Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » vi borjar vår kärlek


vi borjar vår kärlek

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://funkyimg.com/i/21bGq.gif http://funkyimg.com/i/21bGp.gif
йохан и эзра, ванкувер
17 июля 2015

Отредактировано Johan Eklund (2015-08-31 10:45:57)

+1

2

We've come too far to give up who we are
So let's raise the bar and our cups to the stars

<...> Отличный день пятница. Отличный день для того что бы стать ближе. Эзра открывает глаза и улыбается, зарываясь лицом в подушку. У него в первые за долгое время действительно хорошее настроение. Словно теперь все в его жизни на своих местах. Еще вчера его смущала некоторая неопределенность между ним и Йоханом, а сегодня его переполняет только волнительная радость или даже предвкушение перед вечером. Он выложил все карты, такое чувство, словно с плеч упала огромная ноша. А загадочная улыбка все чаще появлялась на его лице, когда он вспоминал растерянного шведа и его "случайной" прикосновение.  Ощущение от того, что ты все-таки нужен, было прекрасным - оно заполняло изнутри и проникало в каждую клеточку, доставляя такое количество радости и полного счастья, о котором только можно было мечтать. Конечно, между ними все еще висит это подвешенное состояние неопределенности. Эзра вроде как пообещал не распускать руки, и вообще делать вид, словно между ними вообще ничего не происходит. Пожалуй эта единственная деталь чуть-чуть портила погоду в райском саду. Спектор никогда прежде не чувствовал в себе такую тягу к собченичеству. Он даже был бы не против повесить на Йохана табличку "занято", пока тот собирается с мыслями и пытается понять нужны ли ему такие отношения. Эзре в этом вопросе повезло больше, он всегда знал кого и как хотел.
Едва проснувшись Эзра нащупывает под кроватью свою маленькую гитару и берет пару аккордов. Этот утренний ритуал стал для него такой привычным, что казалось, не услышав знакомое скрипучее дребезжание, он вообще не сможет проснуться. Пальцы на автомате перебирают струны и проходит несколько минут, прежде чем Эзра понимает, что готов встречать новый день. Воодушевленный он подходит к окну и с жаром, который обычно встречается в девчачьих комедиях распахивает шторы. К его разочарованию в комнату не врываются нетерпеливые лучи солнца, заполняя каждый сантиметр позитивным настроением и правильным настроем. Ванкувер сегодня не радует летней погодой. Внезапная изнуряющая жара сменилась холодной и пасмурной погодой. Эзра удивленно замирает, сжимая в руках плотную ткань - к такому он не готовился, он продумывал гардероб для другой погоды. Парень бросает грустный взгляд в сторону кресла на котором аккуратно сложена подходящая одежда, а затем звонит будильник, оповещая, что гонка по сбору на работу началась. В конце концов рассерженный Эзра выбирает черные джинсы с дырами на коленях, белую футболку с Хитчкоком, сжимающим гуся. На улице не слишком холодно для куртки и он берет красную рубашку в клеточку и, разумеется, черную шляпу. Перед выходом мама вручает ему зонтик-трость, отбирая ключи от замка для велосипеда.
Эзра вылетает из дома нахохлившийся и обиженный. Но даже такая мелочь не может испортить ему настроение - кажется будто он весь день сидит за прилавком, подперев рукой щеку, и с мечтательным видом смотрит, как по стеклу бегут потоки воды. Посетителей было мало, и он во всех деталях успел представить, как пройдет сегодняшний вечер. Давал себе установки не касаться шведа, пока не будет уверен, что тот не против, думал каких тем стоит избегать, а еще молился, что бы Джейн не пришла. Хотя причем тут Джейн... кажется, любая девушка могла бы включить в канадце запретную кнопочку "ревность", а потом сможет ли он удержать себя в руках? Ведь у него ноги подкашиваются, стоит ему только подумать о том, что для Эклунда это было всего лишь "неожиданно", а не противно, а внутри взлетает стайка бабочек. А еще уши горят, но от этого спасает шляпа, а вы думали стильный аксессуар?
Канадец сбегает с работы пораньше, он знает, как работает Йохан и ему хочется перехватить шведа у галереи. Мысль о том, что шведы могут не любить сюрпризы появляется в его голове слишком поздно. Как раз когда, он раскрывает зонтик, покидая метро. Надо же первый прохладный день за такое долгое время, а все равно как-то не кстати. Эзра торопливо поднимается к входу в галерею, бросает взгляд на часы - вроде у него есть еще немного времени, но, вдруг, Йохан тоже ушел раньше.  На последней ступеньке Эзра тяжело дыша проклинает архитектора. Уже который раз он на своей собственной шкуре чувствует, какая трудная штука это искусство. Но он заходит в музей, стряхивает воду с зонтика оставляя его в специальной стойке. Если честно, он вообще не представляет, в каком месте может быть Йохан. Музей для него все еще остается "темным лесом", так что он просто садится на скамейку у выхода. Вестибюль навевает на него не правильные воспоминания,  и он снова выглядит слишком счастливым, когда появляется швед.
- Здравствуй, - говорит он с улыбкой. Немного медлит, чтобы сказать следующую фразу. Потому что в голове верится: "Ничего, что я здесь, я так хотел побыть с тобой без всех" или "я соскучился". Но обе фразы кажутся ему слишком не правильными и слишком эмоционально окрашенными. Они ведь зависли в "непонятном нечто", так что он продолжает, - у нас изменились планы. В клубе сегодня будет тошно, и мы решили пойти на концерт в другой. Я подумал, что проще будет проводить тебя, туда с google maps дорогу не найдешь. Да и вдвоем веселее, ничего? Группа отличная!
Эзра внимательно смотрит на шведа, пытаясь понять был ли его порыв ошибкой? Сердце внутри него бешено колотится. От одного взгляда на шведа все переворачивается, а от мысли, что Йохан "не против" становится дурно. Спектор сжимает пальцы в кулак, чтобы удержать себя от искушения коснуться одежды художника или вообще сделать что-нибудь еще. Ему кажется будто он стоит на краю пропасти весь нервный и взвинченный. Ведь получается, это их первое свидание? А, вдруг, шведы вообще не любят такую музыку?

+2

3

Мыслей в голове особенно нет и Йохан в последние дни просто живет ощущениями и чувствами, если это можно назвать таким громким словом. Художник честно не до конца понимает всей ситуации, которая разворачивается в его жизни - ни своих чувств, ни намерений, вообще ничего не понимает и не уверен, что движется в верном направлении. Так что он просто старается лишний раз не думать, предпочитая забивать мысли чем угодно, но не приближающейся пятницей, которая его по истине пугала, хотя и страх этот был скорее неожиданно приятным и будоражащим все чувства. Так странно, он никогда не чувствовал такого позитивно сокращенного страха. Да, было что-то похожее прежде, только вот все было по другому, но ведь это жизнь, она не стоит на месте и имеет слишком много полутонов и оттенков, из которых и складываются уникальные межчеловеческие отношения.
Вот к примеру Эзра был для него чем-то добрым и нужным, от одного нахождения рядом с ним на душе шведа становилось спокойно и уютно. Йохан думал о том, что дело все таки не в поцелуе или неожиданно возникших "чувствах", по крайней мере со стороны Эзры, но какая-то неожиданно приятная и необходимая связь точно была между ними и эту связь прерывать не хотелось. А потому швед и пытался не думать о лишнем, оправдывая все произошедшее всякими наивными глупостями и просто жил в ожидании и том самом позитивном страхе относительно пятницы, ведь всегда лучше решать проблемы лишь тогда, когда они появятся на горизонте. Пока этих проблем не было и это более чем устраивало молодого человека.[float=right]http://funkyimg.com/i/21cZ5.gif[/float]
А ещё по мимо мыслей о пятницы у него появились ещё кое-какие заботы. Буквально на днях через музей ему пришло предложение о заказе на серию работ. Когда он услышал об этом, то даже не поверил - неужели, прям так сразу? Да ещё и большой заказ. В тот момент на лице художника появилось непонимание и какая-то слишком открытая улыбка, на что тот самый мистер Дженкинс лишь рассмеялся и похлопал парня по предплечью, говоря что он молодец и не должен упускать свой шанс. Йохан бы и не упустил, будь этот шанс чуть ближе, а пока он мучительно думал о том, стоит ли отвечать согласием и на несколько месяцев уехать в США или стоит упустить этот самый шанс? Будучи от части конформистом, Йохан был готов отказаться и остаться в Ванкувере, тем более здесь ему явно кое-кто нужен, пусть пока художник и не отдает себе полный отчет об этом. Но ведь это его будущая карьера! Мысли все никак не хотели давать верного решения и художник выглядел особенно задумчивым в эту пятницу, не зная что же ответить, а времени оставалось все меньше - в понедельник он уже должен будет сказать свой ответ. А пока есть ещё три дня и пятничный вечер, который он пообещал Эзре.
Проверяет свой телефон на наличие новых сообщений, которых нет и берет зонт, направляется к выходу. Рабочий день закончился, а ещё сегодня весь день дождь и его ждёт Эзра в клубе. Ну Йохан надеется на это, так как все так же не до конца понимает происходящее между ними. Хотя конечно же понимает, и пора уже найти смелость и сказать об этом самому себе - ему нравится Эзра и стоит ответить ему взаимностью, ведь у него у самого на удивление нет никакого особенно сильно предвзятого отношения к ситуации и своей роли в ней. Но если даже и нет, а все равно что-то останавливает шведа. И хочется и колется, осталось решить что же более значительно для Йохана.
На лице расцветает самая душевная и открытая улыбка и негромкое "Привет" звучит в ответ, после чего небольшая пауза, которая совсем не кажется неудобной. Йохан чувствует в этот момент теплую волну накрывающую его. "Jag trivs" - сказал бы он по-шведски и это объяснило бы все, и то как ему хорошо рядом с Эзрой и то, на сколько он дорожит этим человек и как он рад, что тот появился в его жизни. Но он молчит, улыбаясь и слушая то, что говорит ему канадец. Эзра выглядит таким трогательно милым и даже наивным, это очень располагает к себе и Йохан буквально любуется открывающейся перед ним душой будущего режиссера. Швед никогда не встречал ещё на столько приятных ему людей, от одного взгляда на которых на душе становилось хорошо и хотелось слушать бесконечно то, о чем ему говорит собеседник. просто слушать и улыбаться, кивать и иногда что-тот отвечать, не потому что сказать было нечего, а потому что послушать было намного интересней.
- Конечно, спасибо что пришел. - Согласно кивает, что вместе и правда лучше, и пусть немного странно и стеснительно, но это то, что ему сейчас нужно - потому что необходимость решения об отъезде приближается. - А что за группа? - Поддерживает разговор, когда они уже выходят из музея, спрятавшись под зонтами от усиливающегося дождя. Йохан то и дело ненавязчиво поглядывает на парня, тот кажется ему слишком напряженным и даже взвинченным, и в этом конечно же виноват Йохан, от чего стыдно перед Эзрой, что он сам никак не может разобраться в себе и дать определенного ответа. Однако шведу и правда нужно время, возможно больше, чем необходимо, что бы все решить для себя.
Пока они спускаются по ступенькам и Эклунд слушает Эзру, приходит осознание того, что это уже не встреча просто друзей. Дружбу они оставили позади, когда Эзра его поцеловал, а Йохан чуть было не ответил. Осознание это было пугающим и внутри вновь зашевелился огромный спрут, а что если ничего не выйдет? А что, если он испугается? Получает тогда и общения между ними уже не выйдет, но ведь это хуже всего! Понимая это, швед смотрит на Эзру и судорожно пытается найти хоть какое-то решение, или просто сделать что-нибудь. Да хоть бы дотронуться до парня, но ведь это сейчас явно не самое лучшее решение и не стоит делать поспешных действий, когда на него давит ещё и важность принятия решения на счет заказа.

+3

4

Young lovers and they are not sleeping,
young lovers in the hay - LOFT.

"Спасибо, что пришел" - по телу разбегаются какого-то невероятного размера мурашки. Его словно волной охватывает необъяснимое приятное чувство, которое начинается где-то в области желудка и поднимается вверх. Эзра знает, что у него снова покраснели уши и стеснительно улыбается, пряча взгляд, где-то между швами керамической плитки музея. Ему действительно интересно, видит ли Йохан, как сильно действуют его "шведские чары" на бедного канадца? Видит ли он дрожь в коленках, замечает ли как сначала бледнеет его кожа, а затем лицо покрывается пятнами смущения. Ему хотелось не думать, что швед решит этим воспользоваться, но в данную секунду нет такой вещи, в которой юноша смог бы ему отказать. Он очень старается быть безучастным и сделать вид, что тот поцелуй и вообще все между ними для него обычное дело, и в этом нет ничего особенного. Он всей душой желает замять глубоко в себя это желание касаться Йохана, слушать его голос, остановить и выключить весь мир, чтобы никого кроме шведа не осталось. Всем сердцем пытается ровно дышать и говорить обычным тоном. Хотя он уже проходил разные отношения и эта не его первая влюбленность, но от чего-то он чувствует себя таким глупым и неловким. И кажется, что однажды, эмоции возьмут верх. Эзра взорвется на тысячу маленьких кусочков, и в процессе будет играть арфа, а затем падать лепестки роз. Спектор живо представлял себе эту картину.
Рассиживаться в музее они не стали, и Эзра с некоторой досадой вернулся на залитые водой улицы. Он уже успел изрядно промокнуть - джинсы до колен были сырыми, и раскрывая свой зонтик печально вздохнул - дождь стал еще сильнее. Зонты над ними создали определенное пространство, внутрь которого совершенно не проникнуть, так чтобы это казалось случайностью. Но может это и на руку, и Эзра поспешил догнать Йохана, а поравнявшись с ним, ответить на его вопрос.
- Mother Mother. Вряд ли ты он них слышал, местные ребята, хотя довольно известные в Америке. Это "вокальный" коллектив, и в этом их изюм. Удивительно, что удалось достать билеты так просто, - когда Эзра начинает болтать, его скованность пропадает. Он концентрируется на образах, и забывает обо всем, кроме объекта разговора. Сейчас он четко представлял себе музыкантов о которых с жаром рассказывал шведу - пятерых ребят, на концерте которых он побывал первый раз долгие пять лет назад. Он до сих пор ярко представляет себе первое для него их выступление, и потому его рассказ о группе получается такой живой и яркий, словно он переживает все это еще раз. Когда ступеньки кончаются, Эзра даже путает сторону и поворачивается сначала спиной к метро, так сильно его увлекают образы и краски. Ему кажется, если кто-то попросит парня описать Йохана тот просто утонет в эмоциях образах и словах, так же как сегодня в дождевых каплях тонет его родной Ванкувер.
В метро ужасная давка - конец рабочего дня. Толпа прижимает их друг другу и Эзра сглатывает, оканчивая свою беседу о группе. Уши снова заливает краска, он действительно нечаянно касается ледяной и мокрой руки Йохана, и тело отвечает на это прикосновение предательски напрягаясь. На всякий случай он называет Йохану ветку и станцию, на которой им нужно выйти, но смотреть ему в глаза очень трудно, хотя толпа периодически сталкивает их вместе, его не покидает чувство, что их хотят разлучить. Он снова ужасается своему чувству собчинечества и начинает переживать о своем поведении в клубе. Очень надеяться, что музыка отвлечет его, но слабо верит, что есть в этом мире вещь, способная заставить его забыть о шведе хотя бы на пару минут. Полный вагон приходит быстро и вся та же безжалостная толпа запихивает их в вагон, разметая по разные концы. Ехать далеко и Эзра достает наушники, периодически он поглядывая на шведа, в тайне надеясь, что их взгляды будут встречаться чаще. На третьей станции Эзре начинает казаться, что он совсем помешался, и выглядит полным идиотом, поэтому следить за художником перестал - и занял себя игрой в 2048. Потихоньку количество людей уменьшилось.
- А какую музыку любишь ты? - аккуратно спросил Эзра, коснувшись плеча шведа, чтобы привлечь внимание. Всю дорогу его мучил этот вопрос, он пытался подобрать Йохану мелодию, но не мог. Слишком он неоднозначный и глубокий и скрытный. Так мало Спектор о нем знал, но был уверен, что впереди еще многие счастливые годы, и он будет знать о своем возлюбленном даже самую мелкую деталь, всего Йохана от А до Я. Mother Mother кажется ему нейтральной музыкой, которая понравится любому человеку, даже привыкшему к классике, - хочешь послушать группу немного? Мой первый раз был в живую, может тебе тоже так хочется?
Он на всякий случай свернул наушники вокруг телефона. Конечно, если Йохан захочет послушать он отдаст ему все, а ему совсем не хочется второй наушник, как в эти дурацких романтических фильмах. А если не захочет, то будет еще лучше, ведь на Эзру у Йохана появится музыкальная ассоциация, причем отличная музыкальная ассоциация. Вот теперь точно помешательство Эзры на Йохане достигло своего апогея.

Отредактировано Eliezer Spector (2015-08-19 21:43:16)

+2

5

Это было очень странно видеть такие яркие и главное искренние эмоции на лице парня. Йохана всегда подкупала искренность и те эмоции, что он видел на лицах людей окружающих его. Будь то радость или печаль, злость или восторг, даже любовь - все это окрашивало лица людей в особый оттенок, который не спутаешь ни с чем другим, и от этого порой становилось очень грустно, страшно, но больше всего он любил, когда от этих эмоций становилось тепло на душе. И вот сейчас, смотря на Эзру, видя его смущение, внутри шведа все таяло и это было неожиданно приятно. Объяснение этому Йохан найти не мог и просто двигался в том направление, куда его толкала Судьба, ведь это именно она тогда столкнули их у его картины в музее. И пусть "Судьба" сказано слишком громко, но Эклунд верил, что все в этом мире не просто так, а что же произойдет через день, неделю, месяц или годы - это они увидеть лишь позже и сейчас, в эту данную минуту, не стоит обдумывать все это слишком сильно, да просто потому, что нечего ещё обдумывать. И он наслаждается этим теплом внутри себя и ему уже почти не страшно из-за этих странных чувств, ему просто очень хорошо.
- Нет, не слышал, - улыбаясь отвечает швед, и продолжает с интересом слушать то, что ему говорил парень. Вообще, он всегда был открытым для нового и пусть не всегда это показывал, но сейчас с живым и искренним интересом шел туда, куда его вел Эзра. Пусть даже ему не понравится, хотя это и вряд ли, швед от чего то доверял мнению канадца, что бы там ни было ему было интересно и молодой человек в действительности горел желанием попасть на концерт. Да, вот так неожиданно, а ему уже очень интересно, и пусть его шведский склад характера и не показывает истинных чувств в эту самую минуту, но в глазах все равно замер интерес и ожидание. Но самое невероятное во всем было это то, с каким жаром рассказывал ему Эзра о группе, всегда, когда тот говорил о чем-то, что его действительно задевает (а Йохан понимал это именно так), Эзра становился по настоящему живым, совершенно светящимся изнутри человеком. это подкупало, это вызывало восхищение и то самое теплое чувство симпатии, которое испытывал к нему Йохан. Это появилось, пусть не в такой форме, ещё тогда - в музее в их первую встречу, и чем больше швед узнавал его, тем сильнее понимал, на сколько это уникальный человек. И Эклунд правда имел привычку увлекаться тем, что считал уникальным и удивительным - вот и здесь он увлекся.
Наблюдая за парнем, швед совсем не следил куда они идут, следую за своим проводником. Метро встретило их давкой и пришлось быть друг к другу ближе, что вызывало не малую долю смущения, которую швед пытался не показывать - рассматривал людей вокруг, интерьер метро, и все реже смотрел на Эзру, особенно каждый раз когда их сталкивали друг с другом окружающие люди. В конце концов когда они попадают в вагон, то неожиданно находятся в разных углах друг от друга. Йохан продолжает рассматривать людей и объявления, расклеенные на стенах вагона, он прекрасно знает - Эзра то и дело смотрит на него, швед это чувствует, но не спешит очень часто отвечать на эти взгляды. Когда канадца нет в доступной близости, то и все очарование вмиг пропадает, вместо него появляется неудобство и незнание что же делать. Спустя какое-то время он уже не ощущал на себе взгляды парня и это придало хоть малую толику уверенности, но зато и мысли начали просачиваться в его сознание самые разнообразные. Порой швед попросту не понимал, от куда все это - то что творится в его голове и о чем никто и никогда не мог даже помыслить. Сейчас он почему то вспоминал, как Эзра поцеловал его и это было с одной стороны очень неожиданно, но с другой совершенно не неприятно ему, хотя и приятного в этом ничего не было. Такое странное чувство - ведь ему правда симпатичен Эзра, а ещё он явно не... гей, швед наконец произнес это, - так что он совершенно не знал, к чему ведет все это, и расстраивать парня не хотел, но и сам переступать через себя не мог.
Йохан никогда прежде не замечал за собой симпатии к парням, хотя и к девушкам не сказать, что испытывал особенно сильные чувства желания или страсти. Да, у него была первая влюбленность, которая растоптала его на пару лет, да у него после была девушка с которйо они встречались три с лишним года. Но сейчас смотря на это, он понимал, что никогда не любил её так как её следовало любить. С Рикой было удобно, она красивая и действительно вдохновляла его, но это все. Ему было достаточно лишь рисовать её, любоваться милой улыбкой и слушать, что она рассказывала ему. Вот и всё, никакой страсти и желания обладать ею не было и в помине. Так может это с ним какие-то проблемы, может это просто он не испытывает того, о чем так много говорят люди? Так и его брат, с жаром рассказывающий о своих бесконечных девушках - все это не интересно Йохану, все это Йохану заменяет искусство. Так может он не гей, но просто человек, не питающий ко всему этому интерес, а Эзра просто очередной человек, кем он увлечен и только? Мысли эти казались ему вполне обоснованными, но в тот момент, когда парень подошел к нему, шведу стало стыдно за них. Ему действительно очень нравится Эзра, именно как человек, как личность.
- Что? - Он даже не сразу осознал, о чем его спросил парень. Было от чего-то мерзко за себя, а вдруг он дает Эзре ложную надежду? Вдруг не случится, а скорее всего не случится, то что нужно Спектору? Тогда что? Возможно стоит прервать все это прямо сейчас и никого не мучить. Но вместо этого швед растерянно улыбается и пожимает плечами, - Не знаю, мне многое нравится. - Вообще швед не делит музыку на направления или стили, просто или ему нравится или нет, третьего нет.
- Да, наверно так будет лучше, - со сдержанной улыбкой отвечает Йохан, сдерживая себя и свои чувства, рвущиеся наружу. Он решил, что стоит поступать осторожно, держать себя в руках и не давать лишних, возможно ложных, надежд. В конце концов совсем скоро все должно решиться - а ещё заказ, который он или примет и тогда распрощается с Эзрой или не примет и придется серьёзно думать о том, что же ему делать дальше. Но пока их ждет концерт и увлекательный пятничный вечер, не стоит портить все так быстро.
- Мне кажется, мы почти приехали? - Дружелюбно, спустя какое-то время, говорит швед, читая название станции в закрывающейся двери. Осталась одна остановка. А после, когда они приезжают, выходят из метрополитена их вновь встречает низкое серое небо и крупные капли холодного дождя.
- А какую ты любишь музыку? - Йохану просто хочется послушать то, что расскажет ему парень, потому что ему кажется, что тот очень интересный и приятный собеседник, да и просто шведу импонирует то, как Эзра рассказывает что-либо - интересно и приятно.

+2

6

Эзра мягко улыбается, поправляя рукав своей красной рубашки. С зонтика капает на и без того сырые кеды, в голове играет какая-то глупая песня, и собственно настроение у него такое же. Не смотря на дождь, он чувствует себя бодрым и счастливым. Йохан улыбается. Улыбается для него и у парня снова дрожь в коленках, и ему кажется этому приятному чувству не будет конца.  Пусть это и не та улыбка, которую он ждет. Одна глупая песенка сменяется другой, и ему даже удается побороть себя и не выдать разочарования. Йохан снова ушел от ответа, оставив графу "музыка" пустой. Спектор поджимает губы, а затем сразу улыбается. Наверное, это сложный вопрос и не каждый сможет вот так с ходу ответить, какая музыка делает его лично счастливым. Да и каждая песня подходит к конкретной ситуации и конкретному эмоциональному настроению. А у Йохана, как казалось, Эзре внутри все было так тонко и чутко, что не каждый композитор бы смог подобрать или описать что-то такое. Он сам так долго подбирал музыку у своей короткометражки. Может Йохан так же отбирает песни для себя? В любом случае, ему даже не представлялся Йохан напивающий "Oops I did it Again" или  "Singing in the Rain". Сам же Спектор чувствовал родство практически с любой песней, в которой звучала гитара. И одинаково весело ему было и от Френка Синатры и от молодой Бритни Спирс.
И все же это слабое утешение совсем не помогало. Словно его настроение было воздушным шаром, из которого начали медленно выпускать воздух. Эзра понимающе кивает, и убирает телефон в карман сырых джинс. Холодность Йохана снова разбивает его на части, но он ничего не может с этим поделать. Он вообще ничего не может сделать сегодня, кроме как показать, что он готов ждать столько сколько потребуется. Это самое ужасное, когда ты уже сделал все, что мог и остается только ждать. Отдать свою жизнь и желания кому-то другому, закрыть глаза словно ничего не происходит и плыть по течению. Именно на это настроился Эзра, поднимаясь по ступенькам к галерее. Он был уверен, что справится. Но теперь, стоя к шведу так близко, ему кажется это практически непосильной задачей - делать вид, что ничего не происходит. Ему хочется свернутся калачиком и задержать дыхание, или уйти в литургический сон. Он прекрасно помнит, как тяжело пойти на отношения с мужчиной, и поэтому где-то в глубине души у него таится безысходность. Но он не успевает упасть туда, потому что его будит компьютерный голос, объявляющий станцию. Затем из транса выводит голос Йохана.
- Ага, - механически отвечает он, словно делая выдох. Действительно почти приехали, поворачивается к двери. Шум подземки избавляет от необходимости говорить, и неловкость которую чувствует Эзра, как ему кажется не так заметно. А он очень растерян, совершенно не знает, как себя вести, чтобы склонить Йохана к более выгодному для него варианту. Потому что, если Эклунд выберет что-то другое и не ответит ему взаимностью, он вряд ли легко сможет это пережить. Эзре всегда было легко найти контакт с людьми или понравится, наверное, потому что он никогда не оглядывался. Тут же он высчитывает каждый свой шаг, словно это не "первое свидание", а шахматная партия. И кто знает, чем все это кончится, если ему не удастся поставить "шах и мат". Когда они выходят на улицу, Эзра думает, что ему надо немного выпить, чтобы снять напряжение. Еще ему хочется рассказать Йохану о том, почему он такой колючий и напряженный. Он знает, что ему сразу станет легче. Но такой ход не вписывается в партию, вообще любое отступление от плана "делать вид, что ничего не произошло" карается расстрелом. Еще пару минут пешком, потом они зайдут в клуб и все будет хорошо.
- Ох, это очень просто! - с лишним азартом, отвечает парень, раскрывая зонтик. У него появляется надежда, что, если он с чувством расскажет о себе, Йохану тоже захочется поделится. Их снова встречает дождь, хотя кажется, будто они выходили из поземки целую вечность. "Может дождь все-таки плохой знак?" - думается Эзре, и он тут же отгоняет эту мысль прочь, вспоминая теорию позитивного мышления, - мне кажется ты и сам знаешь ответ, ну или подумаешь: "Как я не догадался!" Я люблю песни, которые  могут стать своеобразным универсальным саундтреком к моей жизни. В большинстве это, конечно, старая классика - джаз или первый свинг, популярная поп музыка середины прошлого века. Ну то есть когда на улице солнце, самая любимая песня для меня "Sunny... yesterday my life..." Когда мне действительно грустно, я люблю доводить свои эмоции для максимума и слушаю что-то типа RadioHead. Вообще весь мой плеер - это подборки на утро, вечер, работа, учеба, грусть, первый снег и все такое...  О вон и клуб, видишь очередь? Мы почти пришли. Снаружи он жуткий, да?
Спектор обрадовался, что ему удалось перевести тему в другое русло, как-то он опять слишком раскрывает свою жизнь, не имея ничего взамен. Такой уж он человек - не может закрываться от людей, даже если ему этого очень хочется. Парни подходят к клубу, и Эзра с радостью замечает у входа, отдельно от очереди своих друзей. Наконец-то можно выдохнуть - квест выполнен, вроде Эзра ничего не испортил - добрались до клуба без приключений. Канадец с жаром машет друзьям, теперь ему будет проще держать дистанцию и делать вид, что ничего не происходит. И вообще это отличная группа, нужно взять себя в руки и просто радоваться моменту. Хотя он и чувствует некую толику ревности, особенно по отношению к своим фигурным подружкам, все так же быстро активизирующихся при виде нового человека в компании. Кто-то предлагает сделать большое общее селфи. Эзра получает свою печать на запястье и заходит в клуб. Не самое его любимое заведение, хотя конечно, гораздо больше, чем их родной клуб. Но тут так же громко играет музыка. Публика менее искушенная, но от некоторых девушек, даже ему становится не по себе, что уж говорить о мужчинах традиционной ориентации. Как и ожидалось план с друзьями сработал отлично - дышать ему стало легче, ребята сразу разбрелись по своим местам, на балконе. В этот раз Эзра позволил себе занять место рядом с Йоханом, ожидая, что весь концерт проторчит внизу на танцполе.
Неприятное пятно, вызванное неожиданной закрытостью Йохана совсем стерлось из памяти. Все внутри режиссера заполнила музыка и то самое чувство идентичности время-место. Так что он снова стал легким и приятным - много улыбался, много шутил. Когда касался Йохана случайно или намеренно в его теле больше не возникало какого-либо особого отзыва. Если бы он сейчас вспомнил о поцелуе, то наверное, решил бы, что это произошло с каким-то другим Эзрой. Потому что у Спектора, разжигавшего сейчас огонь беседы все вышло бы по первому классу - для этого человека слово "неловкость" напрочь отсутствовало. Когда группа на разогреве отыграла, и на сцену вышла прекрасная пятерка Mother Mother, Эзра совсем развеселился.
- Пойдешь вниз? - спросил он Йохана, и эта была первая фраза с тех пор, как они зашли в клуб, обращенная лично к нему. Ему стало немного совестно за себя, он явно переигрывал. Оправдывая себя лишь тем, что он действительно запутался, Эзра продолжал все так же улыбаться, позволяя себе опереться рукой в спинку диванчика прямо за Йоханом, а когда оказалось, что знакомая дрожь в теле никуда не ушла, он незаметно убрал руку.

Отредактировано Eliezer Spector (2015-08-23 01:22:03)

+3

7

Если быть внимательным и уметь наблюдать, то со временем можно научиться с легкостью распознавать чужие эмоции и людское отношение к ситуации. Конечно, порой просто не видишь того, чего видеть не хочешь или, скажем, просто отвлекаешься и не замечаешь всего. Но если очень нужно, то человек внимательный и не равнодушный сможет заметить в чужом взгляде что-то такое, что просто не сможет оставить его равнодушным. Йохан увидел во взгляде Эзры малую толику разочарования, которую тот все таки пытался стереть со своего лица, но швед это уже увидел и улыбался в этот момент особенно виновато. Хотя вины его особо и не было - он не хотел особенно что-то скрывать от Эзры и с радостью бы ответил на его вопрос, вот только будь у него чуть больше времени, он бы обязательно подумал по лучше над вопросом Спектора и таки ответил что же именно из музыки он любит. Но вместо этого ответил самое простое, то чем всегда отделывался от большинства людей, не сказал ровным счетом ничего, но в то же время дел понять, что эта тема хоть чуточку но задевает его. Да, он слушал многое и каждая песня или исполнитель, которые ему особенно нравились, подходили для чего-то особенного, для какого-то эпизода в его жизни или для творчества. Но чаще всего он не рассматривал эту музыку самостоятельно, ему было достаточно ненавязчивой мелодии в виде саундтрека к своей жизни, а от того и зацикливаться на названиях он не стремился. Именно по этой причине он не смог очень быстро выудить из своей головы нужные названия или направления и сейчас чувствовал себя даже немного виновато, что так бездарно отделался от этого вопроса парня - было видно, что для Эзры это важно. А Йохан подвел его. Улыбка его была все такой же извиняющейся, но это уже не спасало складывающуюся ситуацию.
Эзра закрывается и единственное, что остается Йохану это пытаться поддержать всю ситуацию вежливый и добродушной улыбкой, в тот момент, когда Эзра буквально уходит от их общения. Гадливое чувство безысходности, расстраивает шведа и он не пытается вывести парня на разговор, давая тому возможность прийти в себя. Но в тот момент, когда избегать дальнейшего разговора уже невозможно, Йохан пытается исправиться и первым начинает говорить. Сначала ненавязчиво про их маршрут, чуть позже пытается вывести Эзру на эмоции, которые самому шведу кажутся в данный момент необходимостью. Да, он все таки зависим от эмоций людей и они очень сильно на него влияют, так теперь он хочет вновь увидеть яркий огонек азарта в глазах парня, послушать его рассказ - ведь из-за этого ему точно станет лучше и легче от их весьма странной поездки. В какой-то мере это постыдно, жить за счет чужих эмоций, особенно позитивных, Йохан это знал, но поделать ничего не мог.
Когда Эзра с особо сильным желанием отвечает на его вопрос, Йохану становится легче - будто бы гора свалилась с плеч, ведь Эзра отвечает на его вопрос и уже не кажется таким подавленным и отстраненным, как прежде. И нет, Йохан не знает ответ на свой вопрос, а потому с благодарной и располагающей улыбкой лишь мотает головой - "Нет, не знаю. Расскажи." - с упоением начинает слушать то, что говорит ему парень. Эзра был одним из тех немногих людей, которые могли одними лишь словами сделать что-то невозможное. От общения с Эзрой Йохану казалось, будто бы мир становится светлей и ярче, добрее даже, и дождь уже не кажется таким печальным и холодные порывы ветра уже не мучают его. Он просто идет и с теплой улыбкой наблюдает за изменениями в лице парня, когда тот рассказывает, буквально открывая ему свою душу. Душа это невероятно красивая и солнечная, Йохану вновь кажется, что перед ним самый удивительный и хороший человек на свете, он буквально зачарован его голосом. Швед удивленно приподнимает брови, услышав о привычках парня - это кажется ему очень необычным и в то же время привлекающим внимание, сам он никогда не думал в таком ключе, наверно просто потому, что музыка не была так уж важна для него. А потом Эзра прерывает этот поток информации о себе и швед совсем капельку, но разочарован. Да, они пришли.
Все внимание забирают друзья Эзры, которые уже собрались и по всей видимости ждали лишь их. Здесь были люди, которых Йохан уже знал, но были и те, кого он видел в первые. На лице дружелюбная улыбка и он вливается в этот коллектив, знакомится с теми, кого не знает и приветствует тех, с кем уже знаком. Эзра отдаляется и это сразу чувствуется, хотя в данную минуту это кажется вполне нормальным явлением. Швед не возражает против снимка всем вместе, после чего следует за друзьями Эзры и получив пропуск в клуб заходит внутрь, там уже совершенно другая атмосфера. Из серого дождливого дня они нырнули в яркую и шумную ночь, такой разительный контраст захватывает швед - ему нравится все это. Громкая музыка и компания ведет его куда-то, как оказалось на балкон, там стоят огромные диваны. Йохан занимает одно из мест и некоторое время пытливо смотрит на Эзру, не понимая в данный момент, что тот затеял. Слишком долго размышлять над этим швед не успевает и его буквально выдергивают из собственных мыслей в общий разговор.
В компании все переменяется между ним и Эзрой. С одной стороны это позволяет расслабиться, с другой стороны чувство какого-то подвоха не оставляет шведа. И не оставляет его оно на протяжении всего разговора. Если в начале вся не  маленькая компания друзей Эзры общались между собой, то чуть позже разделилась на группки по интересом. Рядом с ним оказалась девушка, с которой Йохан познакомился лишь сегодня, оказалось, что она фанатка Скандинавии и в том году путешествовала по Норвегии и Швеции, так что поговорить им было о чем. Девушка оказалось даже немного знает норвежский, так что Йохан был совсем не против "помочь" ей, хотя и вышло все странно - норвежский, тем более в шумном клубе, Йохан почти не воспринимал и все кончилось веселым смехом и только. В любом случае с девушкой было интересно и он даже почти забыл о том, что происходило между ним и Эзрой. И да, он несомненно заметил, что парень почти не обращался напрямую к нему за все это время. Обиды не было, но что бы не скучать Йохан и нашел эту собеседницу.
Неожиданно Эзра привлекает его внимание вопросом, ну или предложением, пойти вниз. Йохан не сразу замечает, что парень оказывается слишком близко, но в этот момент он совершенно расслаблен и доволен, так что не пытается отодвинуться или что-либо изменить в данном случае.
- Можно, - отвечая довольной улыбкой на улыбку, чуть наклоняет голову на бок, рассматривая Эзру, отмечая как интересно падает яркий свет красного прожектора на его лицо. Собственно почему бы и не спуститься, ведь они пришли сюда не что-бы поболтать, но ради группы, которая уже вышла и сотни людей поддержали их громкими криками. - Пошли. - Швед с готовностью встает, и не давая Эзре и секундного промедления призывает его пойти с ним, положив свою руку тому на плечо. В этот жест он не вкладывал ничего особенного, просто призыв не более. Сейчас, будучи совершенно расслабленным и погруженным в эту атмосферу ему не хотелось лишний раз зажиматься в углу, пытаясь оградить себя от Эзры, или Эзру от себя. Хотелось просто повеселиться и насладиться музыкой. Первая песня уже заиграла и здесь, на балконе, ей было слышно не так уж и хорошо - нужно идти вниз. Две девушки тут же оказались возле него, явно собирающиеся присоединиться к ним с парнем, так что все вместе они отправились вниз. Йохан помог девушка пробраться сквозь толпу и им всем вместе удалось пройти если не к первым рядам в зале, то хотя бы в середину. Звук здесь был много лучше, да и смотреть на пятерку на сцене было куда приятней с этого ракурса, чем с балкона - швед с интересом разглядывал музыкантов, увлеченный музыкой и хаотичными движениями толпы возле него. И ему нравилась эта группа и песни, что они играли.
I’m getting on a mountain, away from the people on the ground and
Some cop sticking up my wagon
Chop chop we gonna build a cabin, up top on a pretty little mountain
Fuck off all you people on the ground, ya!
Девушка, с которой они разговаривали этим вечером, потянулась к нему, взяв за руку. Йохан наклонился и она что-то прокричала ему в ухо, а швед не понял и со счастливой улыбкой покачал головой, одними губами говоря - прости я не слышу. Она смеется и подпевает, а Йохан отвлекает своё внимание от неё и обращает внимание на Эзру. Вот, теперь уже она наклоняется к нему и пытается перекричать музыку, но это не выходит. Рука ложится на плечо парня, чуть разворачивая его к бару. Ему хочется хоть чуточку побыть с ним наедине, не ради того, о чем может подумать Эзра. Но просто потом, что шведу кажется, что этим вечером они почти не говорили и это не очень хорошо.
- Угощаю! - Ему все таки удается перекричать музыку в какой-то момент, когда музыка стала чуть тише.

+2

8

Эзра с удивлением смотрит на Йохана, отмечая в его взгляде что-то игривое и не правильное. Тот наклоняет голову под забавным углом, и Эзра пародирует ему вопросительно выгибая бровь. Швед отвечает согласием, канадца словно бьет током, а по коже бежит холодок... Это не то, что он хотел услышать. И эта мысль шокирует его больше того факта, что Йохан поспешно поднимается из кресла. Весь вечер Эзра старался избегать его, потому что чувствовал себя потерянным и не правильным. Любой шаг казался ему неправильным, любая фраза двусмысленной. Минуты проведенные наедине казались пыткой. Но главной целью было совсем другое - ему хотелось, чтобы Эклунд сам потянулся к нему, проявил интерес со своей стороны, потому что надежда внутри Эзры начинала гаснуть. Это было так глупо, так наивно и так по-детски, Эзра отводит взгляд, его уши снова краснеют. Весь вечер он сидел в компании своих друзей, пытаясь создать себе зону комфорта. Он пил пиво и улыбался и шутил и спорил. Но ему не было хорошо, он не чувствовал радости. Каждый раз, когда его взгляд случайно упирался в Йохана весь его мир, вся его комфортная зона словно разбивались о каменную стену. Он видел, как его шведа облепили девушки, и он видел, как мило швед беседовал с ним. Как улыбылся им, как наклонялся ближе, перед тем как начать делится своими чувствами. Весь вечер он стонут на донышке своего бокала, пытаясь отыскать там надежду или свое достоинство, или вообще хоть один лучик света. Но его, наоборот, переполняло ужасное чувство тревоги. Но он смотрел и до последнего ничего не предпринимал. Смирившись, он, наконец, покинул мнимую зону своего комфорта, собрал последние крупицы своей надежды и задал вопрос. Скорее из вежливости, они же пришли вместе. И вот он готовится увидеть как Йохан отмахнется рукой и останется с девушками. И тут происходит не то, что он ожидает. Словно где-то наверху, кто-то решил поиздеваться над ним.
Рука Йохана ложится на плечо, у Эзры перехватывает дыхание. Нет, это не то, что он ожидал услышать и не то, что он хотел почувствовать. Спектор чувствует, как немеет тело. Он устал быть растерянным, и не сразу соображает, что нужно сделать. Аккуратно высвобождается от руки Йохана, потому что ему больно, и не хочется тешить себя лишними надежами, и направляется в сторону лестницы. Ему даже не надо оборачиваться, чтобы убедиться в том, какой красивый шлейф тянется за шведом.
Эзра стоит практически у сцены - он смотрит на музыкантов, и они поют его любимые песни. Пару часов назад Спектор с упоением рассказывал о том, как влияет на него эта музыка. Как сердце начинает биться в такт с ударными, как теряешь контроль над телом и мыслями, когда свое собственно "Я" растворяется в толпе вскинутых к небу рук. Язык предает тебя, и вот ты уже выкрикиваешь имена музыкантов. Но это не происходит сегодня... Эзра словно комок нервов, он смотрит на сцену, но боковым зрением видит, как мило швед общается со своей поклонницей. Внутри него кипит злость, и он сжимает руку в кулак. Разве есть в этой жизни справедливость? Канадец злиться на себя, за то, что он такой ребенок и так портит себе и Йохану вечер. Выдумал какую-то фигню, и теперь смотрит, как теряет все, чего он добился. Веселая песня заменяется балладой, и Эзра благодарно смотрит на музыкантов. Это пожалуй то, что надо. Ему удается на минуту забыться, и когда Йохан касается его, он, напряженный как гитарная струна резко вздрагивает. Его пинали и пихали, но от прикосновения Йохана, а Эзра еще не оглянувшись уверен, что это он все внутри закипает. Он хочет обернуться и высказать ему все, что накопилось... Но его взгляд упирается в глаза художника и все внутри Эзры успокаивается. Вместо этого он лишь стоит, глядя в его глаза словно истукан. Ему хочется, чтобы больше ничего не случалось, заставить этот момент остановится. Но время неподвластно и он следует в том направлении, в котором указывает швед, и он все еще чувствует его руку на своем плече. И оказыывается, так мало ему нужно для счастья.
Он его личная маленькая катастрофа. Его вечный взрыв. Эзра  плетется сквозь толпу и понимает, что он растворился в одном конкретном человеке, и не сможет поделить свою душу с кем-то еще.

Я бегал в таких лесах, что не обхватишь ствол
Я шел на всех парусах, а рядом могучий кит шел.
Я тысячу раз тонул, я задыхался шутя...
Я слышал в лесу обвал,  я видел в горах обрыв,
Но главное, что я узнал: ты - это вечный взрыв

Эзра садится на стул, аккуратно, чтобы не задеть Йохана поворачивается к стойке. Конечно, тот знает, что он чувствует, и как канадца разрывает изнутри на сони маленьких искорок. Эзра лишь надеется, что Эклунд не просто пользуется этим, а просто нуждается во времени. Он пожимает плечами, пусть Йохан возьмет тоже, что и себе. Эзра уже несколько раз понижал, а затем повышал градус. То, что будет в его стакане сейчас не имеет значения. Он смотрит на Йохана не шевелясь и затаив дыхание. Как бы ему не хотелось, он не сможет сейчас доказать, что будет любить его сильнее всех вместе взятых женщин в этом клубе. На его лице написано удивление и растерянность, но вместе с тем, он улыбается, потому что улыбка стала частью его жизни. Эзра молчит, выжидающе смотрит на Йохана. Ему кажется, что если он начнет говорить, момент испортится. Неужели Йохан все-таки выделил его из толпы? Или это тоже ради вежливости? Глупый наивный ребенок, Элиэзер...

Отредактировано Eliezer Spector (2015-08-24 22:55:48)

+2

9

Швед не хочет торопиться, он не пытается флиртовать или делать то, что в данную минуту считает лишним. Но в то же время он не хочет потерять то, что уже есть между ним и Эзрой, пусть даже это "что-то" пока с трудом укладывается в его мыслях, но сердце чувствует, что нельзя просто так отпустить его, позволить парню в конце концов сделать то, что он пытался на протяжении всего вечера - струсив поставить точки над "и", хотя точки эти явно будут не к мечту и не вовремя. Скорее всего Спектора сбила с толку шведская холодность, к этому выводу пришел Йохан за то время, что Эзра старательно избегал его - не смотрел, не говорил и вел себя очень странно, учитывая прежние их отношения. А ещё отводил взгляд, а во взгляде швед успел не просто заметить, но понять - влюбленность. Это от части пугало, от части же напротив заставляло желать их общения ещё больше. Такое двоякое, совершенно не правильное чувство, поддетое и поддержанное алкоголем, громкой музыкой, темнотой клуба и яркими огнями. Эта атмосфера всегда вселяла слишком не правильно суждение о ситуации и отношениях, часто позволяя большее, чем необходимо или дозволено. Вот и сейчас, Эзра решил дать задний ход, а Йохан наоборот стремился вернуть его внимание себе. Очень эгоистично, швед и сам это осознавал краем сознания, который по всей видимости ещё оставался трезвым. Ему хотелось, что бы Эзра не исчезал из его жизни так быстро - ему он был нужен, правда нужен, и пусть он пока ведет крайне жестоко с ним, давая надежду. Но по другому он не мог, а может и не хотел прост, но в любом случае он не запрещал себе дотрагиваться до парня, ощущая как тот напрягается от этих простых прикосновений. Он смотрел ему в глаза и было страшно видеть там те чувства, которых он сам пытался избегать всю свою жизнь - потому что такие чувства доставляют боль, если остаются без ответа. Он это знал. И вот теперь уже он сам оказался на той, другой стороне, и от этого было ещё страшней. Если бы только не алкоголь и отличная музыка, он бы вел себя иначе.
Все искрит, чувства превратились окончательно в грязный смешанный клубок и он призывает Эзру пойти к бару, явно что-то задумал, но все ещё не до конца уверен в этом своём желании. Сам не осознает, что творит и с легкостью покидает компанию двух девушек, с которыми было приятно, но не на столько интересно, что бы продолжить его с ними знакомство. На пару секунд они с Эзрой смотрят глаза в глаза, чувства успокаиваются, но не очищаются так, как хотелось бы шведу. Просто уже не так неприятно от алкоголя и атмосферы, от назойливого эйфорического состояния. Зато он знает, с чего начать разговор с Эзрой, эта мысль пришла как-то внезапно и показалась опьяненному концертом шведу вполне выигрышной. Ему необходимо показать парню что тот не без интересен ему ровно на столько, что бы оставить между ними дистанцию, но не превратить её в пропасть. Держать Эзру рядом с собой ровно до тех самых пор, пока не поймет наверняка, что хочет. Потому что если отпустить сейчас, то они уже точно не увидятся. Ему это казалось сейчас самой большой правдой на всем свете, во всей его жизни.
Они садятся к бару, Эзра все так же делает вид, что Йохана не существует, а сам Эклунд не знает, что ему сейчас стоит сделать, прямо сейчас. А потому заказывает коктейль, думает какое-то время, прежде чем заказать Лонг Айленд, который он помнит, ему принес Эзра в тот вечер, когда перед Йоханом открылось то, что до этого он не замечал. А ведь он запомнил и сейчас это казалось чем-то важным, заказать то же самое, что было в тот раз. Бармен спустя некоторое время ставит перед ними заказ, и все это время они молчали. Продолжают молчать, когда несколько долларов оставленные на столе Йоханом исчезают и бармен окончательно отходит от них, оставляя наедине.
protecting you. protecting me.
i throw the evidence into a trunk and drop it in the sea.
lie awake.
Звучит новая песня и зал будто бы затихает, швед прикрывает глаза, собираясь с мыслями и мужеством, которое пропадает вместе с опьяненной эйфорией от вечера. Чувства оголяются, желание быть ближе обостряется, но он сдерживается и лишь поворачивается к парню. Руки шведа ложатся на холодный и запотевший бокал, ища в нём поддержку. Поддержки нет, но он начинает говорить, наблюдая за лицом Эзры.
- Я люблю исландскую музыку, она кажется такой ненавязчивой и в то же время глубокой. Это как слушать шум моря и знать, что ты один в окружении лишь моря и нескольких десятков километров вокруг. А ещё я люблю классическую музыку, хотя предпочитаю её в качестве музыкального сопровождения для работы. Я редко слушаю музыку просто так, а потому не могу сказать, что же именно я люблю. - Он замолкает и чуть хмурится, соображая, а достаточно ли этого ответа для того, кто с таким жаром рассказывал ему о своей любимой музыки. В отличие от Эзры рассказ Йохана был сдержанным и спокойным, он не стремился проявлять особых чувств, в то же время и не прятал их - видимо его чувства в принципе были обычно слишком незначительны в своём выражении. Может быть в этом и вся проблема для Эзры и он привык к другому? Менять себя тяжело, особенно если ещё не до конца уверен, что хочешь этого.
- Эзра, - швед сглатывает, вновь цепляясь за стакан, но так и не делает ни одного глотка, - ты мне правда нравишься, с тобой интересно и приятно общаться и мне кажется, мы могли бы стать отличными друзьями. - Когда говорит все это, уже не смотрит на парня, сидящего рядом, вместо этого гипнотизирует содержимое своего бокала. Продолжает говорить, потому что если сейчас не скажет, то после уже никогда не решится. - Но я правда пока не до конца понимаю, чего именно ты от меня хочешь. В эту данную минуту. К чему все это? - Пересиливает себя, улыбается, поднимая взгляд на парня. - Как думаешь, ты можешь дать мне время? Просто столько всего свалилось на меня, действительно - все и сразу. Я пока честно не знаю даже, что будет со мной через неделю или две. - Швед замолкает, так и не решаясь рассказать этим вечером Эзре про заказ и тот факт, что возможно он уедет буквально через пару недель, а то и меньше. И ему правда нужно ехать, но оставлять за спиной не решенные дела слишком не правильно и подло, особенно если это касается Эзры.

mother mother - sleep awake
http://funkyimg.com/i/21oYT.gif http://funkyimg.com/i/21oYU.gif
. . . . . . . . . . . .

+2

10

Youth Lagoon – Seventeen
Бармен с вежливой улыбкой опускает бокал перед Эзрой: две трубочки, лайм и чайный пакетик в высоком бокале. Подача всегда разная, но вкус и состав неизменный. Эзре хочется сдержаться, он опускает взгляд. Уголки губ предательски взлетают, он делает большой глоток. Приятный напиток обжигает нутро. По телу разливается тепло, и дело совершенно не в роме или текиле. Эзра поворачивается к Йохану с серьезным лицом, чтобы сделать важное заявление. Этот бокал с Лонг Айлендом на стойке, открыл Йохана с другой стороны. Когда холодный, словно каменный человек, вдруг, совершает такой нежный и сентиментальный поступок, это гораздо ценнее, чем тысячи улыбок Элиэзера Спектора. Потому что такой поступок один на миллион. Эзре кажется будто он маленький кусочек масла, который вот-вот растает от теплоты.  Глоток напитка проясняет голову, но этот эффект не будет длится долго. Эзра помнит это и старается поторопиться, с подбором правильных фраз. Его поведение на сегодняшнем концерте было мягко говоря не правильным. Но отгородился он от Йохана не только потому, что не чувствовал отдачу с его стороны и хотел заслужить его внимания. Да, эгоистично он хотел, чтобы Йохан выделил  его, для Спектора это было очень важно. Все прошло, так как он рассчитывал, в конце концов, швед захотел общества Эзры. Канадец получил то, чего добивался, но счастливым себя не почувствовал. Сейчас ему казался этот метод глупым и низким. Единственное, что оправдывало его, это боязнь переступить черту. Сорваться и "взять" это внимание самостоятельно, и тогда точно все испортить. Он собирается сказать об этом Йохану, хотя ему трудно держаться серьезного взгляда.
Йохан начинает говорить о музыке. Эзру снова переполняет нежность. Он вспоминает свою короткометражку, которую снял о нем, и понимает, что знал ответ, еще до того, как спросил. Ведь музыка так сильно связана с душой и жизненной философией. Конечно, Эклунд слушает что-то такое, глупо было спрашивать. Спектору на мгновение представилось, как швед работает в галерее под песни, напоминающие шум прибоя и шелест моря. Морские волны прочно вошли у канадца в собирательный образ "мой швед". Он уже не может изображать безразличие, губы сами растягиваются в улыбке. Ему кажется несправедливым, что швед так мил с ним в эту минуту, ведь он этого не заслужил. Эзре хочется сжать руку Йохана или вообще как-то показать, что все в художнике привлекает его и кажется ему нескончаемо прекрасным, но он знает, что не может позволить себе ничего кроме улыбки, и шепотом произнесенного "спасибо". Слово утонет в музыке и визгах, едва слетев с губ, а Эзра разочарованно вздохнет. Ему кажется еще немного и эмоции разорвут его изнутри, а ему даже поделиться не с кем о том светлом чувстве, что возникает в нем, когда он просто смотрит на Йохана. 
Наверное, это затишье в зале сделали специально. Эзра слишком явно дергается, когда Йохан называет его имя. Ему приходится быть очень близко, чтобы понять и не пропустить ни звука. От этого вынужденного положения по телу бежит нервная дрожь. "Ты мне нравишься... стать друзьями" Эзра смакует каждое слово, пытаясь понять как он к этому относится. Может ли он стать другом, или дороги назад для него уже нет. Ему не хочется терять шведа, но и делать вид, что кроме разговоров его ничего не интересует он не может. Спектор отрывает свой взгляд от бокала и то, что Йохан не смотрит на него, когда произносит эти фразы вселяет в него надежду. Он же режиссер, они изучали этот прием. Тяжело смотреть в глаза, когда не уверен в своих словах. Но все же... кажется его отшили?
- В эту данную минуту? Йохан, - мягко осекает себя Эзра. Начал он эту фразу не очень хорошо, его колотило изнутри, казалось накипевшим эмоциям уже нет места в его теле. Он вздыхает, прежде чем продолжить. Язык немного заплетается, и он не уверен, что то что он собирается сказать правильно, - Йохан, ты прекрасно знаешь ответ на этот вопрос, к сожалению. Но если совсем коротко, я ни минуты не жалею о том, что произошло в галерее. Если бы меня попросили взять это обратно, я бы ни за что не отдал. А хочу я всего лишь одного - знать, если ли у меня шанс пережить это чувство снова? Хотя бы маленький? Потому что "нравишься" для того, чтобы описать мое ощущение слишком блеклый эпитет.
Эзра смотрит на Йохана не моргая, в отличии от него, он уверен в каждом сказанном слове, и может повторить их несколько раз, не отводя взгляда. Ему хочется развернуть художника, чтобы тот видел, что канадец не собирается сдаваться. Но он сдерживает себя, собираясь с мыслями для следующего вопроса. Сегодняшний день показал, что он не может ждать, что ему это трудно. Так что Эзра собирается соврать. Отчасти соврать. Он делает несколько глотков и сразу поворачивается к шведу. И кивает, Эзра не умеет лгать, так что пытается подобрать слова, так чтобы извернуться от ответа:
- И если шанс есть, я буду ждать столько, сколько тебе понадобиться. А если его нет, убей меня прямо сейчас, пожалуйста, - наконец, отвечает он, сжимая руки под стойкой. Он не планировал говорить все это сейчас. Да в принципе, это уже не имеет значения. Все слишком очевидно в отношении него. Отчасти это правда, если Йохан периодически будет таким милым и внимательным, Эзре будет этого достаточно. Его швед словно айсберг, который открывает свою душу только для него. Пожалуй, некоторое время Эзре еще подождет.

+2

11

Заказать тот самый "их" первый коктейль, рассказать о своих предпочтениях. Йохан вкладывал в это больше, чем сам понимал, и в то же время он не знал, на сколько это важно для Эзры. Мигающий свет, оглушающая музыка, это отвлекает и не дает художнику увидеть истинные чувства парня, но надеется на то, что он поступает правильно. Говорить о себе всегда сложно, особенно если не уверен, что это именно то, что хотел услышать собеседник. Раскрывает душу, ощущая почти осязаемо, как доверяет канадцу всего себя. Столь откровенное осознание позволяет ему почувствовать атмосферу между ними ярче, четче. А ещё осознать, что же именно происходит между ними - тут не односторонняя влюбленность, отнюдь.
И пусть Йохан следил за выражением парня, когда открывал свою душу и это было неудобно и неожиданно для него - открыть свою душу человеку, который хоть и значит многое, но ещё не является на столько близким. Вот так вот, очень неожиданно осознавать, что не можешь до конца открыть свою душу, хотя её уже давно разгадали. Во взгляде парня будто бы проскакивает понимание, значащее, что ответ и не требовался. И это тоже сбивает с толку и безумно смущает - неужели он как открытая книга для Эзры? От этого было даже страшно, потому что прежде швед никогда не замечал за собой подобного, знал что в его голову никто не сможет влезть, да и сердце он закрыл уже давненько и уже не боялся. А сейчас волнение и внутренняя дрожь хоть и не была страхом, но оголяла чувства до предела. Именно поэтому он начинает этот разговор - слишком личный, слишком смелый для себя самого.
Сам себе не верит, когда говорит о том, что Эзра ему нравится и они могли быть друзьями. Могли, не будь их отношения на столько волнительными с самого первого дня. Да, он не до конца понимает, чего хочет Эзра - нет, не про поцелуй или что-то подобное, но. Но все это казалось на удивление серьёзным, не просто увлечение, потому что будь это так, то Йохан возможно не испытывал бы на столько сильных волнений, да ещё и тот факт, что человек, заставивший его так встрепенуться - парень. Хотя сейчас, швед уже и не был уверен в своей четкой и всегда ему казавшейся вполне обычной ориентации, да, этим вечером в этом клубе, под эту самую музыку, он был почти готов признаться - возможного он испытывает к Эзре чуть больше, чем просто душевную привязанность. Потому что от близости, которую приходится соблюдать в условиях того, что они могут не услышать друг друга, от этой близости его нервно трясет. И пусть это даже хоть тысячу раз будет правдой - но показать Эзре и самому себе это очень сложно. Тут и правда нужно лишь время.
Швед не знает, что сказать и говорит то, что первое всплывает в его сознании. Эти слова какие-то неуклюжие и несколько не правильные, хотя несомненно правдивые. Йохан просит о времени, но даст ли ему это Эзра? И посмотреть на него швед сейчас не может, вместо этого слушает как начинает говорить парень, и от его слов сердце бьётся бешено, нервно, загнанно. Что же сделает и скажет Эзра? Сейчас решалось что-то невообразимо важное, швед это чувствовал!
"Шанс". Йохан все ещё ничего не знает, сам в себе запутался, что уж тут говорить о складывающейся ситуации? Художник все таки пробует коктейль, что им сделали, как жаль, что это не чистый алкоголь, сейчас он был бы так к стати. Медлит, делая вид что занят напитком, вместо этого лихорадочно думает - что ему делать, как быть и главное, что ответить.
А ещё Эзра до невероятности честен и открыт перед ним, даже до неприличия, как сейчас казалось всегда сдержанному скандинаву. Йохан привык прятать свои истинные чувства за дружелюбной, но отстраненной маской. Художник никогда даже не смел показать всю гамму чувств, что испытывал, от этого он и страдал, но менталитет и воспитание берет своё. И сейчас ему чертовски сложно примириться к той смелости и чувственности, что была почти дикостью для Йохана.
В конце концов швед так и не находит, что ответить на это признание, однозначно теряется, но сейчас уже хотя бы смотрит на парня, отпустив стакан, но так и не набравшись у него смелости. Смотри чуть хмурясь, размышляя над ситуацией, но мыслей в его голове и нет вовсе. Жалел ли он сам о том поцелуе? Наверно нет. Жалеет ли он о том, что был готов ответить? Тоже нет. Нет, Йохан однозначно ни о чем не жалеет, но и слишком долго зацикливаться на проблемах и волнениях он не любит - научил себя, если не отпускать такое, то хотя бы не волноваться из-за них слишком сильно. И все таки художник ни о чем не жалеет. Да наверно и шанс есть? Только вот сказать об этом слух он все никак не может решиться.
Тяжело вздыхает, пора отвечать.
- Я думаю... я думаю, шанс есть. - Его голос звучит неуверенно и тихо, а музыка такая громкая, что Йохан совершенно не уверен, что Эзра его услышал. Нахождение в клубе становится для него пыткой, ведь художнику и так тяжело сказать это, а сколько ему понадобится сил, что бы повысив голос казать это так, что бы Эзра услышал. Йохан чувствует себя таким беспомощным и глупым, просто до обидного. Музыка становится и ещё громче, так что швед встает, мнется пару секунд и одним нервным движением руки зовет Эзру за собой - им лучше поговорить об этом в более спокойном месте.
Не ясно, с какими чувствами покидал клуб Эзра, но Йохан явно стало куда легче и свободней в прохладной тишине летней ночи. Некоторое время, выйдя из клуба, они шли молча. Йохан собирался с мыслями и мужеством, рассматривал узоры тротуара под своими ногами и подгонял себя - нужно повторить то, что он ответил Эзре в клубе. Но почему сделать это второй раз так сложно?
- У тебя есть шанс, - наконец решается и останавливается, смотря на парня, - правда. Но это так странно, мне нужно все обдумать. - На лице художника появляется неуверенная улыбка и выглядит он совершенно потерянным маленьким мальчиком, не иначе. А ещё в его взгляде доверие и привязанность, в конце концов он и правда уже не мог держать ту маску скандинавской отстраненности, к которой так привык и под которой был защищен. Ведь на самом деле, Йохан слаб и подвержен чужому влиянию, это всегда было очень неудобной и пугающей его частью себя самого. И вот сейчас, он был готов признаться в этом и перед другим человеком, просто потому, что хотел этого больше всего на свете. Довериться и получить взамен что-то невероятно важное и нужное.

+2

12

Сердце Эзры стучит слишком часто и слишком громко. Ему кажется будто этот стук приглушает музыку. Но оно скорее звучит в такт ударным. Он сказал слишком много, больше, чем следовало бы. И может это было правильно ничего не скрывать, а выкладывать все как есть. Начинать отношения с доверия и правды. Но он планировал сделать все это чуть позже. Это было его главным козырем на случай, если швед начнет остывать к нему. Пару бревнышек, что он собирался подкинуть в огонь.  Но не смотря на то, что прозвучали не те три заветные слова, он оказался близок, как никогда. Ему казалось, словно он высыпал перед Йоханом груду камней, и поставил его перед фактом в необходимости принимать решение о том, как будут складываться их отношения далее. Совершенно не оставив вариантов ни себе ни шведу. Один теперь будет просто ждать, сложив руки, второй лихорадочно метаться по комнате, пытаясь представить куда все это их приведет. Эзра на секунду прикрывает глаза и потирает вески - он был так близок к этим трем словам. Раньше он не задумывался о том, чего же ему все-таки хочется, и чего он ждет от отношений, для чего играет всю эту комедию, и так истязает шведа. Но в эту данную миную, прокручивая фразу, слетевшую с его уст, он с удивлением понимал, что ему действительно хочется серьезных отношений. И ради этого и ради доверия со стороны Йохана он будет ждать столько сколько понадобиться, если конечно... Эзра начинает задыхаться ожидая ответ шведа.
Художник отвечает тихо, и Спектор едва различает звуки, слетевшие с его губ. Ему кажется, что он слышит именно то, что хочет. И потому судорожно хватает стакан, делая глоток. Совершенно очевидно, что в клубе при громкой музыке о таких вещах говорить не правильно и не красиво. Эзре даже хочется прокрутить этот день сначала, жаль, что нельзя срежессировать свою жизнь и предугадать, какую музыку поставить, какой фон и какой жест подобрать. Но он уже привык, что каждая встреча с Йоханом это такой фонтан и взрыв эмоций, что совершенно нельзя подготовится, подобрать такое место, которому подойдет каждая смена настроения в диалоге. Еще он привык к похмелью, и боли в голове с утра, потому что пережить такое свидание без алкоголя было совершенно невозможно. Ему было чертовски совестно, что он заварил эту кашу, и испортил эти прекрасные душевные связи, возникшие в галерее.

Granny Diner - Blue Valentine
Клуб он покидает с радостью, особенно ему нравится, что вытащил его на улицу именно Йохан. Свежий воздух снаружи бетонной коробки махом выбивает весь алкоголь. Доджь больше не идет и Эзра позволяет себе шалость провести шведа к метро более длинной дорогой. Ему не хочется расставаться так быстро. Музыка была отличная и люди тоже, даже алкоголь был хорошим, но все равно он чувствует словно было что-то не то. Как будто гитарист фальшивил или что-то в этом духе. Некоторое время они идут в тишине, Эзра тихо плетется пытаясь успокоить накрывшую панику. Он все еще думал о том, что будет если он услышал правильно. Что может быть хуже ожидания, когда дело касается любви?  Справится ли он? Он ведь никогда не отличался терпением, оно не было ему нужно. Руки его дрожат, в поисках чего-то важного, за что можно ухватится, Эзра понимает, что кроме гордости оставил в клубе зонтик. Очень расточительно с его стороны не вернутся за ним в эту же минуту, но тело словно сковано и послушно шагает в сторону метро.
Йохан резко останавливается, и не готовый к этому Эзра задевает его плечом. Бубнит себе под нос извинения, и резко замолкает. Теперь уже нет сомнений, что он слышал то, что слышал. Сердце снова спотыкается в ритме. "Шанс" - эхом отзывается в его голове, это ведь лучше, чем ничего. Вторую фразу его сознание воспринимать отказывается, особенно со слова "странно...". Самое обидное слово, которым кидают в тебя, после навешивания ярлычка "гей".
Он тает в улыбке Йохана, находя в ней столько надежды на ответное чувство, что, как ему кажется хватит на долгие недели. Кивает в ответ, показывая, что понимает и будет терпеливо ждать, когда у Йохана появится более ясное представление. Он видит в глазах шведа столько вещей, что голова снова идет кругом. Наверное, так выглядит его личный круг ада, когда сгораешь от желания прикоснуться, но не можешь, потому что все будет разрушено. Эзра запускает руку в волосы, не зная, что сказать или сделать.
- Хорошо, я понимаю. Прости, - он ковыряет песок под ногами носком от кеда, словно порча дорожки что-то изменит. Но Эзра действительно не знает, как сформировать фразу так, чтобы она звучала правильно, и заканчивает ее так же сумбурно, как прошел весь вечер в клубе, - ну... за это все.
- Звезды такие яркие сегодня, - неожиданно выдыхает Эзра, засматриваясь на небо. Он все еще улыбается, все так же виновато и немного устало. Быть наедине с художником больше не утомляет его. Впервые за вечер он чувствует спокойствие и уверенность в себе и своем будущем, в голове играет какая-то незамысловатая песенка. В небольшом сквере замерло время - остались только они двое с этими неловкими и такими нежными улыбками на лицах. Ветер, заблудившийся в листве.
- Позволишь проводить тебя до метро? Или прогуляемся еще немного? - легкая усмешка играет на его лице. Ему кажется, что сегодня Йохан подарил ему слишком много. И эйфория от того самого коктейля все еще играет в его глазах. Швед кажется ему самым внимательным и чутким человеком на свете и это вызывает в нем смущение,- увидимся на следующей неделе? Я бы с радостью составил тебе компанию в обед или...
Погода снова меняется и в ночной тишине слышатся первые капли дождя. Легкий шепот быстро и стремительно переходит в сильный ливень.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » vi borjar vår kärlek