Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Ты помнишь, что чувствовал в этот самый момент. В ту самую секунду, когда...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » God rest her soul


God rest her soul

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Участники: Adam & Henrietta
Место: стриптиз-клуб "Dollz"
Время: november 2014
О флештайме: Я опустился на дно собственной души и теперь знаю, что есть в этой жизни ещё много, много прекрасного. ©

Отредактировано Adam MacNamara (2015-09-01 10:36:25)

+1

2

До какой степени надо разочароваться в жизни и самой себе, чтобы крепкой хваткой взяться за шест, сбросить с себя змеиную мёртвую шкуру и слизывать прилипшие к подиуму зелёные бумажки? Неужели совершенно забыться, не уметь ничего другого, окончательно опустить руки и закрыть глаза, отдаваясь сладострастной музыке? Почему никто из них не может бросить, плюнуть на высокий одноразовый доход за ночь и просто убежать, снять эти прохудившиеся чулки в мелкую сетку и скинуть, поморщившись, в первую же попавшуюся мусорную урну? Почему туда скидываются лишь окурки да использованные презервативы вкупе со вскрытыми пачками? Не каждой, но ведь чаще всего дело именно в бабле, а уж тут выбора практически нет. И покупают себе не дорогую одежду. Стараются вкусно поесть да сходить в кино, развалившись в мягком кресле и чувствуя себя всё равно чужой. Почему? Почему они и везде, и нигде? Для абсолютно для всех и совершенно точно ни для кого? Её видишь, можешь трогать, но не лапать, но никогда не видишь, что таится за мутным взглядом. Как плотно закрытые шторы, за которыми мелькают слабые огоньки и чьи-то тени. Её собственная? Всех тех, кто перед ней? Зачем эти куски ткани на молодой плоти, покрывающие твёрдые соски - вовсе не от возбуждения, как у среднестатистических девушек перед мужчиной, а от холода, потому что по полу гуляет сквозняк и так хочется особенно богатым и посему толстым посетителям. Им бы проявить бунтарство, да хотя бы закричать. Просто-напросто. Вырваться из шаблона. Плачут они каждый день, на работе всегда тихо и в туалетах, но им надо рвать. Грудную клетку, а не бельё. START A RIOT - не просто девиз, сколько сигнал к бою. Они бы смогли, все вместе.
И он бы это понял. Адам этого ожидал от каждой из них, потому что сам бы сделал именно так.
Но сейчас он смотрел прямо в глаза темноволосому ангелу - спокойный, размеренный, временно мёртвый взгляд. Не видел ничего, кроме тех самых пресловутых игр теней где-то за плотной тканью штор.
Почему? Почему его это настолько задевает и выводит из себя?

if you think its over, begin r e c o v e r y

В стриптиз-клубе шлюх было мало. Преимущественно работали, именно работали, а не развлекались, и приносили стабильный доход в карман своему начальству. Разные девочки, кому-то точно не было двадцати одного года, кто-то этого даже не скрывал, а некоторым удавалось настолько заштукатурить своё лицо косметикой, что становилось уже всё равно. Здесь, в штатах, благодаря известному каждому клубу «Кондор» и смелости первой стриптизёрши Карол Дода, культовой персоне Ларри Флинту и городу Лас-Вегасу такие заведения являются частью истории развития страны и достоянием её культуры, поэтому совершенно ничего удивительного в том, что среди мужских лиц "Dollz" попадались и женские. Открытые лесбиянки или же просто за компанию с мужем, чтобы тотальный контроль продолжался и в зоне его личной свободы. Адам покручивал на поверхности стола влажный стакан с водкой, чувствуя, как время от времени лениво бьётся о его прозрачные стенки одинокий квадратный кусок льда. Его взгляд был всё также прикован к ней. Не моргая. Брюнетка танцевала вторую песню подряд, он не знал, какую именно - все они слились в продолжительную и тянущуюся, подобно жевательной резинке, мелодию. У неё было какое-то замысловатое имя, совершенно сумасшедшее, но идеально подходящее, как ни странно, внешности. Сейчас музыкальное сопровождение на фоне и не было таким уж важным. Ему стоило огромных усилий не запустить в это невинное и порочное одновременно создание своим стаканом, разбивая вдребезги и его, и её мир позади закрытого взгляда.
Почему? Почему он оплатил два приватных танца подряд именно с ней?

if its complicated, simplify r e c o v e r y

За её хрупкой фигурой закрывается дверь в небольшую комнату со слабым освещением трупного синего оттенка - МакНамара зашёл первым. Расслабил удавку галстука, опустил взгляд на костяшки своих пальцев. Замер.
- Где тебя нельзя касаться?

Отредактировано Adam MacNamara (2015-09-01 23:15:03)

+3

3

Если вы все вокруг здесь такие святые, то тогда помолитесь за меня грешную. (с)

     Каждый человек хоть раз в жизни должен задать себе один вопрос. Один единственный вопрос: «Как я живу? Как, блять, я проживаю свою жизнь?»
     Сегодня утром, проснувшись, я впервые задала себе его. Точнее не так. Этот навязчивый вопрос застрял где-то под твердой корочкой моего сознания и не хотел покидать мою голову. Знаешь, меня раньше не посещали мысли о тяжести жизни. Я совсем не думала о том, какого это жить, только на те средства, которые ты сможешь достать. Ведь раньше у меня стабильно были карманные деньги от родителей. Я не думала о том, какого это - засыпать и просыпаться рядом с нелюбимым человеком, я уже не говорю о продаже своего тела. Я никогда не сталкивалась с подобными проблемами. И совсем не понимала тех девочек, раздевающихся под музыку или без и презентующих свою наготу мужчинам за грязные деньги. И уж тем более я не представляла себя в данной роли. Не думала. Более того, мне было абсолютно плевать. Точно так же, как и о тех, кто тратил свои последние деньги на маленькие таблетки-марки-порошки, маленькие колеса обозрения, на которых погибают жуткой психотропной смертью, возможно, где-то у меня на улице. Мне было все равно. Как, собственно, любому среднестатистическому подростку.
     А сейчас... сейчас я думаю. Думаю, надевая туфли на двухэтажной шпильке и миниатюрный костюм, подобранный девочками из костюмерной. Думаю, обласкивая своим телом пилон. Каждый раз, смывая с себя в гримерке влажной салфеткой толстую корочку похоти, разврата и отвращения вместе с макияжем. Знаешь, мне действительно кажется, что за всю мою короткую жизнь никогда столько мыслей не посещало мою глупую голову, сколько за этот один-единственный день.
     А что в итоге?
     А в итоге…
     - You're not the only one, - я чувствую, как Ангел неистово издевается над моими волосами, выливая на них тонну лака. - So get up!
     Никогда не разрешайте женщине притрагиваться к своим волосам, если у нее дурное настроение. И никогда не разрешайте ей петь, если у нее нет слуха. Ангел была одной из самых привлекательных женщин, каких я когда-либо видела. Всегда ухоженная и подтянутая. Идеальна почти во всех отношениях. Но, как и любая девушка, имела склонность к меланхолии в осенний период, когда земля покрывается тонкой корочкой мороза и апатичными людьми, когда проще закутаться в теплый плед и закрыться у себя в квартире, чем решать внезапно навалившиеся на тебя проблемы. В это время года твои легкие не наполнены тем кислородом, благодаря которому ты хочешь парить над землей в диком танце. В это время года ты не поешь, ты воешь.
     - Let's start a riot, a riot, - еще один минус. - Let's start a riot! – она совершенно не умела ни петь, ни выть. Она тоскует. И я знаю, что иногда это сопровождается ужасной болью. Обычно она тоскует со слезами на глазах. Ангел полагает, что она одинока.
     - Твою мать, ты мне все волосы нахер выдерешь, - я корчусь от боли, и только что накрашенные ресницы оставляют свой след на моем верхнем веке.
     - Блядь, сиди ровно! – злость мастера растет с каждым движением изящной наманикюриной ручки, точно так же, как и возрастает моя обида. День постепенно скатывается до той точки, когда ты срываешься, проходя мимо алкогольного магазина после работы, покупаешь литровый Дениелс с рэдбулом на последние деньги, которые должна была отдать за квартиру, и закрываешься в той самой квартире.

«Как я живу?» - я опять задаю себе этот вопрос, пока Ангел поправляет мне макияж.
      Как…Танцуя!

      В комнате, предназначенной для приватных танцев, царил приятный многообещающий полумрак, лишь небольшие лучики света проникали сквозь плотные занавески и играли на поверхности алкогольной жидкости в его стакане.
     Сколько прошло времени, после того, как я зашла в эту комнату за ним? Я даже не знаю.

http://s6.uploads.ru/bJHhj.gif

    Это был именно тот человек, с которым ты считаешь минуты до окончания сеанса. Холодный и бесстрастный взгляд пустых зеленых глаз, слишком напряженные руки и пугающее выражение лица. Он оплачивал мои танцы слишком часто для простого клиента. И каждый раз он был разным. И каждый раз меня съедало любопытство, что с ним происходит, но я никогда не задавала вопросов. Это табу. Нам запрещено иметь какие-либо личные отношения с клиентами.
    Но сегодня мне было плевать на время и его взгляд, как плевать на тех, кто тратил свои последние деньги на маленькие колеса обозрения, на которых погибают жуткой психотропной смертью.  Сегодня я танцевала так, как обычно танцевала для него прежде. Заинтересованного и трепетного, каким он иногда заходил ко мне.
     - Ты знаешь правила, - расстояние между нами сокращается настолько, что я могу почувствовать запах его парфюма, смешанный с запахом алкоголя и мыла. - Ты не можешь меня касаться.
     Музыка поглощает меня, и я с головой ухожу в танец. Я снова дышу. Мои легкие снова наполнены жизнью. Пусть даже жизнь эта с железным привкусом греха и ненависти. Двигаю в такт бедрами и позволяю лицезреть чуть ли не каждый уголок моего тела, что не скрыт под темно-синим миниатюрным платьем. Лицезреть. Пальцы не сувать. Опасно. Убьет.

Отредактировано Henrietta Schelling (2015-09-18 21:53:30)

+2

4

Танцуй по огням,
Танцуй для меня,
Танцуй.

Занавески плотного кроя и мрачного, грязно-синего цвета завешивали, видимо, трещины в стенах или следы от пуль, которыми вездесущие боссы простреливали головы дерзких и ненасытных до молоденьких тел клиентов. В воздухе застыл запах несовершённого акта совокупления, стояка члена, который так и не был взят в рот и смазан слюной. Комната пыток современного мира. И всё зависит от таксы, от оплаты. Если у тебя хорошая репутация, ты постоянный клиент, ни одной драки, ни одного сомнительного случая на репутации - тебе можно чуть больше, чем другим. Конечно, никакого start a riot и тому подобное, везде есть свой свод правил, которые не подлежат нарушениям. И всё-таки. По умолчанию в Соединённых Штатах Америки никто не берёт взятки, особенно копы. С вероятностью 80 процентов на тебя доложат, и не пройдёт суток, как окажется по ту сторону не только закона, но и решётки со всеми вытекающими и так далее. Однако деньги всё равно ходили из рук в руки, в конвертах и между страницами уголовного кодекса, прятались за необоснованными дарами, женщинам и мужчинам. Правила нарушались всегда, бунтарский дух не был искоренён до конца. И не будет. Никто бы не подарил Генриетту ему просто так, даже за кругленькую сумму наличными. Не потому, что она стоила больше. У стриптизёрш априори низкая себестоимость. Всё дело в грамотной раскрутке, имидже, стоимости сверх той, что указана в чеке на выходе. И большие папочки это, конечно же, знали. Именно поэтому такие, как Генри, была просто бесценны.

►►

Его шагов не слышно в комнате, они не стучат о холодный пол и не ударяются глухим ударом о стены, утопая в занавесках. Подошва его обуви достаточно чистая, можно даже сказать идеально чистая для того, чтобы не оставлять следов присутствия второго человека, помимо самой девочки. Словно ей всё показалось, приснилось в страшном сне. Однако Адам был здесь. Сознанием, ощущениями, всеми органами чувств. Кубики льда трещали, утопая и всплывая в алкоголе, время от времени стучали о стенки стакана. Он собирался с мыслями. Удавка была расслаблена. Ему хотелось вот так вот стоять и чувствовать, как брюнетка змеёй извивается вокруг него, как она приравнивается к десяткам других, до неё и после, всё в этом мире циклично. Это и спасает, и убивает. Но она его бесила, не давала сохранять спокойствие дольше, чем четыре минуты. Он проверял, считал, засекал время. - Твой босс сказал иначе, - усмехается, прекрасно зная те зоны, которые ему разрешили трогать. В противоположных углах комнаты, в тени, верхний левый и нижний правый, расположены скрытые камеры. Если Адам коснётся рукой не там, то его лица в ту же минуту коснутся два здоровенных кулака. Рисковать он не собирался, но и упустить возможность было бы глупо. - "Никаких внутренних сторон", если быть точнее, - проводит языком по верхнему ряду зубов, запивает свои слова порцией алкоголя. Она уже танцует вокруг него, смотрит с нескрываемой усмешкой, держит расстояние, но настолько близко, что он, без сомнения, чувствует запах её лака для волос. Такая натуральная внешность и это неестественный, химический аромат. Эта злость мешается с возбуждением, обычным, человеческим, мужским, когда взгляд скользит по телу, открытым и соблазнительно прикрытым участкам девичьего тела. Сколько ей лет, восемнадцать? Шестнадцать? Его разум словно пытался противостоять желаниям плоти, низменным и вполне понятным, пыталось бороться с несуществующей системой ценностей. Зачем тогда Адам пришёл сюда, если не за этим? - Зачем тебе это надо? - делает новый глоток. Теперь он смотрит ей в глаза, хотя боковым зрением видит всё чуть ли не ещё чётче. - Глупая для обычной работы? В чём причина? Парень не может поверить, что на это идут добровольно. И глупой её не назовёшь даже при всём желании. Есть в ней какая-то сволочизм, который не присущ девкам-пустышкам.
Или он его выдумал, поддавшись томной магии Генриетты, танцующей по своим правилам на своей территории?

Отредактировано Adam MacNamara (2015-11-02 12:17:58)

+1

5

Нет игры больше месяца. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » God rest her soul