Луиза откровенно забавлялась, чувствуя податливые мягкие губы незнакомой...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » break my fall


break my fall

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Martin Juhl & Deirdre Burns
квартира Дей
26 марта 2016 года

http://funkyimg.com/i/21Vo2.jpg

Отредактировано Martin Juhl (2015-09-13 12:34:49)

+2

2

- Все проходит, знаешь? Все проходит! - говоришь кому-то, лежа на диване и глядя на потолок. Держишь в левой руке бокал, наполовину полный - виски, усаживаешься ровнее и делаешь глоток. Крупный, обжигающий язык, рот, глотку, доходящий до желудка и палящий там все - чувствуешь, как по телу расползается тепло, такое отвратительное, такое неприятное, такое паршивое. Такое же мерзкое, как виски, который ты пьешь - жалкая подделка, такая же подделка, как ты сама.
А с кем ты разговариваешь? Ведь никого вокруг. В квартире ты одна. Ну, может быть где-то рядом, где-то неподалеку бродит твоя совесть - хромая, подбитая, как птица, пикирующая резко вниз с подбитым окровавленным крылом, старающаяся вывернуть из крутого пике, но не находящая для этого сил, врезающаяся в воду и лишь в последний миг машущая крыльями и избегающая смертельного столкновения, но все-таки задевающая водную гладь, сине-зеленую гладь, теперь украшенную кое-где багровыми пятнами крови. Эти пятна расплываются, но как будто становятся меньше - птица снова набирает высоту, чтобы еще раз спикировать вниз.
Бедная, слабая птица, которая все равно сдохнет, а лишь оттягивает этот момент.
Ты резко вскакиваешь с дивана, поднимая руку вверх и что-то восклицая. Неважно что, главное - избавиться от ужасного чувства вины, съедающего тебя изнутри, главное - перестать сравнивать жар от алкоголя с теплом человека, главное - выпить еще!
Но твое тело думает совсем по-другому и ты падаешь на диван, тебе в задницу врезается какая-то из пружин, чудом не прорывающая обивку и не вонзающаяся прямо в плоть. Ты не вскакиваешь снова, потому что если вскочить - упадешь заново и второй раз будет еще больнее, почему-то это твой мозг еще понимает и не рискует целостью и сохранностью пятой точки, лишь пересаживаешься немного правее, чтобы вскочившая пружина была между ногами и...
- Нет, - говоришь опять вслух, теперь уже, наверное, сама себе, снова поднимаясь на ноги, на этот раз опираясь на подлокотники, чтобы снова не упасть, ставишь бокал на стеклянный журнальный столик с характерным звуком, ставишь неаккуратно и это не иначе как чудо, что что-то из них не треснуло и не разбилось. В твоей квартире последние пару месяцев совсем не было осколков, ты перестала бить бокалы со злости и даже вина пила меньше. Но все еще помнила, что - In vino veritas, in aqua sanitas, - даже еще могла сказать это вслух, не запинаясь, даже почти понимала, что это значит и понимала, что сейчас алкоголь был бы лучшим твоим помощником.
Все-таки хватаешь бокал со столика и делаешь еще пару глотков, ставишь обратно и лениво, как-то неповоротливо оглядываешься в комнате в поисках сумочки, в поисках сигарет и зажигалки, хочется курить, а потом выпить еще, а потом покурить травы, но травы не было, поэтому тебе нужен хотя бы обычный никотин. Рыщешь глазами по комнате, вроде привыкла к полумраку и свет включать ведь вовсе не обязательно, но все равно находишь сумку не сразу. А когда находишь - делаешь несколько уверенных шагов ей навстречу и наверное чудом не запинаешься обо что-нибудь и не разбиваешь себе нос в кровь, потому что только этого для полного комплекта самобичевания тебе сейчас не хватало.
Молния поддается с трудом, но ты все же с ней справляешься и достаешь пачку, выуживаешь из нее сигарету, которая оказалась там предпоследней, с досадой вспоминаешь, что больше сигарет дома нет, и ругаешься себе под нос.
Хотя зачем под нос? Можно ведь ругаться громко, на всю квартиру, все равно тебя никто не услышит!
- Блять! - кричишь, даже запрокинув голову назад, а затем, возвращая ее в нормальное положение, понимаешь, что это было рискованно - вокруг все вертится и пляшет и чтобы не упасть тебе приходится теперь опираться на стенку плечом. Достаешь зажигалку, читаешь вслух гребаную фразу, - Intellect is a part of a good faith, - которую зачем-то читаешь вслух или хотя бы про себя каждый гребаный раз, когда пользуешься именно этой зажигалкой и через несколько попыток все-таки получаешь заветный огонек.
Теперь уже плавно, ну, в твоем понимании плавно, садишься на кресло и наклоняешь голову набок, выдыхая сигаретный дым. Чего-то не хватает.
И нет, не Авраама.
Берешь мобильный, который вытащила из сумки пока искала сигареты, ищешь в телефонной книге нужный номер, звонишь и кратко, немного даже холодно, но лишь чтобы не было заметно, что пьяная, после того, как поднимет трубку, говоришь:
- Привет, бери что есть и приезжай, а? - понимаешь, что это как-то слишком резко и грубо и хрен Мартин приедет, если так с ним разговаривать, а поэтому добавляешь уже по-другому, уже мягко и устало, совершенно обессиленно, - Пожалуйста. - в твоем голосе не слышно слез, по нему невозможно подумать, что ты ревешь, но все-таки слышно, что тебе правда очень плохо.
Кладешь трубку, не говоря больше ни слова и ругая себя за то, что уже сказано - вряд ли твой дилер и бывший любовник подорвется поздно вечером ехать к тебе, на кой черт ты ему вообще сдалась? Ах, да, вы ведь муж и жена. Но кого это вообще волнует? И почему ты вообще о нем вспомнила, неужели кружащейся головы от виски тебе было мало? Хотелось чего-то еще, каких-то новых ощущений, чем-то перебить воспоминания о слишком хорошем для тебя Аврааме, чем-то запрещенным и неправильным.

+2

3

every time I close my eyes
it's like a dark paradise

Если учесть, что последние дни Юль пытался не думать об их с француженкой раздрае, то звонок Дей прозвучал как нельзя вовремя. Лично он не собирался звонить Бриоль и спрашивать, что да как и что будет дальше. Потому что… потому что «да кто он такой вообще?», если уж отвечать ее словами. Ну, никто, так никто и звать его, блять, никак. Все-таки он был зол. И психовал каждый раз, как только мысленно начинал возвращаться к тому вечеру.

Так что сейчас, откинув мобилу на пассажирское сидение, будто это гребаная вещица была во всем виновата, сам не заметил, как сжимает руль. По идее, эти дни должны были пройти в духе «устрой дестрой», нужно было окунуться в какую-то атмосферу сумасшествия и, может быть, даже чем-то закинуться в честь такого события, но Мартин какого-то хуя пренебрег таким вариантом.

Интересно, что за год жизни в Сакраменто его до сих пор не заебали эти походы по злачным местам. Может быть, даже стали еще больше нравится. В окружении беснующейся под грохочащую музыку толпы можно было ни о чем не думать, а компания находилась как-то сама по себе. Может быть, он и сегодня отправился бы куда-нибудь, ведь как раз прикидывал, куда именно можно рвануть, когда заиграл сотовый в кармане. И нихрена его не смутил тон Дей. Ну, если только слегка насторожил, потому что быть сегодня жилеткой для страждующих он нихуя не желал.

Проходит каких-то минут двадцать и Юль уже на пороге знакомой двери, да и Дей открыла почти сразу, так что он прошел в квартируя, на ходу стягивая куртку и осматриваясь. Нихуя не изменилось. Зато, девчонка ему показалась какой-то унылой.

- Че, значит, вечер откровений? Только без соплей, окей? – Мартин улыбнулся, прекрасно зная и без ее ответа, что никаких соплей не будет. Ну, то есть, его компания обычно ни к чему такому не располагала. В кармане у него была улетная индейская дурь, а у них впереди еще вся ночь. Хотя, кажется, брюнетка была в легком подпитии. Или даже совсем нелегком. – Есть, че пожрать?

Пришел к жене пожрать – нормально. Дилер улыбнулся и посмотрел на Дей, прикидывая, оценила она шутку или нет. На самом деле, сегодня у него с шутками тоже было не особо, и вчера тоже.
- А в честь чего гуляем? – он устроился в кресле, все еще наблюдая за Дей, только тебе глядя на нее выжидающе.

Отредактировано Martin Juhl (2015-09-17 14:42:01)

+1

4

Blueneck – Have Yourself a Merry Little Christmas
я не читала и не слушала текст, но звучание - да

Он оказывался рядом всегда, когда тебе это было нужно. Может быть, это даже можно было назвать какой-то привязанностью - твоей к нему - когда в некоторые моменты своей жизни ты просто точно, стопроцентно понимала, что сейчас нужен Мартин. Как когда вдруг пришлось срочно, чуть ли не завтра, чуть ли не впопыхах выйти замуж, или когда вдруг хотелось срочно из-за каких-то неурядиц на работе расслабиться с использованием чего-то более запретного, чем питье вина после двенадцати или когда просто нужно отдохнуть, пусть даже и сбив ни в чем не повинную собаку и потом пытаясь вернуться, чтобы ее похоронить.
Ты ведь так и не вернулась тогда.
Качаешь головой, открывая дверь. Ты рада его видеть, да, потому что один его вид успокаивает, потому что рядом с ним не происходит какой-то душераздирающей хуйни, не становится слишком сложно, не становится слишком тяжело и не приходится выпячивать какие-то свои внутренние сопливо-слизистые ущербные черты или качества - можно отключать мозг, отключать сердце, отключать разум - и просто проводить время. Как-то. Неважно, как, важно - хорошо.
У тебя в глазах уже нет тех слез, что, казалось, хотели появиться там, когда ты только набирала номер телефона. Ты даже улыбаешься, увидев его и пропуская его в комнату, а он чувствует себя, как дома, хотя последнее время вы виделись очень редко, реже чем когда-либо за последние десять или сколько вы там знакомы месяцев. А почему - потому что тебе же, блять, взбрело в голову, что у тебя отношения! Даже не так, с большой, сука, буквы. Наивно было полагать, что у тебя хоть что-то получится, как у нормальных людей, ты ведь сама по себе... Не то, чтобы ненормальная, но в плане отношений, любви, привязанности - точно не такая, как обычные люди. И отношения у тебя не получались, не получаются и никогда не получатся, и даже пытаться не стоит, оставить надо все, как есть и перестать выдумывать лишнего.
Заходишь в зал и плечом опираешься на косяк, смотришь на Мартина и улыбаешься одними уголками губ.
- Нет, никаких откровений, - пожимаешь плечами, удивляясь тому, как из головы разом ушли все тревоги, смотришь теперь на Мартина и понимаешь, что хочешь только накуриться, напиться и заняться с ним безудержным и бешеным сексом, чтобы из тебя выбилась вся дурь про любовь и отношения, про чувство вины и про то, насколько ты виновата перед Авраамом за свою неправильность и то, что с самого начала не пресекла этих отношений, - Только если ты сам ничем не хочешь поделиться, - одну бровь приподнимаешь наверх и смотришь на него теперь с ухмылкой. Интересно, что творится в его голове? Чем он живет? Какой он на самом деле? Что он чувствует?
Качаешь головой, потому что нет, не интересно. Не сегодня и не тебе, может кому-нибудь другому. А ты уже давно научилась не задавать лишних вопросов и любила, когда таких же, лишних, не задавали тебе.
- Правда хочешь жрать? - ты не понимаешь, шутит он или говорит серьезно, а потому пытаешься прикинуть в голове, есть ли дома что поесть. Но после недолгих размышлений понимаешь, что все-таки нет... Но слишком удобно забивать свою голову какими-то бесполезными размышлениями, и стараешься вспомнить что-то еще. Безуспешно. Берешь в руки свой бокал, в котором еще осталось немного вина, подходишь к Мартину и отдаешь его ему в руки, - Пить есть. Пей? - последнее слово говоришь со странной вопросительной интонацией и усаживаешься к нему на колени лицом к нему и теперь смотришь на него, ждешь, будет ли он пить или лишь ты одна будешь настолько пьяна сегодняшним вечером.
Откупоренная бутылка вина стоит рядом с креслом и ты неуклюже нагибаешься набок, чтобы достать ее. Придерживаешься рукой за него, за его ногу, но не скользишь рукою никуда ниже, да и вообще сидишь пока спокойно, не ерзая, не провоцируя, не торопя. Отбрасываешь пробку с бутылки и делаешь несколько глотков прямо из горлышка, в полумраке комнаты темно-зеленый цвет бутылки кажется черным и того же цвета видится вино в бокале Мартина. Убираешь волосы назад, не выпуская бутылки из руки и прогибаешь спину, словно потягиваясь. Все это делаешь медленно, размеренно, не торопясь отвечать на его вопрос о поводе встречи - у вас вся ночь впереди, куда торопиться?
- Рассталась с любовником, - наконец выдаешь, пожимая плечами, - Твоя жена изменяла тебе, что ты теперь с ней сделаешь? - немного приближаешься к нему и проводишь рукой по рубашке, опуская глаза, а затем поднимая на него виноватый взгляд, будто бы полный сожаления и мольбы о прощении - ты играешь, потому что хочется чего-то необычного, чего-то нового, чего-то свежего. Сегодня ты готова подчиняться, готова быть слабой, готова быть кем-то другим, но не собой, например, изменившей своему мужу с молодым любовником женой, ведь это не ты, да? Такого не было, этого не было.
На мгновение в голове мелькает мысль о том, что Мартин может не поддержать твою игру. Он ведь не центр сексуальной поддержки или психологической помощи, он может не подстраиваться под твои желания, он ведь приехал покурить, потрахаться как обычно и так же, как обычно, безо всяких лишних эмоциональных подъемов или спадов свалить наутро или даже в ночи. Оставалось надеяться только, что он тоже сегодня искал что-то новое и что-то, что могло бы его отвлечь от того, что сейчас происходило в его жизни.
Чем он живет?..

Отредактировано Deirdre Burns (2015-09-19 13:41:33)

+2

5

Все дело было в его собственном восприятии действительности. Ну, и еще в нежелании принять чужую точку зрения. Потому что, если для самой француженки он был наркодилером, которому она, ко всему прочему, еще и платила, с которым периодически проводила время, трахалась и таскалась где-то, то с его все было несколько иначе. Если бы дилер для себя как-то классифицировал чувства к окружающим, то обязательно знал бы, что это было, но он никогда этого не делал. Любовь, ненависть, неприязнь, симпатия – все это были какие-то слова, которые, по его мнению, были вообще не объяснимы и порой никак не отражали действительности. Короче, нет, копаться в себе он не любил и не любил, когда копаются в нем. Он уже один раз пережил это и теперь не хотел возвращаться в то время.

- Нет, не хочу, - Юль поднял взгляд на брюнетку, наблюдая за ее перемещениями с интересом. Все-таки что-то было в ней не так и не из-за того, что та была бухая. Как-то странно себя вела. Особенно когда неожиданно и неторопливо устроилась на его коленях. Мартин покрутил бокал в руке и придержал девчонку за талию свободной рукой, чтобы та не кувыркнулась на пол. Когда Дей выпрямилась, в руках у нее уже была бутылка, из которой она тут же и отпила. Он последовал ее примеру и сделал глоток из бокала. Ей не нужно было ничего объяснять. Они раньше этим не занимались и сейчас ничего не изменится.

Где-то на этом моменте, брюнетка все-таки выдает причину своего странного поведения – рассталась с любовником. Ну, блять, заебись, сегодня они подобрались как нельзя, кстати, прям анонимный клуб брошенных. Юль улыбнулся, хотя получилось кривовато.

- Судя по всему, жену заела совесть, - заметил он все с той же улыбкой и еще одним глотком допил остатки вина в бокале. Эта игра ему не нравится, потому что она, как бы, наполовину реальна, но он легко принимает ее и с его лица даже пропадает улыбка. Юль опустил руку с бокалом, выпуская его из руки и прекрасно зная, что он не разобьется, ударившись о мягкое покрытие на полу.

Дей напилась, и это могло означать, что она уже, в принципе, наказана своим разрывом с очередным ухажером, что ей и так хреново. По крайней мере, ей точно не лучше, чем ему сейчас. Так почему бы не отвлечь друг друга от реальности и не поиграть в эту иллюзию их брака? Почему бы не представить, что он немного настоящий. Изобразить. У них хотя бы будет шанс на время забыть о причинах их встречи, которые, блять, оказались довольно схожи.

- И что же жена такого нашла на стороне, чего у меня нет, мм? – Мартин поднял руку и со странной аккуратностью заправил за ухо девчонке вновь упавший с ее плеча темный локон, потрогал мочку уха с болтающейся в нем небольшой сережкой. А потом запустил пятерную в волосы на ее затылке, но на этот раз уверенно сжимая так, чтобы ей пришлось слегка запрокинуть голову, чтобы не чувствовать боли от натянувшихся корней. – Расскажи мне, - помады на ее губах и так почти не осталось, но Юль большим пальцем свободной руки стер ее остатки, точнее, размазал и поднял взгляд, пристально посмотрев в зеленые глаза.

+2

6

Дей пыталась услышать вопрос Мартина и понять ответ. Нет, она определенно и сама не осознавала, что было в том мальчишке такого, чего не было в других ее любовниках или мужчинах. На кой черт она вообще придумала себе те "серьезные отношения" и зачем пыталась превратиться во что-то, чем никогда не была и никогда не будет?
В ее пьяной голове все это путалось слишком сильно, она помнила лишь, как рядом с Авраамом было тепло и уютно и как слабо и глупо она себя вела, в результате разбив и себя, и наверняка его сердце. Как так случилось? Как это...
- Ах! - она негромко вскрикнула от того, что Мартин оттянул ее голову за волосы назад - сама виновата, нечего раздумывать о какой-то ерунде, когда рядом человек, который мог бы все сомнения и переживания просто снести, да так, что от них не осталось бы и следа. Наверное. Распахнула глаза и теперь старалась понять, осознать, почувствовать, что ее и сейчас обжигает тепло чужого тела, правда, совсем по-другому, но кто сказал, что это "по-другому" - плохо?
Он дотронулся до ее губ властным резким движением, просил ответа, но Дейдре не знала, что ему сказать. Мысли, которые и так редко были в ее голове в идеальном порядке, теперь были спутаны еще сильнее действием вина, слишком большого количества выпитого вина.
Бёрнс смотрела на него, молчала, почему-то теперь представив, что это какая-то великая тайна и она ни в коем случае не должна ее выдавать. Будто это действительно ее муж, который застал ее на месте преступления и теперь она должна во что бы то ни стало сохранить секрет, не дать ему узнать, почему она предпочла молодого мальчика ему - взрослому, сильному, такому желанному.
А затем резко расслабилась, опустив голову и подняв на него уставший и пьяный взгляд:
- Он был... Наивнее? Чище. По-юношески смел. Даже до глупостей смел, - усмехнулась и придвинулась к Мартину ближе, теперь находясь от него на расстоянии всего несколько сантиметров, шепотом, снова будто играючи - с ее настроением происходило что-то непонятное, оно слишком резко менялось, Дейдре то была готова играть, флиртовать, заигрывать с Мартином, то чувствовала такое опустошение и грусть, что хотелось просто скатиться на пол и лежать на нем, растекаясь лужей винной слизи, из которой, как ей сейчас казалось, она и состояла. Сейчас, на волне флирта, ей хотелось, чтобы Юль сделал с ней что-нибудь, чтобы он выбил из нее всю ту дурь, которая теперь в ней была, как тогда, отдернув ее голову немного назад. Может боль приведет ее в чувство? Мучительная, смешанная с желанием и похотью, в один момент резкая, а потом - монотонная, а затем снова... Дей хотела спровоцировать его, заставить его своей игрой сделать с ней что-то подобное и ему, вроде бы, подобное было по душе, а потому теперь, приблизившись к нему совсем близко, она шепотом продолжила, - Но я поняла свои ошибки... - опиралась руками на подлокотники кресла и почти дотрагивалась теперь до его губ, но лишь выдохнула и спустилась ниже, проведя языком по шее, мягко дотрагиваясь губами, совсем не как взрослая женщина, а скорее как школьница, робко, осторожно, как-то опасливо, а затем продолжила, все-таки подняв взгляд снова на Мартина, - Я прошу прощения, - медленно провела рукой по его груди, затем спустившись ниже и теперь ощущая ладонью грубую и жесткую ткань его брюк.

Отредактировано Deirdre Burns (2015-09-21 12:58:07)

+1

7

Дилер посмотрел на девчонку выжидающе. Вела она себя как-то странно, то смотрела на него так, словно сама сейчас начнет срывать с себя одежду, то, вдруг вся как-то обмякла, будто резко устала или передумала. Ему показалось, что она даже пожалела, что позвонила ему и вот сейчас скажет что-нибудь вроде «нет, ничего не хочу, пойду спать». Он даже слегка расслабил пальцы в ее волосах, дав опустить голову и потянуться к себе.

- Эй, старушка, ты что, нашла себе какого-то малолетку? – он удивленно посмотрел на нее и ухмыльнулся. – Вот это поворот.
Дей не ответила, а он ждал, когда она поцелует его, но нет, через секунду ее губы были уже у него на шее, но снова это продлилось недолго, потому что девчонка вновь перевела на него взгляд, продолжив свою игру и между делом блуждая рукой по его телу, пока еще по одежде.

- Ты плохая актриса, - признался он, наконец-то, но прекращать начатое не стал. Ну, раз она хотела поиграть в плохую девочку, то почему бы и нет? Только, то положение, в котором они находились, совсем не располагало к его инициативе, поэтому пришлось это исправлять. – Я знаю, что тебе не жаль.

Юль даже улыбнулся, но тут же, практически ненавязчиво, перехватил ее запястье, убирая руку и заводя ей за спину. Главное не переборщить и не дать вылезти тому состоянию, в котором он сам находился. А Дей… Ну, на данный момент он ее понимал. Наверное, поэтому метался сегодня между тем, чтобы утонуть в бухле или наведаться в Барракуду. Она ведь тоже ждала, что подобная встряска могла  бы слегка отрезвить ее или, если точнее, оставить пустоту внутри. Привести ее в то состояние, когда больше хочется зализывать физические раны, чем забивать голову душевными.
Блять, философ из него был еще тот.

Мартин свободной рукой перехватил девчонку и поднялся с кресла, придерживая ее и не дав скатиться на пол со своих колен. Хотя, одну ее руку он так и удерживал за ее спиной, ощутимо сжимая запястье и заглядывая в глаза теперь уже по-другому, немного, но возвышаясь над брюнеткой.
- А я люблю, когда людям по-настоящему жаль, - дилер усмехнулся и отпустил руку девчонки, правда, только для того, чтобы снова взять ее за волосы и потянуть к спальне. Не дергая конечно, но уверенно удерживая рядом с собой. – До слез. Понимаешь?

+1

8

- Нет, мне жаль, правда... Ау! - Дей вскрикнула может немного громче, чем было больно на самом деле, когда Мартин поднялся вместе с ней, с заведенной ей за спину рукой, сейчас нужно было постараться забыть обо всем, что вертелось в ее голове, нужно было раскачаться и перестать думать вообще, в принципе о чем-либо. Вино не помогло, а лишь усугубило ситуацию - до приезда Юля ей было так плохо, как не было, наверное, последние пятнадцать лет, ведь опустошение и вину за расставание с кем-то она ощущала только после разрыва с Джеком.
Сравнивать Авраама и Джека могло прийти в голову только умалишенной Бёрнс, пьяной, разбитой, совершенно потерявшейся и не представляющей, что делать дальше. Ей нужно  было, чтобы Мартин сжал ее руку сильнее, нужно было, чтобы он потащил ее за волосы жестче, чем вел теперь, нужно было, чтобы он сделал с ней что-то, что поможет ей переключиться с нынешнего своего состояния на что-то другое. Когда уже не будет в голове сравнений, а будет только новое - новые впечатления, новые следы от слишком жестких захватов, может быть синяки - что угодно и Дей готова была ко всему и строила из себя виноватую, чтобы еще сильнее спровоцировать его, спровоцировать на максимум его жестокости.
И почему она никогда не задумывалась над тем, что чувствует сам Мартин? Ну, может потому что он участливо никогда не интересовался тем, что чувствует она?
- Понимаю, - ответила шепотом и сбитым голосом, каким-то хриплым, слабым и не узнала сама себя. Она чувствовала руки Мартина в своих волосах, чувствовала, как он ведет ее куда-то и вдруг в ее голове что-то переклинило. Зачем ей это? Почему она вдруг начала играть в виноватую жену, которую муж застал за изменой с любовником?..  Как эта ненастоящая, искусственная игра поможет ей прийти в себя?
Он бросил ее на кровать и теперь Дей лежала на спине, приподнявшись на локтях. Она смотрела на него снизу вверх и начала правда его бояться - может Мартин действительно захочет играть это и сейчас будет издеваться над ней, как над провинившейся девчонкой. Нет, ей этого вовсе не нужно было, пусть лучше достанет косячок из лучшей зелененькой когда-то травы, заберет вино из шкафчика на кухне, на этикетке которого нарисована какая-то птица вроде колибри и они просто посидят и покурят, а потом потрахаются. Как обычно, а?
- Мартин-Мартин, я придумала, - начала говорить она, отодвигаясь от него и отползая назад по кровати, которая в этой квартире какого-то хрена была двуспальной и большой, сейчас Дей не отказалась бы чтобы она была обычным диваном, с которого легко было улизнуть. А по этой двигайся-двигайся - и конца и края ей нет. Дейдре так казалось. У страха глаза велики, вроде как, и сейчас она смотрела на парня, который возвышался над нею и, черт побери, он правда был сильнее её, - Давай просто посидим? Что за бред мы развели, а? Мартин, пожалуйста, не надо, а? - когда Дей в последний раз боялась кого-то в постели? Точно не последние полгода, когда рядом всегда был... Как его там звали?..
Теперь и правда пропали все мысли из головы, остался только необъяснимый страх перед Мартином и желание, которое Дей старалась в себе подавить. Она не будет подчиняться ему и если он сейчас попробует что-то ей сделать - станет сопротивляться, толкать его, кричать, кусаться, делать что угодно - но без единой мысли  о душевной боли в голове.

+1

9

Все телки – актрисы. У них от природы охуенный талант играть слабых, играть жертв, играть ебнутых на всю голову мегер или нежных овечек. Но все это было полной хуйней, потому что, на самом деле, из них рано или поздно вылазило их равнодушное дерьмо. Истинное лицо, показывающее, что она срать на тебя хотела, как и на все твои телодвижения рядом с собой. Она же вся такая самостоятельная и дохуя деловая, она сама управляет собственной жизнью. Королева, мать ее.

Если бы Юль не среагировал бы на провокацию, он бы не был собой, наверное. Как обычно, очень легко на это поддался, как бы ни старался в такие моменты держать себя в руках. Оказавшись в спальне, дилер пихнул девчонку на кровать, и пока она что-то щебетала, изображая испуг, расстегнул пару верхних пуговиц на рубахе, цепляя ее со спины и стянув с себя, отбросил в сторону. Он знал сценарий этих игр, они ему нравились, а потому едва ли сейчас он обращал внимание на все реплики Дей. Только улыбнулся как-то странно и схватил брюнетку за лодыжку, уверенно дернув на себя, чтобы та снова оказалась ближе, предварительно проехавшись спиной по покрывалу, от чего платье на ней задралось.
- Тш-ш-ш. Тихо, - вряд ли, конечно, она кричала бы. По крайней мере, Мартин этого не ждал. Ну, он слышал, как она кричала в каких-то порывах веселья, но не вот так, когда получает то, чего хотела. – Обязательно посидим, пупсик. Позже.

Еще какое-то мгновение и парень уже сидел на ней сверху, цепляя ворот платья и потянув в стороны. Разбираться, где там расстегивается тряпка, он явно не собирался, поэтому послышался треск швов. Видимо, молния была на спине и лопнула именно она, но какая нахуй разница. Ему вообще стало не до размышлений, когда брюнетка засопротивлялась, пытаясь скинуть его и тем самым, наоборот, раззадоривая еще больше.

Кажется, она даже слегка протрезвела. По крайней мере, взгляд у нее стал более осмысленным. Вот только у самого Мартина состояние менялось на прямо противоположное, будто какая-то пелена перед глазами и дикий азарт, конечно, а еще желание таки получить свое. Он сдернул верх платья с ее плеч, тем самым заставив уже самостоятельно вытянуть руки из рукавов. Конечно, она сама высвободилась, иначе бы, у ее не было возможности дальше отбиваться от попыток раздеть ее. Хотя, много ли оставалось? Просто, теперь ему пришлось забыть о том, чтобы полностью избавить ее от одежды. К тому же, как только девчонка высвободила руки, то он тут же получил по морде.

- Блять, не дергайся! – дилер нервно рыкнул и перехватил запястья брюнетки, прижав их к постели и наклоняясь к ее лицу. – Не дергайся.
Хотя, ему уже было похуй. Юль выпустил ее руки, выпрямился и снова отдернул вверх подол платья, который Дей уже успела опустить, и схватился за трусики, рванув тонкую тряпочку на бедре. Вот, в общем-то и все, ему оставалось только самому избавиться от шмоток.

Раз брюнетка явно сдаваться не собиралась, Мартин слегка приподнялся и рывком перевернул ее на живот, после чего снова сел сверху и принялся расстегивать ремень на брюках. Ремень, а потом и застежку с молнией на брюках, приспуская их уже вместе с бельем. Сплюнул на свои пальцы, размазав слюну о головку члена, и через секунду резким толчком вошел в брюнетку, сразу принимаясь двигаться. Что было хорошо, так это то, что в такие моменты хочет девчонка или нет, она все равно потечет. Потому что, против физиологии хуй попрешь.

Отредактировано Martin Juhl (2015-09-28 12:05:04)

0

10

Мартин не слышал ее. Или делал вид, что не слышит. По крайней мере, он не остановился, а продолжать ныть и вопить со словами "не надо" Дей считала ниже себя. Нет, она просто сейчас возьмет и врежет ему со всей силы кулаком или даст пощечину, которая его протрезвит, потому что сама она уже полностью пришла в себя. Вот сейчас. Нет, вот теперь...
Он резким рывком потянул ее за лодыжку к себе и Дейдре вскрикнула. В его глазах она видела какое-то бешеное желание закончить начатое, довести дело до конца, и она успела пожалеть о том, что начала его провоцировать на что-то подобное. Чем она думала вообще?
Взялся за ее платье и разорвал его к чертовой матери, сидя сверху, она в это время пыталась отбиться от него, кулаками била его по ногам и вообще куда только могла попасть, пробовала скинуть его с себя, освободиться от него, но он, кажется, это оценивал лишь как следующие провокации.
- Отпусти меня, - сказала тихо, спокойно, без визга и без испуга в голосе, стараясь заставить его отказаться от этой дурацкой идеи резкой сменой настроения, может хотя бы так он поймет, что она не шутит? Но все было бесполезно, после этой фразы он стянул с нее зеленое платье и порванная молния, зацепившись за волосы, очень больно рвала их на голове Дей. Она снова вскрикнула, на этот раз от боли, в глазах сразу появились слезы - безусловные рефлексы организма, реакция на резкую и сильную боль - и, когда ее руки освободились, Дейдре размахнувшись дала Мартину пощечину. Смотрела на него со злостью и с болью в глазах, уже не умоляя отпустить, а просто ненавидя его и злясь на него за то, что он делает. Сама виновата, сама дура - спровоцировала его на это она, и не отрицала теперь этого, но просить, умолять, убеждать отпустить - больше не было желания. Пусть только попробует запихнуть член ей в рот - и она откусит его, не заботясь о последствиях.
Он отпустил ее руки и она на автомате попробовала одернуть юбку того, что осталось от платья, но руки Мартина были сильнее - он снова его задрал и следом за этим порвал ее трусики. В голове Дей все смешалось, ей одновременно хотелось кричать на него, орать, бить его и отталкиваться и вместе с этим хотелось обмякнуть и дать ему доделать то, что он начал, не сопротивляясь. Ведь сопротивление его только раззадоривает, верно?
Но проще было решить быть спокойной, чем быть ею на самом деле.
Он оставил ее теперь полуобнаженной с рваным платьем и рваным нижнем бельем, и Дейдре снова попыталась ударить его, но на этот раз Мартин решил проблему даже не крепким захватом тонких запястий Бёрнс, а перевернул ее на живот. Ворон на спине, который по задумке должен был ее оберегать, теперь был бессилен. Ей не оставалось ничего кроме как подчиниться его действиям и теперь она приподнялась на руках, оглядываясь назад и теперь снова пытаясь что-то сказать, когда она не видела его лица, казалось, будто он все-таки сможет ее услышать и успокоиться:
- Мартин, не надо, - она видела, как слюной он смочил свои пальцы и все-таки отвернулась, наклонив голову и теперь говоря куда-то вниз, - Мартин, прошу... - резким толчком он вошел в нее и Дей крепко сжала простынь кровати пальцами.
Он был груб, она чувствовала его в себе, чувствовала каждое его движение, потому что сама стала мокрой совсем не сразу. Дей пыталась прижаться животом к кровати, чтобы он не входил в нее так глубоко, но Мартин властно брал ее бедра и насаживал на твердеющий с каждым его движением все сильнее член. Она еще пыталась что-то говорить, но слова терялись в сбившемся дыхании и вздохах - она чувствовала унижение, она чувствовала его сильнее, чем боль, сильнее, чем удовольствие от такого секса, понимала, что получает по заслугам, за всю ту хуйню, что творила раньше сама, получает боли физической за ту моральную, которую причиняла другим людям.
Может быть она бы уже сдалась и начала получать удовольствие от Мартина внутри нее, но что-то заставляло ее все еще сопротивляться. Теперь она догадалась подняться на руках, чтобы как-то извернуться и выскользнуть из-под него, но вместо этого сделала только хуже, ведь теперь он мог подняться на колени и схватить ее за талию так сильно, что она уже точно не сможет выбраться из его жестких и грубых рук.

Отредактировано Deirdre Burns (2015-09-28 15:49:14)

+1

11

Юль почти с самого начала, как только они оказались в спальне, упустил ту нить их поведения, которая должна была считаться игрой. Ну, или, может быть, чуть позже, когда Дей стала играть из себя недотрогу. Теперь он и вовсе об этом не думал. Он вообще ни о чем уже не думал, просто трахал любовницу. Может, надеясь выплеснуть так свои собственные эмоции, свою злость. На Софи, на себя, за то, что повелся на все это, на всех этих чертовых сук, на Дей, которая сначала хотела одного, а потом совсем другого. Он не задумывался и о том, что делает девчонке больно, потому что уже не особо себя контролировал. Она сама напросилась, сама. Она ведь никогда не вела себя так раньше, так какого хуя взялась его цеплять? В следующий раз будет думать головой.

Ее попытки сопротивления выглядели уже довольно жалко, и Мартин думал, что скоро они и вовсе сойдут на «нет», что, в конце концов, брюнетка приподнимет задницу навстречу и, может быть, даже попросит его продолжать в том же духе, но нет. Точнее, приподняться-то, она приподнялась, но это была очередная попытка увернуться, которую дилер всего лишь не упустил. Поднялся на колени и крепко перехватил девчонку за талию, продолжая сильными и уверенными движениями вбиваться в нее. Она уже была мокрая, так что каждый толчок давался все легче и становился резче, пока движения Юля не перешли в монотонную долбежку.

По любому на ее бедрах останутся синие отметины от его рук, но ни его, ни ее это не волновало. Ну, учитывая поведение девчонки, это было не единственным неудобством и не особо существенным на общем фоне происходящего, так что вряд ли она вообще об этом задумывалась, а он просто действовал так, как ему было удобнее, как ему хотелось поступать в данный момент. Мартин наблюдал за тем, как вздрагивают ягодицы любовницы от каждого движения, вслушивался в ее тяжелое дыхание и редкие стоны и чувствовал, как возбуждение накатывает новой волной.

Черт побери, ну, он же просто заехал посмотреть, как у нее дела, что нового, может, немного поболтать о какой-нибудь хуйне. Вряд ли, кто-то из них предполагал, что все так закончится. Или все-таки? Раз Дей встретила его пьяная, то значит, были какие-то причины для переживаний. Ну, а вообще-то, это она сама его начала провоцировать. Так что, возможно, это он тут оказался таким наивным малым. Юль еще несколько раз двинул бедрами и слегка притормозил, одной рукой, прихватывая темные волосы девчонки и пару раз обмотав их вокруг ладони, тем самым лишая последней возможности дернуться куда-либо. Медленно выскользнул из любовницы, наблюдая за своими движениями и потом снова вошел резким толчком, продолжив двигаться.

Отредактировано Martin Juhl (2015-09-30 15:37:44)

+1

12

Дей зажмурилась так сильно, что у нее заболели глаза. Ей было больно, но она все равно не открывала глаз: не хотела сейчас видеть трясущейся комнаты, не хотела понимать, как сейчас трясется ее тело от частых и глубоких толчков Мартина, не хотела осознавать его в себе. Она чувствовала обиду, она чувствовала злость и ненависть и думала лишь о том, как после того, как все закончится, она отомстит ему, кинув в него стул или горшок с цветами или что-нибудь такое.
Мысли в голове путались, но что Дейдре ясно понимала - что не хочет получать удовольствие от того, что он делает. Она сильная, она никогда не позволяет издеваться над собой в постели, ей просто не может нравиться то, как мужчина доминирует над ней и насильно трахает ее, да еще и так быстро.
Она чувствовала, как сильно его пальцы давят на кожу на талии, как он сжимает ее в своих руках. Это заставляло ее чувствовать себя слабой и она противилась этому чувству: держалась жестко, будто в спину вогнали железный прут, пыталась сделать так, чтобы ритмы их движений не совпадали и не шла бедрами ему навстречу. Но Мартин, похоже, почувствовал над ней такую власть, что сжал ее талию в руках еще сильнее и буквально насаживал тело Дей на свой член с каждым толчком.
Из ее груди вырвался стон. И что-то теперь изменилось. Дейдре вздыхала, стонала, она давала Мартину двигаться в ней так, как он хотел сам, не двигаясь ему навстречу, а, кажется, все-таки приняв роль жертвы. Она раскрыла глаза и вытянула руки вперед, все так же цепляясь пальцами за простынь, прогнула спину, опустившись лицом  и грудью почти к самой кровати, теперь Мартин входил в нее еще глубже и сильнее, а она все отчетливее ощущала, как возбуждение и боль от его рук на талии смешиваются в наслаждение и удовольствие.
Вскоре она уже скулила, находясь почти на грани удовольствия и даже снова говорила ему, чтобы он не был так груб, на деле желая, чтобы он входил в нее еще резче и грубее, схватил ее за волосы, довел бы ее до самого пика, а потом за мгновение до -  остановился бы и так и не дал ей кончить.
В голове спуталось все окончательно, она стонала, как маленькая сучка, и выгнула спину еще сильнее, она была уже на пике удовольствия и боли, и очень хотела, чтобы Мартин испытал это вместе с ней. И чувствуя, что он уже тоже на пределе, поднялась на руках и начала двигаться навстречу ему, чтобы они смогли испытать это одновременно. Она стонала, а затем перешла на крик, ударяясь задницей об него и чувствуя его в себе.
А затем все произошло как-то слишком быстро: она почувствовала, как в нее выливается что-то горячее и из-за этого оргазм был еще ярче и сильнее, чем обычно. Дейдре еще раз вскрикнула, не боясь разозлить соседей, хоть стены в этом блочном доме и были больше похожи на картонные, а потом обессиленно упала на кровать.
Ее колени тряслись, а между ногами ощущалось что-то очень теплое и липкое. Оголенная грудь поднималась и опускалась в тяжелом дыхании.
Как вульгарно и как... хорошо.

+1

13

Она же, в общем-то, получила то, что хотела. Прям таки, не больше и не меньше. Надо сказать, что держалась она до последнего, а потом, как Мартин и ожидал, сдалась – застонала и начала двигаться навстречу. Причем, движения были сходу очень уверенными, так что девчонка только убедила его лишний раз в том, что он был прав относительно своих действий. Она даже прогнулась ниже к кровати, теперь уже добровольно отдавая инициативу в его руки, и толчки стали ощущаться сильнее.

Он не особо пытался разобраться, что она там бормотала. Кажется, снова просила не хватать ее так сильно, но Юль продолжал с силой сжимать ее бедра и рывками входить в любовницу, заставляя ту вздрагивать от своих толчков, дергая на себя каждый раз, когда снова входил. Вряд ли, сейчас дилера посещали мысли о том, чтобы растянуть удовольствие. Нет. Скорее наоборот, закончить все так же быстро, как все это и началось. Он уже чувствовал приближение долгожданной разрядки, когда брюнетка, вдруг, снова поднялась на четвереньки и активнее стала двигаться навстречу. Лично его хорошо так пробрало, до крупной дрожи, прокатившейся по телу, до глухого рычание, вырвавшегося из горла. Они вместе кончили, одновременно, Мартин чувствовал, как девчонку потряхивает в оргазме и замер, какое-то время просто прижимая ее к своим бедрам, пока ощущения не стихли, а потом выпустив и легко шлепнув по ягодице. Проследил, как Дей соскользнула с члена и медленно легла на постель, а потом перевернулась.

Юль тоже улегся на кровати рядом, устроившись на спине и закинув руку под голову. Лениво прикрыл глаза, давая себе минут пять перевести дыхание. Захотелось выпить, в горле чувствовался сушняк, но двигаться пока не хотелось, только кайфовать от приятной опустошенности после оргазма. Пять минут прошло или десять, дилер не засекал, но, в итоге, все таки зашевелился, приподнялся на локте и посмотрел на брюнетку. На ее расслабленное лицо, разорванное платье и все еще болтающиеся на ноге трусики.

- В душ пойдешь? – Мартин поправил белье на бедрах и уселся, шарясь по карманам брюк. Вытащил измятую пачку сигарет и достал одну, прикуривая. Кажется, в гостиной они оставили вино. Пили же?
Ответа он ждать не стал, поднялся с кровати, на ходу подтягивая брюки и сначала прогулялся до гостиной. Спокойно докурил, раздавил остатки сигареты в пепельнице и поднял бутылку с пола, у кресла, жадно прикладываясь к горлышку. Между прочим, он бы ни сколько не удивился, если бы следом, в дверях комнаты появилась брюнетка и начала бы его гнать. Это даже было бы логично. Вот только Дей не появилась, так что Мартин, выжрав половину вина, которое еще оставалось в бутылке, направился прямиком в душ.

+1

14

"Что я творю?.." - Дей закрыла глаза и лежала, приводя дыхание в норму. Теперь не слышно было этих хлюпающих звуков и шлепков их с Мартином тел друг от друга и слух резала пронзительная тишина, прерывающаяся только сбивчивым дыханием их двоих. Она не хотела открывать глаза, вместо этого пытаясь прийти в чувство и вспомнить, зачем вообще начала все это сегодня. Но талия, за которую Мартин хватал ее так крепко, так сильно ныла, что собрать мысли в кучу просто не получалось. Внизу живота все горело, она поводила ногами по кровати и почувствовала между ногами что-то липкое и горячее - и ее, и Мартина, теперь это уже было не важно.
Дейдре услышала, как он садится на кровати, прикуривает сигарету. Самой курить хотелось до невозможности, но еще больше хотелось лежать и не двигаться. Поэтому она только открыла глаза и теперь следила за ним взглядом, разглядывая причудливые и странные узоры на его спине. Она вдруг поняла, что никогда еще до этого не спрашивала его, что значат все эти татуировки и на кой черт он вообще забивается. Дей разглядывала каждый элемент и даже сделала вдох, чтобы спросить, что значит хоть что-нибудь, но Мартин встал с кровати, спрашивая ее о душе, и ушел в гостиную.
Нужно было приходить в себя. И в душ тоже нужно было. Она позволила себе еще немного полежать на кровати, не делая резких движений и даже не потягиваясь - в теле чувствовалась приятная слабость, которую не хотелось терять так просто, но через несколько минут Дей все-таки тоже села на кровати и, стянув с себя остатки белья и платья, нагая пошла в сторону душа.
- Пойду, - сказала улыбнувшись, очутившись рядом с Мартином под теплыми потоками воды.  Теперь в мире остались только она, ее муж и капли воды, разбивающиеся об ее мягкую кожу. Она подошла еще ближе к нему и теперь касалась его грудью, мягко водя руками по его телу. Посмотрела на него снизу вверх, улыбнувшись лишь уголками губ и опустилась ниже, теперь одной рукой проводя по его члену, смывая с него их смешавшиеся соки, а другой - так же смывала это с себя.

+1

15

Мартин настроил воду погорячее, становясь под струи и подставляя лицо воде. Сейчас уже он тем более не собирался думать о произошедшем, решив оставить все так, как есть – Дей сама этого захотела, сама довела его и, в общем-то, получила то, чего так желала. Он же почти не переступил каких-то там границ, хотя, ему, в принципе, было похуй, оттолкнет он ее от себя таким поведением или нет. Они были друг другу никем, не считая фиктивного брака. Он свое обещание выполнил, они ничего друг другу не должны. Ну, разве что, развестись по истечению оговоренного времени, для чего им придется встретиться еще раз.

Брюнетка все-таки появилась в душе. Молча прошла, присоединившись к нему, и помогая смыть с тела следы их недавнего развлечения. Юль приобнял любовницу, посмотрев в зеленые глаза с интересом. Не то, чтобы ему реально интересны были эти перемены в ее поведении и их причины, но все-таки конкретно в ее поведении он такое наблюдал в первый раз.

Он неторопливо ополоснулся, дождавшись Дей, обтерся, а потом вернулся в спальню, где остались его вещи. Чуть лениво натянул их на себя, проверяя по карманам, ничего ли не забыл, и поспешил покинуть квартиру Дейдре. Ну, не развозить же обсуждения на кухне. Хотя, он не прочь бы был еще выпить, только где-нибудь за пределами четырех стен квартиры.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » break my fall