vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Она проснулась посреди ночи от собственного сдавленного крика. Всё тело болело, ныла каждая косточка, а поясницу будто огнём жгло. Открыв глаза и сжав зубы... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » What's Cookin' Doc?


What's Cookin' Doc?

Сообщений 21 страница 40 из 41

21

С ума сойти. Все время напряженно наблюдая за копошениями маленького грызуна по плечу Ринальди и слушая того вполуха, Ливия едва не сорвалась и не выдала себя громким смехом, когда мужчина, почувствовав коготки зверька на шее, решил, что это она с ним заигрывает. Но все-таки сдержалась, закусив губу, и изобразила полнейшее удивление и даже испуг, когда грызун полетел ей на колени.
- Боже! - воскликнула в унисон Майку, реакция которого превзошла все ее ожидания. Она, конечно, предполагала, что он вздрогнет, дернется и даже выругается от неожиданности, но его испуг оказался куда сильнее, а последствия серьезнее. Руль в его руках загулял, а машину стало нехило заносить из стороны в сторону, и в эти секунды Андреоли уже стало не смешно. Идея пришла ей в голову внезапно, и она совсем не подумала о том, что своей выходкой может угробить их обоих. Сердце ее учащенно застучало, а она сама покрепче вцепилась в панель перед собой, чтобы при очередном вираже не отлететь в сторону.
Надо отдать Майку должное, он все же справился с управлением и вывернул седан к обочине, где и притормозил, чтобы перевести дух. Выдохнула и Ливия. Впрочем, сделала она это рано - на нее тут же посыпались ругательства разъяренного гангстера. Ей только и оставалось, что раскрывать рот от возмущения и строить из себя невинную жертву обстоятельств. Признаваться в шалости она ни за что не собиралась, иначе могла себе представить, что ее ждет в таком случае от взбешенного Ринальди.
- Да причем тут я! - состроив оскорбленное выражение лица, глянула на Майка, как на ненормального. - Откуда я знала, что клетка плохо закрыта! - скрестив руки на груди, она обиженно отвернулась к окну и напряженно замолчала, испытывая неосознанное удовольствие от всей ситуации. В глубине души ей нравилось видеть мужчин такими. Нравилось выводить их на искренние эмоции, раскалять обстановку и самой получать от них ответный заряд, способный встряхнуть и взбередить душу. Сознанием она, конечно, это всячески отрицала. Взвинченная едва не случившейся аварией и поведением Ринальди, про себя она сейчас ругала его всеми известными бранными словами и в конкретно данную минуту не хотела признаваться себе в том, что сама поступила бездумно, подвергнув их жизни риску.
Судя по тому, как молча завел мотор и дальше покатил машину вдоль мексиканоизированных кварталов Майк, он тоже пытался справиться с накрывшими его эмоциями, а быть может, уже жалел, что ни за что ни про что накричал на женщину. А значит сыграть оскорбленную невинность ей удалось неплохо. Одна только мысль об этом уже остудила пыл Андреоли, и постепенно она стала успокаиваться. В итоге, вспоминая, как все-таки забавно выглядел суровый гангстер, (который наверняка замочил за свои годы не одного человека), перепугавшись безобидного крысеныша, она даже стала закусывать губы, силясь не улыбнуться и не выдать своего веселья.
Когда они остановились, наконец, у нужного дома, объявился и хвостатый виновник, отлетевший куда-то в сторону и пропавший из вида во время опасной езды. Грызун скользнул хвостиком по щиколотке Ливии, и та подобрав его, отправила обратно в клетку. С Майком они так и не обмолвились ни словом, ибо тот с грозным и решительным видом, закрыв машину, прошел мимо нее и скрылся в нужном здании. Не ожидая от разговора с Фентоном какой-то жестокости или особых разборок, Ливия так же молча отправилась вслед за ним. Тем более, закрыв тачку и оставив ее снаружи, ей как бы намекнули идти следом, что она и сделала.
При знакомстве этот самый Фентон оказался накаченным ниггером с высокомерно выпирающей нижней губой, что Ливии не понравилось сразу. Так уж повелось, что отношения с черномазыми у нее не складывались, и сегодняшний день не был исключением.
- А ну-ка закрой свой рот, - процедила она сквозь зубы, задетая его оскорбительными словами. Но еще больше ее возмутило, что рядом стоящий друг совершенно не торопился ее защищать и вообще удивлял поразительным хладнокровием, если не сказать даже, безразличием. Впрочем, уже скоро оказалось, что все это было лишь прелюдией к фееричному и жестокому шоу, которое устроил консильери, парой резких ударов повалив негра на пол и став душить цепочкой. Особо впечатлительной в этом плане Андреоли не была - драки между мужчинами ей и так случалось видеть не раз, а этот ушлепок, после того, что сказал, однозначно заслуживал и ударов похлеще. Немигающим напряженным взором Ливия хладнокровно проследила за всем действом, пока наконец не осознала, что Майк настолько вошел в раж, что сейчас был в паре секунд от того, чтобы прикончить ублюдка.
- Перестань, хватит, - тихо, но настойчиво сказала она, сжимая сзади мужское плечо. - Он нам еще нужен. - Как бы это ни было прискорбно, но они сейчас зависели от этого черномазого урода, и перегибать не стоило. Может, его и без них сделают разменной монетой, когда узнают, что он учинил с инспектором. К слову, после побоев ниггер стал куда более сговорчивым и спеси своей поубавил. При пояснениях Ринальди насчет Ливии и ее своеобразной рекомендации, еле дышавший Фентон поднял на нее глаза, но говорить ничего не торопился.
- Не слышу извинений, - помогла с выбором правильной тактики и, спустя пару секунд тишины, повторила уже громче, чеканя каждое слово: - Не слышу извинений. - На распластанного у ее ног ниггера при этом она глядела сверху со смесью стойкого отвращения и жалостливого пренебрежения.
- Извините, - прокряхтел наконец Фентон, без сил скрючившись на полу от дикой боли в области помятого солнечного сплетения.
- Другое дело, - слегка кивнула и перевела взор на Майкла. Взъерошенный после схватки, с еще горящими глазами, он напоминал какого-нибудь дикого зверя, навроде волка, только что чуть не разорвавшего свою жертву и неохотно отступавшего обратно в лес.
- Ничего, - отозвалась она на его бурчание, когда они уже спускались вниз, и задумчивым тоном отпустила сомнительную похвалу. - Нехило ты ему всыпал... - Последняя угроза про продажу на органы хоть и могла показаться Фентону черным юмором, но до недавнего времени перспективы такие были вполне реальными. Будучи капитаном запада, Куинтон не раз грозился исполнить подобную угрозу, когда решал возникшие у хозяйки "Парадиза" проблемы. Так что, Майкл мог не беспокоиться за то, что увиденное сильно ранило Андреоли. Обычно окружавшие ее мужчины не церемонились и устраивали разборки прямо у нее на глазах, поэтому в сознании непроизвольно образовался эдакий щит, не пропускавший сантименты и эмоции. Внутри, конечно, так или иначе все еще невольно сжималось при виде особо жутких сцен, но она старалась это в себе подавлять.
- Все в порядке, - смиренно опустив глаза, мягко ответила Майку, когда тот (надо же!) извинился перед ней за произошедшее. - Хоть и крайне неприятно... - Весь ее вид, однако, вопреки заверениям, как бы говорил: да, чувствуй свою вину, безжалостный чурбан. - Поехали уже в гостиницу, - попросила севшим изнуренным голосом, больше поддерживая свою игру в слабость, чем на самом деле испытывая ее. Она была уверена, что мужчинам иногда полезно почувствовать себя виноватыми. С Марчелло, по крайней мере, до поры до времени это всегда срабатывало. Наиздевавшись и учуяв от жены обиду, он с искренним раскаянием приходил мириться, и у них бурным всплеском все начиналось заново. Правда, однажды Ливии надоело ходить по кругу и разочаровываться в муже. В один момент она осознала, что ей наплевать, где он, с кем он, чем занимается и что ей говорит. Наверное это и был конец.
А перед Майком Ливии сейчас даже стало немного стыдно за то, что так бессовестно подшутила над ним в машине. Она ведь сделала это не со зла и не потому что высмеять его собиралась, а потому что просто хотела повеселиться над ситуацией вместе с ним. Не думала она, что все обернется такой бурной реакцией. Ведь не смотря ни на что, он ей даже нравился. В какой-то степени.

+1

22

- Терпеть не могу крыс. -  разворачивая тачку, Майк покачал головой. Нажал на педаль газа - и Линкольн сорвался с места, оставляя позади дом нахального фейсконтрольщика, а потом и вообще Старый Город. - Как с хвостами, так и без. -  консильери решил пошутить, чтобы сгладить как и нелепый эпизод, произошедший на дороге, так и  эпизод в квартире негра. Все-таки он полагал, что всякие такие потасовки - не совсем для глаз особ прекрасного пола. А считать Ливию больше солдатом, чем женщиной, как, возможно, хотел бы тот же Гвидо, у него все же не слишком получалось. Возможно, потому что она была слишком красива и... Не являлась ковбоем в юбке. - Мерзкие твари - и те, и другие. Впрочем,  в каждой шутке есть только доля шутки - разве не было символично, что в целом любивший животных Ринальди не выносил длиннохвостых грызунов почти столь же сильно, как названных их именем стукачей. И корни этого, видимо, росли из детства - психологи бы порадовались. - Мой дедушка, Сильвио, часто мне рассказывал, что когда пересекал Атлантический океан, то они на корабли их прямо-таки кишели. Матери пытались устроить своих детишек повыше, чтобы ночью им не отгрызли носы или уши, а одному бедняге так искусали руку, что началась гангрена и пришлось ампутировать три пальца... Брезгливо скривился.  Ребенком Майк нередко представлял себе пищащих, хитрых, подлых созданий, кружащих вокруг его и без того измученных дорогой в страну свободы соотечественников. Потом хмыкнул и поглядел на Ливию. - Хотя, может, дед и заливал или преувеличивал, любил он меня попугать всякими байками, чтобы жизнь медом не казалась...  Сил-то ведь, может, ехал не на битком набитой нижней палубе, как самые нищие итальянцы, а умудрился сунуть кому-то взятку и выбить какую-никакую конуру получше? Хотя, конечно, хлебнуть  лиха в Америке ему потом пришлось. Ринальди припарковал автомобиль около отеля, вышел, провел рукой по волосам. Почему-то его начало сильно клонить в сон - тогда как обычно перед всякими ответственными мероприятиями он, напротив, подолгу бодрствовал. - Завтра доделаем  работу - и отдохнем. Откроем бутылочку шампанского, а? Остаток вечера, ночь, последующие утро и день пролетели, на удивление, относительно быстро.  Когда гангстер, зевая, открыл глаза, его смартфон уже вовсю трезвонил. Винни доложил, что француз-мишленовец сел в такси около аэропорта - и немедленно попал под слежку мафиози.  Просидев несколько часов как на иголках, Ливия с  Майком наконец были проинформированы, что,  обнаружив в "Шелковом Пути" закрытые двери, озадаченный инспектор отправился в "Оушен Румс", где у предприимчивых сакраментян уже был зарезервирован столик.  И где неприятным советнику криминального клана зверькам предстояло потрудиться.  После стремительной поездки на машине по улицам Сан-Диего,  мужчина с женщиной вскоре уже вошли  в округлое здание, напоминавшее формой батискаф, и спустились вниз в его подвальные залы.  Когда официант в каком-то светоотражающем кимоно усадил Андреоли с Ринальди, то Майкл, оглядевшись, сумел оценить оригинальность интерьера. Кругом была вода и переливающееся стекло - такое впечатление, что им предстояло обедать в субмарине или внутри аквариума. По полу, покрытому тонкой материей, ползали лиловые, бурые и синие пятна подсветки. С помощью тех же самых спецэффектов вместо потолка над головами клиентов словно колыхались могучие волны - казалось, что находишься на дне морском.  За прозрачными стенами плавали крупные разноцветные рыбы, живые каракатицы и омары.  Публика же была моложе и стильнее, чем у Гастона  - чувствовалось, что заведение считалось не просто модным, а тусовочным.  От него пахло шоу-бизнесом. - Что вам угодно, сэр? -  служитель обратился к мобстеру, кажется, уже во второй раз - больно он засмотрелся на силуэты парусных кораблей, которые, в виде теневых картинок, начали кружить по обоям. -  Ммм... Обжаренные гребешки под острым соусом, с артишоками и спаржей.  - в тематическом заведении следовало заказывать морепродукты - потому Майки так и сделал.  В сущности, он бы с удовольствием съел что-то вроде лобстера или стейка из меч-рыбы, однако боялся требовать блюда, которого будут готовить слишком долго. Ведь им надо было в  какой-то момент все бросить и последовать за испуганным внезапно воцарившейся антисанитарией Мартье в "Дайкири", чтобы проконтролировать то, как справится со своей задачей Фентон.
- А ты что будешь? - Ринальди передал меню Ливии. - Шикарное местечко, слушай, я бы сюда и просто так сходил. Хотя вообще больше по мясу, чем по рыбе... Хитро подмигнул хозяйке "Парадиза", понизил голос до шепота. - Может после сегодняшнего и цены  упадут, а? О, смотри, вот и он... И, действительно, человек, которого они не раз уже видели на фотографии, действительно устраивался на стуле  - правда, в другом конце комнаты.  Снял с носа золотые очки, похлопал себе по выпирающему, под  шерстяной жилеткой, животу, лениво потянулся за винной картой. В целом у Мартье был бы совершенно-обыденный буржуазный вид - если бы не взгляд. Он был острым, любопытствующим, в то же время снисходительным -  и... пожалуй, полным ощущения своей тайной власти. О, третье лицо в Семье Торелли умело распознавать это чувство, оно было ему  весьма знакомо.

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-11-17 00:31:43)

+1

23

- Чудесная история, - скривила губы в саркастичной полуулыбке, выслушав о крысах, которые грызли детей на корабле. С самым беспристрастным лицом Майк иногда говорил такие жуткие вещи, что мороз шел по коже. Ливия могла бы сейчас вспомнить ту лекцию, которую он читал ей в машине прошлой зимой, когда они с Фрэнком завалились к ней в бордель, и андербосс как всегда чем-то глубоко оскорбился, но к счастью, из-за выпитого спиртного та сцена стерлась у нее из памяти, как и большая половина того странного вечера. - Заботливый у тебя был дедушка, - с ухмылкой глянула на их консильери и, пока тот был увлечен дорогой, ненадолго задержала на нем серьезный изучающий взор. Удивительно, как быстро он остывал. Еще пару минут назад безжалостно колотил этого ниггера, а теперь вот шутил, травил байки из детства и мечтал о том, как разопьет с ней по бокалу шампанского, когда вся эта чехарда закончится. Нет, ей, конечно, такое положение вещей было только на руку, и стоило бы привычно порадоваться собственному артистизму и тому, что Майк повелся на ее мини-спектакль, не злясь больше за происшествие с грызуном, но Ливии отчего-то было неспокойно. Казалось бы, она знает его уйму лет и, в отличие от других женщин, уже не первый год может созерцать его не только на всяческих вечеринках, но и, так сказать, в деле - то есть видеть то самое второе дно мужчины. Однако, несмотря на все это, у нее до сих пор не было ощущения, что Ринальди - разгаданный сканворд. Это интриговало ровно в той же мере, как и серьезно настораживало. К сюрпризам Ливия всегда относилась с опаской, а у Майка, судя по всему, их найдется целый шкаф, причем никто не обещает, что они окажутся приятными.
Но сегодняшним вечером их, к счастью, не последовало. Добравшись до гостиницы, они разошлись по своим номерам, и от накопившейся за день усталости Ливия почти сразу провалилась в сон. На следующий же день, когда после полудня они отправились в "Оушен Румс", Андреоли если и переживала за удачный исход дела, то совсем немного. А в целом держалась, как всегда, уверенно и свободно.
Обстановка в ресторане с морской тематикой Ливию не на шутку заворожила, и пока Майк просматривал меню, она наслаждалась магнетическим интерьером. Как и любая женщина, она была неравнодушна к окружающей красоте. Пускай и не умела выражать свои эмоции особенно ярко, зачастую восхищаясь молча, ровно как и сейчас. К тому же, ее мозг привык думать прежде всего в сторону бизнеса. Сегодняшний визит в "Оушен Румс" не стал исключением, и она быстро поделилась своими мыслями с мужчиной.
- Хм, если подобным образом оформить хотя бы один номер в "Парадизе", то за просмотром всех этих примочек счетчик девочек определенно стал бы накручивать куда больше, - произнесла, задумчиво растягивая слова, пока обводила взглядом огромных рыб, завораживающе проплывавших всего в нескольких сантиметров от их столика. Здесь царило полнейшее ощущение погружения в подводный мир. Даже жаль, что придется так подгадить репутации заведения. Еще рано судить о кухне, но атмосфера действительно впечатляла. В скромном Сакраменто таких воистину крутых местечек было не встретить, а уж Ливия повидала их немало - было, с чем сравнить.
Помимо атмосферы, впечатляющими тут оказались, однако, еще и цены. Раскрыв меню, Ливия едва не присвистнула. Воспитываясь в достаточно скромной в финансовом плане семье, избалованной она никогда не была и счет деньгам всегда знала. Даже годы спустя, у нее не появилась привычка бездумно сорить большими суммами. Хотя порой, быть может, она и производила совершенно обратное впечатление.
- А я попробую окуня, - слегка постучала ногтем по меню, указывая официанту на нужный пункт. - И белое вино. - Хотелось бы верить, что они успеют поесть прежде, чем придется наводить кипиш с помощью их маленького зверька. Последний, к слову, терпеливо сидел в ее небольшой сумочке и ждал своего часа. Как будет происходить вся эта необычная операция, Ливия не раз проворачивала в своей голове и даже строила целые схемы, но не исключала и того, что, возможно, придется действовать по обстоятельствам и ориентироваться уже по ходу пьесы.
- Какой ты жмот, - проворчала с наигранным возмущением на шутку Ринальди относительно высоких цен и улыбнулась, откладывая меню в сторону. Она хоть и разделяла его мнение на этот счет, но не могла упустить случая дружелюбно поддеть. От небрежного диалога их отвлекло появление в дверях инспектора. Майк увидел мужчину первым и поспешил обратить на него и внимание Лив. - Вот черт, - поглядела на толстяка с нескрываемой досадой, - не успели полакомиться здешней кухней.
К еще одному сожалению, мишленовский инспектор занял столик подальше от уборной, из которой Ливия изначально планировала  пускать грызуна в ход. Но теперь делать так было излишне рискованно - движения юркой крысы контролировать было бы невозможно, и все могло бы закончиться тем, что ее просто бы не заметили. Раздумывая, как поступить,  Андреоли ненавязчиво пробежалась взглядом по занятым столикам и их контингенту: две влюбленные парочки, деловые коллеги, заскочившие на обед и с увлечением обсуждавшие какие-то бумаги, три солидных седеющих мужика, пыхтевших сигарами, и группа молодых шумных подружек, что сидела к их с Майком столику ближе всего, - вот и весь народ. Немного поколебавшись, Ливия потянулась к сумочке, болтавшейся на спинке стула и, благодаря длинной цепочке, достигавшей почти самого пола. Наклонилась, провернула защелку, приоткрыла отделение, чтобы выпустить грызуна...
- Ваше вино, - раздался над ухом голос официанта, заставивший женщину вздрогнуть, захлопнуть сумочку и вернуть себе прежнее положение.
- Спасибо, - коротко кивнув, она напряженно посмотрела на Майка, пока идеально обученный парень разливал им спиртное по бокалам. Вот теперь-то она и начинала нервничать. Попасться и провалить дело совершенно не хотелось.
- Шабли Гран Крю, - учтиво представил вино официант, откупоривая бутылку. - Урожай седьмого года. Надеюсь, вы по достоинству оцените сдержанный и сложный букет этого вина, созданного из пятидесятилетних лоз Шардонне... - заученные слова гарсона пролетали меж ушей, и единственное, чего сейчас хотелось, так это того, чтобы он быстрее отчалил и дал ей возможность закончить начатое. Для вида пришлось сделать глоток и восхититься необычайным вкусом, после чего поблагодарить старательного парня очередным комплиментом и проводить его нетерпеливым взглядом. После этого, оглянувшись еще раз на инспектора, Ливия предприняла следующую попытку и потянулась к сумочке. На сей раз крыса успешно выскочила из нее и резво побежала в сторону соседнего столика. В ту же секунду Андреоли резко подорвалась со своего стула:
- О, боже! - воскликнула она естественно и громко, роняя с колен салфетку. - Здесь крыса! - с омерзением на лице крикнула последнее так отчетливо, чтобы уж наверняка услышал весь ресторан. Грызун к этому моменту достиг столика с компанией молодых богатеньких девчонок, и те перевели взгляд с привлекшей к себе внимание итальянки на пол, где и встретились с их маленьким помощником. В ту же секунду поднялся небывалый визг. Девочки одна за одной повскакивали со своих мест и стали подпрыгивать в попытках спастись от мерзкой живности.
- Фу! Какой кошмар! Это и правда крыса! Фу! - кричали они на перебой. Ливия оглядела зал: официанты растерялись (подобного случая в их инструктаже явно не было), из кухни показались головы любопытных поваров, остальные столики тоже зашумели, а инспектор впал в полнейшее удивление и стал наспех напяливать на горбатый нос свои золотые очки, чтобы самолично разглядеть причину возникшей паники.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-11-20 01:42:35)

+1

24

- Можешь обратиться в  новую фирму Джульетт. Фрэнк тебе тогда даст конфетку. - фыркнув, посоветовал Майкл восхитившейся интерьером ресторана Ливии. Он, конечно, знал о затее лучшего друга, открывшего для своей супруги дизайнерскую контору. В целом, поступок был умным.С одной стороны, андербосс  сделал приятную вещь своей жене, показав, что ценит ее интересы, не приковывая к плите. А с другой - приобрел новые возможности для отмывания денег. Консильери цинично полагал, что от клиентов у Джулс не будет отбоя - должники Фрэнка,  люди, желающие войти к  Фрэнку в милость,  и так далее. - О, вот и наше вино! Однако выпить Ринальди успел лишь полбокала - поскольку мишленовский инспектор как раз приготовился делать заказ, и пришло время пускать в действие их шерстистое орудие. И тут хозяйка "Парадиза" показала свое актерское искусство - сначала выпустила из своей сумочки крысу, а затем начала натуралистично изображать брезгливый ужас. Потягивая напиток, Ринальди наблюдал за тем, как  зверек испуганно оглядывается по сторонам, думая куда двинуться, а паникующие гости и официанты мечутся, не зная, что делать. Несколько служителей подбежали к Ливии, шипя ей на ухо. - Молчите, мисс, молчите! Вы получите комплимент от шефа! Однако было уже поздно - животное увидели все, и, хотя оно вскоре скрылось, Мартье с выражением глубокого отвращения  проследовал к выходу. За ним, заплатив за спиртное и сказав пару дежурных сердитых фраз метрдотелю, двинулся и советник преступной Семьи. За спиной слышалась ругань персонала и визг одной из впавших при виде грызуна в истерику девушек-посетительниц Когда они с Андреоли сели в Линкольн, Майк с одобрением посмотрел на нее.  - Молодец, чисто сработано! Нет, ты видела их рожи?  Ты в колледже в театральных постановках не участвовала? Если бы они сейчас ссорились,  Майк мог бы съязвить, что из Лив вышла бы отличная леди Макбет - но обижать ее не хотелось, потому ограничился похвалой. - Кстати, вчера говорил со стариканом... Под сим непочтительным прозвищем мафиози подразумевал Гастона. - Он сказал,  пришлет нам в гостиницу ужин, который приготовит сам.  Могли они бы в принципе и отправиться в "Place Magnifique", чтобы увидеть грядущий триумф де Сэквиля воочию. Однако, после некоторых обсуждений, было решено, что появление сомнительной парочки во всех трех ресторанах, где предстоит побывать инспектору, может быть сочтено подозрительным. Вдруг он их узнает и... береженого Бог бережет. - Так что отпразднуем на славу. Главное,  чтобы этот негритянский выжига не подвел. Вскоре они въехали обратно в Старый Город, где и размещалось заведение "Дайкири", где, судя по полученному сигналу,  Реми Мартье предстояло провести свою следующую проверку. Внешне оно было совершенно другое, нежели "Оушен Румс". Хотя имелась, пожалуй, и некая общая черта - техногенность, которой не хватало в старомодной едальне Гастона.  Подсвеченная лиловыми фонарями вывеска, огромные телеэкраны, показывающие кадры из старых фильмов с Чарли Чаплином,  всевозможная аппаратура на сцене для выступления музыкантов.  При этом тусовочность подчеркивалась тут еще более, чем в морской ресторации, наличествовало даже что-то вроде отдельного танцпола.  Когда Майкл и Ливия наконец сели и заказали выпивку, то мишленовец уже  вполне себе комфортно устроился и ел какой-то дымящийся суп. К неудовольствию гангстера,  вкушал он блюдо с явным одобрением. - Ты не видишь, где этот тип? - спросил  Ринальди - и тут сам засек главного фейсконтрольщика.  Джорджи был облачен точно так же, как и в день их взаимонеприятной  встречи. Разве что его шею обвивало нечто вроде шарфа - в явной попытке замаскировать оставленный педагогическими усилиями итальянца синяк.  При этом, явно всегда уверенный и напыщенный, сейчас администратор чувствовал себя не в своей тарелке. Он меланхолично застыл около гипсовой колонны - и  бросал во все стороны настороженные взгляды. Затем встретился глазами с Майком - и нервно сглотнул. Ринальди же энергично кивнул головой,  приказывая гуталину приступить к делу. Когда же тот не двинулся с места, многозначительно улыбнулся и поднес пальцы к собственному кадыку, словно напоминая о том, что может закончить то, что начал. Тогда уголек обреченно приблизился к инспектору - и  между ними завязался диалог. Из-за игравшей музыки можно было мало что услышать - но все же, в силу того, что беседующие постепенно повышали голоса, некоторые фразы долетали до ушей мобстера. - Имеем право отказать по любой причине... Вы не подходите... И отрывок возмущенного возражения лягушатника. - Должны были предупредить... Закончилось же все вполне эпично - явно рисующий в своем воображении картину, как его печень торжественно передают в больницу какого-нибудь Габона, Фентон решил ускорить процесс, cхватив толстого клиента за рукав  и, словно cлучайно,  пролив на его штаны всю порцию горячей похлебки. Мартье взвизгнул, встал, с силой толкнул негра в грудь - и, даже не попросив счета, пошел восвояси. К Джорджу же подлетел некий важного вида господин и начал задавать недоуменные вопросы.  Затем они вместе удалились в какие-то служебные помещения. Что до Майка и Лив, они могли себе позволить прикончить аперитивы и затем выйти на парковку. Не стоило портить себе аппетита перед обещанным Гастоном пиром. - Ну, теперь остальное зависит от нашей полоумной звезды кулинарии. Мы свои обязательства выполнили. Давай в отель? Когда Ринальди уже завел автомобиль и выехал на улицу, немедленно попав в пробку, компаньоны увидели Фентона, с потерянной физиономией шагающего по бульвару. Вдруг он заметил тачку - и подбежал к ней. Потеряв всю свою нарывистость, он теперь уставился на Ливию с видом испуганного щенка. - Мисс, меня обвиняют, что я напал на клиента! Я пытался рассказать, что он вел себя неподобающе - но на беду, этот педик директор с самого начала пялился на нас. Говорит, что я пьян или под наркотой. Требуют подать заявление об уходе - а иначе может быть хуже. Что мне делать, мисс? Вы меня устроите?

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-11-21 15:37:59)

+1

25

Из "Оушен Румс" они с Ринальди выходили абсолютно довольные. Задуманное осуществилось наиболее естественным образом, а сами они остались незамеченными. Более удачного расклада нельзя было и желать.
- Ну спасибо, - охотно отозвалась на похвалу Майкла, когда они очутились в машине, и посмеялась над его предположением насчет корней ее театральных талантов. Затем качнула головой и опустила взгляд:
- Успешных актеров в нас воспитывает жизнь, - все они цепляют подходящие случаю маски и играют отведенные им судьбою роли. А некоторые спектакли умеют так затягивать, что сбросить маску вскоре становится непростительной роскошью. Им с Майком это должно быть особенно знакомо. Люди из их организации, неспособные врать и выкручиваться, на этом свете, как правило, долго не задерживались.
Но сейчас было не время философствовать. Впереди их ждало "Дайкири" - еще одно пафосное местечко, где вместо них сработать на сей раз уже должен был ушлепок Фентон. И вот здесь было, за что понервничать. Как говорится, хочешь чтобы все вышло хорошо - сделай сам. Привыкшая рассчитывать исключительно на себя и свои силы, Ливия не могла быть слепо уверенной в том, что негр их не подведет и так в открытую подставится, рискнув отличной работой. Страх за собственную жизнь, конечно, должен был стимулировать, но дать сто процентной гарантии все же никто не мог.
Стоя в дверях и косясь на инспектора, Фентон явно колебался, и Ливия внутренне напряглась. Не хотелось все провалить из-за неправильной ставки в игре. Однако в итоге черномазый все-таки сделал свое дело, и мишленовский инспектор вылетел на улицу под звуки собственного возмущения. Самого же Фентона ждала нехилая взбучка от администрации, но Андреоли на это было абсолютно наплевать. Излишней сердобольностью она никогда не страдала.
Возвращаясь к машине, итальянка думала о том, что отмечать им все же пока нечего. Ее не покидала тревожная мысль, что Сэквиль просто разводит их, как последних лохов, и ужин, который он так любезно якобы отправил им в гостиницу, просто финальная насмешка. Ведь, поди, уже совсем холодный.
Не успели они отъехать от ресторана, как неожиданно к ее окну бросился Фентон. Пришлось приспустить стекло, чтобы разобрать, что он там лепечет. А, ну конечно... Отбросив хамство и сбавив спесь, побитый пес лизал теперь ей ноги. Что ему делать? Ливия одарила отчаявшегося парня прохладной улыбкой:
- Честно говоря, милый, мне на это глубоко наплевать, - ответила ему совершенно степенным безэмоциональным тоном. Андреоли не нуждалась в работниках, которые смели ее оскорблять. Она умела прощать, но брошенных в ее сторону слов никогда не забывала. Помочь ему сейчас значило бы проявить слабину, продемонстрировать жалость, а этого она себе делать запрещала. Сделай так один раз, и тебе сядут на голову. Никому из своих подчиненных Ливия не давала права думать, что раз она представительница слабого пола, то ею можно легко манипулировать, надавив на тонкие струны ее женского нутра. Фентон сделал свою работу и больше не представлял для нее ровно никакого интереса. В "Парадизе" сотрудников у нее хватало.
Проигнорировав очередные попытки пронять ее сердце, Ливия, не глядя больше на мужчину, подняла стекло до самого конца и с нетерпеливым вздохом кивнула Майку, чтобы он трогался с места.
- Поговорим потом с Винни. Если тот захочет, может взять этого отморозка для какой-нибудь грязной работы, - немного смягчилась, когда они отделались от бросавшегося на машину Фентона. - К тому же, мы разве обещали, что его долг будет погашен после сегодняшней услуги? - с хитрой ухмылкой покосилась на Ринальди, намекая на то, что наглого негра еще можно пару раз попрессовать и использовать, если он где-нибудь понадобится.
Когда они вернулись в гостиницу, на ресепшене их ждало сообщение о том, что в один из номеров для них доставлен ужин от ресторана "Пляс Манифик". Надо отдать Сэквилю должное, все было оформлено на уровне: две бутылки хорошего вина, говяжье филе в пряном соусе, салат из свежих овощей с ароматной приправой и даже цветы на столе с визиткой благодарности от самого шеф-повара.
- Французский шик, - отозвалась Лив, повертев в руках прочитанную записку и оглядывая накрытый в ее номере стол. - Как думаешь, он завтра нас не кинет? - именно на следующий день Сэквиль обещал совершить сделку и передать им в собственность часть ресторана. - Хоть бы он сам там не облажался перед инспектором. Иначе будет забавно, - ухмыльнулась, присаживаясь за стол и позволяя Майку разлить по бокалам алкоголь. - За легкое сердце и тяжелый карман, - предложила тост и, отсалютовав, отпила пару глотков вина отменной выдержки и крепости. Приступив к аппетитному блюду, они немного помолчали, увлекшись процессом.
- Что ты там говорил насчет Фрэнка? - вернулась к брошенной днем фразе о семье андербосса. - Он позволил жене работать? - продемонстрировала легкое удивление, которое тут же сменилось насмешкой во взгляде. - Должно быть, очень серьезно провинился, - заглаживает очередной поход налево. Внезапно представилось, как гордый Альтиери наверняка ползал перед женой на коленях в прошлую весну, когда Джулс получила ту чудесную ядовитую записочку. Бедный ягненочек, который боится, что его бросят на произвол судьбы и оставят без стиранных носков - какое, должно быть, душещипательное зрелище! Чертовски жаль, что Ливия его не видела. Приятно, что перед Майком в отличие от той же Берн, например, не надо было поддерживать миф о семейной верности Фрэнка. - А, черт с ними, - небрежно махнула рукой, отшвыривая воспоминания прошлого и делая очередной глоток вина. - Расскажи лучше... о твоих представлениях об идеальной жене, например, - нашла тему и с провокационной улыбкой чуть кивнула сидящему напротив Майклу. Любопытно было послушать его запросы. Учитывая раздутое самомнение Ринальди и то, что он до сих пор ходил в холостяках, не трудно было предположить, что требования там наверняка зашкаливали.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-11-22 00:49:17)

+1

26

Услышав от Ливии столь безапелляционный отказ, Фентон  стал выглядеть совсем уж понуро. И, вместо своего грубоватого жаргона, начал говорить прямо как какой-нибудь дворецкий из британской кинокомедии. "Дживс и Вустер" или как там. - Мисс,  вот тот сэр ведь обещал! У меня отличные рекомендации! Ринальди посмотрел на  фейсконтрольщика, затем, решив  изобразить доброго полицейского, кивнул головой.
- Сегодня ты с работой справился. Посмотрю, что можно сделать. Затем закрыл окно и, не слушая дальнейших речей Джорджи, нажал педаль газа. Когда перестроились в другой ряд, встав за массивным коричневым пикапом,  повернулcя к Андреоли. - Вообще лучше его иметь под присмотром, а то бы не побежал к копам от отчаяния. Или не рассказал всю правду начальству. Держи своих друзей близко, а врагом еще ближе. Затем пожал плечами при предложении использовать гуталина еще в каких-нибудь грязных проделках под началом Винни. - Так он обычный ресторанный служащий, тут у него опыт есть, а в остальном... Возьми его к себе швейцаром или еще кем? Пусть гостям пальто подает и ботинки чистит. Хохотнул, затем посерьезнел. - Хотя лучше бы его тут применить, он же знает все тусовочные расклады в городе. И никакой он не отморозок, просто хам. Все ниггеры такие. Выключил двигатель автомобиля, захлопнул дверь и, вместе с собственницей гостиницы-борделя, поднялся наверх, в номер. Гастон не обманул - их уже ожидал роскошный ужин, именно такой, какой хотелось бы съесть после полного трудов дня. - Если не выполнит обещаний - вправим ему мозги. говорю ж. У меня не заржавеет. Галантно пододвинул к Ливии кресло, открыл балконную дверь - чтобы в комнату проник теплый вечерный бриз. Разлил вино по бокалам, отсалютовал в ответ на тост.  - Чтобы у нас все было - и нам за это ничего не было. Пожелание весьма актуальное и насущное для их профессии. Пригубил напиток, смакуя - де Сэквиль не поскупился, что уже вызывало уважение. В бизнесе нет мелочей - самые небольшие детали порой выдают подход к ведению дел. Внимание к другой стороне никогда лишним не бывает - ни  в коммерции, ни в отношениях. - Эй, мы об андербоссе говорим.  - предупреждающе поднял Майк вверх руку, когда Ливия решила в очередной раз пройтись по Фрэнку. Будто свербело у нее - несмотря на все прошлые грозные предупреждения Альтиери, никак не могла удержаться и не поязвить  на тему его семейной жизни. - Он хороший муж и отец, все делает ради своей жены и детей, это естественно.  Затем решил сам подколоть, плутовато взглянув на Ливию и иронично откашлялся. -  Тебе бы вот только его поддеть, думаю все, влюбилась, что ли? Следующий вопрос Андреоли в некотором роде застал Майка врасплох - с чего она вообще повернула на эту тему, непредсказуемая особа? И опять касаются его матримониальных планов,  Гвидо и компания и так уже все уши прожужжали, будто он единственный холостяк в клане. Неожиданно у Майка в голове зародилась интригующая мысль. - Ишь ты, хочешь чтобы я ответил на такое - и даже без пыток и подкупа? Проглотил кусочек говядины. -  Есть предложение - баш на баш? Давай сыграем. У нас в школе была такая штука - "Правда или желание".  Каждый раз, когда пьем, задаем один другому вопрос. Если не готов ответить - то в виде штрафа делаешь что-то, что просит спрашивающий. Вроде как детская затея, но позволяет весело и нестандартно провести вечер. И заодно узнать друг о друге побольше.  Разве нет в жизни места развлечениям? - Только по-честному, не врать! Хотя с этой лисицей никогда не можешь быть уверен, конечно.

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-11-22 14:03:30)

+1

27

В чем-то Майкл был прав. Просто у нее наверное уже на физическом уровне выработалась непереносимость черномазых, вот и смотрела на всех на них с предубеждением, что все они злые и шибанутые на голову ублюдки, якобы глубоко ущемленные своим историческим прошлым. Но на предложение взять Фентона к себе все же промолчала, не желая идти на попятную. Пусть его действительно лучше здесь пристроят.
- Может, в "Пляс Манифик" за него словечко замолвим? - предложила чуть позже, обмозговав ситуацию. - Свои глаза и уши в заведении, где мы будем иметь четверть процентов, никогда не помешают. - Учитывая расстояния до Сан-Диего и их обоюдную с Ринальди занятость, вряд ли они смогут сюда часто мотаться. А Фентон таким образом мог выслужиться перед ними. Мало ли что в будущем надумает учудить Сэквиль или его странные братья. За своей собственностью не помешало бы ненавязчиво присматривать.
Только оказавшись в номере, они наконец-то смогли немного отвлечься от дел и вспомнить, что им есть, о чем поболтать, помимо них. То, что Майк тут же рьяно пустился защищать репутацию Фрэнка, Ливию немного удивило. Ей казалось, что уж перед ней-то он мог не скрывать факт измен Альтиери - в конце концов, они оба когда-то развлекались в ее заведении. Цыкнув, она с усталым вздохом подкатила глаза.
- И что? Его здесь нет. И потом, ты первый затронул эту тему.
Понятно в общем, почему Ринальди не хотел обсуждать персону Фрэнка. Из-за их дружбы, а не потому что тот был вторым человеком в Семье. Их тесная связь, взаимовыручка и поддержка всегда вызывала в Андреоли уважение, и в глубине души она бы тоже хотела иметь такого друга. Для нее им вполне могла бы стать Берн, если бы они не расстались на долгих семнадцать лет. А после таких временных пропастей вернуть былое доверие и искренность очень непросто.
- Может быть, новую мадам нашего босса ты тоже не хочешь обсуждать? - с лукавством бросила затравку насчет Шейенны. Появление в жизни дона этой индеанки уже и так перетирали едва ли не на каждом углу - Мескана вроде постарался. - Ты ее еще не видел? Колоритная особа... Весьма необычна, - дать Тейпе более четкое определение Ливия пока не могла. Ей нравилась ее простота, открытость и неамбициозность, нравилось, что, в отличие от предыдущих возлюбленных дона, она ничего из себя не строит и выглядит при этом достойно. Далеко забегать в своих выводах Ливия, конечно, не хотела, но даже несмотря на некоторые странности женщины, вызванные происхождением и различием их культур, она считала ее подходящей спутницей жизни для Гвидо. И кстати, Шейенна тогда в "Атлантисе" тоже уже успела двусмысленно намекнуть на какие-то непонятные отношения с андербоссом. И после этого ее будут убеждать, что он идеальный семьянин? Пф... Во-первых, кто поднял руку на одну женщину, сделает это и с другой. Ливия ни за что не поверит, что Джулс никогда не доставалось от горячего итальянца. Ну и во-вторых, заботливые мужья не увиваются за другими женщинами. Что-то Фрэнк совсем позабыл о столь дорогих ему жене и детях, когда таскался к Андреоли с извинениями и сыпал приглашениями в ресторан, на бейсбол или еще куда. О какой любви к семье может идти при этом речь? Ливия по себе прекрасно знала то чувство, когда попросту не можешь изменить человеку, которого страстно любишь. Даже при наличие возможностей и несмотря на все недостатки ваших отношений, ты не будешь этого делать. Потому что все остальные мужчины меркнут на фоне одного единственного. И Марчелло она не изменяла ровно до тех пор, пока не устала убеждаться в том, что ему на нее плевать. Тогда же закончилась и ее любовь к нему. Это был сигнал о том, что пора уходить. А до этого тоже, да, сносила все его походы налево и верно ждала, слепо надеясь на то, что все когда-нибудь образуется. Хотя может, конечно, это она так странно устроена. Ведь даже среди ее знакомых есть женщины, которые относятся к собственным изменам значительно проще. Что уж говорить о мужиках.
Внезапный вопрос Майка насчет ее чувств к Альтиери, заданный в лоб, застал Андреоли врасплох. Она замерла, не зная, какую реакцию лучше выдать. Оскорбиться? Возмутиться? Или все же рассмеяться? Спрятав свое замешательство за неторопливым глотком вина и выиграв тем самым немножко времени на раздумья, она наконец медленно растянула губы в дежурной улыбке:
- Если следовать твоим доводам, то я, выходит, чертовски любвеобильная натура, - ни "да", ни "нет", как всегда. Майк должен был неплохо знать ее любовь к некоторой витиеватости и недосказанности. - Поддевать людей - моя страсть. Ничего не могу с этим поделать, - невинно пожала плечами, вернувшись к разрезанию мяса.
- Ну, на подкуп можешь не рассчитывать, а вот пытки - это интересно... - посмеялась на старания Майка отмазаться от откровенных личных расспросов. Признаться, последовавшее от него затем предложение вспомнить занятную игру Ливию немного удивило. Не думала она, что он такой затейник. - Ну давай попробуем, - согласилась, моментально загоревшись возможностью пораскалывать немногословного консильери. Ох, играть с Ринальди под желания было, конечно, чертовски опасно, потому что в принципе она могла себе представить его фантазии в отношении нее. Но риск всегда возбуждал в ней интерес. Так почему бы и не принять его вызов? К тому же, ничто не помешает ей в случае чего уклониться от правды. Тем не менее, на его предупреждение по этому поводу выдала полнейшее удивление, если даже не сказать оскорбление:
- Врать? Боже упаси. Я не умею, - подавила смех и, взяв в руки бокал, пытливо посмотрела на Ринальди. - Ну так что? Я свой вопрос уже задала. Какая она, женщина твоей мечты? Будешь отвечать или мне можно начинать придумывать тебе задание?

Отредактировано Livia Andreoli (2015-11-22 17:55:38)

+2

28

Идея Ливии насчет трудоустройства Фентона в "Пляс Манифик"  была неплохой – однако заставила Майка призадуматься. Можно ее озвучить – но только когда они получат свою долю ресторана. А то, при эксцентричном нраве старика, Бог знает что произойдет, если его неожиданно озадачить подобным. – Попробовать можно  - но не уверен, что он захочет негра брать на работу в свое помпезное заведение. Судя по оскорблением, адресованным еврейке Трифузис, Гастон был тем еще ксенофобом. Удивительно, что с его неполиткорректностью еще удержался на плаву, ведь конкуренты всегда горазды  на черный пиар. Впрочем, иногда антиреклама – лучше любой рекламы. – Эта индеанка? Я ее только мельком видел, ничего не могу сказать пока… Но Алекс о ней хорошо отзывался. Речь шла о Мескане, помощнике Гвидо на мясокомбинате. Именно от разговорчивого толстячка Ринальди впервые и услышал, что случайно впутавшаяся в историю с распространением наркотиков тюремная охранница – теперь не только сотрудница, но и, видимо, девушка Монтанелли. Узнать что-то об этом побольше было бы недурственно – а Лив явно о cитуации осведомили. – И что ты о ней думаешь? Не получится как с Хелен? Босс организации уже один раз во многом доверился пассии – та гуляла с его детьми, совершала вместе с ним почти семейные выходы в оперу, поди, посвящалась в какие-то интимно-домашние дела. А потом предала его, променяв на другого. – Ты загадочная натура. -  улыбнувшись, Майк прокомментировал уклончивый ответ хозяйки "Парадиза" на его шутку по поводу Фрэнка. Вспомнить хотя бы, как заинтригованно обсуждали в рядах клана личную жизнь Ливии, сколько было сплетен, недомолвок, намеков. И никаких конкретных фактов, доказывающих их истинность. – Но ведь флер тайны делает привлекательную женщину еще более привлекательнее, не так ли? Тебе он идет.  – чокнулся с Андреоли, отпил вина. В этот раз всерьез, опустошая бокал почти до половины. Подлил еще – если им не хватит, просто закажет новую бутылку. – Кровожадная. Истинный гангстер – выгоднее использовать насилие, чем подкупать? – замечание главной мадам Сакраменто насчет пыток позабавило Майка. Почему-то в голове сразу возникли гривуазные картинки – привязывания, бандажи, наручники из мягкой материи и тому подобная ерунда. – Ну хорошо… - cогласие Ливии начать игру означало, что Ринальди следовало ответить на ее вопрос – весьма серьезный. Майки поразмыслил – тут не так просто было дать четкое объяснение. – Я сам далеко не идеал – зачем мне идеальная женщина? Да и не бывает их, идеальных женщин и мужчин. – наконец произнес он. – И в сущности у нас всех столько тараканов, что и подумать страшно... Смяв салфетку, отложил ее в сторону, отодвинул и тарелку. Наелся, теперь будет обходится только горячительным. – Однако когда им хорошо вместе, они умеют прощать друг другу недостатки, верно? Выражение "любят друг друга" Майку показалось слишком пафосным – хотя и приведенное было уже заезженным. –  Важно, чтобы люди были на одной волне, чтобы шли в одном направлении, что ли... А разные они или одинаковые – уже не главное, всякое бывает… Но…  Тяжело было выразить то, что у самого не до конца сформировалось в голове – но одновременно и интересно заглянуть в дебри своего холостяцкого сознания. Чего ты в самом деле хочешь, Майкл Пеллегрино? Да хрен его знает. – Мне надо говорить на одном языке с человеком. Чтобы он имел чувство юмора – и мозги. Был подвижным, любил путешествия. Ценил красивые вещи  и благополучие – но не делал из них идола. Хорошо относился к детям. И  - понимал и принимал тот путь, который я выбрал. Не унывал когда трудно. Был бы готов разделить и общие проблемы, и обшую радость. Ухмыльнулся и плеснул себе еще. – Ладно, все, твоя очередь.  Можешь ли ты серьезно пустить в свою жизнь мужчину, как считаешь? Каким он должен быть? Не слишком оригинально, в чем-то из той же оперы, что у Ливии. Но любопытственно– недаром ведь шептались, что красавица только дразнит своих многочисленных поклонников, а ни в какие стабильные отношения это не выливается. Быть может, виною травматичный опыт с Марчелло, навсегда поселивший в душе его вдовы страх и неверие в то, что на особ сильного пола можно положиться?

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-12-01 16:44:33)

+2

29

К обсуждению чужой личной жизни Ливия не относилась, как к ничего не значащим бессмысленным сплетням. Для нее это была ровно такая же информация, как та же сводка новостей в газете. Ей нравилось быть в курсе всего, что происходит вокруг, и обменяться мнением насчет того или иного знакомого она отнюдь не считала чем-то зазорным, даже наоборот. Любая информация  могла рано или поздно оказаться полезной.
Что касается впечатлений от людей в целом и пассий дона в частности, то здесь Андреоли предпочитала доверять своей природной интуиции. С Хелен, вот, она ее не подвела. Задолго до истории с Мэлом, Ливия чувствовала от Хэмминг какую-то подсознательную опасность, оттого и не спешила с ней сближаться. С Шейенной было все совсем наоборот. При внешней странности и нетипичности этой женщины, она все же располагала к себе.
- Не знаю, - пожала плечами на вопрос Майка об индеанке. - Никогда не угадаешь, от кого стоит ждать предательства, - а у него так много граней. - Но в случае с Хелен Гвидо виноват отчасти сам, - допила вино и задумчиво пронаблюдала за тем, как Майк восполнил ее бокал. - Не стоило так быстро впускать ее в свою жизнь. Она ведь вроде и с детьми его успела поладить? - приподняв брови, покачала головой. То, что Монтанелли намеренно позволял посторонней женщине лезть к своим детям в доверие, Ливии вообще казалось какой-то дикостью. Ведь малышня по своей натуре гораздо более чуткая и ранимая, чем взрослые. А Дольфо был таким открытым живым мальчиком, который еще не успел отойти от потери матери, как тут же на горизонте замаячила ее замена. Даже не имея опыта общения с детьми, Ливии такая модель поведения казалось странной и неправильной. Дай бог, чтобы с Шейенной не произошло такой же осечки, как с Хэмминг.
Закончив с блюдом и промокнув губы салфеткой, Андреоли улыбнулась очередному комплименту своего собеседника. Подобного рода внимание она всегда принимала спокойно, и, в отличие от большинства женщин, при таких словах от экстаза не плавилась. Зато искренность подобных фраз ценила особенно.
Неожиданная затея с игрой увлекла Ливию довольно быстро. Хотя, когда Ринальди начал увиливать от четкого перечисления предпочитаемых женских качеств, путая общими фразами, энтузиазм несколько угас.
- Майк, ты отлыниваешь, - непримиримо покачала головой, отказываясь принимать такой ответ. - Все, начинаю придумывать тебе задание... - решила его подтолкнуть к более четкому и откровенному рассказу. Вопрос-то вовсе и несложный был. У каждого ведь есть в голове какой-то образ, к которому тянешься по своему опыту. Хотя, как показывает этот самый опыт, идеал часто не совпадает с тем, от кого в итоге замирает сердце. - Ну вот, так-то лучше, - довольно кивнула, когда Майк наконец перешел к более конкретным вещам. Закончив с ужином, она откинулась на спинку стула и, забрав в руки бокал, внимательно и с интересом слушала его рассуждения. Отнюдь не поверхностные и совсем не глупые.
- Надо же, - задумчиво помолчала после его откровений, - как все серьезно... А я приготовилась слушать про платиновый цвет волос и большие буфера, - улыбнулась. В принципе в запросах Майка, оказывается, не было ничего сверхъестественного. Он просто все еще продолжал искать своего человека, не желая делать никакие скидки, только и всего.
Таким образом, справившись с первым раундом, Майк быстро перевел очередь на Ливию, и вот тут-то она поняла, что отвечать на подобные вопросы гораздо сложнее, чем их задавать.
- Пустить в свою жизнь? Ну, только если он не испугается, - пошутила, наблюдая за тем, как вино оставляет на стенках бокала свои густые следы. На самом деле, в ее словах была только доля шутки. Ливия действительно сомневалась, что нормальный человек сможет вынести и принять ее образ жизни, стать настоящей опорой и поддержкой. - Прежде всего, мужчина должен уметь слушать и слышать. Диалог в отношениях - очень важная штука. А умение понимать и верно трактовать услышанное, просто бесценно, - на то, чтобы пытаться достучаться до кого бы то ни было или что-то доказать, Ливия свое время точно тратить никогда не будет. Десять лет она пыталась справиться с одним экземпляром, и ни к чему это так и не привело. - В остальном... Никакого сексизма, грубости и агрессии. С этим со всем я завязала, - улыбнулась, в очередной раз пошутив, намекая на покойного супруга, и сделала очередной глоток вина, положенный ей перед тем, как задать следующий вопрос. Хотелось не просто узнать о Майке побольше, но и подвести его к черте, когда он будет готов сдаться и вместо ответа исполнить любое ее желание. Оттого и темы стоило подбирать более острые, переходя от шуток к серьезным вещам. Терзаясь сомнениями, она напряженно посверлила его взглядом.
- Твое самое мрачное воспоминание? - выдала наконец один из тех каверзных вопросов, что роились сейчас в голове. Пара осушенных бокалов вина пока еще вполне позволяли все соображать и контролировать процесс игры.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-11-27 01:16:03)

+2

30

– Я думаю, Гвидо стремится заполнить свой дом, понимаешь? Совесть гложет - что дети растут... с одним только папой...– Майкл задумчиво приподнял бокал, посмотрел как на его гранях играют блики света, излучаемого лампой. Возможно, именно названной им причиной и объяснялось, почему дон так быстро допускал своих новых подружок до семейных дел, стремился подружить их со своим сыном и малышкой. Искал, прежде всего – жену и мать, хозяйку очага, а не просто партнершу по любовным играм. – Но только ведь им нужна СВОЯ мама, а не какая-то посторонняя тетя… И если они гуляли с Хелен – еще не значит, что приняли ее… Тот же бедолага Дольфо то и дело спрашивает о Марго – когда приедет и нельзя ли навестить ее в Италии. А про Хэмминг, поди, даже не знал, что она спит с Монтанелли.  Сыновья и дочери обычно тяжело принимают перемены в личной жизни своих родителей, сознательно или даже подсознательно их не желая. – Если бы мой идеал был таким – то  этих идеалов по "Долзз" гуляло бы, по крайней мере, пять. -  Ринальди фыркнул, когда Ливия высказала свое шуточное представление о даме его мечты. - Счастливым бы я был тогда парнем! Затем, после ответа на его собственный вопрос, серьезно покивал головой. – Умение слушать и слышать – это важно. Его отец, например, слышал только себя. Чуть что брызгал слюной и орал о никчемности  супруги и отпрысков, попрекал каждым съеденным куском хлеба. В результате чего, несмотря на все усилия горячо любимой матери, cемья довольно скоро превратилась и для Майка, и для Силь в дырявую и протекающую лодку, с которой поскорее хотелось сбежать. – Сексизм? Мужчине даже нести тяжелые сумки за собой не позволишь или там место уступить? – консильери улыбнулся, когда Андреоли аппелировала к истинно феминистскому термину. С его точки зрения  - довольно нелепому. То грубое равенство, которого хотели стриженые суффражистки, подразумевало и то, что представители пола сильного не должны относиться с особым пиететом к представительницам пола прекрасного. Что те, наряду с мужскими преимуществами (хотя какие там теперь преимущества?), должны нести и их обязанности – сражаться с ружьем в руках за Родину, таскать камни  на стройке, регулярно получать кулаком по физиономии за сказанное не так в баре слово. Все это было неправильным, рушило некий установленный Богом порядок. – Самое мрачное… -  Ливия задала очень сложный вопрос, и Майк нахмурил лоб. Не хотелось сейчас, за вином и закусками, погружаться в зловещие схороны собственной памяти. Не хотелось открывать скрипучие двери гулких шкафов, с полок которых свисали скелеты. Однако игра есть игра. – Хм… Слишком много их было, болезненных дум. Рассказать о том, как, в самом начале криминальной карьеры, ретивый инспектор Ричард Псмит, по прозвищу Годзилла, привязал его к стене и молотил до потери сознания, требуя дать показания? Рассказать, как спазмы боли пронзают все твое тело, как кровь гудит в ушах – а ты  держишься, чтобы не переступить через точку невозврата, превращающую тебя из человека в недостойную жить крысу? Или поведать, как стоял в тюремном лазарете возле койки выкашливающего свои легкие Винценцо, превратившегося в истощенную тень самого себя? Вспоминая при этом о той падле, благодаря которой он оказался за решеткой? Нет, не стоит. Лучше о другом. – Моя мать. – наконец сказал Майкл, после довольно-таки продолжительного молчания. Неторопливо выпил, посмотрел в окно – там было уже совсем темно, город готовился ко сну – или же бурной ночной жизни, каждому свое. – У нее были проблемы с сердцем – и впервые микроинфаркт случился в девяносто третьем, меня тогда забрали в участок и там… сильно помяли. Все тот же случай с чертовым Годзиллой, чтоб он горел в аду вместе со всеми остальными легавыми псами. Но легче винить их, чем себя – ведь известно, как много себе нервов изводила мама из-за проблем сына с законом. – Она прожила очень нелегкую жизнь, Ливия… И всегда, каждую минуту, думала только о нас с сестрой. Подробностей тех испытаний, которые выпали матери, Майк описывать не стал, тогда пришлось бы обвинять Джакомо. Не станет Ринальди, проделав такое, подобием библейского Хама, продемонстрировавшего другим наготу Ноя, отца своего? – Каждые выходные пекла пирог, кучу всяких кушаний -  в расчете, что мы заедем. А мы могли ее навестить далеко не всегда, много своих дел…  Майкл, не жалея денег,  обставил родительский дом как конфетку, однако больше всего женщину радовали всякие кухонные прибамбасы. Чтобы наконец можно было готовить в свое удовольствие, не боясь криков грозного мужа, стучащего по столу волосатого кулачиной и разбивающихся о пол тарелки с едой. А потом потчевать своих детей. – В тот год Силь с Мэнни уехали во Флориду – шампанское, коттедж у моря, все такое. Можно сказать, проводили свой второй медовый месяц. Вовсю тусили на пляже, пили коктейли, плескались в волнах.  – Я же тогда отправился по делам в Нью Йорк. Шли важные переговоры насчет строительства,  потому мой телефон был выключен. Это Майкл произнес бесстрастным тоном, но где-то внутри кольнуло до боли. Тогда его только посвятили – и он ощущал себя новым и лучшим, вошедшим в элиту из элит. В Большом Яблоке вовсю терся локтями с крутыми парнями – вроде Тони-Кулака или же еще не севшего Тома Риччиери, давшего потом свое имя целой Семье. Голые танцовщицы, льющийся рекой алкоголь, марихуана – говоря откровенно, веселился там Майк ничуть не меньше умотавшей на курорт парочки. – В общем, когда ее нашли, выяснилось, что последний звонок был на мой мобильный. Старалась дозвониться –но не смогла… Увидев, что бутылка опустела, гангстер думал позвать прислугу – но затем упростил задачу, подойдя к минибару. Там также обнаружилось неплохое красное. Вернувшись на свое место, мафиози начал распутывать проволоку на пробке. – Узнал я только через какое-то время. Нашел ее Фрэнк – я просил его проведывать иногда мать. И знаешь, где она была? Лежала в гостиной, cреди осколков рамочек от наших с Силь детских фоток. Расставляла их, видать, когда это приключилось… Разлил ароматную жидкость, не обделив щедрой дозой и девушку – трезвый пьяному не товарищ,  как говорится.  Да и завтра им торопиться некуда, можно и отдохнуть. – Когда я приехал, она была в огромной больничной палате, отдельной. Первоклассные врачи. Куча цветов кругом, фрукты, cладости. Это все устроил Фрэнки, возился с ней как с родной. Поглядел на Ливию – она, поди, так плохо думает об Альтиери, что не может представить, чтобы он проявил такую заботу? Пусть попробует теперь его увидеть с другой стороны, каким другом он может быть. – Но спасти не удалось, эта херня случилась еще раз. Ее последние слова были о нас, не о себе. Даже перед смертью она заботилась о чадах. Вдаваться в конкретику Майк не стал – к чему тут показная сентиментальность. Но в его сердце эти фразы сохранятся до конца, будут то и дело жечь виной и печалью. Они были разные – но последняя, сказанная уже в бреду, звучала та: "Я не дам ему вас тронуть". Это являлось отголоском из тех далеких времен, когда обычно кроткая и безропотная мама загораживала своих малышей от бросающихся на них в приступах гнева папаши. – Вот, пожалуй,  тяжелее всего то время вспоминать. Но хватит, нагнала тут чернухи! Мы ж  не на похоронах? Отгоняя неприятные осадки, оставшиеся на душе после этой темы, отхлебнул душистого зелья. Затем задумался,  каким образом можно одержать победу над Андреоли. Раз она пустила в ход тяжелую артиллерию, следовало браться за атомное оружие. Быть на несколько шагов вперед. Двадцать лет пребывания в структурах Коза Ностра научили советника тому, что лучший удар – нанесенный во внезапный момент и при этом в неожиданное место. – Вот что, ты мне перечислила, что важно в общении со второй половиной. Но забыла про кое-что…  - Майки-бой коварно прищурился, из его глаз исчез туман, сменившись лукавым блеском. Попытаться заставить Ливию воздержаться от ответа  - и при этом коснуться тех сторон жизни прекрасной итальянки, которые так всех интересовали. Как говорится – туше. – Про постель! Каким там должен быть мужчина,  чтобы угодить тебе? Что тебе нравится, а что нет? Признавайся! Нахально рассмеялся, ожидая реакции владелицы "Парадиза".

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-12-01 18:12:41)

+3

31

Каково это, потерять мать, Ливии было, слава богу, не известно. Но ставя себя на место Дольфо, она могла предположить, что мальчику будет нелегко принимать других женщин рядом с отцом. Она до сих пор помнит их бывшую соседку, мисс Вейн, которая без зазрения совести строила ее папе глазки, когда мамы не было рядом. О, маленькая, но сообразительная Лив была готова выцарапать этой курице глаза. И вряд ли чувства Дольфо были такими уж нейтральными, как предполагал Гвидо. Ливия не верила, что исчезновение Марго не оставит в его маленькой головке кучу вопросов, на которые, дай бог, ответов он так и не найдет.
- Его маму не вытеснит ни одна другая женщина, - поделилась своими твердыми убеждениями. Какой бы странной Марго ни была, она вырастила Дольфо сама, а отец в жизни мальчика вообще появился совсем недавно. Вряд ли дети переживают такие серьезные перемены в жизни спокойно и безразлично, как хотелось бы того Гвидо. - И я, честно, не завидую претенденткам на роль новой миссис Монтанелли, - горько ухмыльнулась, представляя, как непросто искать подходы к чужому ребенку. А уж тараканцев самого Гвидо и вовсе не каждая выдержит. Впрочем, в их организации все люди сложные и неоднозначные. Майк вот, например, тоже тот еще типчик себе на уме. Только и гадай, что он на самом деле о тебе думает и какие планы строит.
- Под сексизмом я понимаю намеренное подавление женщины, - снисходительно улыбнулась мужчине на его замечания и отпила еще немного вина, после чего тихо, с легким оттенком возмущения, засмеялась, сообразив к чему клонит в своих выводах Ринальди. - По-твоему, я похожа на феминистку? - Ливия уж точно не та женщина, которая откажется от поданной руки или открытой дверцы. Она не считала, что мужчин стоит пускать в свою жизнь, позволять себе привязываться и влюбляться в них, но это никак не значило, что она их ненавидит или недооценивает. Как раз наоборот, в их обществе и внимании ее самолюбие нуждалось, как в воздухе, и она вроде никогда не скрывала желания провести с ними ту или иную минутку.
Услышав ее очередной вопрос, Майкл прилично задумался, и Ливии не было до конца ясно, отчего именно - то ли ввиду того, что мрачных воспоминаний в его жизни было слишком много, и он все никак не мог выбрать одно, то ли таковых наоборот не имелось вовсе, и он все силился подобрать хоть что-то, чтобы не проиграть. Впрочем, когда он заговорил о матери, всякие саркастические мысли пришлось от себя отогнать. То, что она услышала, было действительно грустно и касалось настолько личного, что даже сама бы Ливия, пожалуй, воздержалась, предпочтя озвучить что-нибудь другое. В общем, не ожидала она от Майкла таких откровений. И даже не нашлась, что ответить на его рассказ, когда он закончил. Со словами поддержки и сочувствия у Андреоли никогда особо не складывалось. Вот и сейчас она молча опустила глаза, обдумывая все услышанное, и погладила пальцами стекло своего бокала. Говорить какие-то общие банальные фразы и вздыхать казалось ей глупым и неуместным. Хотелось наоборот расспросить побольше, узнать, например, отчего его мать была так несчастна, и почему Майк всегда умалчивает об отце, но, подняв на него взгляд, Ливия поняла, что тот вряд ли пустится сейчас в блуждания по дебрям памяти. Это же все сейчас было в рамках игры, не более того. И ни один из них не расскажет то, чего на самом деле не хочет.
А вот упоминание Фрэнка в столь теплом контексте, Ливию не сказать, чтобы сильно удивило. Если она во что и верила, так это в их с Ринальди искреннюю дружбу. Да и Альтиери она ведь, по правде, не считала за монстра. Ее задевало и злило именно отношение андербосса к ней: отчасти не обоснованная агрессия в ее сторону, постоянное желание унизить и высмеять перед другими, - все это больно било по самолюбию. Вполне естественно, что ей хотелось отплатить ему той же монетой и уколоть как можно сильнее. Но это не значит, что она не видела в нем хороших качеств. Вот то, что ставить их впереди всех его недостатков не хотела, это правда.
Она улыбнулась, когда флер мрака немного осел, и Ринальди предложил сменить темы на более позитивные. Поднялась из-за опустевшего стола и, захватив свой бокал, неторопливо пересела на диван, возле которого стояла ваза со свежими фруктами. Время ожидания следующего вопроса пришлось скрашивать сладкой вишенкой. Услышав, наконец, к чему клонит Майкл, Андреоли растянула губы в широкой ухмылке. Честно, она не думала, что ее интимная жизнь так всех волнует. Ну то есть, с кем она спит - еще возможно (до сей поры ей как-то удавалось скрывать свои истинные романы от любопытных глаз), но сейчас Майкл интересовался самим процессом, что по идее должно было возмутить и, может, даже оскорбить, если бы вопрос не был частью каверзной игры.
- Признаваться?.. - конечно, она не хотела отвечать и всячески пыталась оттянуть момент, переключая внимание на другие детали. - А что дальше? - вино в голову ударило уже достаточно, чтобы откровенно веселиться разного рода перспективам. - Потом поделимся своими эротическими фантазиями и утонем в ментальном экстазе? - высказала предположение дальнейшего развития игрового сюжета и тихо посмеялась, с настойчивым вопросом глядя на мужчину. Но заговаривать зубы вечно было бы невозможно, и между вариантами "ответить" или "сдаться", Ливия, естественно, предпочла первый.
- Ну, скажем так... я не люблю эгоистов, - не стала изображать никакого смущения или кокетства, а ответила коротко, просто и довольно свободно. К тому же, вдаваться в подробности она все равно не собиралась. - Свое потребительство нужно оставлять за пределами спальни, - особи мужского пола, которые наедине с девушкой заботились только о своем комфорте и удовольствии, не могли вызывать ничего, кроме разочарования, выливающегося в итоге в раздражение. Себя Ливия любила и уважала в достаточной степени, чтобы и на этом поле диктовать свои условия. И если ей что-то не нравилось, она об этом говорила сразу.
- Твоя очередь, - коварно посмотрела на Ринальди, думая, что бы такого у него спросить, чтобы прижать к стенке. Понимая, что вопросы о сексе вряд ли бы смутили консильери, Лив решила бить в другую область...
- Вот... если бы так случилось... что Гвидо лишился своего статуса, - начала медленно рассуждать, внимательно наблюдала за реакцией Майка, - кого бы ты хотел видеть на его месте? Себя или Фрэнка? - улыбка уже давно растворилась с ее лица, а голос понизился почти до шепота - настолько напряженно она следила за Ринальди в этот момент. Амбиций у мужчины хватало с лихвой, она это знала, но и дружба для него значила многое. А уж Альтиери точно из тех, кто захотел бы подняться до самой вершины в их иерархии. Да и кто бы из "славных парней" этого не желал? Интересно было, кого из них двоих Майк считает более достойным для этой позиции, и хватит ли у него вообще духу задать одному из них приоритет. Кого поставит выше: себя или друга? - Выбрать нужно только одного.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-12-02 23:39:37)

+1

32

- Ну, этой Шейенне храбрости не занимать, так что, думаю, она рискнет... -  Майкл с улыбкой вспомнил рассказ Фрэнка о том, как бесстрашно держалась Тейпа с самим грозным андербоссом. В ней было что-то необычное, выделявшее ее среди других подружек Монтанелли, это точно. Потому, возможно, для Гвидо она - самый подходящий вариант, как и он для нее, несмотря на все сложности, которые возникнут в таком союзе или браке. - Нет, феминистки все страшнее атомной войны. - со смехом ответил гангстер, когда Ливия поинтересовалась, не причисляет ли он ее к числу таковых. По его мнению, подобные игрища были уделом обделенных в личной жизни, закомплексованных или фригидных женщин, в душах которых зависть к семейному счастью своих более привлекательных товарок преобразовывалась в презрение и ненависть. А уж у Андреоли не было причин сетовать на мужской пол - его представители всегда были готовы многое положить к ее ногам. И поводов сублимировать собственный неуспех общественной активностью тоже не было. - Эротические фантазии надо не представлять, а воплощать, разве нет? И я предпочитаю реальные экстазы ментальным, а ты? -консильери посмотрел на красавицу сквозь винную муть в бокале. Через эту своеобразную призму вся комната словно окрашивалась в кровавые оттенки - или королевско-рубиновые, это  как посмотреть. Стакан всегда либо наполовину полон, или наполовину пуст - однозначности в этом мире нет. Когда она наступает - то, значит, этот стакан уже превратился в осколки. - Мне кажется, нужно быть законченным эгоистом, чтобы в постели  заботиться только о себе. - вкрадчиво добавил Ринальди, выслушав ответ хозяйки "Парадиза" на его вопрос.  Закинул ногу за ногу, посмаковал напиток, провел языком по небу, наслаждаясь послевкусием. Смесь горечи и сладости, аромат фруктов и бьющая в нос кислинка - именно этим многоцветием впечатлений и прекрасна жизнь. Если все не так, то зачем существовать? - Кстати, знаешь, что порой расслабляет даже лучше секса? Массаж - после тяжелого дня прямо-таки выгоняет всю усталость из косточек. Или ты не поклонница? Наверное мобстер бы продолжил, но тут девушка опять начала допрос. И то, о чем она любопытствовала, сделало взгляд Майка из благодушного остро-настороженным.  То, чего Лив коснулась, было уже  не шутками, являлось темой весьма опасной. Андреоли хочет, чтобы он косвенно высказался за смещение Гвидо, продемонстрировал, что они с Франческо проявляют амбиции? Тут надо было подумать - и ответствовать взвешенным образом. - Лив, а почему ты вообще решила, что я хочу видеть себя или Фрэнка боссом? По нынешним временам, это как черная метка, прямая дорожка в тюрьму. - со всей возможной искренностью в голосе начал советник, слегка сконфуженно разводя руками. И в сущности, в том, что он говорил, было зерно правды - если солдат или капо мог еще иногда оперировать более или менее изолированно, то дон оказывался, так сказать, в центре всей криминальной Ойкумены, к нему тянулись самые разнообразные ниточки. И на концах этих ниточек оказывался Бог знает кто, в том числе копы под прикрытием и стукачи.  Плюс за первыми лицами вечно гонялась пресса, сбрендившая на Вито Корлеоне и тому подобных персонажах. Что и делало корону крестного отца столь же смертоносной, сколь и притягательной. - Гвидо вон в газетах, Донато тож был. А мы есть с Фрэнком, скажи? Ну вот то-то. Потому и можем делать бизнес, поднимать большие деньги. И нахрена нам тогда нужно становиться боссами? Так-то так, но деньги никогда не были для Майка единственной и даже главной целью пребывания в Коза Ностра.  Он был им благодарен за то, что они приносили ему комфорт, позволяли спускать их на роскошные машины, колье для любовниц, костюмы Бриони, продувать за карточным столом, обеспечивать свою безопасность во многом -  но не более того. Свыше всего он ценил ту тайную власть, уважение, "честь", как у них говорили, которые ему давала Семья. При этом в душе он оставался тем же искателем приключений, которым был в юности, отличался амбициозностью - почему даже шел порой на дерзкие ходы, от которых из осторожности может было бы лучше и воздержаться. Будучи капо, с автоматом в руках шел расстреливать напавших на автомойку Лео черных отморозков. Будучи третьим человеком в структуре, вместе с Росси и Мартином организовывал новую наркоцепочку.  Мафиозный образ жизни создал в нем зависимость почище никотиновой.  И при этом итальянец все же просчитывал свои маневры и стремился подложить везде подушки, на случай падения - такой уж был сложной натурой. - Так что это не вопрос желания, а вопрос долга... Если же посмотреть с этой стороны...  Если что случится, я хотел бы видеть во главе боргаты того, кого примут наши капитаны, с кем будут готовы вести дела в Калифорнии и в Нью Йорке.  Главное, чтобы  при таком преемнике механизм продолжал работать как оно подобает в "нашем деле".Отведал еще красненького, потянул со стола апельсин, начал его очищать и делить на сочные дольки. Медленно, с удовольствием разжевал одну из них. Потом заключил свой монолог-объяснение. - Ну - а вообще, у Фрэнка есть преимущественное право, он - наш андербосс. Обтер пальцы салфеткой - сок у цитруса оказался весьма липким, тот, тем более,  был свежим и прямо-таки им истекал.  Затем решил перейти в нападение, которое, как известно, лучшая из защит. Пристально посмотрел на Лив, недолго покатал мякоть фрукта во рту, прежде чем проглотить. И потом заговорил. - Вот ты упомянула фантазии.  Хорошо... Каждому из нас  бывает одиноко, верно? Какой бы самодостаточной ни была личность, каким бы ты ни был эгоцентриком, одиноким волком - иногда тебе отчаянно начинает хочется ощутить, что ты не один. - В такие одинокие минуты... Образ какого мужчины чаще всего - вольно или невольно - всплывает у тебя в голове? Чьи руки, речь, дыхание... Наполовину закрыв глаза, выпил. Теплота теперь растекалась по всему телу - все-таки, если бы не было спиртного,  эта планета была бы чертовски невеселым местечком, поди все бы только сидели с постными рожами и рассуждали о прибылях, напоминая чертовых мормонов. - Куинтон Гуидони? Доходили некие очень и очень смутные слухи до Майка, все же ныне находящийся в местах не столь отдаленных шкипер не отличался сдержанностью Монтанелли, был склонен потрепать языка в пьяной компании. - Фрэнк Альтиери? Последнее было сказано уже шутливо, ибо был отсылкой к тому, чем они начали разговор. Зато таковой не являлось следующая фраза.  - Или... Марчелло, такой, каким ты его только встретила, когда он еще не стал другим? - почти прошептал Ринальди. Все же именно в этого мужчину когда-то влюбилась Андреоли, за него согласилась выйти замуж, прожила с ним немало лет - на что не пошла ни с каким другим из своих почитателей. - Или, может, кто-то еще?

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-12-10 10:30:16)

+1

33

- Когда один перетекает в другой, - с легкой улыбкой ответила о своем предпочтительном варианте экстаза и, глядя на консильери, отпила еще вина. Все это эротическое давление, которое он на нее явно пытался оказать, поднимая подобные темы, забавляло и возбуждало в равной степени. Нравились Андреоли эти всякие пикантные беседы и игрища, и, увы, она была грешна тем, что играла в них с теми, с кем не стоило этого делать. Особенно под градусом.
- Согласна, - мечтательно прикрыла глаза при упоминании массажа. - Теперь я знаю, какое желание тебе загадать в случае выигрыша, - посмеиваясь, отставила бокал на столик перед диваном, и, заложив руку под голову, откинулась на спинку, принимаясь внимательно слушать объяснения того, почему им с Фрэнком не хочется становиться боссами. Андреоли, конечно, в такую сказку никогда не поверит, и скорее предположит, что Майкл ей не доверяет, опасаясь, как бы она не сдала их амбиции самому Гвидо, с которым была в лучших отношениях, чем с тем же Фрэнком. Возможно, он даже быстро прикинул, что это может быть эдакой провокацией с ее стороны, поэтому и стал отмазываться, придумывая все эти отговорки насчет безопасности их нынешних позиций. Выслушала она его витиеватые рассуждения со снисходительной улыбкой, но вслух высказывать свои сомнения насчет правдивости услышанного не стала. Зато не упустила возможности подколоть:
- Как ловко ты перекинул эту нежелательную "черную метку" своему другу! Так-так-так, - посмеялась, барабаня пальцами по обивке дивана. Ринальди так старательно выкручивался, что в итоге сам пригнал себя в один из углов. Впрочем, все это было, конечно, шутками, и ссорить друзей она не собиралась. Да ей и не за чем было это делать. Фрэнк ее больше не трогал, угрозы свои оставил в прошлом, и желать ему зла у нее не было ровным счетом никаких причин. Наоборот следовало поддерживать партнерство, он ведь тоже собирался вложиться в новую гостиницу, за которой они с Майком сюда и приехали. Интересно, андербосса не сожрет зависть, когда он узнает о том, что практически по чистому везению они с Ринальди заполучили долю в самом престижном ресторане города?
Услышав начало вопроса, Ливия приготовилась в очередной раз ухмыляться, но упоминание Куинтона в перечне ее предполагаемых фантазий заставила ненадолго замереть в напряжении. О ее краткосрочном романе столетней давности с Гуидони не знал никто, кроме них двоих. По крайней мере, ей хотелось верить в то, что у Куина хватало достоинства не трепать об этом на каждом углу. Учитывая, что по приезду в Сакраменто он связался с Агатой, не в его интересах было бы выносить их историю с Ливией на всеобщее внимание. Но Ринальди ведь не спроста упомянул о нем? Значит что-то все-таки этот сукин сын сболтнул. Андреоли взялась за бокал, и за глотком вина попыталась скрыть загоревшееся в ней раздражение. Воспоминания о том, что произошло в Наварре, вообще не приносило ей ничего хорошего. Она целых семь гребаных лет жила с чувством вины на душе за то, что стала причиной смерти смазливого парнишки из Италии. А он, оказывается, выжил и еще смел отшвырнуть ее при встрече, дав понять, что если за эти годы и вспоминал фамилию Андреоли, то связывал ее с Марчелло, которому все мечтал отомстить, а никак не с ней. Когда первые эмоции улеглись, правда, они смогли около года вполне цивилизованно работать вместе и общаться, пока Куинтона не отправили на свидание с правительством. В большей степени получалось это из-за того, что чувств больше никто из них друг к другу не испытывал, а Куин из дерзкого, смелого и не испорченного всем этим криминальным дерьмом парня, с которым она познакомилась в Италии, превратился в жестокого и безжалостного убийцу, ничем не уступавшему покойному уже тогда Марчелло. Так что, на душе к нему у Ливии остались лишь разочарование и досада за то, что напрасно корила себя за его смерть.
Дослушав список, выдвинутый Майклом, Ливия расслабилась. Вряд ли ему было что-то известно о той давней истории с Гуидони, раз он со смехом вписал туда и андербосса. С таким же успехом мог перечислить еще и Фредо с Монтанелли, она же с ними тоже общалась. А вот упоминание Марчелло не удивило. Забавно, Майк думал, что муж все еще волнует ее сердце. Нет, если бы это было действительно так, она бы никогда не смогла отправить его на тот свет. Но так или иначе, решив подыграть его таинственности, она наклонилась в его сторону и тоже понизила голос до шепота:
- А, может быть, ты, - с придыханием произнесла последнее и растянула губы в бесовской улыбке. Прозвучало как полувопрос-полуутверждение, пойди разбери. Затем она снова откинулась назад и вальяжно забросила руку на спинку дивана. - Ну и вообще не отказалась бы от Шона Коннери в его лучшие годы... - образец благородства, стати и надежности. - Брюса Уиллиса там, не знаю... - фантазии ведь на то и фантазии, что реальностью стать не могут. - А ты о ком мечтаешь? - Меж делом, задала ответный вопрос. - Это вне раунда! - сразу предупредила. - Джоли? Или, может, Моника Беллуччи? Говорят, я на нее похожа, - опять с провокационной улыбкой посмотрела на консильери. Чем больше она пила, тем раскрепощеннее на язык и всякий флирт, естественно, становилась.
- Ну что бы еще у тебя спросить? - задумавшись, побарабанила кончиками пальцев по губам. - Хм... а у тебя была в жизни женщина, которую ты по-настоящему любил? И почему у вас ничего не вышло? - давай-давай, Ринальди, ты же уже тоже достаточно выпил для откровений.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-12-12 18:17:10)

+1

34

Вечер, переросший уже в глухую ночь, бархатное, с голубыми бусинками звезд, покрывало темного неба за окном, уединенный номер-люкс, горячащее плоть, душу и разум красное вино. Все это располагало к откровенным разговорам - настолько откровенным, насколько они могли быть у двух достаточно закрытых, себе на уме, людей. – Тогда я с радостью приму проигрыш.  – с ухмылкой ответствовал Ринальди, когда Ливия упомянула о том, что может стать ее желанием при победе.  Этот разговор и веселил, и возбуждал его. Потому он и любил общество Андреоли, часто забывая о тех моментах, которые осуждал. На такую женщину нельзя было смотреть без интереса, ее чувство юмора, обаяние и чувственность во всех движениях невольно зажигали в любом мужчине огонь. Некоторые в нем и сгорели, как бедолага Марчелло. Хотя этот громила вряд ли, конечно, тянул на летящего в камин мотылька. – Думаю, я бы тебя удивил… После такого массажа каждая клетка тела отдыхает, наполняется теплом. Cпала бы потом как котенок… - консильери провокаторски понизил голос, выразительно посмотрев на Андреоли. Не отводя от нее взора, поднес к губам бокал, сделал глоток хмельного напитка. Затем же его глаза лукаво заблестели – и мафиози почти шепотом протянул – Если бы, конечно, захотела заснуть… Может, в играх флирта советник и несколько уступал такой мастерице, как хозяйка "Парадиза" - но тоже неплохо умел плести кружевные сети из полутонов и недомолвок. Вообще говоря, хотя он раньше не смотрел на это с такой стороны, у них с Андреоли было немало общего. Чувство стиля, ироничность, любовь к красивым вещам, определенная склонность к плутовству. А сволочи-недруги бы добавили, что и колоссальный эгоцентризм. Хотя Ринальди бы не согласился. – Оу… - когда Ливия намекнула, что объектом ее мечтаний может быть и он, Майки смочил французским нектаром слегка пересохшее горло. Понятное дело, что его компаньонка игралась, дразнила его  - однако такое все равно не могло не будоражить. С шутливым сожалением покачал головой. –Ну и скверное же это слово, "может"… Чокнулся с Ливией, молча выслушал ее дополнения про актеров. Угощаясь бургундским, мысленно расхохотался – эта лисица ловко умудрялась обойти суть его вопросов. Ну не о телезнаменитостях же он ее спрашивал? Это тинейджер может втюриться в картинку – а уже познавший, что такое любовь и желание, думает о тех, кого знает, их прикосновениях, аромате кожи, мягкости волос. Хотелось узнать нечто сокровенное. Хотя бы о том же Гуидони – чем он вообще так понравился Лив? Та ему казалось всегда девочкой с головой – а тот Куин, которого он знал, был парнишкой смелым, но при этом не семи пядей во лбу. В смысле аморальности же был куда хуже того же Марчелло – торговать людскими органами придумал именно он. Но пришел момент отвечать уже на следующий вопрос Андреоли – и Майк решил последовать примеру хитрованки. –  Интересно, что ты вспомнила о Монике Белуччи! Когда я был совсем молод, увидел ее на странице гламурного журнала –и представь, влюбился с первого взгляда!– гангстер о всплеснул руками, изобразив на своем лице подобие смущения. На несколько секунд застыл в ложном колебании – а затем продолжил.
– Знаешь если, коли предмет нереален – то страсть обычно втройне сильнее, как у Пигмалиона со статуей. Тут мафиози щегольнул своим знанием древнегреческих мифов – не слишком обычным для его среды. Взял из вазочки немного соленых орешков, арахиса и миндаля. Потом огорченно вздохнул. – Но я был в Сакраменто – а она там далеко, в Парижах и Лондонах… Шли годы – а образ довольно долго не выходил у меня из головы. Вот тебе и пример любви, и того, почему мы не могли быть вместе… Тут Ринальди дружелюбно рассмеялся – по сути, он дурачился, подводя дело к комплименту. Но ведь в сущности платил собеседнице ее же монетой – да и за руку его тут не поймать, не доказать же, что такого не было и что это не главная в его жизни вспышка эмоций? На самом деле, если что мобстер и терпеть не мог – так это вспоминать о прошедшем и обсуждать с привлекательными особами прекрасного пола свои минувшие похождения. Но не сдаваться же без боя! – И вот теперь я вижу девушку, действительно поразительно похожую на Монику – но при этом наверняка в сто крат умнее? Прямо глаз радуется! Завершив свою филиппику, откинулся на кресле – придумывать сложные задания для Лив было уже лень, алкоголь расслаблял здорово. Слегка поразмыслил.  – Чего ты больше всего хочешь? И чего больше всего боишься?

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-12-10 18:07:06)

+1

35

Похоже, Майка не брал никакой алкоголь. Усыпить его бдительность не удавалось ни флиртом, ни шутками, ни беседами о прошлом. Разомлев от вина, более откровенным он не стал, а может намеренно не хотел уже напрягаться и отвечать на ее вопросы серьезно.
- О, Майк, - тоскливо протянула, отворачиваясь от мужчины и демонстрируя свое неудовлетворение его ответом. - Я смотрю, ты уже настроился проиграть ради массажа, - история его влюбленности в актрису, с которой никогда не виделся, совершенно не тянула на правду и уж точно не относилась к ответу на ее серьезный вопрос о личной жизни. - Это поддавки. - Хитрецом Ринальди даже под градусом оставался знатным, и его способность уклоняться от прямых ответов никуда не делась. Или он намеренно все темы сводил к ней? Ну конечно, наверняка рассчитывал, что она распустит уши на такие замысловатые комплименты и растает. Ох, Майк... Пусть тренирует данные приемчики на других дамочках. С Ливией Андреоли подобные подкаты успеха иметь не будут и в лучшем случае просто повеселят. Но тем не менее, произнесенные слова Ливия быстро подхватила и не упустила возможности в очередной раз подразнить мужчину:
- А знаешь, какая страсть самая сильная? - тоже полушепотом - о страстях ведь только так. Придвинулась почти вплотную, будто хочет сообщить нечто тайное, помолчала, скользнув взглядом по его губам, словно раздумывая, поцеловать или нет, затем посмотрела ему в глаза и таким же шепотом уверенно выдохнула: - Неутоленная!
Тихо посмеиваясь, она отодвинулась и стала подниматься с дивана. В отличие от Ринальди, она уже чувствовала, как хмель разливался по телу и ударял в голову. Стрелки часов переползли уже далеко за полночь, и скопившаясь за день усталость давала о себе знать. Было и так ясно, что игра, предложенная консильери, себя не оправдала, и в таком ключе продолжать ее можно было бесконечно. Откровенничать больше допустимого никто из них не стал, что в принципе и не удивительно. Может, кое на какие стороны жизни мобстера игра и приоткрыла занавес, но в душу к нему забраться все же не удалось, ровно как и добиться от него каких-либо признаний. Последний заданный вопрос пришелся очень кстати для плавного финала, время которого, как и привыкла, Ливия определила сама.
- Больше всего я боюсь, что завтра не встану. И очень хочу спать, - коротко, но мило улыбнулась, уже поднявшись с дивана. Раз уж он отшучивался, то почему бы не сделать этого и ей? - Ну что, сойдемся на ничье? - поправила взъерошенные рукой волосы, постаралась вернуть себе трезвость ума и сделала над собой усилие, чтобы не пошатнуться на каблуках, утопающих в мягком гостиничном ковре. - Пойду к себе... Душевный вечер, - напоследок глянула на мужчину, не очень успешно обходя кресла и стол со стульями, так неудачно попадавшиеся на пути. - До завтра, - сказала уже на пороге, но, распахнув дверь, остановилась и, с досадной ухмылкой прикрыв глаза, развернулась обратно. - Это же мой номер, да? - закусила губы, чтобы не рассмеяться. Надо же, как алкоголь и всякие замысловатые игры задурили ей голову. Дверь она закрывать не стала, продолжая удерживать ее распахнутой и намекая на то, что при таком раскладе, удаляться придется Майклу. В ожидании именно этого действа она расслабленно прильнула к дверному косяку, чувствуя усталость в ногах и легкое головокружение от выпитого вина. В компании Ринальди вечер действительно пролетел весьма приятно. Впрочем, она, пожалуй, и вспомнить не может, чтобы с ним ей было когда-либо неинтересно или тоскливо.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-12-12 20:45:55)

+1

36

- Я так редко проигрываю, что, может, стоило бы и попробовать для интереса? – улыбнулся Майкл. По сути, пошутил – но на самом деле ощутил прилив гордости, а вернее  - хмельного оптимизма. Ему удалось получить практически все, чего он хотел. Пришлось пройти в жизни много испытаний, эта упрямая сука нередко кусала его своими острыми зубами – однако в итоге он одержал над ней триумф. И, несмотря на войну, несмотря на другие злоключения этого бурного года – именно он стал в его жизни наиболее успешным.  Ринальди поднялся на вершину иерархии клана,  его доходы и сфера влияния увеличивались олимпийскими темпами, казалось, уже ничего не остановит мужчину. Если только вспомнить, что всего пару-тройку лет назад они с Фрэнком были обычными солдатами в группировке, руководимой ненавидимым Донато. – По твоей логике, лучшее вино – вино невыпитое, а лучшая жизнь – та, которую даже не начинал жить. –  может, аналогия и не так уж блистала предполагаемым изяществом, однако после такого количества алкоголя уже не хотелось особо шевелить извилинами. Что же до маневра Ливии, с очередной попыткой его поддразнить – он был, увы, ожидаемым. Чего она отлично умела – это обещать не обещая, обнадеживать не обнадеживая, держать на коротком поводке, играть мужчинами и их желаниями. Потому Майки  окинул молодую женщину невозмутимым взглядом, будто и не обратил внимания. Отгоняя от себя воспоминание о приблизившихся к его лицу губах, отправил себе в бокал остатки красного из бутылки – с хозяйки "Парадиза" явно было уже довольно. О чем она, по сути, и заявила, решив отправиться спать. – Ничья так ничья… Давай, хороших снов, вечер отличный. А я посижу пять минут и тоже на боковую. Уже без всяких джентльменских выкрутасов мафиози несколькими глотками прикончил чилийское – и прикрыл глаза, наслаждаясь побежавшими по всем жилам, суставам, венам горячими струями. Он уже не слышал, что говорила девушка, где-то в глубинах разума промелькнуло запоздалое сомнение насчет того, в своем ли он номере. Однако веки, как на беду, уже были тяжелыми как свинец, в голове воцарилась некая сумятица – и думать  стало положительно невозможно. – Хрр. -  и в следующую секунду закемаривший в кресле гангстер уже оказался в крайне идиллической обстановке. Они с Фрэнком и его сыном Джуниором ехали на рыбалку. Белый катер мчался сквозь воды озера Тахо, в лицо бил теплый ветер, а в особом холодильничке хранился ящик пива для взрослых и кока-кола для их несовершеннолетнего спутника. Фрэнк управлял посудиной, дымил сигаретой  и постоянно рассказывал анекдоты, Джун по велению отца занимался снастями, но все время норовил пофилонить с геймбоем. Что до советника, то он просто сидел на скамеечке с банкой в руках. Тянул себе "будвайзер", лениво закусывая чипсами и выглядывая место, где они могли бы забросить удочки. Благо, отошли уже на глубину, даже берега не видно. – Эй, пап, дядь Майк! Зырьте что я нашел! – вдруг крикнул отвлекшийся от видеоигр тинейджер – и указал куда-то в сторону. Подняв взор, Ринальди в самом деле заметил, что за бортом плавает нечто продолговатое, напоминающее навороченный спининг с телескопическим удилищем. Ну и находка, надо подобрать – но где он его уже видел? Не успел мафиози озадаченно почесать в затылке и  протянуть ладонь к дорогой вещице – как вдруг влажная поверхность забулькала. И изрыгнула странный предмет непонятной формы. При рассмотрении оказавшийся черным лаковым ботинком, причем заляпанным свежей землей, которой в озере не могло быть в принципе. Затем нечто вроде  кружевного лифчика. Неужели кто-то вывез целый контейнер хлама – и просто его утопил? Мда, с такой экологией на хороший клев рассчитывать не следует.

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-12-14 15:50:28)

+1

37

Хорошо там, где нас нет. Не то, чтобы Ливия была такой уж недовольной тем, что имеет сейчас, но она осознавала, что во многом ее жизнь сложилась не так, как она мечтала. Всю эту меланхолию она, конечно, гнала от себя прочь, не собираясь копаться в поворотах своей судьбы, но с предположениями Майка насчет недостижимого "лучшего" была согласна. И пару бокалов назад она бы вполне охотно поддержала рассуждения на этот счет. Сейчас же было уже не до философских бесед. Мозг требовал отключки.
- Майк? - отстранившись от двери, негромко позвала мужчину, заметив, что он не торопится покидать ее номер. - Майк? - с усмешкой повторила еще тише, вернувшись к креслу. Андреоли сомневалась, что он действительно уснул, и приняла это сначала за банальный розыгрыш. - Майк, - она тронула его за плечо, но в ответ получила лишь громкое похрапывание, подтвердившее, что гангстер не разводил ее, а действительно отключился. Тормошить его и дальше не было ни желания, ни сил, поэтому, вздохнув, она отправилась в ванную, где заметно протрезвела после горячего душа и, вернувшись, к своему удивлению обнаружила, что Ринальди, развалившись в неудобной позе, все еще посапывает у нее в кресле. Расправив одеяло и усевшись на кровать, она принялась готовиться к нормальному сну, привычно смазывая руки увлажняющим кремом и параллельно выжидая пробуждения Ринальди. Но так его и не дождавшись, она поморщилась при очередном мужском храпке и слабо запустила в гангстера находившуюся под рукой декоративную подушку.
- Майк, иди уже к себе, - утром они планировали нанести визит Сэквилю, чтобы спросить, как у него прошло мишленовское инспектирование, ну и, конечно, обсудить детали их сделки, поэтому Ливии хотелось нормально выспаться. Однако она ошиблась, думая, что присутствие Ринальди ей как-то в этом помешает. Едва забравшись под одеяло, даже не снимая халата, и опустив голову на подушку, она практически сразу погрузилась в сновидения, сумбурные, спутанные, но какие-то очень приятные.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-12-14 23:04:24)

+1

38

Чувство тревоги все более овладевало Майком – в доселе мирном озере творилось что-то не то. Только что спокойные воды  заволновались– сначала  лишь испуская звонко лопающиеся пузырьки,  а затем начав клокотать и бурлить.  Ветер засвистел резко и сильно - настолько сильно, что вырвал у Фрэнка сигарету и унес ее куда-то в неведомую даль. Волны все с большей силой качали катер – а их цвет сменился на угрожающий, иссиня черный. Однако самыми неприятными были издаваемые ими звуки -  в напомнающем шепот шелесте слышалось что-то напоминавшее имена. Вдруг Джуниор повернулся и закричал, Ринальди краем глаза заметил, что у него за спиной мелькнули тени. Он быстро повернулся… и проснулся, тяжело дыша,  с капельками пота на лбу. Автоматически перекрестился, поморщился, кинул взгляд на стол с опустевшими винными бутылками. В привидившемся ему мороке было какая-то неприятная недосказанность, что-то за ним таилось. В то же время было глупо – он, каждый день смотрящий в глаза смерти, позволил себя смутить каким-то вырвавшимся из  сумрачных дебрей подсознания призракам. С трудом поднялся и затем чертыхнулся – под ногами лежала какая-то подушка, и консильери едва не упал. В номере было так же темно, как  за окном – и потому до холодильничка с минибаром Майкл добрался наощупь, про себя, хватаясь за мебель и спотыкаясь. Наконец открыл белоснежную дверцу и удовлетворенно вздохнул – запасец был основательный. Пробежался глазами по всему алкогольному ассортименту – и наконец остановился на внушительной фляжке с ромом "Баккарди Блэк". Отвинтил пробку, cделал несколько глотков крепчайшего черного пойла. Запил кока-колой из краснобелой банки – и нервы полностью пришли  в порядок. Затем устало зевнул,  глянул на циферблат своего Ролекса.  Мать честная, изящные золотые стрелки указывали на то, что было уже три часа ночи. Пора вздремнуть – иначе завтра гангстер не будет ни к чему годен. Быстро скинув с себя одежду, советник точно так же, как и прошлый раз, на голом чувстве осязания, добрался до кровати. Поудобнее устроился на голову на подушке, прикрыл глаза, положил руки на что-то приятно теплое и мягкое (что бы это могло быть, неужели заботливые отельные служители подсунули грелку?). Придвинулся к грелке-негрелке поближе -  и снова приготовился отбыть  в страну Морфея.

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-12-16 18:02:41)

+1

39

После заметной дозы алкоголя Андреоли всегда спала крепко и долго. Поэтому никаких телодвижений рядом с собой в эту ночь она не почувствовала и очнулась, только когда на часах было уже около полудня. Несмотря на пробуждение, открывать глаза итальянка не торопилась, всячески отметая мысль, что пора вставать. То ли от напряженного дня, то ли от выпитого вина все тело немного ныло, а организм требовал прохладной воды, но в постели было так тепло и уютно, что она решила понежиться еще немного. Сладко потянувшись, она неожиданно врезалась запястьем во что-то справа от себя и, резко распахнув глаза и повернув голову, увидела, что впечаталась в переносицу... Ринальди?
- Ты что тут делаешь? - задала вроде бы самый логичный и в то же время дурацкий вопрос, приподнимаясь на локтях и ровным счетом ничего не понимая. Может быть, выпила она вчера и немало, но никогда еще алкоголь не приводил ее в состояние полнейшей отключки и потери памяти. Нахмурившись, она попыталась восстановить всю картину вчерашнего вечера, и появление Майкла в ее постели туда точно не входило. - В чем дело? Заблудился ночью? Или спьяну не смог справиться с карточкой от своего номера? - остатки сна улетучивались с каждой секундой, а сознание прояснялось. Скинув с себя одеяло, она села спиной к Ринальди и покрепче затянула пояс шелкового халата, который, видимо, забыла вчера снять. Наличие одежды, кстати, рушило последние сомнения относительно того, было ли между ними с Ринальди что-то или нет. У Ливии не имелось такой привычки, как одеваться после бурной ночи. Но упустить случая и не пошутить на эту тему она, конечно, не могла.
- Ну и как тебе со мной спалось? - очутившись у мини-бара и изучая его содержимое, она с ироничной улыбкой обернулась к мужчине. - Понравилось?
Выудив из холодильника наконец стеклянную бутылку с минеральной водой, она плеснула жидкость в чистый стакан и почти полностью его осушила. Затем наполнила второй и предложила его Майку. На его вопиющую по всем канонам морали и нормам приличия выходку Ливия ничуть не злилась - понимала, что вчера они с Ринальди оба немного заигрались и, пожалуй, забыли о том, что в первую очередь, они - партнеры. А со всеми своими партнерами Ливия предпочитала держать определенную дистанцию. Несмотря на то, что Майкл был приятным собеседником, привлекательным мужчиной и отличным другом, думать о нем как о потенциальном любовнике она себе запрещала. Поэтому все эти неловкие интимные моменты, вроде пробуждения в одной постели, Андреоли совершенно точно предпочла бы избежать. Исправлять положение, однако, было уже поздно. И все, что оставалось - это сделать вид, будто ничего такого и не произошло. В конце концов, так и есть. Смущения за короткое соприкасание тел во сне Ливия испытывала мало. Главное, не мусолить эту тему и не пытаться найти тут какие-то бессмысленные оправдания.
- Одевайся, а я закажу нам завтрак, - она собрала с пола его разбросанную одежду и кинула ее на кровать. - Ты же не забыл про встречу с Сэквилем? Старик ждет нас в час.
Переговорив по телефону с рестораном, она сделала заказ в номер, и скрылась в ванной, дав мужчине возможность одеваться без стеснения. Впрочем, Майк, как можно было заметить, скромностью и повышенным смущением отнюдь не страдал и, кто его знает, вслед за кроватями мог запросто перепутать еще и душевые кабины. Но таких дерзостей Ливия от него все же не ждала, полагая, что к утру он уже должен был вполне протрезветь.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-12-17 00:59:00)

+1

40

Остаток ночи Майку спалось куда лучше, чем ее первый отрезок. Ему не снилось ни всплывающих невесть откуда предметов, ни странных теней, ни бушующих за бортом катера вод. Сказать точнее - ему вообще ничего не снилось.  Правда, когда мафиози почувствовал толчок, разлепил глаза и увидел лежащую рядом с собой Ливию - ему подумалось, что он все еще дремлет. - Может, это ты не захотела меня отпускать? - наконец кривовато ухмыльнулся он, выслушав различные ехидные предположения Андреоли насчет того, почему он оказался с ней в одной постели. Потянулся и потер лоб - после вчерашней попойки голова у него гудела немилосердно, хотелось взять большой топор и отрубить ее нахер. Потом зевнул и попытался припомнить - было ли что-то. Нет, не было - иначе он бы точно не забыл. - Так с одного раза-то не поймешь. - с улыбкой ответил девушке, с благодарностью принимая стакан минералки. Разом выхлебал его, сладко, до хруста костей потянулся, прогоняя остатки сна. Беззастенчивым взглядом проводил уходящую в ванную Ливию, изучая ее скрываемые халатом формы. Несмотря на все постпохмельные мучения, ощутил, как по телу пробегает волна возбуждения - изгибы фигуры хозяйки Парадиза были прекрасны... но были бы еще лучше без этой тряпки. Поморщившись, поднялся, натянул на себя одежду, прошелся по комнате, прислушиваясь к журчанию крана в соседнем помещении. Постучал по двери, игриво крикнув. - Эй, может тебе спинку намылить? И тут же крякнул - в башке опять словно застучали молоточки. Сколько он вчера выпил бокалов или даже бутылок? Явно больше, чем Андреоли - а потом еще и залил крепким спиртным. Гангстер поглядел на часы - им надо было поторопиться, на завтрак оставалось всего ничего времени. Впрочем, после проделанной работы старик Гастон мог бы и подождать - вознаграждения от него компаньоны ведь еще и не видели.
После съеденной яичницы с беконом и двух чашек кофе Ринальди сделалось лучше - и в "Линкольне", везшем их на место встречи с Сэквилем, он был уже вполне огурцом. Ехать им предстояло не так далеко -  великий кулинар лично отправился покупать специи в какой-то маленький элитный магазин и оказался недалеко от их отеля.  Вскоре автомобиль притормозил - и они заметили стоящего на перекрестке, прямо около светофора, Гастона.  Тот был в плаще и какой-то старомодной широкополой шляпе, в которой лучше всего смотрелось перо, как у мушкетеров из старого французского фильмеца.  Вылезая из тачки,  Майкл улыбнулся и пожал развалине руку. - Надеюсь, все прошло хорошо? - негромко спросил он. Однако особой конспирации не получилось - ибо повар тотчас заголосил на всю улицу. Впрочем, тут, среди гудков машин, щума бродящих между кофейнями и лавками толп, ничего особенно и не было слышно.  - Просто идеально! Он заказал буйабес, утиную грудку в шафране... И ел явно с удовольствием! Сморщенные щечки собственника "Пляс Магнифик" разгорелись от возбуждения, он бурно жестикулировал, напоминая вращающуюся мельницу. Ринальди благодушно кивал, при этом  размышляя о том, сколько же им предстоит ждать результатов инспекции Мишлен. И, соответственно, своего куша. Вдруг, в самый неожиданный момент, потомок плантаторов замолк на полуслове  - и схватился за сердце. Его лицо окрасилось зеленовато-бледными тонами и он начал заваливаться на бок. Сердечный приступ! 
- Мсье Сэквиль, что с вами? -  воскликнул Майк в некоей растерянности, придерживая легенду кухни за плечи.  Яростно оглянулся на Ливию и подоспевшего шофера, из числа людей Ренато.  - Надо срочно врача! Он же не успел... Тут Ринальди не договорил,  хотя Андреоли, должно быть, все понятно - тот не успел переписать на них долю в ресторане. Если тот сейчас умрет - значит, трудились они зря.
- Скорую помощь вызвать?  Водитель сплюнул на землю, растер слюну ботинков. - Босс, там теперь за баранкой сидят одни негры или латиносы, пиздец какие ленивые! Пока доедут - он уже будет у праотцов. Нагнулся, помогая Ринальди похватить обессилевшего Сэквиля.  - Здесь больница под рукой прямо, мы быстрее домчим!

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-12-19 18:25:39)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » What's Cookin' Doc?