Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Cicha woda brzegi rwie...


Cicha woda brzegi rwie...

Сообщений 1 страница 20 из 39

1

http://s3.afisha.net/Afisha7Files/UGPhotos/090506194319/090507215338/p_f.jpg
Участники:
Беата Острожская и Михал Лещинский.
Место:
отправная точка - хутор Черный сад, неподалеку от границ земель князя Лещинского (Речь Посполита).
Время:
Лето 1559 года.
О флештайме:
Как поступить юной девушке, если из-за своего богатого приданого, она стала предметом торга для множества выгодных и не очень женихов? Решившись познакомится с суженым, которого выбрала матушка, панна Беата оказалась на отдаленном хуторе и поняла, что ее могут выдать замуж, не спрашивая ее согласия. И тогда она решилась на отчаянный шаг...


P.S. Навеяно бессмертными произведениями Генрика Сенкевича и интересными историческими фактами и личностями. На достоверность не претендуем, просто развлекаемся от души.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-06 00:48:35)

+2

2

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Рассвет еще не успел поджечь небосвод, когда панна собиралась в путь. Очередной путь, но только так, чтобы ее свита осталась в неведении о том, что панна Беата их покинула… на это у девушки были свои причины, которые ей казались слишком логичными и даже разумными. Особенно теперь, когда картина становилась настолько понятной и ясной – мать отправила ее в далекую дорогу, к совершенно чужим людям - по крайней мере, для самой Беаты, а тех, кто бы мог помочь или выручить в непростой час уж явно не наблюдалось рядом. Всю дорогу из Старокостянтинова молодую панну сопровождали преданные ее матери люди. Они были хмурыми, немногословными, но даже в случае, если их язык развязывался от скуки, они быстро замолкали, стоило только Беате проявить интерес к тому месту, куда они держат свой путь.
Дело было не чистым. Это явственно ощущала молодая панна, пожалуй, еще с тех пор, когда они миновали Краков. Было уже поздно возвращаться или надеяться на выручку – их путь не проходил через Варшаву, о чем девушка из славного рода Острожских узнала слишком поздно. Волнение росло с каждым новым шагом лошади. И именно тогда к панне подошла ее подруга, у которой было тайное послание от князя Остродского.
Умный, даже слишком, и невероятно хитрый князь решил позволить своей невестке увезти племянницу из своих владений. Он даже позволил им заехать слишком далеко, чтобы приспать бдительность людей Костелицкой, чтобы именно в тот момент его человек, поднес одно из двух писем, в котором он предлагал Беате полную защиту и помощь в избегании ненавистного брака со стариком, которого испугалась бы любая молодая панна. Гальшка, подруга Беаты, что была рядом с ней все время пути и молчала о наличии письма, ловко предала потом его огню.
- Решайтесь, моя светлая панно, - произнесла она, прежде чем лист пергамента с печатью князя исчез в огне. – Только вы можете решать свою судьбу, пусть не делает за Вас ваша маменька, - добавила она, глядя на удивленные глаза юной княжны.
- Но, почему ты мне раньше не сказала? – спросила она, все еще пытаясь выложить в логичную цепочку все то, что случилось, но… никак не могла.
Еще один день на размышления – дождь лил, как из ведра, выдвигаться из Черного Сада было просто невозможно, лошади то и дело грузли в болоте, что не было странностью для такой глуши. И за этот день Беата-таки решилась. 
Комнату освещала лишь одна свеча, свет которой отбивался в небольшом зеркале, предоставленном милейшей панне гостеприимными хозяевами, что приютили путешественников из далекого Старокостянтинова. Занавески были плотно задернуты, не смотря на то, что с улицы без труда увидели, что в комнате панны Острожской горит свет.
Бети тихо вздохнула, глядя на свое отражение в зеркале. Вместо роскошного платья с вышивкой по дорогой и нежной для ее кожи ткани, на ней была старая потертая рубаха, отнюдь не новые брюки и шапка, под которой едва смогла спрятать свои длинные волосы, которые обычно заплетала в две косы. Она выглядела ужасно – словно бы парень, слишком тощий, уставший и … очень молодой парень. Согласно их плану, так никто не признает в ней красавицу дочь Яна Острожского, к которой в Острог и Старокостянтиновку приезжала едва ли не половина наследников великих и знатные воевод, не говоря уже о князях и их сыновьях.
- Ты точно уверенна, что останешься? – спросила панна у темноволосой девушки, чьими стараниями и была раздобыта одежда, что скрывала в ней женские изгибы тела.
Гальшка ответила энергичным кивком головы, что говорил о полном ее согласии.
Это удручало Беату.
- Кто-то должен здесь остаться, если вдруг кому-то захочется проверить вашу постель, - шепотом ответила девушка,  прежде чем ее руки коснулись шапки, чтобы поправить ее и насунуть больше на глаза. Так хуже было видно лицо и высокий лоб, маленькую гордость Беаты, которую сейчас необходимо было скрыть.
-  Я боюсь даже подумать, что они сделают с тобой, если узнают, что ты мне помогла… - панна не продолжила свою речь. Где-то неподалеку послышалось, как открылась чья-то дверь и Гальшка быстро погасила единственный источник света.
Было страшно. Страшно до ужаса, но если это был единственным выходом, Беата должна была ему последовать…
В комнате воцарилась тишина, и лишь легкий летний дождик забарабанил в окошко, прежде чем кто-то прошел во двор, а после снова вернулся обратно, о чем было прекрасно слышно девушкам в комнате. Кто-то совершенно не стеснялся шуметь. И это могло сыграть свою роль, как им на руку, так и против них.
Пришлось ждать около часа, прежде чем Беата решилась выйти из комнаты и тихо, стараясь не шуметь на старой лестнице, прошла к двери, что вели во двор. Там ее уже ждали, а Гальшка осталась в комнате, прикинувшись княжной.
Противный дождь моросил, когда Беата в сопровождении верных ее дяде людей покинула дом в хуторе Черного Сада. Им следовало пройти через лес, где и были спрятаны их лошади, на которых им необходимо было добраться до Познани. Она оглянулась лишь спустя какое-то время на хутор, но не смогла его рассмотреть – было слишком темно, морок ночи, словно бы обернул его в черное покрывало, давая этим самым понять молодой панне, что обратного пути теперь не будет.
Утро долго отказывалось наступать. Но, выглянувшее за много дней солнце, подарило девушке надежу, и она обрадовалась ему, словно ребенок. Даже длительное расстояние, которое ей пришлось пройти от хутора и до поляны, где находились их лошади, не было способно испортить ей настроение. Ровно до той поры, пока не послышались позади шаги и топот копыт…
- Разбойники! – прошипел один из ее спутников, прежде чем с силой не толкнул Беату в кустарник. От неожиданности девушка не устояла на ногах и больно приземлилась на еще влажную землю.

+1

3

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Этот день явно обещал быть нехорошим... и ведь не зря пану Озерецкому - старому боевому другу князя Лещинского и гусарскому полковнику этой ночью снился конский навоз? Нынче в город принесло погорельцев из соседней деревни, что принесли плохие вести: в самый разгар веселого ярмарочного дня налетели какие-то изверги, подожгли хаты, забрали добро и были таковы. И еще невинных людей порубили...
Князь выслушал пострадавших совершенно спокойно, но Озерецкий прекрасно знал, что это затишье перед бурей - ясновельможный был просто в бешенстве, однако не стал показывать свои истинные чувства перед холопами и коротко распорядился, чтобы о них как следует позаботились. Вздохнув, полковник перевел взгляд на своего крестника, что стоял возле княжеского кресла и ловил каждое слово своего дядюшки. Этому хоть сейчас в бой, молодая кровь бурлит и не дает спокойно усидеть на одном месте. Когда-то и старик Озерецкий был таким, но годы на месте не стоят и берут свое - теперь он благопристойный тучный пан, по которому сразу видно как он любит хорошо покушать. А вот Михалу явно хочется поразмяться лишний раз?
-Таддеуш... возьми отряд и прочеши лес возле сожженной деревни, -наконец процедил сквозь зубы князь, посмотрев на старого друга. -Они набрали обоз добра, значит далеко не уйдут...
-Привести их в город? -совершенно спокойным тоном поинтересовался полковник, словно Лещинский просил его долить в свой кубок еще хмельной бражки. Посмотрев на хмурое выражение лица князя, Озерецкий поспешил поправить самого себя. -Понял... в лесу найду, там и оставлю.
-Дядюшка, позвольте мне поехать с крестным? -не выдержал Михал, посмотрев на влиятельного родственника. -Я мог бы взять второй отряд и мы найдем этих сучьих детей куда скорее...
-Поезжай с крестным... но не дай тебе Боже, ослушаться его в чем-либо, -холодно произнес старший Лещинский, бросив на племянника привычный холодный взгляд из-под кустистых бровей. -Отряд тебе доверю, когда докажешь, что можешь не только саблей махать, но и думать. Голова дана человеку не только для того чтобы есть...
Ну вот, началось.., -вздохнул Михал, под добродушный смешок Озерецкого. Он уже слышал нечто подобное не одну сотню раз и все потому что как-то едва не попал в засаду. Однако, делать было нечего - молодой человек почтительно поклонился князю и своему крестному и пошел собираться, попутно приказав своему слуге седлать коня.
-Может не стоило так строго с мальчишкой? -добродушно усмехнулся полковник, на что пришел черед князя тяжко вздохнуть. -Он ведь старается... да и храбрости ему не занимать - всегда первым в бой бросается. Такого командира всегда будут любить солдаты.
-Я все это понимаю, старый друг... но пойми и ты меня - я умирающему брату обещал, что его сын будет мне родным и на том крест целовал. Не могу я допустить, чтобы Михал из-за своей горячности попал в очередную переделку. Саблей махать может любой дурак, а вот думать и стараться прежде всего сохранить своих бойцов... эту сложную науку мальчишке еще только предстоит постичь. Поезжай с Богом, Таддеуш и привези мне хорошие вести.
Отряд выехал из города еще до обеда, что очень расстроило верного слугу Лещинского-младшего, так что большую часть дороги до сожженой извергами деревни, он недовольно ворчал, заранее представляя как проголодается. Михал как и всегда слушал пройдоху в пол-уха, думая о своем...
Дядя мне не доверяет, вот в чем дело... но как я смогу доказать, что могу командовать, если мне не дают такой возможности?? -Лещинский вновь позволил себе тяжкий вздох и увидев летящих над деревьями утиц, стянул кожаный колпачок с головы сокола, что смирно сидел у него на руке. Увидев добычу, умная птица, тут же стрелой помчалась к своей цели. Жендзян всторженно присвистнул и продолжил свои излияния, как ни в чем ни бывало...
-Пан Михал... а все-таки, это не по-христиански оставлять добрых людей без обеда... Ну как можно охотится за разбойниками на голодный желудок??
-По-твоему, мы должны были сначала покушать, а потом уже выполнять приказ князя? -улыбнулся Михал. -Когда он желает наказать своих врагов, его приказы исполняются без промедления...
За разговорами незаметно пролетело около часа и за это время отряд успел порядком углубится в лес, выйдя за границы владений Лещинских. И именно тогда охотникам и повезло - ведь как известно, на ловца и зверь?
-Тихо ребятушки, -скомандовал Озерецкий, когда один из посланных им на разведку гусар вернулся и доложил, что впереди вооруженные люди. -Давайте подойдем поближе и угостим этих сучьих детей как следует.
Собственно говоря, силы в этом бою были неравны, потому как недавние душегубы и поджигатели слишком увлеклись своим любимым делом, напав на каких-то несчастных. Гусары Лещинского сработали четко и быстро, так что в живых остались лишь несколько человек из нападавших - но и им осталось недолго жить, потому как награбленное на ярмарке добро, которое они везли на небольшом возке, говорило само за себя. Ну а пока крестный вершил справедливый суд, Михал заметил в кустах испуганного парнишку и протянул ему руку, помогая встать на ноги.
-Ты как, живой? -оглядев мальчишку со всех сторон, Лещинский убедился, что тот не ранен. -Тебя точно бог бережет, ни одной царапины. Эти люди были с тобой? Мы малость опоздали и не успели вам на выручку... если хочешь, поедем с нами в город?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-07 03:14:56)

+1

4

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
У Беаты не было времени для того, чтобы хоть как-нибудь отреагировать на ситуацию. Едва только толстая рука человека дяди с силой толкнула ее, панна больно ударилась о землю, а ветки кустарника больно защекотали ее лицо из-за чего она чуть не ойкнула то ли с досады, то ли от боли, а то и вовсе от неожиданности. В пору было также напомнить добрым панам, чтобы не забывались – она не какой-то там мальчишка, она княжна, дочь панны Костелицкой и князя Острожского, слава о котором разошлась по всему королевству Польскому и княжеству Литовскому.
Но, какая разница здесь, среди леса и глуши, кто твои родители и как много богатства ты можешь передать в казну своего супруга? Нет, ее приданое сейчас не очистит от грязи, вытирать которую с лица принялась панна, так и не найдя в себе сил немедленно подняться. Может, кто-то ей еще поможет? Однако, ее спутникам было не до нее и не до вежливых расшаркиваний. Ведь довольно скоро их настигли неприятели, о чем известил Беату звон сошедшихся в бою сабель.
Страх, который девушка испытывала еще этим утром, да и на протяжении всего этого времени усилился и невольно девушка в сердцах подумала о том, что зря она согласилась на эту авантюру. Может быть, ее не ждало ненавистное венчание с престарелым князем в Зелёной-Гуре? Но, подобные мысли были словно гадания на кофейной гуще, а в этих делах ясновельможная панна была вовсе не сильна – это лишь ради смеху они с Гальшкой гадали на Андрея прошлой зимой, словно дворовые девки.
Беата с досадой цокнула языком – ее подруга так рисковала, чтобы выручить ее, и теперь, должно быть, ее высекут. И все за что? За нее. За ее побег, что так внезапно и досадно провалился.
Но, может быть, еще не все было потеряно?
Подобрав под себя ноги, Беата устроилась в кустах, наблюдая за ходом поединка, в котором доминировали разбойники, от чего панна решила, что бог противостоял так планам ее дядюшки.
Как же мне теперь вернуться? – панически подумала княжна, прежде чем не появились неизвестные ей воеводы верхом на лошадях. Естественно, девушка тут же понадеялась на то, что это было их подкреплением. Ей еще предстояло узнать правду о том ,что ей повезло остаться в живых или просто не потеряться в этой глуши…
Ее лицо наверняка было испачкано грязью, которую она не сумела окончательно вывести из своего белоснежного личика, но девушка улыбнулась пану, что подал ей руку и помог ей встать. Бети даже забыла о том, какая ужасная на ней была одежда, еще и перепачкана, словно бы она была слугой, но не знатной дамой. В прочем, по ней даже и не сказать было, что она девушка – об этом ей напомнил пан, любезно оглянувший ее со всех сторон, словно какого-то мальчишку. В пору было устыдиться самой или его, но Беата решилась сохранить в тайне свою истинную природу.
- Благодарю, Вас, ясновельможный пан, - поспешила ответить девушка, прежде чем вспомнила о том, что ее голос звучал слишком нежно как для парня. Но, пока в суматохе пан оглянулся на ее спутников, Беата прочистила горло, после чего старалась говорить тихим и более низким и грубым голосом: - Да, они со мной … были. Мы держали путь в Познань, это далеко? – раскрывать истинных своих планов княжна не стала. События последнего дня продемонстрировали ей слишком простой жизненный урок – верить нельзя никому, не смотря на то, родня они тебе или нет. – Я бы с радостью, если пан поможет потом добраться до Познани, - кивнула Беата в такт своим словам, прежде чем ее рука придержала шапку, которую она и придержала, дабы та не свалилась с головы в такой неподходящий момент.

Отредактировано Tony Danziger (2015-09-06 12:23:10)

+1

5

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Михал не особенно придал значения тому, что спасенный мальчишка понятия не имеет сколько ехать до Познани - видимо перепугался, потому как на вояку был совершенно не похож. Наверняка единственный сынок у родителей, свет в оконце, вот и не приучали его к военному делу... либо из обедневших шляхтичей. Дети в таких семьях навряд ли могли рассчитывать на успешную военную карьеру, особенно если не имели влиятельных и богатых родственников. Однако, кичится собственным происхождением было бы неблагородно, так что Лещинский дружески хлопнул нового знакомого по плечу.
-На хорошем коне отсюда и до Кракова недалеко - однако, дороги нынче неспокойные, так что я бы советовал тебе поехать с нами. Вместе и веселее и куда безопаснее, верно, Жендзян? Что ты забыл у этого несчастного возка, скажи на милость?? -шляхтич окликнул своего слугу, что уже успел поймать сокола и повесить себе на пояс аж двух добытых пернатым охотником утиц. -Тебе там медом намазано? Лучше подведи коня пану... кстати, я совсем забыл поинтересоваться как зовут пана?
По правилам приличия, шляхте следовало представляться полным именем, чтобы собеседник сразу имел представление с кем имеет дело. Когда чумазый мальчишка назвался Яном и при этом жалобно шмыгнул носом, Жендзян лишь насмешливо фыркнул - вот ведь подфортило хозяину спасти какого-то холопского сынка? Однако, Михал решил быть благородным до конца, ведь не бросать же мальчишку одного в лесу, ведь если не разбойники, то волки свое черное дело точно сделают.
-Может не стоит утруждаться насчет коня? -с долей ехидцы протянул слуга, критически оглядев "Яна", однако поймав недовольный взгляд своего хозяина, послушно привел одного из разбойничьих коней. -Вы прямо святой какой-то, пан Михал, вот ей-богу... я в жизни своей не видел столь доброго человека. Вот если бы вы вдруг захотели подарить мне свой пояс, я бы наверное от счастья помер, но ничуть не удивился.
-Заканчивай болтовню, нам пора уже ехать. С этим возом мы, дай боже, доберемся до Лешно только завтра днем. Надо бы поискать подходящее место для привала, -скомандовал Лещинский, попутно закинув нового знакомца в седло каурого конька. -Едем, крестный уже повел отряд к тракту...
Дорогой, Михал не особенно обращал внимания на паренька, которого спас, тогда как пройдоха Жендзян не спускал с бедняги глаз. Что-то не так было в этом Яне... но вот только что?? Обогнав мальчишку, слуга заметил, что у того такое несчастное лицо, словно он наелся лимонов или чего похуже и теперь страдает желудком. Размышляя на эту философскую тему, Жендзян наткнулся на поставленные силки с двумя великолепными рябчиками, что только и ждали момента попасть в господский котелок вместе с двумя утицами. Наконец, час спустя после стычки старик Озерецкий скомандовал съехать с лесной дороги и устроить привал - ночью ехать небезопасно, к тому же рядом болото, в котором никому не улыбалось завязнуть.
Гусары очень быстро устроились на ночлег, выставив дозорных и занявшись своими запасами провизии. Жендзян заранее запасся котелком, благо что недостатка в добытой дичи благодаря соколу пана Михала никогда не наблюдалось - так что полчаса спустя он уже ловко разделал птицу и принялся за готовку, краем глаза наблюдая за мальчишкой. По доброте душевной, Лещинский предложил малому свой плащ, видя как тот дрожит, несмотря на то что сидит близко возле костра.
-Доберемся до Лешно, а потом я найду с кем тебе можно будет поехать в Познань, -пообещал Михал, удобно устроившись возле костра и дожидаясь пока кулинарный шедевр будет готов. -Город принадлежит моему дяде, так что тебя там никто не обидит...
Реплику младшего Лещинского прервал заунывный волчий вой, раздавшийся совсем рядом... лошади услышав его, начали беспокойно переступать с места на место и то и дело недовольно похрапывали.
-Тише-тише, хорошие, -произнес Жендзян, погрозив кулаком темному лесу. -Да чтоб вас жиды на воротниках носили, окаянные!* Только суньтесь...
Презрительно плюнув в сторону откуда раздавался вой, слуга мельком посмотрел на Яна, которому явно было не по себе от этих звуков... и тут заметил кое-что совершенно интересное. Но не то, что бедняга еле мог сидеть, основательно отбив себе весь зад на лесной ухабистой дороге - из-под шапки мальчишки выбилась длинная каштановая прядь волос.
-Пан Михал... а хотите я вам что-то интересное покажу? -выдал чрезвычайно довольный собой Жендзян. -Вы только гляньте, что творится...
Михал обернулся, чтобы послать болтуна куда подальше - варил бы похлебку и помалкивал, так нет же? Всегда надо ему влезть во все, прямо как в каждой бочке затычка...
-Посмотрите-ка сюда, -рассмеялся слуга, ловко стянув с головы Яна шапчонку. Лещинский после этого вынужден был закрыть себе рот, потому как под этой самой шапкой прятались две роскошные длинные косы.
-Матерь Божья.., -только и можно было сказать, после всего увиденного.

*коронное ругательство из сериала "Огнем и мечом", ничего личного XD

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-06 23:27:55)

+1

6

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Ответ молодого пана ровным счетом ничем не помог Беате. Конечно, она знала, где находится Краков, даже проезжала через этот красивейший город, в котором они даже задержались на один день, пока длилась одна из летних ярмарок, на которой молодая панна могла развлечь себя в обществе своей подруги, а также дочерей знатных воевод краковских. Однако, с тех пор прошло так много дней, что девушка потеряла их счет, а потому … слова молодого пана, что так внезапно повидала на своем пути Беата, нисколько не успокоили ее. Скорее напротив, заставили сердце в тревоге сжаться.
- Но, ведь Краков отсюда далеко, - пролепетала она, почти шепотом, так что мужчина и его слуга не могли ее расслышать. К счастью, панский слуга был занят обозом тех разбойников, что напали только что на ее спутников, тогда как сам пан поспешил отчитать слугу за медлительность, на сколько могла судить Беата.
- Ян, - коротко ответила панна, когда к ней снова обратился молодой пан. – Меня зовут Ян, - повторила она снова, так и не придумав ничего лучшего, кроме как назваться именем своего отца. Упоминать его или какую-нибудь другую фамилию у девушки не представилось возможности. Во-первых, она слишком нервничала сейчас, чтобы придумать что-то благоразумное и правдоподобное. Во-вторых, она совершенно не хотела найти себе новых проблем – кто знает, назови она первую попавшуюся на ум фамилию, вдруг бы ее обман тут же раскрыли? Девушка опустила глаза к земле, посмотрев себе под ноги, обутые в самые обычные, уже порядочно изношенные сапоги, брюки из самой простой ткани и … руки, испачканные грязью. Да, она сейчас нисколько не была похожа на девицу из шляхетского рода Острожских. Родная мать бы даже не узнала – и это несколько приободрило панну, заставив ее улыбнуться. Главное ведь добраться до Познани, а там она уже разыщет людей дяди, что сопроводят ее в Острог – чем не прекрасный план действий?
Только Беата слишком быстро расслабилась? Уже в следующее мгновение к ней подвели коня, верхом на котором она сможет ехать, а не идти пешком, как это было еще не так давно. И все бы ничего, да вот только … панна была не обучена ездить верхом на лошади в обычном седле. Она была искусной наездницей, но обычно каталась на лошади лишь в дамском седле, тогда как теперь ей следовало ехать по-мужски, преодолев всю свою стеснительность. Не слишком уверенно девушка подошла к коню, которого к ней подвели и ласково провела по его носу – она не была глуха и расслышала слова слуги, который вполне был способен отправить ее идти пешком не одну милю. С благодарностью она улыбнулась пану, когда тот помог ей забраться на коня. Возможно, он понял ее нерешительность или даже заметил ее неловкость, но … тактично промолчал. При этом, едва они сдвинулись с места, не досаждал своему внезапному спутнику, давая тем самым Бети возможность хорошенько подумать над своими следующими шагами и действиями.
Конечно, мысли ее не были веселы. Теперь даже солнце, блестящее посреди ясного неба своим раскаленным желтым диском, не могло обрадовать ее, как было совсем недавно. Двое людей ее дяди приняли на себя смерть, а если бы ее не толкнули в кусты – подобная участь могла ждать и ее тоже. Но, куда больше печалила Беату неизвестность, что прибавляла юной панне только больше страха.
Несколько раз она замечала на себе взгляд слуги, что внимательно изучал неизвестную ему особу, но так и не решаясь задать ей ни одного вопроса. И так продолжалось до самих сумерек, пока они не остановились, чтобы передохнуть перед новым днем путешествия. К тому времени, когда был разведен костер, девушка успела порядочно замерзнуть, так что с благодарностью приняла, брошенный ей молодым паном Михалом плащ. Про себя она отметила его доброту и красивые черты лица, но не позволила себе ничего более, кроме тихой и короткой благодарности.
Устроившись поближе к огню, Беата ощутила навалившуюся на нее усталость, ведь предыдущую ночь она провела без сна. К тому же, поездка в мужском седле не пришла для нее безболезненно, так что садилась панна и мостилась у костра осторожно, жалея себя и свое больное место. А еще она была голодна. Кушать хотелось настолько сильно, что внутри, казалось, свернулся целый клубок жаб, требующих подачки. Но, она терпеливо ждала, пока ужин приготовит слуга пана, стараясь не уснуть сидя, или попросту не свалиться в жаркий костер, когда внезапно завели песню волки. Их вой был пронзительным, достающим до каких-то струн сердца, что отвечали за страх и тревогу – Бети очень сильно испугалась, пусть и старалась выглядеть храбрым молодчиком, которую и волки ни по чем, и любая другая опасность.
Только за всем этим панна не заметила, как длинная прядь волос выбилась из некогда тугой косички, а после и начала свисать из-под шапки. Да и танец огня в костре был настолько упоительным и расслабляющим, что быстро приспал бдительность княжны, так что когда с нее стянули самым наглым и беспардонным образом шапку, она лишь потянулась руками за ней, потребовав вернуть обратно: - Эй! Отдай! Кому говорят! – она нисколько не обратила внимания на свой далеко не мужской голос. К тому же, волосы ее сами выдали, от чего панна замешалась и растеряно посмотрела на шокированного Михала, на его пройдоху-слугу и поняла, что теперь она точно пропала. Теперь ее ничто не спасет, ее отправят матери, что выдаст замуж за старика… А этого молодой панне совершенно не хотелось! Слезы едва успели выступить на глаза, прежде чем она поднялась со своего места и отняв-таки у пройдохи шапку, поплелась куда-то в темноту, подальше от тех, кто ни за что на свете не сможет ее понять.

+1

7

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Такого поворота событий, Михал совершенно точно не ожидал... и первые несколько минут после внезапно открывшейся истины, сидел на месте как вкопанный, не зная, что и сказать. Разве что пожурить себя за глупость?? Ведь не сумел углядеть, что спасенный парнишка ведет себя совершенно не по-мужски... и теперь стало понятно, почему бедняга так зверски отбил себе зад на лесной дороге - женщина ведь должна ездить в дамском седле.
Жендзян довольно усмехнулся, прицокнув языком и радуясь тому, что сумел раскрыть тайну спасенной в лесу незнакомой панны. Хороший слуга всегда должен быть прозорливее своего хозяина, о чем пройдоха и собирался высказать Лещинскому, но не успел - сорвавшись с места, тот бросился следом за драгоценной "находкой".
-Стой, ты куда?? -шляхтич без труда нагнал девушку и приобняв за плечи, повернул к себе лицом. -Ты что удумала, кругом волки - и шага не успеешь сделать, нападут и поминай как звали.
Она едва подняла на него глаза, обиженно вздохнув и попыталась избавится от внезапных и неприличных для молодой панны объятий, но Михал не позволил. Просто стоял и смотрел на девицу, словно громом пораженный - на ее лицо падал отблеск от жаркого костра и несмотря на слой грязи, оно было прекрасно. Дамам при дворе названной матушки Лещинского было далеко до этой панны... определение "глаза словно звезды" было явно придумано именно про нее?
-Я обещал, что доставлю тебя в Лешно и слово свое сдержу... расскажи, что случилось с тобой? Зачем тебе понадобилось переодеваться и как твое имя?
Панна явно не желала вести светскую беседу и Михалу оставалось лишь вздохнуть и надеяться на то, что после походного ужина а-ля маэстро Жендзян она немного подобреет? Улыбнувшись, молодой человек, снова закутал девушку в свой плащ, подбитый мехом и вернул на место шапчонку - наверняка ведь прекрасная незнакомка хотела сохранить свою тайну.
-Ладно, утро вечера мудреннее и пора уже перекусить как следует, -Лещинский направился обратно к костру и потянул за собой девицу за руку. -Раз не хочешь мне ничего рассказывать про свою беду, то может поговоришь завтра с моим дядькой? Ему принадлежит Лешно и он человек справедливый и честный... а до той поры обещаю тебя не расспрашивать ни о чем.
Усадив панну, Михал забрал у Жендзяна миску с похлебкой, ложку и кусок хлеба и передал ей. Понятное дело, она наверняка не привыкла к таким харчам, но на голодное брюхо и тощенькая утица покажется вкусной. На второе пройдоха-слуга приготовил рябчиков, поджарив их над костром, нанизав на еловый прут - а это уже блюдо, достойное короля, которое ничуть не портило отсутствие изысканных соусов, приборов и тому подобного.
-Боженька милостивый, благодарим тебя за хлеб-соль, что ты послал нам в дороге. Аминь, -выдал Жендзян, прежде чем набросится на свою порцию. Благодаря его гениальному уму и еще соколу пана Михала (за этого кормильца и пяти тысяч талеров отдать не жалко!), в хорошей еде никогда не было недостатка в походе.
-Аминь, -повторил Михал, принявшись за свою порцию ужина, который оказался превосходным и подумал о том, что надо бы рассказать о спасенной девушке крестному. Он ведь пойдет отчитываться перед князем как старший в отряде... вот заодно и попросит дядюшку поговорить с панной, ему же совсем нетрудно это сделать. -Я сейчас вернусь, а ты, Жендзян, порежь еще хлеба и достань меду - от озера сыростью потянуло.
Полковника молодой Лещинский нашел неподалеку от часовых - старик курил казацкую люльку и сидел в клубах табачного дыма, словно в тумане. Увидев крестника, он отложил трубку и предложил ему присесть рядом.
-Тятька, тут такое дело... понимаешь... щекотливое очень. Помнишь, я сегодня парнишку спас от разбойников?
-Помню, я пока не так стар, чтобы забывать то что было на моих глазах пару часов назад. Ты его в город взять решил, как я погляжу? Правильно сделал, пропадет он один.., -одобрительно кивнул Озерецкий.
-Все не так просто... это девица оказалась. Я не заметил, зато Жендзян углядел, -улыбнулся Михал. -У нее случилось что-то, но мне рассказывать она не стала. Быть может дядюшке скажет? Ты бы попросил его выслушать ее завтра..?
-Девица говоришь?? -полковник рассмеялся, достав уголек из костра и вновь запалив свою люльку. -Хорошо, завтра попрошу как только приедем... и вот что еще - надеюсь, ты на князя не держишь обиды? Придет твое время и тоже будешь панцирной хоругвью командовать, помяни мое слово - а пока что, наберись терпения.
-Да я и не думал обижаться, тятька - разве на родных людей обижаются? Ты, дядюшка, тетка и сестры двоюродные... вот и вся моя семья. Знаешь ведь, что неблагодарным я никогда не был.., -Михал дружески хлопнул старика по плечу и вернулся к своему костру, где и улегся спать на конской попоне. Посмотрев на звездное небо, над ветвями старых деревьев, шляхтич позволил накопившейся за день усталости сморить себя...
...ну а проснувшись поутру, Лещинский решил малость освежится пока все спят и раздевшись, с разбегу прыгнул в лесное озерцо, что было рядом с лагерем, подняв тучу брызг. И только вынырнув, шляхтич заметил, что у него оказывается есть компания для утреннего купания - и еще какая??

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-07 00:40:22)

+1

8

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Беата слышала голос Михала, когда он окликнул ее. Однако она не надумала останавливаться. Скорее наоборот, девушка лишь прибавила шагу, даже позабыв о вое тех волков, которые еще недавно ее так ужасали, когда она сидела возле жаркого костра. В прочем, молодой пан быстро нагнал ее и остановил, при этом … в столь необыкновенный образ, что Бети даже позабыла о том, как собиралась возразить ему. Да и разве только возразить собиралась? Много необдуманного и даже обидного могло слететь из ее уст сейчас, а ведь молодой пан пока еще ничего плохого ей не сделал. Скорее наоборот… он был добр, даже дал ей свой плащ, благодаря которому ей не было так холодно. Теперь он остался одиноко лежать на том месте, где еще недавно молодая панна сидела, едва не засыпая от усталости, которой сейчас более не чувствовала. Словно бы с шапкой панский слуга забрал у нее и усталость, и даже страх, оставив необоснованную храбрость и отвагу, что и заставили ее ноги уйти от костра в неизведанном пути.
Она постаралась вырваться из его объятий, прежде чем строго заглянула в глаза Михалу, молча требуя свободы. А он, словно бы прочитав ее мысли, быстро напомнил о лесных хищниках. И она более не стала пытаться вырваться, пускай и желала поднять шапку, которую уронила недавно.
Молча они простояли не долго. Девушка не знала, что может поведать молодому человеку, о благородном происхождении которого говорила отнюдь не только одна одежда, но и манеры и сама речь. Он был наверняка хорошо образованным? По крайней мере, говорил он красиво, пусть даже и самые обычные вещи. Хотя, разве об этом могла судить юная княжна? Ей прекрасно был известен удел женщины – так уж ее воспитала мать. А воспитание никогда не проходит бесследно, пусть даже самый родной и близкий человек не собирается преследовать твои интересы в вещах, что касались достаточно индивидуальных вопросов. Но, не об этом сейчас? Первым заговорил Михал. Наверняка он не заметил едва заметного румянца на щеках панны, поскольку было темно вокруг и лишь костер освещал их лица, придавая им некой глубины и даже непосредственности.
Но Беата не была готова сейчас рассказывать свою историю или делиться переживаниями. Да и назови она свое имя, надо ли думать, как изменилось бы доброе лицо Михала? Нет, она точно не хотела нарываться на большие неприятности, чем те, что могла пережить. Она отвела взгляд своих серых глаз в сторону, при этом, продемонстрировала всем своим видом то, как она была настроена на разговор. В общем-то, никак не была настроена. Курносый носик был приподнят к верху, тогда как губы не тронула и тень улыбки. Лишь жаркое пламя огня танцевало, отбрасывая свои тени на их лица, словно бы смеялось над ними.
К счастью, или нет, но пан не стал долго расспрашивать и настаивать на немедленном ответе. Не стал он также и повышать голос, требовать или угрожать, что несомненно показало его с наилучшей стороны. Но, нет. Бети не собиралась теперь высказывать благодарность, пусть ее и снова подвели к костру и дали теплую накидку, в которой теперь панна чувствовала себя совершенно не удобно. Конечно, ей было интересно наблюдать за мужчиной, пока он возился у костра, но она подавила в себе этот интерес, потупив взгляд к земле. Так что, когда Михал подошел к ней ближе, подав ей их скромный ужин, панна лишь удивленно взглянула на него, а после попыталась пересилить себя и съесть хоть немного из той похлебки, которую им даровали небеса и ловкость чьих-то рук. Ну, может и не только рук?
Она иронично улыбнулась, прежде чем произнести и свое amen, в котором не было благодарности, но зато было смущение. Она не представляла себе, что скажет князю Лещинскому, когда ее доставят туда. В точности, как и не знала, как теперь продолжить путь – верхом на той лошади она явно более не могла ехать. И не прилично, и больно …
Второе блюдо было действительно вкуснее, но панна не съела много – в гостях принято кушать не много, а потому она оставила кое-что на тарелке. Ну, а когда Михал подался куда-то к ветру, Беата лишь презрительно посмотрела на Жендзяна, после чего взобралась на воз, где и устроилась на ночлег. Действительно, она устала, ибо смогла уснуть еще задолго до возвращения Михала. Не слышала она и смену караула, лишь больше утреннюю прохладу девушка отличила, так что проснувшись, она подалась к небольшому озерку, которое приглядела еще накануне вечером.
Тугие повязки, которыми обмотала Гальшка ее грудь и талию, сделав их почти неотличимыми, были настолько невыносимо тесными, что Беата с радостью отделалась от них, прежде чем не торопясь зайти в прохладную воду. Последний раз она принимала ванну в том постоялом дворе, откуда она сбежала, всего два дня назад, но уже сейчас нуждалась в новой порции свежести. Вымыв лицо и окунувшись с головой, панна собиралась уже возвращаться на берег, когда заметила в воде … Михала.
Она вскрикнула от неожиданности, прежде чем прикрыла себе сама рот, понимая, что так она разбудит всех вокруг. И первыми проснулись птицы, сидевшие на ветках одного из деревьев. Они поднялись в небо, громко возмущаясь тому, что их потревожили.
- Что вы здесь делаете?! – спросила она. – Уходите немедленно! Не то я... – добавила панна, прежде чем поняла, что снова стучит зубами. – Вода холодная… - в итоге пожаловалась она, прикрывшись водой и ладонями на всякий случай.

+1

9

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Ситуация в озерце была такова, что Михалу впору было посмеяться, а вот спасенной им панне явно было сейчас не до смеха? Шляхтич мог отлично наблюдать все ее прелести, благо что вода была чистой, будто бы из родника... и что, скажите на милость, можно было сделать в такой непиличный момент??
-Вообще-то я тоже хотел искупаться.., -пожал плечами, Лещинский, едва сдерживая смех, тогда как панна явно рассердилась не на шутку. -Простите, но я не знал, что вам тоже захочется освежится в столь ранний час... и вы наконец-то со мной заговорили!
Собственно говоря, произнося все эти фразы, молодой человек продолжал самым бесстыдным образом "есть" глазами свою новую знакомую... и провалится ему под землю в тот же момент, если при дворе самого короля могла бы найтись девица, затмевающая красотой лесную незнакомку! Она была прекрасна, словно ожившая мечта, так что пану Михалу вовсе не хотелось возвращаться на берег - однако, скоро должны были проснутся солдаты, так что надо было что-то решать.
-Ладно-ладно - я отвернусь, а вы плывите к берегу, -предложил Лещинский, честно отвернувшись от панны и поплыв на середину озера. Просто стоять в воде было действительно холодновато, так что следовало немного разогреть кровь резкими движениями. Вернувшись несколькими минутами позже к берегу и одевшись, Михал застал лагерь за сборами: время было выдвигаться к Лешно, где князь ожидал доклада о том, как было выполнено его задание.
На этот раз, Михал устроил "свою" панну на возке со всеми удобствами, уже не предлагая ей скакать верхом. Отряд собрался достаточно быстро и залив кострища водой, построился на лесной дороге и двинулся к дому, благополучно миновав границу владений князя Лещинского.
-Знаете, пан Михал... я тут вам не рассказал одну интересную вещь, -как и всегда в дороге. на Жендзяна напал жестокий словесный понос, так что шляхтичу и спасенной им девице пришлось выслушать немало веселых историй от болтливого пройдохи. -Так вот... третьего дня я навещал родителей и к ним приехал кум из Чигирина - он рассказывал, что в Диком Поле творятся страшные вещи. Будто бы там бродят упыри, охочие до христианской крови, а еще призраки... те солдаты, что были убиты и не похоронены как следует. Говорят, что они подходят к станицам...
-А твой кум не говорил, после какой чарки они обычно подходят? -рассмеялся Михал, подмигнув панне. -Вспомни пьяного ксендза, что залез на крышу сарая в Вилковицах и начал вещать, что вот-вот наступит конец мира... а все потому что у него не было денег опохмелится. И как такому верить??
-Не скажите, пан Михал - кум моих родителей редко пьет и видел те неупокоенные души собственными глазами... говорит - страшенные они, аж жуть берет. Люди их видят, а убежать не могут, страх их к земле приковывает... и "Отче наш" не помогает против них, -не растерялся Жендзян. -А вы сами бывали в тех местах?
-Бывал пару раз и никаких призраков не видел, так что уймись.
За разговорами время пролетело незаметно и вскоре наконец-то показались стены Лешно - основной цитадели князя Лещинского. Когда отряд ехал по улицам, ремесленники, торговцы и простые горожане бросали работу, приветствуя славного пана Озерецкого. Весь город знал, что своим солдатам князь Станислав платит не скупясь, потому они и готовы за него хоть в адское пекло пойти - а при таком раскладе, можно было не опасаться нападения врагов, что давало людям уверенность в завтрашнем дне.
-Жендзян, займись конями! -приказал Михал, после того как отряд въехал на княжеский двор. После этого, шляхтич подошел к своей прелестной попутчице и протянул ей руку. -Идемте, милая панна - вам надо отдохнуть с дороги как следует. Я провожу вас к своей тетушке.
Время уже близилось к обеду и следовательно княгиню Гризельду можно было найти в ее покоях, где она вместе со своими тремя дочками обычно занималась вышиванием и попутно решала различные важные дела. Это была очень образованная и умная женщина, под стать своему мужу - родом была из литвинов и кроме ведения княжеского двора и воспитания четверых детей (трое своих плюс Михал), успевала еще заниматься сиротским приютом. Увидев любимого племянника, княгиня улыбнулась протянув ему руку для поцелуя и вопросительно взглянула на спутницу молодого Лещинского.
-Твоего дядю еще с самого утра позвали в городской совет, -сообщила Гризельда, отложив пяльцы и поднявшись навстречу Михалу. -Он будет очень рад тебя видеть, как и я, дорогой мой. Надеюсь, что ваш поход был удачным?
-Благослови вас Бог, -ответил Лещинский, почтительно поцеловав руку названой матери. -Мы догнали тех разбойников и награбленное добро вернули - дядюшка будет доволен. А еще... спасли эту панну - вот только она не хочет мне ничего рассказывать. Может быть вам больше повезет?
-Добро пожаловать в наш дом, -как и полагалось, произнесла княгиня, внимательно посмотрев на девушку в мужской одежде. -Прежде чем заводить разговоры, надо дать нашей гостье перевести дух и найти ей приличную одежду.
Позвав служанок, Гризельда приказала им приготовить комнаты для панны, горячую ванну и хороший завтрак. Доброй женщине не нужно было и гадать, чтобы представить себе чем девушку кормили в походе.
-Михал, а кто эта красивая панна?? -поинтересовалась младшая княжна - милая и очень смешливая девочка, лет шести - когда Лещинский подхватил ее на руки и поцеловал в нос. -Королева?
-Нет, Марылька... я ее в лесу нашел - наверное она русалка? -рассмеялся Михал. -О себе не говорит, зато успела уже меня приворожить.
-Какая же она русалка... у нее хвост должен быть как у трески, -удивилась девочка. -Вместо ножек...
-Дочка, чем ты должна быть занята?? -строго напомнила Марыльке об уроках княгиня, так что Михалу пришлось поставить сестренку на пол и откланяться, чтобы не мешать. И неплохо бы как следует выспаться до ужина?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-07 23:25:53)

+1

10

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Самое дорогое и даже бесценное, чем только может обладать женщина – это ее честь. Так всегда твердила мать, об этом повторял ксендзь на исповеди. И говорил он это просто так, чтобы напомнить юной княжне о том, что молодость скоротечна, а обилие женихов по большей степени обозначено богатством ее отца. Раньше девушка внимательно прислушивалась к словам матери, храня их у себя на сердце, словно бесценный метал, тогда как слова священника обычно лишь остужали пылкую натуру Беаты, что наслаждалась вниманием к своей персоне. Однако, никому и никогда ранее до этого утра, кроме ее служанок, что помогали ей обычно принимать ванну, не доводилось ее видеть в столь постыдный способ – совершенно нагой, пусть даже и пыталась скрыть ее, прикрываясь руками. Хотя… разве это что-то могло изменить?
Молодая панна нахмурилась, услышав ответ мужчины, что вел себя, если не нахально, то очень даже свободно, нисколько не стесняясь. И нет, чтобы отвернуться, так он еще и напоминает о том, что вчерашним вечером панна изволила хранить молчание. Девушка едва не выругалась, но вовремя сдержалась – хватит ей было и того, что стояла в воде и без одежды, да еще и предстала в совершенно мужской одежде, испачканной и … В общем-то на этом все. Но, разве этого не будет достаточно? Ей хотелось бы плеснуть молодому пану, что решил было размять свое остроумие в далеко не светской беседе, но тогда она совершенно обнажит грудь, чего в действительности порядочная княжна не могла себе позволить.
Но, к счастью, мужчина решил все же поступить так, как и должен был – уж в этом панна была более чем уверенна. Так что, увидев его спину, шаловливо улыбнулась своим наблюдениям и самой ситуации, прежде чем совершенно невинно добавить: - Bardzo dziękuję, panie łaskawy!* – наверное, ее слова прозвучали слишком весело или беззаботно, так что преодолев некоторое расстояние, панна задержалась. Еще раз оглянулась на мужественную спину молодого пана. – Nie podglądać!** – предостерегла она, прежде чем окончательно не выйти из холодной воды, чтобы уже на берегу одеться в ту одежду, что оставалась ждать ее на берегу.
Более скрывать изгибы своего тела не было необходимости, так что Беата лишь набросила на себя широкую рубашку, а после запрыгнула в брюки, что в скором времени подарили ей желанное тепло и даже уют. Но, так или иначе, эту внезапную встречу девушка будет вспоминать. Ведь за своим громким требованием прятала совершенно страшное, даже от части греховное желание полюбоваться тем взглядом, что ласкал ее на заметном расстоянии.
«Нет, этим мысли не для порядочных панн!», - решила Бети, шагая в сторону их ночной стоянки. Пройдоха-слуга уже проснулся и даже спросил о том, где панну носило, но помня о вчерашнем разоблачении гордо промолчала. В прочем, она ничего не обязана этому слуге! Не будет она ни перед кем отчитываться, пусть ее влажные косы были явным доказательством купания в озере, о чем такой умный и догадливый человек мог сам прекрасно догадаться.
Спустя какое-то время вернулся и Михал, но Беата, устроившись на этот раз в возе, не позволила их взглядам встретиться, пускай и находила приятным его голос. К тому же, шутки, на которые был горазд его слуга, были в действительности порой весьма забавными, так что девушка даже смеялась. А ближе к Лешно даже постаралась подшутить над Жендзяном. Про себя же Беата отметила лишь не схожесть этого края с ее родным Острогом, принадлежавшему негодна и ее отцу. Теперь в Остроге сидел ее дядя и он был готов предоставить своей племяннице мнимый выбор кандидатов в спутники по супружеской жизни… Увы, но настроение панны быстро сошло на нет, едва ей стоило вспомнить о тех жизненных перипетиях, которых и могло не быть, если бы она, допустим, не решила убегать из Чарной Гуры – по крайней мере, двое дядюшкиных верных подданных не потеряло так бесславно жизнь.
Она тихо вздохнула, когда Михал огласил о том, что они уже приехали, а после улыбнулась, пусть и не слишком радостно мужчине, когда он предложил помощь в том, чтобы слезть с воза.
- Баба с воза, коням легче? – тихо, едва слышно произнесла она в ответ, явно заигрывая с благородством доброго пана, которому выпала на долю такое испытание, как панна Беата Острожская. Их взгляды встретились, но на этом Бети остановилась. Причин было более, чем достаточно для того, чтобы остудить свое желание, получать восторженные взгляды и даже комплименты, потакая своему женскому честолюбию. Ведь, если пан Михал пока еще не знает о богатом состоянии «лесной находки», то вскоре узнает – молчать перед князем Лещинским она уж явно не смела. Тем более, тот мог действительно помочь ей. В прочем, как и погубить?
Михал проводил Беату по светлице, после чего они прошли по настоящему лабиринту из комнат, когда оказались в покое, где три девицы в компании с взрослой почтенной панной, занимались шитьем и вышивкой. От Бети не укрылся тот оценивающий взгляд, которым ее окинула княгиня, прежде чем поприветствовать своего племянника. И девушке стало стыдно, так что девушка лишь потупила взгляд к полу, практически не слушая разговор племянника и тетки. Но, когда к ней наконец-то обратились, вежливо и грациозно поклонилась, как и учили ее ранее: - Благодарю, Вас, милостивая пани.
Что же, княжна пока еще не поспешила завалить их внезапную гостью вопросами. Хорошо, хоть не сочли ее оборванкой? ДА, на этом нужно было сказать спасибо Михалу. Только, как это обычно и бывает, парень заслужил лишь сердитый взгляд серо-голубых глаз за то, что так представил ее. Были ли у него иные варианты Возможно. Только кто-то, по всей видимости, поленился?
Женщина провела молодую княжну в отдельные покои, куда в скором времени принесли несколько красивых, но не слишком роскошных платьев. Действительно, у Бети можно было найти платья и получше, только … все ее платья остались в Чарной Гуре, тогда как сама она все еще оставалась безродной и неизвестной находкой. Надо ли говорить о том, что пан князь вот так запросто ей поверит? От Острога или Старокостянтиновки ой какой далекий путь лежит в Познань – генды, генды***…
- Это платья моих дочерей – одна еще для него не подросла, а другая уже выросла. Дети очень быстро растут... - добродушно произнесла панна, посмотрев на девушку, что была определенно не в восторге? Выглядела, как оборванка, но с явно барскими замашками? – Из далекого ты края, милая? – тем временем, произнесла княгиня, прежде чем Беата сподобилась виновато улыбнуться, спрятав взгляд от княжны, что по праву могла корить ее, не помогая впредь. – Я слышу по твоей тихой и кроткой речи, что-то очень знакомое…
- А откуда была панна родом? – внезапно поинтересовалась Бети, явно заинтересовавшись. Она позабыла уже о внезапных капризах, что начали ее преодолевать, как порой это и случалось.
- Мм … хороший вопрос, но это ни для кого не тайна – все знают, что княжна Лещинская из литовского рода, - запросто ответила женщина.
- Вы наверняка знали моего отца. Он тоже был из древнего литовского рода, - словно ребенок, которому показали интересную игрушку, Беата последовала по нужному княжной направлении.
- А кем был твой отец?
- Князь Острожский, - запросто проговорилась, а когда поняла, медленно поднесла к губам ладонь, словно бы намереваясь так закрыть рот и более не болтать того, что не собиралась.
- Константин? – продолжила тем временем княжна, удивленно посмотрев на девушку. Знала когда-то она Острожских, когда-то давно, когда виделась еще с ними и даже была на свадьбе ныне покойного … - Нет, же! Ян твой отец?
Догадливость почтенной панны была феноменальной и Беате более не оставалось ничего иного, кроме как кивнуть ей в ответ. Но, тогда ее, к счастью или нет, оставили наедине, чтобы она могла переодеться и прихорошиться – скоро ведь будет обед, на который она также была приглашена, в случае если только не устала и не желает отдохнуть. Сама же Бети не стала пренебрегать приглашением – теперь, когда она назвала имя своего рода, была обязана ответить на гостеприимство доброго панства и найти в себе силы для обеда, к которому она так или иначе, но припозднилась.
- Прошу простить меня, добрая панно, за опоздание, - коротко произнесла княжна, прежде чем нашла свободное для себя место. Аккурат рядом с Михалом…

* Bardzo dziękuję, panie łaskawy!  - Спасибо большое, доброму пану! (польск.)
** Nie podglądać! - Не подсматривать! (польск.)
*** генды, генды - далеко, далеко (нареч.) 

+1

11

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Так уж устроен этот мир, что место женщины - у домашнего очага и около детей, а мужчины в бою и он должен избегать привязываться к каким-либо материальным благам или ненужной роскоши. К слову сказать - последнего в доме Лещинских и не наблюдалось, потому как князь Станислав предпочитал чтобы у него все было по-простому. Михал очень любил военные походы, куда его стали брать, едва ему минуло шестнадцать лет, однако, после сделанного важного дела, не помешает и отдохнуть немного? Придя в свою комнату и позволив Жендзяну стянуть с себя сапоги, шляхтич с удовольствием растянулся на кровати и подремал до того момента как его не пригласили отобедать чем бог послал. Усевшись и с удовольствием потянувшись, Лещинский как следует умылся и быстро переоделся к обеду - перед приемными родителями совершенно точно не стоило появляться в запыленной дорожной одежде.
-Жендзян, где тебя черти носят?? Подай мне чистую рубашку! -окликнул своего пройдоху-слугу Михал. Вот когда надо поболтать вволю - он тут как тут, а когда действительно нужен, то ищи его, свищи. И куда такое годится? -У тебя репа что ли в ушах застряла?? Кого я зову?
-Простите, пан Михал, я здесь! -этаким чертом из табакерки нарисовался слуга, принеся хозяину чистую рубашку и новый кафтан. -Знаете, а я слышал кое-что очень интересное в людской... как вы думаете про что??
-Живые и не очень мертвецы в Диком поле, конец мира в следующую среду... что там еще у тебя обычно случается? -пошутил молодой человек, одевшись и подпоясавшись широким кушаком. Теперь оставалось лишь гребешком пригладить разлохмаченные волосы и можно идти к столу. -Ладно-ладно, выкладывай и не дуйся как сыч на крупу.
Жендзян было обиделся на шляхтича, однако желание рассказать последнюю свежую сплетню пересилило и он выдал доверительным шепотом:
-Сказывают что панна, которую мы в лесу нашли - единственная дочка князя Острожского. Я слышал, что он богат как турецкий султан... как вы думаете, пан Михал, это правда?
-Кто тебе такое сказал? -поинтересовался Лещинский, обернувшись к слуге. -Откуда знаешь??
-Кухарка Горпина поклялась, что слышала это от служанки самой княгини - та приносила молодой панне одежду...
Вообще... слуги в любом богатом доме обычно бывают осведомлены обо всех делах, куда лучше чем их господа, так что Михал решил ничему не удивляться. К тому же то что панна оказалась княжной, ничуть не меняло его намерений приударить за ней - ведь чем труднее достать желанную награду, тем она дороже?
Зайдя в столовую, младший Лещинский застал там своего крестного в компании старосты пострадавших от извергов Вилковиц - тот рассыпался в благодарностях и обещал заказать мессу в соборе Лешно за здравие князя Станислава никогда не бросающего своих людей в беде.
-Давай, сынок, присядь-ка с нами, -пригласил своего крестника Озерецкий, сделав знак слуге разлить еще доброго венгерского вина по чаркам. -Выпьем за то чтобы на наших землях был мир, а все враги сгнили наконец!
-Святую истину говорите, пан полковник, -согласился староста, с удовольствием отпив еще из своего кубка. -Из-за этих сукиных детей нам придется заново строится... а такие расходы мы не потянем, если князь не простит нам нынешние подати. Ваше здоровье, пан Михал!
-Я слышал, что дядюшка поехал в городской совет - наверное поговорит там с воеводами насчет помощи Вилковицам, -ответил Михал, благодарно кивнув. -Уверен, что они не откажут ему.
-Дай-то бог, -вздохнул староста и в этот самый момент появилась хозяйка дома, вместе с тремя своими дочками и гостьей... которая успела пробразится самым волшебным образом и заставить мужчин за столом замолчать. Лесная незнакомка и в поношенной мужской одежде была прекрасна, словно весенняя серебряная луна, но теперь...
-Рот-то прикрой, а то ворона залетит невзначай, -хохотнул Озерецкий, переведя взгляд со спасенной девушки на своего крестника, прекрасно зная его любвеовильную натуру. Однако, в такую красавицу и влюбится не грех?
-Прошу у вас прощения панове за отсутствие хозяина, -улыбнулась княгиня Гризельда, усевшись во главе стола. -Дела задержат его до ужина, так что приберегите все важные разговоры до того времени. А пока пожалуйте откушать, чем бог послал.
Когда панна уселась рядом с Михалом, он ничуть не растерялся и нашел под столом ее ладошку, задержав ее в своей. Выпитое венгерское обычно способствует не только хорошему аппетиту, но и толкает на различные приключения... вот как сейчас?
-После того что между нами было утром, панна просто обязана сказать мне наконец как ее звать, -улыбнулся Лещинский, заметив как порозовели щеки девушки. -А еще, я совсем позабыл об одном старом обычае... если спасешь кого-либо от опасности, то его жизнь принадлежит тебе. Так что, дорогая панна, вы теперь моя и ничего с этим не поделаешь.
При княжеском дворе было полным-полно отважных рыцарей, что наверняка были бы не прочь приударить за княжной Острожской, о состоянии которой в Речи Посполитой уже ходили самые настоящие легенды. Однако, госпожа Фортуна всегда отдает предпочтение храбрецам и Михал не собирался никому ступать свою лесную "русалку" - и дело тут вовсе не в ее богатстве, потому как Лещинские, благодаря своей вечной бережливости, тоже были люди не бедные и не жадные.
Просто... молодой шляхтич и сам не заметил как утонул в серо-голубых глазах своей соседки по обеденному столу - и наверное, произошло это в тот самый момент, когда пройдоха Жендзян на привале стянул с панны шапчонку и открыл ее секрет.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-08 05:45:50)

+1

12

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Панна насторожилась и даже испугалась, едва не охнув от неожиданности, когда теплая ладонь молодого пана поймала ее, не желая при этом отпускать. Словно загнанный в угол олененок, девушка лишь поочередно посмотрела на всех присутствующих за столом, которые словно бы не замечали того неподобства, которое творил пан Михал! И хотела бы она вырвать свою ладонь из его руки, но … где там?! Держал крепко, пусть и недостаточно для того, чтобы она чувствовала боль. Так что, молодая панночка прекратила попытки забрать свою руку от не слишком приличного жеста или прикосновения – наверняка оно было именно таким, ведь было получено не с позволения панны?
- Между прочим, ясновельможный пане, - тихим шепотом, поспешила хоть как-то огрызться в ответ Беата, - между нами была лишь вода. Да, как я помню, много воды, при этом холодной, словно талый лед, - добавила она, с укором посмотрев на мужчину, прежде чем он не заговорил. При этом, с куда более смелыми речами?
Маменька часто говорила своей единственной дочурке о том, что женщины должны обладать своим собственным языком, который должен действовать вместо них сами – точно и наверняка поражая цели, словно стрела искусного лучника на обороне замка. Не трудно догадаться, о чем говорила прекрасная вдова Яна Острожского? Язык тела, тонких намеков и недалеких обещаний, которые обычно не приходилось придерживаться – по крайней мере, маменька так поучала. Но, что же должна была констатировать искусная интриганка восточных правлений Речи Посполитой, которые достались ей в следствии дележки наследства между ней и ее малолетней дочерью? О, она не раз говорила Беате, что ее язык заведет до самого Киева, он же и ее погубит. Порой ее слова были подобны остриям меча – острым и колким, безжалостно бьющим по недругу; порой – слишком много обещал, заводил и давал призрачные надежды.
«Когда-нибудь, твой муж тебя посадит в высокой башне или сошлет в монастырь» - припомнились слова маменьки, что теперь казались ей особенно забавными. Неужели вдова Яна Острожского решила, что ее дочь минует такой участи, если выгодно выйдет замуж за старого князя из Зелёной-Гуры?
- О, вы решили теперь взыскать за свою доброту награду? – Беата не позволила себе нахмуриться, лишь иронично ухмыльнулась. – Интересно получается, а я-то думала, Вы добрый, - едва не прицокнула она языком, но вовремя остановилась, чтобы не обратить на себя внимание раньше, чем княжна вспомнит о своей гостье. - Что же… предлагаю Вам, о мой прекрасный спаситель, поговорить для начала с моей маменькой – у нее, по всей видимости, целый список, в который вы можете вписать свое имя, - было жестоко, а быть может и не вежливо вот так высказываться в ответ на ухаживания молодого человека. Однако, Михал не должен был питать никаких иллюзий – она не станет связываться с охотниками за наследством Яна Острожского – ни старыми, ни молодыми.
Тем временем, ей удалось высвободить свою руку, чтобы иметь возможность обедать, используя обе руки – это было особенно важно, когда подали вторую смену блюд, что были не так уж плохи (уж в Остроге у дяди готовили куда больше дичи, ведь дядя очень часто ездил на охоту!), тогда как тут соблюдалась постная пятница – сыр, рыба и прочие блюла, позволительные для употребления в пятницу были тому лишь очередным доказательством. В прочем, обед закончился, а вместе с ним могла быть и свободна наша панна – девушка без оглядки на Михала подалась в те покои, которые ей отвела княжна, чтобы там устроиться удобнее.
После обеда солнце озарило небосвод куда более яркими пламенями огня, так что не только на улице, но и внутри гостеприимного дома, становилось душно. Но Беата нисколько не растерялась – девушка открыла окно, прежде чем устроиться у подоконника, ловя на себя блики солнца и едва ощутимый аромат этого лета. Но, без занятия не так уж и интересно сидеть? И надо ведь, чтобы едва панна затянула жалобную мелодию одной из тех песен, что пели в ее родных пенатах, услышали совершенно не те уши, что надо?!

*песня, которую поет Беата*

Отредактировано Tony Danziger (2015-09-08 00:19:26)

+1

13

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Слушая милую панну и не забывая отдавать должного прекрасно приготовленному обеду, дабы ненароком не обидеть хозяйку дома, Михал лишь усмехался про себя - оказалось, что его лесная русалка остра на язык и за словом в карман не полезет. Что же, охота явно будет интересной? На этом месте стоит отметить, что до встречи с княжной Острожской, ее спаситель не был обделен женским вниманием и более того - не получал еще столь категоричного "поворота от ворот" как сегодня. Все знали, что старый князь рано или поздно сделает единственного племянника своим наследником, так что для дочерей местных вельмож, Михал являлся довольно-таки лакомым кусочком, с какой стороны не посмотреть. Ему конечно льстило подобное отношение... однако, как и любому нормальному человеку, Лещинскому хотелось завоевать сердце своей избранницы. В памяти была свежа история дядюшкиного сватовства к княгине Гризельде, что была первой красавицей на Литве и завидной приманкой для женихов. Однако, ее расположения сумел добится лишь князь Станислав, результатом чего и стал прочный союз, который бог благословил тремя прекрасными детьми. Пожалуй о такой любви можно только мечтать?
Михал улыбнулся, слушая остроумные ответы княжны и успев достаточно размечтаться (чего уж там греха таить?) на ее счет. Такая жена сделала бы честь любому уважающему себя шляхтичу, но ее нужно завоевать любой ценой, чтобы не досталась кому-то другому. Как гласит известная поговорка, нет такой крепости, которую нельзя было бы взять с помощью штурма - применимо не только в военной тактике, но и на счет прекрасной половины человечества.
-Панна забывает, что вода была прозрачной как слеза, -шепнул в ответ девушке Лещинский, продолжая сжимать ее теплую ладошку - аккуратно, но так чтобы желанная "добыча" поняла, что деваться ей уже некуда. -Она не помешала мне разглядеть все, что обычно бывает благоразумно скрыто от любопытных глаз... и должен заметить, вы прекраснее чем античная богиня. Златая Афродита, красоту которой воспевали в веках, позеленела бы от зависти, только взглянув на вас.
Год назад, Михал вернулся домой из Кракова, куда дядюшка посылал его учится в университете, не забыв пригрозить хорошей поркой, если горе-студиоза попросят из учебного заведения на выход. Молодой человек еле вытерпел все время обучения в королевской столице и лишь позже признал некоторую полезность хорошего классического образования - не надо было долго думать остроумные комплименты дамам, вспомнив античную историю.
-Благосклонность прекрасной женщины - всегда награда для любого уважающего себя мужчины. И вы не знаете, насколько я упрям.., -Михал лишь покачал головой, посмеиваясь, выслушав очередной ответ гордой панны. -Неужели я совсем не имею шансов вам понравится? И я бы поговорил с вашей маменькой, но не хочу терять время, чтобы вашим сердцем не завладел кто-нибудь более настойчивый... хотя, навряд ли на свете может быть кто-то настойчивее меня.
Ему пришлось отпустить руку девушки, чтобы дать наконец бедняжке нормально покушать и она судя по всему решила хорошенько наказать своего пылкого ухажера. После обеда, панна поблагодарила хозяйку дома за угощение, как и полагалось по правилам приличия и упорхнула в свою комнату от греха подальше. Если бы на месте Лещинского-младшего был кто-то другой, он бы повздыхал, видя как княжна удалилась, даже и не взглянув на него - но Михал не привык так просто сдаваться. Приказав Жендзяну приволочь садовую лестницу, шляхтич совершил налет на цветник своей тетушки, срезав самые красивые цветы, которые там только можно было найти. Затем, под песню, которую распевала княжна, ее спаситель ловко забрался до окошка ее спальни и положил честно добытый букет на подоконник.
-Мы не закончили наш разговор - и панна так и не сказала мне свое имя, -будучи довольным собой выдал Лещинский, не без удовольствия наблюдая недолгую растерянность своей лесной попутчицы. -И кстати говоря, я могу попросить дядюшку посватать меня - он поговорит с вашей маменькой и сумеет ее убедить, что я очень даже неплохая партия. Вот только... мне бы хотелось, чтобы вы когда-нибудь сказали, что любите меня.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-08 23:56:16)

+1

14

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Hej, hej, hej sokoły
Omijajcie góry, lasy, doły.
Dzwoń, dzwoń, dzwoń dzwoneczku,
Mój stepowy skowroneczku.

Песня льется из уст молодой панны, словно тихий лесной ручей, навевая воспоминания о родном крае. О доме, что остался далеко позади за плечами, об Остроге, а еще тот путь, который она успела преодолеть - и Люблинь, и даже Лодзь. Теперь судьба-злодейка занесла ее в Лешно, совершенно чужой, пусть и чем-то схожий на родные стороны край. Это были все те равнины, что и в Остроге, и в Старокостянтиновке, но … было все по-своему иначе. Люди говорили определенно иначе, даже одежда их была, казалось, другой. Хотя это нисколько не значило, что проживавшие здесь люди были плохими. А может, Беате просто повезло встретить на своем пути хороших людей? Да, возможно. Ведь даже этот молодой пан Михал, не смотря на всю свою наглость и развязавшийся язык, был хорошим человеком – это она увидела еще тогда в лесу, в его глазах, прекрасных синих озерах, в которых она едва не позволила себе утонуть, вовремя вспомнив о своей чести и гордости. В прочем, не мало было чего вспоминать ей. Но, верить в то, что этого молодого пана интересовало лишь сказочное наследство княжны Острожской, девушке не хотелось.
Беата не перестала петь свою песню, пусть у нее и нашелся верный слушатель. Наблюдая с высоты второго этажа, как деловито посмотрел на нее в окошке Михал, сказав что-то своему пройдохе-слуге, она продолжала свою не веселую песню. Жендзян показался Беате несколько озадаченным сейчас, когда Михал что-то ему сказал – наверняка молодой господин его озадачил? Тем не менее, он повиновался ему, скрывшись лишь в ему известному пути. От части из-за Михала, что поправлял свои хитрые усы, от части просто потому, что капризное девичье настроение внезапно поднялось – она улыбнулась совершенно не в такт песни.
Еще совершенно недавно она успела холодно и однозначно отказать ему в определенно неприличных порывах и словах, которыми молодой пан осыпал ее во время обеда, но уже сейчас … Сейчас ей наверняка хотелось, чтобы Михал не спускал с нее глаз, не смотря даже на то, как ловко молодая панна делала вид, будто бы она вовсе и не замечала его, а после и Жендзяна с лестницей…
Беата отвлеклась ненадолго, посмотрев на небо, солнце посреди которого близилось к своему закату. Но, уже в следующее мгновение, девушка имела возможность наблюдать за умопомрачительной картиной – Жендзян поставил большую и высокую лестницу, оперев ее на подоконник того окна, возле которого и стояла панна, тогда как Михал стал подниматься, держа в руках какие-то цветы. И откуда их он раздобыл?!
Улыбка блеснула на ее лице, прежде чем сменилась серьезным выражением лица, внимательно выслушав слов молодого человека: - А научиться летать, пан, не желает? – Бети не удержалась от хитрой улыбки, подойдя к окну и ухватившись за лестницу руками. Она хотела всего лишь пошутить – отодвинуть лестницу хоть немного, чтобы сбить спесь с кавалера, что дерзнул быть столь … романтичным, говорить о каких-то чувствах и тем более любви. Но, уже на следующее мгновение Беата поняла, что слишком сильно оттолкнула лестницу, поскольку Михалу пришлось ухватиться за сам подоконник, дабы не упасть на землю и покалечиться. Ведь, вряд ли приземление будет мягким для него?
Куда больше острых ощущений прибавилось, когда лестница неудачно грохнулась посреди двора, из-за чего кто-то вышел из светлицы. Голос был мужским и не знаемым Беате, но судя по выражению лица Михала – это мог быть лишь мудрый князь Лещинский. Хотя, может быть, и не настолько мудрый? Девушка приложила усилий, чтобы затащить мужчину через окно, и князь не увидел своего племянника, не приведи господь, в том виде, в котором он находился…
Они упали на пол, так что Беата оказалась прижала весом молодого человека к полу. По правде сказать, Бети не знала, что сказать, а поэтому замолчала и осторожно посмотрела на Михала. Ведь она определенно точно, не собиралась его так быстро подпускать к себе. Не собиралась заглядываться на него или подавать ему надежды на то, что вряд ли одобрят ее матушка или дядюшка.
- Имею надежду, что мне потом не придется ронять горьких, но чистых слез? – тихо прошептала молодая панна, осторожно обратившись к тому разговору, что они проводили за обедом. Очень не приличному разговору, нужно сказать.

+1

15

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Конечно же Михал не ожидал, что панна так быстро перейдет от слов к делу и постарается стряхнуть его с лестницы ко всем чертям. Сработал эффект неожиданности и шляхтич еле успел ухватится за подоконник, чтобы самому не грянутся оземь, следом за лестницей - и теперь уже Жендзян наблюдал за происходящим на высоте второго этажа господского дома, приоткрыв рот от удивления... Ну а пока младший Лещинский пытался удержаться за подоконник, во двор въехал князь Станислав и подозвал слуг, чтобы занялись уставшими конями - как оказалось правитель Лешно успел не только договорится с воеводами насчет помощи пострадавшим Вилковицам, но и организовать сбор продуктов и прочих необходимых вещей возле ратуши. Все это добро уже было отправлено в деревню под присмотром верных Лещинскому людей. Обо всем этом, Михал узнает чуть позже, а пока что он с благоговейным трепетом представлял себе, что скажет его дядя, когда увидит своего племянника висящим на окне у красивой незамужней панны. По счастью, княжна, услышав звучный голос пана Станислава, решила помочь своему коварному соблазнителю влезть в ее спальню - и в результате оба оказались на полу, притом молодой человек и тут не растерялся и мигом обнял свою лесную русалку.
-Имею надежду, что мне потом не придется ронять горьких, но чистых слез? -тихонько шепнула девушка, на что Михал улыбнулся, очень нежно и осторожно коснувшись ладонью ее щеки. Ради любви этой гордой красавицы можно было смело пойти и в воду и в огонь... и как же шляхтичу хотелось, чтобы эти красивые губы, что так и манили к себе, когда нибудь произнесли, что любят его!
-Я не собирался тебя бесчестить.., -так же тихо ответил панне Лещинский. -Взгляни на меня по-другому... вся дворня говорит о том, что ты богатая наследница, но мне не нужны твои деньги. Только ты мне нужна... и я готов попросить дядю официально посватать тебя. Неужели все другие претенденты на твою руку лучше меня? Я уже говорил, что я упрям и добьюсь твоей любви...
Сейчас она была в его власти, словно маленькая певчая птичка, что нежданно-негаданно попала в западню... и искушение прикоснутся к ее губам, что были сейчас так близко, стало просто невыносимым для Михала. Чтобы не жалеть о том, что не было сделано всю оставшуюся жизнь, он легонько коснулся их своими, прежде чем подняться с пола.
-Я уйду, но мы еще встретимся сегодня за ужином... и завтра, позволь сопровождать тебя в костел? -попросил Лещинский, вновь приобняв княжну. -Если ты дашь мне возможность завоевать твое сердце, то я буду самым счастливым человеком на свете...
Свистнув Жендзяну, чтобы вновь приставил лестницу, Михал вышел из спальни панны тем же путем, что и зашел, чтобы не скомпрометировать ее невзначай перед слугами, у которых всегда ушки на макушке. До вечера оставалось только ждать ужина и мечтать о новой встрече с прекрасной незнакомкой, что так и не назвала своего имени... вот только князь Станислав, узнав о том что его гусары благополучно вернули награбленное добро, приказал племяннику сопроводить возок в Вилковицы и заодно проследить чтобы староста благополучно вернулся домой. Естественно, младший Лещинский не посмел спорить с названным отцом и в результате вернулся только ночью, к тому же попав под проливной дождь.
-Пан Михал, а я узнал что-то интересное! -вместо приветствия, выдал Жендзян, когда готовил Лещинскому сухую одежду и наливал в огромную деревянную бадью горячую воду, чтобы пан мог согреться с дороги. -Ваш дядюшка нынче побеседовал с панной и как оказалось, он знавал когда-то ее отца, представляете?
-Неужели? -ответил Михал с удовольствием усевшись в бадейку. -Я смотрю, тут без меня много чего интересного случилось...
-Так вот, князь предложил панне Беате остаться в гостях, пока он напишет ее опекуну - сказал что так будет безопаснее для нее. К тому же скоро праздник и отпускать гостей перед ним точно не годится. Она будет ждать вестей от своего дяди - вроде бы, его люди должны были ее встретить в Познани..., -продолжил болтать слуга. -Она точно не уедет никуда, пока не приедет за ней ее опекун.
-Значит ее зовут Беата.., -повторил шляхтич, с наслаждением потянувшись. -Ты сегодня вестник хороших новостей, Жендзян, так что забирай мой пояс - давно на него глаза точишь, я же вижу. И приготовь мне наутро одежду получше, я собираюсь ехать в костел.
-Храни вас бог, пан Михал, вы самый добрый на свете человек! -довольно выдал в ответ пройдоха. -Поедете вместе с княжной??
-А это уже не твое дело, холоп - лучше подлей еще воды, чтобы не остыла! -рявкнул на слугу Михал и когда тот ушел, порадовался про себя что решение князя "вышло" весьма кстати... и теперь никто не помешает приударить за княжной, раз уж она так удачно осталась погостить в Лешно.
А что дальше будет, один лишь бог ведает. Поживем - увидим, как говорится в народе.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-09 23:13:47)

+1

16

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Одному богу известно, как удалось молодой панне обойтись без румянца на щеках, когда Михал был сверху, а она напоминала им обоим о том разговоре шепотом, что вели они нынче за обедом. Однако, румянец все же выступил на щеках Беаты, когда молодой пан дал более чем конкретно понять девушке, что не хотел ее бесчестить. Конечно, злым языкам будет достаточно и самого факта присутствия мужчины в комнате незамужней молодой панянки – их пламя быстро поглотит и честь, и репутацию, а еще разнесется отвратительной славой по всему королевству и всех его воеводствах. И от доброго имени не останется и следа. Словно бы его и вовсе не было. Бети смотрела Михалу в глаза, даже не пытаясь отвести взгляд, словно бы то был для них обоих вызов. Ей было не просто дышать под весом его тела, от чего ее дыхание участилось, вместе и с сердцебиением, стук которого ощущался в висках и комом в горле, поскольку напомнить мужчине о том, что своими словами она имела кое-что другое, не было физической возможности. Она ведь невинная девушка, сердце которой жаждало любви и … наивно, даже слишком из далека, желала поинтересоваться у пана, относительно того, может ли ему она доверить свое сердце, в котором живет, как говорят люди, любовь.
Девушка собиралась оттолкнуть своего пылкого кавалера, которого ей пришлось буквально спасать, втаскивая к себе через окно и, между прочим, рискуя собственной репутацией. Только у нее не было шанса или даже самой малейшей возможности пошевелиться. И ведь вместо того, чтобы отпустить ее, пан обнял ее за талию, сводя буквально на нет, недавние ее попытки освободиться. А после Михал коснулся своей прохладной ладонью щеки, от чего словно бы тысяча мурашек пробежалась под кожей, когда его приятный голос продолжал ласкать слух…
Он говорил ей о своих желаниях. Не грешила ли она сейчас, слушая его? О, если бы она могла ответить на этот вопрос… Только понимал ли пан Лещинский, что молодая наследница состояния своего отца не была вольна единолично отдавать свое сердце кому-то без согласия своих опекунов, согласно закону, что принял пару лет тому назад сейм. Ну, а мать твердила всегда одно – она должна слушаться ее и ничего не делать без ее ведома. Собственно, так и жила Беата ровно до тех пор, пока не узнала о том, что ее собираются насильно и вопреки воле дяди и короля выдать замуж за какого-то старого пана князя из Зелёной-Гуры. О, да! Она могла бы рассказать обо всем этом Михалу, объяснить его пылкому сердцу, что он просит от нее сейчас очень и очень даже много. Но, разве она могла сказать ему нечто подобное? Нет, не осмелилась.
- Откуда я могу знать, что могу принять на веру твои слова? – в своем репертуаре произнесла Беата, пусть все тем же не веселым, но весьма серьезным и тихим голосом, когда обратилась к Михалу. – Откуда я могу знать, что в случае, если я хоть единожды скажу тебе «да», ты останешься при тех же намерениях? – да, он говорил, что не собирался ее бесчестить, но не о бесчестии сейчас она вела речь. Не желала ведь, чтобы ее сердце становилось в руках его мягкой глиной, либо разменной монетой. Не желала отдавать, опасаясь, что вскоре может потерять, если нечто не будет входить в планы ее опекунов и матери.
Тем временем они поднялись. Точнее, сперва поднялся Михал, а после Бети оставалось лишь принять предложенную им руку, чтобы при его помощи подняться и встать на ровные ноги. Он снова ее обнял, но это объятие было несколько другим – мужчина бережно и осторожно касался рукой ее спины, не переступая черту позволенного.
- Хорошо, сопроводишь меня в костел завтра, а дальше – как бог рассудит, - ушла от прямого ответа на последующий вопрос Михала девушка, пусть даже была близка от того, чтобы попросту принять его предложение. В прочем, что-то подсказывало девушке, что пан Лещинский даже бы не подумал останавливаться, в случае, если бы она ему отказала в столь невинных вопросах ухаживания. Сам ведь сказал, что упрямый? Да и разве она желала остаться без его внимания?
Тем временем, молодому пану пришлось уходить, пока он кому-то не понадобился. Пусть даже самому пану князю, что вернулся домой, тогда как девушке определенно стоило заняться собой и постараться произвести впечатление на князя, чтобы заручиться его поддержкой и помощью. К тому же, теперь она ждала ужина еще и потому, что там должен был присутствовать Михал… Он ведь успеет придумать что-то новенькое? Однако, Михала не было за вечерним столом. Об этом говорил более чем однозначно пустующее место за столом, где еще этим днем там сидел молодой Лещинский. Позже она услышит еще о том, что Михалу пришлось куда-то ехать с поручением князя, ну а пока … девушка опустила взгляд на свои руки и долго смотрела на них, прежде чем принялась за еду.
Разговор с князем состоялся сразу после ужина, не покидая пределов стола, так что многие слышали ту историю, которую рассказала панна князю. Она не стала упоминать, разве только о своих подозрениях и желаниях матери относительно громкой свадьбы в Зелёной-Гуре ,решив, что это семейное и должно касаться только ее и Острожских. В прочем, князь предложил княжне весьма приемлемый вариант, предложив погостить в Лешно, пока не придут вести от князя Острожского. Сама же панна понимала, насколько долгим будет путь гонцов в одну и другую сторону. Но, в конечном счете, панна успела устать от длительного пути, так что быстро согласилась на этот вариант.
На следующее утро княгиня принесла девушке новое красивое, но в то же время весьма скромное платье, в котором гостья Лещинских должна была пойти на мессу – не могла ведь знатная панна, еще и столь богатого рода, предстать перед ликом господним в поношенном платье? Действительно. Не могла. Однако, сейчас это было ей не так уж важно – желала увидеть Михала и снова заставить его пойти на какую-то глупость. Молодого пана она увидела уже в светлице – он был одет, как говорят, с иголочки, весь красивый и превосходный во всех смыслах этого слова. Но, вместо того, чтобы подарить ему скромную улыбку, Беата лишь подала ему руку для поцелуя, прежде чем они направились в костел.
- Тебя вчера не было на ужине, - упрекнула она Лещинского, подобрав именно тот момент, пока их никто не будет слышать на пути в костел.

0

17

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Поднявшись поутру, Михал быстро собрался и направился на первый этаж княжеского дома, чтобы сопроводить любимую родню - и в первую очередь свою лесную прелестницу в костел. Выглядел молодой пан сейчас как модная картинка: его дядюшка излишней роскоши не терпел, но ради мессы можно и даже нужно было одевать все самое лучшее. Жители Лешно, что придут нынче помолится богу, должны видеть княжескую семью во всем великолепии - это придаст им больше уверенности в завтрашнем дне, ведь правитель города даже в самые тяжелые времена никогда не пропускал не одной мессы. Первой в светлице Лещинский-младший встретил Беату (а благодаря проныре Жендзяну он знал теперь как ее зовут) и чинно поклонившись, поцеловал ей руку.
-Тебя вчера не было на ужине, -тихо сказала девушка, пользуясь случаем, что рядом никого не было и Михал улыбнулся. Может он принимает желаемое за действительное, но кажется в голосе панны прозвучали немного ревнивые нотки?
-Дядя отправил меня с поручением в Вилковицы и я вернулся уже поздно ночью, -объяснился шляхтич, подав руку Беате. -Он желает как можно скорее отстроить дома, которые пожгли те су... в общем, разбойники. Урона было нанесено много и надо помочь людям отстроится до наступления холодов.
Князь Станислав был человеком жестким, но справедливым и своих людей в беде не бросал никогда. Окрестные крестьяне всегда знали, что найдут в правителе Лешно достойного защитника и потому проишествия подобные тому, что произошло вчера, случались крайне редко. С разбойниками обычно не церемонились и вешали злодеев на первом же попавшемся суку - или рубили, как и было нынче вечером в лесу, когда Михал нашел Беату. Так что напасть на владения Лещинских мог либо безумный храбрец, либо полный дурак, не знающий с кем связывается... собственно говоря вчерашние "удальцы" тянули на второе определение.
Молодой человек чинно сопроводил свою спутницу до экипажа и помог ей забраться по высокой лесенке. После этого поздоровался с княгиней Гризельдой и двоюродными сестрами, которым предстояло составить Беате компанию в поездке и уселся на своего коня, приготовившись ехать следом за дядей. Старший Лещинский вышел из дома, говоря о чем-то со стариком Озерецким и кивнув Михалу оседлал своего вороного и поехал первым, сразу за двумя гусарами из сопровождения.
В этот ранний час, Лешно только-только просыпался, понемногу начиная бурлить словно потревоженный извне муравейник. Когда закончится месса, на улице уже плюнуть будет негде - сегодня воскресный день и значит большая ярмарка на главной площади вот-вот откроет свои двери дня множества покупателей. Приезжие купцы любили этот город, где можно было как следует поторговать, не опасаясь остаться без денег и без товара, из-за лихих людей - ну а старый князь всячески поощрял торговых гостей, некоторое из которых были его глазами и ушами в соседних волостях.
Поправив шапку подбитую волчьим мехом, Михал притормозил своего коня, поехав рядом с экипажем княгини и глаз не сводя со своей прелестной русалки - она была чудо как хороша в красивом платье и украшениях. Девицы из свиты пани Гризельды нынче так и не дождались, чтобы ее ветреный племянник посмотрел в их сторону. Все его внимание принадлежало только Беате, словно бы она одна была в целом мире.
-Вчера я слышал, что вы будете нашей гостьей на празднике и еще не успел выразить свою радость по этому поводу, -улыбнулся Лещинский, пустив коня шагом рядом с бричкой. -Тетушка не рассказала вам, какие мы устраиваем развлечения каждый год? Кроме отменного угощения, в Лешно принято устраивать скачки - уверен, что вам понравится это зрелище.
-Ох уж эти скачки! -вздохнула княгиня Гризельда, тогда как две ее старшие дочери оживились - на празднике будет много красивых молодых панов из знатных семей Лешно, с которыми они совершенно точно не будут как обычно скучать за вышиванием. -Каждый раз я молю бога, чтобы никто не разбился... надеюсь, что и сейчас все будет хорошо.
-Пожалуй в этот раз я тоже мог бы поучаствовать на своем арабском коне, что скажете? -хитро улыбнулся Михал, спрашивая одобрения не столько у своей тетки, сколько у прелестной панны. -У меня есть отличный шанс выиграть!
Тем временем, процессия добралась наконец до костела, где уже собрались горожане, желавшие разделить молитву с правителем города. Князь Станислав приветственно кивнул своим верным подданным и спешившись, подал руку супруге, чтобы сопроводить ее в костел. Следом зашли две старшие княжны и за ними Михал рука об руку с Беатой - озорница Марылька взяла княжну Острожскую за руку, уже успев взять с нее обещание сесть рядом.
-Надеюсь, панна не откажется от небольшой прогулки в моей компании, после мессы? -тихо поинтересовался Лещинский, посмотрев на девушку. -Я мог бы показать тебе город... и ты убедишься, что он ничуть не хуже Познани или твоего родного Острога. Что скажешь?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-10 22:15:24)

+1

18

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Беата была хорошо осведомлена о том, где пребывал ее внезапный ухажер, скажем уж так о добром пане Михале, однако это не остановило ее перед тем, чтобы произнести вслух простую, казалось бы, истину – его не было на ужине, когда он обещал там быть. Так или иначе, но в нотках ее голоса звучали отнюдь не обычные нотки, что было весьма необычно для княжны, поэтому панна терпеливо выслушала мужчину, когда он взялся рассказывать о своей поездке в Вилковицы. А ведь, как увлеченно и как мило он поспешил поведать о бедном поселении, что пострадало от разбойников. Было сразу заметно, что князь, а вместе и с ним сам Михал, заботится о простых людях, что живут под его началом и платят дань за безопасность и безоблачное будущее, образно говоря. Почему-то девушка сразу решила, что примерно таким же правителем для своих людей был и ее отец, поскольку многие отзывались о нем, как о человеке добром и справедливом. Дяде Констянтину было не так уж и просто соответствовать своему предшественнику, не говоря уже о наследницах князя Яна Острожского – Беата совершенно не была обучена управлению своим богатым наследством, которым пока занималась ее мать, что само собой наталкивало на определенные мысли…
Тем не менее, панна улыбнулась Михалу, когда он, подведя к экипажу, возле которого были разложены ступеньки, по которым паннам было проще подниматься. Княгиня вместе со своими дочками уже направлялась следом за ними, так что времени для достойного ответа оставалось не так уж и много. Хотя, что могла еще сказать юная княжна?
- Людям в Вилковицах повезло, что у них есть такой добрый и заботливый правитель, как ваш дядя, - все с той же улыбкой на лице произнесла панна, заглянув в два голубых озера, что неустанно были обращены в ее сторону. От этого взгляда в пору было смущенно лишь отвести взгляд и покраснеть, но … княжну было не так просто смутить. Она лишь купалась в этом взгляде, радуясь тому, что получает столько внимания.
На этом разговор был закончен. Беата поднялась по ступенькам и устроилась в открытом экипаже и уже спустя пару минут к ней присоединилась княгиня и две ее старших дочерей. Младшая шествовала со своей няней к следующему экипажу, где находились также другие панны из свиты княгини и ее дочерей. Девочка лишь с неподдельным интересом посмотрела на Беату, что уже чинно поприветствовала хозяйку имения вместе с ее дочками и, откинувшись на спинку, с гордо приподнятым подбородком дожидалась отъезда. При этом складывалось впечатление, что девушка находится где-то далеко или попросту предается своим каким-то воспоминаниям о доме, что дочери княгини сочли весьма милым. В действительности же, Беата лишь сравнивала свой дом, обычаи и окружение, в котором росла все это время, прежде чем ей не пришлось покинуть Старокостянтиновку ради того, чтобы попросту «погостить у доброго князя».
Бети тихо вздохнула, посмотрев на юных пан, сидевших напротив нее. Те были чем-то похожи на нее – красивы, наверняка с хорошим приданным. Старшая была уже примерно того же возраста, что и сама Беата, но что-то подсказывало княжне, что ее еще не пытались сосватать за самую выгодную ее отцу или матери партии. Что касается Беаты… сколько она себя помнит, в замке всегда пребывали какие-то женихи, обещавшие ее матери золотые горы.
От подобных мыслей княжну отвлек молодой пан, вновь начавший развлекать ее разговором.
- Да, это так. Ваш дядя и тетя были так любезны, что согласились мне помочь, - вежливо ответила Беата, улыбнувшись при этом Гризельде, что сидела напротив нее и имела замечательный шанс наблюдать за тем, как их с мужем воспитанник обхаживает завидную невесту Речи Посполитой.
Панна с интересом слушала Михала, а после и княжну, когда зашла речь о скачках и вмешалась лишь тогда, когда для этого выдался наилучший момент.
- Вы хотите участвовать? Неужели, не хотите поберечь нервы княгини, что каждый раз переживает? – это был не просто вопрос или слова, направленные на то, чтобы Михал отказался от участия. Скорее наоборот. Девушка хотела лишь слегка поддразнить кавалера, что не сводил с нее глаз, заставляя панн в другой бричке завидовать гостье Лещинских. Кроме того, панна могла добавить, что наверняка не одно девичье сердце будет учащенно биться, когда молодой пан возьмется за столь рисковое дело, в прочем, как и ее, но … не стала. Хотя бы только потому, что рядом с ней находилась княгиня, которая наверняка сочла подобные слова не достойными порядочной панны
Тем временем они прибыли к местному костелу, что возвышался своими острыми и высокими шпилями высоко над всеми другими строениями города. Панна лишь успела оглянуться по сторонам, прежде чем при помощи Михала спустилась по тем же ступенькам вниз. Городок был весьма мил и приятен, но далеко не таким, каким были родные края Беаты.
- Панна не откажется от прогулки по городу, что так отличается от ее родного, если только в этом не будет ничего такого, что могло бы вызвать гнев вашей тетушки, - под стать Михалу, произнесла в ответ Бети, улыбнувшись уголками губ.

0

19

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Получив согласие прелестной панны, Михал поцеловал ей руку при всем честном народе и занял свое место на скамейке, рядом с дядей и стариком Озерецким. По правде говоря, молодой человек не сколько слушал проповедь отца Муховецкого, сколько витал в своих мыслях, где уже успел услышать от своей симпатии самые важные на этом свете слова. И пока ксендз вещал внимательной аудитории о благочестивых помыслах и тому подобном, младший Лещинский прикидывал как бы получить от княжны очередной поцелуй. Ради этого стоит постараться, но разве он не предупреждал Беату, что упрям как сам черт? Женщину надо завоевывать подобно неприступной крепости и не давать ей скучать - тогда у пылкого кавалера есть все шансы завоевать ее благосклонность. А под лежачий камень и вода не течет, как говорится в народе, так что прежде всего нужно действовать с умом...
В этот день панны из свиты напрасно старались привлечь к себе внимание молодого князя, что был еще тем дамским угодником - приезжая панна всерьез и надолго завладела его вниманием. И дамам оставалось лишь вздыхать от зависти, когда после мессы, пан Михал в сопровождении нескольких панцирных гусар, пригласил княжну Острожскую на шпацер по городу.
-Вообще, Лешно получил право официально называться городом только лет десять назад или около того, -Лещинский пустил своего красавца-гнедого шагом, рядом с бричкой, которую княгиня Гризельда распорядилась выделить дорогой гостье. -До этого назывался "местечком", но стал быстро развиваться, когда мой отец и дядюшка позволили моравским братьям основать здесь свою общину. Сейчас мы проедем мимо рыночной площади и ты увидишь их торговые ряды - в этом городе нет ремесленников лучше чем силезийцы. Правда отец Муховецкий не раз говорил, что католическая церковь не принимает их веру... но они тихо живут себе и никому не вредят и вовремя платят подати. Так что дядя позволил им селится и торговать в самом центре города.
Сделав знак гусарам спешится, Михал слез с коня и подал руку Беате - приехать на рынок и не посмотреть знаменитые валашские торговые ряды, будет совершеннейшим упущением времени. Чем только тут не торговали, просто глаза разбегались! И прекрасное и очень дорогое оружие и домашняя утварь и ковры и бог знает что еще. Сабли, что ковались в мастерской нынешнего главы общины ничуть не уступали той что была на поясе у молодого Лещинского и отличить дамасскую сталь от обычной, хорошо закаленной мог лишь самый искушенный глаз.
-Бог в помощь, Любомир! -поздоровался Михал, когда кузнец вышел ему навстречу. -Я вижу, твоя торговля процветает? Надеюсь, что ты не забываешь напоминать своим покупателям, что княжеским указом в городе Лешно запрещено появляться с оружием на улицах, если только не служишь в панцирном отряде?
-Будьте здоровы, князь, -улыбнулся чех, приветствуя Михала и произнося польские слова с сильным акцентом. -Лишних напоминаний не требуется - одного упоминания имени вашего дяди обычно хватает, чтобы вразумить любого бестолкового покупателя. Никому не хочется быть брошенным в холодную... но что я вижу? Кажется пан пришел с невестой?
-Твои бы слова, да богу в уши, -рассмеялся Лещинский, хитро посмотрев на свою спутницу. -Это гостья моих названых родителей - княжна Острожская. Я показываю ей город и решил не проходить мимо мастерских твоих братьев.
-Добро пожаловать, ясновельможная пани, -поклонился Любомир. -Уверен, что сабли и палаши вас мало заинтересуют, зато по соседству с моей кузней есть лавка где продают изделия из бемского* стекла - уверен, что там есть на что посмотреть и полюбоваться. Венецианцы вот уже три столетия пытаются превзойти наших стеклодувов, но неизменно терпят поражение. А прямо напротив меня работает самый лучший в Лешно мастер-ювелир.
-К которому мы обязательно заглянем, когда пройдемся по рынку, -перебил чеха Михал, подав руку Беате. -Нам уже пора, так что бывай здоров, хозяин!
-Храни вас Господь, -как обычно, ответил кузнец и поклонившись, вернулся в свою мастерскую. Ну а Лещинский повел панну дальше по рынку в сопровождении эскорта из дядюшкиных гусар, один вид которых обещал неприятности всем тем кто мог бы задумать недоброе. Тем временем, все силезийские ремесленники, лавки которых обошли молодые люди, были радушны и вежливы с родственником всесильного князя и его спутницей. Искусный ювелир, о котором говорил Любомир даже преподнес Беате на память о приезде в Лешно красивую брошь в виде золотой змейки с двумя изумрудными глазками и пригласил вновь посетить его скромное заведение.
-Я думаю, что завтра утром, мы могли бы поехать на охоту, -предложил девушке Михал, когда она вновь уселась в бричку и можно было возвращаться домой. -Мой дядя любит это дело, так что остается лишь аккуратно ему напомнить, что он уже давненько не устраивал чего-либо подобного... как тебе такая идея?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-11 23:16:11)

+1

20

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Костел был наполнил людьми, но несмотря на это, так и не утратил своего величия, от которого обычно у панны Беаты захватывало дух, едва она переступала порог святыни. Кто-то из уже сидевших на передних скамеечках обернулся, чтобы посмотреть на вошедшую свиту князя Лещинского и его гостью в том числе, но девушка так и не обратила на это особенного внимания, что теперь переключилось на прекрасную роспись храма, которая обычно является гордостью любого божьего дома, будь он русинским или польским. Величественность костела захватывала, подавляя гордыню, словно бы обращая внимание на то, что все мы люди очень маленькие в сравнении со Всевышним, которому поем мы честь и отдаем славу. Точь-в-точь, как поется в одном из церковных гимнов…
Беата села рядом со старшей дочерью княгини Лещинской, которая занимала специально отведенное ей место в первых рядах, тогда как ее дочь повела княжну ко второму. Оттуда панны не имели возможности переглядываться с панами, что занимали свои места по правую сторону храма, чтобы это оставалось незамеченным. Поэтому Бети позволила себе лишь единожды оглянуться, остановив свой взгляд на своем пылком кавалере, что приготовился слушать то, что обычно его, по всей видимости, не приводило в восторг, от чего на лице молодой панны заблестела улыбка. Тогда же ей и пришло на ум спросить у Катаржины, старшей дочери князей о Михале.
- Кася, - тихо и ласково обратилась она к панне, что чинно сидела и дожидалась начала мессы рядом с ней. – Можешь ответить мне на один маааленький вопрос? – точно также тихо продолжила она, опустив тон своего голоса до максимального минимума.
В ответ девушка кивнула, с интересом посмотрев на их гостью.
- Только обещай, что никому не скажешь, - тихо потребовала она, на что Катаржина ответила хитрой улыбкой.
- Это будет наш секрет? – Кася говорила тихо, но даже так Беата ощущала, какой восторг просачивается сквозь сказанные ней слова.
- Если ты его сохранишь в тайне – да, таким он и будет, - спокойно ответила Бети, понимая, что юной княжне Лещинской явно не хватало тайн и приключений, которых обычно было в избытке у нее самой. Что же… Гризельда определенно точно не давала своим дочерям спуску, растя их в строгости? – Мне нужно знать одну вещь, - начала Беата, когда в церкви до начала мессы начались последние приготовления, а опоздавшие, занимали оставшиеся свободные места.
- О Михале? – догадалась Кася, улыбнувшись.
- Как знаешь, что о нем хочу спросить? – почти возмутилась Беата, посмотрев на свою собеседницу, что едва сдерживала улыбку на своем белоснежном личике.
- О, этого невозможно было не заметить – он только и на Вас смотрел сегодня. А вчера? Такое впечатление, что больше никто его не интересует… - начала было панна, но остановилась, чтобы убедиться, что их никто не слушает. И самое главное – что матушка ничего не услышит и не сделает ей замечания потом!
- Это как понимать? – ревниво полюбопытствовала Беата, чем еще больше повеселила свою собеседницу.
- Ну… понимаете, наш Михал обычно не уделял так много внимания кому-то одному. К тому же, любая панна из хорошей шляхетской семьи будет счастлива, если он ее посватает – все только и ждут того дня, когда он решит жениться…
- Ладно. Я не это хотела знать, - княжна перебила Касю, что была готова, наверняка, поведать Беате даже о тех дамах, которые не имели ни единого шанса. Но, она уже знает, что Михал был готов ее сосватать… теперь ее интересовало совершенно другое. – Каков Михал? Он держит слово? – наконец-то произнесла Беата, но так и не могла услышать ответ на заданные вопросы. Увы, но месса начала, о чем предупредил громкая игра органа, от которой Бети едва не подпрыгнула на месте от неожиданности.
Что же, получить ответ на свои вопросы у Беаты не было возможности и после мессы, поскольку Михал решил воспользоваться тем согласием, которое успела высказать на его приглашение княжна, она подала пану свою руку, позволяя провести для нее небольшое знакомство с владениями предков. Поэтому панне следовало набраться терпеливости и дожидаться того мгновения, когда они с Касей снова смогут поговорить. Ну, а пока Ктаржина лишь тихонько усмехнулась, наблюдая за своим братом и их гостьей – чувствовала, нет, даже была уверенна в том, что уже скоро Лешно будет праздновать свадьбу. При этом такую громкую и веселую, которой это тихое местечко еще не слыхало ранее.
Беата внимательно слушала Михала, когда он стал рассказывать ей о своем родном городке – о том, что сделал его отец и дядюшка для людей, какие тут были люди и прочие вещи, которые были крайне любопытными, даже для такой от управления имением и городом панны, как она.
- Моравским братьям? – удивилась девушка, посмотрев на мужчину. – Но, разве они не несут в мир ересь? Католическая церковь не одобряет их деяние, - озвучила свои мысли она, нисколько не стараясь скрыть удивление на своем лице. – Мне кажется, это слегка неправильно, - добавила она, пожав плечами, прежде чем притихнуть, решив, что не ее дело высказываться по этому поводу. Лешно чужой, по сути, городок, в котором есть свой устав и сейчас она имела прекрасный шанс видеть то, насколько он устраивал его жителей. В Остроге же было несколько иначе все – православные и католики не находили способов для мирного общения, как здесь в Лешно уживались моравские братья и католики. Странно? Но, факт.
Тем временем, бричка остановилась возле рыночной площади, после чего панна не без помощи ее спутника спустилась на землю и позволила вести себя дальше, показывая город. Первой на очереди оказалась кузня. По счастливому ли стечении обстоятельств или нет, но из нее вышел отнюдь не поляк, а чех, чья речь даже Беате резала слух акцентом. Панна стояла в стороне, оглядывая и ее, и ее владельца, что был хорошо знаком с Михалом. К слову, Бети нисколько не смутилась, лишь каверзно улыбнулась, слушая разговор двух мужчин, прежде чем Лещинский повел ее дальше за собой.
- Я подумаю над твоей идеей завтра, когда точно буду знать, что все состоится, а ты поговори с князем,- по-своему ответила панна, не скрывая своего хитрого выражения лица. Охота была хорошим развлечением, пусть матушка и не позволяла своей единственной дочери принимать в нем непосредственное и даже активное участие. Так надо ли говорить, как сильно Беата желала опробовать его? Не признаваться же было ей сейчас, что лишь наслышана о нем?!
Тем не менее, панна дала знак Михалу, чтобы он слегка наклонился к ней, дабы у нее была возможность сказать ему что-то на ухо, к которому и потянулась сразу же:
- А нам обязательно гулять по городу в их сопровождении? – спросила она у молодого пана тихо. – Все люди смотрят на нас, как на королей, ей богу.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Cicha woda brzegi rwie...