vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » you got the motherfucking right to remain violent


you got the motherfucking right to remain violent

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Martin Juhl & Jack O'Reilly
"Jolly Jack Pub"
вечера 25 и 30 сентября 2015 года

Отредактировано Martin Juhl (2015-09-24 14:38:29)

+2

2

После их последней встречи с Александрой прошло два месяца. Мартин не знал, рассказала ли она своему благоверному о его визите к ней или он сам об этом узнал, но факт оставался фактом – девчонка после этого оказалась для него недосягаемой. На своей съемной квартире она больше не объявлялась. Через пару дней номер телефона она сменила, а вне дома без охраны не появлялась. Ну, дилер предполагал что-то подобное, поэтому не особо удивился. Слегка переборщил со своим появлением, с кем не бывает. Да и вообще, хули она ожидала? Съебалась в неизвестном направлении, оставила его подыхать в сраном Фриско! Не надеялась же она, что он, когда найдет ее, кинется благодарить. Уж лучше бы тогда оставила подыхать, чем оплачивала клинику, а сама тут жила в шоколаде. Короче, его охуенно злила вся эта ситуация и если Алекс думала, что Юль спустит ситуацию на тормозах, то значит даже спустя столько лет плохо его знала.

Он ведь тогда и правда пошутил насчет этого козла. Хотел посмотреть на реакцию блондинки после того, как озвучит это. Реакция ему, кстати, не понравилась, потому что девчонка кинулась его защищать. Вот сука. Мартин же, блять, распоряжался ей почти десяток лет и тут у него, можно сказать, забрали любимую вещь. Его вещь. Вот только его шутка по поводу убийства ее муженька, за все это время приобрела вполне реальное желание это сделать. Если бы у него был реальный шанс замочить этого урода самостоятельно и без всяких последствий, то, может быть, он и сам бы его задавил, но у него такой возможности не было. Во-первых, тот был достаточно известен в городе, так что провернуть эту херь и выйти сухим из воды нихуя не получится, копы наверняка будут землю носом рыть. Во-вторых, - хули строить перед самим собой героя, - Мартин все-таки не смог бы, наверное, убить. Конкретно к этому челу у него вообще не было претензий, им, скорее, управляло желание добраться до сводной сестры и разжиться бабками. Совместить, так сказать, приятное с полезным. Юль успел пробить, что никаких бывших жен и детей у бизнесмена нет, а, значит, все досталось бы Александре. Ну, или почти все – предки мужика все-таки оказались живы и здоровы.

Дальше все было лишь делом случая. Мартин же даже не помнил, с чего, вдруг, в клубе завязался разговор на тему убийства какой-то криминальной шишки в Нью-Йорке. Может, к слову кому-то пришлось. Короче, вся эта беседа перетекла на тему киллеров, и дилер, припомнив о своих мыслях, поинтересовался между делом, есть ли в окружении Семьи такие профи. Надо сказать, что когда ему, спустя какое-то время, все-таки назвали имя этого профи, у Юля был слегка озадаченный вид. Он, оказывается, с этим спецом не раз уже бухал и, ко всему прочему, снабжал его травой, и имя ему было – Джек. Веселый Джек, блять. Кто бы мог подумать? Ну, ладно, не такой уж он был и веселый, но это уже детали совершенно незначительные.

В принципе, первый разговор состоялся где-то неделю назад. Мартин себя обозначил в качестве потенциального заказчика и оставил себе время подумать. Не то чтобы его совесть терзала или были какие-то возможные «против», но надо было свести дебет и кpедит и, как говорится, переспать с этой мыслью. Между прочим, по большей части, дело было именно в первом пункте. Это ж не пару тысяч отслюнявить, сумма была достаточно внушительной. Дилеру пришлось созвониться с Конором и предупредить, что задержится с расчетом и тот, как обычно, накинул процентов и пожелал ему удачи. Типа, начало положено и где-то на этом моменте отступить дилеру казалось тупым.

Вечер с пятницы на субботу и в пабе, естественно ажиотаж, но О'Рейли торчал на положенном месте – у стойки и дымил, как паровоз. Хотя, дымили тут все, так что его вклад был незначительным.
- Пять минут, Стив, я к Джеку, - дилер отмахнулся от одного из знакомых, проходя между столиками по направлению к стойке. По ходу, поздоровался еще с парочкой местных обитателей – обычная картина. Юлю иногда казалось, что некоторые здесь живут. Ну, типа, на ночь прикидываются какой-нибудь ветошью, а утром, как зомбаки, разлепляют веки и ползут к стойке за опохмелом. Типичные синяки. – Привет, чувак, как жизнь? – Юль протянул руку Джеку и одновременно в знак приветствия кивнул Тиму, суетящемуся за стойкой. – Налей попить, сушняк заебал, - и тут же отрицательно покачал головой на появившийся на стойке, шот. – Не, брат, воды налей, – пока тот отвлекся, Мартин снова повернулся к Джеку. – Поговорить надо.
Разговор определенно не для общего зала, да и Мартин припер с собой пакет с травой. Той самой, индейской дури, на которую они не так давно взвинтили цену, потому что она того стоила, а по навару теперь почти перекрывала кокс. Джанк-то не перебьет, конечно, это дерьмо вообще нихуя не перебьет. Юль взял со стойки стакан с водой и сделал большой глоток, тут же отставив его и вытягивая сигарету из пачки в кармане. Тут, в этой обстановке, хочешь, не хочешь – закуришь.
- Блять, знал бы, что у вас тут такой разнос, днем бы позвонил, - хотя, хуй бы он, конечно, дозвонился до Джека днем, по любому тот отсыпался.

+1

3

Музыка оглушает за секунду – наверху, в твоей берлоге, все-таки очень хорошая звукоизоляция, это было правильным решением, и ты почти не слышишь шума с первого этажа, когда не хочешь его слышать. Иначе бы ты ненавидел человечество, но сегодня вполне готов относиться к нему лояльно, а то и с особенной, исключительно твоей любовью, обычно заключающейся в бесплатной пинте пива каждому, кто не будет совсем уж уебком. Закрываешь дверь с легким щелчком, хотя, конечно, никто к тебе и не сунется: знающие побоятся, а случайных дебилов перехватят по дороге. Лестница поскрипывает в такт шагам, но это не то что не слышно – даже не чувствуется, и что блять вообще можно расслышать в таком ебаном шуме радостно орущей бухой толпы?
Как же ты все-таки охуенно любишь свою работу.

- Бля, вытяжка опять сдохла что ли? – лениво вытаскиваешь сигарету из пачки, уже стоя на лестнице и чувствуя, что табачная пелена висит где-то на уровне твоей груди, - Тим, еб твою мать!

Да нихуя, конечно, вытяжка пашет, но сегодня здесь слишком многолюдно, слишком накурено и пьяно – конец рабочей недели, хули. Окидываешь зал быстрым взглядом, приветственно поднимая ладонь в ответ на радостный ор узнавших тебя приятелей, суешь фильтр в рот, слегка сминая зубами по старой привычке, и шаркающей походкой спускаешься вниз. Кто-то радостно хлопает тебя по плечу, кто-то протягивает зажигалку, кто-то по доброте пьяной души пытается всучить початый стакан пива – и это в твоем собственном пабе. Ты ухмыляешься, улыбаешься, пробираясь к стойке: почему эти ебанутые пьяные люди так к тебе относятся - не имеешь ни малейшего понятия, но, в общем, и не против. Каким-то гребаным шестым чувством они угадывают, когда остановиться, и никто к тебе особо не лезет, даже расталкивать не приходится.
Твой паб, короче.
Твое собственное, блять, королевство.

Если бы дым был водой, ты был бы рыбой. Одной из тех глубоководных, омерзительно страшных монстров, плавающих где-то там, куда не достигает солнечный свет и где вообще мало что способно выжить – настолько сильно давление водной толщи. Конечно, воду ты не любишь, особенно глубокую, особенно чересчур – но дымом пропитан насквозь, и наверное поэтому тебе так комфортно в твоем пабе. Даже в вечер пятницы. Особенно в вечер пятницы. Синевато-серая струйка поднимается от твоей сигареты, смешиваясь с огромным облаком где-то под потолком, с которым бы не справились и три вытяжки; делаешь медленную затяжку, взбираешься на свой стул возле стойки – кажется, секунд пятнадцать назад на нем кто-то сидел – и отхлебываешь ром из стакана, который тоже как-то внезапно материализуется рядом.
Заебись. Пятница.

Играет смутно знакомая тебе национальная ирландская музыка с основательной примесью панка, на сцене в углу надрывается какой-то бородатый мужик; кажется, его зовут Билл или Уилл, и бля, это не одно и то же? Слегка постукиваешь тяжелой подошвой ботинка в такт, перебрасываешься с Тимом парой слов, криво улыбаешься какой-то цыпочке, сидящей на расстоянии трех стульев от тебя. Надо бы подогнать ей какой-нибудь коктейль, но пока тебе лень, пока слишком рано – у тебя вообще утро, и похуй, что уже вечер, твой собственный режим дня не укладывается ни в какие блядские рамки, потому что ты ненавидишь рамки. Начинаешь день с трех сигарет и засохшей пиццы, сейчас – четвертая, и в ход пошел ром. Ты имеешь право расслабиться, даже если особо не напрягался, потому что в этом и есть единственный смысл владения пабом. Если бы ты хотел просто прикрытие, мог бы открыть прачечную, и пусть бы чертовы яппи стирали там свои портки.

Проходит, наверное, три или четыре песни, полторы порции алкоголя, три сигареты и какой-то сэндвич, когда на горизонте твоего внимания вдруг материализуется знакомое лицо. Ты хмыкаешь куда-то в оранжевый фильтр, выплевывая рваное облако дыма, и пожимаешь протянутую ладонь.
- Заебись, как сам? – вообще больше дежурная вежливость, чем действительный интерес, если хоть что-то в твоем и вашем поведении вообще сошло бы за вежливость, - Да не вопрос, щас перетрем.
Ты знаешь, что просто так бы Юль не пришел, ты чувствуешь – и глаза сужаются в предвкушении интереса. Жестом просишь подождать себя, делаешь еще затяжку и смеешься сквозь клубы табака:

- А хули ты хотел, пятница, - наверное, если бы в твоем пабе уменьшились масштабы пятничного алкогольного апокалипсиса, ты бы даже огорчился, но пока этого не случалось ни разу, и ты даже не задумываешься о том, что когда-то случится, - Еще пару часов – и красотки полезут на столы. Тут сегодня Сэм, ну Саманта, видел эту стерву? – зажатой в пальцах сигаретой рисуешь в воздухе силуэт с впечатляющими формами и многозначительно ухмыляешься, добивая остаток рома, - Короче, вечер будет жаркий.

Делаешь последние две затяжки, тушишь окурок в пепельнице и поднимаешься на ноги. Тут определенно не место для разговоров, не самый подходящий день: вы во всем пабе не найдете места, где кто-нибудь не будет бухать, блевать или тупо греть уши, пуская пузыри в пьяной полудреме. Выбрал блять время. Ты коротко шмыгаешь носом и отрывисто киваешь на лестницу, по которой спустился чуть больше получаса назад. Там вас точно некому будет слушать – и орать на ухо ирландские песни, не попадая ни в одну из нот.

+2

4

Дилер закурил, осматривая зал и посетителей. Пятница, конечно. В такие дни даже в самых паршивых забегаловках народу полно, так что, не удивительно. Народ после рабочей недели валит под девизом «устрой дестрой», «бухай, пока в глазах не забулькает», «заблюй все углы» и все в таком духе. Лично Юль вообще не видел никакого удовольствия в синьке, один только мрак. Нет, он тоже бухал периодически, но чтоб рогами в землю - это только по молодости, сейчас уже не доставляло. Короче, то, что сегодня пятница и полно народа, он понял, когда уже нарисовался на пороге. У него-то дни как-то не делились на будние и выходные, поэтому до появления здесь ему и в голову не пришло, что можно было выбрать другое время. Приехать еще вчера, например.

Задерживаться тут, на самом деле, не хотелось даже на те две-три минуты, что уйдут на перекур, но, раз уж Мартин закурил, можно было и поторчать. К тому же, уловил взглядом Ши, которая что-то щебетала двум парням за столиком. Поймал взгляд девчонки и кивнул ей в знак приветствия, а потом отвлекся на Джека.
- Да ладно? Нет, не видел, - Мартин хмыкнул, проследив за руками ирландца, и широко улыбнулся, снова отвернувшись. Поискал взглядом озвученную особу, но, не найдя, забил на это. – Есть повод задержаться на пару часов.

А, может, правда, зависнуть тут и набухаться? Не в честь того, конечно, что завтра суббота, а тупо уподобиться местным завсегдатаям. Ладно, у него еще есть время над этим подумать, а пока Юль спокойно докурил свою сигарету и следом за О'Рейли раздавил ее в пепельнице. Проследил за тем, как тот поднялся и направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Как можно, блять, жить на втором этаже паба или вообще какого-то подобного заведения?

Дилер толкнул дверь и прошел внутрь, осматриваясь, задержался взглядом на обуви и посмотрел в сторону первой двери, предполагая, что где-нибудь там должна быть гостиная. Если она вообще здесь предполагалась, хуй знает. Вряд ли, Джек тут гостей принимает каждый день. Топтаться на пороге и заставлять себя подталкивать, не стал, прошел сам и удивился тому, что здесь в разы тише. Когда дверь за спиной Джека захлопнулась, то звуки снизу и вовсе почти полностью пропали. Ну, стоял какой-то гул, но вполне себе терпимо.
- Со звукоизоляцией, походу, повозиться пришлось? – Юль тихо усмехнулся и расстегнул куртку, подхватывая пакет с травой, и бросил хозяину паба. – Держи подгон. Это, типа, новая херня. Короче, попробуешь, оценишь.

Может, до Джека она уже и без него дошла, но мало ли. Вообще-то, в последнее время, Мартин торговал только этой смесью индейской. По крайней мере, эта хуйня была еще не запрещена, о ней вообще мало, кто знал. Только малолеткам, вроде, нельзя было толкать, в остальном ограничений не было, но Ринальди сказал ему, что это скоро изменится. Типа, правительство очухается и начнутся разборки, так что ловили момент и толкали ее в таких количествах, что дурно становилось даже Юлю от представления объемов.
- Можно даже не курить. Закидываешь в рот, рассасываешь, получаешь свой кайф. Но я курю. Ебанная потребность в табаке, - дилер прошел и устроился на диване, подняв взгляд на ирландца. – Я, в общем, по поводу того нашего разговора.

0

5

В принципе, если Мартин решит зависнуть у тебя в пабе, ты будешь только рад: знакомых, по-настоящему знакомых, которые тебя знают, сегодня до обидного мало, да и просто почему бы и да? Тебе нравится, когда в пабе людно, это делает неплохие деньги, и хотя одна пятница, вроде сегодняшней, иногда покрывает недельную выручку, или даже превышает ее раза в два; люди помогают тебе зарабатывать на весьма безбедную жизнь. Даже если не платят – ты готов поставить Мартину за счет заведения целую бутылку, потому что довольный клиент – это реклама. Вот так, блять, к тридцати пяти ты вдруг начал разбираться в подобных тонкостях, хотя как-то не особенно интересовался. Но стремительно накопленный опыт никак не желает пропиваться, у тебя была и есть масса возможностей. Ты знаешь, что ничего не потеряешь, если иногда кому-нибудь предложишь бухло просто так, от чистого блять сердца и всей широты ирландской души.

Одобрительно хмыкаешь – да пускай остается, пусть даже уединится где-нибудь с Сэм: еще минут сорок, максимум час, и красотка будет ужрата до такого состояния, что нагнуть ее над раковиной и трахнуть сможет кто угодно, даже твой братец, блять, художник. Правда он-то все равно не станет, да и ты бы не стал: Сэмми похожа на тех девиц из Города твоей юности, о которых говорили, что они способны заразить гонореей даже пластиковую ложку для мороженого. И ты ничуть не сомневаешься, что в данном конкретном случае это сравнение тоже работает, но каждый развлекается, как ему нравится, да? И если вдруг Юль захочет потискать красотку, мешать ему не будешь. Предупредишь разве что, по-братски.

Вы двигаете к лестнице: люди почти машинально расступаются, насколько позволяет окружающий пиздец и теснота, пропуская тебя; идешь впереди, попутно пожимая руки паре еще каких-то знакомых и почти случайно – грудь какой-то девоньки. Девонька, впрочем, ни капли не смущается, что-то пьяно чирикает с сильным техасским акцентом, целует тебя в щеку и сует под нос свой бокал с коктейлем, кислотно-синим и наверняка сладким. Отрицательно морщишься, отстраняешь ее, положив ладонь на бедро – может быть, потом, попозже. А может быть вообще нет, в зависимости от настроения, хотя девонька, конечно, хороша. И ты сразу почувствовал, что их Техаса, потому что на ощупь хороша тоже.

Правда, кто-то проходится тебе по ногам, вернее, запинается, но ты почти не чувствуешь сквозь толщину ботинка – только видишь, как тело падает, успевая что-то виновато и очень, очень, просто охуеть как невнятно пробормотать. Не обращаешь внимания, просто поднимаешься вверх, и не смотришь, следует ли Мартин за тобой: так-то не маленький, разберется как-нибудь, до стойки же добрался. Отпираешь дверь, заходишь – и вместе с глухим щелчком замка музыка обрывается, превращаясь в тихий, почти спокойный гул.
Как будто блять и не выходил.

- Ясен хуй, я бы рехнулся, - кривишься, кивая вниз, и как будто так ты совершенно нормальный, да, Джеки? Без шума и мешающих тебе спать, думать и вообще жить пьяных песен, звона стекла, грохота ломаемой мебели, матов и иногда пальбы, - Сегодня еще тихо, ты не видел, что за пиздец в марте.
В марте – ваш национальный праздник, и заодно годовщина открытия паба, и все это каждый раз дает такую гремучую смесь, что ты уже который год покупаешь пару новых столов. Но зато весело, зато свободно – очень блять в духе твоей исторической родины и тебя лично. Зато лучшее ирландское заведение в городе, и это даже не твои слова, но судя по посещаемости ты склонен с ними согласиться.

Ловишь пакет налету, поудобнее перехватываешь и рассматриваешь, согласно мыча в ответ на слова Юля. Вот это ты называешь полезным знакомством, когда можно воспользоваться услугами, который предоставляет товарищ; Ал, например, бесплатно правит тебе татухи, когда их в очередной раз портит какой-нибудь особо меткий, а потому особенно неудачливый мудак, Эрр подгоняет стволы, а теперь и Мартин, вот. Удобно, хули. Ты ведь даже не просил.

- Ага, я слышал об этой хрени, - легко подбрасываешь пакет на ладони пару раз и кладешь на кухонный стол, - Заценим, как оно.
Но не сейчас, конечно: шмыгаешь носом, киваешь, залезаешь в холодильник, доставая оттуда две банки пива, одну перебрасываешь Мартину, и двигаешь к нему. Курить дурь, обсуждая дело, ты не станешь, хотя однажды в твоей практике и был случай, когда ты вызвался убрать цель, будучи в состоянии, очень точно описываемом словами «в говно». Тогда все, конечно, выгорело, но и заказ был, по твоему мнению, простой как пиздец, к тому же, совершенно случайный.
А тут у вас все серьезно, заранее и по договоренности.

- Определился, значит? – берешь кресло за подлокотник, предварительно положив стоявшую у него гитару на пол, и тащишь его за собой ближе к дивану, а потом усаживаешься, так, чтобы между тобой и потенциальным клиентом было необходимое расстояние, - Излагай.
Поддеваешь металлический язычок на банке и тянешь его машинальным движением – тихое шипение звучит как музыка, и нет, пиво совершенно не мешает трезвому обсуждению важных вопросов. В конце концов, какой там градус, сколько тебе нужно выжрать банок, чтобы перестать соображать? Ящик? И, в конце концов, сегодня же все-таки пятница. Даже для вас обоих, работающих в абсолютно свободном графике.

+1

6

Дилер поймал банку с пивом и поудобнее устроился на диване, чисто на автомате цепляя металлический язычок и с тихим щелчком оттянув его в сторону. Пару раз приложился к пиву, делая небольшие глотки, и отставил на столик. Разговор, скорее всего, надолго не затянется, но промочить горло было не лишним. К тому же, Джек сам решил перейти сразу к делу и, можно сказать, вслух поторопил его начать с сути своего появления.

В принципе, ему нечем особо было поделиться. У Юля была только та информация, которую он вытянул из самой Александры за время их непродолжительной первой встречи, ну, и так, по мелочи, то, что удалось таки, нарыть самому. Так что, он надеялся, что этого Джеку будет вполне достаточно.
- Че излагать-то? У меня какой-то минимум, - сразу предупредил он и полез во внутренний карман куртки. Достал свернутую газету, развернул и кинул на столик перед ирландцем нужной раскрытой страницей. – Вот он. Тут, короче, рожа его. Фоток в рамке у меня, сам понимаешь, нет.

Колонка в газете, кстати, была относительно новой, пару дней, не больше и О'Рейли вполне мог почерпнуть оттуда информацию для себя. Речь шла о недавнем происшествии в Сан-Диего, что-то о том, что в офисе филиала этого бизнесмена, Лексанти, кто-то положил весь персонал. Грязно так, ворвались и расстреляли, а еще журналюги приписывали это мексиканцам. Можно было предположить, что бизнесмен после этого мог хорошенько так обложиться охраной. Не факт, конечно, но Мартин лишь рассуждал логически – должен был усилить охрану, посчитав этот выпад предупреждением. Если не совсем отморозок, конечно.
- А, - дилер опомнился и снова сунул руку в тот же карман, вытягивая еще один лист и бросив сверху на газету. – Там адреса – рабочий, домашний. Даже телефоны, кажется, но я хуй знает. Тебе, наверное, это лишнее.

Кстати, копы тоже, возможно, могли бы просто списать это на разборки с мексами, когда Джек сделает свое дело. Нормальный такой исход событий. Только, вряд ли те бы действовали с помощью киллера, у них, вроде, другие методы. Они же полные отморозки в этом деле – кровь, мясо, бензопилы. Но не Юлю учить Джека, как действовать, потому что дилеру-то вообще похуй было, как этот бизнесмен сдохнет. Главное, провернуть все это, дождаться нужного момента и тряхнуть Алекс, пока та не получила бабки своего муженька и также не окружила себя защитниками. Они ведь могли все поделить, Мартин же для этого все это затеял и, как минимум, должен был вернуть свое и еще немного получить за старания.

- Че там еще надо? – дилер не каждый день людей заказывал, так что тонкостей не знал. К тому же, вряд ли чем-то еще мог помочь ирландцу по этому поводу. Следить за Лексанти, чтобы вычислить распорядок его дня или хотя бы то время, когда тот появляется дома, у Юля не было, да и спалился бы на раз, так что тут Джеку всяко придется выкручиваться самому. А, ну, да, еще Мартина волновал вопрос бабок. Учитывая размах деятельности бизнесмена, сумма, наверное, должна быть какой-то заковыристой.

+1

7

Не то чтобы ты охуенный знаток психологии, но кое-что в людских реакциях понимаешь, да, Джеки? Или хочешь думать, что понимаешь, но сразу же видно, что для Юля все это - чистой воды новые ощущения. Вроде как принять внутрь что-то незнакомое, но теоретически и по отзывам охуительное: опасно, но хочется, хочется так, что аж зубы сводит. Ты не берешься утверждать, потому что это не твое дело и вообще-то глубоко насрать на чьи-то там душевные метания, но он наверняка долго шел к конкретной мысли, а заодно и к твоему пабу, чтобы окончательно решиться заказать какого-то уебка, отравляющего ему жизнь. Это не кофе с тостами, блять, своего рода событие, а – прихлебываешь пиво и согласно киваешь, соглашаясь на условный «минимум». Не в первый раз, когда-то давно, на заре карьеры, когда заказчики были еще достаточно охуевшими и не стеснялись выебываться, а ты был никому толком не известным бывшим морпехом из Чарльзтауна, доводилось вообще работать только с одним снимком такого качества, будто пленные китайцы жопой печатали. Или вообще без фоток, с одним именем, но вывозил же как-то. И сейчас вывезешь, было бы из-за чего париться.

- Агаа… - задумчиво тянешь и тянешься сам, цепляя газету двумя пальцами, притягивая ее ближе, - Да сойдет, я тебе не коп, мне фас-профиль необязательны.

Заканчиваешь фразу машинальной ухмылкой, делаешь еще глоток пива и отставляешь банку на столик рядом, наклоняясь над мятой газетной бумагой. Взгляд впивается в буквы, мгновенно меняясь: еще несколько минут назад, несколько секунд назад ты был почти расслаблен, хотя и заинтересован – теперь все внимание обостряется до предела. Вчитываешься в ровные печатные строки, задумчиво и вроде как бездумно потираешь подбородок, цепляясь за отрастающую щетину и даже не замечая этого. Статейка оказывается очень дельной, даже слишком, и через две с половиной секунды неотрывного чтения в мозгу как будто что-то щелкает. Алкоголь, какой нахуй алкоголь – от смешной дозы опьянения не остается вообще ничего, даже воспоминания, даже воспоминания блять о воспоминании. Взгляд делается колючим, абсолютно трезвым и каким-то профессионально-тяжелым; попробуй тебя сейчас кто отвлечь с какой-нибудь не относящейся к делу хуйней – ты заткнешь его парой пуль даже не поднимая головы.

Мексиканцы – отличная идея; щуришься и коротко облизываешь губы, гортанно хмыкая. Не любишь работать так грязно и напоказ, исключая, конечно, приступы радостной тяги к творению, когда брызги крови на стенах и чьи-то кишки, вывернутые на ковер, кажутся почти искусством. Не любишь, но почему бы не сделать исключение, такое удобное, а заодно облегчить жизнь легавым: пусть гоняются за латиносами, все равно наверняка уже начали, не встревать же в разгар охоты. Лучше понаблюдаешь за результатом издалека, нахуй тебе персональное внимание закона, ты же не настолько эгоист.

Согласно мычишь, одним пальцем сдвигая лист с адресами в сторону, чтобы не прерывать чтение, но, в общем-то, уже почти имеешь набросок плана действий. Остается утрясти дежурные детали: пробить адреса, проследить маршруты, проверить наружку и охрану, но это все ты будешь делать самостоятельно и посвящать в детали Мартина не собираешься. Нахуй оно ему? И нахуй тебе, чтобы он знал? Тебя больше интересует, готов ли он заплатить, но сначала… Да, у вас тут чистой воды капитализм, и в зависимости от сложности заказа изменяется и сумма. Еще помнишь одну дамочку, которая требовала, чтобы ее ебарь сдох именно от удушья, а то ковер кровью запачкает.
Ебанутая.

- Пожелания? – наконец отрываешь взгляд от текста и снова смотришь на Юля, сразу же перебивая себя кривой ухмылкой, - Ну тебя вообще ебет, как он сдохнет, или я могу импровизировать?

Тебе больше нравится второе, свобода действий лучше любых ограничений, если ты ставишь их не самостоятельно. Один раз импровизация получилась масштабной – пришлось убрать всю семью, включая мелкого сына, но что поделать, ты считаешь это допустимой погрешностью, и если тебя не предупредили о том, что чего-то делать нельзя, ты автоматически считаешь себя вправе поступать по обстоятельствам. И не мучаешься по этому поводу ни до, ни после, ни во время.

+2

8

Пока О'Рейли был заинтересован газетой, Мартин успел еще раз сделать добротный глоток из банки, и снова вернул ее на столик, после чего откинулся на спинку дивана, наблюдая за тем, как ирландец вчитывается в строки. То, что он несколько дней назад наткнулся на эту статью – было чистой воды совпадением, потому что газеты он не читал. Взгляд зацепился за знакомую фамилию на бумаге вот и все. К тому же, эта находка была сделана уже после их первого разговора с Джеком, так что просто добавила уверенности в предпринимаемые дилером действия.

Когда Юль предложил сестре убить ее муженька, весь этот спектакль был просто словами – желанием посмотреть на ее реакцию, может быть, у него же не было ни единой возможности воплотить это все в реальность. На тот момент ни он сам, ни тем более Александра и не подозревали о том, что совсем скоро такая возможность у Юля появится. Он предпочитал не углубляться в размышления о том, что это было – череда случайных совпадений, приведшая его прямиком к киллеру или же сила его собственного желания. Последнее для дилера, который был реалистом, звучало достаточно смешно. Хотя какие вообще могли быть еще размышления на эту тему, если он уже был здесь и обсуждал с Джеком последние детали? Его сейчас уже больше интересовала цена вопроса, чем что-то другое. Однако, О'Рейли, отвлекшись от чтения, напомнил совсем о другом, решив уточнить интересующие его самого детали.

- Пожелания? – слегка растерянно переспросил дилер, поначалу и не догнав, к чему тот ведет, но Джек сразу же уточнил, о чем идет речь. – Да мне похуй, - один хрен, если ирландец решит изобразить продолжение разборок из Сан-Диего, о какой-то аккуратности придется забыть. Короче, ему лучше было знать, что делать, так что Мартин не считал нужным что-то уточнять, как и спрашивать у Джека, что у того самого на уме по этому поводу. – Просто пусть сдохнет и все.

Дилер по натуре вообще был не кровожаден, как бы странно это не звучало, учитывая его характер, и равнодушно относился к подобному. В клуб-то он потащился не из-за тяги к насилию, а скорее по необходимости. Будучи бывшим торчком с нехилым таким стажем, приходится в определенный момент искать замену старым ощущениям, чтобы не вернуться в то колесо, из которого с таким трудом вырвался. Бойцовский клуб – замена сомнительная, слабая, но пока ничего лучше Мартин не придумал. Ко всему прочему, он продолжал торговать, а когда через твои руки постоянно проходит немыслимое количество того дерьма, на котором недавно сам сидел, соблазн вдвойне велик. Пока что он держался, но держался на честном слове и не знал, что будет завтра. Или сегодня вечером. Может он прямо сегодня вечером вновь пустит по вене и все улетит в ту же самую задницу. Хотя нет, сегодня нет, сегодня он побухает в пабе как следует. А насилие. Ну, с ним все давалось намного проще и быстрее, вот и все. Никаких, блять, рассуждений о справедливости, равенстве и судьбе. Дилер всегда действовал так, как ему казалось логичнее всего, или проще. В данном случае завалить предпринимателя, было самым простым вариантом избавиться от него.

- Слушай, а что там со сроками? Сколько все это займет времени? – Юль понятия не имел даже о приблизительных сроках, так что вопрос для него был такой же актуальный, как и с деньгами. Кстати, о последнем. – И давай уже насчет бабла.
Вообще-то у него не было даже приблизительного плана дальнейших своих действий, а уже бы стоило насчет этого подумать, раз подошел к вопросу вплотную. Пока что Мартин просто надеялся, что все само собой решится, потому что Александре некуда было деваться, кроме как прийти к нему. Ну, она же долбанная тряпка и никогда в жизни не принимала решений самостоятельно, значит ей понадобится кто-то, кто сделает это за нее в очередной раз. Кроме Юля, идти ей больше было некуда, раз до сих пор она делила свой досуг лишь на то время, когда была рядом с муженьком, либо в своей студии. Прибежит к нему сама на задних лапках.

+2

9

Пусть просто сдохнет? Да это же шикарные условия для сделки. «Просто сдохнет» ты устроишь, это как раз то, в чем тебе если не нет равных (а искусственным преувеличением своих возможностей ты никогда не страдал, и больше трех девонек к себе в постель за раз не берешь), то хотя бы на все штаты наберется едва ли с десяток профессионалов такого же уровня. Гордости и выгнутых веером пальцев тут ни грамма, все просто и объективно, доказано опытом, статусом и суммами, которые, проведенные по хитровыебанным каналам, покоятся счетами на разных островах с такими названиями, которые ты даже трезвым едва ли выговоришь. Да и пытаться не будешь.

- Ага, заебись, - и действительно заебись, полная свобода действия, практически как абсолютно выигрышная комбинация карт в руках, сразу поднимает настроение и почти располагает к расслаблению. К тому же, так много информации, гораздо больше, чем иногда бывало, к тому же заранее обеспеченное прикрытие и возможность безболезненно свалить совершенное тобой убийство на ебанутых латиносов – все слишком хорошо складывается, чтобы можно было придираться к реальности. Иногда жизнь подсовывает тебе охуительные подарки просто так, и Юль с его заказом на этого мужика, кто он там ему, претендует на то, чтобы стать твоим счастливым билетом этого месяца. Билетом в добродушное умиротворение и полное удовольствие от жизни, которое, к тому же, сопровождается нехилым денежным бонусом.

Если бы тебя вообще волновали высокие материи, ты бы мог поспорить, есть ли в этой ебучей столице Калифорнии еще хоть один человек, который бы так любил свою работу. Охуенно.

Мягкий металл пивной банки холодит ладонь на две-три секунды, пока поднимаешь ее, чтобы сделать шумный глоток – промочить горло и словить незначительное подкрепление градусом. Шестеренки в голове крутятся, мысли генерируются, составляясь в причудливые алгоритмы, одна за другой, одна за другой, и загляни кто-то сейчас тебе в голову – нахуй потеряется. Адрес условно знакомый, если ты не ошибаешься, то бывал там рядом пару десятков раз; завтра смотаешься снова, а лучше сегодня ночью, чтобы не откладывать подготовку. Можно подкупить или зашугать горничную, наверняка у такого богатого хуя она должна быть, а потом убрать и ее, конечно – раз уж Мартину похуй на детали, а мексиканцам похуй на аккуратность и точечность работы. Тебе, в свою очередь, похуй на количество отнятых жизней, они не фиксируются нигде, кроме полицейских протоколов и всей этой бумажной херни, а в твоей жизни остаются только пересчетом пуль. К счастью, сейчас уже не те годы, когда слишком расточительный расход патронов мог считаться проблемой. К счастью, от тех лет у тебя почти и не осталось никаких проблем.

Постукиваешь старым серебром кольца по банке, потом по краю стола, потом опять по банке, отхлебываешь еще пива и принимаешься перебирать бумаги, неряшливым ворохом лежащие перед тобой, чтобы сдвинуть их в удобные положения и перестать искать нужную информацию по несколько секунд. Значит адрес, а ближайший полицейский участок там был в трех кварталах… или четырех? Посмотришь по карте, смотаешься лично. А замок наверняка электронный, богатые любят нахуярить в дом побольше всякой техники, чтобы статуснее смотрелось, это ты тоже уже проходил, но на всякий уточнишь у горничной.

- М, - издаешь смутно понятный звук, означающий мыслительный процесс, скребешь подбородок короткими ногтями и шмыгаешь, - Недели две, там как карта ляжет. Ну знаешь, типа местность разведать, охрану срисовать… Торопишься куда? – ухмыляешься, обнажая острую кромку зубов, и снова прихлебываешь пиво.

Работать в состоянии того, что в обществе принято называть дедлайном, ты не любишь, хотя и приходилось пару раз. Устранить цель строго во время мероприятия, типа после того, как восьмая молодая жена скажет тост на его пятидесятом дне рождения, и чтобы непременно до того, как привезут торт со стриптизершей. Тот заказ прибавил бы тебе седых волос, если бы ты парился всякой нервной херней, ну и если бы не брился почти налысо. Но все прошло гладко – и сейчас пройдет, ты уверен в своих силах, лишь бы тебе платили.
Да, лишь бы вы сошлись в цене.

- Десять штук, половина сразу, половина по факту, - пожимаешь плечами, шаришь по карманам, вытаскиваешь помятую пачку сигарет и закуриваешь отработанным движением; смолишь как дышишь, а дышишь полной грудью и с удовольствием, - Хочешь конкретное число – наценка в пятьдесят процентов, и так-то этот хер явно дороже стоит, но для тебя… - делаешь широкий жест зажатой в пальцах сигаретой, отрывисто, лающе смеешься, и затягиваешься, сплевывая дым в сторону.

На самом деле, не для Юля, а из-за латиносов, которые обещают облегчить тебе работу, да и просто ты засиделся без нормальных заказов и хочется размять кости. Когда слишком долго приходится изображать просто владельца паба, это действует на нервы, и нет, ты-то, конечно, полностью себя контролируешь, но все-таки те вспышки агрессии, связанные, видно, с природной импульсивностью, могут случайно отравить кому-нибудь жизнь. И переломать кому-нибудь кости, так что гораздо лучше будет заняться настоящей работой, тем более любимое дело – а любимое дело всегда успокаивает.

+2

10

Ирландец так сосредоточенно размышлял, что это было видно даже по его лицу, по напряженной слабой мимике и появившейся между бровями складке, по движениям – пока он постукивал кольцом по банке и поверхности стола. Что он там для себя прикидывал, дилеру не суждено было узнать. Самому Юлю уже особо не о чем было париться. Разве что подумать о том, что припертых им пяти штук будет мало для того, чтобы отдать О'Рейли причитающийся аванс, но пока дилер об этом не знает, просто ждет когда Джек что-то там для себя прикинет. В конце концов, тот с усмешкой озвучивает приблизительно необходимое ему время. Дилеру оставалось лишь порадоваться, что у него еще полно времени впереди, потому что на данный момент лишнего бабла у него не водилось.

- Куда? Да теперь это скорее для него вопрос жизни и смерти, - Юль отвечает такой же усмешкой на вопрос киллера по поводу срока. Для дилера это просто было отличным шансом разделаться со своими долгами, и он мог подождать столько времени, сколько  потребуется ирландцу для того, чтобы сделать дело. – Две недели - отлично.

Две недели – самое то, учитывая, что Мартину нужно было где-то нарыть еще бабок, пока Джек будет занят. На самом деле, это не составило бы особого труда, ему для этого нужно было бы просто смотаться до Сан-Франциско и обеспечить бывшего поставщика очередной партией индейской дури, но была одна загвоздка. В прошлую встречу они договорились, что Юль привезет на эту стрелку старый долг и только после этого они продолжат нормально сотрудничать и, честно говоря, Мартин плохо представлял, чем для него может закончиться встреча, если он в очередной раз положит болт на условия старого знакомого. В конце концов, Коннор и без того вечно терпел его выходки. Как он не завалил его еще там, в Сан-Франциско, для Мартина было загадкой века, потому что дружескими эти отношения можно было назвать с натяжкой. Ко всему прочему, он теперь работал на итальянцев и если где-то всплывет, что работать с ним не так уж радужно, то он может потерять призрачную надежду на то, что когда-нибудь он выгребет из всего того дерьма, что творилось с ним на протяжении года, пока он не попал в клинику. Более того, до него доходила информация о том, что от них не так уж и просто уйти, да и вообще почти нереально, даже учитывая то, что Юль толком не успел влиться в их дела с наркоторговлей.

Когда Джек озвучил сумму, то Мартин мысленно вздохнул с облегчением, ведь нашарил ровно столько, сколько и нужно было ирландцу прямо здесь и сейчас. Тот, правда, подметил, что цифра была не окончательная, и мудак этот стоил бы дороже, но теперь-то уже было без разницы. Не спрашивать же у него, чем Мартин так отличился, что ему тут до такой степени рады, что делают скидки. В то же время, он был не настолько наивен, чтобы предполагать, что дело в хороших отношениях, так что это останется для Юля загадкой.

- Слышь, какой нахер, дороже, я как раз пятерку припер, - посмеиваясь, признался дилер, и одновременно полез все в тот же внутренний карман, выуживая оттуда мятый бумажный пакет с деньгами, который кинул на стол, в стороне от бумажек, аккуратно разложенных ирландцем. – Лучше не спрашивай нихуя – сколько смог, столько и нагреб. Я вообще без понятия насчет твоих расценок. Я тебе чаевыми потом накину, если разживусь, – дилер, посмеиваясь, хлопнул себя ладонями по коленям и поднялся со своего места. – Пошли, бухнем.

Он напоследок пихнул ирландца в плечо и направился к двери. Впрочем, поторапливать не стал, как и дожидаться, чтобы его проводили. Мало ли, может, О'Рейли еще что-то надо было прикинуть, обдумать дальнейшие действия, еще разок вчитаться в статью о проблемах этого бизнесмена с конкурентами. Как только Мартин открыл входную дверь, шум снизу лихо ворвался в пространство, так что он поторопился выйти и прикрыть ее за собой плотнее. Кажется, в зале стало еще оживленнее, чем в сам момент его появления в пабе. Было похоже на то, что вот-вот наступит то время, о котором говорил Джек и действительно скоро «красотки полезут на столы». Юль коротко попросил Тима налить ему выпить, а сам на какое-то время отошел к столику, за которым устроилась пара знакомых парней. Джека он, может, и подогревал чисто по-приятельски, но тут в зале уже можно было совместить приятное с полезным и срубить несколько сотен. Особо он тут не наваривался, но трава шла хорошо,  а вот после того, как уже отбил на гулянку, можно было спокойно расслабиться.

Правда, понятие это у дилера было весьма своеобразным, потому что он практически не пил. После клиники отвернуло от всего, кроме курева, так что на любых гулянках он оказывался самым трезвым и самым адекватным для того, чтобы осознавать степень вытворяемого перекрытыми собутыльниками дерьма. Короче, в итоге, он не так уж и долго пробыл в пабе и срулил, когда время перевалило слегка за полночь.

+1

11

Нет игры больше месяца. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » you got the motherfucking right to remain violent