Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » stay away


stay away

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Lydia Porter & Jacob Evans
23 апреля 2015 | городской парк
- - - - - - - - - - - - -
If I ask you nicely, would you try?
http://funkyimg.com/i/21q7F.png
img by .skyler

+2

2

http://funkyimg.com/i/21qng.gif http://funkyimg.com/i/21qne.gif
Вертя телефон в руках, молодой человек не решался воспользоваться им. Джейк оттягивал этот момент, сколько  мог, но прекрасно понимал - если он не сделает шаг, Лидия начнет действовать сама. Выяснить ее номер не составило труда, благо, полицейский значок творит чудеса. Хоть он и не внес его в список контактов, этот набор цифр сразу отпечатался у него в памяти и всплывал всякий раз, когда Портер находился в поле зрения. Теперь Джейк ненавидел его еще сильнее.

"Нужно поговорить. В парке, около пруда, через час. J."

Он отправляет сообщение, хотя уверенности в правильности действий в нем маловато. Но парень должен сделать это, поговорить с Лидией о той папке, что она передала ему. Глубоко копать Эвансу не пришлось; за парнишкой айтишником из отдела был должок, так что он быстро проверил все счета и отследил деньги, не задавая лишних вопросов. Только вот место, куда они привели, не понравилось никому из них. Джейкоб думал об этом не один день и не мог собраться с духом, подобрать правильные слова, чтобы рассказать обо всем Лидии, да и он не был уверен, что стоит это делать. Но больше ждать нельзя.
Выбрав далеко не уединенное место для встречи, Джейк надеялся на то, что среди мамашек с детьми и собачников вряд ли скрываются шпионы или нежелательные свидетели, как-то связанные с полицейским участком и лично с капитаном. Вокруг царила прямо таки атмосфера счастья и жизнерадостности, может она и на Лидии скажется благотворно и эта встреча пройдет более мирно, чем предыдущие, хотя что-то подсказывало парню, что вряд ли. То ли он пришел раньше, то ли девушка опаздывала, но время тянулось бесконечно. У Эванса было время подумать над тем, что он скажет ей, но почему-то слова не находились, а нервы начинали пошаливать. Серьезно, какое ему вообще дело? Ну и пусть бы Лидия сама разгребала это дерьмо, на кой оно ему сдалось? Но, как только Джейкоб думает о наивной, честной девушке, которую встретил в баре, то не может так просто бросить ее один на один с тем, о чем она и понятия не имеет.
Он ходит взад-вперед, пиная то ли желудь, то ли какой-то орех носком ботинка, периодически оглядываясь по сторонам, надеясь заметить Лидию на горизонте. Почему-то вариант, в котором она просто может не прийти, даже не посещал его голову. Может, она уже давно и думать забыла о дурацкой папке и документах в ней, может Дик сумел убедить ее в паранойе и она сразу же удалила злосчастную смс-ку, напомнившую ей о трещине в семейном очаге, которую она старательно замазывает так, что и не заметно почти. Может его страх, что она начнет самодеятельность, всего лишь подсознательное убеждение самого себя в своей надобности ей, всего лишь лишний повод увидеть ее снова, но никак не реальный факт. Сомнения рассеиваются, когда парень замечает ее, идущую по аллее. Девушка улыбается, глядя на играющих неподалеку детей, непринужденно отмахивается от мыльных пузырей, летящих в ее сторону, и абсолютно идеально вписывается в эту атмосферу, в отличии от Джейкоба.
- Привет, - как можно более дружелюбно бросает он, глядя на Лидию исподлобья, словно неуверенный в себе подросток. Ему хочется сказать, что она прекрасно выглядит, что, к слову, чистая правда, но он решает опустить такие подробности, чтобы не вызвать недовольство девушки, которое его еще нагонит. Увидев ее, Эвансу расхотелось говорить о делах, вообще затрагивать неприятные темы или по привычке ругаться с нею. Солнце так красиво блестит в ее волосах, в пруду плещутся утки и это могло бы быть отличным свиданием, но... это не так.
- Не лезь в это дело, - меняясь в лице, заявляет парень, протягивая брюнетке ее папку, из которой уже изъял все более менее стоящие документы, которые могут хоть что-то доказать. - Забудь что увидела. - Было бы удивительно, если бы Лидия сейчас наклонила голову набок, хлопнула ресницами и сказала "хорошо", пожимая плечами. Естественно, такого не будет. Но как бы хотелось верить, что такое возможно!
На лице девушки читалось непонимание и глаза уже начинали наливаться злостью. Она явно ожидала, что раз Джейкоб позвал ее на разговор, то выложит все карты, действительно поделится информацией. Она наверное думает, что он наконец-то воспринимает ее всерьез, а он снова заставляет ее разочароваться и лишний раз подтвердить, что он просто козел. Но пусть лучше ненавидит его, чем копается в той грязи и дальше.
- Не нужно на меня так смотреть, - Джейк отворачивается в сторону, не выдерживая ее взгляда. Как убедить Лидию не ввязываться во все это? - Просто сделай, как я говорю.

Отредактировано Jacob Evans (2015-08-26 00:11:37)

+1

3

look
С той самой минуты, как принесённая ею папка оказалась в руках Джейкоба, жизнь Лидии перешла в режим гнетущего и волнительного ожидания его вердикта. Догадки, домысли и переживания стали причиной её начавшейся бессонницы, из которой вытекала непривычная для Портер рассеянность, ей вовсе не свойственная: она забывала ключи и вспоминала об этом, уже почти дойдя до автобусной остановки; клала в чай сахар по два раза, а потом плевалась от его омерзительной сладости; ставила будильник и совершенно забывала о том, что уже пора вставать с постели, всякий раз, как прихлопывала трезвонящую адскую машину ладонью поутру — Дик смеялся бы над этими заметными мелочами, обращай он на неё внимание, но этим похвастаться девушка тоже не могла. Если до этого её существование было не идеальным, но хотя бы стабильным, то сейчас и этой роскоши она оказалась лишена. И эта перемена не нравилась ей совсем.
Поэтому, когда дисплей мобильного телефона загорелся, а в углу появилась мигающая единичка, оповещающая от новом сообщении, Портер подпрыгнула на месте от неожиданности и тут же наивно понадеялась на прекращение всех своих мучительных размышлений. Ей казалось, что первым, что она услышит, будет радующее и ласкающее слух утверждение невиновности её супруга; второй же должна была стать новость о глупой ошибке в расчётах из-за банальной невнимательности (и в этот раз она даже бы не оскорбилась оной, будучи совершенно спокойной и потому счастливой). Но что-то всё же настораживало, и немногим позднее, кидая телефон в сумку и перешагивая порог, Портер поняла, что же именно её смущало: Джейкоб не оставил приписку "можешь не волноваться", не написал обычного "привет" в начале своего сообщения и даже не съязвил в его привычном стиле, добавив что-то саркастичное и традиционно выводящее её из себя. Казалось бы, такие мелочи, но именно в них (а точнее в их отсутствии) она видела недоброе. Это и настраивало на то, что готовой нужно быть ко всему. К худшему в особенности.
Стуча каблуками по парковым мощёным дорожкам, Лидия пыталась настроить себя на оптимистичный лад, однако голос здравого смысла спокойно твердил, что лучше не питать иллюзий, которые могут не оправдаться. Решив, что нужно отвлечься от угнетающих раздумий и параноидальных подозрений (прав был Эванс, ой как прав!), она добродушно улыбалась прохожим, посмеиваясь над забавно барахтающихся в пруду утками, и любовалась очаровательными детишками, возящимися с пластмассовыми грузовиками на верёвочках. Когда всё это закончится — когда невиновность Дика будет доказана, — она всенепременно вновь поднимает позабытую тему во время ужина и попробует уговорить его на прелестного карапуза, которого они будут любить всем сердцем. Говорят, дети могут спасти разваливающийся брак, так почему бы не воспользоваться этим шансом? Радужные картинки безоблачного будущего замелькали перед глазами, но тут же поблекли: думать сейчас надо было о настоящем. И это самое "настоящее" уже виднелось впереди, ожидая её у скамейки.
— Привет, — скрыть волнение в подрагивающем голосе ей не удаётся, но она, в общем-то, и не шибко пытается. К чему? Он ведь должен и так прекрасно понимать, что ей не по себе от тревожащих мыслей. И должен её успокоить, сказав, что всё в порядке и ей не о чем волноваться. Только он не спешит сообщать радостные вести и выглядит немного нелепо, переминаясь с ноги на ногу и затягивая с ответом, словно боится ей его озвучить. Лидия выжидательно глядит на него, покрепче перехватывая ремешок сумки и покачиваясь на носках туфель вперёд-назад, сгорая от нетерпения. И когда Джейк наконец раскрывает рот, а услышанное оказывается вовсе не тем, что она хотела, Портер чувствует, как земля уходит из-под ног.
— Не поняла, — выдержав долгую паузу, произносит она, растягивая гласные и таращась на Эванса так, словно ей три, а он только что сказал, что Санта-Клауса не существует. Она разве просила советов? Разве за этим мчалась через весь город, желая услышать "спи спокойно, деточка, твой муженёк чист, как первый снег"? Девушка хмурится, переставая моргать. — Я буду смотреть на тебя так, как захочу, — огрызается она по привычке, вспоминая, что нормально разговаривать они не умеют. — Что происходит, Джейкоб? Что ты там нашёл? — её голос твёрд как никогда, наполненный решимостью и желанием докопаться до истины, чего бы ей это ни стоило. — Всё очень плохо, да? У нас проблемы? — и она сама ещё не знает, кого же именно подразумевает под этим "мы": чету Портеров или её и Эванса. Ладонь Лидии взлетает вверх и опускается чуть выше локтя Джейкоба. — Скажи мне, что происходит, я хочу знать.

Отредактировано Lydia Porter (2015-08-30 22:00:24)

+1

4

Она смотрит на него своими наивно детскими большими глазами, полными надежд и веры в лучшее, но глубоко в темноте ее зрачков ему видны и поблескивающие опасения, что даже всего ее запаса оптимизма может не хватить в этот раз. И она права. В этой ситуации Лидии останется либо смириться с текущим положением дел, либо бежать как можно дальше, но уж точно ей не под силу ничего изменить. Она злится, не такого ответа девушка ждала от Джейкоба, который по сути то и ответов ей никаких не дал, оставляя при себе всю известную ему информацию. И Лидия не сможет даже предположить, что он это делает не чисто из вредности, чтобы взбесить ее, а для ее же блага. Как бы там не сложилась их дальнейшая судьба и что бы ни связывало их в прошлом, парню не хотелось, чтобы она пострадала из-за любопытства и повышенного чувства справедливости, которой в этом мире просто не осталось.
Джейк отворачивается, пряча от брюнетки глаза, якобы разглядывая что-то на горизонте. Оставлять ее ни с чем было неприятно и нечестно, но иначе он не мог. Им обоим может непоздоровиться уже только из-за того, что они в курсе бюджетных растрат. В таких делах лишние свидетели ни к чему. Да и скажи он Лидии правду, она скорее решит, что он специально все выдумывает, пытаясь разрушить ее брак окончательно, чем поверит, что Дик Портер замешан в этом по самые уши. Она отчего-то практически причислила его в лик святых, хотя то, что он говнюк, практически у него на лбу написано. Женская логика поистине необъяснимая, и недоступная мужскому разуму, штука.
Ее рука ложится на его предплечье и парень вынужденно бросает на Лидию виноватый и даже сочувственный взгляд. Он видит в ее глазах беспокойство и точно знает, кому оно предназначено. Джейк сбрасывает ее руку, нервно дергаясь в сторону и вновь начиная отмерять шагами квадратный метр вокруг себя. Чем Дик Портер заслужил это? Он не думал о ней, когда ввязывался в противозаконные дела, не думал о ней, собирая команду для очередного "задания", он не думает о ней даже в эту минуту, когда она совершенно растеряна от волнения за его чертову честь и благородство.
- Я не могу ничего рассказать! - огрызается Эванс, скрещивая руки на груди, тем самым закрываясь от нее, от ее эмоций, что влияют на него, становясь усилителем и катализатором его вспыльчивости и неконтролируемой агрессии. - Считай это тайной следствия, которую я не в праве разглашать! - Естественно на это можно было бы сослаться, если бы было заведено дело, но ни один детектив их участка не посмеет даже нос сунуть в дела капитана и уж тем более начинать расследование, где будет фигурировать его имя далеко не в лучшем свете. Все в 21-м предпочитают закрывать глаза на очевидное и просто делать свою работу или то, что они таковой считают. Просто никому не хочется переходить дорогу более сильному и влиятельному члену стаи. Раньше Джейка это вообще мало заботило, его устраивало все, как есть, пока его не трогают, но теперь страх щекотал и его пятки, но не за себя, за Лидию, которая вмешивается в то, от чего ей стоит держаться подальше.
На ее лице залегают все более глубокие тени и Эванс почти физически ощущает, как растет ее ярость, готовая вот-вот выплеснуться кипятком прямо в его смазливую физиономию. Он не хотел злить ее, наоборот, надеялся провести спокойную дружескую беседу, насколько это возможно, но, кажется, злость - единственная ее реакция на Джейка в любой ситуации. А ведь в их первую встречу она была так очаровательна и остроумна, соблазнительна, кокетлива. Наверное, секс и правда меняет все; или Джейкобу тупо не везет.
- Твою мать... - тихо бормочет парень себе под нос, по лицу Лидии осознавая, что она не собирается отступать, глотая эту наживку-отмазку. Он должен убедить ее не предпринимать никаких действий самостоятельно, вот что заботит его больше всего. - Иди сюда, - Джейк подхватывает девушку под локоть и тянет к ближайшей скамейке. Он делает глубокий вдох, собираясь с мыслями - не так-то просто подобрать слова, которыми можно было объяснить все и одновременно ничего. - Ладно, послушай, - он поворачивается к Лидии лицом, пододвигаясь ближе, словно кто-то может подслушать их. - За этим стоят серьезные люди, которые не любят, когда лезут в их дела. Ты вообще не должна была обнаружить этого, - он кивает на папку с бережно собранными уликами в руках девушки. - Все равно ничего не доказать, так что незачем рисковать. - Почему-то Джейку не хочется рассказывать о том, что муж Лидии непосредственный участник этого беспредела, если не зачинщик, что его бы лично не удивило. Ему не хочется снова видеть разочарование на ее лице и быть гонцом с плохими новостями, которого она возненавидит еще больше, чем уже есть. Эванс тянется к ней рукой, накрывая ее ладонь своей, и смотрит прямо в глаза умоляющим взглядом. - Просто пообещай мне, что не станешь лезть в это дело дальше. Я больше не о чем не попрошу, только об этом. Пожалуйста.

+1

5

Она всегда отличалась поразительным спокойствием, стоически выдерживая все нападки и равнодушно реагируя на внешние раздражители ровно до тех пор, пока чаша её терпения не заполнялась — лишь только тогда она взрывалась, не скупясь на эмоции, но быстро остывала, возвращаясь в исходное и привычное состояние. Но когда речь заходила о Джейкобе Эвансе, сдерживать себя оказывалось невозможным, начиная нарушением собственных правил и заканчивая абсолютной невозможностью концентрации и контролирования внутренних процессов. При одном только взгляде на него что-то внутри Лидии громко щёлкало, отключая голос разума и выводя все эмоциональные показатели на максимальный уровень: она распалялась от одной даже случайно брошенной фразы, с трудом сдерживаясь от желания кинуться на него не то с поцелуями, не то с кулаками. И, к облегчению Портер и несчастью Джейка, проявление агрессии было единственной допустимой и потому приводимой в действие реакцией девушки.
Сегодняшняя их встреча не стала исключением из правил: Лидия начинала закипать, неодобрительно хмуря брови и наблюдая за тем, как Эванс упрямится, не желая раскрывать ей важную тайну (которую, между прочим, едва ли не на блюдечке с золотой каёмкой преподнесла ему она) и стараясь внушить ей, что это небезопасно. О, она бы поверила, если бы считала, что он о ней заботится, но сейчас Портер была уверена в чём угодно, даже в существовании Санты Клауса, но только не в наличии каких-то тёплых чувств у Джейкоба. Она свято верила в то, что если он что-то к ней и испытывает — так это терпение. Бескрайнее, безграничное терпение, ну, может, совсем немного влечения и желания повторить их "знакомство", но никак не что-то большее. Иначе как ещё объяснить то, что он говорит с ней, будто с маленьким ребёнком, что наотрез отказывается понимать простые истины? Вот только ничего в их разговоре не было простым, а истина так и оставалась покрыта пеленой тайны.
— Но это ведь не было официальным расследованием! — упрямо гнёт своё Лидия, стоически борясь с желанием то ли огреть Эванса чем-нибудь по голове, дабы перестал так раздражать, то ли просто развернуться и уйти. Он мог бы просто сказать, что ничего не накопал, или солгать, объяснив ей, что специалисты решили взять дело в свои руки, а потом им двоим нужно просто ждать, а конкретно ей ещё и расслабиться, потому что больше её это дело не касается. Он мог бы просто ограничиться одним телефонным звонком, а не предлагать ей встретиться с глазу на глаз, давая надежду услышать что-то действительно стоящее. Нет, вместо этого он просит встречи, чтобы теперь, когда она точно знает, что что-то нечисто, прикрываться обеспокоенностью за неё. Абсурд! — Ты не можешь скрывать от меня правду. Ответь, я заслуживаю знать, — добавляет Портер, смягчив тон. Ей не хочется вновь заканчивать встречу скандалом, повышать на него голос и чувствовать, как внутри неё закипает лава, предвосхищая грядущий всплеск раздражения. Она лишь только желает услышать ответ, каким бы жутким и пугающим он ни был, а что с этим делать потом — она уже решит сама.
Джейкоб заметно колеблется, понимая, что от неё так просто не отделаться, и тянет Лидию за собой в сторону скамейки. Внутренний голос Портер не скупится на радостные восклицания, но внешне она остаётся серьёзной, готовясь к худшему. Её пальцы сильнее сжимаются на лежащей на коленях папке, с которой всё и началось; девушка взволнованно покусывает губы, чуть наклоняясь в сторону Джейка — со стороны они могли бы казаться мило флиртующей парой, но ни о какой романтике сейчас не шло даже и речи, и она почти не обращала внимание на окутавший её резковатый запах его парфюма и тёплое дыхание. Она внимательно слушает Эванса, не перебивая, но мысленно приписывая свои возражения на каждую из произнесённых им коротких фраз, и не успевает заметить, как его рука тянется к ней. Лишь только когда она явственно ощущает тепло его ладони на своей, а по телу проходит волна дрожи, Портер нервно дёргается, приходя в себя и переводя на него взгляд.
— Почему не доказать? Ты ведь нашёл зацепку. Значит возможность есть, — она цепляется за свою наивную веру в людскую доброту и справедливость, не совсем ещё понимая, о чём (а точнее, о ком) пытается сказать ей Джейк. Если включить логику, то можно понять, что утечка крупных сумм происходит в пределах мэрии, значит и виноватого искать нужно там; Портер уверена, что кто-то из стоящих на ранг выше неё может работать за спиной правительства, но пока и мысли не допускает, что настоящее зло восседает на самом верху. — Но как с этим связан мой... — она осекается, вспоминая, как каждый раз меняется в лице Джейкоб, стоит ей назвать его босса своим супругом. — Если он знает, и мы знаем, то нужно объединить усилия и вывести всех на чистую воду, так? — но что-то во взгляде детектива говорит ей о том, что она мыслит не в том направлении. Лидия хмурится, опуская взгляд, пытается сопоставить одно с другим и постепенно начинает понимать, что к чему. В сложившейся картинке полно пробелов и огрехов, и ей определённо нужна помощь, чтобы разобраться со всем и во всём. — Ты знаешь больше, чем говоришь. И пока ты мне всё не объяснишь, я не буду давать тебе никаких обещаний. Правду, Джейкоб. Ты мне её задолжал, — напоминает она ему их знакомство, когда он весьма убедительно и правдоподобно вешал ей на уши лапшу, даже представившись другим именем. — Я надеюсь, ты понимаешь, что я не успокоюсь? Если ты мне ничего не объяснишь, я найду тех, кто сможет предоставить ответы. Чего бы мне это ни стоило.
Правда, Лидия, почему бы и нет? Ставки ведь совсем невысоки. Всего лишь твоя жизнь.

+1

6

Ни умоляющий взгляд, ни попытка быть действительно искренним, что в его голове граничило с проявлением слабости, не действовали на Лидию так, как детектив надеялся. Ее недюжинное упрямство совсем не играло Эвансу на руку сейчас, загоняя в угол, из которого ему не выбраться без увечий. Она так не вовремя настойчива и чересчур уверенна в своих действиях, не желая слушать советы парня, тем самым выводя его из себя, потому что он не находил иного способа убедить девушку остаться в стороне от неподвластных ни ей, ни ему дел. Он думал, если сбросит маску, на мгновение показав реальные чувства, Лидия поймет, что все действительно серьезно и перестанет опираться; но она не видит ничего, затуманенная собственными предположениями и твердым, хоть и совершенно глупым, решением докопаться до истины. Она не замечает этого редкого, от того еще более ценного, мгновения, когда Джейкоб позволяет ей увидеть другую сторону себя. И дело вовсе не в его вроде как зарождающихся к ней чувствах, дело вообще не относится к его чувствам, он просто пытается сейчас уберечь одну жизнь, пусть для него она и чуть более ценная, чем все остальные, кого он мог бы спасти.
Как еще сказать, что ее затея опасна? Хотя что бы о ни сказал, Лидия будет стоять на своем; ее недоверие, тянущее начало еще с первой их встречи, ладно, со второй, якорем тянет их обоих вниз. Но ведь всему есть предел. Любой здравомыслящий человек уже бы задумался и насторожился, если коп, кем бы он ни был, настаивается держаться подальше. Но мы ведь говорим о Лидии, которая дополнительно к пресловутой женской логике обладает еще и особенным мышлением, которое вообще в большинстве случаев сложно понять. И почему Джейку известно о ее упрямстве и десятке тараканов, когда он предпочел бы быть в курсе того, какой кофе она любит и в какой позе засыпает. Но его мнения никто не спрашивал, втягивая в эту все еще неоднозначную историю знакомства со случайной девушкой из бара.
Его ладонь все еще накрывала ее, и глядя в ее глаза Джейкоб начинал сомневаться. С чего он вообще взял, что мог бы влюбиться в Лидию? Да он бы не выдержал с ней и недели, учитывая, что долгосрочные отношения вообще не его конек, да и отношения как таковые. Наверное, виной всему то, что запретный плод и правда сладок, лишь только то, что она недоступна, делает ее такой желанной в его глазах. И всё. И все же даже бесящий его огонек упрямства в ее глазах привлекает парня, есть что-то в ее взгляде, в ее лице и даже в ее необъяснимой логике... Он не может позволить себе потерять это сосущее под ложечкой ощущение, при взгляде на Лидию. Он не может потерять ее.
- Ты не понимаешь, - трясет он головой, пытаясь подобрать слова, которыми все объяснит, донесет до нее такую очевидную в его понимании истину. Все так просто и одновременно сложно. Стоит лишь произнести одну фразу, что застряла в его горле комком размером с апельсин. Рассказать, что деньги по официальным документам направляются в полицейский участок, а затем таинственным образом списываются на несуществующие нужды, означало посвятить ее в саму суть махинации, что еще на несколько ступеней приблизит девушку к плахе, на которую Джейк скорее сам пойдет, чем позволит ей пострадать. Это маниакальное рвение защитить Лидию пугает даже его самого, но от этого чувства ему не избавиться, оно засело где-то глубоко и в нужный момент принимает решения за него.
Она рассуждает вслух, пытаясь из пары несущественных фраз раскопать стоящие ответы, но, как обычно, заводит разговор в ту степь, где Джейкобу особенно неуютно. Он издает короткий смешок, отводя глаза в сторону, чтобы не взболтнуть сгоряча то, о чем пожалеет. Но это не действует, и возмущенные смешки продолжают срываться с его губ, а рука соскальзывает с ее ладони, будто с осознанием, что он все же не имеет права на такие открытые прикосновения, хоть и уже позволял себе намного больше, но, кажется, это было в прошлой жизни или может во сне.
- Он? - они оба понимают, о ком идет речь, даже если его имя не было названо вслух. - Он чем-то помог тебе, когда ты спросила его о бумагах? - напоминает девушке Эванс о ее же рассказе. Они говорят об одном человеке, но их мысли разительно отличаются. Джейк точно знает о роли Дика Портера в этой истории, Лидия же свято надеется, что он не при чем.  Она слишком увлеклась игрой в борца за добро и справедливость, пора спуститься на землю, девочка.
- Хочешь правду? - резко восклицает парень, глядя на брюнетку, нахмурив брови. - Спроси своего любимого муженька об этом еще разок. - Он не станет рассказывать то, что узнал, не станет озвучивать то, что в глубине души она и так подозревает. Джейк не даст ей повод обвинить во всем его. - Может быть он найдет, как более доходчиво объяснить тебе, чтобы не лезла в это дело, раз меня ты не хочешь слушать. - Эвансу страшно представить, какие у Портера могут быть способы заткнуть рот жене, но если она хочет правды, то пусть увидит ее сама собственными глазами.

+1

7

http://33.media.tumblr.com/33c8a6004ab2e657be12cbf636d3f9e6/tumblr_inline_n8v0niIJeu1ssoiqt.gif http://33.media.tumblr.com/4289754df5a05f78ab02955e1e67b30c/tumblr_inline_n8v0nlbRxp1ssoiqt.gif
------------------------------

— Конечно, я не понимаю, — спокойно, решительно давя в себе порыв возмущения, соглашается Портер, мысленно осаждая себя и не позволяя вновь разразиться гневными обвинениями и попытками надавить на Джейка. Если уж что-то о нём она и успела изучить и усвоить, так это то, что с ним лучше быть сдержанной, а не действовать на нервы и возрождать в нём ответную реакцию. — Объясни мне, — ведь что может быть проще, чем простой откровенный разговор? Почему она может с лёгкостью дать ему понять, что замужем и при этом не ощущает присущей каноничным жёнушкам из пригорода эйфории, в то время как он не мог даже назвать ей своего настоящего имени? О да, не стоит наивно полагать, что она так просто забудет эту крохотную, но такую значительную для неё мелочь. В их отношениях... нет-нет, не так, в их общении не было бы недомолвок и попыток избежать объяснений, если бы он не начал эту игру в ложь, под правилами которой она была вынуждена подписаться. Теперь все их встречи, пусть даже и носящие сугубо деловой характер, как сегодняшняя, проходили под грифом "секретно", отчего Лидия ощущала себя предательницей, пусть по факту и допустила прокол лишь в вечер их с Эвансом знакомства. В остальном же совесть её была чиста и не запятнана (не считая тех кратковременных вспышек чувства вины, когда она ловила себя на очередных мыслях о нём), но ощущалось всё совершенно иначе.
Его слова заставляют её нахмуриться сначала недоуменно, а после неодобрительно. Всё в его тоне так и подстёгивает её ответить соответственно, задеть его, уколоть побольнее, чтобы он не решил, будто ему всё дозволено. Она качает головой, не отрывая от Джейка тяжёлого взгляда, и крепче сжимает пальцы на краю скамейки, словно пытаясь то ли удержать себя от пощечины, то ли от побега в английском стиле. Но бежать от него она не станет. Раз уж Лидия пришла за ответами, то она намерена их получить, и упускать эту возможность, поддаваясь эмоциям, будет опрометчиво и глупо. К счастью, совладать с собой она всё-таки может, даже и в его присутствии, что обычно ей не удавалось.
— Может, он просто знал, что это небезопасно, и старался меня уберечь, — проговаривает она, свято веря в свои слова. Ведь если Джейк о ней беспокоится (или мастерски это изображает — в том, что он тот ещё игрок и притворщик, если ему это нужно, Портер уже успела убедиться), то почему её супруг не может проявить такой же уровень заботы? — Ты тоже не спешил во всём разбираться, помнишь? — тактично, без упрёка в голосе, что даётся ей не так уж и легко, напоминает она, стараясь обратить внимание парня на мелочи, которые складываются в полноценную картинку, если взглянуть на них под правильным углом. — Он просто не хотел, чтобы я вмешивалась и подставляла себя под удар...
Рядом с Джейкобом она невольно ощущает себя так глупо, словно в свои годы всё ещё наивно верит в существование Санты Клауса и Зубной Феи, в чём упрямо продолжает убеждать его, точно знающего, что всё это сказки для маленьких детей, всего лишь выдумка и хитрый вымысел, но никак не реальность. Именно с таким упорством она защищает Дика Портера, считая, что несмотря на все его прегрешения в качестве супруга (что же, их она списывает на свой счёт, беря вину на себя и внушая, что просто недостаточно старается для сохранения их брака), человек он всё же не плохой, да и профессионал своего дела. Все эти годы ей было так легко представлять их совместное будущее: вот она спешит с работы домой, зная, что он вернётся немногим позже неё и будет рад горячему ужину и нежному поцелую; вот она представляет, как он однажды сдаётся под её напором, принимая самое важное решение, а парой лет спустя их уже можно встретить в парке, держащимися за руки и довольно наблюдающих за своими детьми, возящимися в песочнице; вот им уже давно за пятьдесят, она старательно закрашивает серебристые волоски, а он твердит, что она такая же красивая, как и в день их знакомства... а сейчас парень, которого она знает так плохо — которого она не знает совсем — пытается убедить её в том, что все её фантазии просто не могут сбыться, потому что она смотрит на своего мужа сквозь призму и розовые стёкла очков, не понимая, что он совсем не тот человек, с которым она мечтала встретить старость и нянчить внуков через несколько десятков лет. Да какое, чёрт возьми, право он имеет, чтобы говорить ей такие вещи? Чтобы обвинять своего начальника в том, о чём не имеет ни малейшего понятия, чтобы осуждать их брак, чтобы менять её мировоззрение и думать, словно ему это дозволено делать?! И она уже готова высказать ему всё это, выплюнуть в лицо всю скопившуюся желчь, что вызвана защитной реакцией организма на его слова, но что-то не позволяет это сделать. Лидия отрицает, лжёт себе, пытается сделать вид, что короткая, но пламенная речь Эванса не возымела эффекта, но в глубине души она знает, что он прав. Ведь будь всё иначе, то Дик объяснил бы ей куда доходчивее, что может стоять за раскрытием тайны исчезающих денежных средств. Он сказал бы ей, что знает и ведёт расследование, или что передаст её наблюдения в соответствующий отдел, или... Вариантов была масса, но он просто сказал, что она забивает себе голову ерундой. Он отмахнулся от неё так же, как делал всегда, когда она задавала вопросы, на которые ему не хотелось отвечать.
"Почему мы всё никак не заведём детей? Неужели тебе не хочется? — Поговорим об этом позже, хорошо?"; "Ты опять поздно пришёл с работы, всё в порядке? — Не бери в голову"; "Мы почти не видимся, я начинаю чувствовать себя так, словно мы и не женаты" — "Глупенькая, вечно же ты себя накручиваешь"... И как она могла не замечать этого прежде?
— Я не буду спрашивать у него, я спрашиваю тебя. Какое он имеет к этому отношение? — заметив, как Эванса едва ли не трясёт от этого разговора и что он готов в любой момент взорваться очередными упрёками, Лидия опускает ладошки ему на лицо, заставляя смотреть ей в глаза. Со стороны это явно выглядит вовсе не так, каковым является на самом деле, и кто-то из случайных прохожих может решить, что на его глазах разворачивается романтический эпизод двух влюблённых голубков, но это не так. Не совсем. — Мне нужно знать, с кем я делю постель и кому готовлю завтрак. Мне нужно что-то настоящее в моей жизни, и если ты знаешь правду, то просто скажи, чтобы я знала, что мне делать дальше. Пожалуйста? — для большего эффекта не хватает только добавить, что если истина окажется невыносимой и ужасной, то она немедля соберёт вещи и уйдёт от мужа, но эту реплику, пусть и подготовленную с хитрым умыслом, но не лишённую правдивости, она решает приберечь как козырь в рукаве на случай, если Джейк всё же куда более непробиваем, чем ей кажется. — Я выдержу правду, какой бы она ни была. Если чего я не потерплю, так это лжи и недомолвок.

Отредактировано Lydia Porter (2015-10-03 23:06:15)

+1

8

Лучше бы он никогда не встречал Лидию Портер. Его жизнь была бы намного проще. Не было бы этих мыслей, порой не дающих уснуть по ночам, не было бы чувства непримиримой ненависти при одном только взгляде на босса, до которого раньше Эвансу не было особого дела, не было бы этих чувств, стягивающих грудь до приступов удушья и неконтролируемой ярости, разгорающейся от едва заметной искры. Джейкоб переставал узнавать себя с тех пор, как познакомился с женой капитана. Она спутала все карты и продолжала мутить воду, не оставляя парню никаких шансов на победу. Однажды молодой человек подумал, что Лидия Портер могла бы быть той самой, но теперь в его голове чаще закрадывается мысль, что Лидия Портер может стать той, кто разрушит его жизнь.
- О, то есть это он так пытался уберечь тебя? – едва ли не фыркая, вторит он девушке, скрещивая руки на груди от недовольства и растущего бешенства из-за того, что она еще и пытается сравнивать его действия с решениями ее чертового мужа. – В это ты можешь поверить. А когда я прямо говорю, что затея опасная, ты продолжаешь гнуть свою линию. Отлично! – подытоживает Эванс свой вывод, борясь с желанием начать рвать на себе волосы (но его прическа слишком идеальна, чтобы страдать из-за девичьей глупости). Он закатывает глаза, умалчивая единственное, что он может сказать на это в ответ – «женщины…». Джейк никогда особо не пытался задумываться, зачем и почему женщины делают то, что делают, но сейчас непонимание просто убивало его. Лидия готова придумывать любые оправдания Дику Портеру, лишь бы остаться в своих розовых очках. Эванс мог бы просто рассказать ей все, но… Всегда есть «но». И в его случае их десяток. Но он не хочет подвергать ее большей опасности. Но он не станет угождать ее любопытству, тем самым, подставляя ее под удар и подставляясь сам. Но он не желает разбивать ее хрупкое сердце, не готовое узнать всю правду.
Глядя на Лидию, видя серьезность и решительность в ее глазах, Джейкоб не может понять, как она может не замечать того, что происходит вокруг нее. Или она лишь делает вид, скорее обманывает саму себя, боясь лишиться привычного хода жизни и зоны комфорта. Сказать ей правду, значит выбить почву из-под ног; как Эванс может поступить так с ней? Он ввязался в непосильное для него дело. Парень в любом случае останется в итоге тем, кого нарекают bad guy, какими бы ни были его намерения и способы преподнесения той самой так желаемой Лидией правды. Перед ним не самая простая дилемма: дать девушке то, чего она хочет, тем самым, разрушив ее призрачный мир, или остаться в стороне, сняв с себя любые обязательства, предоставить ей возможность самой однажды столкнуться с истиной и решать, как поступать дальше. В любом из вариантов Джейк что-то теряет; в первую очередь Лидию и любую возможность однажды сделать откат в их отношениях до той первой ночи, когда все было просто и приятно.
Девушка вдруг обхватывает ладонями лицо Эванса, полностью меняя свою тактику, чем заставляет парня на мгновение растерянно заморгать, глядя ей в лицо, что находилось сейчас всего в паре сантиметров от его. Он за считанные секунды становится пластилином, стекающим по ее пальцам, размякнув от тепла ее прикосновения. Джейк почти верит ее словам, но вовремя осаждает себя, напоминая, что не должен вестись на ее женские чары, и без того заведшие его в темные дебри.
- Ты терпишь ложь уже давно, - вопреки ожиданиям Лидии, что детектив тут же выдаст ей все подчистую, стоит ей стать милой и нежной, спокойно выдает Джейкоб, глядя в наивные глаза девушки. – Ты просишь меня сказать то, о чем и сама уже догадалась. Ведь если это скажу я, можно будет убедить себя, что это лишь очередное мое вранье. В твоих глазах я ведь просто лжец и мерзавец, совращающий чужих жен. – Иронично приподняв уголок губ, Эванс мягко отстраняет ладони Лидии, перехватив ее за запястья. Она может думать о нем что угодно, если выполнит его просьбу и оставит это дело. – Если я скажу, что твой муж имеет самое непосредственное отношение к бюджетным растратам и не только, с чего бы тебе мне верить? Я ведь просто парень из бара. – Он пожимает плечами, отпуская ее руки, и чуть отодвигается, увеличивая расстояние между ними, словно предлагая поставить точку в этом никуда не приведшем разговоре. – Ты знаешь, кто он. – Имя Дика Портера по-прежнему висит между строк, но остается тем, кого нельзя называть. Джейкоб глядит на Лидию со всей серьезностью, как бы между прочим выдав главную мысль, которую обещал оставить при себе. Поймет ли она? – Когда будешь готова это признать, возможно я смогу чем-то тебе помочь.

+1

9

Забавно, как одна случайная встреча вдруг стала отправной точкой в череде множества событий, где одно вытекало из другого. В романтических фильмах подобные столкновения вели к любви всей жизни, безграничному счастью и бабочкам в животе под баллады, сыгранные на гитаре; в жизни же эти неожиданные столкновения и запланированные визиты становились лишь катализатором эмоционального взрыва, оставляющего после себя лишь неприятный осадок и нездоровое желание заполучить ещё одну дозу подобных ощущений, и каждый такой раз обязан был стать последним, но повторялся вновь. Лидия не хотела этого, умом понимая, что ей нужно держаться от Джейкоба подальше. Он не мог привнести в её жизнь ничего хорошего, лишь одним своим видом разрушая её уверенность в том, что она говорит, что делает, и, что самое главное, что же она чувствует. Анализируя произошедшее, девушка понимала, что не должна испытывать к нему ничего, кроме подчёркнутого напускного равнодушия; на деле же ей сохранять таковое не удавалось совсем, отчего она раздражалась лишь ещё больше.
До него всё было правильно даже в своём несовершенстве. Она свято верила в возможность сохранения брака и работу над собой, терпеливо закрывала глаза на все недостатки своего супруга и презрительно фыркала каждый раз, когда героини мыльных опер совершали необдуманные поступки, рубя с плеча и с головой кидаясь в пучину новых отношений и измен. Лишь один раз позволив себе дать слабину, Лидия запустила какой-то скрытый прежде механизм, отчего её жизнь перестала подчиняться привычным правилам, медленно, но верно подвергаясь хаосу. Теперь все промахи Дика Портера не оставались незамеченными или нестоящими её внимания; напротив, каждая из его осечек выделялась ярко-красным, отпечатывающимся на сетчатке глаза и выбитом на подкорке мозга, не давая об этом забыть. И пусть она упрямо мотала головой и уверяла себя, что слова Эванса — всего лишь отголоски его ненависти к её супругу (о том, что он может ревновать её к нему, она даже не допускала и мысли — с чего бы?), где-то очень глубоко в душе Портер понимала, что его речи не лишены здравого смысла. Нужно только перестать цепляться за слепую верю в лучшее и взглянуть на всё под нужным углом и трезвым взглядом. Но делать этого ей не хотелось. Ей не хотелось признавать, что всё, во что она верит и ради чего живёт, есть ничто иное, как одна бесконечная ложь.
Она молча проглатывает очередной упрёк парня, мысленно продолжая спор с ним, озвучивать который будет бессмысленно. Он винит её в том, что она слишком полагается на своего мужа и совершенно не верит ему, но почему всё должно быть иначе? С чего вдруг Лидия должна поставить под сомнения слова человека, с которым прожила не один год, и довериться тому, с кем её связывает лишь одна единственная ночь, проведённая меж простыней в чужой квартире? Но, конечно же, если она произнесёт это вслух, то Джейкоб увидит в этом очередной повод для возмущений и злости. Ей всего лишь нужен ответ, не более того, и потому она прикусывает язык и проглатывает свою обиду вместе со всеми отрицаниями и возражениями. Нужно лишь перетерпеть, чтобы получить столь необходимую правду, и вот уж что-что, а терпеть она умеет. Доказано её замужеством.
Лидия смотрит в его глаза и посылает мысленный сигнал "расскажи мне, объясни, дай мне ответ", но он мягко обхватывает её запястья, отстраняя от себя, и это внушение, и без того не имевшее силы, окончательно перестаёт работать. Она понимает, что вряд ли получит желаемое, как бы себя ни вела и что бы ни сказала. Между ними возведена стена непонимания, которую не пробить, потому что никто из них и не пытается поставить себя на место другого. Впрочем, им это и не нужно, ведь они не пытаются притереться друг к другу — между ними попросту ничего не может быть, так к чему совершать бессмысленные попытки подстроиться?
Портер недовольно (или, скорее, обиженно) поджимает губы, внимательно вслушиваясь в каждое произнесенное Джейком слово, и на автомате качает головой, не желая с ним соглашаться. Чем настойчивее он убеждает её в том, что она и так уже знает, пусть и упрямо ставит под отрицание, тем слабее становится её уверенность, покрываясь паутиной мелких трещин. Ей хочется по-детски закрыть ладонями уши и громко зачитывать стишок, лишь бы заглушить его голос в своей голове и не позволить его речам просочиться в её сознание и нанести непоправимый ущерб всему, что она берегла и лелеяла столько лет. Но она не может пошевелиться, способная лишь совершать простые механические движения, отрицательно мотая головой. Это не может быть правдой. Не может, не должно, не имеет права быть!.. Но Джейкоб прав. Она не хочет в это верить и по той причине, что это говорит ей он.
— Я пойду, — сдавленно произносит она пересохшими от волнения губами и поднимается с места, делая несколько неуверенных шагов вперёд и останавливаясь. Лидия так и стоит несколько секунд, не двигаясь и будто даже не дыша, а потом оборачивается через плечо, окидывая Джейка рассеянным взглядом. — Я... — "...позвоню? Сообщу, что ухожу от мужа? Обрадую, что у нас с ним всё в порядке?" Лидия не может подобрать правильных слов, неопределённо пожимает плечами и уходит. И каждый шаг, который она совершает, приведёт её к ещё большему разочарованию и осознанию того, как же глубоко она во всём этом увязла, позволив себе быть наивной и глупой.
Жизнь ещё никогда не казалась ей настолько сложной штукой.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » stay away