Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » "А научи меня стрелять Оо" ‡ - сказала Бруклин Гвидо


"А научи меня стрелять Оо" ‡ - сказала Бруклин Гвидо

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Участники: Brooklyn Jordan, Guido Montanelli
Место: Стрелковый клуб "Pulse Camp"
Время: 23 сентября 2015
О флештайме:
Дон мафии воспитывает молодую уголовницу. Вот такое вот мы зло!  http://funkyimg.com/u2/1521/799/5354016a7e6845a3dd9e65ef8b3aa5d3b79036.gif

+1

2

Поначалу Гвидо даже удивился тому, что Бруклин никогда не держала в руках оружия, однако уголовный мир и оружие связаны далеко не всегда - а сколько всяких там "беловоротничковых" махинаторов, - к примеру, биржевых брокеров, или нечестивых на руку страховых агентов - пистолета сроду-то даже близко не видели, за целые годы работы в своей среде; или даже и воры - карманники-щипачи, форточники, квартирники разные, им-то пистолет для чего - гораздо полезнее будет набор отмычек. Для самозащиты, разве что. Вот как раз про это и стоило бы поговорить отдельно, некоторые воспринимают бандитов, как то ли убийц, то ли солдат на войне, которым ежедневно приходится стрелять во врагов, убивать кого-то, хотя это вовсе и не так - и пистолет нужен на самый крайний случай, и применять его тоже необходимо в случае самом крайнем, когда другие варианты уже попросту кончились; пушки - не игрушки, тут всё серьёзно. В идеале, оголённое оружие годится только на те случаи, когда речь идёт о жизни и смерти, твоей или чужой, а чтобы застрелить кого-нибудь - и виртуозно владеть стволом вовсе не требуется: достаточно просто нажать на курок... сделать движение пальцем может даже тот, кто пистолет впервые взял в руки. То-то вот и оно, что это первое же движение, которое ему захочется сделать, ощутив рукоятку кожей и ощутив вес пистолета в руке. Бандитские же понятия вообще устроены так, что вполне можно было бы никогда не носить с собой оружия, кроме тех случаев, когда идёшь "на дело" - когда нужно его применить; но это - утопия, само собой, однако же в ряде случаев, и впрямь, утверждение справедливо - далеко не всегда пушка будет к месту, и решает всё-таки в их мире не пистолет, а слово. Лучшее оружие, всё же - это кулак. Он всегда с тобой, даже если ты голый, и прятать его не надо; за него не арестуют, и убить им кого-нибудь, хоть и возможно, но тяжело.
Это не означает, конечно, что пистолетом вообще лучше было бы пренебречь, нет - пренебречь лучше глупостями; и особенно в той стране, где им выпала честь жить, где оружие вообще может оказаться в доме у каждого, да и купить его можно на каждом углу. Сакраменто - это городская черта, но вот стоит только отъехать чуть-чуть за город, не говоря уже о том, чтобы отправиться куда-то на юг штата, там уж точно вооружён будет каждый житель и каждый собственник дома; чисто историческое американское понятие, когда на своём участке каждый хозяин, и в некоторых штатах и до сих пор тебя застрелить могут только потому, что ты нарушил этого участка границы (как и собак натравить)... да что там, даже когда Гвидо встречался с Хелен Хэмминг - уж казалось бы, страховой агент, мать двоих взрослых детей, направила на него двухстволку, подумав, что в доме воры. И странно не то, что Бруклин никого не застрелила за годы сотрудничества с мафией, а совсем другое - что Рэн, например, не научил её обращению с оружием, или вот Шерон, с которой они так дружили - она-то вообще имела узаконенное право и носить пистолет, и применять его по первой же необходимости. Ну, в любом случае, этот пробел они исправят сейчас...
- Я вообще-то сам не то, чтобы оружейный эксперт, конечно, Брук... - пожал плечами Гвидо. По части составляющей оружия, или видов его и стран-производителей он, конечно, не многое бы ей мог рассказать (а надо было?) - это скорее к тем, кто им торгует, Агате вот, её друзьям; но определённые предпочтения и у него тоже были. В плане применения, Монтанелли тоже не был супер-солдатом, разумеется, хотя и, без лишней скромности, получше многих, кто был моложе его раза в два - просто потому, что учиться в своё время не ленился. Что уже само по себе подразумевает серьёзное отношение к оружию; серьёзное - в плане, не как к забаве, но и не как к чему-то повседневному тоже, если он и спал с пистолетом под подушкой, то только в тех случаях, когда этого требовала окружающая обстановка... ну, этим летом она, конечно, требовала такого отношения - когда и за хлебом без ствола выйти было бы боязно. - Но тебе приготовил вот эти две штуки... Попробуешь обе, сама решишь, какая больше понравится. - на подставке лежали два пистолета. Вернее, это были пистолет и револьвер, если Брук понимала между ними разницу. - Подойди ближе, не бойся, они не кусаются... по крайней мере, пока не заряжены. - они и не были, коробки с патронами лежали рядом - Гвидо решил, что раз уж потратить несколько часов на то, чтобы научить Бруклин первичным навыкам обращения с оружием, то сделать всё красиво и с максимальной отдачей, чтобы она научилась не только стрелять, но и заряжать оружие сама. Благо, он имел возможность. Был бы на его месте кто другой, моложе на два-три десятка лет, стрелять учились бы где-нибудь в лесу или на какой-нибудь заброшенной промышленной зоне... Было бы, может, и веселее, конечно, но менее информативно. Бруклин, попросив его об уроке, сама нарвалась, в общем... - Это - Глок 19, из Австрии. Калибр 9мм, в содержании неприхотливый, в использовании довольно простой, и вполне стандартный - но и со всякими дополнениями вполне нормально сочетается, с удлинённой обоймой там, фонарём; но тебе оно пока не надо... Может, по весу покажется тяжеловат, но ты привыкнешь. Другие ещё тяжелее. - Монтанелли взял пистолет, положив его на ладонь: - Предохранителя как такого у него нет, у этих австрийцев и немцев, как и всегда, всё на полной автоматике. Я так до конца и не понял, как она работает - но если простым языком, иначе, как пальцем, на курок нажать просто не получается. - усмехнулся Гвидо, перехватив пистолет, направил его в сторону в сторону стрельбища и произвёл выстрел - естественно, незаряженный ствол только щёлкнул курком, продемонстрировав безотказную работу своей "автоматики". Затем снова развернул пистолет так, чтобы Брук могла наблюдать за его махинациями: - Вот эта кнопочка выпускает обойму. - показал, положив пустую обойму на подставку, и пушку положил рядом. - В общем, мне он очень нравится, как и все Глоки - но этот, по сравнению с 17 и 18, по размеру немного меньше - с собой носить легче. А это наш соотечественник, Кольт Кобра 38-ого калибра. Это уже классика... я именно с такого начинал. - Монтанелли взял в руки небольшой револьвер. - Сейчас их уже не производят, теперь есть револьверы уже более современные, но, в принципе, между собой они все похожи - наворотов только больше. Шесть патронов, ничего лишнего. Патроны недорогие, по весу небольшой, неприхотливый... даже моя мама с таким справлялась. - миссис Монтанелли, между прочим, действительно знала, как за себя постоять, и револьвер её отправленного на смертную казнь супруга долго ещё хранился дома, в коробке из-под печенья; так, чтобы Гвидо, когда был ещё подростком, не достал - но и так, чтобы она сама могла достать его быстро. - Вот так открывается барабан... В каждую ячейку по пуле - и всё, готов к использованию. - продемонстрировал Гвидо, открыв барабан. - И не гляди, что с виду не представительный - свою работу он прекрасно делает. - отложил оружие на стойку, дулом - от себя, пусть даже и заряжено оно не было. - Ну что, с какого начнёшь?.. Не торопись, взвесь в руке, дай ладони привыкнуть.

Внешний вид
Glock 19
Colt Cobra

На абсолютную точность данных не присягну, экспертом я и сам не являюсь)

+1

3

На самом деле я держала оружие в руках. Нет, серьезно! У меня, конечно. не было личного пистолета, или какой-нибудь супер-крутой пушки, как у секретных агентов. Да что там, у меня не было даже электрошокера - мне не казалось это нужной и необходимой покупкой, ведь даже на боевых заданиях, когда дело доходило до опасных маневров, меня всегда спасали собственные быстрые ноги и отличная реакция. Страх смерти - чаще всего именно он отвечал за мою способность и талант выживать в самых неожиданных ситуациях, в самых разных. Огнестрельное оружие всегда меня пугало, хотя нет, пугала меня возможность так легко и просто лишить человека жизни. Словно это... Словно это игрушка, нажав на кнопку которой, ты просто автоматически принуждаешь своего противника заснуть крепким сном. Заснуть и не проснуться. А если мне понравится убивать? Или нет, понравится только само чувство власти и вседозволенности, когда ты сжимаешь в ладони металлический предмет, чувствуешь упругий курок под пальцем, держишь свою жертву под мушкой - никакого азарта в груди, никакого адреналина в крови - скорее страх, страх стать зависимой от оружия и получать от владения им животное удовольствие.
К убийствам я относилась с сомнением: я не была ярым противником смертных казней, но и не была сторонником постоянного кровопролития на наших заданиях. Я всегда относилась к своей профессии так: я могу многое забрать у другого человека, почти все - но я не имею права забирать у него жизнь. И не собиралась отступать от своего глупого, детского и в какой-то степени не самого правильного жизненного принципа.
В прочем, эту мою позицию некогда поддержали и Шерон, и Рендал. Оружие в нашем доме хранилось - под скрипучей половицей ома прятал свой личный пистолет, и я часто доставала и выпускала эту игрушку на волю - корчась и ребячась с ним перед зеркалом, строя из себя рктую мафиозную чику. Пару раз даже представляла себя известной на весь криминальный мир Агатой Тарантино - красила губы в ярко-алый цвет, выпускала темные волосы на лицо, ехидно строила глазки, нахлобучив ковбойскую шляпу на свое растрепанное гнездо вместо прически. Однажды эта игра закончилась маленькой трагедией: простреленный потолок, разбитая новая люстра, обожженная ладонь и целый тазик моего патологического страха. Ей Богу, я была готова прятаться под кроватью до самого прихода Эндрюса, но слава богам, он отнесся к мой выходке с присущей только ему долей саркастичного оптимизма. Пистолет он перепрятал, хотя мне не составило отыскать его вновь, но... в такие игры я больше не играла.
Шерон же вообще была кардинально против моих похождений с пушкой на перевес. Она вообще яро считала, что мне нужно менять свою жизнь к лучшему и вычеркнуть наконец свое имя из списка подопечных итальянской мафии. Но блять, ребят, давайте серьезно. Кто нибудь из вас способен представить меня отдельно от этой сложной, но такой манящей группировки? Отдельно от криминального мира? Да у меня на лбу написано, что я отпетая аферистка и воровка, и таскаться по темным переулкам с ценным грузом за пазухой -мое истинное призвание.
Но таскаться без возможности защитить себя больше не хотелось. Ромы больше нет рядом с нами, а живу я не в самом благоустроенном районе. Я могла бы пойти на курсы боевой подготовки, научиться паре крутых приемчиков, но с моей врожденной неуклюжестью боец из меня получился бы скверный. Потому в голову пришло имя Гвидо, и я, немного пораздумав над этой идеей, все же созвонилась с мужчиной, настаивая на личном уроке.
- Я не собираюсь убивать людей, просто хочется чувствовать себя увереннее. В безопасности, что ли. - В очередной раз мне сложно грамотно выразить словами свои мысли, но сегодня я и не пыталась. скидывая алый теплый свитер с плеч, и относя пакет с пиццей на кухню, я вернулась к хозяину обители, собираясь внимательно впитывать в себя всю информацию, которой он готов со мной поделиться.
Забавно, в моей жизни не так много людей, к которым я отношусь с такой величественной долей уважения, и слова которых так многое для меня значат. Сеньор Монтанелли был умным, чертовски умным мужиком, и только с ним одним я старалась по минимуму спорить, и по максимуму учиться у него чего-нибудь новому. Рядом с ним я даже не всегда вела себя как взрослый ребенок, держала себя и свой дурной темперамент в руках, искренне стараясь показать себя исключительно с лучшей стороны.
- Боженька святый... - тихо простанываю, неуверенно делая осторожные шаги вперед. Неуверенность свалилась на плечи, ехидно хихикала надо мной, не позволяя вспомнить, где в доме дона находится ближайший туалет. - И потрогать можно?
Почти не перебиваю, серьезно! Я очень стараюсь унять дрожащие пальцы, забирая в руки первый пистолет и мгновенно забывая его название. Пушка, черная пушка. Со стороны похожа на игрушечную, но тяжелый вес и холод в ладони не позволяет мне расслабиться. Пальцы неуверенно обхватывают оружие, опускаются на курок, и я поднимаю на Гвидо взволнованный взгляд. - Я хоть правильно его держу?
Эх. мне бы сейчас помаду, как у Агаты и ее уверенность в себе - чувствую себя как школьница на незнакомом уроке, которую вызвали к доске. Коленки трясутся, рот не закрывается - глубоко дышу, чувствуя, как язык окончательно высох из-за отсутствия желанной влаги.
Но как только Монтанелли переводит разговор о револьвере, я откладываю тяжелый ствол в сторону, протягивая ладони ко второму образцу.
- А как звали твою маму? - Вопрос не по теме, пока я осторожно кручу барабан блестящего нового друга, рассматривая пистолет в руке, чувствуя его приятную легкость и сомнительное удобство. Руке комфортно, я даже перестала дрожать, увереннее сжимая револьвер пальцами. - А стрелять как? Ну. я имею ввиду, как попадать именно туда, куда ты целишься? А меня не отбросит назад, если я выстрелю? А пистолет не нагревается при быстрой стрельбе, ну знаешь, когда выпускаешь пулю одну за другой?
Откладываю его в сторону, потупив виноватый взор.
- Это больно. - на вопросительный взгляд поспешно добавляю. - Когда в тебя стреляют. Я получила пулю от Хабиба года четыре назад, он выстрелил мне в плечо с расстояния примерно в метр. Я думала сдохну там на опушке дома Донато. Мерзкое чувство.

+1

4

Играть оружием - это глупо; играть заряженным оружием - глупо вдвойне, и Гвидо, если бы узнал о таких чудачествах, предпочёл бы не доверять Бруклин оружия вообще (ровно как и Шерон вряд ли обрадовалась бы), однако - время идёт, и Джордан, как бы не страшно было признавать это - она взрослеет. И начинает больше понимать, лучше ориентироваться в мире, в котором вращается, налаживать свои собственные связи, глядишь, и свои собственные решения вот-вот начнёт принимать - ну или даже уже начинает: вернуться сюда из Сан-Франциско это ведь тоже решение. Из смешной девочки Брук она превращается в серьёзную девушку, на которую Монтанелли постепенно возлагает всё больше и больше ответственности - даже если и сама Джордан этого не замечает; она, впрочем, и не должна всего видеть, шастая по его поручениям - смотреть вперёд будет он... Однако, он, нельзя не признать - не вечен, а у Бруклин впереди ещё много лет. На протяжении которых нужно будет воспитать своего ребёнка; и очень вероятно, что даже не одного ребёнка - у неё все шансы выйти замуж и вторично, нарожать себе ещё сыновей и дочерей, и, поймите правильно - свою семью надо защищать; Гвидо не делает цели воспитать из неё профессионального киллера или матёрую уголовницу, но, раз уж только музыкой у Брук зарабатывать не получается, или просто душа не лежит - определённые таланты в жизни ей всё равно понадобятся. Кто знает, впрочем, что будет за очередным поворотом жизни... пистолет карман не оттянет.
- Понимаю. - кивнул Монтанелли. А много людей, впервые взявших оружие в руки, собирается убивать людей?.. Нет, впрочем - бывают и такие, конечно же. Солдаты, призванные в военное время, получая винтовку, наверняка знают о том, что идут её использовать; или какие-нибудь околокриминальные (или просто отчаянные до сумасшествия и наивные) мстители, представляющие лицо своего злейшего врага - есть и такие, не настолько образ кинематографичен; на только Бруша - не из тех. Она же не поедет убивать Рена сейчас?.. Если бы она собиралась убить кого-либо - возможно, пришлось бы ей искать другого учителя.
Безопасность же... оружие даёт преимущество, а не безопасность - да и то, смотря в какой ситуации; если у тебя нету разрешения, а полицейский тебе заломал руки за спину, будешь благодарить Бога за то, что уберёг не взять пистолета с собой. Уверенности заряженный ствол в кармане придаёт, конечно. Но только тому, кто его не боится и кто умеет с ним обращаться.
Бруклин же его пока боится так, словно это не пистолет, а целая бомба...
- Конечно, подходи и бери его в руки. Он не кусается... пока. - слегка усмехается Гвидо над неуверенностью Джордан, хотя смешного тут, на самом деле, немного. Можно не запоминать название оружие, которое держишь в руках (это всего лишь название, в конце концов), но дрожать, держа его в руках, определённо не стоит... особенно пальцу, который нажимает на курок. Лучший предохранитель - это не тот, что блокирует курок; а тот, что в голове... но это уже из серии "лучше вообще не связываться", Бруклин же это не подходит - она всё-таки решила "связаться". - Не совсем... - Монтанелли обходит девушку сзади, его ладони ложатся поверх её рук, мягко, но уверенно перемещая пальцы в правильное положение. Многие из тех, что используют пистолет, в их криминальном мире, кстати, так и не умеют держать ствол как следует - как раз из тех, что с ними играются то и дело; по-настоящему его использовать-то нечасто приходится (патроны тоже покупать надо, они денег стоят), но это неважно, в принципе - у них есть и возможность потренироваться, и деньги вроде есть, не бедствуют. А так... пистолет как хочешь можно держать, лишь бы руку не отбил. Пуля покинет дуло, даже если носом курок спустить умудриться... - Уверенней. Чего ты трясёшься? - поранить саму себя или его Гвидо ей всё равно не позволит, а в них стрелять тут никто не будет - пушка-то Бруклин для уверенности и нужна была, разве нет? Так куда же подевалась вся уверенность, когда Брук достигла своей цели?
- Элоиза. - если уж имя миссис Монтанелли ей поможет удержать пушку в руках, что ж... Тайны никакой в этом нет, и имя матери из уст Гвидо звучит особенно нежно. Совершенно неподходяще для ситуации. Что ж, Брук уже давно с итальянцами взаимодействует - могла и заметить, как важна для них мама. - А ты и этого не знаешь?.. - даже странно. Гвидо снова приобнял её, пригнув голову, чтобы быть на одном уровне: - Вот, смотри, мушка должна попасть в прорезь и оставаться на одном уровне... и в таком виде наводим на цель, и бум! - принцип такой же, как и у тех духовых ружей на ярмарке, ничего сложного. Дело техники, привычки, ну и зрения хорошего, конечно - но с этим у Бруклин вроде бы не было никогда проблем. Да и рано ещё... Хотя сейчас, конечно, у молодёжи зрение быстрее падает. - Ну это же пистолет, а не ружьё... отдача будет, конечно, но не настолько сильная. - усмехнулся Гвидо. С непривычки и это покажется страшным, конечно, но главное - держать оружие твёрдо и не выронить. Ну и ворон не считать, разумеется, чтобы не получить задравшимся стволом по лбу... - Это где ж ты собралась столько стрелять, чтоб он так нагрелся?.. - засмеялся Монтанелли беззлобно. Бруклин, конечно, шустрая, но ведь не настолько... - Это же не пулемёт. Нагревается, конечно, но не сразу - да и не настолько, чтобы руки обжечь. У меня вот ни разу не было такого, чтобы остужать пришлось... - пистолет попросту заклинит, но, впрочем, если его не чистить - больше шансов получить осечку, чем нежели стрелять без остановки... но тут уж сыграет вместительность обоймы или барана, если уж даже хватит дури стрелять с скоростью двадцати выстрелов в секунду. Глок, впрочем, на автоматический огонь вообще тоже рассчитан - но 18-ый, не этот.
- Ещё бы не больно. И в меня тоже стреляли... Лет двадцать пять назад... Прямо посреди улицы - в спину выстрелили. - стреляли неоднократно, вообще-то, но попали именно тогда. Впрочем, больнее, чем тогда, было два года назад - от лезвий тесаков, а не от пуль. - Меня Винс тогда еле выходил. Помнишь Винса? Доктора Сольферини... Buon'anima. - Винсент погиб этим летом... да и Хабиб уже скоро два года, как мёртв. Как и Анна, и Витторе, и ещё многие из тех, кого Бруклин помнит... - Попробуешь зарядить? - переключился Гвидо с грустных мыслей снова на причину сегодняшней встречи.

офф: только мы не дома у Гвидо, мы прям на стрельбище приехали)

+1

5

Холодный ветер беспощадно трепал мои огненно-рыжие волосы, алые пряди лезли в лицо, неуклюже прикрывая не менее алые от страха и волнения щеки. Как бы мне хотелось, чтобы эта постыдная дрожь по всему телу появилась лишь из-за колючего осеннего холода, внезапно накрывшего Сакраменто золотой порой, нежели от моего девчачьего, детского страха. В прочем ладно, я никогда не славилась смелостью и откровенной отважностью - трусиха, я трусиха во всех самых жалких проявлениях этого глупого слова: только и знаю, как улепётывать, прятаться и уносить ноги. Я мастер в избегании сложных разговор, я мастер уходить от погони, я мастер спасать свою отчаянно любящую приключения задницу. Но вот держать себя в руках, контролировать свои смутные овечьи эмоции, да даже жестко держать оружие в руках - нет, нет и еще раз нет. Только вкладывая тяжелый металл в ладонь - страх просочился в мою кровь через кончики пальцев, заставляя задержать дыхание и глупо уставиться на пистолет. Непривычно. Непривычно держать эту смертоносную вещь в своих запястьях вместо привычного деревянного грифа гитары. Наверное, в глазах Гвидо я сейчас выгляжу редкостной дурой. Хотя вряд ли он до сих пор этому до сих пор удивляется.
- Ну что ты смеешься? Словно сам чувствовал себя уверенно, когда впервые взял в руки вот... это. - Киваю на револьвер, мгновенно переводя смущенный взгляд с ладоней на мужчину, что стоял позади меня. - А как это было, расскажи? Я совершенно ничего не знаю о твоем прошлом, но мне интересно узнать. Когда ты первый раз взялся за пистолет? Почему? Чем это кончилось? Ты стрелял в людей? Многих ты убил?
Последний вопрос прозвучал из моих уст с особым волнением. Я боялась смерти, боялась ее темного лика в любом проявлении - будь эта женщина стоящая над моей душой, или над чьей-то чужой. Я не хочу показаться невинным и светлым ангелом, одному Богу известно сколько людей могли погибнуть из-за моего безрассудного и порой нестандартного поведения. Я допускала много ошибок, в начале своей карьеры вела себя откровенно глупо и... как не стыдно себе в этом признаваться, совершенно низко. Я сбегала, сбегала каждый раз, когда вся наша шайка оказывалась в опасных ситуациях. И каждый раз виновато опускала глаза, когда тот или очередной парень заявлялся ко мне в отделение с очередным ранением: ножевым или огнестрельным - не важно. Я винила в этом себя и свою трусость.
Может именно поэтому я отчаянно желала научиться защищать себя и другими способами? Даже не защищать. Я хотела уверенности - уверенности в себе и в своих силах. Не хочу больше полагаться исключительно на свой талант грандиозно бояться каждого шороха. Не хочу каждый раз искать самый легкий и быстрый выход, убегая, утаскивая за собой только самых близких, а незнакомых, но так же нуждающихся людей в моей помощи оставлять за спиной.
Смотрю на Гвидо и вспоминаю ту ночь, когда меня приняли за его дочку. Когда вернуть меня в руки Рендала согласились лишь взамен на его голову. Как я истерично боялась каждой тени, но отчаянно рвалась выкрасть своего друга (именно друга, а не только дона мафии) из лап этих желтомордых гондонов. Наверное, он благодарен мне. А мне стыдно признаться, что мой поступок был лишь результатом моего животного страха. И я устала бояться. Не так. У меня больше нет права на страх. Мой тыл больше не прикрывает отважный и всесильный Рендал Эндрюс, он больше не будет беспокоиться о моей жизни, или о жизни моей дочери. Я должна взрослеть, и должна сама иметь силы и возможности постоять за свою семью.
- Элоиза. - повторяю за ним, словно таинственную колдовскую мантру. Ее имя на губах позволяет стать увереннее, сильнее сжать оружие в руках и позволить Гвидо контролировать процесс и направлять меня в нужную сторону. Расслабляюсь, тело запоминает каждое движение, я чуть расставляю ноги, моя стойка становится жестче. - Мою мать звали Джоанна. Но я ее совсем не помню.
Мы отвлекаемся. Я отвлекаюсь. Постоянно несу чушь, вспоминая самые ненужные в данный момент факты из моей жизни. Я пришла сюда научиться стрелять, а не вести философские беседы о нашем прошлом. Но как унять овечье любопытство? - А должна? - ухмыляюсь в ответ, точно так же, как он улыбается моему страху. Ну правда, я обычная городская девчонка, в интересы которой к сожалению не входит оружие. Хотя нет, все таки к счастью. - Я только знаю, как метать ножи, а вот с этими штучками совсем не знакома. Как я выгляжу со стороны? Брутально? Как думаешь, Рома бы испугался? - Легкий смех - с каждым днем мне все проще говорить его имя вслух, оно не так сильно задевает душевные раны. Мне проще, действительно становиться проще жить без него: без волнений, переживаний, необоснованной ревности. - Я не собираюсь в него стрелять, не напрягайся. Просто шутка.
Хотя кто меня знает. Даже я сама не всегда могу предугадать ход своего поведения - и это не правильно. Нужно воспитывать в себе самоконтроль.
- Ну я просто так спрашиваю, интересно же. То есть если стрелять без остановки - он все-таки становится горячим? Странно, что чуваки в фильмах не бросают свои пушки после ярких и отважных бойнь между друг другом.
Прищуриваю один глаз, пытаясь настроить прицел ровно в то место, куда должна попасть моя шальная пуля.На теории все выглядит достаточно просто, потому я опускаю револьвер, поворачиваясь к сеньору.
- Больше не попадали? - ехидно улыбаюсь, даже подмигиваю ему, чуть подталкивая плечом, словно друга-однолетку. Мне нравилась эта легкость в общении, с едва уловимыми границами. С ним было просто, не нужно строить из себя образованную и умную мадам, меня воспринимают такой, какая я есть. Босячка, которая едва закончила школу и выросла буквально на улицах. Я только сейчас учусь контролировать себя и быть приятной и милой дамой. Но деревенская ирландская натура все равно лезет наружу из всех щелей.
- Смутно, если честно. - я даже нахмурила нос, не желая признаваться Гвидо в этом. - Но я рада, что он тебя выходил, и что потом мы с тобой познакомились. Ты клевый.
Зорко одно лишь сердце,оно не может обманывать. Мое сердце знало, чувствовало, кричало о том - что Монтанелли - это мой человек. И я в него вцепилась крепко, не желая отпускать этого мафиозного "старикашку" (бе-бе-бе :Р) далеко от себя.
- О, давай. Как это сделать? - ловким движением открываю барабан, не особо заминаясь на этом процессе. Тупо гляжу на стол, пытаясь угадать, какие патроны относятся к этой металлической игрушке. Пальцы больше не дрожат, ветер утих, оставляя волосы в покое. И страх, страх тоже отступает. Все будет хорошо.

+1

6

Смелой, как некая жидкость льва в волшебной сказки, пистолет её явно сразу не сделает, но, может, и слава богу - совсем уж безрассудная смелость, порой, может обернуться чем-нибудь ещё хуже, чем трусость. А именно - пулей, в грудь или прямо в лицо... трусам, правда, стреляют уже в спину, и зачастую - свои же. В их деле трусам не место. Но Бруклин... нет, Гвидо не считал её трусихой - может быть, когда-то раньше, пару лет назад, она и была таковой, но после той ночи, когда она чуть не подставила себя и свою дочь под пулю ради того, чтобы его не забрали китаёзы - определённо нет.
Глупой - вот это может быть... но не трусихой. На самом же деле, в жизни важен баланс, и в жизни таких, как они с ней, тех, кто живёт по ту сторону закона - этот баланс, между своей семьёй и друзьями, между оружием и словом, между трусостью и смелостью, даже дружбой и враждой и законом и беззаконием - особенно важен. Если весы слишком сильно качнутся в одну или в другую сторону - пиши пропало, вся конструкция упадёт. Загвоздка в том, что не раскачивать весы совсем тоже не удаётся - иначе движение вперёд будет попросту отсутствовать... И иногда просто нужно делать "то, что надо делать"... В ту ночь, Бруклин, наверное, рассудила, что так надо. И даже тот факт, что Гвидо такого самопожертвования, такого риска, с её стороны совсем не одобрял - не умалял его благодарности. Очень может быть, что только благодаря ей у него сейчас обе руки и обе ноги, все остальные органы на местах, да и вообще он стоит рядом с ней живым.
- Ну уж точно не дрожал, как осиновый лист... а мне его вложили в руку уже заряженным. - Гвидо, правда, себя трусом никогда не считал. Ему с детства внушали, что для итальянца вообще позорно быть трусом, для мужчины - позорно вдвойне... какие бы невзгоды не свалила на тебя жизнь, трусить нельзя. Впрочем, Брук невольно вызвала в его памяти те воспоминания, о том, как он впервые почувствовал в руке тяжесть настоящего пистолета, наводил его на цель, в первый раз спустил курок... - Дядя Тон меня научил. Я сам его попросил... мне было лет шестнадцать тогда. Просто по банкам постреляли в лесу... - начал рассказывать Монтанелли. На лице появилась ностальгическая улыбка, да и Джордан, кажется, начала успокаиваться, отвлекаясь от мысли о чём-то смертоносном в своих руках... - Он живой ещё, дядя Тон. Но очень старенький сейчас. - ему разрешили отойти от дел, и он купил себе ферму, неподалеку за городом. Брук его не знала. - Стрелял, конечно... - Гвидо снова посерьёзнел, Джордан пошла на повышение, перейдя к темам менее безобидным - к таким, на которые в полный голос не говорят, так что и Монтанелли не стал перечислять всех, в кого он стрелял. Собственно, Бруклин и сама была свидетельницей перестрелок, той же самой, на набережной, например, когда её бестолковые узкоглазые перепутали с Сабриной... сейчас уже не перепутают. Бруклин решила покраситься в рыжий; а его дочь - в блондинку... - Многих... Больше, чем позволено человеку. И далеко не всегда - вот этим... - Гвидо постучал пальцем по дулу пистолета, и прислонился к затылку Бруклин подбородком. Есть много способов убить человека, и с куда меньшим количеством следов, чем сделав это оружием; убить можно и голыми руками, если постараться, и знать - как. Монтанелли, прочитавший немало книг по анатомии в своё время -  знал... и пользоваться этим тоже приходилось. Иногда жизнь приходилось прерывать даже без особых на то усилий - просто те, чьи тела он приезжал забирать, оказывались ещё живы, хотя и при смерти. Ну, бывает так. А бывает и такое, что человек в предсмертной агонии может нанести больше ущерба, чем за всю свою длинную жизнь; естественно, Гвидо добивал таких, прежде, чем приступить к делу. Но про это Джордан не станет рассказывать, пожалуй.
- Дочку ты в честь неё назвала?
- лучше они поговорят о чём-нибудь более важном и приятном. Тем более, что, как ни странно, разговор о матерях действительно помогает Брук успокоиться и сосредоточиться, хоть казалось бы - такой контраст... наверное, там, на небесах, Элоиза и Джоанна оберегают своих детей. Быть может, даже смотрят на них в этот самый момент. Очень хочется в это верить. - Метать ножи? Так это даже в разы сложнее, как по мне... - усмехнулся Монтанелли слегка удивлённо. Пистолет - куда более сложная конструкция, чем нож, да; но использовать-то его куда проще - навёл, стреляй... Попасть в цель из огнестрельного уж точно проще, чем нож метнуть. Однако же, такая информация его заинтересовала... - И хорошо умеешь? - Медея вот тоже умеет обращаться с ножами... даже и не так - она любит ножи. Какой-то очень странной такой любовью; может, познакомить их с Бруклин? Надо сказать, Брук и впрямь многому у Джини может поучиться... и наоборот, пожалуй. - Ну, тебе определённо идёт... - признал Гвидо, кивнув. Перед зеркалом, конечно, лучше всё равно не кривляться, ну и уж тем более - перед кем-нибудь, а не перед зеркалом. Оружие опьяняет. Вернее, обладание им... нельзя этого не признавать. - Пулей - нет... А в тебя? - вернул девушке ехидную улыбку. От ножа бывает куда больнее, чем от пуль... А резали его неоднократно. - Спасибо... - засмеялся Гвидо. "Клёвый". Так даже собственные дети его давно не называли... Осмелевшая Бруклин на удивление ловко открывает револьверный барабан, глядя на патроны.
- Да очень просто... вот, 0.38 - эти от него. От глока - 9-миллиметровые, они чуть крупнее. Калибр - это размер пули...
- Монтанелли открыл коробочку. - И его надо учитывать. Если зарядить оружие неправильным патроном - его может заклинить, а может и разорвать в руке прямо... Хотя это я уже не знаю, каким дураком надо быть, чтобы слишком большой по размеру патрон в обойму запихивать. - на самом деле, всё не так сложно и не так страшно, и даже без запоминания цифр - ассоциативно можно подобрать, чем зарядить оружие. - А чтобы разогреть ствол так, чтобы держать стало невозможно - это надо ящик патронов расстрелять, наверное, не останавливаясь даже перезарядить... А в обойме Глока всего 17 патронов. - даже если представить, что там пулемётная лента... рука быстрее отвалится, чем ствол раскалится. - Ну что, готова?..

+1

7

Нет игры больше месяца. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » "А научи меня стрелять Оо" ‡ - сказала Бруклин Гвидо