не выходила из своего угла, лишь каждый вечер заползала в постель к дочери, чтобы прочитать ей сказку, поцеловать перед сном и уснуть рядом с ней, зарываясь носом в пшеничные волосы.
     Лишь в июне я более менее вернулась в норму. Выходила из своей скорлупы, выбиралась из вакуума в реальный мир. Научилась делать вид, что все нормально - разговаривать, фальшиво улыбаться, делать дела. Отец пытался отправить меня к психотерапевту, но я отказалась. Не хватало еще чужим, незнакомым людям рассказывать о своих проблемах - говорить о них я не могла даже с близкими. И теперь я сама придумала себе терапию - в сложившейся ситуации только я смогу помочь себе: вытащить себя за волосы из этого болота, отвлечься. И я смогу устроить своей волшебной девочке самую яркую и волшебную жизнь - я не хочу, чтобы она чувствовала себя такой же жалкой, брошенной и одинокой, как ее мать. Нелюбимой. Забытой. Проклятой.
ххх
     Возвращение в Сакраменто стало спонтанным. Я не планировала этого, но выхода, как говорится, не осталось. Сан Франциско, не смотря на свои масштабы и большие возможности был для меня закрытым, непонятным и странным городом. У меня не было ни знакомств, ни даже жалкого понятия о том, в какие двери мне стоит стучаться, а в какие нет. Я выступала в некоторых ночных клубах, получала неплохие гонорары, но ни в одной звукозаписывающей кампании меня не принимали без демо-записей. Денег не хватало, жить на шее у отца мне было до безумия стыдно. Даже не так - непривычно. Этот человек появился в моей жизни совершенно недавно, его опека была для меня чем-то невозможным, странным и неправильным. Дезмонду приходилось непросто, но благодарность сваливалась на него в виде задорного смеха счастливой внучки. Вот уж кого он баловал без лишних раздумий и переживаний.
     Я хотела свой дом, хотела свою небольшую квартирку, где буду чувствовать себя комфортно. В безопасности. И с присущим мне эгоизмом и нетерпением, я хотела приобрести жилье в самые кратчайшие сроки. Разумеется, такими средствами обладать я не могла, а потому в моей голове сразу появилось лицо человека, который сможет подарить мне шанс заработать нужную сумму за этот жалкий период.
     Дом сеньора Монтанелли. Я долго мялась на пороге, виновато косясь на камеры слежения - нажать на курок мне было стыдно, ладони нещадно потели, а я суетливо вытирала их о внутреннюю ткань карманов. Что я скажу ему? Не будет ли слишком бестактно заваливаться к мужчине спустя столько времени и просить о помощи? Может стоило заранее позвонить или договориться о встрече в более официальном месте?
     Но ждать вечно - тоже не дело - нервный, ломаный звонок разнесся по всему дому, заставляя меня еще сильнее сгорбиться и опустить нос в унылом жесте лицезрения собственных носков обуви.
     - З-з-здравствуй. - голос дрожит, а я все так же не спешу поднять глаза, хотя жутко соскучилась по этому старикану (не убивай ее за такие назывательства только хд). Меня отпускает лишь тогда, когда Гвидо провожает меня в какой то кабинет, и вальяжно рассаживается в кресле. Минутная пауза, а потом я соскакиваю с места, крепко сжимая мужчину в объятиях, вдыхая его аромат терпкого вина и старой бумаги. Приятно. - Все, извини, я больше не позволю себе такие вольности, честно. Просто хотелось вас обнять - соскучилась. Бывает. - пожимаю плечами, скромно усаживаясь на свое место. - А я нам пончиков принесла, из dunkin donuts, вы к ним как относитесь? - распаковываю пакет, выуживая на волю цветную коробочку. Не люблю совсем уж официальные и деловые визиты - все таки некая придурь во мне еще осталась - кто еще завалится к боссу мафию с разноцветными пончиками? - Ну-с... Как у вас дела? Чем живете?

пончики;
вв: очень худая, без татуировок, небольшие мешки под глазами;

Отредактировано Brooklyn Jordan (2015-07-29 23:15:38)

+2

3

А знаете, что? Жизнь - она идёт. И там, снаружи, за пределами его дома - происходить может что угодно, гангстерские тёрки, драки, разборки, войны и переделы городских территорий; но только когда Монтанелли оказывается здесь, у себя дома, обнимая сына, целуя маленькую дочь - он чувствует, что по-настоящему живёт. Это единственное, что по-настоящему важно - ради этого он и делает то, что делает, чтобы продолжать оплачивать учёбу старшим детям (к слову, Лео получил всё-таки свой диплом), чтобы отложить на оплату и для младших, чтобы у детей всё было самое лучшее... Только вот родную мать им Гвидо заменить не в состоянии; но - всё же, он не всесилен, никакие деньги Дольфо и Торри маму не вернут. Проклятие семьи Монтанелли? И он тоже рос в неполной семье. Впрочем, и всю Семью Торелли недаром до сих пор называют "Сиротской бандой"... Монтанелли пытается восполнить урон, который нанёс, но - пока что почти безуспешно. Это непросто, в любом случае... Жизнь, тем временем, идёт своим ходом - вот и Виттория уже делает первые шаги, уже даже такие уверенные. Знаете... только глядя из окна своего дома, Гвидо и может оценить всё то, что сделал за всё то время, что находился у власти - и хорошее, и плохое. Со стороны это видно всё-таки лучше, нежели в тот момент, когда находишься в гуще событий.
И он давно не был так счастлив, как в тот момент, когда его дети снова вернулись домой из Испании, где проводили свой "отпуск", пока между Сакраменто и Лос-Анджелесом шла война - возможно, Бруклин слышала новости, если читала газеты, смотрела телевизор, или просто видела заголовки. Только в тот момент Монтанелли понял, что всё на самом деле закончилось... не тогда, когда смолкли выстрелы, и последний поверженный враг распластался на земле - а когда его дети, все вчетвером, переступили порог виллы. Когда опасность чего-либо окончательно перестала существовать.
...Боппо побежал к двери и начал громко лаять, услышав звонок - неожиданный для всех, кто находился в доме; Монтанелли никого этим пятничным вечером не ждали... и уж точно патриарх семейства не ожидал увидеть на пороге эту девушку, которой как-то раз подарил на день рождения гитару... сколько же времени назад? Пару лет так уж точно.
- Бруклин?.. - Гвидо даже оторопел на секунду. А вот замолкнувший пёс, не имевший такой хорошей способности удивляться, подошёл ближе, понюхав руку Джордан... Боппо она видела, наверное, на свадьбе Гвидо и Омбры последний раз - когда тот, ещё щенком, вместе с ещё не таким подросшим Дольфо по двору носился между гостей, а, совсем ещё крохотная, Джоан лежала в отдельной комнатке... Монтанелли уже и сам чуть не начал забывать о существовании этой девушки. Сколько воды утекло... Донато, Риккарди, Альваро... Хабиб. Маргарита. Боппо, конечно же, забыл о ней давно уже - а вот Бруклин всех помнит. Гвидо уже думал, что никогда её не увидит больше. А ведь когда-то она назвала его отцом... Но теперь у неё есть её настоящий папа, её биологический отец всё-таки нашёл свою дочь столько лет спустя, да? Монтанелли был так растроган, когда узнал об этом. Где же только сам Дезмонд?.. Не случилось ли чего-нибудь??? Брук выглядит так, словно по ней электричка проехалась...
- Здравствуй, Бруша... - наконец Гвидо находит, что произнести, смыкая объятия после секундной заминки; и смаргивая - чувствуя, что в носу слегка защипало, слезам почти удалось навернуться на глаза - но нет, их всё-таки удалось сдержать. Но в этот момент дон Торелли почувствовал что-то сродни тому, когда его дети вернулись домой месяц назад... что-то очень похожее. Может, не такое сильное просто... Рука коснулась макушки Бруклин, проводя по её, слегка спутанным, волосам. - Ты какими судьбами?.. Как ты? Как Джоан?.. - он слышал о их разводе с Реном... но решил не упоминать об этом лишний раз. Не всё в жизни складывается... Бруклин видит ведь - и его брак тоже развалился... слава богу, что у них с Эндрюсом не произошло такого же, как у них с Маргаритой. Но это уже та тема, на которую Монтанелли говорить не хочет; тут уж Брук сама пусть додумает, что случилось, если хочет... если достаточно сообразительна - поймёт, что Омбры давно уже нет в живых. И почему это получилось - тоже догадается... Неважно это сейчас уже, пожалуй. Всё это в прошлом - а жизнь идёт вперёд. Что-то строя, что-то разрушая...
- Пончиков... - Гвидо хмыкает, улыбаясь, открывая коробку. Надо чаю поставить, пожалуй, или кофе... а в принципе, и не только это. - А ты есть хочешь?.. Пообедай с нами. - по Бруклин, в общем-то, видно, что она хочет; никогда ещё не видел её такой худющей. Или просто кажется? Да нет же, она даже после родов такой измождённой, казалось бы, не выглядела...
- Торри, ты куда?.. - раздался отдалённый голос; а дверью раздался звонкий смех и топот маленьких ножек, в комнату бодро вошла девочка примерно годовалового возраста. И удивлённо, с любопытством, уставилась на гостью. А следом за сестрой вбежал и Дольфо...
- Бруклин?.. - в этот момент, младший Монтанелли был очень похож на старшего пять минут назад - прямо то же самое выражение на лице. - Привет!..
- Да вот тем и живём... - улыбнулся Гвидо, встав, чтобы подхватить дочурку на руки, и вернулся в кресло. Ребёнок хихикнул, пробубнил что-то, затем заметил разноцветные кругляшки в цветной коробочке и потянул к ним ручки...

Гвидо
Дольфо
Торри
Боппо

+1

4

Наверное, вам это покажется чертовски странным но именно здесь, в обители дона мафии я вдруг почувствовала себя дома. Это пьяное, дурманящее чувство покоя, домашнего комфорта окатило меня с головой, заставляя сильнее прижаться щекой к груди мужчины. От него веяло чем-то давно забытым, но бесконечно родным. Сколько раз я позволяла себя такие вольности? Не часто. Не часто я утирала нос от очередных жизненных разочарований, обнимая Гвидо за плечи и блаженно закрывая глаза на весь мир. Рядом с ним я чувствовала себя в безопасности, чувствовала невидимую, но сильную опеку со стороны этого мужчины. И я не знаю чем я заслужила к себе такой отношение. Но я ценю его, очень ценю.
И все-таки моя жизнь полна разного рода странностей. Моя названная мать - далеко не самый последний человек полиции Сакраменто. А сейчас я трепетно держусь за светлую ткань футболки самого босса мафии. Смешно, ведь предыдущий руководитель криминального мира мечтал убить меня и скормить медведям. Фортуна неплохо развлекается с моей судьбой, награждая мое существование такими кардинальными странностями.
- Господи, как он вырос. - Мокрый нос пса все так же упирался мне в ладошку - он с некоторым любопытством рассматривал меня, запоминал мой запах, видимо размышляя над тем, радоваться мне или устроить мне "веселенькую" встречу с рычанием и гневным лаем. Я опустилась на колено рядом с Боппо, мягко гладя его по голове. - Мы тоже завели собаку. - Делюсь новостями с чуть озадаченным мужчиной. - Джоан было мало истязаний над бедным Котом, и теперь у нас есть брошенный кем-то лабрадор Боно. Имя, кстати, тоже дала ему она. Говорит.
Почему-то даже такие трепетные и приятные новости о взрослении родной дочери звучат из моих уст сухо, грубовато, не совсем типично для обычных матерей.
Поднимаюсь, следую за Гвидо, радостно вдыхая аромат его теплых комнат.
- Есть? - Чуть склоняю голову, прислушиваясь к желудку, но он молчал, уныло переваривая утреннюю яичницу. С тех пор, как моя идеальная семья канула в небытие, как свет покинул мою жизнь вместе с уходом Рендала - мой аппетит заметно уменьшился. Хорошо - он исчез совсем. Каждый прием пищи превратился для меня в пытку, я закидывала в себя съестное только из необходимости подпитывать и без того ослабленный организм. Но отказывать неудобно, да и разговор предстоял тяжелый, неловкий. Лучше разбавить его наличием тарелок на столе. - Да, можно немного. Совсем чуть-чуть, много в меня теперь не влезает.
Глупый смешок, и я решаюсь сменить свое бездействие суетным накрытием стола. - Ты не против, я немного похозяйничаю? - поставила чайник, выставляя на стол несколько фарфоровых кружек. А затем наше общество разбавили два малолетних озорных ангела, заливаясь звонким смехом, и заражая нас своим хорошим настроением.
- О, привет, сорванец. Как дела твои? Что нового, кроме пары сантиметров в росте? Чай будешь? Я пончиков принесла.
Хотя сладкое лакомство уже привлекло к себе внимание младшей дочери Гвидо. Мужчина с Торри на руках, сейчас совершенно не был похож на опасного криминального авторитета - скорее на домашнего, уставшего от быта мужчину.
- Можно? - протягиваю ладони к мелкой, устраивая ее поудобнее на своих ладонях. Дольфо, не дожидаясь чая, уже уплетал розовый карамельный пончик, мы оба одарили его теплыми улыбками. - Если ты не против, мы с Джоан как-нибудь заглянули к вам вместе. Она очень выросла, да и дед, думаю, уже очень устал от ее активности. Она растет очень шумным ребенком, думаю, она бы тебе понравилась.
- Тебе тяжело? - я имею ввиду, воспитывать  детей без матери? В какой-то степени я и Гвидо сейчас были очень похожи - мы остались совершенно одни, без надежного партнера рядом. Можно ли назвать наши семьи неполноценными? Я бы оскорбилась на такой эпитет. Выросшая без единого родителя, любое упоминание о своей ущербности я воспринимала в штыки, и сейчас искренне считаю, что даже один важный человек рядом с тобой - это счастье. Дети не выглядели грустными, ущемленными - у них есть все. Торри изучает мои волосы, уверенно наматывая их на кулак и пробуя их на вкус. Дольфо тянется за вторым пончиком.
- А как Сабрина? Как Лео? - осторожно веду разговор в нужное для меня русло. - Все еще трудится во благо своей группировки?
Раздраженно вздыхаю. Не умею я увиливать и долго подбираться к сути.
- Я хочу попросить о небольшой помощи, так сказать, поддержке. Может у тебя есть возможность снова обеспечить меня работой? Я возьмусь за любую, даже самую ничтожную. Мне очень нужны деньги.

с работы писать неудобно. мне очень стыдно хх

+1

5

От чего Гвидо точно вряд ли устанет когда-нибудь - так это от семейного быта, пожалуй; многие знают, как он любит находиться на кухне, стряпать что-нибудь, пусть и не так уж много людей действительно видели, как он это делает, отчего и впечатление такое Монтанелли вряд ли производит. Он открыл ресторанчик не так давно, но и его превратил словно в отдельную часть своего дома, где вполне мог зайти на кухню, присоединившись в приготовлении чего-либо к нанятым им же поварам, или закрыться в офисе, проглядывая документы или обсуждая дела с кем-то - мог даже и детей туда привести; Торри не раз засыпала в кабинете управляющего, когда была чуть-чуть поменьше, Дольфо весь персонал и многих посетителей уже знал поимённо, "Маленькая Сицилия" и действительно вполне оправдывала своё название - как будто и впрямь попадаешь на маленький кусочек принадлежащего к Италии острова, разве что говорят все - по большей части - на английском.
- Виттория тоже уже разговаривает, и ходит... а где сама Джоан, кстати? - дочка Рена и Бруклин старше, чем Торри, почти на год - ей давно уже пора говорить... Сын Лиама и Рут - моложе на полгода. И его родители тоже расстались... впрочем, Джоан из этой троицы - единственная, у кого оба родителя остались живы; хочется надеяться, что так и останется в будущем. Но из всех, кто появился на свет в этот период, только у Марка Альтиери семейное положение было твёрдым - его родители свой кризис пережили, к счастью, до его рождения...
Здоровенный пёс обнюхал лицо Бруклин, когда та опустилась на пол, ближе к нему - и, наконец, завилял хвостом, не чувствуя опасности - хоть и ощутив запах другой собаки и кота... Джордан ему понравилась, похоже. А впрочем, какие были у неё причины не понравится Боппо?.. Она не угрожала хозяевам, не кричала, вела себя тихо и дружелюбно; и выглядела очень усталой... Бедная девочка. Даже новости о дочери звучат из её уст столь скупо скорее из-за банальной усталости и подавленного состояния, нежели из-за того, что ей всё равно; по той же причине - и кушать ей не хочется. Монтанелли понимает, каково ей. Не столь долгое время назад и он был почти в таком же состоянии, не желая никого видеть и слышать, кроме своей маленькой дочки - а может, ему в то время даже и тяжелее было, кто знает?.. Но то, что происходило тогда - по крайней мере, это было его решением. Взвешенным неоднократно, пересмотренным несколько раз, отлагавшимся, но, в итоге, принятым... Бруклин вряд ли могла бы похвастаться тем же. Да и к тому же, Гвидо - давно взрослый, приближающийся к порогу своей старости, мужчина, бывший уже и отцом в своей жизни; ему куда легче справиться с этим, чем молодой матери... Брук была очень несчастна. Но - роднило их и то, пожалуй, как они пытались справиться со своими проблемами: другая на её месте могла бы попытаться найти утешение на дне бутылки, а может, пристрастившись бы и к чему-то посильнее, Гвидо видел, как это бывает... Другая могла бы зациклиться на себе самой и своём горе. Для Бруши - на первом месте оставалась её дочка; что значительно поднимало её в глазах Монтанелли. В этом отношении - Джордан была лучше, чем, например, Рут - не сумевшей перебороть своих превычек, и сына своего, кажется, так и не полюбившей, несмотря на все старания их с Лиамом... и вряд ли смогла бы это сделать и в будущем, когда он вырос бы.
- Хозяйничай, конечно. - кивнул Монтанелли, улыбнувшись. Нет - приятно видеть, что у Бруши нету этой апатии ко всему, даже если она и имела место быть раньше, после того, как Рен бросил её... или как там всё было на самом деле? Гвидо не стал лезть в то, что между ними происходило - не стал искать виноватых; но, скажем так, случившимся был шокирован... нет, может, удивительного тут и не было ничего - многие молодые пары расстаются; но от кого, наверное, вот никто не ожидал - вспоминая, как они всегда были дружны, как любили друг друга, и как их любили - такая красивая была пара... и что в итоге?.. - Карчерато будешь? - плюс итальянской кухни в том, что простые блюда на вкус ничуть не хуже изысканных; итальянские крестьяне всё-таки были гениальными людьми, что касалось их трапезы... Суп карчерато можно было приготовить за один час, и много его и не требовалось - он был столь же вкусен, как и сытен. То, что и нужно было для Бруши сейчас...
- Познакомься с Бруклин, Виттория. - улыбнулся Гвидо, кивая на её просьбу, и пересаживая ребёнка к ней на ручки. Торри, всегда любопытная к новым людям, тут же начала изучать гостью, что-то бормоча себе под нос:
- Бру-бру...
- Так заглядывайте вместе с дедом - как у него дела, кстати? - с Дезом приятно было пообщаться тогда, и приятно будет увидеть у себя в гостях тоже... он на многое пошёл ради того, чтобы обрести свою дочь снова - притом не потеряв способности радоваться жизни. Хороший мужик, в общем - наверное, ему сейчас тоже тяжело; не из-за внучки - из-за ситуации в целом... - Непросто, конечно. Но у меня помощники есть... - провёл ладонью по волосам уплетавшего пончик Дольфо, проходя мимо. Агата очень помогала с Витторией, особенно в тот момент, когда Гвидо был не вполне в себе после "разрыва" с Маргаритой, а потому не совсем в состоянии справляться со всем сам, старшие дети помогали... несколько нянек сменилось, да и бодигарды Гвидо помогали - чаще всего, кто-то из них был у него дома. У его детей есть больше, чем один важный человек. На то они и называются Семьёй...
- У Лео день рождения был вчера...
- отозвался Монтанелли, ставя кастрюлю на стол и разливая суп по тарелкам. Его сын становится совсем взрослым - а Бруклин ведь ещё старше его... Скоро уже и Сабрина доберётся до того возраста, когда Брук родила дочку. Время летит быстро... - Он теперь владелец "Living Steel" - помнишь, раньше там хозяйничала Санчес?.. Сабрина теперь в моём предыдущем доме живёт. - когда Донато был главным, Джордан помнила ведь, тот небольшой домик, где жил Гвидо?.. - Ты бы встретилась с ними. Они к тебе вроде всегда хорошо относились. - и будут рады её увидеть. И по возрасту они ровесники - с каждым годом, на который становятся старше, всё больше и больше "ровесники", но Бруклин вот уже мама - может рассказать его детям много полезного (и с той точки зрения, с которой Гвидо не может - как их отец). И они могли бы её взять к себе в компанию - если бы Брук стала работать с Лео и Сабриной, Гвидо был бы рад...
- Работой - в смысле, занять тебя делом?.. - Гвидо сел за стол, слегка скосившись на Дольфо. При нём о таких вещах говорить не стоит, нужно выбирать выражения. Вот почему Монтанелли терпеть не мог вести дела у себя дома; дом - это дом. - А как же твоя группа - вы больше не играете? - или деньги нужны, чтобы собрать всех снова и вернуть в дело?

+1

6

- Да... Я заметила. Дети так быстро растут. - Я одариваю теплым взглядом сеньора Монтанелли, ласково качая на руках его младшую дочку. Сложно сейчас представить, что буквально пару лет назад, я была буквально другим человеком. Я никогда не мечтала о семье, даже банальные и простые мысли об отношениях, о серьезных отношениях наводили на меня тоску смешанную с паническим ужасом. Я никак не могла представить себя в роли ответственной молодой матери, которая все свое существование превратит в постоянную службу для маленького светловолосого божества, именуемого Джоан Джордан. Неуверенность и нежелание за что либо отвечать сменились ответственностью за это милое создание. Раньше я плевала на все, на саму себя, на свое будущее - могла с утра торговать наркотиками вместе со своим боссом, а вечером уплетать мороженное и выбирать диснеевский мультик для вечернего просмотра. Прожигала свою жизнь в ночных клубах, напивалась, дебоширила на собственных рок-концертах - моя репутация была скверной, отвращающих от меня большинство взрослых и воспитанных людей. Романы с женщинами, образ сиротской бродяжки, работа на мафию, гневная неприязнь Витторе Донато...
Столько воды утекло с тех пор, я и сама не заметила как из буйного, неуравновешенного подростка превратилась в женщину - собранную, серьезную. Взрослую. Все то, на что я уверенно махала рукой и забивала, уверенно утверждая, что меня такая жизнь точно не ожидает - вдруг оказалось моей настоящей реальностью. Ответственность свалилась на мои плечи, но я от чего-то совершенно не ощущала ее тяжести. Нет, я относилась к ней с теплотой и любовью. Отвечать за Джоан было для меня наслаждением. Она мой личный свет в оконце, единственное, что до сих пор удерживает меня на этом свете, не позволяя окончательно опустить руки.
- Мы какое-то время жили в Сан-Франциско, когда здесь не заладилось... - Я уклончиво обхожу новость о том, что наш "вечный" и "крепкий" роман с Рендалом внезапно закончился. В прочем, Гвидо и так знает о моем нынешнем семейном положении, просто говорить о нем вслух в очередной раз мне совершенно не хотелось. Хочется переболеть это время молча. Не думаю, что постоянные разговоры помогут мне выбраться из мутного озера разочарования на сухой берег. - Дезмонд открыл там табачную фабрику, его бизнес пошел в гору. Он посчитал, что смена места жительства пойдет нам на пользу. - Пожимаю плечами, нервно переставляя пустые чашки на деревянной столешнице. Пальцем по тонкой, едва заметной царапинке. Продолжаю. - Устроили Джоан в хороший садик - в Сан-Франциско ей нравится гораздо больше. Яркий город, красочный. Только пробиться на эстраду без связей там проблематично.
- Я забираю ее сюда на выходные, иногда на неделе. Постоянно гоняюсь к ней, благо тут совсем близко, всего полтора часа в дороге и я снова в объятиях своего белокурого дьяволенка. - улыбка умиления все-таки срывается с моих уст, слабая, неустойчивая - и тут же тонет в прежнем разочаровании и присущей мне апатии.
- Я передам ему твое приглашение. - протянула я с сомнением. Дезмонд до сих пор не знает, в каких кругах вертится его единственная дочка - он до сих пор искренне верит, что всю осознанную жизнь я работала медсестрой, и не имею даже задолженностей по счетам, не говоря уже о вещах посерьезнее. Шерон не рассказывала ему, за что я искренне благодарна этой женщине. Совесть тут же проснулась, отражаясь больным уколом в груди. Ей вряд ли понравится то, что я решила снова окунуться в темный мир криминала и ступить на скользкую дорожку. Сколько сил они с Рендалом потратили на то, чтобы я отошла далеко на задний план. Рома постоянно отчитывал меня за безрассудство, вынудил однажды выйти из группировки Лео, уговаривая выполнять лишь роль матери и любимой девушки. Стыдно, но их разговоры были бессмысленными, и сейчас я действительно не видела другого выхода, кроме как снова заниматься тем, что у меня действительно получается.
Я воровка. Я взломщица. Я отличный провокатор и актер. Никто не воспринимает всерьез необразованную дурочку - меня никогда не принимали в счет. В этом и есть мое преимущество. В этом и есть мой главный плюс.
- О нет, я совсем забыла. - Торри уже заполучила свободу действий, освобожденная от моих объятий и мягких, практически родительских домогательств.  я ошарашенно хлопала пушистыми ресницами, слегка ударяя себя по лбу. Лео - мы всегда были хорошими приятелями и надежными напарниками. Не редко работали в паре, но после небольшого конфликта, после того, как он притащил на задание эту невоспитанную девицу - Лолу Хантер - наше общение стало другим. Нет, я все так же уважала парня, считала его своим другом, но... Но видимо моего недовольство его спутницей сильно задело его самооценку. А потом я ушла из группировки, ударилась в семью, и как то все сошло на нет. - Позвоню ему после, приглашу отпраздновать. Надеюсь, он не сильно разозлится на мой старческий склероз.
- А что такое кар...карчар...карчерато? - название было достаточно специфичное, даже произносилось как-то вкусно, аппетитно. Мне не было стыдно, за неведение в итальянской кухне - я знаю, Гвидо отнесется к этому с пониманием, и не будет считать меня тупоголовой дурой. Хотя в прочем, зря. Редкостной тупицей я была всегда.
Вот например сейчас, заговорила на такую интимную тему в присутствии детей Монтанелли. Кто меня за язык тянул? Неужели я никогда не научусь сначала анализировать ситуацию и решать, выбирать удобный момент для таких разговоров?
Я жалобно нахмурила брови - было неловко, но строить из себя невинное создание бесконечно я не могла тоже. Тема работы меня тревожила - мне необходима поддержка, любая, даже самая ничтожная. Я готова сделать все, что от меня потребуется. Разве что... Разве что... Убивать мне не под силу. Хотя нет, за близких и любимых людей я готова пустить пулю в голову даже себе самой.
- Да, что-то такое. - неуверенно, тихо, виновато глядя себе под обувь. Мне стыдно посмотреть ему в глаза - чувствую себя словно нашкодивший котенок, нагадивший мимо своего лотка. Кошусь на Дольфо - тот с тем же азартом и аппетитом уплетал лакомство, кажется особо не интересуясь занудными разговорами взрослых. Но я все же съезжаю на безопасную тему.
- Группы больше нет. - я стараюсь произнести это настолько нейтрально, насколько возможно. Но затем устало, тяжело плюхаюсь на стул, раздраженно потирая виски. - К этому давно шло, я просто не хотела признавать, что однажды нас это все-таки застанет. Сначала мой декрет - бегать по сцене с гитарой на перевес и огромным пузом было сложновато. Затем Марк начал постоянно пить, первое время его заменял Рендал, но... Это больше невозможно. Тревис стал работать с еще одной группой, более популярной и успешной. Я его не обвиняю, он правильно сделал, подстраховался. А Тайлер - я думаю, однажды он тоже будет пробоваться в сольную карьеру. Он очень талантливый, мне иногда кажется, что он переживал, на тему, что мы его отставляем на задний план. - моя речь была сумбурной, с неровной интонацией, волнительной. Наконец я поднимаю взгляд на Гвидо, позволяя ему как следует увидеть мое лицо. Жалкая, растоптанная, разбитая. Мне не нравится эта ситуация, в которой я оказалась. Не хочу, чтобы Монтанелли жалел меня. Я не слабая, я справлюсь. Мне просто нужна рука помощи, чтобы встать с колен.
- Я не могу бросить музыку и найти нормальную работу, не говори мне об этом. Я смотрела должности медсестер, но даже в частных клиниках они получают недостаточно. Ты знаешь, я не подведу тебя. Никогда не подводила, а сейчас тем более.

+1

7

Самые важные перемены в жизни часто происходят неожиданно. Но иногда - люди их и просто не замечают, пока однажды не оглянутся назад; особенно те, кто свою жизнь наперёд не планируют - как, пожалуй, делала это и сама Джордан: будучи молодой творческой девушкой, она просто жила, ничего не загадывая наперёд, просто реагируя на ситуации, что подкидывает ей судьба. Может, и не способ жизни для умного человека - но и дурочкой Гвидо бы её не назвал: удивительно, насколько разные выходы из той или иной ситуации могут придумать различные люди, насколько разные выборы сделать, а Бруклин повороты своей жизни проходила вполне уверенно. Её жизнь, пожалуй, можно назвать яркой, насыщенной событиями, как радостными, так и грустными, как опасными - так и лёгкими, она многое в своей жизни попробовала и много знакомств завела, довольно даже противоречивых, если взять Гвидо - и Шерон, к примеру; но в конце концов - она просто жила, и всё, что происходило с ней в жизни - оставляло свой след, на который можно было посмотреть, повернув голову назад - свой опыт. Гораздо страшнее, оглянувшись назад, осознать, что ты вообще не так уж далеко отодвинулся от своей отправной точки... Движение же всегда понимает под собой некоторые перемены. И Монтанелли тоже меняется - он признаёт это; его нынешний статус, его опыт, его дети - кто-то растущий, кто-то взрослеющий - всё это меняет его, даже и теперь, когда ему уже за пятьдесят, и казалось бы, и взгляды, и вкусы, и образ мышления давно уже сформированы. Бруклин же - точно так же, как раньше она жила своей музыкой, теперь живёт своей дочкой, Джоан. Ничего в этом нету странного. Всё нормально. Всё как и должно быть.
Ну а насчёт Рена... да не о чем тут говорить, пожалуй. Как Гвидо до сих пор не готов говорить о том, что случилось с Маргаритой - так и Бруклин сама поднимет эту тему, когда это перестанет для неё быть так уж болезненно. Может, к тому времени Джоан уже и в школу пойдёт, а может - и институт закончит, но какая разница?.. Некоторые темы лучше просто не трогать. Никогда. Вообще. И это не так уж сложно, если подумать... в том мире, где живёт Монтанелли - и подавно, многое на этом и держится. На молчании.
- Позвони, конечно. Уверен, он будет рад тебя увидеть. - не в меньшей степени, чем его отец был рад - да и Джордан определённо будет полезно увидеться с кем-то из своих старых друзей. Насчёт конфронтации Лолы и Бруклин Гвидо не был в курсе - не зная даже о том, что они вообще знакомы друг с другом... Хотя и тот факт, что были, был скорее плюсом - значит, Брук всё ещё помнила, как дела обстоят, и кто представляет собой круг знакомых Монтанелли-среднего. Мисс Хантер... скажем так, положение её немного изменилось за время отсутствия Брук - и это можно назвать скорее повышением, чем наоборот. И очень даже вероятно, что им ещё доведётся пересечься друг с другом...
- Карчерато - это суп такой. Сейчас попробуешь... - улыбнулся Гвидо. Поговорить можно и после еды - так, чтобы Дольфо "взрослых" разговоров не слышал; он, хоть и ребёнок, но давно уже понимает, когда отца лучше не отвлекать и каких разговоров лучше не слушать, когда можно присутствовать рядом, а когда лучше пойти поиграть... он вырос в этой обстановке, куда Бруклин попала уже взрослой - ребёнок двух матёрых уголовников. О делах же за семейным столом разговаривать и попросту невежливо, пожалуй - на самом деле, этикет мафиози не так уж сильно разнится с этикетом деловых людей, бизнес есть бизнес - и если отбросить Омерту и все прочие традиции той Мафии, что представляет Гвидо, то незаконная деятельность ведётся практически по таким же правилам как и законная - спрос и предложение, конкуренция, менеджмент, и всё остальное. Разница только в способах выживания... оружие - для них это инструмент, убийство - способ; и не самый широко применяемый из способов, это тоже крайность. Однако же, определённо есть в криминальной жизни азарт, этот адреналин - который, вероятно, Бруклин почувствовала, и на который подсела, как и многие, особенно в её возрасте - как и в музыке; артисты и гангстеры, на самом деле, имеют даже нечто общее между собой - из-за схожести их образа жизни.
- Да, жаль, конечно... Помню, раньше вас постоянно было слышно в городе - такое чувство, что вы на каждом углу играли. - лицо Гвидо тронула ностальгическая улыбка. Разлив суп по тарелкам, а чай - по чашкам, он отошёл обратно к холодильнику и стойке, начав готовить обед и для Торри тоже. Он не мог не жалеть Бруклин - просто потому, что она была ему небезразличной; и жалость не означала, что она выглядит слабой... если бы она на самом деле была бы слабой - она бы в лучшем случае продолжала бы себя жалеть, заперевшись в комнате, а в худшем - спилась бы, наверное... как многие "слетевшие" артисты и поступают. Нет, Бруклин не была слабой - ослабленной, может быть, это верно. Но это вполне поправимо.
- Да я и не говорю... Ты, наверное, уже и забыла, какого это - быть медсестрой? - усмехнулся Монтанелли. Он и сам уже забыл, когда Брушу последний раз видел в госпитале - сколько уже прошло, три года?.. Сейчас и связи Мафии с госпиталем святого Патрика, стоит признать, не такие уж сильные. С тех пор, как Винс погиб - следить за ситуацией там особо некому. Да и вряд ли кто-то сможет это сделать так, как он... Гвидо подхватил Витторию на руки, устраивая на детском стуле, чтобы и её тоже покормить.
- Конечно, знаю. - посерьёзнел. "Нормальную" работу... да дело не в деньгах даже, пожалуй - просто на гражданской работе они уже и вряд ли удержались бы, даже если бы она оплачивалась по-другому, что Бруклин, что Гвидо... со скуки умерли бы. Всё-таки криминальная деятельность меняет людей, меняет их сознание - Монтанелли ещё ладно, он уже тридцать лет в деле, и ничего другого попросту не умеет, а вот пример Джордан это подтверждает лишний раз... Музыка и криминал; бизнес - что заработаешь, то и получишь... - Ты хочешь снова заниматься музыкой? Полгода назад мы тут кое-что провернули... у меня теперь есть несколько знакомых на "Good morning, Sacramento!", могу поспрашивать - глядишь, и получится что-нибудь. - утренний телеканал - это не музыкальная студия, конечно, но - даже участие в передаче, в качестве музыкального гостя, например, на пользу имиджу пойдёт определённо; или у его "знакомых" на студии - могут быть другие знакомые, уже ближе к этой сфере - у киношников-телевизонщиков своя атмосфера, своя "мафия", где все друг друга знают, да и деньги там вертятся неплохие. И до Голливуда, кстати, от Сакраменто тоже не так далеко - ненамного дальше, чем от Фриско...

+1

8

Отложим в сторону наши нудные и совсем неинтересные разговоры о работе. В какие-то моменты мне даже становится стыдно - за себя. за свое поведение, необоснованные действия и совершенно необдуманные поступки. Ветер в голове, и видимо мне с этим ветром предстоит прошагать всю свою жалкую и блеклую по сравнению с другими жизнь. Буду ли я вечно беспечной? Предполагаю, что от врожденной бесшабашности так просто не исправиться. Даже рождение дочери, и появление связанной с этим моментом ответственности не сильно спустили меня с небес на землю. Это сложно, понимаете? Сложно всю жизнь думать и заботиться только о себе, думая о том, что у тебя будет на ужин, и в первую очередь, где ты соберешь денег себе на еду, а потом внезапно переключить свое сознание. Даже отношения с Реном не помогли мне повзрослеть - он меня баловал, порой даже слишком: не давал мне возможности решать проблемы, задумываться о совместном бюджете - он просто взял всю ответственность на себя, позволяя мне дальше витать между фантазийными облаками.
Я и витала, от одного воздушного замка к другому, на огнедышащем драконе, верхом на радужном поне, заедая свое вселенское счастье сахарными и мармеладными бабочками. А потом рухнула в реальный мир, разбиваясь о скалы безысходности и собственного отчаяния. Можно ли сказать, что за эти полгода я смогла сделать единственный, первый, но уверенный и широкий шаг в будущее? Смогла ли я стать взрослее и серьезнее? Ну, судя по тому, что я стою в доме босса Сакраментовской мафии и прошу у него работы - нет, во мне мало что изменилось.
Но я торможу себя, заставляя прикрыть рот и просто насладиться обществом старого друга - попробовать итальянское блюдо, ощутить эту непривычную и давно позабытую атмосферу домашнего уюта и семейного покоя. Мы молча сидим на кухне, лишь стук металлических ложек по белоснежным тарелкам, неловкое чавканье и попытки поддерживать разговор между уплетанием вкусного супа:
- Необычный вкус. Мне нравится. - черпая лакомство я вдруг ощутила, каким невообразимым голодом сжался мой желудок. Да, моя депрессия стала для него настоящей пыткой, мне было тяжело закинуть в себя даже пару кусков сыра или любой другой фастфуд. Нет, я сидела исключительно на минералке и седативных препаратах, старалась больше спать и проводить все остальное время в кампании своей дочери. Она вытаскивала меня из царства тьмы, и теперь здесь и сейчас я чувствую нечто похожее. Я жива, я все еще живу: я не лишена возможности дышать, слышать, чувствовать - и сидя напротив Гвидо, в окружении его младших детей, я осознавала, как уныние уходит на задний план. Я заряжалась энергией, загоралась желанием продолжить свой извилистый путь и справиться. Со всем справиться.
- Да, было дело. - Вспоминаю с улыбкой, без доли лицемерия и притворства. Вертиго стало моим великим творением. Хотя нет, изначально группа велась под командованием другого человека. Но время идет и все меняется, так я однажды и стала ведущим лицом группы, которое отчаянно пытается пробить для нее дорогу на звездный олимп своим собственным лбом. - Ночные клубы буквально заваливали нас предложениями выступить и отыграть концерт. Господи, а как часто нас крутили на местной радиостанции! Однажды нас с Тайлером пригласили провести какое-то утреннее шоу - ну и устроили мы тогда. У меня дома до сих пор где-то валяется запись того эфира. Память.
Наш обед был окончен - я суетливо крутилась у раковины, занимаясь мойкой посуды - Гвидо суетился с детьми, видимо планируя освободить для нашего делового разговора хотя бы пять минут из своего занятого семейного времени.
- Не знаю. Говорят - это как кататься на велосипеде - навык не пропьешь. Пару раз за время, что я официально не работаю в медицине, мне все же приходилось оказывать неотложную помощь. На новый год зашивали Брина после неудачной встречи с бандой наркоторговцев, Хантер сказал что я свой навык не потеряла, так что... Наверное, мне есть чем гордиться. - говорить об этом вслух мне было уже не страшно - Монтанелли отправил детей в детскую, теперь комфортно устраиваясь в своем кресле. Я не смогла сдержать улыбки умиления, усаживаясь у него в ногах на пол. Люблю сидеть на полу, не знаю от куда взялась эта давняя привычка.
Складываю ноги в позе йога, поправляя распущенные волосы и убирая их в импровизированный хвост. Стряхиваю с футболки невидимую пушинку, ощущая дикую неловкость после предложения Гвидо:
- Я не хочу, чтобы ты спонсировал мою карьеру - это как-то неправильно. Ты не должен этим заниматься. - Говорю абсолютно серьезно, заглядывая в светлые, добрые глаза своего собеседника. - Это мои проблемы, понимаешь? И их не должен решать кто-то другой. Я могу снова работать курьером, или не знаю... Я не самый плохой взломщик, ты знаешь о моих талантах - я планировала просто заработать денег на первый, но основной рывок. - Немного замялась, не могу найти нужных слов, чтобы как можно более точно описать и объяснить свое состояние. Не хочу быть иждивенцем, который будет жить и существовать за счет помощи других людей. Да, сейчас я все равно пришла за поддержкой, но тут другое. Я пришла работать, у меня есть на это силы и уверенность, в том, что я справлюсь. - Не смотря на довольно долгий отпуск от всего этого - я справлюсь, честно.

+1

9

"Фантазийные облака" - когда-то были частью того, что приносило ей определённый доход, от группы; всем творческим людям ведь необходимо время для покоя, и некоторое пространство для ветра в голове - это не делает их недостаточно взрослыми, пожалуй, но несомненно - выстраивает их образ жизни в определённом порядке, по неким правилам. И наверное, Рен понимал это. Будучи человеком далеко не глупым, и одновременно - отнюдь не хлюпиком, как большинство его "коллег по цеху", Эндрюс всегда вёл себя по-мужски... до того самого момента, как позволил своей женщине и своей дочери вот так вот переехать во Фриско, словно отвернувшись от них, будто попросту забыв про их существование - но ради чего?.. Дурной Рен. Гвидо не понимал его мотивов. Не то, чтобы изо всех сил пытался это сделать, впрочем, но... А должен был? Нет, так бывает, что мужчина устаёт от женщины, и что любовь сгорает слишком быстро, но - давно уже существовало кое-что большее, чем просто Бруклин и Рендалл: это их дочь, Джоанн. В неполной семье жить непросто. Любого из Монтанелли спросите - каждому из них приходилось либо переживать развод, либо терять кого-то из родителей другим способом; и даже Виттория стала наполовину сиротой ещё до того, как научилась говорить... Брук - в этом плане уникальный человек: один из немногих людей, когда-либо живущих на планете, которому удалось проделать обратный путь. И это не мечты или фантазии - пожалуй, именно такие вещи и стоит называть счастьем. Счастьем для реального мира, а не для волшебной сказки с яркими красками и вымышленными злодеями... Счастье, которое можно считать настоящим - во всех смыслах этого слова. С возрастом начинаешь понимать, что оно не так уж и неуловимо, как кажется в юности - потому что меняется отношение к нему. Главное - уметь быть счастливым. Не радоваться, как ребёнок, любой мелочи, нет, просто - быть счастливым, по-взрослому, держаться за своё счастье, поддерживать или добиваться его. Когда-то у Бруклин это получалось. И мир вокруг неё с тех пор не стал в большей или меньшей степени реальным, просто повернулся немного другой стороной. На самом деле, даже это не так страшно, как потерять абсолютно всё - а ведь не раз Джордан была на грани и такого... и не боялась. Возможно, как раз потому что рядом был Рен?.. Рядом с ней или её дочкой.
Но рядом не обязательно может быть именно он... Право находиться в доме босса мафии, сидеть с ним за одним столом - то, что Бруклин заслужила за время своего жизненного пути, то, что она пронесла через свой опыт - и в итоге, это и было тем, что ей удалось сохранить. Когда-то она чуть не открытым текстом назвала Гвидо своим отцом - не думает же, что он просто так забыл об этом?.. Будущее не всегда означает кардинальные перемены. На самом деле, нельзя просто начать новую жизнь в один прекрасный день, прошлое человека - это его опыт... или его багаж, тут уже кто как сумеет им распорядиться. Всё самое гадкое у Бруклин - уже в прошлом. Даже если так и не кажется, всё в прошлом, осталось за порогом его дома сегодня днём. Гвидо не считает, что это - не значительное достижение; пожалуй, это было бы оскорбительно для его авторитета, так считать: когда он был в возрасте Брук - переступить порог дома дона для него было бы огромной честью.
- Это какого Брина - из "Роял Плазы"?.. - переспросил Монтанелли, дабы удостовериться, что друг друга с Бруклин они понимают сейчас правильно - всё-таки всех и каждого уголовника упомнить для него проблематично, в разборки на тему наркотиков Гвидо и вовсе влезать старался по минимуму... до недавнего времени, по крайней мере. - А Хантер - это?.. - это тоже знакомая фамилия. Которая что-то очень часто стала звучать под его ухом в последнее время, и это явно не спроста, случайностей в их мире не бывает, как известно... Гвидо чуть наклоняется к ней, положив руку на подлокотник кресла. Как велосипед. Ну да, и у него тоже есть "особые" навыки - которые притупились со временем, конечно, но основы - они всё ещё при нём. Брук ведь помнит, при каких обстоятельствах их знакомство стало более тесным? У него и в помыслах тогда не было становиться боссом. Что тоже ценно в их отношениях - Бруклин знала его до того, как он стал тем, кем является.
- Считаешь?.. - приподнял брови Монтанелли. Неправильно? А кто тогда должен был бы спонсировать её карьеру, чтобы получилось "правильно"? Может, Дезмонд бы и смог это сделать - раз у него сейчас дела пошли в гору; но сигареты и музыка - всё-таки, довольно разные сферы деятельности... а у Гвидо и впрямь есть пара контактов. Да что там... шоу-бизнес, политика и мафия - это прямо как три родных сестры. В штате Калифорния, в коротком доступе до Голливудских Холмов - так и подавно. Бруклин, впрочем, другое имела в виду, Монтанелли понимал это... дать возможность заработать и дать денег - это в их бизнесе не одно и то же. Да уж, пожалуй, Джордан совсем чуть-чуть опоздала - несколько дней назад её навыки взломщика могли бы как раз здорово пригодиться... но теперь уже дело прошлое.
- Я не сомневаюсь, что справишься. - принцип велосипеда, и "один раз вор - всегда вор"... Сложно было бы ожидать, что Бруклин откажется от своих привычек - Гвидо ведь тоже не перестал быть собой, даже и с ребёнком на руках. Их не исправить. Можно, конечно, даже научиться жить в согласии с законом... но характер всё равно останется прежним. Замашки - теми же. - Давай так поступим... не знаю, в курсе ли ты - но мы с Агатой и детьми теперь ресторанчик держим, называется "Маленькая Сицилия". - период его открытия, по несчастливому стечению обстоятельств, как раз совпал с крахом отношений Брук с Реном и их последующим разрывом, так что Бруклин вполне могла это попросту упустить из внимания. Но это ничего, Гвидо ещё расскажет ей историю и заведения, и его появления на улицах Сакраменто... - Приходи туда по пятницам и выходным, будешь играть с девяти до полуночи - так и мы с тобой сможем видеться регулярно, и ты познакомишься со многими другими значимыми людьми; кто-нибудь ещё какую работу подкинет. - будет шанс сделать себе имя, и в области музыки - и в области криминала, то, что "Маленькая Сицилия" - это традиционное место для встреч различных околомафиозных личностей, все давно уже знают. Освободить же место под импровизированную сцену, убрав пару столиков - не проблема. - И я за тобой присмотрю, разумеется. Да и Лео для тебя найдёт что-нибудь... - что-нибудь здесь, что-нибудь там... их работу трудно регламентировать; да и "работой" назвать, пожалуй, тоже, курьер - это тоже нечто постоянное, что можно записать в трудовой книжке... На улицах постоянно что-нибудь происходит - Монтанелли сейчас уже несколько удалён от них, но для таких, как Брук, главное - ушами не хлопать, шанс заработать всегда будет - под присмотром "больших парней" и подавно.

+1

10

- Митчелл... Да, он там работал. - В голову закрались сомнения - я вдруг почувствовала себя неуклюжей школьницей, которая случайно настукачила на своего одноклассника, и теперь не знает, как выкрутиться из этой весьма неприятной ситуации. Хотя в прочем, что такого произошло? Это задание явно было не простым единоличным желанием со стороны Брина, верно же? Приказы поступают сверху, ну а мы люди маленькие, ничтожные пушечные ядра в этой бесконечной борьбе криминальных авторитетов. Мы выполняли свою работу, и выполнили мы ее на все сто процентов, если закрыть глаза на неудачное общение Мити с ребятами за чертой нашего семейства. - Чарли Хантер, с ним я начинала свою карьеру медсестры, была его личной помощницей, ну и... На тот момент у нас не было времени особо размышлять над тем, что делать дальше. - Хотя будем откровенными, времени на это у меня нет всегда - долгие раздумья и размышления никогда не были частыми моими спутниками, и я все же считаю, что этой один из моих главных минусов - возможно ли меня исправить? Время покажет.
А затем его предложение, которое, возможно, я тоже восприняла не совсем правильно. Но черт с ним, господи, плевать я хотела на все условности, и я правда совершенно не хочу получить какую то помощь в дар, просто так. Я этого не заслуживаю - не заслуживаю этого великого уважения со стороны Гвидо, его отцовской опеки, внимания и искреннего желания помочь. Чем я заслужила такое отношение? Чем? Когда? Почему? Эти вопросы снова и снова появляются в моей голове яркими неоновыми табличками, словно смеясь надо мной своим переливанием. Ответов не было, и не уверена, смогу ли я когда-нибудь их отыскать.
Везет как утопленнику. Думаю, эта фраза определенно точно описывает все мое существование. Мне везет, удача моя главная подруга, что спасает меня из разного рода передряг.
- Считаю. - Согласно киваю все с тем же виноватым видом. Под суровым и серьезным взглядом Гвидо я чувствовала себя снова маленькой девочкой. Странное влияние на меня оказывает этот мужчина, уважение, что я испытывала к нему нельзя было назвать просто профессиональным - здесь было нечто большее, нечто неуловимо родное и теплое. И я очень боялась нарушить эту хрупкую грань наших странных отношений, нашей непонятной привязанности друг к другу. Это плохо, но я осознаю, что в какой то степени сеньор Монтанелли был мне гораздо ближе родного отца. Не плохо, нет - скорее неправильно. - Прости, но я правда не могу так. Я хочу сама заработать себе на это - я могу работать, я хочу работать, я не смогу простить себе, что не смотря на свои возможности я просто воспользовалась твоими деньгами и продолжила дальше зажигать на сцене. Я не знаю, как объяснить доступнее.
Моя логика - мне кажется, даже пьяному человеку будет сложно понять мой бессвязный бред - настолько суетливые и шальные мысли гуляют в моей голове, время от времени переругиваясь друг с другом и сталкиваясь. Я поморщилась, виновато нахмурила нос, чуть поднимая пасмурный взгляд на мужчину. А он все так же задумчиво смотрел на меня не опуская брови.
- Ресторанчик? - Неужели он предложит мне должность официантки или что-то подобное? Нет-нет, не подумайте, что я брезгую - я согласна на любой труд, и я даже не удивлюсь, если предложенная работа будет далека от сферы криминала. Ну или именно мои профессиональные обязанности. - Я не знала, что у вас есть свой ресторан. Где он находится? Итальянская кухня? - смешливая улыбка, но я поспешно затыкаюсь, чтобы больше не перебивать такого высокого и  важного человека. Не только для криминального мира, для моего собственного тоже.
- О боже, ты позволишь мне выступать у вас? - мой довольный визг всполошил весь дом - а я уже прижималась щекой к костлявой коленке Гвидо и обнимала его за ноги - ей богу, как счастливый пес, которого угостили косточкой. - Я и подумать, мечтать не могла о том, что мне так несказанно повезет с работой. Выступать! - вскакиваю на ноги, раскидывая руки в стороны от переполняющего меня восторга. - Я смогу исполнять свою музыку, песни! И там будут люди! Надо будет выбрать что-нибудь поспокойнее, там ведь все таки едят, отдыхают.
Все, Джордан отключилась, все мои мысли были о предстоящей работе - может делать тематические вечера и исполнять великие и легендарные песни великих музыкантов? Ну и иногда попевать свои, не такие шикарные конечно, но все же. Запускаю руку в волосы, вновь отвлекаясь на Монтанелли. Подарки от его величества "крестной феи" еще не закончились.
- Гвидо, ты самый лучший из мужчин, что когда то встречались мне на пути, серьезно. - Не без доли лукавой шутки, произношу наконец, чувствуя, как умиление растекается по всему телу, и я уже не могу сдерживать подступающее желание обнять дона и сжать в своих овечьих объятиях. В прочем, отказать в таком позыве себе я не смогла, потому резко склонилась над мужчиной, обнимая его и чмокая в щеку несколько раз подряд. - Самый - поцелуй в нос - лучший - в скулу - на свете! - промахнулась, и попала в глаз.
- Когда я смогу приступать? Может у тебя будут пожелания к музыке? Я исполню любой твой каприз, честное слово!

+1

11

тут был пост Гвидо.

краткое содержание от автора:

В общем, Гвидо принял к сведению рассказ про Митчелла и Хантера, никак не прокомментировал, но в голове припомнил, что Чарли на Наташе был как-то раз женат. Сказал "Ты сделала, что должна была сделать", вроде как похвалил.  Дальше там сочинение-рассуждение в моём стиле :-D на тему какая Бруша молодец, что у неё, в отличие от всяких расгильдяек её возраста и чуть моложе, есть честь и достоинство, и всё такое прочее (прям вот жалко, что потерял). Потом Гвидо назвал адрес Маленькой Сицилии, сказал, чтобы приходила на следующий же вечер :) Ну и про репертуар сказал, что мол да, надо поработать; вскользь предложил накидать Бруше итальянских песенок :-D И завершающим актом подумал о том, как прикольно было бы, научись она на мандолине играть :-D

В такие моменты мне хочется верить, что еще не все кончено. Шоу должно и будет продолжаться, и рано или поздно я действительно смогу отпустить свое прошлое, и оглядываться на него не через призму боли, разочарования и неприкрытой обиды. Гвидо заражал меня оптимизмом, вселял в мою израненную, искалеченную душу надежду на то, что у меня хватит сил бороться, и эта борьба, ну разумеется, закончится победой в мою пользу.
     Сложно даже представить, как много раз этот мужчина выручал меня в разного рода ситуациях - между нами было многое, и мне хочется думать, что такие своеобразные и особенные отношения его связывают только со мной среди чужих и далеких от его семьи людей. Ревнивая собственница по сути, мне совсем не хотелось делиться этим важным человеком и его отношением с кем нибудь другим: и я обнимала его крепко, потираясь щекой о едва проступавшую щетину, вдыхала аромат мудрости и домовитости, никак не решаясь разомкнуть объятия. Сеньор Монтанелли, незаметно и для меня, и думаю, для себя самого, стал одним из значимых и главных личностей в моей жизни. Влиятельной - его мнение и его слова, советы являются для меня чуть ли молитвой и клятвой, пойти наперекор которой у меня вряд ли хватит сил. И мне многое хотелось бы сказать ему - человеческим языком, более вразумительными и логичными словами, нежели мои эмоциональные выкрики " ты самый-самый лучший!". Он достоин большего, достоин быть не только зацелованный. Он достоин моих искренних стараний и усердства, и пожалуй, он как раз один из немногих людей, ради которых я буду стараться.
     Через какое-то время мне все же пришлось разжать ладони, позволяя мужчине наконец сделать глубокий вдох полной грудью. Я спускаюсь с его коленей, снова оказываясь на твердой поверхности, чтобы кинуться на поиски своей сумки, где безизменно покоится личный дневник. Ручка в руках, и я суетливо скребу адрес нужного мне ресторанчика, пару раз переспрашивая у Гвидо номер здания.
     - Как до туда добраться от западного района Сакраменто? Там есть метро? Или рейсовые автобусы? - захлопываю книжку, вновь выпрямляясь в полный рост и кидая в сторону итальянца любознательный взгляд. Моя бы воля, я бы даже попросила нарисовать его небольшую схему, но топографический кретин во мне смущался и виновато шаркал ножкой - потом загуглишь информацию и разберешься. - Как договоримся с оплатой? Там есть еще нанятые музыканты, или мне лучше найти своих? - К сожалению, я не человек оркестр, а петь под музыкальные записи с диска мне не очень нравится. Музыка должна быть живая, настоящая - чтобы каждый присутствующий мог ощутить ее и почувствовать прикосновение каждой ноты на собственной коже, проявление блаженных мурашек, волшебного щекотания между ребер.
    - А что ты так лукаво улыбаешься? Давай, я не против. Скинешь мне на почту? Я как доберусь до дома - все прослушаю и подберу небольшой репертуар - скину тебе в ответ, и ты дашь ил не дашь свое добро? - в том, что Монтанелли умеет пользоваться современными возможностями - я не сомневалась.
     Произошедшей встречей я осталась очень довольна - переступая порог этого дома, я даже подумать не могла, что исход будет таким удачным для моей будущей жизни и карьеры. Я пришла сюда разбитой и униженной женщиной, самооценка которой покоилась на уровне гораздо более низким, чем темные плинтуса в гостинной Монтанелли. Мои мечты и надежды были разбиты и выброшены, пущены по ветру - а Гвидо одним лишь словом смог неспешно залатать кровоточащие раны. Я смогу петь, смогу снова выступать и зарабатывать любимым делом деньги - смогу снова баловать дочуру многочисленными игрушками и безделушками, смогу забрать ее от деда и позволить ей жить со мной. Все-таки Сакраменто ее родной город, родной он и для меня, горячо любимый диким и безумным сердцем. Да и здесь ее отец, все же с моей стороны было не очень правильно увозить ее от него без спроса и без лишней информации. Джоан скучает, постоянно ищет по квартире своего молчаливого отца Рому, чтобы понадоедать ему своими приставаниями. Меланхоличное настроение на мгновение отразилось на моем лице недовольной гримасой, но я спешно смахнула его, вновь искренне улыбаясь своему личному ангелу-хранителю.
    - Спасибо тебе огромное, правда. Я не знаю, как смогу отблагодарить тебя за ту помощь, что ты предлагаешь мне, за все что ты делаешь, но однажды я придумаю способ. И меня очень радует, что теперь мы будем видеться чаще, пусть и виной этому будет лишь наша работа - для меня и это будет в удовольствие. - и я снова обнимаю его, уже стоя на пороге и неловко переминаясь с ноги на ногу. Я провела здесь чуть больше двух часов, время итак уже позднее, но уходить мне совсем не хотелось. В этом доме я ощущала некий прилив сил, желания жить и существовать, желания действовать. Стены, окружающие нас вселяли в меня надежду - сам Гвидо светился изнутри этой искренностью и светлым будущим. Все будет хорошо - именно это я читаю в его глазах, когда мои уста касаются его морщинистой щеки.
     Сейчас я покину мафиозное логово, и пусть не сразу, но в моем сердце снова заберется тьма. Я вернусь в пустую, брошенную квартиру, позвоню родным в Сан-Франциско, обрадую их хорошей новостью - буду касаться тонкими пальцами экрана ноутбука, виртуально лаская щечки своего белокурого сокровища. Затем... затем закину в себя кружку горячего кофе и вновь придамся депрессивным мыслям. Хотя нет, к черту их, к черту все - теперь у меня есть важное дело, заниматься которым будет для меня лучшим лечением. Я буду всю ночь перебирать струны своей потертой гитары, перекладывая стихи на мелодии - Гвидо обязательно будет мной гордится. Я сделаю все, чтобы он не пожалел о том, что тратит так много времени и денег на мое сущесвование.

=the end=

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » protection