vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » суетных дней взметенный карнавал


суетных дней взметенный карнавал

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Участники:
Waylett Sarandon & Marcus J. Hades
Время и место:
24 декабря 2015, на улицах вечерних Сакраменто
О флештайме:
О том как Вайлетт, увлеченную праздничной суетой, столкнул с метлы один наглец.
И о том, как он за это поплатится.

+1

2

вв
Всякая предпраздничная суета действует на хрупкий женский организм, в общем, и мозг в частности, очень губительно. Особенно Рождественская суета. Почему-то всему городу сегодня понадобилось буквально все. Они все – дети, родители, родители их родителей, их сестры и братья, дяди и тети до десятого колена – оккупировали все маркеты – продуктовые, и не продуктовые – тащат на себе елки и палки, волокут корзины и пакеты – мир сошел с ума. В кафе негде сесть что бы глотнуть кофеина, в метро негде стать, на улице выпал снег.
Пришлось арендовать машину – целое инфинити, что бы все влезло и я в придачу. Поехала в людное место. Мысленно много материлась на детей и старушек, неуправляемо бегающих по торговому центру.
Мучения длились недолго - часов пять, но настроение все еще осталось.
Стою в очереди на кассу с нестыдным своим сухпаем, а впереди стоит поселковый какой-то мужичок. Выпивший, в болоньевой олимпийской куртке с мишкой, на кирзовом ходу, выбирает, как ему так удачно закупиться, чтоб и выпить и закусить. Благодушно сводит материальные возможности с неотложными душевными потребностями.
Мысленно я уже дома, кромсаю салат, на деле же нервно дергаю ногой и как бы назойливо тороплю: - Мужчина, ну вы что, ну вы там давайте, давайте быстрее: деньги - время – время – деньги. Это только вы можете тут растрачивать бесцельно всю свою никчемную жизнь.
Распаляюсь - сразу видно - накипело, - Вы вот тут стоите, от вас перегаром пахнет, с утра уже, паскуда, зенки залил, да что за мужики пошли, и куда они пошли, некому машину на техобслуживание отогнать, все сама, все сама!
И этот, скажем так, неприглядный абсолютно мужчинка бросает свои хитрые расчеты, оставляет в сторону консерву с бутылкой, напряженно думает, а после с совершенно искренним сочувствием говорит, - Так вас, наверное, и е**ть некому? Так извините, я, наверное, тоже откажусь.
Обиделась. Оставила покупки на кассе и побежала за наглецом плеваться ядом в спину. Юркий, стервец, оказался. Вернулась,  а покупки уже сложены - оплати и иди. Оплатила, нагрузилась как верблюд и пошла к машине. Два пакета выше меня сантиметров на тридцать. С одной стороны ветки ананаса на ветру колышутся, с другой – три багета и пять рулонов упаковочной бумаги заслоняют обзор.
Снова повалил снег. Много. Выпал почти весь. Трехмесячная норма осадков.
На парковке человек выгребал сугроб из-под «пежо» и складывал на крышу «опелю». Хранить осадки у нас негде, мужчины дарят снег друг другу. Прибежал папа «опеля», тоже с лопатой. Он не хотел себе чужих осадков. К концу дня он уже ничего не хотел. Такой день, упасть в сугроб и плакать. Мужчины сначала диспутировали, потом фехтовали на лопатах. Увлекательное зрелище.
Упаковалась, поехала. Проехала минут пять, заглохла. Не уж-то кончился бензин – нет, в багажнике еще целая канистра. Хотела перебежать дорогу, там кафе где милые тимуровцы в тесноте пьют кофе, наверняка кто-то из них смог бы мне помочь, но не успела. Мелькнула белой тряпкой посреди дороги, перед чьим-то капотом, шмякнулась и скатилась на асфальт.
Сразу стали показывать кино. Как какой-то мудак буркнув, что я слепая курица выскочил из-за руля и стал подымать. Я в белых одежах, но так ругалась, точно не ангел. Бормотала невнятно, но весьма однозначно.
Меня взяли на руки, посадили в машину, сказали, сейчас поедем к  дяде доктору. Уже все хорошо, уже сейчас. И свет окончательно погас.
Электричество включили поутру. Надо мной много лампочек и мужик в белом, думала архангел Гавриил – встречает – оказалось доктор. Его зовут Алекс. Задавал много вопросов, щупал коленки, полагаю не в целях диагностики, а с целью удовлетворить свои фетишистские наклонности. Врал, что сбивший меня хам скрылся в темноте декабря. Сюда меня привез неизвестный рыцарь.

Отредактировано Waylett Sarandon (2015-08-01 17:48:11)

+1

3

А у Маркуса в эту ночь была «уважительная причина» не шастать по магазинам-бутикам-супермаркетам, сгребая с полок всё то, что случайно или специально попадается под руку. Пред сим замечательным празднеством, очередная последняя истрепала без того потрепанные нервы своей бляской шубой из песца. Шубу искать даже не думал. Нахер надо. А вот песца нашел. Правда, завидев несчастное снежно-белое животное, «уважительная причина» выставила Хэйдса вместе с пушистым, за дверь. И это в канун Рождества, тварь бездушная. Ладно, песца, но Маркус-то чем провинился? Тем, что кое-кто шуток не понимает? Адов идиотизм. Позже негодование сменилось пофигизмом, мужчина вдохнул-выдохнул, отметил, что после этого ему стало куда легче на душе и вообще жизнь прекрасна, сгреб в охапку песца и вместе с ним покинул обитель этой умалишенной, ни черта не смыслящей в настоящей мужской заботе. Уже в машине, усадил животное на заднее сидение, подумывая над тем, че его дальше делать-то. Домой катить – не комильфо. В эту ночь слова «рождество», «праздник» и «одиночество» уж никак не вязались друг с другом. Пришлось шевелить извилинами, искать варианты. Бывшая женушка успешно обосновалась в психбольнице, не звонит, на врачей, персонал и то, что ей в руки ножи да вилки не дают, не доверяют, чтобы часом вены себе не вскрыла из большой любви к жизни, не жалуется. Еще одно наваждение укатило в Дубаи, просаживает бабло своего импотента – владельца акций одной нефтяной компании, которому уже несколько лет, как за семьдесят, вернется, скорее всего, только тогда, когда хорошенько так исхудает кpедитка.  Иным способом затянуть её в Сакраменто – почти нереально. Впрочем, хрен с ними.
Ехал в машине, слушал The Neighbourhood и мысленно был уже дома, на диване перед плазменным экраном телевизора с бокалом вина и пиццей какой-нибудь, пока его призрачные иллюзии не прервала сумасшедшая, бросившаяся под колеса его автомобиля. Не теряя времени, выбрался из машины, заценил внешний вид окаянной, облаченной уже не в белое. Или грязно-белое, если будет угодно. Материлась не-ангел долго, бормотала что-то невнятное, пока не взял её под белы рученьки, матерясь над чем свет стоит, не усадил рядом с песцом, приговаривая, что прямо сейчас отвезет её туда, где её быстро вылечат. Не знал, насколько быстро и действительно ли уложатся в сроки «быстро», но успокоить же надо. Мысль о том, что сумасшедшая может на него накатать заяву весьма любопытного содержания пришла гораздо позже. Когда сумасшедшую, но безумно привлекательную, увезли на каталках. Оказавшись один на один с доктором, выдал первую попавшуюся легенду, представился благородным рыцарем, спасшим её тогда, когда все равнодушно проходили мимо, док поверил, записал показания, пароли, номера, явки, видать, чтобы полиции доложить и отпустил Хэйдса, предварительно прозрачно намекнув, что он может подойти навестить потерпевшую завтра. Понял, не дурак. Был бы дураком – не понял бы.
На следующий день, ясное дело, пожаловал в больницу с апельсинами и прочими сладкими и не очень цитрусовыми, можно их ей или нельзя – интересовало мало, главное в конце дня обозначить, что миссия выполнена и свалить отсюда по добру, по здорову и не возвратиться больше. Желательно никогда, а там уже как карты улягутся. Планам его, правда, по ходу сбыться не суждено было. В комнату, сказали, нельзя. Как? Мне нельзя? И глаза сразу полны искреннего негодования и непонимания, смешанных в один, безусловно ядерный коктейль. Мне нельзя? Я же сбил. То есть… спас, да. Почти прынц на белом песце. Хоть сказки пиши о косяках подвигах. Песец, кстати, остался дома. Вчера вместе с Хэйдсом переживал стресс с помощью неслабоалкогольных.
Впрочем, в неведении Маркуса долго не продержали. Через полчаса, на деле тянувшихся целую чертову вечность, вышел док и разрешил проведать вчерашнюю сумасшедшую. На встречу с ней шел, будто на гильотину, сначала вроде держишься молодцом, но чем ближе подходишь, тем больше хочется плюнуть на всё и свалить на плантации собирать виноград. Или чай. Не важно. Лишь бы подальше от места событий. Так или иначе, назад дороги не было. Мужчина открыл дверь, прошел в палату, почти героически встретил взгляд хитрых, зеленых глаз, но ни разу не потерялся. – Хреновое, однако, Рождество. Но даже при таком раскладе принимайте поздравления, – и вручил почти торжественно бумажный пакет с лимонами-апельсинами-мандаринами и конфетами где-то на дне. – Как самочувствие? – шутки шутить еще рано, самое время просто разведать остановку и понять, чем зеленоглазая дышит и как много она помнит из произошедшего вчерашним вечером.

+1

4

Добрый доктор Алекс решил потаскать меня часок по всяким МРТ, УЗИ, рентгенам, для верности моего здравия. Всё как в медицинских сериалах, только намного, намного интереснее. Я хотела было попасть в лабораторию, где делают анализ крови, но меня не пустили, циничные люди. Отвели обратно в палату и на всякий случай укололи мне снотворного, что бы я им тут не бегала по лабораториям, видимо. Но преподнесли красиво. Сказали, что до вечера результатов анализов все равно не будет,  больница место скучное – тут как спать, больше заняться нечем.
И опять мне снились Алленовские сюжеты: я приехала посмотреть бокс. Со мной был Эрнест Хемингуэй, и мы остановились с ним у Джека Демпси. Как раз тогда Хемингуэй и написал те два рассказа про боксеров, которые дерутся ради денег. Мы с Гертрудой Стайн были единодушны в том, что эти два рассказа — ничего, но над ними еще работать и работать. Я все подначивала Хемингуэя насчет его будущего романа, мы много хохотали, развлекались, а потом надели боксерские перчатки, и он сломал мне нос.
Я внезапно распахнула глаза. Надо мной по-прежнему много лампочек, хотя тусклый свет зимнего полудня наполнял собой пространство, создавая ощущение легкости. У персонала здесь видимо, вшиты датчики – тут же в палату вошла медсестра. Среднего роста и средних лет женщина, от нее пахло медикаментами. Она заботливо подложила мне еще одну подушку, предложила поесть и позвать доктора. На свою голову я согласилась. Корвалоловая фея принесла мне что-то серое и липкое похожее на столярный клей. Они бояться, я развалюсь на тысячу отдельных девочек.
Погодя в палату плавно вошел коричневый пакет, из которого торчали кондитерского вида георгины, символ мужского покаяния. Сразу из-за георгин взирал Мистический Черный Джип – мужчина лет тридцати пяти, среднего роста, поджарый, у него светлые волосы и синие глаза – очень харизматичная физиономия – вылитый Санта Клаус в молодые годы, правда. Бормотал о Рождестве.
Я сидела в кровати, размазывала клей-кашу по тарелке. Администрация выдала мне зеленый халат универсального размера, в такой можно танк завернуть. И два левых тапка.
– Как самочувствие? –  Спросил Санта и преподнес пакет с дарами.
Все жесты и движения моего собеседника отличались необыкновенной точностью и осторожностью. У него был низкий голос, чуть посаженные связки. Будто он не спит ночами и много курит.
- Паршиво. Шесть переломов. Сотрясение и тяжелая контузия. Я никогда ничего не вспомню. Вам повезло. – Он молчал. – Еще разрыв селезенки. Менингит и колики. Артрит, радикулит, беременность. Тройня. Забыла сказать, еще холера. Про меня напишут диссертацию!
Временами, если я взялась шутить, важно не суетится. Приступ юмора скоро пройдет. Можно перемножить в уме трехзначные числа или просто думать о здоровье для всех людей Земли. Если ответите и начнете подыгрывать, я запишу вас в остроумные люди навсегда. И больше ни слова в простоте из моих уст вы не услышите нипочем, во веки веков, аминь.
Посетитель, кажется, стушевался. Не найдя поддержки, пришлось прикрутить фонтан юмора  и заговорить, как человек с почти здоровым мозгом.
- Скажите, вот вы хотели меня задавить из спортивных соображений, или из личной неприязни?
Просто интересно, вдруг он десять лет копил на Большой Джип, чтобы давить красивых женских прохожих с двойным упорством, с которым только поля возделывать хорошо.
- Позже я придумаю способ, как вам отомстить. Берегитесь отныне женщин в пальто. А пока садитесь.
Я подобрала ноги и подвинулась, отставив тарелку.
- Послушайте. Ваш автомобиль поступил со мной так, что теперь обязан жениться. Но я вас обоих прощу, если вы отвезете меня домой. Когда я вышла в ночь таранить транспорт, то не взяла с собой ни денег, ни телефона. А у девчонок такой специальный мозг, номера в нём совершенно не хранятся. Это ж ненужные для жизни таблицы калорийности. Короче, положите меня туда, откуда взяли. Пожалуйста.

+1

5

Единственное, чего он сейчас опасался, так это того, что всё содержимое пакета, который он любовно донес до клиники, ни разу не прикоснувшись к фруктам, полетит в направлении его многострадальной головы. Предчувствия оказались не более чем просто предчувствиями, а сумасшедшая отнюдь таковой не казалась. Напротив, милая женщина лет… двадцати… восьми, да? Уточнять не стал. Понимал, что пакет всё еще в её руках. И хотя бы этой причине надо оставаться хорошим, да, Хэйдс, хорошим мальчиком. В противном случае нехорошая девочка, что напротив, отомстит тебе за вчерашнее её приключение, подстроенное тобою же, и меньше всего её будет волновать, что у тебя там песец был на заднем сидении, и тебе именно в тот момент надо было проверить, не приказал ли он долго жить обивке обоих задних сидений. Песец. Да, хоть жираф. Хоть зоопарк разведи там, – не велика разница. Виноват, ладно. С крайне провинившимся видом почесал репу, пока зеленоглазая изящно создавала букет из диагнозов: тут тебе и шесть переломов, сотрясение и контузия, разрыв селезенки, менингит и колики, артрит, радикулит и беременность – тройня, еще и холера ко всему прочему. Воистину прекрасная композиция, вот только Хэйдс слабо соображал, к чему тут беременность? И, если со всем перечисленным, помимо еще холеры, он мог благополучно согласиться, что, мол, так и быть, виноват гад, даже не сверяясь с её медицинской картой, где док уже точно что-то да начертил, то только залет свой не надо ему приписывать.
– Ладно, достаточно, виноват, – таки добила. Только вместе со своими моралями порядком смахивала на недовольную невыполненным или выполненным кое-как домашним заданием училку. Давно не чувствовал себя так… дерьмово. Вот вам и Рождество. С первых нот удалось, по всем параметрам тянуло на самое лучшее, запоминающееся. Впрочем, не будем зацикливаться на презентах, преподнесенных бородатым, зажравшимся вершителем судеб Сантой. Приглянувшись внимательней к зеленоглазой, Маркус для себя уяснил, что где-то когда-то её уже видел. Смутно знакомые манеры, замашки, своеобразные шуточки, но мысленно махнул рукой, решив, что с него на ближайший месяц хватит.
– Из слепой ненависти к чересчур юморным барышням, – почти не соврал мужчина, затем нагло улыбаясь и по приглашению усаживаясь в кресло, и нет, вовсе не полагая, что ляпнул сейчас лишнего, – А под пальто что? Я это к чему сейчас? Зима пройдет совсем скоро,  – а мстителя надо знать не только в лицо, но и уметь определить по одежде. Слишком хрупкого, на первый взгляд мстителя, кстати. Даже засомневался, начал было искать варианты санкций, которые она возжелает ввести. Пока не нашел, ждет подсказки свыше или с «напротив», откуда раньше стукнет яблоком по макушке. Всё той же, многострадальной, ага.
А потом дамочка тарелку с какой-то странной на вид дрянью отставила, подвинулась и заговорила опять. Обещала помиловать, если положит её туда, откуда вчера подобрал. Он и до дома подбросить мог, но сомневался. Не рано ли? Сколько там обычно в больницах после подобных происшествий отлеживаются? Надо бы пополнить энциклопедию новыми фактами и чем быстрее, тем лучше, дабы глупостей не натворить.
– Уже выписали? Я-то подвезу, положу, а Вы возьмете да начнете рожать прямо в дороге, вон живот уже какой, – и собралось два юмориста. Кто кого переплюнет. Ох, сейчас доплюется кто-то, дошутится, вызовет своим поведением волну не только неодобрения, но и негодования, перевоплощенного в действия, направленные потом против него самого же. Осторожнее? Нет, не слышал. – Впрочем, это уже не мое дело, собирайтесь, довезу Вас до дома, если не против, – он пожимает плечами, подумывает о том, чтобы покинуть минут эдак на пять палату, дабы позволить ей переодеться, но спустя минуту отмечает, что дамская комната имеется прямо в палате, так что можно сидеть смирно и дальше в ожидании дальнейших действий зеленоглазой, которая всё еще казалась чертовски знакомой, – Заодно прослежу, чтобы не встретился очередной такой же.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » суетных дней взметенный карнавал