Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Cicha woda brzegi rwie...


Cicha woda brzegi rwie...

Сообщений 21 страница 39 из 39

21

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
-Я сегодня же поговорю с князем насчет охоты, -довольно улыбнулся Михал и не подумав скрывать собственной радости - ведь панна согласилась поехать с ним! Уже одно это означало, что пылкий кавалер находится на верном пути к ее сердцу и следовательно надо бы удвоить усилия? Послушно наклонившись к панне и услышав ее следующий вопрос, шляхтич лишь рассмеялся, пожав плечами и оглянувшись на грозный эскорт, предоставленный дядюшкой. -Знаешь... я бы с радостью отправил их домой, но, боюсь, князь и княгиня подобного не одобрят. Они ведь теперь отвечают за тебя, пока не приедет твой опекун... но я с радостью смогу тебя похитить во время соколиной охоты. Там уж мне точно никто не помешает это сделать.
Сделав небольшой круг по городу и осмотрев все его достопримечательности, младший Лещинский дал команду ехать домой - и до чего же здорово было получать приветствия от всех жителей, кто встречался на пути и кланялся, едва увидев герб правителей Лешно на дверце брички. Подобные почести, наверное, воздавались лишь королям и не могли не греть самолюбие молодого шляхтича, по праву гордившегося своей знаменитой семьей. Не знаешь Лещинских - значит не знаешь самой Речи Посполитой, так принято было говорить в народе.
Вернувшись на княжеский двор и попрощавшись с Беатой до обеда, Михал не тратя даром времени направился поговорить со своим дядей. Обычно после воскресной мессы он не принимал просителей и играл со старым другом Озерецким в шахматы в своем кабинете.
-Дядя, позволите на пару слов? -произнес Лещинский, после того как постучался и приоткрыл тяжелую дубовую дверь. Князь Станислав лишь усмехнулся в усы, заметив довольную физиономию племянника и согласно кивнул... уже примерно представляя себе, о чем именно он желает попросить. -Завтра состоится охота - позвольте мне пригласить княжну Острожскую? Она говорит, что никогда не видела как охотятся с соколами...
-Я так полагаю, ты уже и без моего позволения, уже успел пригласить панну? -усмехнулся князь. -Ладно-ладно, что стушевался-то? Можно подумать, я никогда не был молодым и ничего вокруг себя не вижу и не слышу. Пускай едет, если на то будет ее воля... не все же сидеть в тереме, надо и прогуляться иногда. Верно я говорю, друг Таддеуш?
-Спасибо, дядя! -получив желанное разрешение, Михал вышел из кабинета, чтобы отдать распоряжения для завтрашней охоты. Надо подготовить борзых, соколов и лошадей... так чтобы последние были сыты и готовы к хорошей скачке. В лесу ведь очень даже легко отстать от своих провожатых - как бы случайно и чтобы никто не мешал разговору.
-Знаешь, ясновельможный... я тут подумал над тем, что ты мне сказал.., -задумчиво произнес Озерецкий, набив свою люльку табаком. -Насчет того что панну Беату собирались выдать замуж за какого-то старика из которого уже песок сыплется... Тебе не кажется, что это несправедливо? Она красива, молода и слишком хороша для старого хрыча - ей нужен хороший муж, не годящийся в отцы, чтобы сделал ее счастливой.
Князь Станислав не сдержавшись рассмеялся, сделав знак слуге наполнить кубки.
-Уж не на нашего ли Михала ты намекаешь? Я уже успел заметить, как он перед распустил перья и про всех своих пассий из свиты княгини мигом забыл. Словно тетерев на току.
-А что такого? Неужели шляхтич из такой славной фамилии как Лещинские не будет хорошей парой для панны Беаты? -полковник улыбнулся, отпив глоток доброго валашского вина. -Ты жаловался, что Михал слишком горяч - вот и пусть этого молодого льва укротит нежная женская рука. Умная женщина способна заставить влюбленного мужчину сделать все что угодно: черта в бричку запрячь и луну с неба достать.
-Так-то оно так.., -кивнул старший Лещинский. -Но согласится ли опекун панны выдать ее замуж за моего племянника? Острожские старинный и гордый род...
-Ты мог бы попросить руки панны у короля.., -не растерялся Озерецкий. -Неужели упустишь такую невесту для нашего сокола? Жестоко отдавать ее какому-то старому дурню - это объяснишь Острожскому, если упрется рогами.
-Главное чтобы Михал пришелся ей по душе, -ответил князь, вновь от души рассмеявшись. -Хотя, насчет этого можно не беспокоится, видел сегодня какими взглядами его награждала наша гостья. Попробую посватать нашего пострела, глядишь - может что и выйдет?
-С каких это пор князь Лещинский сомневается, что у него не выгорит начатое дело? Если католиков с еретиками подружить сумел, то и племянника точно женишь, -Озерецкий чокнулся со старым другом и допил вино до дна. -Выпьем за здоровье молодой пары и пожелаем заодно, чтобы старик Острожский не слишком кочевряжился?
Следующим утром, Михал ожидал Беату во дворе княжеского дома, рядом с двумя оседланными конями, собственной сворой борзых и Жендзяном, гордо восседавшем на третьем буланом коньке с соколом на перчатке. Нынче двор напоминал потревоженный муравейник - ловчие готовили собак, а ворота то и дело пропускали местных родовитых шляхтичей, что получили от князя Станислава приглашение поехать на охоту. Встретив панну, Лещинский-младший помог ей усестся в дамское седло и затем уселся на своего красавца-араба, вызвавшего не один восхищенный вздох от знатоков лошадиной масти, что собрались во дворе. Все знали, что старый князь не любит роскоши, однако никогда не экономит на хорошем оружии, доспехах и конях - всем что может пригодится в бою. Ну и конечно же, на соколиной охоте: вот развлечение для истинного шляхтича, не привыкшего считать каждую копейку.
-Доедем до утиного пруда и там можно будет сбежать от всех провожатых, -тихонько шепнул Беате Михал как только вся процессия двинулась по улица Лешно к главным воротам. -Но сначала поохотимся и ты посмотришь насколько мой сокол лучше и быстрее остальных.
Сам себя не похвалишь - никто не похвалит? Однако, в данном случае, слова Лещинского не были пустой похвальбой, потому как его птица действительно была самой лучшей если не во всей Речи Посполитой, то в воеводстве - точно.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-12 01:42:10)

+1

22

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Лещинский даже не скрывал своей радости. На его лице легко угадывалось радость и даже счастье, от чего Беата лишь на короткое мгновение задумалась – а не слишком ли просто ему она уступила? В любом случае, ей на отмену от Михала, было проще скрыть свое удовольствие от наблюдения радости на лице молодого пана, что приносило странную радость в сердце юной панны. Уж не один год, проведенный в Старокостянтиновке, где мать принималась за воспитание своей единственной дочери, заставил панну научиться кое-каким умениям, в число которых входила также и сдержанность. Но, на долго ли ее хватит? При таком напоре очарования бывает ой как не просто оставаться такой же сдержанной и даже прохладной, словно мраморная статуя.
- Я сделаю вид, что не слышала этих слов, - произнесла в ответ Михалу она, блеснув взглядом из-под слегка опущенных ресниц. Нет, она не была смущена, скорее наоборот – кокетство только просыпалось и это было одной из тех ее попыток, когда она пыталась действительно пустить в ход свое очарование. Знала ведь, какой силой он обладает. По крайней мере, видела сейчас. – Но, количество человек в свите явно стоит убавить – ведь я всего лишь гостья, а не пленница, - от части даже как-то обиженно добавила панна, хоть и прекрасно понимала, что от ее кавалера мало что зависело сейчас. Только капризной натуре было тесно. Укусив свободы под покровительством своего дяди, прежде чем мать обманом сопроводила ее в Зелёну Гуру, панна более не желала лишаться оной, пусть даже так было бы более благоразумно с ее стороны.
Но, с решением князя и княгини не поспоришь. Они хозяева на своих владениях, им же в праве решать, как поступать лучше со своими внезапными гостями. И в этом было не поспорить с Михалом, что также обязан был подчиняться решениям князя, пример предыдущего вечера был тому наилучшим примером. Так что невольно Бети задумалась о своем, позволив шляхтичу продолжить их прогулку и провести туда, где они еще не были. На обратном пути в замок девушка охотно бы посвятила свои мысли охоте или размышлениями относительно того, что же собственно могло заставить всегда послушного и учтивого пана ослушаться своего строгого дядюшку. Да вот только Михал настолько занял девушку разговор, что панна даже не заметила, как быстро она оказалась в пределах замка.
- Благодарю вас, пане, за столь интересную прогулку, - подав руку Михалу, Беата не забыла покорно отблагодарить его за потраченное время и усилия. А ведь они не прошли даром. И если Бети все еще была уверенна в том, что она лишь играет в кошки-мышки с молодым паном, то замковая челядь не упустила ни единого брошенного ней взгляда на воеводу. Кто-то предполагал, что княжна Острожская лишь кокетничает, ведь женихов у нее хоть отбавляй, кто-то же счет ее без ума влюбленной, тогда как единицы предположили, каким только скандалом пахнем возможная связь двух влюбленных, чей союз всегда является уделом политики. Что-то не слишком верилось тем нескольким в то, что князь Острожский планировал свою любимую племянницу выдавать замуж на запад, за представителя древнепольского рода. Он литовец, так наверняка приберег более выгодный литовцам союз?
Но, какая политика была в голове у молодой княжны? Едва успела переступить порог светлицы, девушка взбежала по деревянных ступеньках наверх, чтобы разыскать там Катаржину и поделиться с ней последними новостями о соколиной охоте и, естественно, ей не терпелось уже услышать ответ на свой вопрос, заданный еще до начала мессы.
Тихо постучав в комнату дочери Лещинских, Беата заметила Касю за чтением какой-то книги. Шитье было отложено в сторону, явно не недавно … Но, едва только стоило Беате окликнуть старшую дочь Лещинского по имени, как она буквально подскочила, словно какая-то невидимая сила ее подняла с места, заставив ее тем самым обратить на себя внимание.
- Что ты читаешь? – нахмурилась Беата, тихо прикрыв за собой дверь, после чего подошла ближе. Только ответа не последовало. Кася не желала делиться, как книгой, так и объяснениями. Так что, вспомнив небольшой рассказ Михала относительно поселившихся в Лешно «братьев», как догадка сама пришла. И тут Бети не стала скрывать своего страшного удивления: - Ах! Кася, неужели это та ересь, что печатают моравские переселенцы?
- Только не говори, пожалуйста, папе! Я не хотела ее брать, но … мне сказали, что мне должны открыться глаза на многое, - ответила Катаржина, глядя на княжну из Острога действительно большими глазами.
- Да, я вижу, как у тебя открылись глаза – ты же напугана, - конечно, княжна была напугана, но вовсе не содержанием книжки, а лишь тем, что ее могли застать за ее чтением, что собственно и случилось. Хорошо только, что этого не видела матушка? Или папа. Тем не менее, Беата не стала дожидаться ответа, а лишь вырвала книгу из рук девушки, чтобы бросить ее в огонь, тлевший в камине. Тот быстро вспыхнул пламенем и белые страницы, усыпанные ровными буковками, быстро пожелтели, а после и вовсе исчезли во вспыхнувшем с новой силой пламени. – Будешь читать такое – последуешь примеру книжки. Еретиков также предают огню, так пусть лучше сгорит книга, но не твоя белоснежная кожа, - угрожающе, наверное, в первую очередь из-за своего собственно страха, панна обратилась к Катаржине, которой и так прекрасно было известно, что ждет отступников от истинной веры.
Тем вечером, Беата так и не получила желанного ответа – как-то не выпадало после всего вспоминать о том вопросе, что интересовал ее в костеле этим утром. Но зато в охоте девушки обнаружили свое спасение, так что весь вечер был посвящен сборам и подбору одежды, дабы панны могли блеснуть перед всем ясновельможным панством округи. Был там наверняка и нарушитель спокойствия панны Каси, поскольку девушка уж очень желала узнать, кого же позвал ее отец на этот раз поохотиться, при этом панна не желала называть фамилию того, кого так трепетно дожидалась.
Но, как бы там ни было, а панны быстро дождались желанного – с утра пораньше волосы были собраны в красивую прическу так, чтобы держались вместе и не мешали юным охотницам. Так что, спустились панны уже в полной готовности и в наилучшем настроении. Михал уже ждал на Беату, так что панна оставила Касю (уверенна была, она не пропадет), подойдя к младшему Лещинскому, что помог ей сесть в седло.
- Наловчился? – решила тихо пошутить Беата, взяв уздечку в руки. – В прошлый раз ты был не так нежен, когда подсаживал меня на коня, - добавила она шутливым тоном, заметив несколько удивленный взгляд молодого человека, который быстро сменился на довольную улыбку.
- Имейте совесть, пане, - тихонько паясничала Бети, едва контролируя аккуратную улыбку на лице. – То, что вы предлагаете вряд ли понравится вашему дяде, - добавила она, заставив лошадь сдвинуться с места, чтобы приготовиться к началу охоты. – Охота, насколько мне говорили, – азартное развлечение, так не хочешь ли ты заключить уникальное пари?

Отредактировано Tony Danziger (2015-09-11 22:47:06)

+1

23

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Охота издревле считалась самым любимым развлечением для шляхты, ведь содержать борзых собак и отлично выученных соколов весьма дорогое удовольствие. При всей своей экономности, князь Лещинский мог позволить себе одну небольшую слабость - страсть к соколиной охоте, но при этом проводил ее так, что окрестные крестьяне не могли пожаловаться на вытоптанные поля или огороды. Правитель Лешно уводил своих друзей далеко в лес, к утиному болоту, где охотники никому не мешали и могли веселится сколько их душе угодно.
Михал конечно же, прекрасно знал этот маршрут своего дяди, но рассчитывал смыться при первой же удобной возможности, оставив Жендзяна охотится где-нибудь возле болотца, чтобы потом было что показать князю и крестному. Он как раз размышлял где бы лучше всего ускользнуть от сопровождения... как вдруг, панна задала вопрос, которого он от нее совершенно не ожидал.
Она хочет пари? Это был весьма интересный поворот событий.
-То о чем мой дядя не узнает, не может ему не понравится, -рассмеялся Лещинский-младщий, пустив своего гнедого шагом. -А что касается пари... я не против, но даже не знаю на что нам лучше поспорить. На добычу - неинтересно, да и сокол у нас получается один на троих, не посоревнуешься. К тому же, это было бы нечестно, потому как я точно знаю, что он лучше других охотничьих птиц... что бы такого придумать, чтобы удивить тебя?
Задумавшись на пару минут, Михал вспомнил об одном интересном месте, которое наверняка очень понравится его панне - он обнаружил его, когда был совсем ребенком и частенько убегал туда из дома, за что и получал потом он князя и Озерецкого. Правда ставить на кон это самое место тоже будет в некотором роде нечестно, потому как Беате ничего не останется кроме как признать, что ее пылкий ухажер выиграл.
Хотя... была не была?
-Пари... давай сделаем так - когда покажется болото, все будут заняты охотой и мы сможем сбежать ненадолго. Если я смогу показать тебе кое-что удивительное, то ты подаришь мне... настоящий поцелуй. Ну что по рукам или испугаешься??
Конечно же панна была не робкого десятка и считала, что в лесу ее вряд ли чем-то можно удивить. Ну что там могло быть такого в самой чаще? Только болото, да грибы-моховики, выстроившиеся на кочках точно казаки в окопах.
Сказано - сделано и где-то полчаса, молодому человеку и его спутнице удалось ускользнуть от княжеской охоты, попутно поручив Жендзяну схоронится где-нибудь с соколом и поохотится. Ну а Михал повел Беату укромной тропкой в самую гущу леса, где на одной скрытой густой порослью полянке из каменных дольменов был сформирован самый настоящий магический круг...
Зачем он был нужен и кто его построил в незапамятные времена, Лещинский понятия не имел и не расспрашивал родных, желая сохранить свою находку в секрете. Быть может самые первые переселенцы использовали этот круг как священное место и поклонялись в нем духам леса и просили их о защите. Однако, как-то раз Михал убедился, что духи явно не помогли этим людям, когда нашел рядом с одним из камней давно уже высохшие человеческие кости и несколько костяных наконечников от стрел...
-Ну как тебе? -поинтересовался шляхтич у Беаты, после того как помог ей слезть с коня. -Я не знаю что это за камни и зачем они нужны... но они очень старые и покрыты странными и непонятными рисунками. Быть может в древние времена тут был какой-то алтарь...? Кто знает...
Показав девушке почерневшие от неумолимого времени и поросшие зеленым мхом дольмены, Михал умолчал о своей страшной находке. Незачем пугать свою (пусть это нагло, но в мыслях своих молодой человек называл Беату именно так) панну детскими страхами...
-Ну что, сумел я тебя удивить? -поинтересовался с довольной улыбкой Лещинский, сделав шаг к девушке и притянув ее к себе. -Если нет и я проиграл пари, то придется мне подарить тебе настоящий поцелуй... не такой как был в твоей комнате.
Естественно, Михал решил "ковать железо, пока оно горячо" и не откладывая дела на потом, тут же поцеловал княжну... и если действительно была какая-то древняя магическая сила в круге каменных исполинов, то можно было загадать про себя лишь одно самое заветное свое желание.
Хочу чтобы ты была только моей... навсегда.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-12 17:06:33)

+1

24

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Княжна Беата Острожская была панной не только не робкого десятка, но и весьма пылкой и азартной натурой, которой нравилось брать верх в невинных спорах. Ведь, что может еще больше подчеркнуть превосходство молодой панны, если только не ее маленькие победы, что льстят ее самолюбию и самоуверенности, несмотря на то, что ксендзь во время проповеди не единожды называл подобные черты теми, что идут от лукавого? Из маленьких побед ведь строится одна большая победа, которую можно прировнять по цене к целому состоянию. Естественно, панна не думала спорить о чем-то материальном. Когда ты окружен достатком и вседозволенностью (пусть и в рамках разумного) не так уж интересно. Куда интереснее коснуться чего-то недозволенного? Но, вновь-таки, не стоит забывать об осторожности, дабы не обжечься.
Лошадь под Беатой шла ровным шагом. Взгляд ее серых глаз был направлен лишь только вперед, где уже совсем скоро начинался тот самый лес, в котором были жестоко зарезаны ее спутники и подданные дяди, а также лес, в котором определенно точно что-то сегодня также должно случиться. Что-то интересное? Наверняка. Панна уже предвкушала интересную и даже азартную игру, инициатором которой являлась она сама. Что же, чем ближе к лесу, тем интереснее становится?
- И о многом князь не знает? - коротко улыбнулась Беата, мимолетом глянув на Михала, что скакал на своем арабском скакуне рядом с ней. Возможно, ей следовало смутиться, как и положено порядочной панне ее статуса и возраста, тогда как на лице читалось лишь неподдельное любопытство. Любопытство и интерес, подкрепленный определенной долей ревности, что появилась просто из ниоткуда.
Тем временем княжна услышала встречное предложение от Лещинского относительно их пари, на кону которого стоял поцелуй. В прочем, это было далеко не скромным и отнюдь не невинным предложением, от которого панне следовало отказаться. Да, смелость – не отсутствие страха, но Бети нисколько не опасалась тех последствий, что могли справедливой волной нахлынуть на ее беспечность и даже самоуверенность.
На лице блеснула улыбка, что едва не перешла в откровенный смех в ответ на слова молодого пана, который наверняка ничего не терял. Если пан намеревался ей показать поляну с синими незабудками или красными цветами мака, ромашковое поле или одинокие цветы акации, то этим вряд ли можно было удивить ее – нужно было больше, а потому девушка и не думала над своим ответом долго.
- Хорошо, я соглашусь на этот вариант и даже не жди, что испугаюсь твоего коварства, - ответила она, гарцуя на своей лошади. Она словно бы чувствовала подвох и знала, как его миновать, хоть понятия о том, как быть потом не имела. Уж подобного опыта она набиралась впервые. Глупость. То была глупость, подкрепленная интересом и желанием, вкусить запрещенного, переступить черту и просто получить что-то больше, чем обычно на это могла ставить княжна. – Посмотрим, есть ли тебе, чем меня удивить. Ты ведь помнишь, что из Старокостянтиновки я ехала через всю Речь Посполиту и видела много? – добавила она, прежде чем пришпорила коня, дабы нагнать остальных охотников, в числе которых необходимо было затеряться, а после оторваться и скрыться в нужном направлении.
Скрыться от остальных охотников оказалось не так уж и сложно. Каждый был занят поиском своей добычи, которой потом будет не стыдно похвастаться перед друзьями или же дома. Беата повела своего коня следом за Михалом, что знал эти леса, как своих пять пальцев. Она оглянулась лишь единожды, дабы посмотреть, не заметил ли кто их побега… Катаржина восседала на своей лошади и находилась в окружении сразу нескольких молодых шляхтичей, а также еще одной панны, что с осторожностью поглядывала по сторонам. Князя же не было княжне заметно, так что она предположила, что он был где-то дальше, быть может даже впереди всех? В прочем, все были заняты собственной охотой, разговорами и безобидным весельем, так что никто не обратил на них внимания, что было наверняка хорошим знаком. По крайней мере, на это рассчитывала Беата.
Когда они прибыли в это загадочное место посреди леса, девушка осторожно прошлась взглядом по старым камням, обросшим мхом и плющом, что цеплялся за камни и стоящие рядом деревья, словно бы желая скрыть от ненужных глаз этот уголок. Панна не торопилась с выводами. Она осторожно отмечала про себя необычность, пустынность и лишь мало-помалу, сделав несколько не самых уверенных шагов, должна была признаться хоть перед собой, что была приятно удивлена – такого на ее пути точно не встречалось.
Тем временем Михал подошел ближе к ней, и Беата без труда заметила самодовольство на его лице, которое следовало бы стереть. Она ведь так поступала с другими представителями шляхты, что дерзили заигрывать с ней и даже подходить слишком близко, чем могла это позволить княжна, даже не правила приличия. Но вместо этого она с интересом заглянула в его голубые глаза, ощутив на своей талии его ладони, что привлекали ее к себе еще ближе, не оставляя никакого свободного пространства между ними.
Слова Михала звучали, словно предупреждение. Однако времени на то, чтобы ответить ему у панны не осталось – Лещинский наклонился к ней, прильнув своими губами к ее. При этом пан нисколько не стеснялся в требованиях получить ответ от не столь опытной Беаты, которой оставалось лишь прикрыть глаза и получать удовольствие, стараясь не растаять в столь жарких объятиях.
Поцелуй длился достаточно долго. Долго для того, чтобы губы княжны стали пылать от еще недавнего поцелуя, что явно не удовлетворил аппетитов Михала и, вместе с тем, лишь разгорячил Беату, что заметно осмелела.
- Тебе следовало дождаться все-таки моего ответа, - тихо прошептала она свой укор. – Как теперь нам рассчитаться, когда должна заплатить поцелуем должна была я, а не ты? – панна не стала долго дожидаться его ответа, а лишь коснулась ладонью к щеке Лещинского, после чего ее рука скользнула к его шее, чтобы поспособствовать новой расплате за невинное пари.

+1

25

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1509/cf/bc7df0b3d76b.jpg[/AVA]
Коварный соблазнитель без особого труда добился желаемого и сумел разжечь ту самую искру, что могла разгорется в жаркое и буйное пламя, что сжигает всех влюбленных... и нередко губит молодых девиц. Михал не остановился на одном поцелуе, тем более, что настойчивые прикосновения его губ быстро нашли достойный ответ, после которого уже сложно было оторваться от столь приятного и как говорится, дурного дела. Лещинский мысленно послал все и всех к чертям в преисподнюю, решив пойти не самым рыцарским путем, для того чтобы добится желаемого. Да, можно было пойти к дяде, пасть ему в ноги и молить чтобы он взял на себя почетную роль свата к опекуну Беаты... но вот только где гарантии, что старик Острожский согласится на этот брак?! Даже такому влиятельному шляхтичу как князь Станислав вполне могли отказать, сказав что присмотрели более выгодного жениха, из тех же литвинов...
К черту их! -мысленно отмахнулся от всех размышлений Михал, крепче обняв свою драгоценную лесную "добычу". Где был Острожский, когда на Бети напали те изверги, что пожгли Вилковицы?? А если бы они, не приведи боже, догадались что она девица и гусары Лещинских опоздали..? Об этом даже не хотелось думать и молодой шляхтич решил выбрать для достижения своей цели самый простой и верный путь.
-Беата... я хочу чтобы ты была только моей, слышишь? Не отдам тебя старому дурню из Зелёной Гуры, ни за что на свете... нас не зря бог свел и я буду охранять тебя как самое дорогое мое сокровище, -тихо шепнул молодой князь, прежде чем позволить себе позабыть обо всем на свете и погрузится в самое настоящее сладостное безумие.
И наверное, старый алтарь в магическом кругу, видевший собрания умудренных знаниями жрецов, а так же многие кровавые деяния стародавних лет, впервые стал безмолвным свидетелем начала союза двоих отпрысков родовитых шляхтеских фамилий. Ну а Колесо Судьбы тихо скрипя начало свой новый поворот, что сулил героям множество испытаний в будущем...
Тем днем, бог явно благоволил Михалу, потому как его отсутствие с панной так и не было замечено. Найдя Жендзяна, Лещинский и Беата присоединились к нему как ни в чем не бывало и удачно избежали каких-либо подозрений со стороны княжеской свиты. Возвращаясь домой, Михал раздумывал о том, как бы теперь провернуть вторую часть своего гениального плана и стать-таки законным мужем княжны Острожской - для этого надо было уговорить отца Муховецкого совершить тайное венчание и найти свидетеля. И если со вторым пунктом плана не должно было возникнуть проблем, то относительно первого нужна была какая-нибудь военная хитрость. Навряд ли можно было уговорить священнослужителя держать все в тайне, разве что придя к нему на исповедь?
-Бети... сегодня, после ужина и вечерней молитвы, под любым предлогом останься в комнате у Каси. Я знаю, что нам нужно делать теперь, чтобы никто не посмел тебя отнять у меня. Больше всего на свете, я хочу чтобы ты была моей законной женой, -тихо сказал шляхтич, пока ехал рядом с Беатой до города и никто не мог помешать их разговору. -Как только все в доме уснут, я приду за тобой.
Вернувшись домой, Михал не тратя времени зря сразу же помчался в костел, где полным ходом шли приготовления к вечерней мессе. Ксендз Муховецкий улыбнулся, увидев названого сына старого князя, подумав, что тот наверное прислал его с каким-то срочным поручением. И конечно же святой отец не мог отказать страждущей душе в таинстве святой исповеди, даже и не предполагая, что может услышать...
-Грешен я, святой отец... не смог совладать с искушением и потерял голову от самой прекрасной на свете панны. Теперь хочу просить вас помочь мне отмолить этот грех и исправить последствия.., -тихо сказал молодой шляхтич, посмотрев ксендзу в глаза - исповедь происходила вне привычной кабинки, по просьбе Лещинского. -Хочу женится на ней сегодня же и так чтобы мой дядя пока что ни о чем не знал. Сам ему расскажу, когда наступит удачный момент.
Отец Муховецкий тяжко вздохнул. Оно и понятно, что молодая кровь бурлит, требуя найти какой-то выход для неуемной энергии, но вступать в супружеские отношения до брака с молодой девицей.... пусть даже все произошло по взаимному согласию - как-то не по-христиански.
-Пан Михал... вы меня ставите в сложное положение, ведь когда ваш дядя узнает обо всем и на меня падет его праведный гнев. Надо было подождать и все сделать согласно обычаю, переговорив с родными этой девицы...
-Знаю, святой отец... однако, в свое оправдание могу сказать лишь что люблю ее без памяти и не хочу отдавать другому, -перебил ксендза Лещинский. -Ее родные прочат старика ей в мужья, разве это справедливо?
-На все божья воля... а молодая девица должна быть послушна родителям, -наставительно произнес ксендз, на что Михал лишь рукой махнул, резко поднявшись.
-Господь не помогает тому, кто не может помочь себе сам. Если дядя разгневается на вас - я все на себя возьму, потому как я девицу соблазнил. Сегодня вечером, приду в костел вместе с ней и нашим свидетелем - проведите обряд и помолитесь за нас.
Поздно вечером, со двора Лещинских тихой сапой выскользнули трое и не седлая коней, направились по сонным улочкам Лешно к костелу. Старшая дочка князя охотно согласилась быть свидетелем при тайном венчании, совершенно позабыв про батюшкин грядущий гнев... это ведь было так интересно и романтично. К тому же Кася не сомневалась, что Беата так или иначе станет женой ее любимого и единственного брата. Стоя за новобрачными и слушая отца Муховецкого, старшая княжна мечтала, что и ее когда-нибудь увезет храбрый рыцарь, так же влюбившись без памяти.
После совершения святого обряда теперь уже трое Лещинских благополучно вернулись на княжеский двор, не веря тому что все так благополучно свершилось. Довольная собой Катаржина пошла спать, ну а новоиспеченные супруги схоронились на конюшне, благо что в их спальни нелегкая могла принести кого-то из верной челяди.
-Теперь никто и никогда тебя не отберет у меня, -хитро улыбнулся Михал, притянув к себе свою теперь уже законную супругу. -Придется тебе привыкать к нашему городу, потому как теперь тебе незачем возвращаться в Острог...

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-12 20:42:09)

+1

26

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Михал обещал панне не бесчестить ее совсем недавно. В ровной степени, как и слова о том, что тот готов посвататься также принадлежали пылкому пану, что в довольно скором времени забыл о пределах разумного, начав распускать шнуровку тугого корсажа панны. Все это прекрасно было известно Беате и, наверняка, должно было задеть ее гордость. Да вот только … не задело. У страсти запах мёда, а у соблазна сладкий вкус, что пьянит куда быстрее вина или медовой наливки, которыми обычно принято упиваться во время празднеств или народных гуляний, что уже были не за горами. Отказать себе, ощутить его вкус, когда только успел пригубить, дается далеко не всем. И все-таки… ни княжна Острожкая, ни ее страстный кавалер, не были из их числа. Беата не попросила, потребовала очередного поцелуя от Михала, от которого вполне было голову потерять, в то время, когда ритм сердца ускорился и отсчитывал известную только ему мелодию заводной польки где-то в висках.
Кто знает, что суровым и прохладным каменным глыбам доводилось видеть на своем веку, но подобного этот укромный уголок наверняка не видел ничего подобного? По крайней мере, панне хотелось надеяться на это. Она лишь повернулась спиной к Михалу, дабы позволить ему исправить все то, что он сделал с ее платьем для охоты – следовало завязать тесную шнуровку, а еще поправить несколько выбившихся из прически прядей волос в пылу страсти. Естественно, далеко не со всем мог совладать молодой человек, пусть и не стал даже после схлынувшей бури страсти отпускать панну, что прикрыв глаза, предавалась забвению и пыталась хоть как-то привести собственное дыхание в порядок.
Не плохая вышла расплата за пари? – подумалось было панне, когда она, следуя за Михалом, оглянулась, чтобы осмотреть место их греховного падения. Невольно мысли зацепились за возможные последствия, гнев близких, казалось бы, людей, что должны были желать лишь счастья своим детям, но … тут пришла очередь грустной улыбке поселиться на лице княжны. Почему-то раньше она не задумывалась так об этом, как сейчас, однако теперь перед ней предстала ясная картина – ни дядя, ни тем более, мать не станут содействовать увлечению Беаты. У каждого были свои цели и мотивы на ее счет и счастье вместе с любовью стояли на самих задворках.
Их отсутствия никто не заметил, пусть даже пара веселых глаз и задержалась на личике княжны, на коем красовался легкий налет румянца – день был пасмурным, а свежий воздух щекотал кожу лица, когда лошадь шла галопом. Тем не менее, все поохотились на славу, так что в добром расположении духа все возвращались домой, громко обсуждая свои охотничьи подвиги. Бети взглянула на Михала, когда он ехал рядом с ней на своем арабском скакуне, улыбнувшись своим мыслям – им нечего было сказать другим охотникам, поскольку их собственная повесть об охоте была не для чужих ушей. Взглядом она спрашивала у пана, что же будет теперь, когда он решил озвучить свой план.
- Хорошо, я сделаю так, как ты говоришь, - согласилась она, протянув свою руку Михалу, прежде чем задержать его в своей, крепко сжав ее своими тонкими пальчиками.  Стоит ли говорить, что было похоже на то, что только ему одному не была безразлична ее судьба? Никто не брал ведь с него слова или обещания жениться. – Я буду ждать тебя, только не заставляй меня ждать слишком долго, - тихо прошептала она, когда Лещинский помог ей слезть со своего коня.
В тот вечер на стол подали охотничью добычу князя и его воспитанника, которую с удовольствием посмаковали все без исключения. Правда, из-за волнения и страха того, что кто-то вдруг вздумает обличить двух любовников, панне едва лез кусок в горло. Тем не менее, после ужина Бети поднялась следом за Катаржиной в девичьи покои, где старшая дочь князя поначалу стала делиться собственными ощущениями после охоты – и как было весело, и как интересно и захватывающе, но уж достаточно изматывающее.
- О, Кася! – внезапно охнула Беата, осторожно оглянувшись по сторонам. Она даже подошла к окну, чтобы прикрыть его, дабы никто не мог слышать ее слов. – Потерпи еще немного и не ложись спать, - попросила она, подойдя к девице, взяв за руки.
- От чего терпеть? Рассказывай, что натворила, - и почему-то сердце молодой панны было очень близко к истине, заподозрив неладное.
- Михал придет за мной, когда все уснут – мы обвенчаемся тайно, но нужен свидетель, - не уходя в подробности, оповестила Катаржину панна, чего собственно и было достаточно. Кася ведь так обрадовалась и высказанному доверию, и за будущих супругов была рада, что даже не подумала о чем-то порочном. Или же ее воспитание попросту не принуждало ее останавливать мысли на чем-то подобном.
Дождаться обусловленного времени было не просто, но все же тихий стук в дверь оповестил о приходе Лещинского, а после тихого скрипа двери вся троица поспешила в святой храм. Ксендзь был заспанным, видно было, что не привык бодрствовать по ночам, от чего он едва носом не клевал в псалтырь, который держал перед собой в руках, прежде чем продиктовать слова клятвы будущим супругам.
- Ты хочешь, чтобы я отказалась от своего наследства? – уже в конюшне, где в тихом уюте укрылись они, произнесла в ответ панна Лещинская. – Надеюсь, что нам не придется всегда встречаться здесь? – ухмыльнулась она, подняв взгляд на Михала. – Никогда не думала, что муж будет водить меня вместо спальни в конюшню. Родить мне наших детей тоже на конюшне? – пошутила она, пусть на последнем вопросе она осеклась. Ребенок вскроет их секрет и не оставит никому сомнений, но как быть дальше, кто знает?

То была воистину волшебная неделя, которую, казалось, ничто не сможет нарушить. Но, идиллии приходит конец. Рано или поздно события и обстоятельства становятся против чей-то радости и счастья. Таким тревожным финалом спокойствию стало прибытие воевод с больно знакомым гербом Старокостянтиновки. Некоторых людей Беата знала, некоторые были ей не знакомы, но сомнений быть не должно было – то прибыли поверенные люди вдовы Острожского князя Яна. О цели своего визита они рассказали князю – их цель вернуть княжну в дом ее будущего мужа в Зелёну Гуру. Тогда в светлице присутствовали практически все – князь, полковник и Михал. Княгиня же вместе со своими старшими дочерьми стояли у двери, прислушиваясь к тревожному разговору мужчин. Увы, но терпеливо ждать, когда ее позовут у Беаты не было ни желания, ни терпения, поэтому она быстро обличила себя вместе с паннами, что стояли под дверью, открыв их и переступив через порог светлицы.
- Не бывать тому, что задумалось за спиной моего дяди, а также меня самой, - произнесла уверенно панна. – Не в гости ли вы везли меня в Зелёну Гуру, увезя от дяди, что был против этого союза, как истинный опекун? – ее слова были полны иронии, горькой иронии и обиды, но они нисколько не должны были быть поводом к ее слабости. – Не бывать тому, что вы говорите, потому что замужем я уже – святая  церковь осветила наш союз. Ему принадлежит все, что только может жена дать мужу своему любимому, а потому другому мне нечего дать. И муж мой здесь находится, чтобы защитить меня от ваших несправедливых требований, - при этом княжна осторожно посмотрела на Михала, нисколько не заботясь гневом князя, что мог обрушить на них сейчас свой гнев, или же княгиню, что была где-то позади нее вместе с двумя старшими дочерьми. Ничто не волновало и не беспокоило – теперь пришло время огласить свою правду и надеяться, держась друг за друга, что мир под ногами не расступится, увлекая в пропасть кромешную.

+1

27

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s015.radikal.ru/i331/1509/87/e40411102611.jpg[/AVA]
Быть может стойло, где мирно дремал арабский скакун молодого князя и не самое романтичное место для брачной ночи... но для тех кому не терпелось вновь ощутить взаимно приятные объятия, это было уже не столь важно? Михал рассмеялся, услышав слова Беаты и отправив свой охотничий кафтан на охапку сена на полу и мигом притянув к себе жену.
-Мне твое наследство не нужно - только ты, как я уже и говорил. Когда наш брак признают официально, я узнаю как можно сделать, чтобы наследство осталось в твоем владении, -ответил шляхтич, целуя свою ненаглядную русалку лесную. -А что до детей... после того как сам господь бог родился в яслях и в конюшне не зазорно на белый свет появится. И раз уж мы заговорили о наших детях, то придется постараться, чтобы они поскорее появились?
Так уж водится, что в каждой шутке есть доля правды - и Михал прежде чем забыться в объятиях любимой жены, подумал о том, что надо бы открыть всю правду дядюшке, до того момента как встанет "ребром" вопрос о детишках. Но в любом случае, жребий уже был брошен и теперь Беата принадлежала пылкому рыцарю по закону...
Итак, после тайного венчания прошла целая неделя, проведенная точно в раю, прежде чем нелегкая (или черти, что вернее) принесла в Лешно поверенных матушки княжны Острожской. Эти паны в довольно жестком тоне заявили князю Станиславу, что панна Беата должна ехать с ними к своему жениху в Зелёну Гуру и что со стороны правителя Лешно было той еще дерзостью не сообщить родной матери, где находится ее дочь.
Старший Лещинский нахмурился, но не успел достойно ответить незваным гостям, потому как двери в зал, где он обычно принимал просителей, раскрылись, пропуская Беату. Ну а дальше, старый князь вместе со старым другом Озерецким услышали такое, отчего вполне можно было разинуть рот от удивления.
Княжна заявила, что уже замужем... и указала на Михала, как на своего законного супруга. В зале на несколько минут воцарилась гробовая тишина, после чего пан Станислав еле сдерживая свою ярость, обратился к племяннику.
-Это правда?!
Шляхтич сделал шаг вперед, встав перед креслом своего дяди и согласно кивнул. Это был конечно не тот удобный момент, о котором не раз думалось молодому человеку, но что поделаешь? Человек предполагает, а бог располагает, как говорится... и пусть все будет как будет.
-Истинная. Мы обвенчались неделю назад и отец Муховецкий может это подтвердить, как и наш свидетель, -совершенно спокойным тоном ответил Лещинский, игнорируя те громы и молнии, что готов был метать его дядюшка. Полковник Озерецкий лишь усмехнулся, наблюдая всю эту картину и прекрасно зная ем все закончится - Станиславу придется смирится и сделать вид, что ничего такого не произошло. Княжеская семья не может допустить скандала...
-Вот оно значит как... и кто же посмел стать свидетелем брака, на который ты не спросил моего дозволения, дерзкий мальчишка? -процедил сквозь зубы старый князь... и тут к его удивлению шаг вперед сделала его старшая дочь. -Еще и Катаржину сбиваешь с пути истинного?
-Меня одного вини, Кася согласилась помочь из любви ко мне, -все так же спокойно ответил Михал. -Мы с Беатой не смогли долго ждать, чтобы вместе быть... она перед богом и людьми моя законная жена и теперь останется со мной.
Княгиня Гризельда тихо вздохнула, приказав своим дочерям вернутся в их комнаты и прикрыв за ними двери. Потом подошла к своему мужу и положила ладонь ему на плечо, привычным успокаивающим жестом. Это подействовало и спустя пару минут, старший Лещинский тоже тяжко вздохнул, переведя взгляд с непокорного племянника на супругу - и правда, теперь ничего не попишешь и не изменишь. Да и разве можно удержать на привязи сокола, когда он видит желанную добычу?
-Как ты объяснишь все это, ясновельможный?? -оправившись от изумления, выдал один из староконстянтиновских воевод. -Ты должен был охранять княжну как зеницу собственного ока... и вместо этого допустил позор и бесчестье?!
-Выбирайте выражения.., -холодно и зло ответил князь. -Ваше счастье, что вы послы - иначе приказал бы холопам поучить вас уважению. Княжна все сказала вам... так что возвращайтесь откуда приехали и все передайте в точности. Пусть жених из Зелёной Гуры ищет себе другую невесту.
Поклонившись и скрипя зубами от злости, послы покинули княжеский двор, что называется, не солоно хлебавши... ну а старший Лещинский продолжил говорить, теперь уже обратившись к своему племяннику.
-Завтра утром велю объявить в городе о твоей свадьбе... и тем же вечером уедешь в Вилковицы, будешь там моим наместником. Возьмешь отряд панцирных гусар... и пока не позову, на глаза мои не являйся, неблагодарный.
Михалу оставалось лишь поклонится дяде и удалится, вместе с Беатой. Тем лучше, что все наконец открылось - сегодняшнюю ночь, они смогут наконец-то провести в одной постели.
-Не слишком ли... круто ты с мальчишкой? -оборвал повисшую тягостную паузу Озерецкий, как только двери за молодой парой закрылись. -Он конечно ослушался тебя... но любовь такая штука, с которой мужчина не всегда способен совладать. Да и княжна наша назвала его любимым мужем, а это о многом говорит, ясновельможный.
-Пан Таддеуш прав.., -тихо сказала княгиня. -Она с самого своего приезда не сводила глаз с нашего Михала - и раз уж так все вышло, надо смирится. Теперь у нас с тобой появилась еще одна дочь, а ты ее прочь отсылаешь...
-Не смотрите на меня как на изверга какого, -произнес князь, усмехнувшись. -Михал - мой наследник и отослать его мне придется по-любому. Во-первых, он даже не подумал у меня прощения просить за своеволие... а потом, какой пример нашим дочерям подан? Моя дорогая пани, ты же не хочешь, чтобы завтра и наша Каська сбежала с каким-нибудь рыцарем? А еще мне нужен верный человек в Вилковицах, потому как тамошний староста не сможет организовать там дела как должно.
Итак, все вышло по слову князя Станислава и следующим же вечером, Михал и Беата, собравшись уехали в Вилковицы. Старший Лещинский незамедлительно написал два письма - князю Острожскому и королю, рассказав в них о свершившейся свадьбе. Забегая вперед, стоит упомянуть, что получив это послание, опекун молодой княгини Лещинской пришел в ярость, как и ее матушка, как только послы вернулись и рассказали о том, что видели и слышали в Лешно. Острожский незамедлительно поехал к королю жаловаться, однако его никто не услышал - Его Величество даже заявил, что князь может гордится союзом с таким древним и уважаемым шляхтетским родом как Лещинские.
Родственникам Беаты пока что оставалось лишь кусать локти, наблюдая как наследство упорхнуло в чужие руки, однако сдаваться они явно не собирались и решили пока что выждать...
Ну а что же наша счастливая пара?
Оказавшись в Вилковицах, Михал развил бурную деятельность, решив превратить деревушку в самую настоящую крепость - уроки военного дела, явно не пропали зря для молодого шляхтича. Для настоящей обороны, в случае нападения, нужны были прочные стены и хорошее оружие...
-Ясновельможный князь, зачем же нам пушки?? -едва не схватился за голову вилковицкий староста, услышав о намерениях Лещинского построить нормальную боевую стену и ров с частоколом. -Где же нам взять их... мы сейчас еле-еле отстраиваемся, милостью вашего дядюшки, что простил нам подати за три месяца. А вы решили здесь все заново перестроить??
-Затем, чтобы никто больше деревню не жег и в случае нападения можно было дать отпор, а не сидеть и трястись за свою жизнь, -ответил Михал. -Раз я теперь наместник, то сделаю все так, что у разбойников раз и навсегда отпадет охота нападать на Вилковицы в ярмарочные дни.
После того как староста ушел, шляхтич вернулся к своей жене, продемонстрировав ей план будущей крепости.
-Я думаю что стоит попросить помочь моравских оружейников - только в их мастерской можно будет отлить качественные пушки. И тогда можно будет устроить в Вилковицах настоящее торговое подворье, не хуже чем в Лешно. Как тебе идея?

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-13 01:12:47)

+1

28

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Смелость – это не отсутствие страха, ведь не смотря на свое смелое заявление и безрассудный поступок, панна боялась, очень боялась того будущего, что рисовал жестокий фатум перед ее глазами. Кто знает, к чему приведет их с Михалом вздорный поступок? Одно только выражение лица князя Станислава и его вопрос, которым он обращался к своему племяннику, чего только стоили. Но, не гнева князя Лещинского боялась Беата. Куда больше ее ужасала неизведанная и столь отвратительная перспектива, оказаться в Зелёной Гуре, вдали от Михала, которому она отдала не только тело, но и свое сердце.
Девушка могла поклясться, что слышала, как жужжит муха возле окна и бьется в него, желая убежать подальше от паучихи, что плела уже паутину вокруг нее. И ведь, нечто подобное происходило с самой панной? Родная мать, словно паучиха, пыталась сплести свои нити заговора и интриг вокруг нее, не желая удовлетвориться тем наследством, которое ей оставил по себе покойный муж. Жадность – именно тот порок, что толкает даже родных братьев идти друг против друга войной, а что же говорить о собственной матери? Беате было жаль, даже стыдно сейчас, но не из-за своего тайного брака. Ей было стыдно при порядочных людях обличать то преступление, которое мать желала свершить против своей единственной дочери. Здесь ведь в Лешно были совершенно иные порядки? В любом случае, за то недолгое время, которое панна провела здесь, успела не только привязаться к тем людям, что поступили по отношению к ней по-христиански, но и полюбить их.
Тем временем тишину нарушил голос Михала. Он ответил на очередной вопрос своего дяди, и тут уже Беата смогла выдохнуть с облегчением – поняла, даже ощутила, что ее не выдадут в руки этим людям, которые увезли бы ее тут же в Зелёну Гуру, если бы только могли. Только никто не дал им такой возможности.
Она хотела было вмешаться в разговор, добавить что-то о том, что Катаржина не виновата в том, что была единственным человеком, которому могла довериться княжна. Но… и тут мужчина взял слово на себя, огласив себя виновным. Дерзнуть и высказаться при всем честном народе о том, что это не так она не посмела. Все-таки, где-то он был прав – Кася любила своего двоюродного брата и желала ему счастья. Но и споры, как и не согласия в присутствии оппонентов не будут играть им на руку. Уж в этом она была убеждена, поэтому и покорно склонила голову, едва князь отказал поверенным ее матери.
Так просто она не сдастся, - с уверенностью подумалось панне, прежде чем двери за воеводами заперлись и князь поднялся со своего места, дабы продолжить разговор с Михалом и его супругой. Хотя, все-таки по большей степени гнев князя обрушился только на Михала, в то время как Беата оставалась стоять рядом с мужем и не знала, что сказать. Но, князь не стал тянуть со своим решением, которое оказалось весьма … справедливым? Она охотно бы поверила, если бы не знала, какая не простая участь выпала Вилковицам совсем недавно.
Значит… наказание, а вместе с ним и изгнание. Хорошо хоть вдвоем, а не врозь?
Беата учтиво, даже более чем, поклонилась князю и княгине, не смея взглянуть им в глаза, когда прошла к выходу вместе с мужем. Спрашивать, как и загадывать наперед сейчас было глупо, однако оказавшись в объятиях Михала, Бети поспешила обратиться к мужу.
- Что теперь мы будем делать? Мать не оставит все так запросто, - в ее словах читался страх и опасение за то счастье,  которое успела обрести. А еще свободу… тут в Лешно, рядом с Михалом она чувствовала себя именно так – легко и просто, словно радужная бабочка, покинувшая свой тесный кокон, радовалась обретенной свободе, перелетая с пестрой айстры на простую ромашку.
- Послушай, Михал, - обратилась молодая женщина к супругу, позже тем вечером, когда он остался в ее покое на правах законного мужа. - Я знаю, что ты не хотел еще говорить дяде о нас, но … я не знала, как еще поступить, - решила оправдаться она, невесело улыбнувшись супругу. Однако завтрашний день должен был быть полным событий и требовал немалых усилий, так что следовало более не задерживаться со сном. – Знаешь, мне куда больше нравится спать в постели, когда ты меня обнимаешь. Честно говоря, в соломе было не так удобно, - уже закрыв глаза, поведала с ощутимо веселыми нотками в голосе панна. Она услышала, как улыбнулся Михал, но более ничего не сказала.
Новый день вступил в свои права очень быстро. Беата лишь ощутила, как кровать скрипнула, прежде чем Михал поднялся из него и приготовился собираться – им нужно было собрать все необходимое в дорогу, что уже стелилась перед ними. К счастью, или нет, но у молодой панны Лещинской не было много вещей – по большей степени то были вещи, которые ей дала княгиня и ее старшие дочери. Даже украшения ей не принадлежали. Так что, поднявшись с постели следом за мужем, панна собрала действительно самое необходимое, оставив украшения не тронутыми.
Проводить их вышло немного народу. Княгиня, а вместе с ней и Катаржина. Средняя была занята учебой, а самая младшая играми со своей нянькой.
- Я знаю, что благословения на брак у вас мы не просили, но благословите же на дорогу, княгиня, - обратилась Беата к панне Лещинской, что молча наблюдала за отъездом Михала, что был ей словно бы родной сын, а также его жены.
- Пусть бог благословит, - только и произнесла княгиня, одобрительно кивнула невестке, прежде чем ушла. Князь велел не провожать, дабы подчеркнуть масштабы проступка и строгость наказания.
- Спасибо, Кася, - тихо произнесла Бети своей свидетельнице и даже подруге, прежде чем та последовала за матерью, махнув рукой на прощание. Уверенна ведь была, отец еще отойдет и призовет обратно племянника.
Вилковицы предстали перед панной Лещинской во всем своем существе – обгорелые, разоренные, но многолюдные. Они были далеко от того городишка, из которого приехал гордо державшийся на своем коне Михал, но … не все так уж и плохо? По крайней мере, Беата верила и надеялась на лучшее.
- А ты думаешь моравцы смогут ужиться с местными? – спросила у мужа молодая женщина, подойдя к нему ближе, чтобы обнять его за спину. – Если сумеешь их убедить и заманить сюда – ты сможешь выиграть на этом, но если они не уживутся с местными – будет беда, - высказала свою позицию Беата, прежде чем коснуться щеки супруга в поцелуе. – Чем мне следует заниматься тут, милый? Я хочу помочь, но ничего не умею, - честно призналась она, пожав в такт своим словам плечами.

+1

29

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s015.radikal.ru/i331/1509/87/e40411102611.jpg[/AVA]
Несколько месяцев спустя,
Январь 1560 года.

Удивительно, до чего же быстро летит время, когда человек занят каким-нибудь полезным делом? За всеми делами и заботами в Вилковицах, Михал и оглянутся не успел как пролетело лето, а за ним и осень... и его смелый план по превращению деревушки в неприступную крепость мало-помалу начал воплощаться в реальность. Молодому князю удалось уговорить моравских братьев открыть свое подворье в Вилковицах и заказать оружие у лучших оружейников, которых только можно было найти в Лешно. И вот теперь, наконец-то можно было сказать, что злосчастная деревня готова была дать отпор любым лихим людям, охочим до чужого добра: ее окружала бревенчатая стена, подступы к которой охранял ров и ряды остро заточенных кольев, а въехать можно было через самый настоящий подъемный мост. Старый друг Любомир постарался на славу, работая над решеткой для ворот Вилковиц - она была из закаленной стали и с наружной стороны щерилась рядами кованых шипов, на случай если бы врагам удалось сломать подъемный механизм моста.
Наступившая  зима тоже не застала деревню врасплох, благодаря тому что Михал вовремя распорядился отстроить заново все общественные амбары и хранилища. Запасов должно было хватать надолго, если бы не жители окрестных хуторов, попросившиеся перезимовать в Вилковицах и боясь нападений разбойников. На всякий случай следовало бы заручится поддержкой названого отца, так что Лещинский решил, что съездит в город, вместе с Беатой, соскучившийся уже по привычным развлечениям и занятиям - ведь приемов и торжественных ужинов в Вилковицах пока что не было. Жить приходилось в доме деревенского старосты, потому как тратить время, ресурсы и рабочую силу на себя, пан наместник не посчитал нужным. Вообще дом этот был добротным и теплым, а семья старосты была рада услужить молодому князю и его супруге, но... по сути дела, это была обычная деревянная крестьянская изба - пусть побогаче остальных, но все-таки.
Оставив свой гарнизон на попечение гусарского сотника, Лещинский вместе с любимой женой и небольшим отрядом, направился в город, до которого было рукой подать. День был морозный и солнечный, так что до княжеского двора добрались без каких-либо приключений - Михал улыбнулся подав руку Беате и помогая ей сойти со ступенек экипажа, подумав о том, что теперь его ненаглядной не скоро придется сесть в седло. Счастливая новость о грядущем прибавлении семейства оказалась самым лучшим рождественским подарком, который только мог пожелать себе молодой князь. Он правда не упустил возможности пошутить - мол, не зря так старались - за что и получил подушкой по голове от жены, ожидавшей куда большей серьезности от любимого мужа.
-Ты не замерзла? -поинтересовался пан наместник, поправив теплый плащ супруги, подбитый соболями. -Непрошеными гостями мы точно не будем, потому как я послал вперед Жендзяна еще час назад. Надеюсь, что дядюшка давно уже сменил гнев на милость...
Вообще... трудно найти в целом мире двух более упрямых людей чем старый князь и его племянник - за столько времени, что минуло с той эпической ссоры, уже можно было помирится раз десять, или даже более того. Но оба адских упрямца предпочли оставаться при своем мнении... и если бы не дело, то Михал так и продолжал бы сидеть в Вилковицах, тем более что не проходило недели, чтобы туда не наведывался старик Озерецкий, якобы под предлогом навестить молодых.
-Наконец-то... благодарю тебя, господи, -улыбнулась княгиня Гризельда, встретив племянника и его жену и поочередно обняв обоих. -Беата, дорогая, пойдем со мной? Пока мужчины займутся делами, ты побудешь со мной и девочками... мы так соскучились по тебе!
-Мы тоже очень скучали по вам, тетушка, -ответил Михал, поцеловав руку княгини. -Надеюсь, что нас не попросят со двора и оставят на обед? Нам очень хотелось бы составить вам компанию.
-Конечно! Какой может быть разговор! -воскликнула княгиня, радостно обняв свою невестку. Ну а ее непутевому мужу пора было идти и показаться своему строгому дядюшке - и так как Лещинский считал себя правым в прежнем вопросе, то сделал это совершенно спокойно.
-Я раз видеть вас в добром здравии, дядя, -почтительно поклонившись князю, Михал подошел ближе. -Приехал к вам по делу и много времени не отниму - мне нужны припасы для крепости, потому как пришлось приютить людей с дальних хуторов. Они бояться разбойников, что орудуют во владениях наших соседей и попросились перезимовать в Вилковицах.
-Значит прощения просить ты так и не собираешься? -притворно нахмурился Станислав, смерив взглядом племянника. -Прав был Таддеуш, тебя только сам черт переупрямит...  и слышал уже не раз, о том как ты порядок навел в Вилковицах. Знаю, что теперь это настоящий передовой форпост, а не жалкая бедная деревенька, которую жгли при каждом удобном случае.
-Крестный не зря так часто к нам ездил, -Михал улыбнулся. -Все передал в точности, не отнять и не прибавить. Что же до прощения... то я прошу его у тебя, дядя, но вовсе не за свою тайную женитьбу. Жалею, что тебе пришлось краснеть за меня тогда... когда послы от матери Беаты тебя стыдили - а в остальном, все вышло как вышло. Бог наградил меня самой лучшей женой и совсем скоро она подарит мне наследника.
-Этой новостью ты меня тоже не удивишь, потому как Озерецкий успел уже проболтаться, -старший Лещинский не сдержался и рассмеялся. -Обдумал я все, Михал... и понял, что поступил правильно, послав тебя в Вилковицы. Теперь тебе некогда сидеть без дела и бегать за красивыми паннами из свиты твоей тетушки - наконец-то исполнилось мое желание и ты стал думать прежде чем что-то делать. Давай-ка расскажи мне о своих пушках и о том как тебе удалось заставить жителей деревни смириться с присутствием силезийцев?
После того как князь поднялся со своего кресла и наконец-то, по-отечески обнял своего племянника, последний мог позволить себе долгожданный вздох облегчения. Не так-то и просто было находится в опале у человека, которого почти всю свою сознательную жизнь считал вторым отцом...
-Я думаю, что вам до рождения ребенка стоит остаться у нас... негоже наследнику Лещинских появится на свет в мужичьей избе, -продолжил ясновельможный, ведя Михала в столовую залу. -Ты по-прежнему будешь управлять Вилковицами, благо что ехать до них недалеко, но жить вы с Беатой должны у нас. Это и ваш дом.
Лещинский-младший лишь усмехнулся про себя - едва только помирившись, дядюшка тут же взял свой прежний командный тон? Однако, крупица истины в словах князя все-таки была и для Беаты действительно было бы лучше побыть до рождения ребенка рядом с княгиней Гризельдой. Доверять своего ребенка посторонним людям, Михал определенно не собирался.
-Дядя приглашает нас вернутся, -сообщил шляхтич любимой жене вполголоса, когда уселся рядом с ней за обеденным столом. -Я пока не стал ничего отвечать на это предложение... но похоже, что крестный ему все растрепал о том, как мы живем, до мельчайших подробностей.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-13 23:28:18)

+1

30

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Для того чтобы жить доброй и счастливой жизнью совершенно не обязательно оглядываться назад к своему прошлому, что могло принести еще немало сюрпризов в настоящем или том самом заоблачном будущем, которого все так порой ждут. Принято считать, что лучшие новости принесет день завтрашний – ведь на него складывают свои надежды все без исключения, будь то бедняки или холопы, будь то знатные воеводы или дети шляхты. Одна лишь Беата не ждала будущего, что стало ее настоящим. Да, конечно, знатной панне было не достаточно того, что у нее было сейчас, а было ведь у нее очень немного всего. Даже дом был чужим. Да и разве то был дом? Скромная хижина в глуши, иначе было и не назвать тот дом, что стал пристанищем в их с Михалом изгнании из Лешно. Не к этому она привыкла. В прочем, как и не привыкла ходить в одних и тех же нарядах дольше двух недель, не говоря уже о том, чтобы знать недостаток в украшениях. Она привыкла к обществу, песням, приемам и веселью, что лишь звучало громким отголоском прошлого теперь, когда Беата смотрела на себя в старое зеркало – настоящую роскошь для Вилковиц, нужно сказать.
Но Беата была счастлива в своей убогости и с любимым супругом, что сторицей восполнял ей нехватку украшений комплиментами, а одежда была им попросту не нужна после заката, когда уставший мужчина возвращался к ней. Он обнимал ее, дарил нежные поцелуи и любил ее, наверное, также сильно любил ее, как и она его, ведь ни разу из ее уст более не слетел упрек. Даже в тот поздний вечер, накануне Рождества, когда Беата была уже уверенна в своих радостных подозрениях, молодая супруга наместника Лещинского не нашлась с упреком на шуточку мужа, которой он не забыл прокомментировать сложившуюся, при этом вполне закономерно, ситуацию.
Ребенок, плод их любви, появится на этот свет лишь в средине лета – именно тогда, когда они впервые встретились на неизведанных стежках леса. Этого дня и часа Беата с нетерпением ждала, но в ровной степени и опасалась. Нет, опасалась не потому, что боялась дать жить ребенку. Жена старосты Вилковиц, в доме которого и проживал наместник князя с супругой, была весьма словоохотной женщиной и не упустила возможности поделиться своим опытом – у панны были все данные для того, чтобы родить здорового и крепкого малыша, ведь была молодой и достаточно сильной, по ее словам. На самом деле же Беата попросту опасалась того будущего, что могло наступить неожиданного – каждый божий день она с осторожностью смотрела в сторону ворот Вилковиц, боясь, что однажды там увидит знакомые ей гербы и даже людей. Мать так просто не простит ей самоуправство – это панна знала наверняка. А как поступит дядя? Уж это оставалось тайной для нее.
Но, так миновали дни один за другим. Сначала пришла дождливая осень, из-за которой княжна должна была больше времени проводить в доме, учась ткать и шить, не говоря уже о прочих делах и заботах, что обычно должны были ложиться на плечи женщины. А после снег укрыл пожелтевшие листья, было Рождество, что оставило по себе лишь самые приятные воспоминания – первое Рождество Беаты, которое они провели вместе с Михалом.
Теперь их путь лег в сторону Лешно. У Михала было какое-то дело к дяде и он, к счастью, для нее самой взял с собой. Для этой поездки женщина надела лучшее свое платье – новое, что было подарком, который ей сделал Михал на Рождество. В нем, правда, придется не слишком долго ходить, но это было относительной проблемой, над решением которой всегда можно подумать. Сидя в возе, что мчался в Лешно, панна куталась в теплый плащ, подбитый соболями, раздумывая о том, как примут их княгиня с князем. Однако, никакие мысли и размышления никогда не смогут передать или представить того, что ждало их в будущем. Словно бы в такт этому решению, прозвучала команда извозчика, что скомандовал двойке лошадей остановиться – приехали.
- Только кончик носа замерз – видишь, какой красный и не красивый? – капризно поведала панна в ответ Михалу, что заботливо помог ей сойти с саней, на которых они прибыли. На последующие слова супруга она лишь коротко усмехнулась – знала, что он соскучился по своим родным, и лишь его упрямство не давало ему возможности приехать раньше. – Можно предположить ,что время сыграло нам на руку и князь более не в гневе, - позволила себе наконец высказаться женщина, когда увидела на пороге княгиню, что вышла им на встречу. При этом ее лицо просто светилось от радости, что не могло не обрадовать Беату – как бы там ни было, а княгиня Гризельда была к ней всегда очень доброй. В прочем, она также имела полное право продолжать злиться на нарушительницу их покоя, чего не случилось… и это невольно привязало панну к княгине еще больше.
Гризельда заключила их в свои объятия по очереди, после чего позвала за собой в дом. Однако, разве могли заблудшие овечки вернуться с пустыми руками?
- Моя добрая пани, - обратилась Беата к Гризельде, - мы не приехали с пустыми руками. Здесь есть скромные дары к вашему столу, - панна кивнула в сторону воза, где был небольшой бочонок медовухи, приготовленной вилковицкими мастерами, а также несколько других более скромных, но не менее приятных подношений.
Княгиня быстро распорядилась о том, чтобы кто-то из слуг принял дары из Вилковиц, после чего увела Беату в дом, где та была сразу же заключена в объятия Катаржиной, а также другими девчонками.
- Ну же, осторожнее, девочки, - пожурила дочерей Гризельда, - нашей гостье еще голова кругом пойдет – дайте ей скинуть для начала этот плащ.
- Все в порядке, - лишь тихо отозвалась панна, прежде чем воспользоваться возможностью и снять с себя теплый соболиный плащ, поскольку в светлице было невыносимо жарко, особенно после прохлады, что царила на улице.
- Так, когда ты ждешь рождения ребенка? – поинтересовалась тем временем Кася у Беаты. – Вы уже решили, кого позовете за кумов?
- Ишь, ты, негодница! Чего вздумала спрашивать еще – тебе еще рано о таком вести разговоры, иди лучше вышивай что-то для племянника или племянницы, - велела старшей дочери княгиня, на что Кася лишь скромно улыбнулась и принялась за шитье.
- Знаешь, меня посватали и если отец даст добро – я выйду замуж, - поспешила поделиться своими новостями молодая панна, чем не могла не обрадовать Беату. И пусть она не была знакома со всеми теми воеводами, что были симпатичны Катаржине, она была более чем уверена – Кася выбрала себе самого достойного.
- Я за тебя очень рада, - тихо добавила она, прежде чем к ним не подсела княгиня, дабы расспросить невестку о том, о сем. Но, в основном разговор касался ребенка.
- Нужно позаботиться о хорошей повитухе – без этого просто никак, - словно бы для себя отметила Гризельда, на что Беата лишь пожала плечами.
Но уже скоро был подан ужин, на который были приглашены и Михал с Беатой, так что за столом снова были все в сборе.
- Мне что-то кажется, что если ты откажешь – он очень обидится, - тихо ответила панна, поймав под столом ладонь мужа, дабы положить себе на колено, пока никто не обращал на них особенного внимания. – И не только твой дядя обидится. Твоя тетушка уже поспешила распланировать все. Но, если ты захочешь вернуться в Вилковицы – я не буду против, хотя не скрою, что перспектива остаться мне по душе.

+1

31

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s015.radikal.ru/i331/1509/87/e40411102611.jpg[/AVA]
-Дядюшка совершенно прав.., -так же тихо ответил Михал, улыбнувшись любимой жене. -Он считает, что его внук должен появится на свет в фамильной усадьбе Лещинских, а не в мужичьем доме... и раз уж он смирил гнев на милость, мы можем вернутся. Тебе будет куда веселее в Лешно - ну а я смогу каждый день проверять как идут дела в Вилковицах. Да и пан староста наверное будет рад, когда мы наконец съедем от него, не зря же он так настойчиво советовал мне заняться постройкой собственного терема.
Вообще, младший Лещинский был очень рад, что его супруга так смиренно и послушно сносила все тяготы деревенской жизни, что выпали на ее долю - однако, как гласит народная поговорка, хорошенького понемножку? Знатная дама в деликатном положении, должна быть ежечасно окружена заботой и вниманием, чтобы спокойно дождаться появления на свет своего первенца. Михал прекрасно знал, что Беате скучно в Вилковицах, но она не жаловалась лишь из любви к нему и такого же неизмеримого упрямства, в котором молодая княгиня не уступала своему мужу. Но теперь, ей будет куда веселее? Двоюродные сестры шляхтича были счастливы видеть ее и готовы были прямо-таки замучить расспросами о семейной жизни, как только их матушка займется своими делами. Маленькая Марылька, усевшаяся рядом с Бети, хихикнув успела поинтересоваться, кого она хочет - мальчика или девочку? - до того как князь Станислав вместе с полковником Озерецким заняли свои места за столом.
-Мы хотим такую же чудесную и милую озорницу как ты, -улыбнувшись, ответил Лещинский младшей сестрице, на что его дядюшка тут же добродушно ответил:
-Да уж, пускай жена родит тебе дочь - а та, когда подрастет, пусть обязательно выйдет замуж без вашего на то позволения. Тогда вы сразу поймете, мои дорогие, откуда у родителей появляются седые волосы раньше времени.
-А может быть она наоборот будет послушной? -засмеялся старик Озерецкий, хитро подмигнув своему крестнику. -Не станет подкидывать мышат в кровать сестрам как некоторые изобретательные панны...?
После этих слов, младшая княжна тихо вздохнула, посмотрев на родителей - ну что поделать, если ей эта выходка показалась забавной? Мышата были такие славные, а дура Каська вместо того чтобы умилится, подняла такой визг на весь дом, что отец подумал, что в ее спальню залезли разбойники.
-Да услышит тебя бог, -усмехнулся князь Станислав, лишь покачав головой. -Но что-то мне кажется, что мой будущий внучок пойдет характером в своего упрямого батьку... однако, давайте-ка поговорим о делах наших суетных?
-Никаких разговоров о делах за столом! -строго произнесла княгиня, прежде чем ясновельможный успел продолжить. -Давайте-ка помолимся и спокойно поедим?
После обеда, Михал собрался ехать обратно в Вилковицы... но тут старшему Лещинскому неожиданно доложили о приезде незваного, но весьма знатного гостя, от которого в последние месяцы не было не единой весточки. Разве что, сразу после отъезда молодой пары, пан Станислав получил письмо, в котором опекун его теперь уже невестки уведомлял, что едет с жалобой к королю... однако и Его Величество тоже устроил старику Острожскому от ворот поворот.
Выбора у бывшего опекуна молодой княгини Лещинской не было - надо было засунуть свою гордость куда подальше и ехать знакомится с новой родней. Правда Острожский был не так прост, каким мог показаться... но об этом Михалу еще только предстояло узнать.
-Приветствую тебя, ясновельможный князь-воевода, -чинно поприветствовал старшего Лещинского гость, когда его провели в зал для приемов. -Простите, что свалился как снег на голову... но решил, что надо наконец-то приехать и благословить молодых. А еще попросить тебя отпустить мою племянницу повидаться с матерью - она уже все глаза себе выплакала, думая что с единственной дочкой могло приключится худое...
-Добро пожаловать в Лешно, -коротко ответил князь Станислав. -Каждый гость - божий подарок, так что мы вам очень рады, пан Острожский. Рад, что вы наконец-то приехали, потому как между родней не должно быть раздора, что хуже войны. Что же до вашей племянницы - спрашивать позволения надобно у ее мужа, потому как она теперь в его власти.
-Пан Михал... не нравится мне этот старикашка - глазки у него так и бегают, -шепотом произнес тем временем Жендзян, встав возле своего пана. -Как бы он чего не удумал... например, вашу жену увезти??
-Беата никуда с ним не поедет, -так же тихо ответил Михал, смерив старика Острожского недовольным взглядом. -И где была ее матушка все это время?? Слезы лила и одновременно собиралась выдать дочь за какого-то старого дурня? По-моему, пан Острожский считает, что я вчера только родился...
Когда опекун Беаты повернулся к своему зятю, тот сделал шаг вперед, решив для себя, что не позволит елейным речам сбить себя с толку.
-Достопочтенный князь, я признателен вам за добрые намерения и позволю вам поговорить с моей женой... но в Острог она не поедет, потому как подобное путешествие может быть для нее опасно. Думаю, что мой дядя позволит вам и матери Беаты приезжать в Лешно чтобы навестить ее, время от времени.
-Вы очень добры, пан Лещинский, -улыбнулся Острожский, согласно кивнув. -Мое беспокойство было продиктовано только лишь заботой о будущем моей племянницы... и я с радостью с ней поговорю.
Заботой о племяннице или о ее деньгах? -подумалось Михалу. -Хорошо, но сначала вас разместят на княжеском дворе и вы отдохнете с дороги.
Не верю этому хитрому старику... ни на грош...

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-15 23:26:56)

+1

32

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Скрыть улыбку на своем лице было невозможно, пусть даже эта самая улыбка свидетельствовала о самом очевидном – радости и счастье, которое испытывала в этот момент женщина. Естественно, панна была рада тому, что более ей не придется жить в простоте и, согласно определенным меркам, по которым она могла судить, даже убогости, что была обычной для жителей деревни, где даже такой простой дом старосты являлся чем-то вроде богатого дома, тогда как княжна и единственная наследница покойного князя Яна Острожского, мягко говоря, привычна была несколько к иному. Беата Острожская росла на мягких перинах, одевалась с ранних лет в самые красивые платья, а также всегда была окружена достойными собеседниками, чего была лишена в последнее время. Но, как говорится, с милым и в шалаше бывает милым мир? И можно сказать наверняка, что в данном случае народная мудрость была правдивой на все сто процентов – Бети нисколько не смущали не так богато убранные стены дома сельского старосты, когда рядом с ней был ее любимый Михал.
- Хорошо, вернемся, - произнесла женщина с коварством посмотрев на супруга. В ее глазах горели, словно бы пара озорных огоньков, что было верным признаком одной простой вещи – панна что-то задумала. – Только ты мне должен обещать, что не будешь задерживаться в Вилковицах слишком долго, - тихо добавила она, наклонившись к мужу. Так молодая женщина надеялась, что никто не обратит на их разговор внимания и ее слова станут достоянием лишь ушей любимого мужчины.
В действительности, так оно и было. Однако, панну быстро и даже очень внезапно коснулся один весьма интересный вопрос – мальчик или девочка? По правде говоря, Беата никогда не ставила перед собой его. Действительно, она с удовольствием родила бы Михалу, как девочку, так и мальчика, только … почему-то панна была уверена в том, что в княжеской семье должны были просто с нетерпением ждать именно мальчика, который наследует своему отцу буквально во всем.
По счастью, Беате удалось удержать язык за зубами, позволив высказаться мужчинам – у князя Станислава было свое мнение, которого он не стал скрывать, ведь жива была еще его обида за поступок племянника и его гостьи. Одному богу известно, как удалось избежать скандала, не говоря о том, что одно только чудо помогло сыскать молодому супружеству поддержки короля, что не был против объединения двух древних родом Польши и Литвы, что теперь были одним мощным королевством. Но, веселый тон полковника Озерецкого заставил всех засмеяться и лишь после молитвы, о которой попросила княжна, дабы не изменять обычаю, молодая панна Лещинская решилась заговорить о своих желаниях, что должны были достигнуть ушей всех присутствующих.
- А я желаю, чтобы наш ребенок пошел в своего отца – был таким же умелым и храбрым воином, красивым и красноречивым. И лучше всего будет, если это будет сын – его только украсят такие черты, в этом не может быть ни тени сомнений, - подобное заявление заставило мужчин притихнуть, а женщин удивленно посмотреть на панну, что решила обратить на себя внимание. Добропорядочным паннам ведь принято дожидаться той возможности, когда их спросят? Этого момента или возможности Беата не ожидала. Женщина храбро поступала и не боялась никогда говорить. Правда, подобные выходки приходилось терпеть лишь младшему Лещинскому, тогда как остальная часть его родственников никогда с подобным не сталкивалась. Очевидно, что княгиня позволяла себе порой вмешиваться со своим мнением, но … это была она, а то … Беата, что до этого держалась весьма скромно и даже тихо.
- Что же, я надеюсь, что сын или дочь, а родится и вырастит обязательно прекрасным – с такими-то родителями, - поддержала в свою очередь княгиня Гризельда, на что князю оставалось лишь поддержать мнение своей супруги, прежде чем сжать ее ладонь в своей после трепетного прикосновения губ к ней. А ведь … Бети даже не подумала о том, что ее слова могли болезненно отбиться на княгине. У них ведь трое девочек и ни одного мальчика!  И тут ее широкая улыбка слегка увяла, после чего молодая женщина принялась за поданные блюда, реже вставляя свои комментарии.
Годилось бы извиниться или нет, но Беате более не повернулся язык задевать снова эту тему. Но, уже после совместной трапезы, заметив хмурое выражение лица невестки, Гризельда сама подошла с расспросами и просто рассмеялась, когда услышала доводы юной княжны.
- Дочка, не грузи себя ни по чем – Михал мне заменил того сына, что я могла родить сама, чему я очень рада, - нежно улыбнулась княгиня Беате, прежде чем в покои постучали, дабы огласить последние новости – прибыл отряд воевод из Острога во главе с самим князем. – Нужно немедленно приготовить гостям покои – не спать же им в хлеву! – воскликнула княгиня, прежде чем поспешила к слугам, чтобы раздать ценные указания, дабы дело спорилось эффективнее, оставив Беату одну.
И тут уж Бети было, о чем подумать…
Почему именно сейчас приехал дядя сюда? Почему и … зачем? Он ведь обычно не оставляет свои владения без присмотра.
Она присела на край кровати, глядя на то, как в камине живо потрескивает огонь, принося тепло. Волнение переполнило женщину, от чего она никак не могла найти себе места и лишь маленький еще совсем крошечный карапуз внутри нее заставлял ее сидеть на месте, не мечась из стороны в сторону. Она поглаживала живот, что был еще едва заметно опухлым, когда в комнату вошел Михал. Не было похоже на то, чтобы он искрился радостью после встречи с родственником из Острога. Но, были еще дела, что требовали его присутствия? Выслушав Михала, Беата поняла – князь не сумел расположить младшего Лещинского к себе, или попросту не старался.
- Что же… если хочешь, я поговорю с дядей в твоем присутствии завтра, - ответила Беата мужу, когда он присел рядом с ней и у нее появилась возможность положить ему на плечо голову. – Или не буду вовсе разговаривать, - добавила она в том же тоне. – Только, пожалуйста, не поезжай сейчас в Вилковицы – сейчас темнеет быстрее, да и я не хочу засыпать без тебя, ведь поездка отнимет у тебя не мало времени. Я ведь знаю… - женщине не пришлось ничего добавить ко всему вышесказанному. Она лишь потянулась ладонью к его щеке и прильнула к его губам нежным поцелуем.

+1

33

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s015.radikal.ru/i331/1509/87/e40411102611.jpg[/AVA]
Конечно же Михал не стал заставлять любимую жену долго уговаривать себя не ехать нынче вечером в Вилковицы. Несколько месяцев кропотливой работы не прошли даром и небольшой гарнизон когда-то жалкой, а теперь вполне процветающей деревушки прекрасно знал, что и как надо делать в отсутствие наместника. Так что Лещинский вполне мог позволить себе недолгое отсутствие...
-Мы вместе поговорим с твоим дядей завтра, во время завтрака, -улыбнулся шляхтич, обняв свою единственную и ненаглядную. -Что-то мне кажется, что ему действительно нельзя верить... потому как его слова относительно твоей матушки, что убивается, якобы не зная где ты находишься, кажутся мне сомнительными. Никто ведь не запрещал ей, как и ему приехать в Лешно - однако, они предпочли пожаловаться королю и не отвечали на письма моего дяди. Как-то странно все это...
Волею капризной судьбы, Михал не помнил своих родителей - однако, никогда не испытывал недостатка во внимании и любви, благодаря тете и дяде, которые всегда добросовестно о нем заботились. Князь Станислав никогда не делал различия между племянником и  дочками, считая и называя на людях, всех четверых своими детьми. К тому же, младший Лещинский с самого детства считался наследником князя, потому как других сыновей у ясновельможной четы так и не появилось.
И вот теперь, резюмируя все вышесказанное, шляхтич не мог не удивится действиям родни своей супруги... Неужели деньги были для них дороже родной дочери?? Раз уж они были готовы выдать ее за какого-то старого дурня, который понятное дело был вовсе не против молодой и красивой жены. В общем и целом, Лещинский уже заранее не верил своему новому "родственнику" и решил держать ухо востро, пока не станет ясно что тот задумал. Явно черти не зря столь неожиданно принесли в Лешно старого князя?
Однако, все сомнения можно было со спокойной душой оставить на завтрашнее утро - сейчас молодого князя ждала чудесная ночь, так что не стоило тратить драгоценное время на размышления об Острожском. Пусть все идет как идет, с божьей помощью.
На следующее утро дядюшка Беаты встретился с Михалом и Беатой, когда пришел к завтраку в столовую залу княжеского дома. Гость был радушен, приветлив и дружелюбен, обняв любимую племянницу и начав ее расспрашивать о делах, здоровье и прочих немаловажных вещах. Лещинский молча слушал князя Острожского - пока хозяева дома и их дочери не вышли к столу, у того было время на разговоры. Может быть Михал решил быть слишком уж подозрительным... но даже сам тон голоса Беатиного дядьки ему показался каким-то чересчур елейным?
-Дорогая дочка, знаешь... я тут подумал, что тебе было бы неплохо съездить в Острог, -улыбнулся тем временем князь, посмотрев на Беату. -Повидаешься с матушкой, расскажешь ей про свое замужество - и я уверен, что она тут же примет его, как принял и я. Мы устроим в твою честь большой праздник... каких свет не видел. Как тебе такая идея?
Лещинский лишь покачал головой, слушая все вышесказанное. Значит в Острог неплохо бы съездить? А что потом будет, дорогой князюшка? Будете строчить подметные письма главам церкви, чтобы устроить развод? Михал не вчера родился и прекрасно слышал о подобных случаях - когда выгодную невесту, уже успевшую найти себе достойного мужа, снова выдавали замуж, устроив развод. Увы, но некоторые высокие чины в церковной иерархии тоже были падки на золото и взятки, как и корыстные миряне - не отнять и не прибавить.
По-моему кто-то принимает меня за полного дурака... и считает что мне можно залить уши медом? -усмехнулся про себя Михал, кивнув заспанному Жендзяну, что примчался в столовую прислуживать своим хозяевам и подал молодому князю чарку свежего кваса. -Знаете, ясновельможный князь... сейчас не самое лучшее время для поездок. В соседнем воеводстве орудует шайка разбойников, так что куда безопаснее для моей супруги будет остаться дома. К тому же ударили настоящие морозы и отпустить ее с вами было бы совершенной глупостью с моей стороны... не дай боже, что-то случится? Я не хочу рисковать, поэтому Беата никуда с вами не поедет. Вы можете привезти ее матушку к нам в Лешно, если мой дядя не будет против - потому как он управляет этим городом.
На пару мгновений, буквально на какие-то секунды, лицо Острожского приняло такое выражение, словно бы он наелся кислых лимонов. Но этот старый интриган не был бы самим собой, если бы не умел мастерски держать хорошую мину при плохой игре... так что быстренько изобразил добрую отеческую улыбку, прежде чем ответить своему зятю.
-По правде говоря, я ничего не знал о разбойниках... пока ехал сюда из Острога, дорога была вполне благополучной. И если вы категорически против, чтобы моя племянница навестила родную мать... то я не буду настаивать.
-Ваша племянница теперь моя жена. И я должен прежде всего думать о ее благополучии, -совершенно спокойно ответил Михал, пропустив брошенную ему шпильку мимо ушей. -Родная мать сумеет понять, почему дочь не стала рисковать своим будущим ребенком и отказалась с вами приехать. Думаю, что вам не составит труда это ей объяснить.
В это самое время в зал пришли хозяева дома и их дочери, так что разговор пришлось прекратить - озорница Марылька, подбежав к Беате, крепко ее обняла и тут же поинтересовалась как поживает будущий малыш. Михал рассмеялся, слушая младшую сестренку и какое-то совершенно неприятное ощущение от разговора со стариком временно рассеялось...
-Я съезжу до Вилковиц, посмотрю как там дела и сразу вернусь. А ты жди меня и ни о чем не беспокойся, -собравшись в дорогу, Лещинский не один раз нежно поцеловал любимую жену. -Постараюсь не задерживаться и заодно привезу все наши вещи. И прослежу за тем, чтобы обоз с припасами, что выделил дядюшка для хуторян, добрался без приключений.
Попрощавшись с Беатой, Михал уехал со спокойным сердцем, прекрасно зная, что тетушка и княжны не дадут ей скучать. Скоро ведь будет свадьба Каси, так что женщины найдут о чем поговорить и что поделать - например, придумать что-нибудь красивое для будущего подвенечного наряда молодой невесты. Шляхтич покинул Лешно, даже и не предполагая, что старик Острожский наблюдал за его сборами и отъездом из окошка своей комнаты... и при этом, у него уже не было необходимости строить из себя этакого доброго родственничка, соскучившегося по племяннице.
-И что же теперь делать? Лещинские хитры... недаром же, сразу поняли, какой бесценный алмаз попал к ним в руки.., -недовольно буркнул князь, обратившись к своему верному денщику. -Ясное дело, Беата теперь никуда не поедет... и пока мы раздумывали как быть, ее муженек не терял даром времени и успел заделать дитя...
-Ваша Милость... надо просто избавится от ее мужа, -и глазом не моргнув выдал верный слуга, что был под стать своему хозяину. -Время сейчас лихое и один бог знает, кто по дорогам ездит. Что если пан геройски погибнет, когда поедет домой?? Тогда пани Беата будет еще более богатой вдовой, ведь Лещинские не оставят своего внука без наследства...
-Так-то оно так.., -задумчиво произнес Острожский. -Но подловить этого наглого стервеца будет непросто... и насколько я видел, деревня, которую ему пожаловал его дядька теперь больше похожа на крепость. Просто так не подобраться - надо подумать, как бы все обделать по-умному.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-18 23:39:23)

+1

34

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Кто придумал ту истину жизни, в которой дети обязательно покорно приклонить свою голову, принимая желание своих родителей выше собственного счастья? Видимо, то был человек не шибком-то счастливый по жизни, к тому же не самым добрым, раз уж его собственная ошибка не научила его тому, что не стоит отдавать право на собственное решение в родительские руки. Известно ведь, что даже самая крепкая и трепетная любовь родителей к своим чадам, может не только горы свернуть, но и наделать много зла. При этом зло из любви к детям обычно поворачивалось лицом именно к несчастным деткам, которым посчастливилось появиться на свет в шляхетной семье…
Той ночью Беата долго не могла сомкнуть глаз. Сон не приходил к ней, пусть даже женщина и ощущала его близость, а нежные объятия супруга подчеркивали то ощущение сладкой неги, наступившей после приятной близости. Ее глаза закрылись, но вовсе не потому, что сон победил и смог подчинить себе ее громкие мысли – нет, у юной княжны в головушке царили настоящие дебаты, подобно тем, что имели место быть в сейме, не иначе. Она снова и снова возвращалась в своих воспоминаниях к тем дням, когда ее мать была и трепетно обучала всем тем наукам, что якобы должны были пригодиться ей по жизни – красиво заплетать свои длинные косы, рисовать, петь и кататься верхом, но только не шить, не вязать и не управлять поместьем, что так или иначе должно было перейти под ее опеку. Там, в Старокостянтиновке жизнь казалась очень простой и ведь Беата даже не засомневалась в правдивости слов матери. Только слишком болезненной оказалась правда, но и тут на Бети ожидал божий умысел не иначе – подосланные дядей люди смогли помочь ей сбежать, пусть и были уже в скором времени заколоты разбойниками.
И ведь, во всем этом страшном водовороте событий четко виднелось светлое будущее, то самое, которым и жила Беата Острожская вчера, нынче и завтра тоже.
- Nie ma tego złego, co by na dobre nie wyszło*, - тихо произнесла Беата, поднеся к губам ладонь сладко спящего супруга. Она не могла не улыбнуться своим собственным положительным мыслям, что так или иначе пришли сами собой, а вместе с ними и приятный сон.
- Дядя, я очень рада тебя видеть! – улыбнувшись широкой белозубой улыбкой, произнесла Беата своему дяде, когда они вместе с Михалом вошли в светлицу, где уже скоро к ним должны были присоединиться князь вместе с княгиней. Естественно, племянница сопутствовала свои слова приветствия искренними объятиями, поскольку, как бы там ни было, но рада была видеть родное лицо, что так напоминало ей отцовское. И пусть никогда в жизни ей не доводилось видеть лицо своего отца, Беата представляла себе его, глядя на его младшего брата Костянтина, что теперь выглядел на добрых лет пять старше, нежели был еще в прошлом году, когда во время празднования Рождества в Остроге она видела его в последний раз.
- Извини, что не встретила тебя вчера, - скромно улыбнулась она, посмотрев на дядю, прежде чем они уселись все за стол. Конечно, тут Бети предстояло слукавить, но делать это она умела мастерски, если только старалась и не переигрывала зря. – Может быть, к тебе уже дошли слухи, что я нахожусь в деликатном положении… - она опустила скромно глаза вниз, прежде чем рука нашла ладонь мужа, которую и сжала своей. – Мы с Михалом ожидаем первенца, чему очень рады, - добавила она, откинувшись на спинку стула, после чего наступил черед князя заниматься уговорами собственной племянницы, опекуном которой назначил его еще старший брат, а сейм лишь подтвердил это его право доброго родственника.
И ведь, все было хорошо, если бы не … ощутимый фальш в словах дяди, на которые Михал быстро нашел свой способ, от чего Беата решила попросту не вмешиваться в разговор мужа и дяди, что оба были весьма упрямыми и изворотливыми личностями.
Вовремя в светлицу вошли князь и княгиня, так что Бети с удовольствием принялась за изысканный завтрак, поданный нынче – такого она не имела возможности смаковать уже на протяжении многих дней, проведенных в Вилковицах, ведь обычный крестьянский завтрак составляла самая обычная каша из пшена, грубого помола. Да еще и не только на молоке, но обязательно с добавлением к нему воды – чтобы больше было.
Однако, сразу после завтрака, женщине предстояло проститься с мужем практически на весь день – ведь мужчине следовало наведаться в поверенное в его руки поселение, не говоря уже о том, чтобы закончить кое-какие дела там и перевезти все их пожитки обратно в каменницу Лещинских.
- Поезжай осторожно и не оставляй меня здесь на долго, - тихо ответила панна, посмотрев на супруга, что уже был готов покинуть ее, отправившись по делам. Тогда, в Вилковицах ей было проще – знала ведь, что он где-то рядом и даже среди дня может наведаться к ней, чтобы посветить ей не одну минутку своего драгоценного времени. – Только помни, мой дорогой, что я очень нетерпеливая панна, - добавила она, улыбнувшись привычной озорной улыбкой, прежде чем отпустить своего любимого воеводу.
День тянулся долго и муторно, ведь Бети казалось, что она занята одним и тем же делом на протяжении часов, когда миновали всего лишь минуты. Ничем не легче не стало, когда пошел снег, что вновь припорошил следы от копыт лошадей, на этот раз тех, что принадлежали Михалу и его спутником. Молодая панна лишь тихо вздохнула – обещала, что не будет беспокоиться, но не могла сдержать слово. Беспокойство то и дело росло, словно бы подпитываясь теми рассказами, что вспоминала их юная панна Лещинская. И ведь тогда к ней подошел князь Острожский.
Дядя остановился рядом со своей племянницей, что рассматривала узоры на окне – то ли лилии, то ли айстры, они были прекрасным творением мороза, которым слегка повевало от окна.
- Дядя, знаешь, - нарушила тишину Беата, чем нисколько не удивила своего родственника, что не знал, как приступиться к тому разговору, на который возлагал безграничные надежды. – Я должна тебя отблагодарить, - тихо добавила она, прежде чем улыбнуться и посмотреть ему в глаза. – Если бы не твои люди, что помогли мне бежать… я бы не встретилась с Михалом и не была бы счастлива, как сейчас, - просияла улыбкой Беата, на что Острожскому оставалось лишь стиснуть зубы. Действительно, его люди сыграли лишь на руку Лещинским…
- Мне не удастся тебя уговорить поехать со мной, даже если я обещаю тебе, что мы не станем предпринимать никаких действий против твоего союза с родом Лещинских – король не простит ведь такой измены? - поспешил максимально открыть карты и играть на грани фола князь. Он был опытным политиком и интриганом, но и ему пришлось попросту поднять руки перед безграничной преданностью.
- Лучше не пытайся даже, а передай матери, что мне жаль, что я не смогла ее порадовать, но буду очень счастлива, если она разделит со мной мою радость, - ответила она, не отводя взгляда в сторону. – Я не оставлю мужа, пусть даже мать будет при смерти – пусть дарует ей господь еще сто лет жизни! Но, теперь мое место здесь, рядом с Михалом, и покину я этот край лишь вместе с ним…
- Что же, на это твоя воля и право, - произнес князь, прежде чем огласить племяннице о том, что уже собирается отбыть в Острог. На самом деле его мысли вертелись вовсе не рядом с родовым гнездом Острожских, но только рядом с желанной целью, которой он добьется так или иначе.

* нет плохого, чтобы не вышло на доброе (польск.)

+1

35

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s015.radikal.ru/i331/1509/87/e40411102611.jpg[/AVA]
Перед тем как оседлать своего коня, Михал бросил еще один взгляд на окна светелки, в которой теперь жил вместе с любимой женой... конечно у него не было повода думать, что князь мог бы что-то предпринять в его отсутствие, но как говорится в народе: береженого - бог бережет.
-Жендзян, останься, -коротко приказал верному слуге шляхтич и пояснил, увидев удивленный взгляд последнего. -Глаз не своди с этого старого хрыча и его людей... думаю ты понял, что я имею в виду. Слушай внимательно и смотри в оба глаза - когда я вернусь, расскажешь, что удалось разведать.
Хотевший было возмутится пройдоха - мол, как же он отпустит хозяина одного? - согласно кивнул, прекрасно поняв, что именно Лещинский имел в виду. Неспроста старик Острожский вдруг решил приехать в Лешно и помирится с Беатой, ой неспроста... Семи пядей во лбу не надо иметь, чтобы догадаться, что ясновельможный что-то задумал, но вот только что именно? Следовало проверить, умеет ли челядь старика хранить секреты за чаркой дармового меда, да и заодно приглядеть за тем чтобы все было в порядке. Теперь у Жендзяна кроме доброго и надежного хозяина, была еще и хозяйка - так разве мог он позволить чтобы кто-то, пусть даже родственник мог бы ей навредить?? Особенно сейчас, когда пани в интересном положении...
-Понял, все сделаю, -ответил слуга, приказав конюшему забрать своего коня. -Буду следить за ним, так что поезжайте с богом и не волнуйтесь ни о чем.
После того как пан Михал и сопровождавший его и обоз с припасами отряд ускакали к главным воротам, Жендзян направился прямиком в людскую, где кухарка Лещинских накрыла стол для всей княжеской челяди. Слуга Острожского как раз с аппетитом уплетал свою порцию вкуснейших щей, отбеленных сметаной и судя по всему был не особенно расположен к болтовне, однако к любому замку ведь можно подобрать свой ключик, если знать как?
-Прошу прощения, добрый пан, -с милой улыбочкой этакого простофили, поздоровался с денщиком Острожского Жендзян. -Вы я вижу, человек столичный... быть может заложим банчишко?
-Почему бы и нет? -кивнул денщик. -А вы не из местных разве? Я было подумал, что вы у старого князя Лещинского на службе...
-Я ловчий, -соврал не краснея Жендзян, достав свою крапленую колоду карт и начав ее тасовать, старательно изображая деревенского дурачка, что рад поболтать о том, о сем, с первым встречным. -Видите ли, старый князь большой любитель соколиной охоты, вот и нанял меня чтобы я натренировал двух его новых птиц. Работка не пыльная и платят отменно - Лещинские не такие скупердяи как мои прежние хозяева.
-Хороший сокол стоит больше пяти тысяч талеров... отличная у вас работа и денежная, -с видом знатока выдал слуга Острожского. -Сдавайте что ли?
Спустя полчаса Жендзяну удалось хорошенько "обуть" денщика... но вот только более разговорчивым тот так и не стал и делится какой-либо информацией о своем пане явно не собирался. Из этого можно было сделать вывод, что Острожский более чем щедро платил своей челяди за молчание, раз уж даже основательный проигрыш под крепкий мед не позволил слуге сболтнуть хоть что-нибудь. Вдобавок, вскоре денщику пришлось срочно собираться в дорогу - Острожский прислал за ним, объявив что срочно уезжает...
-Странно как-то это все... приехал увидеть любимую племянницу и сбегает словно крыса при пожаре.., -сам себе тихо сказал Жендзян, после того как его соигрока словно ветром сдуло из людской. -Вот провалится мне на этом месте, если он не затевает чего дурного...
Ну а пока Жендзян пытался устроить разведку "боем", Михал успел съездить в Вилковицы, сопроводить драгоценный обоз и заодно убедится, что все в порядке. Деревенский староста весьма огорчился, узнав что княжеская чета переезжает в Лешно - он и его супруга уже успели привыкнуть к своим вынужденным соседям и искренне их полюбить.
-Я возвращаюсь в Лешно и приеду завтра - либо с самого утра, либо уже где-то после обеда, -произнес Лещинский, обращаясь к гусарскому вахмистру. -Вы тут не расслабляйтесь и помните главное правило - с наступлением темноты подъемный мост должен быть поднят. Кто не успеет к этому времени вернутся в Вилковицы, пусть ночует в лесу.
-Все будет исполнено, пан Михал. Не извольте беспокоится - знаем, что не на гулянку приехали. Время сейчас лихое, да и деревня всегда была желанной добычей для разбойников. Но теперь их можно встретить отборной картечью.
-Вот и славно, -кивнул Михал, после чего быстро собрался в обратный путь. Уже вечерело и заметно похолодало, так что надо было торопится во избежание каких-либо неприятных неожиданностей - вроде встречи с волками, которых в окрестностях Лешно водилось немало. Вернувшись на княжеский двор, шляхтич с удивлением узнал, что дядюшки Беаты уже и след простыл...
-Что же он так быстро уехал? Вроде говорил, что соскучился и желает погостить.., -удивленно поинтересовался Лещинский у любимой жены, когда поднялся наконец в спальню и нежно обнял ее. -Но... уехал и пес с ним... как ты говорила мне, помнишь? Баба с возу и кобыле легче. И ты теперь не будешь скучать, моя любимая, ведь скоро Касина свадьба, на которую съедется вся шляхта - будет большой праздник на несколько дней подряд.

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-20 00:41:48)

+1

36

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
- Дядя обычно не покидает надолго своих владений. Он любит Острог и не может без него, - Беата мягко улыбнулась, говоря эти слова своему супругу. По правде говоря, она сама бы с удовольствием полюбовалась на замок в Остроге, а еще на вид округи, что открывается из самой высокой башни замка, на которую она любила раньше забираться и смотреть, смотреть, смотреть … Да, там было красиво. Родной отец Беаты, говорят, так любил свой родной край, что решил пригласить туда так много образованных мужей, как только мог. Только, увы, умер раньше, чем смог приехать первый из приглашенных им философов. В прочем, начатое дело не было заброшено или забыто. Младший брат Яна Острожского быстро подхватил начинания старшего брата и воплотил ее, практически, в жизнь, о чем расходилась о нем достаточно громкая слава по всей Речи Посполитой. Да, конечно, объяснения или же оправдания действиям князя Острожского молодой женщине долго искать не пришлось. Она знала его, едва не с детства и привыкла ему верить – сомневаться в правдивости его слов или же подлом вероломстве, которое он задумал против ее мужа, женщине еще предстояло узнать. Хотя, кто знает, дойдет ли его имя до ее ушей? В любом случае, князь это прекрасно знал. Именно по этой причине он и позволил себе уехать, так и не попрощавшись со своим зятем. В прочем, Михал не оставался в обиде на своего родственника?
Беата покачала головой в ответ на дальнейшие слова любимого мужчины, не скрывая своей улыбки на лице, что сводило на нет все ее желания пожурить его за ту присказку, которую она как-то высказала. Но, что больше обрадовало и даже заставило улыбнуться панну – было то, что Лещинский запомнил ее слова почти дословно. Тем более, теперь их вместе с остальными жителями не только замка в Лешно, но и горожанами, ожидала подготовка к свадьбе старшей дочери князя Лещинского, панны Катаржины, с сыном некого воеводы из рода Понятковских. Имени жениха на тот момент Беата еще не успела выведать – Кася была занята, да и как-то дядюшка не давал возможности своей племяннице во время своего присутствия в замке общаться с кем-то еще, кроме него. Он то и дело, расспрашивал у Бети о том, как ей живется, как жилось. Не забыл князь расспросить у племянницы подробнее и об ее знакомстве с младшим Лещинским. Естественно, панна не стала вдаваться в настолько глубокие подробности, чтобы компрометировать себя и лишь констатировала факты, умолчав разве только о том, что под венец ее повел Михал после внезапной и вопиюще непозволительной для незамужнего панства близости во время охоты. Это должно было остаться лишь между супругами, так что князю пришлось услышать весьма искаженную версию знакомства, достойно приукрашенную княжной – так что было бы не странно, если бы услышавший хоть краем уха эту историю менестрель, решил воспеть ее и разнести по миру.
Скромной свадьбы от князя Лещинского для его старшей дочери Катаржины никто не ожидал. Действительно, после тайной жениться наследника княжеского титула это было единственным, чего от него следовало ожидать. Но, разве князь бы не заставил музык играть самые громкие песни, а столы ломиться от всяких вкусностей и без этого поступка Михала? День за днем приближался день свадьбы, что снова и снова подтверждал любые ожидания местных жителей, а также тех, кто оказался в Лешно проездом – тут собирались праздновать громко и долго, так чтобы помнили еще многие годы. В предвкушении настоящего праздника находилась и панна Беата, не смотря на свое деликатное положение, которое было уже не скрыть под складками платья или широкими накидками. Ее большой живот виднелся издалека так, словно бы не один ребенок прятался внутри и беспокоил ее ночами. Так шутила Катаржина, а эти добродушные шутки подхватывал порой и Михал, на что будущей матери и княгине оставалось разводить руками – на все божья воля, хотя она не помнила того, чтобы в ее семье был кто-то из близнецов. Но, всегда бывают исключения из правил? И, пожалуй, Бети нисколько не расстроилась, подари она супругу сразу двух детей. Скорее даже наоборот.
Как известно, время бежит незаметно быстро. Так прошла морозная осень, уступив дорогу весне, что пришла в том году раньше обычного, а после пришло время для по-настоящему горячего лета. Кто бы сказал, что еще год назад панна Беата Острожская, выезжавшая в начале июня из отчего дома прошлого года, не вернется более в Острог или родную Старокостянтиновку? Что же, панна Беата точно не делала подобных прогнозов, в противовес своей матери, что за все это время сподобилась лишь написать короткое письмо, скорее даже записку, в которой обращалась к дочери с самым обычным запоздалым поздравлением со скорым рождением ребенка и свадьбы, на которой она не могла присутствовать. Надо ли говорить, как расстроило подобное письмо Беату? Ведь, как бы там ни было, а женщина надеялась повидаться с матерью – раз уж со слов дяди, она исплакалась в три ручья из-за расстояния и туги. Это ведь из-за слез она не сподобилась на нечто более длительное и искреннее?
- Она даже не сопроводила свое письмо подарком! – возмутилась Беата, поведав вкратце мужу о том, какое письмо пришло к ней нынче из Старокостянтиновки от ее матери. Панне даже не нужно было утруждаться, чтобы заучить хоть фразу из письма – все запомнилось само собой, всего за второе и последнее чтение, поскольку более глаза Беаты не касались ровного почерка матери, которым был исписан пожелтевший пергамент. Она не хотела своим беспокойством и волнением по поводу совершенно не важных на данный момент вещей, пусть даже мать и продолжала звать ее обратно домой – на этот раз, чтобы показать внука.
– Это письмо, словно пощечина какая-то, - продолжила ворчать Бети, спустя какое-то время, вспоминая о коротких заметках матери. – Она думает, что я должна приехать и просить прощения? Я быть может и попросила бы, если бы только она утрудилась хоть открыть душу мне в письме…
К свадьбе Катаржины оставалось не много и не мало – меньше недели, что прибавляло хлопот дому Лещинских, всей челяди их замка, а также тем многим горожанам, что так или иначе были готовы услужить ясновельможному панству. Так вокруг Лешно собралась целое множество менестрелей, рыцарей, воевод и их слуг, от чего на улицах постоянно было многолюдно, не в пример тому количеству, которое показал своей будущей супруге Михал. Пожалуй, целые тысячи цветов были приготовлены для украшения дома Лещинских, костела, где должно было состояться венчание княжеской дочери, а также прочих помещений, куда только могли заглянуть ясновельможные господа гости. Эта вся возня вокруг подвенечного платья, суматоха с цветами и блюдами, которые нужно было подать на стол сотням, если не тысяче гостей, быстро подхватила на легкие крылья и Беату. Она часто давала советы Катаржине, помогала ей вышивать собственную вуаль, которой у нее не было и мало-помалу задумалась – а какой могла бы быть их собственная свадьба с Михалом, если бы они не поторопились и стали дожидаться сватовства, а также родительского благословения. От этих мыслей оторвала счастливая невеста буквально за день до свадьбы.
- Я так волнуюсь, если бы ты только знала, Бети, - тихо охнула девушка, прежде чем Беата подвела на нее взгляд своих глаз. – А ты не волновалась перед свадьбой? – спросила Кася, на что панна могла только улыбнуться.
- Сама видела, разве не запомнила? Нисколько не боялась, - помотала она головой.
- Нисколько, нисколечко? – повторила свой вопрос Катаржина, словно бы не доверяя своей собеседнице.
- Не доверяешь моим словам? Но, ты же видела мое выражение лица, и оно могло бы выразить страх разве только перед тем, что нам не дадут сочетаться узами брака, нежели их самых, - тихим шепотом поведала Бети, когда Кася наклонилась ближе к ней, чтобы никто не смог их подслушать.
- Ты просто храбрее меня, - продолжила вздыхать княжна, на что у Беаты было свое мнение.
- Не говори ерунды, м? У меня было куда меньше времени на страх, чем у тебя. Не мудрено – полгода ждать! - спокойно произнесла молодая женщина, прежде чем расправить на коленях то небольшое покрывало, края которого вышивала. - Ну, мне кажется, на сегодня хватит? Пора ложиться спать, тем более завтра у кого-то очень ответственный день…

+1

37

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s015.radikal.ru/i331/1509/87/e40411102611.jpg[/AVA]
Приезд старого князя Острожского заставил Михала призадуматься о том, как его супруга жила раньше... до того как ее захотели выдать замуж. Молодая княгина Лещинская воспитывалась словно настоящая принцесса, в шелку и бархате и тоже наверняка мечтала о грандиозной свадьбе - такой как сейчас готовилась для старшей дочери пана Станислава. Однако, из-за пылкости одного рыцаря, ей пришлось венчаться тайком и потом довольствоваться жаркими встречами на конюшне княжеского двора. Ну а после и вовсе - жить в самой настоящей крестьянской избе...
Резюмируя все вышесказанное, Лещинский решил порадовать свою ненаглядную совершенно особенным подарком - и не только из-за грядущей уже через день свадьбы Каси. Но разве мужчина должен выбирать какой-то повод, чтобы сделать что-то приятное для своей жены? Вовсе нет, особенно учитывая тот факт, что супруга совсем скоро должна одарить своего непутевого (временами) мужа самым драгоценным на свете даром и ей просто необходимо было как можно больше позитивных эмоций.
Итак, отпросившись у Беаты якобы съездить в Вилковицы, Михал вместе с Жендзяном поехали на торговое подворье, где должны были встретится с мастером-ювелиром, что принадлежал к общине моравских братьев. Чехи всегда слыли отменными ремесленниками и в этот раз рекомендованный старым знакомым Любомиром мастер не ударил в грязь лицом, сделав подарок для Бети именно таким, каким его хотелось видеть младшему Лещинскому. Это было совершенно удивительное шейное золотое украшение, очень похожее на кружевной воротник тонкой работы - именно то что нужно, чтобы блистать на свадьбе.
-Пан Михал, вот честное слово - эта штука достойна самой королевы! -выдал свой вердикт Жендзян, когда ювелир открыл деревянную коробочку, изнутри выложенную мягким бархатом и продемонстрировал проделанную работу заказчику. К ожерелью были сделаны еще и ажурные серьги, которые совершенно не будут лишними в праздничном наряде молодой княгини. -Пани Беате точно понравится и она будет самой красивой на празднике!
Михал лишь улыбнулся на эту похвалу своего верного слуги - вообще, красота Бети не нуждалась ни в каких дополнениях, особенно сейчас, ведь ожидание ребенка всегда украшает женщину. Но на празднике в честь родственницы и хорошей подруги, супруга наследника всех владений семьи Лещинских должна блистать ярче всех - и никак по-другому. К тому же, как уже говорилось выше, Беата росла среди красивых и изысканных вещей.
-Порадовал ты меня братец, -шляхтич заплатил мастеру сверх обещанной цены, потому как работа того стоила. -Вот что... когда родится мой ребенок, я обязательно приду к тебе еще, чтобы заказать еще один такой же особенный подарок для жены.
-Конечно, ясновельможный, я буду рад вам услужить, -поклонился ювелир. -И пусть Господь благословит вас и вашу жену за доброту и подарит ей легкое избавление от бремени и красивого и здорового сынка.
-Аминь, пусть так и будет, -кивнул Лещинский, после чего надежно убрал полученную коробочку и оседлав своего коня, направился на княжеский двор. Как и обычно, до самого дома Жендзян продолжал болтать, на этот раз предположив, что у пана действительно может родится сразу двое детишек - об этом челядь не раз заводила разговоры в людской.
-А что, пан Михал... представьте, что у вас будет сразу два сына? -предположил слуга, оторвав своего хозяина от приятных размышлений - он представлял себе счастливое лицо жены в тот самый момент когда она откроет подаренную коробку. -У моего дядьки родилось трое детишек одним разом... правда все девки и теперь бедняга не знает как собрать на них всех хорошее приданое.
-Я буду рад и дочерям, -в очередной раз улыбнулся Михал. -Даже троим, как ты говоришь - одним разом. И не потому что мне не придется кумекать как собрать им всем приданое, а потому что их мне подарит любимая жена. Давай-ка поторопимся? Меня ведь ждут.
Вернувшись домой и узнав что Беата вышивает в компании Каси, Лещинский решил спрятать свой подарок, чтобы единственная и ненаглядная нашла его сама и приятно удивилась. Так что первым делом шляхтич направился в спальню, где и поставил коробку под меховое покрывало на постели - достаточно только его откинуть и увидеть подарок. Затем можно было заглянуть к Катаржине и показаться жене, ожидавшей своего занятого делами супруга с нетерпением - в этом Михал нисколько не сомневался.
-Я вернулся так быстро как только мог, -"доложил" мужчина, переступив порог Касиной светелки, в которой две подруги доводили до состояния перфекции подвенечную вуаль будущей невесты. -Как ты себя чувствуешь, милая моя? Жендзян мне нынче сказал, что наша челядь уже приписала нам аж троих деток за раз.
-Смейся-смейся, -хихикнула Кася, пока Михал коснулся губами щеки любимой жены и уселся рядом с ней. -А вдруг они правы окажутся?
-Сколько бы не родилось - все будут наши, -рассмеялся Лещинский. -А ты бы лучше тоже готовилась к подобному - надо думать, пан Понятковский не станет зря терять времени?
Катаржина тут же покраснела словно спелый помидор, ну а Михал получил за свои слова от Беаты небольшой тычок в бок - при девице не стоило вести подобных разговоров.
-Ничего, дети это ведь самая важная часть святого брака, -продолжил смеяться шляхтич, аккуратно поймав руку жены, чтобы избежать нового тычка. -Ладно-ладно, молчу. Кстати, мне бы надо тебе кое-что сказать... или даже показать. Пойдем со мной? Я хотел тебе эту секретную вещь показать перед сном, но уж больно не терпится.
-Идите, но надолго Бети не забирай! -тут же приказала Кася. -Я еще хотела с ней посидеть... ведь скоро уеду от вас. Так что верни ее обратно как можно быстрее, ладно?

Подарок Мишки)

http://zlato-best.ru/pics/2506.jpg

Отредактировано Dietrich Danziger (2015-09-20 23:31:10)

+1

38

[NIC]Beata Ostrogska[/NIC]
[AVA]http://s50.radikal.ru/i130/1509/75/647d024d0e97.jpg[/AVA]
Удивительно, как много времени порой нужно людям для того, чтобы подготовиться к совместной жизни? Ведь это не на год, не на два, но на целую жизнь, что может длиться ровно столько, сколько отмеряно где-то там на небесах, не иначе. Сначала необходимо отправить сватов, чтобы они договорились с семьей невесты о том, что они дадут за свою деву, затем огласить об обручении и дождаться того времени, когда святая церковь огласит о намерении двух людей объединиться ради создания собственной семьи и только спустя какое-то время, избирается день, когда и состоится все. Да? И вы думали на этом все? На самом деле, где-то во время всех этих важных, без преувеличения, процедур, необходимо подписать брачный договор, в котором решатся буквально большинство вопросов, не говоря уже о разрешении Его Величества короля, без которого ни один брак не может считаться законным.
Что же, Михал и Беата поступили наперекор всему из-за тех нескольких минут, которые они провели в непозволительной близости друг с другом. Пожалуй, им несказанно повезло, что король был настолько милостив, что не стал выступать против их союза. А ведь он мог! И был бы более, чем прав в своем решении, что несмотря на доброе отношение с князем Лещинским все-таки было продиктовано политическими мотивами, ведь страна была разделена двумя враждующими сторонами – литовцами и поляками, а союз единственной наследницы князя из древнего литовского рода с польским шляхтичем и также князем была ему лишь на руку. Но, в случае с Катаржиной Лещинской все было иначе? Семье девушки нужно было соблюсти всю необходимую процедуру от и до, дабы никто не мог потом высказаться против этого союза, что было бы лишь оскорблением чести семьи. Подобного не мог себе никто позволить или опуститься к оному, а ведь и Беату с Михалом могло ждать нечто похожее, будь они менее удачливыми? В любом случае, главное то, что все устроилось так, как устроилось и молодые люди нисколько не сожалели о своей опрометчивости и даже нетерпеливости.
Беата уже сложила свое рукоделие, дабы подняться со своего места, когда ее остановила Кася, положив свою тонкую ручку поверх ее руки. В тот же миг, женщина подняла взгляд на свою подругу, заметив в ее взгляде полную нерешительность и даже страх, от чего сразу же сжала ее руку в своей.
- Ну же, что случилось? – тихо спросила Беата у Катаржины, не отводя своего взгляда в сторону. – Тебе страшно? Боишься пана Понятковского? – нахмурившись, спросила Беата у подруги, надеясь, что появившаяся складка между двух тонких бровей девушки помогут ей разгадать секрет переживаний девушки, которой она бы с радостью помогла, только бы знала, чем.
- Нет, что ты, - покачала головой Кася, прежде чем закусить нижнюю губу своими белоснежными зубами. Мать обычно ругала ее за это, приговаривая, что так она похожа на крольчиху какую-то, а не шляхетную панну, но сейчас попросту не удержалась. Да и матери не было видно нигде рядом с ними.
- Что тогда случилось, Кася? Не заставляй меня беспокоиться. Прошу, расскажи мне, что с тобой, - обратилась с просьбой к княжне молодая панна Лещинская, так и не выпустив руку невесты из своей.
- Мне … - начала мямлить Катаржина, прежде чем обойдя комнату взглядом, не наклонилась к Беате, чтобы продолжить шепотом. – Мне страшно, потому что я не знаю, что делать в первую брачную ночь, - еще прежде чем успела закончить, Кася покрылась густым, почти багровым румянцем и не смела посмотреть в глаза Беате, от чего панна лишь снисходительно улыбнулась девушке, коснувшись ладонью ее длинной косы.
- Кася, не надо бояться, - покачала головой Беата, мягко обращаясь к родственнице мужа, что была младше нее на пару лет. – Тебе не нужно ничего необычайного делать, просто … будь нежной и ласковой с мужем, - нашлась с советом она, надеясь, что этого будет достаточно для княжны.
Однако, все было не так просто?
- Но, как мне быть нежной и ласковой? – совершенно ничего не понимая, добавила без пяти минут панна Понятковская, чем застала свою замужнюю подругу врасплох. Ведь, как могла приличная панна обсуждать семейную жизнь с подругой?
- Ох, ну и вопросы ты задаешь, Кася, - вздохнула Беата, чем вызвала очередной приступ покраснения у Катаржины. А ведь совсем этого не добивалась! – Ну, перестань смущаться, просто … знаешь… Я никогда об этом еще ни с кем не говорила, - пожала плечами беременная женщина, раздумывая о том, что же все-таки могла бы рассказать Катаржине.
- А что тебе говорила обо всем мама? – внезапно задала свой вопрос Кася, чем, пожалуй, облегчила задачу подруге. Ведь та лишь хитро улыбнулась ей в ответ. – Ну, же? Что-то говорила?
- Мама говорила, что настоящий мужчина сам разберется, что нужно делать. Задача женщины лишь … быть покорной и в процессе научиться получать удовольствие, - быстро произнесла Беата, выдав собственные выводы за слова матери. А ведь так было действительно проще?
Но, продолжить разговор двум паннам не было позволено, поскольку дверь резко скрипнула, пропустив во внутрь будущего князя, младшего Лещинского, что уже успел вернуться из своей поездки. Правда, если учитывать, как быстро он преодолел расстояние между Вилковицами и Лешно, что обычно занимало куда больше времени, женщина могла сделать свой собственный вывод – муж не был в Вилковицах, от чего ей просто необходимо было узнать, где именно он пропадал и зачем ему понадобилось темнить. Разве она не заслуживала на правду? Что же, весь расспрос Михала еще дожидался в скором времени, едва они останутся наедине, тогда как было самое подходящее время для приветственного поцелуя, для которого женщина уже подставила губы.
- Все хорошо, мой соколе. А наш соколенок вел себя просто идеально, от чего я могу сделать вывод – ночью он точно не будет примерным ребенком, - улыбнулась она, выпустив из своей руки ладонь Каси, чтобы этой же рукой нежно прикоснуться к щеке любимого супруга. – Мы тут занимались шитьем, но я уже успела утомиться от него и как раз говорила Касе, что нужно немного передохнуть, - добавила она спустя мгновение, прежде чем девушка успела пошутить на свою любимую тему. И ведь, ответная шутка не заставила себя долго ждать? Уже мгновением после, Бети в который раз за пару последних минут покраснела, от чего заставила свою подругу лишь толкнуть мужа в бок. Не гоже таких вещей говорить при незамужних паннах. В прочем, при замужних также не принято подобное обсуждать!
Она лишь покачала отрицательно головой, когда супруг поймал ее тонкую ручку, продолжая смеяться над своей удачной шуткой. А ведь она сама не могла не согласиться с мужем – действительно, без детей жизнь семейная не жизнь! Так что панна позволила своим губам растянуться в улыбке, прежде чем Михал оповестил ее о чем-то, что он хотел бы показать.
- Показать? – осторожно поинтересовалась женщина, прежде чем снова позволить себе улыбку. Чувствовало ее сердце, что пряталось что-то сладко-приятное за сказанными словами, от чего не могла не согласиться на немедленное разрешение этого секрета. Ведь какая женщина оставит секрет не раскрытым и не разгаданным?! Естественно, никакая!
- Ну, давай, ты мне все расскажешь и покажешь, - помня о том, что муж пребывал в своей поездке значительно меньше, чем обычно, панна Лещинская решила, что все это было как-то взаимосвязано, так что она лишь подала руку Михалу, чтобы тот помог ей подняться и пройти к месту его маленького секрета. – Кася, мы еще обязательно продолжим наш разговор, - подмигнула Бети своей подруге, не смотря даже на то, что не слишком хорошо себе представляла его продолжение. Однако, перерыв в разговоре определенно должен был сыграть ей на руку – может быть, за это время она обдумает все и сможет удовлетворить не только любопытство Катаржины, но и помочь ей справиться с ненужным ей сейчас совершенно волнением. Ибо когда это волнение и переживания были кому-либо на пользу?
Тем временем, Михал решительно сопроводил свою супругу в спальню, что женщину только позабавило. Она подошла к своему зеркалу, чтобы в него полюбоваться своим животом, по которому гуляли ее руки, словно бы лаская еще не родившегося ребенка. Она так часто делала, особенно, когда настроение было хорошим, а сейчас оно было действительно таким, благодаря хитро улыбавшемуся супругу.
Он что-то задумал! – решила Беата, глядя на него. Однако, разве она могла позволить себе самую обычную игру в угадайку? Действительно, сесть и расспрашивать было бы слишком просто, поэтому панна Лещинская лишь подходит к супругу, что уселся на ее части кровати и терпеливо ждал, пока жена уделит ему времени.
- Знаешь, мой соколе, прежде чем ты мне расскажешь и покажешь все, что хотел, - положив руки на плечи супругу, начала Беата, - я хочу, чтобы ты мне ответил на один вопрос. Хорошо? – на самом деле, вариантов у Михала не было так много, как порой хотелось бы. Мужчине ничего иного не оставалось делать, кроме согласно кивнуть головой, прежде чем устроить супругу у себя на колене. – Скажи, мне только честно, - осторожно и даже в некоторой мере строго произнесла она, глядя на мужчину, что успел провести ладонью по ее животу, на что получил мгновенный ответ, что и смягчило выражение ее лица на крайне ласковый. – Ты ведь не был в Вилковицах, - нет, это не был вопрос. А вообще, это утверждение должно было прозвучать куда строже и серьезнее. – Не хорошо врать супруге, мой дорогой, - добавила она, едва не цокнув языком в такт своим словам. Удержаться от этого ее заставила разве только собственная осмотрительность и даже осторожность, которая голосовала за покой. Но, надо ли говорить, что еще немного и кто-то станет вести себя отнюдь не так спокойно, но скорее лишь как дикая и ревнивая кошка?
– Так, где же тебя носило, любовь моя? – спросила она, прищурившись. Ведь складывалось настойчивое ощущение того, что весь этот допрос до жути забавляет мужчину.
Так, где же тут подвох? Что не так?
- Я хочу знать все, - тихо добавила она, прежде чем дражайший супруг приоткрыл занавес своей тайны и откинул слегка шкуру, которой было укрыто супружеское ложе, тем самым позволяя увидеть женщине ту самую коробочку, которую он успел запрятать от нее. – Что это? – озадаченно спросила ревнивая женщина, прежде чем ее руки добрались до коробочки, в которой оказался, пожалуй, самый неподражаемый из подарков. – О! Это мне? Какая … красота… - едва нашлась со словами женщина, просто не зная, как еще реагировать на подарок. Ведь, к этому она явно была не готова!

+1

39

[NIC]Michał Leszczyńscy[/NIC]
[AVA]http://s015.radikal.ru/i331/1509/87/e40411102611.jpg[/AVA]
Михалу оставалось лишь хитро улыбатся, видя как заинтересовалась его любимая супруга - женское любопытство такая вещь, что способна горы снести, при желании, так что Беата конечно же охотно пошла за ним в спальню. Усевшись на постели, где под покрывалом был спрятан подарок для ненаглядной и единственной, мужчина с удовольствием наблюдал как жена оглядела себя в большом старинном зеркале, ласково прикоснувшись к своему большому животу. Лещинский прекрасно уже знал, что будущий озорник только сейчас спокоен, но с наступлением ночи, он попросту не позволит своей бедной матери сомкнуть глаз. Михал как мог старался угомонить разбушевавшееся драгоценное чадо, поглаживая его и уговаривая не лупить бедную Бети со всей силы - иногда это помогало, а порой неугомонный мальчишка (его будущий отец надеялся что сумел заделать сына) не успокаивался добрую половину ночи.
-Наверное сегодня он тоже не даст тебе поспать как следует, -когда жена подошла ближе, Лещинский легонько провел ладонью по ее животу, получив ответный "привет" от своего любимого чада. -И я конечно же, отвечу на любой твой вопрос... но что-то мне кажется, я знаю о чем ты хочешь меня спросить.
Шляхтич рассмеялся, прежде чем Беата успела спросить, где же его черти носили вместо Вилковиц - она прекрасно ведь знала, сколько обычно у ее мужа занимает поездка до деревушки и обратно, включая еще и время на то чтобы разобраться с неотложными делами. К тому же, как говорится в народе - умная женщина всегда сумеет понять, когда муж ей врет.
-Я действительно не был в Вилковицах, потому как у меня было одно очень важное дело в Лешно, -ответил Михал, притянув жену к себе на руки и обняв ее. -Но прежде чем ты возьмешь скалку и проучишь меня за вранье, сначала посмотри что я тебе привез. Но я уверен, что как только ты взглянешь на мой подарок, сразу поймешь где меня носило...
В заключение всего вышесказанного, Лещинский откинул меховое покрывало, продемонстрировав супруге деревянную коробочку, покрытую искусной резьбой и достойную ее содержимого. Определенно стоило ждать момента, когда Беата открыла ее и обрадовалась, увидев украшение, которое не зазорно было бы одеть и царице?
-Конечно же это тебе, кому же еще? Оденешь на свадьбу Каси... тебе ведь нравится? -Михал вновь заключил жену в объятия. -Вообще... что-то мне совсем не хочется сейчас тебя отпускать к ней... может мы закроемся в нашей комнате до ужина?

Оставшееся до свадьбы время пролетело совершенно незаметно и наконец настал тот самый момент, когда Лещинские всем своим семейством поехали в костел, чтобы передать юную невесту ее будущему мужу. Все приготовления наконец подошли к своему закономерному завершению и теперь оставалось лишь отпраздновать как следует, так чтобы праздник надолго запомнился. После церемонии в костеле, вся дружная ватага приглашенных гостей вернулась на княжеский двор, где столы уже ломились от угощения и всех сортов вина и бражки, начиная от домашних и заканчивая заморскими. На пару со своим крестным, Михал успел распить не одну чарку душистого бухарского вина еще перед поездкой в костел - любимая жена вовремя его одернула, напомнив о том что гулянье еще даже не успело начаться.
Но вот теперь, дома, пожалуй можно было дать себе волю? Да и как можно было не выпить за здоровье молодых, потом за родителей как невесты, так и жениха, далее за короля и Речь Посполитую... наверное, если бы на столе не было обилия сытных мясных закусок на любой вкус, добрая половина гостей была бы под столом уже после этих тостов. Но все-таки, как-то несолидно пьянеть всего от нескольких чарок, к тому же младшему Лещинскому вовсе не хотелось получить нахлобучку от жены и к вечеру валяться бревном, так что он пил, но в разумных пределах.
И не будем забывать, что свадьба молодой панны Лещинской должна была растянутся как минимум дня на три? Определенно можно было успеть попробовать все явства и все вина, которых с лихвой хватило бы на месяц вперед.
-Я очень благодарен вам, пан Михал, за то, что согласились быть моим шафером, -как-то даже робко поблагодарил Лещинского жених, улучив минутку перед тем как его и молодую жену должны были проводить в опочивальню. -Кася говорила, что вы для нее как родной брат...
-Не стоит благодарности и не забывай, что ты теперь тоже часть нашей семьи, -ответил зятю Михал, забрав у него из руки очередную чарку. -И давай-ка переставай пить и готовься к главному событию своей жизни. Ты должен позаботится, чтобы нашей Касе было кого на руках качать.
Посмеявшись над беднягой Понятковским, покрасневшим не меньше чем Каська, Лещинский позволил любимой супруге себя увести - мол, нечего болтать всякие глупости перед гостями. Михал лишь улыбнулся в ответ, обняв Беату и притянув к себе.
-Знаешь, я бы тоже сейчас с удовольствием бы бухнулся в нашу уютную постель... определенно нельзя так объедаться, несмотря даже на законный повод. Может, пойдем спать? Завтра ведь по-новой праздник продолжится... а еще я хочу только с тобой побыть.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Cicha woda brzegi rwie...