Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Конец лета - начало...


Конец лета - начало...

Сообщений 1 страница 20 из 23

1

Участники: Sheyena Teipa, Guido Montanelli
Место: Квартира Шейенны
Время: 31 августа
О флештайме:
О том, как не получается праздновать день рождения в одиночестве.

+1

2

Квартира Шейенны

http://22.img.avito.st/1280x960/600287822.jpg

Внешний вид

http://dark-world.ru/files/bands/photos/Tarja-Turunen/dw_2hhr17jk.jpg

Возможно, ли привыкнуть к одиночеству, находить в нем то, что другие отказываются видеть, ища компании, приключения? Шейенна нашла. Иногда она бегала от забот, окунаясь в тишину вокруг себя. Прогулка по лесу привнесла в ее жизнь нового человека, столь неординарного, иного как она сама, который не смотрел на нее как обычно многие люди. Ки. Шей улыбнулась, вспоминая девушку, перевернулась на кровати. Думать какой сегодня день не хотелось. Хотя возьми телефон, а там уже куча пропущенных. Конечно, она перезвонит, обидеть тех, кто тебя любит непростительный грех.
Едва перебравшись по дивану, протянула руку к сотовому, как тот запрыгал.
- Привет! – Ольянта, чудо, радость ее жизни.
- Ты так долго спишь или не хочешь разговаривать? – чуть обиженный голос прозвучал в трубке.
- Как ты вообще мог подумать, что я не хочу разговаривать! Это твой мне подарок? – Шей хихикнула.
- А почему ты не на работе?
- Ну, потому что и я нуждаюсь в отдыхе. Нет, вот что за допрос!
- С днем рождения! Я думал ты останешься, я смогу подарить тебе кое-что, - теперь была его очередь смеяться, когда Шейенна торопливо пыталась его перебить вопросами А что? Ну, скажи. – Ты приедешь и увидишь.
- Не сегодня, ты же знаешь.
- Знаю. Ты никогда не бываешь на свое день рождение дома. Хотя я не понимаю этого. Это ж круто! Подарки, веселье.
Ага, расспросы, допросы…
- Я очень тебя люблю, но даже это не может остановить меня. Увы, твоя сестра неправильный человек.
- Да нет, ты очень даже правильная. Знаешь, - его голос стал тише, - я ведь знаю, что ты больше не рядом Гийвата.
- Откуда? – Шей заволновалась. Она ведь не рассказывала никому. Деду не надо, сам все домыслил, отец и мать встретив перед собой стену, отстали до лучших времен. Куан… Этот хоть и лез куда не просят, но в умении держать язык за зубами ему не откажешь.
- Мне сон приснился, что среди картонных столбов, которые мокнут под дождем и падают. А когда ты работала рядом с братом, то снилось колючая змея и много лестниц. Так, где ты работаешь?
Шейенна запнулась, открыв рот. Она не предполагала, что в ее младшем брате тоже откроется тайное знание, как в ней. Возможно, дух его использовал как сосуд, накапливая силы для чего-то? А дед знает?! От таких умений и знаний не каждый может здраво рассуждать, а ее младший брат был слаб.
- Шей, ты тут?
- Да… да…
- Я знаю, что сказать не можешь.
- Откуда? – ну что за тупой вопрос.
- Дождь был красным. Около тебя плохие люди?
Они рядом всегда. Но нет! Не все.
- Ты ошибаешься, - она вспомнила Гвидо, к которому ее сердце готово выскочить и бежать впереди нее самой, Алекса. Фрэнк, Майк, Ливия – те люди, с которыми она познакомилась в момент опасности, которые, не задумавшись, помогли. И пусть у каждого были шкафы полны скелетов, у кого и нет, тот пусть в нее бросит камень. – Каждый имеет две личины. Даже у Луны два лика. И ты знаешь это.
- Просто хочу, чтобы ты была аккуратна.
- Моя ты забота! Ты ведь и еще кое-что знаешь, но молчи. Это в тумане. Иначе горе от ума твоего будет. Предсказывать будущее значит стереть то, что написано за нас. А это опасно.
- Да, да. Никому не скажу. А ты мне первому расскажешь?
- Как только я пойму, что не ошиблась, поверь, ты будешь тем человеком, которому я покажу это кое-кого.
- Значит, - мальчик зашептал, - моя сестра влюбилась.
- Ну… посмотрим.
- С днем рождения!
- Спасибо.
Положив руки на колени, Шей впервые задумалась в этом ключе о своих мыслях, о Монтанелли.
День прошел в домашней суете. И лишь к четырем вечера, индеанка подумала, что хотела бы исчезнуть в толпе, снующей по городу, оказаться там, где никогда бы не подумала и появиться. Вот только где, она и сама не знала. В маленькой зеленой кастрюльке ужин стоял на плите, вероятно не понимая, зачем его приготовили, если есть не собирались, ворон в огромной клетке спал, поджав ногу под себя, даже не проснулся, когда девушка его погладила по голове. Все как обычно, кроме…
В дверь позвонили. Птица подняла голову, сверкая зеленым цветом темных глаз. Никто не знал, где она живет, кроме Ирэн и Гвидо. Странно.

Едва ты зайдешь в квартиру, на твое плечо сядет ворон. Замри удивленным))

+2

3

Гвидо не знал, сможет ли застать Шейенну одной, и сможет ли застать её дома вообще - каждый ведь руководствуется своим менталитетом, а его итальянский склад ума говорил, что она вполне может уехать к себе в резервацию, домой... Он бы так и поступил бы, возможно, если бы Сакраменто не был бы ему домом - но этот город, пусть даже и не родной для него, уже более сорока лет являлся домом для всех оставшихся на свете Монтанелли, даже и свою главную семейную реликвию в виде "Маленькой Сицилии" они в итоге перевезли в Калифорнию. Свои корни надо чтить, и день рождения одного их членов твоей семьи - один из способов сделать это. Скоро будут дни рождения у дочерей Гвидо, сначала у младшей, чуть позже - у старшей, день рождения Лео был не так давно; тот факт, - о котором вчера напомнил Алекс, - что у Шейенны эта дата близка ко дням рождения его детей, отчего-то казался ему добрым знаком.
Что ж, если не получится застать её дома, то ничего особенно страшного - Монтанелли ещё найдёт чем, занять этот день; если же собралась домой - он может её подкинуть на своей машине, главное, что он успеет подарить ей подарок. Если уж они признали, что между ними есть что-то серьёзное - значит, пусть так и будет; и нужно этому соответствовать... куда бы это не завело в итоге - даже если бы и в вигвам.. Гвидо пока было сложно сказать за себя, чего он мог бы ждать от этих зарождающихся отношений - хотя это и от Шейенны зависело не в меньшей степени, чем от него; но, в любом случае, при любом исходе, что-то уже началось - и отступать Монтанелли не собирался и не видел причин. Иногда просто нужно позволить жизни идти - в ином случае, она остановится... Так что, в каком-то смысле, Тейпа делала его живым, разбавляя жизнь чем-то новым. Ну, а станет ли это новое привычным... Время покажет. Жизнь всё расставит по своим местам. У Гвидо нету столько времени, чтобы делать свой выбор широким, но и сделать неправильный он не вправе. Один раз он уже промахнулся, и не то, чтобы сам пожалел об этом - то-то вот и оно, что дело не в нём самом. Если бы имел значение только он, если бы не было Дольфо и Виттории - ну, или даже только Виттории - всё было бы несколько проще. Проще... разделять облака, из которых идут красные дожди. Ну или как там? В его жизни, такой дождь должен был бы идти бесконечно, пожалуй. Так, что он почти никогда не видел бы неба; как и у его детей - всех четверых, и только потому, что они - его дети.
Впрочем - надо ценить свои корни. Каждый пожинает те всходы, что сам посеял, потому, согласно закону круговорота воды в природе, эти кровавые дожди - кровь их собственная... Перехватив коробочку под мышку, Гвидо позвонил в дверь. Он пришёл с утра - надеясь застать Шейенну до того, как она уедет, если собиралась. Ну, а если нет... у них будет больше времени друг для друга и расстановки приоритетов. Лишь бы только её родственники сами не находились в квартире в этот момент, но, что-то подсказывало, что коренные американцы не попрутся в её небольшую квартирку всем скопом... на то он и рассчитывал, собственно. Рано ещё для знакомств. Хотя, и интересно, как проходит у них празднование дней рождения...
- Привет... - тихо поздоровался Гвидо, когда Шейенна открыла дверь, и, взглянув через её плечо - нету ли в квартире свидетелей, всё же? - и хотел было уже склониться к девушке, чтобы поцеловать её в знак приветствия, как вдруг услышал какой-то странный шелест, ощутив кожей неожиданно сильное для квартиры движение воздуха, и затем почувствовал, как ткань пиджака на плече сжало что-то костлявое, чуть было не выронив из руки спрятанный в коробочку сицилийский торт. Оказалось, что свидетели всё-таки были... А входя в незнакомое или малознакомое помещение, ты больше ожидаешь увидеть человека с оружием, ну, собаку, быть может - никак не ворона с клювом и когтями. И Гвидо замер, слегка втянув голову в плечи, не уверенный, что следует делать - и не вцепится ли питомец Шей ему в ухо сейчас. Тейпа не перестаёт удивлять... - А это кто такой?.. - ворон, насколько Монтанелли знал, больше признак ведьм и колдунов, нежели индейцев, но... не всё ли равно, не этнические и культурные ценности сейчас играют главную роль, а то, что птица, оценив гостя, может попробовать скушать то, что он принёс... или его самого начать есть. Не то, чтобы Гвидо боялся птиц, впрочем - больше пугали неожиданности. - Не кусается? Держи кассату. - протянул торт, чтобы освободить хотя бы одну руку - другая была занята синей коробочкой, перевязанной жёлтой ленточкой; и когда Шейенна забрала её, протянул руку, показав её ворону, почесав его макушку осторожно, убедившись, что он не против; и подставил её, позволяя ему перепрыгнуть на неё, давая и себя тоже рассмотреть как следует. Только вот снять ботинки птица всё равно не даёт... это дорогие туфли - их не скинешь так запросто.
- А это тоже тебе. - перехватив поудобнее коробочку, протянул её Шей на открытой ладони. Как бы птицу она не заинтересовала сильнее... хотя, говорят, это сорок интересует всё блестящее, а не воронов и ворон, хотя, все они там друг от друга недалеко находятся. Родственники...

Внешний вид
В коробочке

Дай мне чем покормить птичку

Отредактировано Guido Montanelli (2015-09-15 20:52:12)

+1

4

Шагов всего было шесть, а казалось вечностью это расстояние. Что-то настораживало. Плату она внесла на полгода вперед, так что по этому вопросу не могли беспокоить до нового года точно. Соседи? Шей жила тише воды, ниже травы. Вообще мало кто из соседей знали о том, что в доме живет индеанка. Уходила она с рассветом, возвращалась в сумерки, а то и ночью, а из ее родных никто не приезжал никогда. Эта часть жизни была под запертом для всех. После всех событий произошедших в августе, ее могли выследить обделенные Хлоя и Тим. Но как же она ошибалась.
Аккуратно открыв дверь, Шейенна вот совсем не ожидала увидеть на пороге Монтанелли. Увидев коробку, догадаться, было не трудно, что в ней, поняла, что кое-кто все же ляпнул про ее день рождение. С чего бы Гвидо откармливать ее тортами? Распахнув дверь на всю, проговорила также тихо:
- Привет, - спохватившись, помахала мужчине, - заходи, не стой на пороге. Перейди в мой мир.
Она хотела бы оглянуться, проследить за взглядом Гвидо, но замерла потянувшись поцеловать его в ответ, в миг почувствовала трепет крыла птицы, взмах, и ворон аккуратно сел на плечо итальянца. Шей тихо закрыла дверь, чтобы не побеспокоить «друга», который мог сделать все что угодно, если почувствует тревогу. – Каро, - она вновь появилась из-за спины мужчины, беря протянутую коробку из его рук, - это мой ворон. Не смогла оставить его в резервации. Йовингул не пошел бы со мной, да и волк в городе – меня бы быстро арестовали за содержание дикого зверя в неправильных условиях. – Поставила торт на стол, что выполнял роль и барной стойки, обратилась уже к птице, - Каро, не обязательно было проявлять настороженность. – уже к Гвидо, - он может, но я спокойна, и он тоже.
Шей улыбалась, когда ворон перешагнул на руку Гвидо, вертел головой, рассматривал мужчину в своей манере, когда, кажется, что он видит все что угодно, но не тебя. Каро был взрослым вороном, и весил не мало, Шей протянула свою руку, на которую накинула, снятую с вешалки зеленую кофту, поднеся поближе к Монтанелли, соприкасаясь с ним. Но Каро и не думал перебираться к хозяйке. Шей удивленно посмотрела на очередную коробочку, что легла в ее руку.
- Гвидо, - Шей запнулась, рассматривая таинственный коробочек. – Каро, пожалуйста, - может кто-то и скажет Не бывает индейцев чистоплюев, что в их доме разуваться принято. В ее доме такое было всегда, и она понимала, почему Гвидо застопорился. – Ты потом обратно перелетишь на его руку.
Птица каркнула, величественно делая шаг, оказавшись на руке хозяйки. Шейенна пошла в глубь комнаты, вертя в ладони подарок. Там могло быть все что угодно, вот только принять она не сможет это «все». Одно дело показать друг другу, что они не равнодушны, что притягивает как магнитом, заставляет взглядом постоянно искать в толпе этот милый сердцу образ, другое дело…
Аккуратно положив кофту на грядушку дивана, оставляя птицу там же, повернулась, когда Монтанелли разувшись, уже оказался рядом. Шей неуклюже, словно стесняясь, провела дрожащими пальцами по щеке Гвидо, оставляя на его губах тонкий аромат своего поцелуя.
- Я безумно рада, что ты пришел. Как бы радость не затмила разум, и не случилось горе от ума... Сварю кофе, - она будто убегала от Гвидо, пытаясь скрыться за столом, делая меж ними преграду.
Отойдя к плите, не удержалась, открыла коробочку. Ее восхищению не было предела. Браслет белого золота с изумрудами, которые ловили лучи солнца, что проникали в окно меж соломенной жалюзи. Это было очень символично. Гвидо вероятно тоже подметил цвет ее глаз.
- Но Гвидо, это очень дорого, - Шей повернулась, пытаясь отказаться от подарка, как наткнулась на взгляд итальянца, который стоял рядом с птицей, - вот, - протянула коробочку с сушеными жучками, гусеницами и частичками грызунов, - Каро это любит.
Все что угодно, только бы успокоиться и отвлечься от мыслей, от этой тяги к Монтанелли.

Удиви меня познанием червячков))

Отредактировано Sheyena Teipa (2015-09-17 07:29:46)

+1

5

"Перейди в мой мир"... как же символично это прозвучало сейчас из её уст, пожалуй; несмотря даже на то, что Гвидо уже бывал однажды в этом мире, и даже полюбопытничал на предмет его составляющих немного - пока Шей отсыпалась тогда... Правда, не признавался в этом, потому что это было не очень вежливо с его стороны, конечно, пусть даже дальше, чем позволил бы глаз, он и не залезал. Что мог сказать о квартире - так это что на вигвам изнутри, как он себе его представлял, похожа она не была совсем... да и вряд ли ворон стал бы жить в вигваме. Никаких воронов, кстати, он не помнил, да и клеток - не наблюдал... Даже неясно, что было более странно - то, что Шейенна разговаривает с птицей, или что птица, кажется, её действительно понимает? Как она его называет, "Каро"... Каро - в переводе с итальянского означает "дорогой"; как любимому мужчине - Маргарита его так любила называть... хотя едва ли Тейпа именно этот смысл вкладывает в это имя. С её-то сложностями в отношении итальянских слов? А Гвидо вот вряд ли сумел бы повторить кличку волка, которую она произнесла сейчас... не с первого раза уж точно.
- Вот уж не подумал бы, что у тебя дома живёт ворон... - улыбнулся Монтанелли, рассматривая Каро, глядя в его умные чёрные глазки с проблескивающей синевой. Говорят, ворона можно научить разговаривать немного - что они умеют повторять речь, как попугаи, но похуже. Это Каро умеет, интересно?.. Или он говорит на том языке, которого Гвидо всё равно не поймёт? Мужчина слегка рассмеялся, когда ворон, каркнув, сделал одолжение, перешагнув к хозяйке, наконец-то позволив Монтанелли разуться как следует и оставить туфли на коврике для обуви. Сомнительно, кстати - а разве индейцы не разуваются перед тем, как войти в вигвам?.. Или он путает с японцами или другими азиатами? Впрочем... в любом случае. Очень немногие индейцы живут до сих пор в самодельных шалашах, у них давно уже есть нормальные дома... у некоторых ещё и получше, чем у иных белых людей, кстати.
- С днём рождения. - тихо произнёс Гвидо, с улыбкой касаясь губами её губ; и с трудом отпустил её от себя, позволив скрыться в области кухни... впрочем, преимущество квартиры-студии было в том, что он всё равно мог её видеть, и теперь, усевшись на диван, с интересом наблюдал за реакцией индеанки, а ворон прыгал по дивану рядом, глядя то на хозяйку, то на гостя, слегка раскрыв свой клюв. А где же он сидел в прошлый раз? Нет, птицы в квартире тогда точно не было. Он бы точно заметил...
- Соответственно твоей красоте. - отказаться от его подарка? Вот ещё - никто ещё не отказывался от подарков Гвидо дважды, и Шейенне он этого сделать точно не позволит; или она думает, что он забыл, как отказалась от денег в первую их встречу? Нет, он допускал, конечно, что ей никто не дарил раньше таких дорогих подарков; но - так что же, первый раз бывает у всего, во-первых, а во-вторых - кто бы ему ещё помешал оказывать знаки внимания тем способом, которым он хочет?.. Деньги ведь на то и существуют, чтобы тратить их. На автомобили, на которых они ездят, на женщин, которые им нравятся... Монтанелли не считал себя богатым; мало кто из гангстеров смог стать по-настоящему богатым однажды - но в чём им точно нельзя отказать, так это в умении тратить. А Гвидо долго уже не тратил как следует... только вкладывал. В войну, в бизнес, во всё, что угодно, кроме себя самого - с тех пор, как Хелен оставила его...
Но если ты не можешь купить подарок девушке, которая тебе нравится, как бы ни был богат - какой смысл зарабатывать вообще?..
- Примеришь? - улыбнулся. Он представлял Шейенну, когда покупал его - и да, вспомнил о её глазах... С такими выразительно-зелёными глазами просто нельзя носить украшений, в которых отсутствуют изумруды! И, Гвидо смеет отметить, что она уже некоторое время не надзиратель в тюрьме, а довольно близкая подруга уважаемого в городе человека, да и сама пользуется авторитетом там, где нынче работает - и надо соответствовать этому месту... Месту, куда её тянет.
Впрочем, да, и в сушёных насекомых для ворона есть свой шарм, разумеется. Если ты не можешь заниматься тем, что тебе нравится - какой смысл быть богатым и дарить дорогие подарки, носить дорогие вещи?.. В этом Монтанелли, пожалуй, понимал свою сестру. Вероятно, потому его не так уж и удивляло стремление Шейенны к столь необычной живности, у Агаты ёж, у неё - ворон... И волк. Нет, пожалуй, волк - всё-таки уже немного удивительно. Совсем чуть-чуть... Неужели она настолько натренировалась на зэках, что действительно сумела подчинить себе волчонка?
- Ого... - усмехнулся Монтанелли, принимая коробочку, вглядываясь в жучков - тянет прямо на небольшую коллекцию... рыбаки бы оценили, наверное. Или орнитологи... Типа чипсов для пернатых? Вот что Шейенна делала, оказывается, там, где раньше были корни того дерева - собирала жучков для своего питомца! И Гвидо больше даже делать вид не будет, что этого не заметил. Мескане, впрочем, не скажет - в каждой женщине должна быть загадка... Запустив туда пальцы, Гвидо вытащил несколько засушенных насекомых, разглядывая, затем протянул ворону: - Что больше нравится, Каро - дождевой червяк или жужжелица?..

Пусть во время примерки браслетов кто-нибудь ещё из родных тебя поздравить позвонит  :blush:

+1

6

Отпираться было бессмысленно. Насколько она уже смогла понять характер итальянца, если тогда отказ он простил незнакомке, то теперь, когда между ними все яснее становится видение притяжения друг к другу, что ни он, ни Шейенна не сделают шага назад, дает каждому некие права над ними. А переспорить его вообще возможно? Или Гвидо привык искать компромисс и в итоге сделать по-своему, или спорить будет до момента, когда все равно его мнение единое будет логичным? Положив браслет на ладонь, повертела, смотря на игру камней. Сделано было легкой огранкой в оправу, ни капли не утяжеляя, ни камни, ни сам металл. Шей никогда не носила украшения «бледнолицых», слабо представляла, как это будет вписываться с ее внешностью, но внимание итальянца, внимание именно к ней, а потом уже приобретение подарка смущало, восторгало, бурлило все внутри нее, давая понять, что остановки не будет.
- Красоте? – Улыбнулась, - не скажи кому другому. – протянула руку под клюв Каро, показывая подарок. – Спасибо. Ты сам как один большой неожиданный подарок. Примерю, если ты сам наденешь его.
Она стояла рядом с диваном по другую его сторону, что разделяла мужчину и ее, а меж ними ходил Каро, аккуратно хватая из пальцев Гвидо корм. – Это мама ему насушила, узнав, что я приеду за ним. Вчера привезла.
Запахло сильно кофе, что Шей сорвалась с места, сжимая браслет в руке, оказалась возле плиты, вовремя успевая подуть на поднимающийся из турки напиток. Засуетилась, не зная куда положить свою драгоценность, но с ориентировалась, махнув в уме рукой, быстро заправила темно-зеленую кофту в джинсы, закинула браслет за пазуху. Помешивая кофе, дотянулась до баночки со сбором лесных трав, которые так любила добавлять в этот бразильский напиток, что тот получался терпким и насыщенным.
- Каро вообще любит свободную охоту, но ты смотрю, сумел его убедить, что «птичьи чипсы» тоже вкусно. Или я приучила его к свежим "деликатесам". Хотела как лучше, а получилось как всегда - горе от ума, хотя может и не горе, а просто избалованная мной птица получилась, - рассмеялась, посмотрела, как Гвидо ловко подсовывает ворону лакомство. – Кофе готов, - разлила по чашкам, поставив те на поднос. – Тут, - показала на коробку более большую, - торт, или как ты назвал его, не подсказывай! – в шутку пригрозила ему пальцем, задумалась. – Касатка, - видя, что итальянец едва не смеется в голос, сдерживаясь, - не смейся. Йовингула ты не выговоришь тоже. Гвидо! Прекрати смеяться! – сама едва не последовала его примеру, улыбаясь, - Касататту? Ай ладно, - подняла коробку в поисках этикетки, стала рассматривать ее. – Это из ресторана, что опознавательных знаков никаких. Не подсказывай! У меня есть третья попытка. – открыв коробку, стала рассматривать красивый торт, в надежде, что вспомнит название. Хлопнув в ладоши, вскрикнула – Да! Кассата! Я угадала?
Слушая Гвидо, разрезала торт, все положив на поднос, поднесла к столику, что стоял возле дивана. Но вспомнив, куда она положила браслет, отвернувшись, пальцем поддела рубашку, ловя снизу скатившийся ей в ладонь подарок.
- Надень его, - протянула руку вперед, разжимая ладонь. Где-то зазвонил ее телефон. Не хотелось прерывать примерку, прислушалась, откуда шел глухой звук. – Кажется ты сидишь на моем телефоне. Вибрация не заставляет подпрыгивать? – просунула руку между Гвидо и диваном, достала нарушителя покоя. Каро каркнул, напоминая о себе, получив одобрение от Шейенны сесть на плечо, выбрал вовсе не ее, а итальянца. – Да, слушаю, - Шей не посмотрела на дисплей, вслепую отвечая на звонок. – Дедуля, я так рада тебя слышать. Ты можешь хоть тысячу раз грозиться меня выпороть, все равно же ты будешь «дедулей». – когда замочек браслета щелкнул на ее запястье, девушка одними губами произнесла, смотря в глаза Монтанелли Спасибо, - да, ты прав, я как всегда сбежала. Ты же знал это наперед, к чему твое ворчание? Не одна… Да, сегодня я не встречу закат в одиночестве. Спасибо. Передай маме и папе привет. Да, я все помню. Куплю обязательно. Спасибо, дедуля, - и тут же спешно забила деда словами, - я тоже тебя люблю. Пока. – улыбаясь, пожала плечами, - он терпеть не может когда я его зову дедуля. Каро, тебе так понравился Гвидо или его пиджак? – ворон покрутил головой, будто понял, что лишний, слетел за спину итальянца, приземляясь на свою клетку. – Прости, я не хотела тебя прогонять. Ты сам так решил. – Сжав ладонь Монтанелли, чмокнула его в щеку. – Браслет прекрасен. Ты эстет, любишь сочетать несочетаемое.
Девушка откинулась на подушки дивана, подгибая под себя ноги, подперла голову рукой сбоку, рассматривала мужчину, к которому ее толкнула Судьба, Нери и обстоятельства. И предложи ей переиграть все, отказалась бы наотрез.

Давай твой кусок съедим напополам – кусочек , кусочек тебе. Чур, кормишь ты :blush:

Отредактировано Sheyena Teipa (2015-09-17 08:30:51)

+1

7

Отпираться было бессмысленно просто потому, что у Шейенны был день рождения, так что и подарок ей Монтанелли сделал вовсе не без повода, не просто так, и отказаться от него - означало бы его обидеть; это правило, думалось, на индейцев распространялось тоже. Переспорить его тяжело, конечно, но возможно - но вот только, зачем?.. Стоит ли повод результата? Они с Тейпа никогда и не спорили. Хотя, это и нормально, пожалуй - отношения, в которых споры начались бы так рано, едва ли зашли бы далеко... А насколько далеко они вообще смогут зайти? Знает только Бог, пожалуй, остальное можно пытаться додумать хоть до посинения, но всё равно ошибёшься. И Гвидо не хочет загадывать, от знания собственной судьбы едва ли будет счастье.
- Я сам? Мне-то он маловат будет... - со смехом отозвался Монтанелли, почему-то не сразу поняв, что Шей имела в виду, но дошло достаточно быстро, чтобы обернуть ответ просто в шутку. Такое изящное изделие уж точно не для его грубого мужского запястья... зато общение с вороном шло на удивление неплохо - как будто он всю жизнь воронов кормил... Впрочем, нельзя сказать, что в его насыщенной жизни не было таких моментов, но он вовсе не кормление птиц ставил тогда своей главной целью. Вообще не стоит об этом упоминать при Шейенне...
И не стоит о судьбе, своей или чьей-то, счастье - оно в другом... В том, как звучал голос Тейпа, когда она сказала "мама". У неё ещё были живы родители; а вот Гвидо потерял отца в юном возрасте, а мать - её относительно недавно, но вся горечь была как раз в том, что он знал, что однажды это произойдёт, и случилось всё именно так, как он и думал, ни больше и не меньше. Наверное, в отношении своего самого младшего брата Шейенна боится того же самого. Хотя, Ольянта ещё слишком молод, чтобы умирать... отчасти, впрочем, от этого ещё более жутко. Так что, не стоит, говоря о родителях или родственниках - гораздо лучше и правильнее улыбаться.
- Ты могла бы для него раздобыть и куда лучшие "деликатесы". Работая-то на мясокомбинате... - усмехнулся Гвидо, наблюдая, как Шейенна суетится, пытаясь пристроить подарок - он бы выполнил её просьбу, устроив браслет на его законном месте, да только руки были пока заняты... - Каро ведь ест мясо? - неужели не найдётся, чем полакомиться хищной птице, а Шей нужно будет заставлять родственников возить сушёных жучков из такой дали, или самостоятельно их ковырять из земли и засушивать?.. Да и Каро, наверняка, мясо понравится всё-таки больше. Или он не знает чего о воронах?
- Чем это пахнет таким вкусным?.. - даже сквозь запах кофе, Монтанелли почувствовал запах каких-то иных составляющих. Вороны, травы, колдовство... Нет, его угораздило связаться с колдуньей, с шаманкой, не иначе. Отложив коробочку, вытряхнув несколько жучков в крышку, чтобы ворон мог бы поклевать самостоятельно, Гвидо взял чашку в руки, согревая ладони, и вдохнул исходящий из чашки аромат, наслаждаясь необычным ощущением. Вот одна из вещей, которую он начал ценить постепенно, с возрастом - необычность. Даже жизнь гангстера не так уж блещет разнообразием. И с годами вовсе не всех тянет анализировать увиденное - иногда хочется и увидеть больше, для возможности широкого анализа, или просто... для себя самого. Шейенна, индеанка, со своими знаниями, со своей культурой - была чем-то таким, гораздо большим. Необычным.
- Нет, не угадала... - чем сильнее Шейенна старалась сдержать смех, тем сильнее начинало распирать их обоих; оставалось только и довольствоваться запахом кофе, с трудом удерживая чашку в руках (отчего становилось и ещё смешнее) потому что вкусом его в таких обстоятельствах насладиться уже не представлялось возможным. Каро, кажется, потихоньку становился самым вменяемым в комнате существом... Вторая попытка насмешила Монтанелли ещё сильнее. - Хорошо, хорошо, не подсказываю я!.. - но думала-то Тейпа в правильном направлении... - Да! Угадала! Это сицилийский тортик. - довольно расслабился Гвидо, понемногу успокоившись, но продолжая улыбаться, и прихлёбывая ароматный горячий напиток. Приключения, впрочем, на этом не заканчивались - под пятой точкой что-то почти тут же завибрировало, как Шей протянула ему руку, вновь явив взору браслет, про который он почти успел забыть...
- Нет. Щекотно только немного... - усмехнулся Монтанелли, всё-таки отставляя чашку обратно на столик, чтобы иметь возможность хоть немного приподняться, - не расплескав кофе или не потревожив Каро, чувствовавшего себя на его плече так вольготно, что даже доедать жучков так и не стал, - и дать Шейенне вытащить из-под него свой телефон... Ей звонил дедушка (оказывается, у неё даже родители родителей были ещё живы - ведь Гвидо был ощутимо старше, чем она...), а он чувствовал себя чуть ли не школьником, пытаясь подавить улыбку и чуть только не краснея из-за такой череды неловких положений, осторожно надевая браслет на её запястье - ласково поглаживая её пальчики, коснувшись тыльной стороны ладони губами в ответ на её "спасибо".
- Неправда!.. - даже такой "эстет", как Гвидо, который всё, что в искусстве понимает - так это умеет отличить красивое от безобразного (да и то, кстати - иногда с заметным трудом), способен заметить, как изумрудный цвет сочетаются с её взором, и как белое золото гармонирует с оттенком её кожи. - Вы прекрасно сочетаетесь. - принимая поцелуй, шепнул ей на ухо, слегка касаясь его губами. Сложно и понять, то ли про браслет - то ли про удалившегося ворона...
- И ещё ты готовишь очень вкусный кофе.
- похвалил, и потянулся за куском кассаты, отделяя от него ложечкой ещё меньший кусочек: - Попробуешь, что приготовил я?..

OST

Измазюкайся чуть-чуть в креме :-[ Вот дурачки-то

+1

8

Подарок, но скорее оберег...

http://www.jok.ru/photo/index.php?view=image&format=raw&type=img&id=223

Руку приятно тяжелил браслет, удивительно обволакивая ее запястье теплом. Поцелуй итальянца обжег кожу, будто сургучная печать, словно Гвидо что-то утверждал этим. Наверное, ее улыбка была как у блаженной, потому что внутри Шейенна вся будто растекалась от близости итальянца, в душе давно не было умиротворения, понимания, что все бывает не всегда плохо. Есть в жизни и светлое, как сейчас.
- Кофе мой конек. Бабушка учила, когда была жива. Я сама люблю его, могу вместо обедов и ужинов пить, забывая о еде. Особенно если добавлять тонизирующие твои запасные силы травы, то можно едва не месяц протянуть в бешеном ритме. Но потом нужен отдых – длительный, уединенный. То есть ты в этот момент будешь очень уязвим, так как сон станет крепким.
Предела ее удивлению не было, когда Гвидо сказал, что торт приготовлен им самим.
- Во сколько же ты поднялся? – потянулась к его руке, аккуратно губами снимая кусочек лакомства, прикрыла глаза, наслаждаясь вкусом. – Это божественно! Ты умеешь готовить, - засмеялась, - и зачем я с утра готовила обед? Если бы знала, что ты придешь, даже не стала бы и стараться. Показал бы мастер класс.
Следующий кусочек оказался «прыгучим», и Шей промахнулась мимо ложечки, что протягивал Гвидо ей, получая по всей щеке сливочную полосу.
- Это не честно! – взяла и окунула палец в середину торта, обильно пачкая его сливками, провела вокруг губ итальянца, делая своеобразный сладкий «татуаж» очертания его рта. – Вот теперь все поровну. – Рассмеялась, не стесняясь, пальцами взяв кусочек с ложки, отправила его в рот, облизав те. – Готова съесть пальцы свои. Это вкуснотища! Жаль что торт всего один, думаю, нам не хватит испачкаться и насладиться им.
Сейчас Монтанелли не был тем человеком, розным, с громким именем, которое открывало перед ним любые двери. Это просто мужчина, отбросивший все предрассудки жизни, оставив за дверью ее квартиры свой чин, сан, трон или как там еще это называется, оставшись с ней тем одним из толпы, которого не заметят, пройдя мимо. Почувствовав, как он пальцем снимает с ее щеки сливки, задумчиво смотрела на губы мужчины, едва касаясь тех подушечками пальцев, как завороженная потянулась, припадая в сладком поцелуе. Украла, урвала, сделала себе подарок, забрала себе нежную страсть с его губ. Каро каркнул, что заставил их замереть и нехотя отодвинуться друг от друга.
- Что в тебе такого?
Взяв очередной кусочек с ложки из его рук, отпивая горячий напиток, Шейенна задумалась, смотря куда-то сквозь Гвидо, тихо заговорила:
- Знаешь, когда я пришла в ресторан, чтобы попытаться поговорить с тобой, знала лишь твою фамилию и «это человек, который может все». Нери никогда не говорил о статусах. Догадаться было не сложно после того, как на мое горло легла рука твоего телохранителя. Я подумала Ну все, не согласится. Но едва не возликовала, когда ты предложил присесть. Как же важно тогда это было для меня. Важнее даже комбината, вашей помощи в решении проблемы. Это как первый шаг у ребенка. Сделает уверенно, значит пойдет по жизни также. Как первый поцелуй, доказывающий чувства. Как все что-то первое в нашей жизни.
Если суждено было им с Гвидо пойти рука об руку дальше, то все происходящее идет, так как надо. Опустив взгляд на его руки, посмотрела на свой браслет, резко поднялась, будто что-то вспоминая. Подойдя к шкафу, будто решаясь на какой-то шаг, уверенно открыла дверцу. По полке скрипнули ножки деревянной шкатулки.
- Ты ходишь по лезвию ножа, совершенно не защищенный. Не знаю, дает ли ваш Бог заступничество перед ударами Жизни, но я прошу понять то, что я хочу сделать. Не отвергай в силу своего возможного неприятия. Не думай, что я умничаю. Это моя вера. И если ты поверил мне тогда, то прошу, поверь и сейчас. Горя от ума  знания всего не будет. – Шейенна вернулась обратно к Гвидо, присаживаясь рядом. – Положи свою ладонь на мою.
Проведя тыльной стороной кисти о его, сжимая в пальцах что-то кожаное, развернула руку итальянца, мягко касаясь большим пальцем места его пульса.
- В нашем поверье, что это один из важнейших центров течения энергии в человеке. Оставляя его неприкрытым, мы делимся собой с другими людьми. Но ведь наверняка ты не можешь сказать – рядом с тобой хорошие люди или плохие. Ты судишь по поступкам, отношению. А не по его духу. Ты его просто не видишь. Даже самый извращенный убийца может быть чище, чем домработница, которая приходит убирать твой дом. Поэтому, - Шейенна обвила его запястье кожаным браслетом, на котором был изображен волк и томагавки, щелкнула застежкой. – Кто-то посмеется, мол впал в маразм, молодится, нося это. Но это заблуждение «слепых», «неведающих» людей. Это мое. Под рубашкой не будет видно. – Надела второй. – Привыкнуть надо. Волк означает защиту, верность. – Покрутила его руки, - смотрится, будто они давно искали себе человека. Понимаешь, ты воин, а совершенно «без охраны», которая могла оттолкнуть плохое от тебя.
И как ни в чем не бывало, девушка взяла тортика кусочек с зеленым авокадо сверху на нем, и чашку чуть остывшего кофе, сидела, наслаждалась таким вкусным подарком. А ворон прикрыв глаза будто подслушивая, дремал.

Отредактировано Sheyena Teipa (2015-09-17 23:10:06)

+1

9

Шейенна как будто судьбу его видела - по той же самой кофейной гуще: с его образом жизни определённо пригодился бы такой напиток с травами, о котором она сейчас рассказывала, он точно не лишним был бы в событиях, связанных с Лос-Анджелесом, которые происходили в его жизни как раз незадолго до её появления... даже с учётом уединённого отдыха затем. Монтанелли признавал, что у него есть потребность в уединении; но, впрочем, он ведь отец, ради всего святого - и своих детей без присмотра оставить надолго тоже не может и не вправе. Пусть даже это и делает его "уязвимым", может быть... всё же, нельзя быть слишком сильным. В итоге, собственная сила тебя и погубит.
- Поделишься рецептом? Или это секрет?.. - улыбнулся Монтанелли, про секрет, впрочем, не пошутив, уважая её право на семейные секреты. Очень возможно, что у него и не получится воспроизвести так, как у самой Шейенны - каждому своё, всё-таки, и нельзя быть лучшим во всём... у неё это получится лучше. Шей не раз поддерживала его силы на комбинате, варя ему кофе, но можно ведь и не ограничиваться кабинетом? Он ведь и так появляется там так часто главным образом из-за неё - и надо сказать, что сотрудники за это едва ли её поблагодарят, потому что всего должно быть в меру, и Гвидо тоже...
- Рано, но это того стоило. - широко растянул губы в улыбке Гвидо, наблюдая за тем, как Шей принимает кусочек торта и наслаждается его вкусом - стоило бы так рано подняться хотя бы ради этого зрелища... Хотя и заниматься готовкой, тем более по такому поводу, для него было удовольствием, а не трудом, и Монтанелли, даже вскочивший с утра пораньше, усталости и сонливости вовсе не чувствовал. Ощущал он... лёгкость. С Шейенной было легко - несмотря даже на мистический ореол, который её, как ни поверни, а окружал. С другими женщинами было совсем не так... это из-за её происхождения? Скорее всего. Тейпа промахивается, испачкавшись в креме, что вызывает у него несколько смешков; которые он вынужден подавить, когда она касается его губ, пачкая и его тоже...
- Надо было сделать два... - отозвался Гвидо, неспешно и ласково проводя по её щёчке пальцем, собирая остатки крема и ощущая её прикосновение к своим губам, но доесть крем они не успели, когда их, чумазых, снова потянуло друг ко другу - за даже более сладким лакомством; Монтанелли впился в её губы, ощущая привкус сделанного им лакомства... Ворон подал голос, чуть было не заставив их поперхнуться.
- Не знаю. А в тебе? - слизнул крем с большого пальца и взял в руки чашку с кофе, отхлебнув ещё немного. Что было в Шей? Сила духа сочеталась в ней с загадочностью; каждый день общения с ней, дон мафии Сакраменто словно открывал для себя что-то новое; она не была похожа на большинство его знакомых... немного на Агату, быть может - стремлением к таким необычным питомцам.
Шейенна вдруг решила поделиться своими впечатлениями о их первой встрече, а Гвидо, слушая её, подумал было о том, что, когда начинаются длинные речи, значит, наверное, наступает время для чего-то крепче, чем кофе, хотя, Шей ведь, кажется, не пила... или почти не.
- А я был тогда изумлён и удивлён твоим поступком... Спагетти с креветками. До сих пор жалею, что не попробовал. Сможешь повторить когда-нибудь?.. - усмехнулся. Какую смелость надо иметь, чтобы вот так вот, устроить этот маскарад, прийти с блюдом в руках в ресторан, принадлежащий боссу мафии - не иначе, Джо посоветовал; впрочем, дал хороший совет, видимо, расценив, что это может произвести впечатление на Монтанелли, и будучи прав...
Стараясь понять, что она имеет в виду, Гвидо проследил за её действиями, стараясь ловить взглядом каждое её движение. Что же она на этот раз придумала? Он смотрел на Шейенну с недоумением, но интересом; что это за шкатулочку такую она вытащила - это будет какой-то обряд её народа?..
- Хорошо... - кивнув, улыбнулся даже интересно было, что произойдёт дальше. Горя от знания не будет, в этом она уж точно права, никому ещё не стало плохо от того, что он стал чуточку умнее. Свидетелям, разве что, но... это уже совсем другое. Это уже к вопросу о статусах, который затрагивать, конечно, всё равно не стоит, но... Шейенна всё понимала правильно. Его влияние - больше, чем может вместить этот мясокомбинат... Подчинившись ей, он накрыл её ладони своими. Прикосновение Шейенны было даже приятным. От её махинаций, и её слов, по спине пробежали едва ощутимые приятные мурашки, Тейпа, и врямь, словно колдовала, делая его заговорённым. Щёлкнула застяжёка, сковывая его запястье кожаным браслетом. Нет... он и не думал смеяться. Хотя, и действительно, не совсем понимал, что в Шей заговорило. Это она должна была принимать подарки. Впрочем... смысл её слов до него дошёл. Тейпа всё правильно сказала, пусть даже и сделала это несколько по-своему, не как он привык, не как принято говорить на такие темы друг с другом. Но - в их деле, не всегда можно угадать, какой человек окажется рядом, а опасность может подстерегать где угодно. Она назвала его "воином", и отчего-то - это очень даже польстило.
- А что же будет теперь "охранять" тебя? - спросил, рассматривая браслеты на своих запястьях. Ей ведь тоже есть, от кого защищаться, верно?.. - Спасибо... - кажется, это было дорогим подарком... не в денежном эквиваленте, в смысле, а в плане духовном. В мире Шейенны, наверное, принять такой стало бы честью.
В мире Гвидо, впрочем, тоже - да, он почёл произошедшее за оказанную ему честь.

Пойдём гулять) И ворона давай возьмём:)

+1

10

Когда мы взрослеем, то теряем вкус к празднованию своих дней рождений. Ценим больше внимание, общество, а не застолья, подарки. Банальный звонок и в трубке радостный голос, поздравляющий тебя, едва не на все лады и языки – предела радости нет. Но Шейенна испытала сегодня нечто иное для себя. В приходе Гвидо не было ничего из ряда вон выходящего, а все равно внутри трепетало. Дав ему «защиту», индеанка как-то успокоилась. Она давно подумывала, как найти момент для этого, но все суета забирала и время и мысли, и вот, когда он был рядом, никто вокруг не хлопал дверью, не звонили, не кричали под окнами как сапожники, которым все сапоги порвали, Шей смогла поделиться с человеком, который ей был не безразличен, занимающий мысли и мысли, и мысли, тем, что так дорого ей самой. Конечно, она потом выслушает от деда много «интересного» о себе, но он поймет, едва она сможет рассказать, кому и зачем она отдала свою защиту.
- Это не важно. Я перестала ходить по лезвию томагавка, как уволили из тюрьмы. Там да, постоянно было ощущение, что делая каждый шаг, ты оступишься. А сейчас… Ну кому нужна индеанка? Если только Тиму или Хло, но не думаю, что они настолько не дружат с мозгами, что не понять – все произошло с ними «с моей подачи». А так, я постоянно при ком-то на комбинате.
Кофе остыл, но не потерял своего вкуса. Преимущество этого напитка с травами в том, что его можно было наливать в бутылку и пить холодным как чай. Тонизирует крепче алкоголя. А горячий он просто разгоняет кровь так, что и сердце не стучит, и в тоже время ты готов горы свернуть.
- Секрет моего кофе? Нет, я покажу, что кладу. Только этого ты не купишь в аптеке, на рынке, даже в наших магазинах. Это я дома собираю, сама. Мне нравится за некоторыми цветами лазить в горы. Они скальные растения. Всегда поражалась – как они вообще там растут без земли.
Шейенна разглядывала Гвидо, что-то обдумывая, тронула его за лацкан пиджака.
- Ты всегда его носишь? Это дань положению или привычка? Иное не пробовал надевать? Просто мне кажется – он просто неудобен. Ни руки не поднять, ни повернуться.
Заиграла музыка. Извини, прошептала, взяв телефон, отошла к окну, пальцем отодвигая бледно-зелёную тюль. Разговор не то что секретный, просто это была мама, а Шей почему-то всегда ревностно относилась к разговорам с ней. Никогда она не изменяет свои слова. Наверное, и в годик девушка слышала тоже самое.
- Рожденная Луной, да будет ею одарена. Светись ярко, стань тем лучом в ночи, который покажет твоему путнику дорогу. Не отдавай себя в незнании, живи в равновесии духа и тела. Не позволяй утратить веры. Люблю тебя, моя лунная девочка.
- Мама! – ну вот чего она всегда достает ее до глубины души, заставляя терять слезы. Шейенна не поворачивалась  к итальянцу, аккуратно смахивая пальцами капли со щек. – Спасибо. Теперь папа не позвонит. Он никогда не звонит после тебя.
- Он и не сможет. Уехали с отцом Джино.
- Да? куда? А Джино в курсе?
- Они готовят его на посвящение.
- О! Это… замечательно. Значит его приняли. Как же я рада! Я приеду. Ты только потом сообщи когда это будет.
- Конечно. Без тебя не станут проводить. Ты же замыкаешь круг.
- И это честь мама, от которой ты отказалась.
- Ничего страшного. У меня достойная правопреемница. Еще раз с днем рождения, я пойду. Ольянта строго наказал долго не говорить с тобой, что ты занята.
- Вот братец, - Шейенна вспыхнула, чувствуя как щеки запылали. – Но он прав. Не спрашивай! Я не могу сказать. Все не ясно еще, понимаешь, - прошептала, - боюсь сглазить. Скажу, и будет горе от ума, а точнее от болтливого языка. Спасибо, мам.
Отключившись, Шей не сразу повернулась к Гвидо. Тишина была такая, что казалось, он ушел, оставив девушку наедине со своими мыслями. Подув на лицо, осушая ресницы, индеанка заговорила:
- Если ты никому сегодня не нужен, то предлагаю пойти прогуляться, а потом пообедаем у меня. Зря готовила что ли? Только хлеба надо будет купить.
Она не смотря на мужчину, убрала торт в холодильник, махнув на кружки, что мол потом помоем, подошла к клетке. Проведя по хохолку ворона пальцем, пробудила его, чуть присев, похлопала по плечу.
- Каро, пойдем, полетаешь.
Могло показаться, что она выгоняла всех из квартиры прочь, в том числе и себя. Но нет. Она хотела оставить телефон дома, и отвлечься от услышанного матерью. Ее слова всегда действовали на нее тяжело, будто бремя та на ее плечи взвалила. Но это вовсе не так. Просто не любила Шейенна «пророческие» слова про себя. Ольянта с утра уже нагрузил ее. Обувшись, они вышли в подъезд.
- А на счет спагетти и креветок, конечно приготовлю. Перед тобой квалифицированный повар.
Выйдя на улицу, Шейенна остановилась. Она не знала один Монтанелли или его ждал его «танк» и Джип, или он и правда превратился в простого человека, и подарит ей весь день своего общества.

И как мы гуляем? (так как я продинамила прошлое задание, то вот тебе два)
1) Давай нарушим правила дорожного движения и нам засвистит полицейский, но мы убежим.
2) Зайдем в парк в западной стороны, а вот как определишь не знаю)

+1

11

Скальные растения... а кто есть сам Гвидо, да как и его друзья, от Фрэнка и до Алекса, как не такие же цветы, которые растут на камнях, без земли? И как не пытались их уничтожить, они всё равно прорастают сквозь толщу камня вновь, сорвёшь стебель - корни сумеют дать новый побег, а сам цветок, если не дать ему погибнуть, выпустит новые корни. Та организация, та система, частью (и довольно важной) которой Монтанелли является, веками уже существует таким образом, прорастая на скалах; но тот, кто ничего не понимает, не сможет добиться ничего полезного, для одних - узоры на их итальянских галстуках так и останутся цветами на камнях, для других - они будут сорняками, третьи просто не будут их замечать... Как и в случае Шейенны, лишь немногие смогут извлечь из этого пользу, сварив себе кофе. Понятное дело, что в растениях индеанка понимала гораздо лучше, чем в том мире, представитель которого взял её под крыло... однако же её этническая группа, оказывается, имела что-то общее с этим - индейцы ведь и сами были... "цветами на камнях", со своими тайнами, своими рецептами. Своими корнями.
Сколько же тайн у неё есть дома?.. Сколько ещё полезного, даже сейчас, индейцы умудряются скрывать от всего остального мира. Тейпа постепенно открывала ему некоторые свои секреты, чуть-чуть ломая его представление о мире, и делая его немного мудрее, но и цена за такое "разглашение" была соответственной - он сам становился хранителем этой тайны. Которую тоже не собирался, вот так, разглашать запросто; иногда - будет более правильно наслаждаться благами самостоятельно, как индейцы, в общем, и доказывают ему в последнее время, примером Шейенны... И то, что этого нельзя достать, делает это знание только ещё более, в сто крат, ценным. Как если бы ты нашёл сокровище...
А может, и впрямь, нашёл?
- Моё... - сделал Гвидо паузу; разговоры такого рода - как раз были моментом, наоборот, напрягающим, и Монтанелли предпочитал бы этого не касаться. Впрочем, не только статус босса мафии означает костюм; но, вообще-то, говорили они именно про это. - ...положение не обязывает меня к чему-то, что мне бы не нравилось, но... Он и скрывает чуть больше. - усмехнулся. Пистолет, например, или нож. Ну или шрамы, и даже тюремные наколки, у кого они есть... - И привык, конечно, тоже. - когда носишь одну и ту же форму одежды, невольно, привыкаешь - почему им и было не по себе в комбинезонах... это не значило, конечно, что Гвидо всегда, даже дома, ходил в пиджаке. Просто у Шейенны пока не было возможности увидеть его в чём-то другом. - Да и сегодня ведь праздник. - и выглядеть нужно было бы соответственно... или ей просто не нравится? Монтанелли улыбнулся, кивая на её извинения - конечно же, вот, и не он один считает, что её есть, с чем поздравить сегодня. Снова оставшись в одиночестве, Гвидо допивал кофе, тактично делая вид, что не слышит части разговора Шейенны, хотя, на самом деле, был верен себе и невольно подмечал детали. Он понимал её отношение, пожалуй - и сам бы поступил точно так же, если бы ему позвонила его мама, ну, или, кто-то из его детей; семья - это сокровенное. И он уважал это, не расспрашивая, не тревожа, но замечая, что настроение Тейпа переменилось после разговора. И понял, что, наверное, сам являлся причиной того отчасти...
- Конечно, купим. - согласно кивнул Гвидо, вставая с дивана, наблюдая за тем, как Шейенна снова общается с вороном, и тот послушно порхает на её плечо с тихим шорохом... заметил и то, что телефон она оставила дома. Очень вероятно, что и ему следовало бы сделать то же самое, но... есть вещи в его положении и посерьёзнее, чем пиджак. - Ох, точно. Я ведь и забыл... - ответил Монтанелли. Тем более, стоило бы оценить её "квалификацию", в любой ресторан можно прийти и в любой другой день.
"Танк" и правда ожидал его снаружи, но без телохранителей - сегодня Монтанелли вёл автомобиль самостоятельно, ребята занимались другими делами (надо же им и отдыхать друг от друга иногда?), но "Хаммер" пусть стоит себе и дальше припаркованный, Гвидо не планировал сейчас сажать в него Шейенну и куда-то ехать... может, в другой раз, в другой день. Ну или сегодня, но ближе к вечеру... когда поток менее плотным будет.
- Пошли, пока красный? - слегка по-хулигански улыбнувшись, Монтанелли потянул Шейенну за руку; тратить время на то, чтобы добраться до перехода, не хотелось - тем более, что пришлось бы и там стоять... а встречная полоса была совсем свободна. Но как только они преодолели половину пути, лавируя вместе с Каро между заскучавшими машинами, послышался свисток... Оказалось, они не заметили регулировщика. - Нету машин?.. Тогда побежали! - быстро оглядевшись по сторонам, рассмеявшись, Гвидо снова потянул её за собой; пусть сначала догонит их этот свистун... ну или квитанцию ему по почте пришлёт, если узнает - как будто это будет первый штраф, который Монтанелли оплатил бы?
- Давай в ворота!.. - скроются от него в парке... едва ли он будет настолько настырным, чтобы побросать все свои дела ради двоих нарушителей. Ворон, которому сидеть стало некомфортно, с карканьем сорвался с плеча Шейенны, полетев навстречу полицейскому, едва не задев его крылом; а затем взмыл ввысь, куда-то в небесную синеву... - Ну что, мы оторвались?.. - слегка запыхавшийся, Гвидо оглядывался назад. Кажется, они попали в западную часть парка...

+1

12

- Ты один? – удивилась немного, когда не увидела стоящего рядом с машиной итальянца вечно ухмыляющегося Джипа, пошла рядом с Гвидо, - все хочу спросить, то, что ты дал мне в пользование на работе – зачем такое дорогое авто? Джип не рассказывал, как издевался надо мной, когда я стояла на стоянке и не могла решиться сесть за руль? Нет? – не услышала ответа, - странно. Интересные у тебя ребята работают. А главное чувство юмора есть и понимают его. Алекс бы уже давно обиженным ходил, если не «красиво» парировал мне в ответ. Хомячок. Только не говори ему, что я его так называю, - рассмеялась, обняла Гвидо за руку, - пригрозил небесными карами, если кому скажу. Не удержалась.
Ворон крепко цеплялся за ее плечо, отчего было немного неприятно. Но Шейенна привыкла. На них смотрели, проходили мимо, оглядываясь, показывали на птицу. Остановившись чуть поодаль от «танка» Монтанелли, они безмолвно решали куда идти. Почувствовав, как ее ладонь сжала крепкая рука мужчины, Шейенна улыбаясь, нахмурилась.
- Ты нарушишь неписанный закон бетонных джунглей? – спрыгнула вслед за ним с тротуара, как на ниточке, бежала следом, огибая машины. Кто-то в приветствие гудел клаксоном, кто-то ругался, прохожие и вовсе останавливались. – Напоминает съемку фильма. Толпа зевак, - она едва не врезалась в его спину, когда итальянец остановился на разделительной черте между полосами движения, - а мы актеры с тобой. Но скорее тут Каро привлекает внимание. – И вновь почувствовав, как его пальцы сжали руку, призывая к движению, побежала за ним следом, смеясь, услышав, как протяжно им в спину засвистел где-то прятавшийся до этого полицейский. Почувствовав, как ее за ухо слегка куснул ворон, крылом сбивая Шейенне волосы, полетел обратно, будто хотел «наказать» стража порядка, что тому пришлось увернуться в сторону, чтобы не встретиться лицом с клювом Каро.
Впереди были кованные ворота парка со спасительными деревьями, где если что они могли затеряться, куда двое и ворвались, останавливаясь. Пытаясь отдышаться, чему весьма сильно мешал смех, Шей пыталась что-то сказать, показывая то на губы, то выставляла вперед руку, чтобы Гвидо не перебил ее мысли. А они все равно разбегались.
- Ааааа, - запрокинув голову, смотря на небо, приложив ладонь ко лбу, - все думы вытрясла из себя. Что-то хотела сказать, а не помню. Тут есть одно местечко красивое, пойдем, покажу.

То самое местчеко

http://s3-media4.ak.yelpcdn.com/bphoto/65s5PABq8GBgOWAxaRL-DQ/l.jpg

В это парке Гвидо вряд ли, слишком не по пути было ему как с дома, так и с работы. Даже ресторан находился в другой части города. И поэтому Шейенне было особо радостно показать ему свое любимое место среди душного города. Мимо проезжали велосипедисты. Да и народу в парке было много, не смотря на рабочий день, но последний летний.
- Мы попали с тобой в западные ворота, - Шей рассказывала итальянцу некую присказку, чтобы потом пояснить, чем же то место, куда она его ведет так примечательно для нее. – Ты видел же, они кованные. Так вот. Восточные сделаны из дерева. Северные из мраморных камней, обозначающих кости древних животных. А южные сделаны из сплетения двух деревьев. – Девушка обернулась, идя спиной вперед, показала смыкающиеся пальцы, - кронами деревьев. Задумка хорошая, да и парк негласно называют местом пяти частей света.
Ее в спину зазвонил колокольчик на велосипеде, что Шейенна отскочила с пути проезжавшего мимо них мужчины. Она любила находить во всем нечто необычное. Так и в парке. Приложив палец к губам, призвала Гвидо ничему не удивляться.
- Тебе придется пройти метров сто с закрытыми глазами. Как в сказке – чтобы ты путь не запомнил.
На поясе ее брюк, вместо пояса, висел шелковый платок. Шейенна не признавала вокруг талии кожи. Стянув его, приладила ткань к глазам итальянца.
- Я не заведу тебя в чащу, не бойся, - поцеловала Гвидо в уголок его губ, взявшись с ним за руки, медленно потянула за собой. – это место центр парка. Наверное, архитектор был помешан на географии или символике. Но я даже проверяла, мерила шагами. И оказалось, что правда, равное удаление от ворот, на пересечении мнимых линий, стоит…
Они подошли к лавочке, которая была повернута лицом к небольшому озеру, по глади которого плавали кряквы. Потянув за кончик платка, Шейенна открыла Гвидо глаза…
- Лавочка.

Разуемся?) Почувствуем связь с природой.

+1

13

Гвидо не может таскать своих телохранителей за собой постоянно - во-первых, у каждого из них есть и свои дела; у Алекса вот трое детей, на комбинате он ему помогает, а Джип и Рокки, хоть ребята и одинокие, но тоже хотят отдыхать от дона иногда (всё-таки это тоже далеко не всегда так просто - особенно если к "работе" действительно подходить с ответственностью, а это - постоянное давление), и требовать их присутствия всё время - в конце концов, не очень вежливо, по отношению что к ним самим, что к людям, с которыми Монтанелли взаимодействует (кто-то может ведь подумать, что охраняет себя Гвидо и от них); во-вторых - и у самого Гвидо есть дела, которыми он хотел бы заниматься без свидетельства своих бодигардов - вот, как сейчас, например... и защититься есть много способов, не только с помощью грубой силы или... оберегов. Информационный, например - никто ведь не знает, где он и куда поехал, разве что Алекс сможет догадаться и сказать кому-то - но кому? Понятно, разумеется, что номер Рокки у Монтанелли остаётся на быстром наборе, вдруг что случится, но - на свидание с Шейенной он не взял даже оружия. Даже у преступников бывают времена, когда нет необходимости везде таскать пистолет - тот, кто зависим от собственной пушки, это параноик, а не "человек чести".
Да и, впрочем, нет, он не один. Они вместе - вместе с Шей...
- Прямо-таки издевался? - переспросил Монтанелли, нахмурившись; если Джип проявлял к Шейенне неуважение - это нехорошо... дело, впрочем, оказалось просто в формулировке, и Гвидо расслабился - итальянец без чувства юмора это вообще уже не итальянец. Так что даже Алекс едва ли обидится на "хомячка", тем более, что действительно, есть в нём что-то... Гвидо хмыкнул в голос. Хомяк этот, впрочем, кусаться умел ещё как, и вовсе не был таким безобидным, каким выглядел... по сравнению с Джипом или Рокки особенно.
- Тебе оно кажется дорогим?.. - удивился Гвидо. Уж по сравнению с его-то Хаммером... да и в принципе, ничего такого не было дорого в той машине, которую он выдал Шейенне в пользование, от комбината, обычная американская гражданская "бюджетка", неприхотливая в обслуживании, и новая пока ещё - но никакой роскоши. Вполне стандартный автомобиль, такой себе любой может позволить... - Машина как машина. А чего ты ожидала, ржавой развалюхи? Ты же представляешь наш комбинат, меня - нужно соответствовать. - пожал плечами. Но не перебарщивать, конечно, чтобы не было слишком явно. Машину же не подбирали специально ей - нет, конечно, не каждому сотруднику комбинат автомобиль выделял, и Шейенна свой получила по блату от Гвидо, но это не значит, что ей дали какой-то особенный - вон, и Даниэль на такой же ездит, который заменил Декарт.
- Какой же он неписанный?.. - неписаны законы его жизни; правила дорожного движения же установлены вполне официально. Что, конечно, не означает, что Гвидо через них не переступит: - Да и как будто в первый раз... - усмехнулся, всё-таки чуть-чуть приоткрыв завесу; ну да, он преступал закон, а кто, впрочем, этого не делал?.. Не превышал скорости, не переходил в неположенном месте или на красный? Не кидал окурок мимо урны, в конце концов. Гвидо не был ангелом... с вороном и Шейенной, они вообще выглядели, и действительно, скорее демонически и довольно странно. Впрочем - демоны вряд ли стали убегать от полицейских... Нет, едва ли это было на самом деле похоже на кино. Слишком уж странно, слишком живо, такое нельзя придумать - а если придумать и можно, едва ли получится снять... Монтанелли смеялся, глядя на Шей, тоже пытаясь отдышаться. Вот уж точно, смех - дон мафии, "крёстный отец" Сакраменто - переходит в неположенном месте, убегая от постовых...
- Пойдём... - кивает Гвидо. Отчего же, его жизнь состоит не только из дома или работы, она вообще не регламентирована, бывал он в этом парке... опять же, с детьми нужно где-то гулять; и тоже - без оружия. Если уж говорить о негласных правилах, то даже у преступников и бандитов есть свои кодексы, свои понятия, и даже в убийстве есть свои моменты: неправильно убивать друг друга на глазах собственных детей, на свадьбах или похоронах, в больницах, на кладбищах... всё это ведь не просто так - это помогает поддерживать порядок. И чувствовать себя чуть более уверенным. Парк, впрочем, он не исследовал настолько, и смысла тому, как поставлены ворота на входах, не придавал раньше особенного...
- Да, интересная задумка. Никогла бы не подумал... - ещё более интересно, как увлечённо рассказывала об этом Шей, изображая из себя гида. Монтанелли поймал её в объятия, когда она отскочила с пути велосипеда, улыбнувшись, когда её палец коснулся его губ. - Угум... прямо как в сказке... - завязанные глаза, чтобы кто-то не запомнил дорогу, ему совсем не о сказочных событиях напоминали... а случалось и такое, что и не только дороги такой ослеплённый уже не наблюдал, но и вообще больше ничего - так что Монтанелли даже не чащи боялся, из чащи возможно было бы выбраться. Замешкашись немного, ответив на поцелуй, он позволил Шей накинуть платок себе на глаза, осторожно следуя за ней, вслушиваясь в её голос. Будь, что будет - если бы что-то плохое и произошло бы, сопротивляйся он или нет, это всё равно бы случилось... что-то плохое - в смысле того, чего он мог бы бояться. Убийства своего, ареста... таких вещей.
- Ух ты!.. - а вот в этой части парка, Гвидо, как оказалось, и впрямь не был до этого ни разу... - И правда, это центр парка?.. - тогда и тем более странно, что он не был здесь. Центр общественного места, а вокруг так тихо, спокойно, и небо отражается в озере, делая воду синей... присев на лавочку, он развязал шнурки, снимая ботинки, снимая носки, давая ногам почувствовать траву - Монтанелли в глубине души любил такие вот места, где можно побыть немного собой, отпустить мысли, просто побыть в тишине. Только выкроить время, чтобы побывать там, получалось, не слишком часто... Что и не так уж плохо, впрочем, чтобы не дать себе размякнуть; хотя и черстветь тоже не стоит себе позволять. Интересно, это похоже на резервацию Шейенны? Поэтому ей так нравилось здесь?.. Гвидо снова прикрыл глаза, вдыхая полной грудью.

Теперь я продинамил, пишу два задания:
1) Подведи Гвидо к воде, помочим ножки)
2) Пусть ути увидят нас и поплывут, подумав, что мы их будем кормить

Отредактировано Guido Montanelli (2015-09-22 13:17:33)

+1

14

- Угу, - Шейенна кивнула, опускаясь рядом с ним на лавочку, вытягивая вперед ноги. Не хватало книги и небольшого съестного скарба, как обычно она делала в выпадающие свободные дни. – Даже хотела пойти в городской архив проектов, попросить историю создания парка. Интересно же, кому такое пришло в голову. Сидишь и чувствуешь, как в тебя перетекают силы как в точку пересечения.
Откинув голову назад, подставляя лицо лучам еще утреннего солнца, девушка приподняла ладони вверх. Это движение к Солнцу есть в культуре каждого древнего народа, кто еще не забыл законы предков, их верования и учения. Ладонь это сосредоточение нашей жизненной «дороги», которую иногда надо освещать. Человек же постоянно держит пальцы, сжатые в кулаки, или ручку, или ручку сумки, руль автомобиля, перекрывая энергию природы, частью которой является человек.
- У вас, ну по вашей вере, на небесах обитают ангелы, у которых есть свои подопечные. А у нас духи, витающие рядом с каждым человеком. От вас скрыли знание, а мы нашли. Кстати, - Шейенна повернулась, посмотрела на профиль Гвидо, - ты в курсе, что нельзя носить сумку на правом плече. Там у вас сидит ангелок. Проверяла. Наверное и у нас тоже они есть. Так хитро все переплетено, но я не о бытие. Хочешь, верь, хочешь нет, но однажды, я стояла в городском комитете в очереди на прием. А там все знакомые лезли вперед. И как только подумала об этом, машинально сняла сумку с правого плеча, повесив на левое. И что ты думаешь – все «вне очереди» внезапно исчезли, и я через полчаса была свободна.
Последовав примеру Гвидо, Шейенна сняла мокасины, с наслаждением опуская ноги на мягкую траву.
- Да, этого не хватает в душном городе. Чистого воздуха, единения с природой и главное баланса. – Шей рассмеялась, - наверное, я странная для тебя. Говорю непонятно, рассуждаю о чем-то эфемерном. – Увидев, что итальянец прикрыл глаза, потеребила того за плечо, - не спать. Ты еще не все ощутил. Вперед!
Потянула его за руку, поднимая с лавочки. Индеанка готова была едва не прыгать от щенячьего восторга, что здесь она не одна. Не хотелось сегодня одиночества, и возможно, кто-то или что-то подтолкнуло Гвидо к тому, чтобы появиться на пороге ее квартиры, скрасить обычный серый день. Опустив глаза, потопталась немного возле кромки воды.
- Придется чуть закатать брюки, чтобы не мочить. Не смотри на меня так. Ты первый начал хулиганить на перекрестке. Продолжаем!
сделав из своих джинс подобие шорт, девушка аккуратно, чтобы не поскользнуться на илистых камнях зашла в воду. Это было верх блаженства. Воды аккуратно «обнимала» ее стопы, а маленькие рыбки были тут как тут, пощипывая за кожу, будто пытались сделать массаж.
- Знаешь, когда у меня появилось больше свободного времени, спала напряженность в жизни, я стала скучать по всему, что у меня было. По дому. И ты чудом меня застал дома. Хотела прийти сюда с утра, но меня задержали звонки родных. – Обернулась через плечо, посмотрела стоящего чуть выше нее итальянца, - это ценно для меня, что ты пришел. - Улыбнулась. - Иди ближе, рыбки тебя покусают. Ни одна гейша не сделает лучшего массажа. Поверь.
Протянула ему руку, призывая довериться. Едва они оказались рядом, как к ним подплыли утки, открывая рот в призывном «кря», пытаясь понять – эти двое просто пришли или им что-то все же перепадет?
- Забыла! – Шей присела на корточки, стараясь не намочить штаны, протянула руку к самой смелой крякве, которая ее ущипнула за кончики пальцев. – Простите, но сегодня я забыла вам хлеба. Ой, смотри! – Показала чуть в сторону, как из-за камня показались маленькие утята. – Чувствую себя неуютно. Хоть иди, ковыряй червяков.
Но птицы не отплывали, будто не обижались на ее забывчивость, а толпились возле кромки воды. Шейенна поднялась, вслепую ловя руку Гвидо.
- Я бы жила возле воды. Не важно что это. Водопад, речушка, океан, море – главное вода. И если меня нет в резервации, то все знают, что я у водопада или на берегу реки, что течет у границы моего селения.
Где-то послышалось родное «кар». Шейенна приложила ладонь как козырек над глазами, стала всматриваться в небо. Благо линзы она не забыла и видела хорошо. Выставив руку в сторону, обозначая, где она есть, ждала, когда ее ворон прилетит к ней. Но Каро лишь сделал круг, что, мол, я тебя вижу, но гуляю еще, полетел за озеро.
- Понимает…

Пусть появившаяся собака лежет возле твоих ботинок)

Отредактировано Sheyena Teipa (2015-09-23 13:42:34)

+1

15

Как наивность может так тесно соседствовать с мудростью?.. Шейенна увлечённо раскрывала ему мир с какой-то совершенно другой точки зрения, для неё были важны какие-то вещи, на которые он, наверное, и внимания бы не обратил, словно и впрямь она обладала каким-то тайным, никому не ведомым, знанием, но притом - не вела себя так, словно у неё есть от окружающих тайны, открыто делясь своим мировоззрением, и заставляя окружающих поверить в то, что она говорит... или, быть может, Гвидо один был так ей заворожен? Впрочем, в любом случае, ему нравилось то, что индеанка делала с ним - и сейчас, в этом парке, не тишина и покой, не вода и утки, не природа была главным элементом его отдыха - а Тейпа, за которой он наблюдал и рассказы которой слушал. Как шейх, наверное, слушал сказки Шахерезады тысячу ночей? Нет, ну, у каждого свои причуды - а Монтанелли вот всегда было интересно что-то новое, отличное от привычного образа жизни (быть может, потому ему так понравилось в Японии?), а мир Шейенны очень отличался от его мира. Несмотря даже на то, что и вполне сочетался с ним...
Ну и в конце концов, она была просто красивой - и обаятельной. В этом Монтанелли понимал Нери, пожалуй - с Шей просто общаться уже было приятно. И Гвидо просто душой отдыхал сейчас... как будто представлением каким-то наслаждаясь - но с той лишь разницей, что всё было наяву, по-настоящему, отчего было приятно вдвойне. Означало ли это, что он был влюблён?.. Ну а хоть бы даже и да - кто сказал, что он не имеет на это права? А может, и впрямь, виноваты ворота и "точка пересечения", и что индейцы знают что-то, что белым неведомо.
- Они у каждого человека есть - ангелок на левом, дьяволёнок на правом... - но Гвидо как-то и не задумывался о том, что это связано с тем, на каком плече нужно носить сумку или кобуру... Впрочем, и это имеет свой смысл, пожалуй, почему пистолет удобнее носить слева - и выхватывать правой рукой? И не нагадит ли дьяволёнок в твою сумку, если его нагрузить её весом?..
- Странная, не спорю. Но мне это нравится... - совершенно честно ответил Гвидо в ответ, с улыбкой. В каком-то смысле, разговор с Шейенной - это было отражение его собственных мыслей, которые он не так уж часто произносил вслух, и даже некоторых его действий, пожалуй, которые не все понимали, и в этом смысле, получается - индеанка была одним из немногих людей, которые вообще был способен его понимать. Родство душ?.. Бог его знает - может быть. Если в такие вещи верить. - И если я понимаю, о чём ты говоришь - означает ли это, что я тоже странный? - приоткрыл один глаз, глядя на Шей, когда та толкнула его в плечо. Говорят, двух одинаковых диагнозов у душевнобольных не бывает; потому психи даже в дурдоме друг друга не понимают. Так что, неважно, сумасшедшие они или нет - они понимают друг друга, и это приятно. - Я не сплю, я пропускаю обстановку через себя... - впитывая мистическую атмосферу этого места, сливаясь с окружающим миром и становясь его частью. Гвидо открыл оба глаза, вставая с лавочки, поддавшись движению Шейенны. Если ладонь - это показатель жизненной "дороги", то они, держась за руки, дороги свои уже не раз сегодня пересекли... Гвидо закатывал брючины, украдкой наблюдая за Шейенной - любуясь её фигурой и стройными оголёнными ножками. А затем, когда они скрылись под водой, ей самой... в окружении озера, и отцветающей постепенно сентябрьской природы. Ступив в воду, Монтанелли ощутил её прохладу, и как камешки, непривычно, но приятно, укололи стопы. Постоял так немного, привыкая, затем - шагнул навстречу Шейенне, снова взяв её руку в свою, немного неловко переступая на скользком дне...
- Воу!.. - вздрогнул от неожиданности, почувствовав укус подплывшей рыбёшки. Поначалу непривычное и странное, почти болезненное, ощущение затем превратилось в щекотку... - А здорово! - Гвидо замер, не желая тревожить рыбок и решивших подплыть ближе уток... Шейенна как будто и впрямь разговаривала с животными, причём те её словно понимали, совершенно не боясь - вот к нему уточка подплыть побоялась. Чувствуют?.. Ещё одна странность... вот и Каро подал голос, заставив запрокинуть голову кверху.
- Я родился возле океана. - улыбнулся Монтанелли в ответ. В этом он понимал Шейенну - всё его детство прошло возле большой воды, где до самого горизонта не видно края. - Да, я родом не отсюда. А из Флориды. - пояснил, кивнув головой. С другого конца Штатов, но там всё равно тепло... и тоже полно людей, говорящих на испанском... Поймав её руку, он всё же подвинулся, шагнув чуть ближе, мягко заключая индеанку в объятия, и ловя её губы в поцелуе. Так вот они и стояли, в окружении уток, что плавали вокруг, словно охраняя их, и ворона, что летал неподалёку, целуясь, словно было им лет по двадцать... Две души, нашедшие что-то своё в месте, которое не было их домом.
Из ближайших кустов выбежала небольшая собачка, подбежала к краю озера, понюхала воду, и затем начала жадно лакать; а напившись, так и не рискнув искупаться, отбежала к лавочке, устраиваясь возле ботинок Гвидо, наблюдая за людьми и утками. На солнце поблескивала пряжка ошейника, но - что-то нигде не было видно хозяев...
- А это тоже твой знакомый?.. - обратил внимание Гвидо. Щенок вдруг задорно гавкнул, заставив стаю уток испуганно взмыть в воздух!

Пойдём искать хозяев хулигана?

+1

16

Как сила в нем сочетается с нежностью, можно было гадать. Грубость просто казалось, не свойственна Монтанелли. Шейенна ощутила, как руки Гвидо скользят по ее спине, пробирая до самого сокровенного внутри нее, слегка сминая на ней рубашку. Посмотрев в его глаза, индеанка отдалась чувствам, отвечая на поцелуй мужчины. Сказать наглость. Нет! Она желала его, понимая, что это взаимно, отчего все внутри обострялось до предела. Женщина слишком долго была одна, запираясь в своем мирке. А он ворвался, не давая вот уже месяц ей запереться, скрыться, чувствовать вкус той жизни, которой она была лишена обстоятельствами. Обняв рукой за широкие плечи Гвидо, ладонью другой скользила по его щеке, будто вытягивалась, прижимаясь к нему. Сколько всего было в этом откровенном поцелуе. Чувствуя, что они едва ли не на грани, чтобы сорваться вниз, упасть в пучину наслаждения, едва соображая, что место отнюдь не квартира, как рядом послышалось тихое плим плим, или хлюп. Оторвавшись от губ итальянца, Шейенна прикоснулась лбом к его подбородку, пытаясь привести не только дыхание в порядок, но и мысли, повернулась на звук.
Удивленно посмотрела на маленькую собачку, не размыкая рук, вместе с Гвидо проводила ее взглядом.
- Ты думаешь я со всеми животными «разговоры» умею вести, - улыбнулась. – Кстати, домашние животные более глупые, чем те, кто живет вольно или дикие. За них думает человек. Боппо у тебя вольно живет, и весьма мудрый пес. Смотри, - увидела как блеснула медалька на ошейнике. – Она чья-то.
И эта маленькая собачка гавкнула весьма не тихо, что Гвидо и Шей оказались под мощными брызгами воды, когда перепуганные птицы все разом поднялись в воздух.
- Искупались. А этому маленькому хулигану приглянулись твои ботинки. Пойдешь ты домой босиком.
Смеясь, они подошли к лавочке. Собачка юля, вилась вокруг ног итальянца, наступая тому на пальцы. Шейенна опустила ладонь, призывая животное подойти к ней, но собака отчего то легла и ползком подошла к ней. Девушка нахмурилась.
- Ты чувствуешь Йовингула. – подняла взор на Гвидо, - я вчера вернулась из резервации. Всю субботу провела в лесу, отдыхая. И волк приходил. Вероятно, малышка чует его запах на мне. Посмотри на табличку, не хочу нервировать собаку. И так противно ее раболепие. Боппо бы разрывался сейчас на аромат волка, а эта просто придавлена им к земле. – Вновь посмотрела на собаку, - прости, малыш.
Обувшись, они втроем пошли по дорожке искать хозяина этого вертлявого хвостика. Шейенна сплела пальцы с рукой Гвидо, посматривала на него сбоку, украдкой ловя тонкие изменения выражения его настроения. Девушка слушала его голос, идущий откуда-то из глубины, с легкой хрипотцой, что по спине бегали мурашки, да и не потерялось ощущение его рук на себе. Говорят же, что голодный человек лучший дегустатор. У него все обострено. Так и Шейенна была «голодна» своим одиночеством. Нет, семья восполняла потребность в понимании, нежности. Но это было не то, что нужно человеку в жизни, который переполнен не растраченными чувствами. И Шей выплескивала это все в животных. Потому что на двух братьев, которые были проблемами ходячими, девушка только злилась. А в пределах города не было человека, с которым она могла себя чувствовать женщиной, а не цепным псом.
Из-за поворота выбежала плачущая девчушка, зовя кого-то:
- Криста! Ну где же ты!
Собачка выскочила из-за ног Гвидо, с радостным лаем бросилась к хозяйке. Шей прижалась щекой к плечу итальянца, обнимая рукой его руку, смотрела на воссоединение счастливого семейства.
- Приятно стать частью чьей-то радости. Ты стал сегодня ею дважды.
- Спасибо! – Девочка подошла к ним, - она всегда убегает. Я не знаю, что с ней делать.
- А сколько ей лет?
- Лет? Нет, что вы. Ей нет и года еще.
- Так она совсем глупенькая еще. Криста еще научится тебя слушаться. Дай ей время, а пока старайся не гулять  тех местах, где ее могут украсть, или она упадет в воду. Как например могла сегодня. Щенок это маленький ребенок. Правда, Криста?
Шейенна протянула руку к собаке, что та вновь замерла, аккуратно потянулась носиком к ее ладони.
- А как вы так делаете?
- Никак.
Ну не рассказывать же ребенку, что от нее пахнет волком. Подумает, что тетя странная. Попрощавшись, мужчина и женщина медленно пошли дальше по парку, разговаривая тихо о чем-то своем, не замечая, что вокруг них стали появляться проснувшиеся люди, бегущие кто куда. И даже не смотря, что день был рабочим, парк не пустовал.

Ну что, собачку спасли, куда дальше двигаемся?) А давай на карете прокатимся по парку)

Отредактировано Sheyena Teipa (2015-09-24 09:12:52)

+1

17

Обретая силу, важно не забывать о ней; не только в плане физическом (Монтанелли не был никаким культуристом, конечно, хотя в его теле сил тоже было вполне достаточно), но и в другом смысле тоже - доставшаяся ему власть это ведь тоже сила... но, даже сильный, человек всегда остаётся человеком, которому не чуждо всё людское, в том числе - и память, вернее - забывчивость; глядя на мир только со своей точки зрения, можно легко не заметить чего-либо, внести изменения, даже не заметив, и вовсе не обязательно в лучшую сторону - как, например, сидящий в экскаваторе строитель не чувствует работу ковша, не ощущает на себе этой мощности, пусть даже и видит её, в своей кабине он невосприимчив, в безопасности, если только не подроет под собственными гусеницами; вот так и в жизни... Зажравшиеся политики, ослепшие судьи, зачерствевшие полицейские и безразличные ко всему богачи - Гвидо не хотел быть похожим на таких представителей человеческой породы; и, пусть это получалось и с попеременным успехом, пусть федералам нужно было делать свою работу, газетчикам - свою, а природе - свою, дон Торелли дорожил своей репутацией у населения - и если это делало его мягким, ладно, допустим, что он был мягче, чем большинство своих друзей. Несмотря даже на то, что его "профессиональные" навыки, казалось бы, должны полностью выбить остатки сострадания... и утянув все остальные чувства вслед за собой, сделав его такого рода неумолимым монстром, или терминатором, перед которым стоят задачи, которые нужно выполнить. Нет, такого Гвидо для себя не хотел... Он умел быть бесчувственным и безжалостным, когда это было необходимо; но не умел быть бесчувственным всегда. В своей жизни он видел слишком много зла, чтобы позволять себе быть полноценной его частью, чаще предпочитая занимать место наблюдателя... вмешиваясь, когда это необходимо.
- А это не так?.. - он слегка задохнулся в поцелуе, и теперь Шей могла бы почувствовать, как заходятся его лёгкие, заставляя голос чуть сбиваться... А что ещё думать, глядя на взаимодействие Тейпа и... не то, чтобы только животных, конечно - а, вообще, всей природы, с растениями тоже, водой. В этом всё и дело, она, как прожившая огромную часть своей жизни в условиях близости с природой, естественно, лучше понимает её, и "язык", вернее - повадки, поведение и свойство её созданий. Есть такая итальянская поговорка - "Человек стоит столько, сколько знает языков", так вот Гвидо при помощи Шей словно изучал ещё один или даже несколько. Не только с помощью неё, конечно - спектр своих знакомств он всегда расширял совсем не зря, в итоге и стал он очень красочным, включая в себя много чего за пределами Коза Ностра и того, что связано конкретно с Мафией. - О, а откуда ты знаешь, что у меня есть собака?.. - неужели учуяла?.. Ну, Гвидо не стал бы отметать и этот вариант, конечно, но выразился бы другими, более мягкими, словами. Шейенна подмечает детали - может быть, шерсть увидела на его ботинках или брюках? Хотя какая там у Боппо шерсть... - Ну я не сказал бы, что он живёт очень уж вольно... - да как все собаки, ест из своей миски, по расписанию гуляет, сторожит дом, ездит на случки иногда - но всё под контролем хозяев; Маргарита его хорошо дрессировала в своё время, это был не первый у неё дог... Гвидо вовсе не назвал бы жизнь Боппо "волей", как и большинство собак, право выбора пёс не имел - да и не должен был. У этой маленькой шавки вольностей было явно побольше... Монтанелли тихо засмеялся, сморщился, не желая, чтобы птицы попали ему в глаза своими крыльями - вдобавок к тому, что они основательно их забрызгали.
- Вот ещё... собаке туфли ни к чему. - усмехнулся Гвидо, подойдя к собачке ближе и протягивая ей ладонь - глядя сперва на её реакцию, подпустит она его к себе или нет, не все собаки любят, когда их трогают незнакомые люди; зато зубы есть у всех. - Ой, чего это она?.. - обратил внимание на поведение собачки в отношении Шейенны - всё-таки индеанка на всех животных действовала как-то странно, ну или они на неё странно реагировали...
- "Криста"... это кличка, наверное. И вот ещё есть адрес. - глянул Монтанелли на ошейник, и погладил собачку по макушке. - Ты потерялась, Криста?.. - наверное, не так уж давно, выглядела собачка ухоженной и сытой, шерсть была чистая, взгляд довольный и доверчивый, да и ошейник совсем новый, вон как блестел. - Наверное, хозяин где-то неподалёку... Давай найдём его?
К животным, как и к детям, впрочем, Гвидо всегда питал какое-то особенное отношение; они могли дать что-то, чего не могли дать в общении взрослые, но не смогли бы принести такого же разочарования, пожалуй... И что немаловажно, звери молчат всегда - то есть, и когда тебе нужно, чтобы кто-то помолчал, тоже... Интересно, для Шейенны тоже так? В её общении с животными, с волком этим, с вороном - они молчат, когда ей хочется тишины?
- Просто не бегай за ней - она, наверное, думает, что ты играешь, и убегает ещё дальше. Научи её отзываться, показывай поводок - и когда будешь её звать, она начнёт прибегать сама. - с улыбкой дал совет Монтанелли на прощание, взяв Шейенну под руку, запоздало отвечая на её фразу - Я стал причиной?.. Да причём тут я - они радуются друг другу. - вдалеке послышался цокот копыт... Парк просыпался, и появлялись традиционные парковые развлечения; из-за угла дорожки показалась выполненная "под старину" белоснежная карета, запряжённая парой лошадей... - А к лошадям ты как относишься?.. - наверняка они тоже есть в резервации. Хоть и наверняка не в тех количествах, как раньше; живых коней что для белых людей, что для индейцев, давно сменили кони железные. - Давай прокатимся до восточных ворот. Эй, притормози-ка!.. - воспользовавшись тем, что в карете никого не было, Монтанелли запрыгнул на подножку, практически, на ходу, когда лошади замедлили темп.

Мы взяли карету на абордаж XD Расскажи Гвидо об отношении Шейенны к лошадям

+1

18

День просто растворял ее в чувствах, таких неведомых доселе, новых. Шейенна смотрела на девочку, которая не могла наобниматься с собачкой, слушая советы Гвидо, взяла мужчину под руку, увлекая дальше в глубь парка.
- Ты стал причиной. Ну а разве нет? Появился на пороге моего дома, став частью моей радости. Твои ботинки привлекли Кристу, и она пошла за тобой. Хозяйка ее нашла. Радость? – посмотрела на Гвидо, - вот тебе и вторая частичка. Так что не прибедняйся. Смотри.
Она показала на озерцо, вдоль которого шла дорожка, по которой они шли. Утки плыли вдоль берега, будто шли куда-то с ними. Засмотревшись, Шей едва не подпрыгнула от хруста под ногами. Отпрянув от итальянца, едва смогла перевести дыхание. А всего то шишка.
- Вот… - приложила руку к груди, где сердце готово было выпрыгнуть.  – Будто по костям прошлась. – Не поняла о чем спросил Гвидо, помотала головой, увидела, как появились белые лошади, запряжённые каретой. – Ты умеешь ездить верхом?
Они пошли к проезжающему экипажу, и Шей удивленно остановилась, смотря, как Монтанелли с грацией запрыгнул на подножку. Она не впервые замечает, как умело Гвидо отводит в ней мрачные мысли. Вот и сейчас, она забыла о произошедшем, о воспоминаниях связанных с хрустом, последовала за мужчиной в экипаж. Опустившись в его объятия, вспомнила о его вопросе.
- Про твою собаку ну вот кто мог рассказать? – подняла указательный палец вверх, - правильно – Алекс. Мы как-то разговорились с ним за обедом, что, мол, сколько может съесть собака, если у нее не отбирать мяса. Вот он и сказал, что у тебя королевский дог Боппо. Интересно, а у него есть полное имя? А то Боппо и такие габариты собаки. – Рассмеялась, - Боппо это вот такая, - сузила руки до размера собаки-пекинеса, - тявка.
Кучер повернулся, протягивая им морковку:
- При остановке покормите, если хотите.
Шейенна зашептала:
- Корми ты. Ты ж видел, что меня собачонка пугалась. А эти и вовсе могут понести, учуй они волка от меня. Да, ты думаешь, что искупался и все, аромат ушел? Нет. Животные очень хорошо различают друг друга на теле человека.  Спасибо, - проговорила в спину кучеру. сжав его руку.
К воротам они подъехали в полном молчании, каждый думая о чем-то своем. И это сближало больше, чем, если бы они без умолку говорили. Шейенна стояла чуть в стороне, когда Гвидо пошел к лошадям, задумчиво смотрела на него, осознавая, решаясь на какой-то вопрос. Вот только рано это все. Никто из них не торопился никуда. Но все же меж ними неоднозначно происходили «реакции», они словно две реки, втекал одна в другую. То Шей «волной» накрывает итальянца, то он забирает душевное равновесие. И оба будто топчутся по разные стороны двери. Шейенна была открытым человек, и если что-то не устраивало ее, или было не понятно, то всегда могла спросить. Но тут будто невидимая ладонь ложится на ее губы. Отмахнувшись как от назойливой мухи от мыслей, которым рановато появляться, оглянулась назад. На зеленой траве резвились тое детей, кувыркались, а на всю округу разносился их смех. Родители сидели неподалеку, одергивая тех.
- Им весело… Ну что куда теперь? Запад видели, восток тоже. На север и домой? Нам еще в магазин зайти за хлебом надо. Давно ходил за хлебом?
Шейенна представила Гвидо сонного, бредущего к магазину. Смех полился из нее, что она не могла остановиться, не в силах объяснить свой смех без причины.

+1

19

Стать причиной чьей-либо радости - всегда приятно, конечно; и порой, когда становишься влиятельным, так важно не забывать об этом, погрязнув в собственном влиянии и собственном эго, разучившись делать добро... просто так. Впрочем, не бывает добра "просто так", в жизни всё взаимосвязано, и кто знает, не встретятся ли они однажды с этой девочкой снова - возможно, при уже других обстоятельствах, когда она будет уже совсем не девочкой, а он... станет дедушкой, уже быть может. Ну или произойдёт что-нибудь ещё, гораздо раньше, или гораздо позже. Никогда не знаешь, что будет впереди. Зато прошлый опыт большинству людей запоминается хорошо...
- Ты чего?.. - Шейенна явно испугалась не на шутку, сама чуть не была готовой сорваться, как только что птицы, потревоженные собачьим лаем, поднялись с воды, хотя Гвидо заинтересовало не это - а причины, по которой такое безобидное происшествие, как шишка под подошвой, вызвало такую реакцию. Или точнее даже - определение, которое Шей подобрала для описания своего испуга... это взаимосвязано? В смысле - она знала, как это - ходить по костям?.. Гвидо не стал развивать эту тему, когда она покачала головой; но это не значит, что он не заметил. Наверное, ей в тюрьме и в резервации немалое пришлось повидать. Что ж, он и сам тоже много раз ходил по костям... в прямом смысле и переносном. И шлейф из беззвестных смертей за ним тянулся такой длинный, что странно, что животные его тоже не чувствовали.
- Немного... не очень хорошо. - Шейенна с этим справляется наверняка гораздо лучше. Для Гвидо же это так, опыт из молодости, в его деле куда полезнее будут водительские навыки, нежели способность ездить верхом; хотя... не так давно ведь они уже разговаривали об этом - о покупке беговых лошадей... и не только об этом. В том разговоре Монтанелли косвенно упомянул Шейенну, впрочем, это он сделал уже несколько по другим причинам. Впрочем... ипподром - это и есть азарт. - А ты? Понимаешь что-нибудь в лошадях?.. - Монтанелли слишком городской житель для них, всё-таки, но от Шейенны, от которой "пахло волком" и у которой в доме жил ворон, было бы уже трудно ожидать, что она ничего не знает о лошадях... они тоже часть животного мира, всё-таки. То же самое, что Гвидо сказать, что он совсем ничего в медицине не смыслит.
- Ну я узнаю Алекса - ему всё лишь бы брюхо набить...
- усмехнулся Гвидо беззлобно. Собакам вообще-то не стоит давать больше, чем положено, они хоть и одомашненные - но всё же, хищники, и про насыщение у них свои понятия; есть будут, сколько получат, а переевший пёс - это уже и не охотник, и не охранник, и даже не сумочная декорация, какую Шейенна показала только что - загадит потому что сумку, в которой сидит. И будет болеть. - Да нет, он всегда был Боппо. - может и есть, конечно, если подумать о его итальянских аналогах, где может быть и полный вариант имени; в Италии много регионов, и каждый подарил миру немало имён, Гвидо и сам вполне может запутаться, воспринимая их просто на слух. Почему Маргарита собаку назвала именно Боппо, он и сам не знал - да и не спрашивал... просто надо было ведь как-то назвать щенка. Гвидо же имя всегда нравилось, он и как раз считал его вполне гармоничным с его обладателем. Маленьких тявок обычно и называют как-то мелко и тошнотворно...
- Уверена?.. Я не думал, что у лошадей сильное обоняние. - они же не собаки, и мир, вроде бы, глазами воспринимают больше. Может, оттого у них и глаза такие умные? Некоторые боятся лошадей, но это скорее из-за их размера и силы; возможно, Гвидо тоже боялся бы, не пройдя в молодости такой этап общения с ними. Скормив коням предложенные морковки, он провёл ладонями по лошадиным мордам, наслаждаясь тем, как короткая шерсть щекочет кожу. Они тоже были приручены. И, как у собак, у лошадей тоже всё зависит от воспитания...
А от него теперь не пахнет волком, интересно? Боппо не начнёт на него лаять, когда он вернётся домой?
На газоне резвились дети; и, наблюдая за ними, Монтанелли, как и часто бывало в таких случаях, почувствовал некую ностальгическую грусть. Наверное, ни один из его детей так и не будет уже жить в полной семье (ну, пока не создаст свою, конечно), с матерью старших он давно в разводе, с матерью младших... можно сказать, что сама судьба всё-таки развела их однажды. Хорошо, что не так уж и много детей видит такое, способные наслаждаться своим детским счастьем... или ему просто кажется?
- Да я вообще-то не размениваюсь только на хлеб обычно... - начало было Гвидо серьёзно, оторвавшись от окна кареты. Поход по магазинам - у него это всегда было дело серьёзное, неважно, сам ли он за это дело брался, или этот делал кто-нибудь по его просьбе; впрочем, всегда было кого попросить, так что и таких проблем, как что-то, что неожиданно в холодильнике закончилось, он не испытывал, и впрямь, давно. С другой стороны - и дома он обедал не каждый день. Старался, впрочем, хотя бы один приём пищи в день производить дома, а не на деловой встрече, в каком-нибудь ресторане, или ещё где. - Чего ты смеёшься?.. - попытался понять Гвидо, но постепенно заражаясь этим настроением и тоже начиная улыбаться, придвигаясь ближе к ней, приобнимая, и пытаясь поцеловать её... Можно вечно одёргивать себя спешкой - это только им двоим стоит судить, что рано, а что нет.

+1

20

Когда у человека богатая фантазия, поймать бесшабашную мысль вовсе не сложно. Подумал, представил и вот вам картинка. Так и Шейенна подумала о шести утра, пустынной улице и одиноко бредущему в магазин Гвидо, которого выгнали из комнаты в общежитии (как пример) его друзья. Странная мысль о юности итальянца, но Шей она показалась забавной.
- Я.. представила тебя сонного идущего за хлебом в шесть утра!
Странно, но рядом с Монтанелли ее настроение, как линия на осциллографе – при малейшем колебании взметает вверх или приближается к грани. Но итальянец не дает и шанса ей думать о грустном. Прием не только в ее день рождения, но и вообще. Почувствовав, как рука Гвидо прижимает ее за талию к себе, пыталась членораздельно ему объяснить, что с ней приключилось, как поймала на губах его поцелуй.
- Ты меня балуешь, - ответила, нежно касаясь его губ своими, одной рукой обнимая мужчину за плечи, вторую приложив к его груди, чувствуя как стучит его сердце. – Что с ним? – прошептала, вглядываясь в его глаза, рассматривая каждую черточку лица итальянца. – Оно готово выпрыгнуть.
Сама в миг стала серьезной, будто и не смеялась до этого. Приподнявшись на носочки, чтобы хоть как-то быть с ним годного уровня, обняла крепко мужчину, прошептала:
- Спасибо. За все. Я не могу передать словами, как много ты для меня сделал, хотя ты и сам понимаешь это. – Ее взгляд упал на браслет, который уютно сидел на запястье, переливаясь от попадающих лучей на камни зеленым светом. – Знаешь, иногда меня называют «изумрудной шаманкой». Из-за цвета моих глаз. Ты лишь подтвердил это. Пойдем домой? Я проголодалась.
Провела пальцами по его щеке, вложив руку в его. Время пролетело незаметно, что солнце как лампочка светила прям над их головами.
- А лошади, они очень умные. Только пугливые. Но они очень хорошо чувствуют седока. И если ты не уверен, то без помощи лучше не садиться в седло. Раньше у нас было много лошадей в резервации. А потом кризис, корм покупать не на что. Приняли решение продать большую часть. А те что остались, думали просто доживут свой век. А нет. Красавица принесла жеребенка. Она ушла тогда. Думали, ну все, волки съели. А тогда, во времена моего детства, дед и еще два вожака других племен начали восстанавливать род волков. Ты знал, что их истребили по приказу правительства в середине двадцатого века? Не слышал? А причина банальна. Шкурки понадобились. Начался отстрел под предлогом, что волки стали заходить в города. Вот дед и занялся потом возвращением их домой. И как раз в год, когда в стаях родилось большое количество волчат, Красавица и исчезла. Все обыскали. Меня мама тогда не пустила с отцом. А через месяц приходит наша ласточка с жеребенком. И дед запретил торговлю лошадьми, пока не станет опять нам не доставать пищи. У меня есть ворон и волк, но нет лошади. А вот у Джино есть. И я объезжаю его жеребца, когда бываю дома, и удается выкроить время.
Они оказались вновь у того места, где перебегали. Покачав головой, что хватит дразнить полицейского, потащила Гвидо на переход. Стоя в ожидании зеленого света, Шейенна поняла, что не хотела бы окончания этого дня. Даже вернула бы утро в момент стука в дверь. Они прошли мимо машины итальянца, заходя в магазинчик, где всегда был свежий хлеб.
- Здравствуй, - из-под прилавка поднялся пожилой мужчина, хозяин этого заведения, - давно тебя не было. Ты есть перестала?
- Нет. Просто некогда. Работа, поздно возвращаюсь. Как-то не до еды, а больше до подушки.
- Ты похудела.
- Тсссс, - улыбнулась, отворачивая Гвидо к другому прилавку, показывая на кофе, - выбери какое хочешь. У меня не осталось совсем. А нам бы хлеба и вашего джема, мистер Ричард.
Хотя дома ее ждал шедевр, приготовленный Монтанелли, но раз уж получилось зайти, то и купить сразу сладость можно.

Я профукала задание в прошлый раз. Так что вот.
1) подумай, чем бы в магазине можно было бы полакомить Каро
2) получи смс от Алекса, в котором он тебя подкалывает, ведь знает где ты.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Конец лета - начало...