В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » until we walking


until we walking

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

http://2.firepic.org/2/images/2015-09/29/9vz4fn1g56af.png
февраль 2016 года
Льюистаун, штат Монтана

Алисия Маршалл

http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/38svi3n30kdm.png
Имя: Алисия Маршалл
Описание: приехала в город на соревнования по стрельбе из лука, но, в отличии от своей группы, остановилась жить у родной тети (по маминой линии). Неразговорчивая, тихая, внимательная. Не в восторге от поездки и хочет поскорее вернуться домой. Очень привязана к семье, звонит отцу каждый вечер. Никого в городе не знает, плохо ориентируется на местности. Тренируется много и каждый день.
Инвентарь: олимпийский лук в чехле, к нему 10 стрел. Стандартная мелочевка в сумке, типа жвачки, расчески, плеера и т.д.

Соня Флецк

http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/mtsj1waoihf0.png
Имя: Соня Флецк
Описание: 40 лет. Врач-эпидемолог, работала на корпорацию, из-за которой и возник этот вирус. Умная, увлеченная своим делом, физически развита слабо. Очень осторожная. При этом имеет хорошую силу воли и выдержку, не боится вида крови.
Инвентарь: чемоданчик с вакциной, ноутбук, аптечка.

Агент Крейн

http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/9fj4qla46scw.png
Имя: Кайл Крейн
Описание: специальный агент Кайл Крейн, бывший офицер полиции на службе у государственной корпорации, занимающейся производством биологического оружия. Строгий, с военной муштрой в характере, жесткий на принимаемые решения, молчаливый и закрытый. Склонен к агрессии. Вынослив, физически силен, внимателен, хорошо соображает и, в целом, максимально подготовлен к выживанию в критических ситуациях.
Инвентарь: два пистолета Magnum "Слонобой", армейский нож в ножнах на бронежилете, компактная п/а винтовка и шокер), полное обмундирование, маленькая персональная аптечка.

Оливия Стайлз

http://6.firepic.org/6/images/2015-09/30/b4mqa5yxodzk.png
Имя: Оливия Стайлз
Описание: до того как мир приобрел другое "лицо" и ходячие мертвецы заполонили улицы, Оливия находилась в психиатрической клинике не по собственному желанию; ее туда засунул отчим по договоренности с директором данного заведения, и девушка провела там пару месяцев до того, как все началось.
Инвентарь: рюкзак, аптечка, пара батончиков шоколада; охотничий нож.

Отредактировано Lucas Hayward (2015-09-30 13:04:13)

+3

2

внешний вид: белый халат, рана на лбу, лицо в крови.
Людям давно уже стоит уяснить, что слишком умной технике доверять нельзя. Она хладнокровно расправится с вами, если посчитает, что угроза для всеобщего блага выше, чем ценность вашей жизни. Она непременно нажмет на красную кнопку, чтоб очистить помещение, спалив заодно с вредоносными бактериями и вас. Живьем сожжет.
Впрочем, иногда даже самый умный разум может допустить ошибку, не знать о поломке оборудования, даже не догадываться о маленькой дырочке в трубе, из-за которой газ потечет не только в одну определенную лабораторию, но и в другие места. Еще хуже, когда этот газ воспламенится, взорвав и всю трубу.
Сейчас уже сложно определить: система неправильно дала команду или причиной взрыва послужила поломка, небольшая пробоина, сейчас нужно выбраться отсюда, пока еще есть шанс.

- Соня, ваша племянница ждет вас в приемной. Я не могу пропустить ее дальше, сами понимаете - секретность. - Оживляется динамик. "Ну, конечно же. Вдруг она шпион!" С долей раздражения думает женщина, понимая, что придется придумать племяннице какие-то другие развлечения. На нижние уровни ее не пустят. - Говард, я займу Алисию и вернусь, доделай пока пробу образцов, они мне понадобятся, ок? - Ассистент кивает, не отрываясь от своей работы. Но выходя она уже слышит, как парень вновь начинает напевать песню, что явно заела в его голове с самого утра: - my heart beats like a drum...
Железная дверь закрывается и голос затухает, но дурацкая улыбка на лице у женщины остается. Все же влюбленный ассистент - это просто кадр. Еще хорошо, что объятом влюбленности стала не она.
Взрыв прогремел в тот момент, когда Соня была у входа в приемную: кажется, будто взорвалось со всех сторон, на деле же громыхнула лаборатория, из которой только что вышла женщина и еще несколько ближайших.

Первые мгновения, когда сознание вернулось, Соня даже не поняла где находится. Сзади алым полыхал пожар, все было в дыму, вентиляция исправно работала, но пожар был слишком силен. - Черт, что произошло?.. - тихо пробормотала, спрашивая у самой себя. Поднялась и покачиваясь пошла к выходу. Где-то там впереди ее ждала племянница. Мысли об этом давали сил. Стоило поскорее выбираться, пока еще есть возможность. Система безопасности может взбесится и заблокировать двери, нужно успеть.
В приемной была только Алисия, куда делать секретарша на ресепшене - не понятно. Да и не важно. - Лис, ты как? Сильно испугалась? Все будет хорошо, не бойся. - Подойдя к племяшке интересуется, и только сейчас замечает свое отражение: по лицу стекает кровь. Видимо, ударилась, когда упала во время взрыва. Отирает рукавом кровь, но даже не пытается понять насколько серьезна рана. - Хватай вещи, нам нужно спешить. - Только ноги подкашиваются, а в голове гудит. Кажется, удар оказался сильнее, чем могло показаться на первый взгляд. Вот только сейчас нет времени на это. Нужно двигаться вперед.
[NIC]Sonia Fletsk[/NIC]
[STA]доктор дайте йаду[/STA]
[AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/mtsj1waoihf0.png[/AVA]
[SGN]Инвентарь: чемоданчик с вакциной, ноутбук, аптечка.[/SGN]

+3

3

Всё, о чем может думать в этот момент Алисия - о том, что хочется спать и хочется домой. Домой хотелось сильнее, чем спать, а еще у этого желания был один существенный плюс - от него не слипались глаза и не вырубало прямо на мягком диванчике. Поэтому девушка старалась сосредоточиться именно на желании оказаться в родных стенах. Крутила в руках сотовый телефон и переписывалась с Максом, потому что жутко скучала и потому, что он был частью того, что она привыкла считать домом. В наушниках тихо мурлычет женский голос. My heart beats like a drum, жутко популярная сейчас, но слишком громкая и резкая. Алисии же удалось найти кавер версию, тихую и спокойную. Какая-то неизвестная кантри исполнительница, её версия песни была раз в двадцать лучше оригинала.
Взрыв, естественно, застает Алисию врасплох. Сначала очень громкий хлопок, следом грохот, еще громче. Она слышит, и даже наушники не могут этому помешать. Девушка вскакивает и инстинктивно прячется за диван. Мигает свет, на лицах людей паника. Кто-то бежит вглубь коридоров, однако большинство все-таки кидается к выходу.
Алисия провожает их взглядом, но с места не сдвигается. В груди что-то испуганно екает: Соня. Там, где-то среди этих коридоров, охваченных пламенем, среди дыма, под мигающим светом, осталась Соня. - Ох, надеюсь всё хорошо... - шепчет девушка, выпрямляясь. Опасливо оглядывается, с потолка прямо на голову сыплется штукатурка. Хочется надеяться, что этим всё и ограничится... Не замечает, как проходит мимо своего разбитого телефона. Он упал с коленей, когда перепуганная Алисия заскочила за диван. Дисплей разбит, какая-то разноцветная рябь вместо пейзажа с красным песком и голубым небом.
Очень сильно воняет горелым. Алисия пытается пройти вглубь здания, но путь ей преграждают фиговины для пропуска. Серьезное учреждение, даже если прокрадешься мимо охраны и девушки на рецепшне, всё равно не пройдешь, потому что нужна специальная карточка. Она, естественно, есть только у сотрудников. Алисия как раз размышляет над тем, а не пролезть ли ей под пластмассовыми дверками, когда появляется тётя.

Жива! Алисия аж подскакивает от радости, однако чувство это совсем недолгое. Очень скоро замечает кровь, блондинку пошатывает, и Лис подхватывает её, как только та преодолевает дверцы. - Что произошло? - выглядит очень взволнованной, сердце бешено стучит в груди. - Соня, у тебя кровь... Ты в порядке? Можешь идти? У меня есть салфетки, давай я посмотр... Что? - растерянно вскидывает брови, потому что, если честно, даже не думала о том, что им нужно выбирать. Нет, в смысле, конечно думала, но не в первую очередь. - А там есть еще кто-нибудь? Все выбрались? Может кому-то нужна помощь? - девчонка и правда не может думать сейчас о том, чтобы спасать собственную шкуру. Здоровая, полная сил, не пострадала от взрывала, а значит может помочь кому-то, кому удача не улыбнулась.

Одна её, конечно же, не слушают. Алисия колеблется, недовольно поджимает губы, но решает все-таки послушаться. В конце концов, можно довести Соню до дверей, а затем вернуться. Не похоже, что она очень хорошо себя чувствует...
Здание пострадало намного сильнее, чем показалось с самого начала. Видимо, приемной просто повезло. Они добираются до выхода, проходят мимо первых дверей, переступая через какие-то запчасти. Железные, ребристые трубки, интересно, откуда вывалились? А когда добираются до вторых дверей, основный, вдруг включается сигнализация, такая громкая, что Алисия хватается за уши и морщится. В следующую секунду, прямо перед их с Соней носом, опускается металлическая дверь, закрывая проход. И сразу становится как-то неприятно темно... - Это что еще за фигня? - Лис округляет глаза, оглядывается. Подходит ближе к двери, ударяет по ней кулаком, но ничего не происходит. Сигнализация продолжает разрываться, того и гляди голова лопнет.

[NIC]Alicia Marshall[/NIC]
[SGN]https://33.media.tumblr.com/b54915e77d5ce42614f5c92db709df3d/tumblr_nur9pa9W1h1rpjxmko3_250.gif[/SGN][ava]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/38svi3n30kdm.png[/ava]

+3

4

...и повторяет еще раз, мол, что смелость, это не отсутствие страха, а умение его преодолевать, понимаешь... — молодой парень в полу-военном обмундировании отряда специального назначения делает бесхитростный жест, просто покачав расправленной ладонью в воздухе, — поддаться панике секунд на пять, семь, и все, в руки себя взять, и действовать уже, — его зовут Эдвард Дьюи и он профессиональный пилот, в его распоряжении боевой вертолет, одна единица военно-воздушных сил, и два человека в подчинении, хотя на самом деле ему всего-то двадцать восемь лет. Совсем молодой. Перспективный, бойкий. Идущий рядом с ним человек пусть и старше на шесть лет, но слушает внимательно и на шутки откликается охотно: это старший офицер Кайл Крейн, боевой командир специального отряда “Браво”, в котором состоит весельчак Эдвард. Его начальство. Друг к другу они обращаются только по фамилиям. Друг друга они знают только здесь. В этой жизни. Ничего, что было раньше и было кроме. Оба идут по одному из коридоров секретного исследовательского центра, занимающегося изучением вирусологии и разрабатыванием новых штаммов и анти-штаммов к имеющимся в природе вирусам, оба работают здесь, оба вооружены, однако ни один из них не является охранниками. И едва ли кто-то догадывается, чем на самом деле поручено заниматься и этим двоим, и всему их отряду, кроме их непосредственного руководства.
Когда гремит первый взрыв из череды чудовищных всполохов пламени и камня, никто толком не понимает, что происходит. Даже сигнал тревоги, будто замешкавшись, звучит очень поздно. Что-то взрывается еще раз. И еще. Безумной силы ударные волны разносят к чертовой матери коридоры и лаборатории, уничтожая все и всех, что в них находилось, огненный шар прокатывается по нижним этажам и доходит до верхних, люди начинают бежать, но спастись удается немногим. Катастрофа, как стихия, не дает времени опомниться. Она уничтожает. Пожирает. Оставляет после себя только разрушения и трупы.
Дьюи практически успел добраться до выхода, до поперечного перекрытия в дверном проеме, которое могло бы уберечь от падения тяжелых балок на голову в этом начавшемся землетрясении, но погибает, когда на голову ему сверху обрушивается часть несущей стены - и даже бросившийся в его сторону Крейн не успевает ничего сделать. Офицер делает рывок, не задумываясь о собственной жизни, он всегда отдает последнее своим бойцам, он всегда готов жертвовать ради них, но сейчас, несмотря на этот стремительный бросок, несмотря на спешку, он выталкивает из западни уже мертвое тело боевого товарища, которому острый конец арматуры раскроил голову, разворотил кости, и падает вместе с ним. Погребенный под обломками, под мертвым телом бойца, с разбитой о куски бетона головой, Крейн еще пытается шевелиться, но очень быстро теряет сознание.
...безумный звон в ушах сменяется высокочастотным гулом, напоминающим зацикленный сам на себе вызов в обыкновенный ручной микрофон или заклинившую в белом шуме рацию, выкрученную до предела, приложенную к самой черепной коробке, к самому мозжечку, болезненное и испепеляющее звучание, которое невозможно остановить, и кажется, что ему уже никогда не настанет конец, что этот звук будет жить в твоей голове вечность, не давая привыкнуть, не давая смириться, а только усиливаясь, усиливаясь, усиливаясь, пока не начнут кровоточить сосуды и мозг не превратится в багровую кашу, пока не надорвутся изнутри барабанные перепонки и не впадут глаза в пустеющий череп, но нет, и тогда, и дальше, этот звук будет длиться бесконечно, будет грызть мелкими острыми зубами, раздирать острыми кривыми когтями, он везде, он всюду, распространяется на бесконечные пределы и сходится в единую точку, микро-космическое-острие, вонзающееся раз за разом, погружающееся все глубже в основание спинного мозга, уничтожающее, наматывающее на невидимую борозду, лишь бы это прекратилось, лишь бы это наконец-то прекратилось, лишь бы когда-нибудь этому пришел конец и наступила тишина, лишь бы хоть что-то кроме этого звука, от которого сводит зубы и к горлу подступает кислая рвота, лишь бы…
...тихий стук. Упавшая поперек одного из верхних коридоров несущая стена, следом за которой обрушился потолок, пол находящегося выше этажа, накренился, как крышей, козырьком, и замер, неторопливо роняя в огонь мелкие камни, опадающие с железных армированных костей бетонной мертвой туши. Скрежет. Треск. И тихий стук. Стук-стук-тук…
...перед глазами все плывет - красное, желтое, белое, дрожит, меняется, двоится, троится, расходится полосами по периферии зрения, не давая ухватиться, вспыхивает и гаснет до черноты. Это повторяется раз за разом. Снова и снова. Бесконечная череда повторений и шум, гудящий в ушах, в висках, в грудине, во всем теле сразу…
...на шее веселого и славного парня Дью была татуировка в виде розы, сделанной в честь его девушки. Это поможет, возможно, опознать его труп, если найдется тот, кому станет до этого дело. И это первое, о чем думает Крейн, пытаясь выбраться из-под мертвого тела. Его почти завалило, свет едва виден, но он старается выползти, вырваться из этого капкана, на встречу огню - разыгравшемуся пожару, от которого уже тянет паленым..
...сотрясение мозга не дает ему даже сфокусировать зрение. Совсем немного не добравшись до выхода из своей гробницы, мужчина в форме снова потерял сознание - и едва не потерял руку. Съехавший вниз кусок стены придавил его левую руку, располосовав и рубашку, и кожу, и мясо, но Крейн ничего уже не чувствовал, вновь погрузившись в безумный гул собственной головы. Наполовину выбравшись из завала, он падает в темноту, не заметив, что рядом есть люди, что ему может быть смогут помочь, что в тусклом аварийном освещении есть еще кто-то. Кто-то живой.
[NIC]Agent K. Crane[/NIC] [AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/9fj4qla46scw.png[/AVA][SGN]внешний вид: разбита голова с левой стороны, лицо залито кровью; левая рука располосована от запястья до локтя; одежда[/SGN]

+3

5

Самочувствие медленно, но уверенно приходит к норме. Голова перестает кружиться, кровь останавливается, и в общем-то можно с уверенностью сказать, что рана на лбу не несет никакой серьезной опасности для жизни, если только в нее не попадет зараза. Но Соне сейчас не до того, чтобы искать аптечку и обрабатывать рану, ей бы вывести племянницу из здания, пока оно не закупорилось. Женщина знала, важна каждая секунда, ведь потом можно не успеть. Вперед, только вперед...
Каким же было разочарование, когда дверь закрылась как раз перед их носом. В этот момент внутри что-то глухо ойкнуло, сжалось и упало. Пальцы сжались до боли: ногти впились в ладони. Черт-черт-черт! Соня вначале даже не знала, стоит ли что-то еще попытаться сделать, но потом вспомнила, что на ресепшене должен был быть аварийный выключатель блокировки двери, ручной, который бы смог помочь. - Мы в ловушке, но не волнуйся, сейчас тетя что-нибудь придумает. Обойди пока, поищи, вдруг есть раненные, может поможем кому-то, а я пойду найду как можно открыть двери. - Как ни хотелось оставлять Алисию в одиночестве, но нужно было выбираться, и если уж пока они здесь все равно застряли, могли бы помочь кому-то, нужно было помочь.

На ресепшене было темно, светился лишь монитор ноутбука, в котором была батарея, от которой он и питался. - Так, посмотрим. - Сказала сама себе Соня и начала проверять пространство на наличие хоть чего-то нужного и полезного. Той заветной кнопки, которая решила бы все проблемы - не нашлось. Сама не зная для чего, женщина быстро погрузила ноут в спящий режим и забрала с собой. И направилась не к Лисе, а в лаборатории. Железная дверь тихо отворилась, за ней было жарко и душно. Все было в дыму и огне. Красные языки пламени подбирались все ближе и ближе. Нырнув в первую попавшуюся лабораторию, Соня разыскала аптечку - стандартный набор, и решила не тратить времени сейчас, но забрать с собой. Порыскав еще увидела одну ценную разработку: близился апокалипсис и лучше, если лекарство у тебя есть. Жаль, что в ее собственную лабораторию не дойти. Да и нет уже ее собственной лаборатории.
Дышать с каждым мигом становилось все сложнее, пора было выбираться и искать обходные пути. Держа в руках все ценные находки, двинулась обратно к выходу. Сейчас главным было выжить и убежать отсюда, потому панике поддаваться было рановато. Хотя очень и хотелось. Только вообразите - вы заперты в консервной банке, которая упала в лаву. Вот что-то похожее сейчас было и у вас. И почему пожарная система не работает?! Этот момент очень волновал, потому как скоро дышать будет уже нечем и они просто поджарятся. Но Соня была уверена, что выход еще есть, нужно только хорошо поискать.

Услышав, что Алисия ее зовет, Соня заторопилась, пытаясь не растерять свое добро. - Что случилось? Нашла кого-то? - Оказавшись рядом, женщина увидела Крейна. Нельзя было назвать их друзьями, или даже коллегами, скорее они были знакомы. Мужчина не работал именно в этом исследовательском центре, но был направлен на какое-то задание. Какое - это уже было известно лишь его бригаде. - Помоги, нужно его вытащить, а потом зашить руку... - Надеюсь, в аптечке найдется игла. Вместе с племянницей вытащив мужчину из завалов, врач открыла аптечку, и в тоже время командовала племяннице: - сейчас поможешь, если он выживет, то спасет нас. - Откуда была такая уверенность - не понятно, но почему-то женщина решила, что он из охраны, и значит ему известны коды доступа или хотя бы какие-то пути ухода в случае подобной ситуации. Хотя, разве кто-то предполагал, что такая ситуация возможна?
К счастью это была не просто аптечка, а правильный набор на все случаи жизни. В общем-то, не удивительно для такой лаборатории, никогда не знаешь, что тебе понадобится: таблетка от головы или хирургический набор.
Женщина надела перчатки и довольно ловко и быстро приступила к руке, без всякой брезгливости или страха начала зашивать глубокий порез, предварительно продезинфицировав рану. - Сейчас все будет хорошо. - Закончив с работой, замотала бинтом шов, чтобы не попала инфекция. Сейчас вокруг слишком большой риск заражения. То, что было в этих лабораториях может вызвать конец света. Хотя, может и вызовет.
Дальше пошел в ход нашатырный спирт. Нужно было привести в сознание невольного пациента. - Очнись. Давай-давай, ты нам нужен! - В такие моменты женщина даже не задумывалась, она действовала. Ей было необходимо сделать все от нее зависящее, чтоб вытащить отсюда себя и племянницу. Кажется, сейчас она даже больше переживала за Лису, чем за себя. Все же девочка оказалась здесь по ее вине и совсем не должна была попасть в этот ад. - Как ты, держишься? - Спрашивает у Алисии, пытаясь хоть как-то подбодрить ее, хоть улыбкой, хоть словом. А потом вновь все внимание к Крейну. - Как ты себя чувствуешь? - Мужчина таки открывает глаза, но видно, что пока что он не понимает, что с ним происходит. - Мы в ловушке здесь, лаборатории горят, приходи в себя, ну же, ты сможешь! - Она выглядела действительно обеспокоенной, потому как только что до нее начало доходить, что он здесь всего неделю и может попросту ничего не знать. И что же им в таком случае делать?
[NIC]Sonia Fletsk[/NIC]
[STA]доктор дайте йаду[/STA]
[AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/mtsj1waoihf0.png[/AVA]
[SGN]Инвентарь: чемоданчик с вакциной, ноутбук, аптечка.[/SGN]

Отредактировано Sophie Briol (2015-09-30 19:41:39)

+3

6

Алисия еще раз ударяет по железной перегородке ладонью, еще раз, еще, пока Соня не берет её за руку и не оттаскивает от двери. Здание рушится. Взрыв уже прогремел, но всё вокруг продолжает трястись, пол под ногами вибрирует, заставляя сердце переместиться куда-то в район пяток. Девушка не понимает, что происходит. Да, произошел взрыв, но это значит, что всем нужно как можно скорее выбираться из здания. Почему двери закрыты? Почему гребаная дверь закрылась прямо перед носом, не давая выйти ни им, ни другим людям, которые могут выбраться из полуразрушенного здания. В первые секунды, Алисию охватывает паника. "Мы в ловушке" - фраза, которая не вселяет уверенности, даже если после неё следует "тетя что-нибудь придумает". Брюнетка оглядывает массивную железную перегородку и решает, что вряд ли Соня сможет придумать что-то такое, что справилось бы с этой бандурой. Это вообще железо? Наверняка нет. Наверняка какая-нибудь непробиваемая шняга, чтобы точно не выбраться. На короткое мгновение Алисия сравнивает эту железную дверь с захлопнувшейся крышкой гроба, и это сравнение её очень-очень пугает.

Алисия паникует, и ей очень хочется зацепиться за за тетю, повиснуть на неё мертвым грузом, и не отпускать, потому что с родным человеком как-то спокойнее. Но женщина уходит и перед этим дает Алисии указания. Приходится кивнуть и постараться взять себя в руки. Девушка обнимает себя за плечи, делает несколько глубоких вдохов. Хочет закрыть глаза, но слишком страшно: здание всё еще потряхивает, и Лис опасается, что ей может какая-нибудь бетонная перегородка упасть на голову.
В приемной большие окна, за прозрачным, совсем уже не чистым, после такого ужаса, стеклом, зеленая лужайка, цветы самых разных цветов, от красного до желтого, высажены причудливыми узорами. Дальше - проезжая дорога, и по ней почему-то бегают люди, размахивают руками. Ну... В принципе, как тут не размахивать, когда прямо у тебя на глазах, как карточный домик, складывается огромное здание. Лис подбирает с пола стул, замахивается и ударяет ножками по стеклу. Оно странно вибрирует, но не разбивается. Да что там... Даже трещинки не появляется! Пуленепробиваемое, что ли? Да что это за здание такое?! Лис психует, срывается. Стул летит в окно, но отскакивает, падает на пол. Девушка пинает другой стул, какую-то палку, затем ойкает, потому что пинать большие твердые предметы - плохая идея.
Так, надо успокоится. И постараться думать о том, что где-то здесь могут находится люди, которым нужна помощь. - My heart beats like a drum, - шепчет совсем тихо, себе под нос слова приставучей песни. Чтобы отвлечься, чтобы не думать о том, как страшно вздрагивают стены. Как тяжело дышать и тяжело видеть, потому что здание наполняется дымом.

Алисия продолжает идти, пока не натыкается на мужчину. Он без сознания, придавлен, идет кровь. - Соня! СОНЯ! - надрывается Лис, потому что понятия не имеет, как далеко ушла тетя, и сможет ли её услышать. Ох, а если не услышит... А если придется самой? Внутренности завязываются в узел от страха, и как раз в этот момент появляется тетя. Лис выдыхает и испытывает навязчивое желание броситься женщине на шею. Как хорошо, что она не застряла здесь одна.
Блондинка открывает аптечку и начинает весьма умело орудовать иглой и ниткой. Алисия вздрагивает каждый раз, когда где-то в глубине здания в очередной раз раздается грохот. Оглядывается, но не видит больше людей. Господи, куда все делись? Гребаные двери, гребаные окна. Как же страшно, поскорее бы выбраться...
Лис уже почти решает попытаться найти автомат для подачи воды, потому что, наверное, вода может помочь привести мужчину в чувства. И может он пить хочет... Но, оказывается, для того, чтобы привести человека в чувство, нашатырь - более проверенное средство.
- Да, - выпаливает чисто на автомате, толком не задумываясь о том, что же там спросили. Выпаливает за секунду до того, как мужчина открывает глаза, и вот оно, очередное за сегодняшний день облегчение. Может он сможет помочь?

[NIC]Alicia Marshall[/NIC]
[SGN]https://33.media.tumblr.com/b54915e77d5ce42614f5c92db709df3d/tumblr_nur9pa9W1h1rpjxmko3_250.gif[/SGN][ava]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/38svi3n30kdm.png[/ava]

+2

7

Когда событие, к которому тебя готовили несколько лет, вдруг все-таки случается, происходит на самом деле, а не моделируется в компьютерных программах и на отлаженных полигонах, когда что-то действительно идет не так и нет человека, контролирующего систему тренировки извне, когда все происходит на самом деле и действовать приходится максимально быстро, четко и верно, тогда-то и исчезают из сознания все правила безопасности, все способы самозащиты и привитые за время подготовки навыки, способные обеспечить не только выживание, но и дальнейшее существование, сознание дробится, из него исчезают необходимые цепочки и требуется немало сноровки, чтобы восстановить хоть часть из них. То, к чему ты готовишься особенно тщательно, практически всегда случается максимально неожиданно. И это специальный агент испытал на собственной шкуре. Даже когда загнутая хирургическая игла начала схватывать его кожу и мясо, сшивая вместе края глубокого пореза, он оставался без сознания, в глубоком забытьи гула и звона, подаренных разбитой головой. И был бы таким еще долго, если бы не острый, резкий запах аммиака, который вдруг ударил в нос - так остро и неожиданно, словно иглу вонзили в лоб, за глазами, как при лоботомии. Наверное, как при ней. Вероятнее всего.
Но это - уже не столь важно.
Важно то, что именно это мгновенно, моментально привело мужчину в сознание. Едва ли добавило ему лучшего самочувствия, но хотя бы вернуло в реальность. Попытавшись прикрыть рукой глаза от яркого света, Крейн завозился на полу, шумно и быстро задышал, как после долгого бега: его мутило, голова ходила кругом от сотрясения.
Что… кто... — не сразу сумев сориентироваться в пространстве и окружении, мужчина тяжело открывал и закрывал глаза, стараясь привыкнуть к аварийному освещению, голосам, прорывающимся будто сквозь какую-то плотную мембрану, к болезненному состоянию контузии, которое можно было только переждать, — а-а-а, чер-р-рт... — ох ткнул ладонью себе в лоб, зажмуриваясь, и попытался сесть, привалившись спиной к стене. То, что его левая рука серьезно пострадала, но была спасена оперативным вмешательством медика, не сразу пришлось ко вниманию - боль тоже не могла прорваться к нервным окончаниям агента, едва не распрощавшегося с жизнью под завалом. Его реакция была сильно заторможенной, но, тем не менее, все-таки была, — черт... — еще раз более медленно и отчетливо повторил Крейн, убирая руку от лица и пытаясь сфокусировать плавающий взгляд на тех, кто был рядом и был еще жив. Со всех сторон Крейна окружали всполохи, а перед глазами, невидимая никому кроме, царила серая плотная дымка, из которой неохотно, медленно всплывали лица: обеспокоенные, женские. Одно, обрамленное светлыми волосами, строгое, волевое. Нервное. Шея тонет в белом воротнике, на груди болтается бейдж, но черта с два ему бы удалось прочитать, что там написано. Кажется, это кто-то из сотрудников. Медленно, урывками взгляд агента переместился на другое лицо, бледное, в окружении темных прядей, похожих в глазах контуженного агента на тонкие нити. Молодое, напуганное.
Что… случилось? — мужчина старательно всматривается в лицо молодой девушки, щурясь, плохо соображая, но уже пытаясь разобраться в ситуации - военной выправки ему было не занимать, а ответственность за гражданских и, тем более, сотрудников лаборатории, нередко ставилась превыше собственной безопасности, — авария?.. Здесь… выход, — покачиваясь из стороны в сторону - неосознанно, почти бредово - Крейн повернул голову в сторону аварийных ламп и… железной решетки, намертво блокирующей выход. Что за черт… нет... Он замолчал, оборвав себя на полуслове. Окровавленное лицо заметно посерело - судя по всему, агент пришел к не утешительным выводам. Заблокировано? ...Дьюи?.. Бросив короткий взгляд в сторону завала, из-под которого его по всей видимости вытащили две женщины, почему-то оставшиеся в здании, мужчина поморщился - глазницы нещадно болели - и снова обернулся к двери. От... его головы осталась одна каша. Соберись. Соберись!нужно… выходить. Я… знаю… за мной... — делая большие паузы между словами, он все никак не мог обрести полностью связную речь. Но самой большой ошибкой было желание подняться - Крейн попытался встать, держась за стену одной рукой и отметая помощь со стороны женщины в белом халате - белое пятно он видел даже сквозь дым и всполохи - однако практически в ту же секунду снова потерял сознание, осыпавшись обратно на пол всем весом.
[NIC]Agent K. Crane[/NIC] [AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/9fj4qla46scw.png[/AVA][SGN]внешний вид: разбита голова с левой стороны, лицо залито кровью; левая рука перевязана от запястья до локтя; одежда[/SGN]

Отредактировано Lucas Hayward (2015-10-01 00:31:25)

+2

8

Приятно осознавать, что племянница - самый настоящий боец. Соня отлично знала, что далеко не каждая девушка совладала бы со своими эмоциями, и сумела бы не поддаться панике в такой ситуации. Взрывы, паника, заблокированные выходы, а потом еще и кровь. Даже ей самой было не очень комфортно и хотелось побыстрее оказаться где угодно, только не здесь, но вот Алисии должно было во много раз быть страшнее. Она же не видела того, кто видела ее тетя и не переживала ничего подобного. Вот только пока подбодрить было нечем.
Неожиданный пациент все-таки пришел в себя и, кажется, даже слегка сумел разобраться что происходит. Первое его желание было двинуться к заблокированной двери, но поняв, что этот ход отрезан, тут же задал вопрос. Ох, если бы Соня знала на него ответ. - Сама не знаю, лаборатории горят, а пожарная система отказала. Случился взрыв, если не ошибаюсь в нескольких лабораториях. У меня есть ноут с ресепшена, если знаешь, как можно открыть двери дистанционно, то... - но мужчина уже поднимался и, кажется, даже знал куда идти. Соня приблизилась, чтобы помочь и очень вовремя - не успел подняться, как вновь начал падать. Да что же это! Выжившим явно не везло с тем, кто должен был их вытащить. - Лис, подержи его голову, я сейчас попытаюсь найти стимулятор. - Передав мужчину племяннице, женщина вновь раскрыла аптечку. Внутри было просто нереальное количество различных препаратов, хорошо, что с большей частью она была знакома, и не рисковала вколоть и так еле живому что-то смертельное. Но именно сейчас Соня искала стимулятор, который буквально совсем недавно помогала разрабатывать. Он увеличивал регенерацию и приводил в сознание. Полезная штука, но срок действия крайне невелик, потому мог помочь выжить, но полностью излечить от чего-то опасного не мог. Впрочем, из-за того, что это была новейшая разработка, в аптечку могли и не добавить, но надежда умирает последней, не так ли?
Хорошо, что света из окон хватало, потому как все эти пузырьки были еще и различных цветов, и под одни название скрывалось несколько различных разработок, а вот какое на что действует можно узнать только благодаря цвету.
Каково же было облегчение, увидеть одну ампулку нужного препарата. - Вот он! - Торжественно заявила Соня, аккуратно разрезая стеклянную колбу. Набрав в шприц препарат, врач вновь устремилась к Крейну: вколов в вену, которая была на той руке, что и порез, легонько похлопала военного по щекам. - Давай, хватит спать, это тебе поможет. - Ближайшие тридцать-сорок минут, он будет бегать и скакать, как заведенный. Потом, правда, наступит откат и он почувствует себя практически так же, как сейчас. Но к тому времени Соня очень надеялась, что они выберутся и мужчина сможет спокойно отоспаться хотя бы часов десять, а лучше и больше. После сна ему будет хорошо, а рана на руке практически заживет, как и в общем организм восстановится. - На нужно спешить, понимаешь? Через тридцать минут действие укола закончится, но, мне кажется, если мы не выберемся, то умрем еще раньше... - И только произнеся слова, подумала, что не стоило говорить этого при племяннице. Не нужно было ее пугать. Черт!
[NIC]Sonia Fletsk[/NIC]
[STA]доктор дайте йаду[/STA]
[AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/mtsj1waoihf0.png[/AVA]
[SGN]Инвентарь: чемоданчик с вакциной, ноутбук, аптечка.[/SGN]

Отредактировано Sophie Briol (2015-10-11 13:44:11)

+2

9

Мужчина приходит в себя, и всё, что может делать сейчас Алисия, это обеспокоено вглядываться в его лицо. Красивый. Да, красивый, даже несмотря на кровь, на пыль, испачкавшую лицо. В любое другое время она бы смущенно опустила глаза, стала бы с особой тщательностью разглядывать свои ногти, либо что-то другое, что можно разглядывать. Постаралась бы не допустить предательски покрасневших щек. Но не сейчас. Прямо сейчас чужая красота и привлекательность - вообще последнее, о чем она может думать. Прямо сейчас она сидит на корточках, пальцы касаются грязного, в бетонной крошке пола, и ощущают непрекращающуюся вибрацию. Воет сирена, а если бы не выла, они бы отчетливо слышали пощелкивание огня, как оно сжирает всё на своем пути и всё, до чего может дотянуться.
Алисия всматривается в лицо мужчины и понимает, что ему очень досталось. Взгляд как-то странно подергивает, а еще, может ей только кажется, но зрачки у него странные, чересчур широкие. Лис понятия не имеет, какие бывают симптомы у сотрясения мозга, однако видит, что что-то не так.
И, если честно, немного пугается, когда он так целеустремленно пытается встать и пойти. Отвести их куда-то. Не укрывается от девчонки и того, сколько разочарования было во взгляде, когда он увидел решетки, блокирующие двери. Растерянность? Буквально на секунду, но неужели она разглядела растерянность? В очередной раз сердце уходит в пятки, и Алисия жалеет о том, что так внимательно вглядывалась в его лицо.

Он знает... За ним! Бум-с, упал в обморок. Девчонка замечает, как лицо мужчины перестает что либо выражать, и когда он начинает обрушиваться, подскакивает, чтобы подхватить и не дать упасть, чтобы не ударился головой еще сильнее. Можно было бы волноваться о нём, потому что он человек, который знает, куда идти, и который может облегчить им путь к спасению. Но Алисия переживает о нём просто как о человеке, которому досталось и которому сейчас очень плохо. В юной головке не промелькнет мыслей о том, чтобы оставить, лежащего без сознания мужчину, потому что он обуза, и потому что они возятся с ним тут, теряя время.
Она послушно держит голову Крейна, пристраивает её у себя на коленях и напряженно ждет, наблюдая за тем, как тетя роется в чемоданчике. Это просто поразительно, нет? Там столько всякого разного, какие-то баночки, скляночки, приборы, провода, а лицо тети напряженное и уверенное. Она перебирает препараты в руках, подносит к лицу, к свету, чтобы было понятнее, что держит в руках, а затем продолжает поиски. Ужасно долго. Лис не знает, сколько они провели здесь времени, но кажется, что очень долго. Страх искажает время, делает его тягучим и неприятно липким.
Когда Соня наконец находит нужную склянку, Алисии кажется, что она вот-вот зарыдает. Ей страшно, это чувство никуда не девается, только наоборот усиливается и истощает тело, разум. Хочется спрятаться, хочется забиться в угол, рыдать и ждать, когда кто-нибудь придет на помощь. Почему всё так? Почему она должна быть здесь, должна что-то делать? Она же не обучена, её никто не учил, а есть военные, вот они должны...
В этот момент Крейн открывает глаза, правда, на этот раз резко, не так, как в первый раз, когда казалось, что он еле-еле держит глаза открытыми. Алисия смотрит на пустую ампулу в руках тети и не может скрыть своего удивления. До чего наука дошла, а...
Лис разглядывает лицо Крейна, когда тетя произносит свою последнюю реплику. Девчонке кажется, что сердце пропускает удар в этот момент, а по голове словно ударяют чем-то тяжелым. Она не шевелится, переводит взгляд на собственные руки, которые покрываются мурашками от этих страшных слов. Полчаса. Полчаса. Черт-черт-черт.
- Я пыталась разбить окно. Стулом. Но оно почему-то сделано очень крепким, - не своим голосом произносит Лис и, кажется, вот-вот начнет реветь. Не шевелится, словно боится пошевелиться. Продолжает разглядывать свои руки.

[NIC]Alicia Marshall[/NIC]
[SGN]https://33.media.tumblr.com/b54915e77d5ce42614f5c92db709df3d/tumblr_nur9pa9W1h1rpjxmko3_250.gif[/SGN][ava]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/38svi3n30kdm.png[/ava]

+2

10

Во что превращается осиное гнездо, если его поджечь?..
...лаборатории горят...
За стенами лаборатории, взорвавшейся и сложившейся внутри, как карточный дом, за пуленепробиваемыми стеклами, за решетками, перекрывшими все входы и выходы, за сигнализациями и системами защиты, которые отключились не просто так, которые отключены были специально, продуманно, четко. Никаких случайностей. Ничего спонтанного. Никакого неловкого движения.
...случился взрыв...
Это просто холодный расчет. Фармацевтические компании, охранные фирмы, исследовательские лаборатории. Люди, ставящие на кон жизни других людей. Люди, ни во что не ставящие нормы общественной заплесневелой морали.
Целый город умирает в агонии прямо сейчас, крупица за крупицей, но пока... пока еще никто не замечает этого.
...открыть двери...
Так что будет, если поджечь осиное гнездо?
Тебе рассказали о том, что произойдет.
...хватит спать...
Но ты не верил этому до самого конца.
В это просто невозможно поверить.
...какая глупость...
Пол вздрагивает, когда в глубине здания что-то продолжает рушиться, раскатами далекого грома доносится звук взрыва, с потолка начинает сыпаться пыль, побелка, куски выпадающего из стены бетона, поднялся дым - и медленно опал в сгустившемся воздухе. Игла шприца покинула вену. Эта дрянь, не хуже укола адреналина напрямую в сердце. Ей потребовалось всего несколько секунд.
И словно датчик сработал, спусковой механизм: хриплым от испуга, от ударившего по венам напряжения, вспышки за глазами, за лобными долями, Крейн коротко и глухо вскрикнул. Распахнул глаза, частично залитые кровью, и бестолково, ошарашенно уставился вверх на склонившееся над ним лицо молодой девушки, неловко заправившей прядь волос за ухо, чтобы не мешалась. Безумный стук пульса оглушил его на несколько секунд, звуча везде и повсюду, и единственное, на что был способен мужчина после своего резкого пробуждения, это смотреть, ничего не соображая, в глаза этой девушки, в незнакомые черты ее лица, в мягкое шевеление ее полных губ, что-то произносящих. Пытаться осознать происходящее. Произошедшее. Звуки начинают доходить до Крейна не сразу, но, стоит им возникнуть раз, как чудовищная какофония обрушивается потоком ледяной воды, бесконечно долго и громко, весь этот треск, хруст, скрежет, жар подпаленного кем-то осиного гнезда, в котором погибли практически все твари, бесполезные, отработавшие свое трутни, работники Улья.
...улей...
Крейн зажмурился на несколько секунд.
Сколько? — его мир все еще кружится, покачивается, зрение медленно перестает дробиться и неохотно приходит в норму. В конце-концов, предметы снова обретают четкие очертания, даже те, что находятся несколько дальше вытянутой руки. Он все еще лежит головой на коленях девушки, но уже пытается шевелиться - приподнимает руку в перчатке, несколько раз бьет пальцем по бронированной пластине у себя на груди, по пыльному кевлару, — Крейн, — и произносит вслух то, что может помочь ему самому быстрее начать соображать и вклиниться в то, что так пугало двух находящихся рядом женщин. Собственное имя слегка отрезвляет от странного состояния ...тридцать минут... и заставляет вспомнить, что произойдет потом: в голове, как рычаги, щелкают мысли, одна за другой, одна хуже другой, что если решетки опустились, а система тушения пожара никак не проявила себя до сих пор, значит времени осталось совсем немного, значит всех уже эвакуировали, увезли в безопасное место, а про них забыли, их просто оставили, но еще есть возможность нагнать, объяснить, запрыгнуть на веревочную лестницу вертолета... тяжело и шумно дыша, Крейн начал подниматься с пола - сначала припав на одно колено, потом, держась за стену и за руку медика, встал на ноги. Нет, она не медик. На груди, на белом халате болтается бейдж и если попробовать сфокусировать зрение, то можно заметить пометку специальных лабораторий. Должно быть, там и взорвалось? Но тогда почему она жива? А если жива, то почему осталась здесь? 
Идем, — наверное, ему стоило бы справиться о том, как чувствуют себя гражданские. Это правило только мельком всплыло в голове мужчины, краем проскользнуло, и, не найдя за что ухватиться, потерялось в ворохе других мыслей и воспоминаний. Через минуту Крейн еще пошатывался и щурился - мир был в его глазах ярких, неестественных цветов, будто кто-то выкрутил настройки яркости на мониторе зрения до самого упора - но уже мог стоять на ногах твердо, без посторонней помощи, — стулом не получится. Это система защиты от проникновения, — это - горящий улей. И защита работает не только на вход, но и на выход. Но Крейн умалчивает об этом, чтобы не накручивать ни женские, не собственные нервы, — нам нужно в подвал, — он посмотрел на Соню, внимательно, в упор, — в подвал, — повторил, делая шаг по коридору и вдруг остановился, понимая, что что-то его не пускает. Обернулся. Опустил взгляд. Одной рукой агент, сам того и не заметив, ухватился за руку девушки, стиснул ее кисть в своей ладони, то ли собираясь тащить ее за собой, то ли просто не желая отпускать. Несколько секунд он тупо смотрел на свою руку, сжимающую руку девушки, как на какую-то чужую, конечность, ему не принадлежащую. Нахмурившись, мужчина глянул в глаза девушки в новом ракурсе и, по всей видимости, стушевался бы, будь сейчас способен на такое проявление эмоций. Но жгущий вены изнутри препарат заставлял его шевелиться, двигаться, а мозг, желающий спасения, вел в нужном направлении, поэтому немая неловкая сцена не могла продлиться долго.
Потому что королева Улья не даст своему гнезду гореть слишком долго.
В подвал, — еще раз повторил агент Крейн и потянул девушку за собой.
В подвал, проход к которому на их удачу оказался завален не полностью. Для того, чтобы перебраться на ту сторону коридора, пришлось пробираться под низко упавшими перекрытиями, на четвереньках, друг за другом. Боясь, как бы не придавило чем-то сверху.
Осторожней.
Они проходили мимо разрушенных помещений. Лабораторий, смежных комнат. Все разрушено, горит, задымлено.
И трупы. Много трупов. В форме, в белых халатах, в костюмах биологической защиты. Вдоль стены пробежал белый кролик. Подопытный образец, сбежавший из развороченной клетки.
Отпереть дверь, воспользовавшись картой Сони. Спуститься по ступенькам вниз. Здесь заканчивались владения персонала - доступ имелся только к тех, кому он был предоставлен, и Крейн зашарил по своему обмундированию, боясь, что мог обронить где-то пропуск-карту и не вспомнить о ней вовремя. Судьба благоволила выжившим. Датчики двери щелкнули, она послушно отворилась, выпустив в коридор небольшое количество белого пара, и пропустила людей в освещенный яркими красными лампами коридор: Крейн задержался у входа, чтобы женщины прошли вперед, но и сам очень поспешно двинулся следом. Грохот взрывов, начавших раздаваться с устрашающей частотой, не прибавлял желания задерживаться дольше.
Не останавливайся... — на выходе произнес мужчина, негромко, так, что понять, к кому он обращался, было совершенно невозможно. Может быть, к самому себе, чтобы не рухнуть на пороге, — там еще дверь... — несмотря на то, что препарат действовал всего несколько минут, Крейн задыхался - слова давались ему тяжело, — проход к выходу, — чтобы открыть следующую дверь, одной карты было мало. Требовалось доказать свою принадлежность к "избранным". Нагнав выживших женщин, агент тяжело привалился к двери, набрал дрожащей рукой номер на панели - чертов номер, эти цифры как клеймом раскаленным в его голове отпечатались, — сейчас... — и приложил окровавленную ладонь к гладкой пластиковой панели. Ничего, — ничего, — эхом за своими мыслями повторил Крейн, стараясь не замечать, как сердце пытается уйти в пятки от страха оказаться запертым здесь навсегда. Не очень на долго - до смерти. Он потер ладонь о свои штаны, чтобы счистить кровь, потом тыльной стороной смазал кровь с панели, еще раз набрал номер, еще раз приложил руку, почти молясь. Загорелся зеленый свет. Дверь открылась.
Коридор, уходящий вперед, только спустя километр начал подниматься вверх. Им почти приходилось бежать, спешить - и стоило бы делать это еще быстрее.
Скоро... тут все заблокируется, — на бегу, небольшой трусцой, мужчина пытался разговаривать, но без особого толка, — нам нужно выйти... вентиль! — споткнувшись, он чуть не навернулся. Нелепое было бы падение на ровном месте. А впереди между тем действительно маячила дверь с огромным, как на подводных лодках, вентилем на ней. Ярко-красного цвета. Здесь вообще любили красный цвет и даже программа, которая заблокировала все остальные выходы, носила созвучное имя. Программа, которая выпустила их здесь. Крейн, даже будучи агентом корпорации, не понимал до конца, что произошло. Или не хотел понимать этого.
[NIC]Agent K. Crane[/NIC] [AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/9fj4qla46scw.png[/AVA][SGN]внешний вид: разбита голова с левой стороны, лицо залито кровью; левая рука перевязана от запястья до локтя; одежда[/SGN]

Отредактировано Jonathan Hartwell (2016-02-06 20:42:14)

+2

11

Хорошо, что домик, в котором они оказалась, был "черным входом", вдали от города. Тот ад, что сейчас начинался в городе не дал бы ни единого шанса выжить. Соня знала, что в любом случае нужно выбраться из города как можно скорее, но вдвоем у них ничего не получится. Слишком они не подготовлены для подобного, а вот с Крейном у них куда больше шансов. Когда же речь заходит о выживании, Соня всегда действует исходя из логики и вероятностей, а значит, даже не попытается выбраться самостоятельно. Уж лучше пусть Крейн выспится, оздоровится и уже полный сил поведет их к выживанию. Да-да, так и не иначе. Доктор Соня Фоецк - один из самых светлых умов корпорации, потому вряд ли ее захотят терять, а значит, есть шанс выбраться и просить помощи.
В доме тихо, только за железной дверью что-то скребется, будто кто-то шел за ними по пятам, но не успел. Соня помнит, какие страшные и странные существа были выращены в лабораториях, потому не имела никакого желания открывать двери.

- Пол часа, мало, но это все, что есть. - Руки дрожат, как и голос. Теперь, когда мужчина очнулся, навалилось то страшное и опасное в данной ситуации состояние страха и неуверенности в правильном выборе. Хорошо еще, что все подействовало. Главное, чтоб он понимал куда стоит бежать и вообще, есть ли смысл куда-то бежать.
Крейн знал, это было понятно уже с первых минут: четко повел в сторону завалов, которые к счастью удалось проползти, через удушье, страх обвала и чрезмерное сердцебиение, но все же получилось. Сложнее всего было то, что свободная была всего одна рука: если аптечку Сумела приладить через плечо, ноут засунуть в рюкзак к Алисии, но чемоданчик с вирусом и антивирусом пришлось держать в руках. Слишком уж ценная ноша, чтобы отпускать ее. Возможно, самая страшная инфекция из всех, что разрабатывалась здесь выберется наружу и тогда только этот чемоданчик спасет. Только лишь он.
В подвале Соня бывала не часто, ее лаборатории находились на минус первом уровне, а "подвал" был куда ниже, и там проводились эксперименты куда страшней: выводились такие виды существ, что лучше никогда с ними не встречаться. Помимо всего прочего, там был утилизатор и склад. Ей уж точно ни к чему было там бывать. Вот только осознание, что им придется сейчас погрузится в те помещения и блуждать там вызывали не лучшие впечатления. Женщина действительно очень боялась того места. Особенно сейчас, когда охранная система может дать сбой.
По пути к цели пришлось преодолеть ни один коридор: двигались быстро, где-то даже бегом. Дыхание отказывало, ведь легкие были полны дыма, но нужно было двигаться вперед. Закрывая рот собственной кофтой, Соня внимательно следила за племянницей, чтоб той не стало плохо, но девчушка держалась куда лучше нее самой. Везде были трупы, их было даже больше, чем можно было подумать. Все же Соня надеялась, что основная масса персонала и научных работников спаслись, но нет. Им не повезло.
Дальше были двери, специальные пропуска, и еще двери. Доктор пыталась не думать о том, что ждет впереди, какие опасности могут повстречаться на пути. Но, на их счастье, кроме трупов им не встречалось ничего. Трупы, пожар, разруха. А еще двери. Двери, двери, двери...
Очнулась Соня только когда уже бежали куда-то вверх. Неужели, к выходу? Отсчитывая шаги, отмеряя каждое движение то вдохом, то выдохом, женщина периодически посматривала на Крейна, у которого времени было на исходе. Главное - успеть выбраться. Бегом, шагом, ползком: как угодно, только бы не остаться у последней черты, так и не переступив ее.
Когда показался большой красный вентиль, можно было с облегчением вздохнуть. Да, можно было бы, если бы не дойдя шага, Крейн свалился замертво - действие препарата закончилось очень резко, и больше им не на кого было положится, кроме как на себя. Примостив мужчину у стены, Соня подошла к вентилю: - Лис, помоги мне, нужно открыть, пока эту дверь не заблокировали. Давай, мы сумеем. - Взяв с одной стороны, дав племяннице место пристроится с другой, женщина навалилась и попыталась прокрутить во всех сил. Вначале ничего не получалось, будто заклинило. Но после первой попытки была вторая, на третьей с громким противным скрежетом вентиль все же поддался. Чтобы открыть замок потребовались последние силы.

Удивительно, но внутри никого не было. Все, кто обычно охраняли запасной выход где-то пропали. Дом был пуст. Перетащив Крейна на кровать, и закрыв изнутри дверь, заблокировав ее так, чтоб никто не сумел открыть с другой стороны, Соня села на пол, прислонившись головой к двери. - Милая, может поищем чего вкусненького в доме? Кажется, нам нужно как-то расслабиться. Может, мороженным? Он будет спать часов двенадцать, не меньше. Нам, кстати, тоже не помешает отдохнуть. - Голос был уставший, но с нотками торжества. У них все же получилось избежать смерти. Сегодня - получилось.
[NIC]Sonia Fletsk[/NIC]
[STA]доктор дайте йаду[/STA]
[AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/mtsj1waoihf0.png[/AVA]
[SGN]Инвентарь: чемоданчик с вакциной, ноутбук, аптечка.[/SGN]

+1

12

Алисию не покидает ощущение нереальности происходящего. Слишком странно, слишком пугающе. Прямо как в дурацких фильмах, которые она терпеть не могла, но смотрела за компанию с Максом, который просто без ума от них был. Происходило то самое, что, по-мнению всех людей без исключения, никогда с ними не случится. С кем-то другим случалось постоянно, в разных масштабах, почти каждый день, но только не сегодня и только не с тобой. Кажется, еще пара секунд этого кошмара, и можно будет открыть глаза, резко сесть на кровати, держась за сердце, которое, судя по безумному стуку, решило вырваться из груди. Вот сейчас. Вот прямо сейчас...
Здание сотрясет, от самого первого этажа, до последнего. В очередной раз. В которых по счету? Алисия не знает, уже давно перестала считать, потому что бессмысленно. Всё вокруг рушится, осыпается, в воздухе пыль и почти ничего не видно. Девушка закрывает глаза и морщится, считает до трех, уверенная в том, что откроет глаза и обязательно проснется. Должна. Обязана. Слова тёти болезненно пульсируют в висках. Полчаса и...
Вдох. Алисия распахивает глаза, но ничего, абсолютно ничего не поменялось. Они всё еще в сотрясающемся здании, всё еще совсем одни, всё еще в захлопнувшейся ловушке. Опускаются руки, это действительно тяжело, продолжать что-то делать. Шевелиться, думать, оценивать обстановку. Каждое движение, каждое шевеление мысли - через силу. Потому что больше всего хочется лечь прямо тут, на этом грязном полу, свернуться клубочком и реветь от страха.

- Алисия, - отвечает шепотом, совсем тихо, так, что сама едва может расслышать собственный голос за грохотом и треском.
Девушка не понимает, почему им нужно именно в подвал, и это кажется ей, мягко говоря, не разумным. Находясь на поверхности, так близко к спасению, идти прямо к эпицентру взрыва, спускаться ниже и будто напрашиваться на смерть, потому что здание в конце концов обрушится и всё, что останется - развалины, да завалы. И люди между ними, смятые, поломанные, неживые. Лис растерянно смотрит на ладонь Крейна, так крепко сжимающую её собственную, но не сопротивляется. Кто она такая, чтобы решать, куда правильнее идти? Это ведь они, взрослые, тут работают. И может через подвал реально выбраться, а она просто ничего не понимает?

Они идут и Алисию это немного успокаивает. Всё же, ходьба - хоть какое-то действие, а в подобной ситуации девушка ощущала острую необходимость действовать, делать хоть что-то. Всё, что угодно, лишь бы не стоять на месте. Проходят мимо кабинетов, под ногами хрустит стекло и разбросанные бумаги, приходится переступать через балки и бетонные запчасти. Один раз, в самом начале, Алисия по неосторожности заглядывает внутрь одного из кабинетов. Взгляд натыкается на трупы в халатах, которые еще совсем недавно были белоснежными. Натыкается на оторванную женскую руку, на пальцах много колец. К горлу подкатывает тошнота, и Алисия теперь старается смотреть только себе под ноги. Ничего не может с собой поделать, ревет, но совсем тихо, чтобы не привлекать внимание. Утирает слезы, размазывая грязными руками пыль по щекам.
Крейн падает так внезапно, что сначала Алисии кажется, будто он умер. Она пугается и шарахается к стенке, однако в очередной раз не имеет возможности опустить руки. Им нужно заняться вентилем, и в голосе Сони столько напряжения, тревоги, что Алисия понимает: дело серьезное. Им действительно нужно одолеть этот вентиль.
И у них получается. Не сразу, конечно, и совсем это не легко. Девушке приходится приложить все оставшиеся силы, до боли в ладонях, всем весом тела, и только тогда противная железка подделается. Где-то внутри тихо гудит механизм, и дверь открывается.
- Ты уверена, что стоит? Вот так? - девушка указывает пальцем на заблокированную дверь и недовольно поджимает губы. Уже не плачет, но чувствует себя опустошенной и вымотанной. Подумать страшно, сколько людей погибло сегодня в том здании. - А вдруг там еще люди остались? Как мы. Им же не выбраться...

От мороженного девушка отказывается, как и от еды в целом. После такого она, наверное, целый месяц не сможет нормально есть, перед глазами будет эта оторванная рука. Прямо как сейчас. На секундочку прикрываешь глаза, и вот эти окровавленные пальцы, и кольцо с камушком на безымянном. - Надо позвонить домой. Маме с папой. Взрыв наверняка показали по новостям, они стопудово волнуются,  - она тянется за телефоном, шарится по карманам, но не ничего не находит. Расстраивается, проверяет ноутбук, но он не подключен к интернету. Тогда они вместе с Соней идут осматривать дом, который, к слову, какой-то гигантский, а еще, кажется, совершенно пустой. Алисия находит в одной из комнат компьютер, радуется и надеется, что можно будет через него выйти в интернет и написать родителям, например, на фейсбук. Но не тут-то было, компьютер оказывается запароленным, и всё, что остается: выключить бесполезный агрегат.

Кажется, им остается проверить пару комнат, когда Алисия понимает, что едва держится на ногах. Они, вроде, ничего такого не делали, но переживания здорово выматывают, и Лис даже немного завидует Крейну, который дрыхнет (?) без задних ног. Алисия вспоминает, что в комнате было кресло, большое и глубокое. Возвращается туда, и стоит ей только присесть, прижав к животу небольшую, декоративную подушку, как глаза закрываются сами собой, и девушка вырубается. Ей, на удивление, очень спокойно, ведь она в одной комнате с Крейном, рядом Соня, а значит ничего плохо случиться не может.

[NIC]Alicia Marshall[/NIC]
[SGN]https://33.media.tumblr.com/b54915e77d5ce42614f5c92db709df3d/tumblr_nur9pa9W1h1rpjxmko3_250.gif[/SGN][ava]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/38svi3n30kdm.png[/ava]

+1

13

Ох, бедная маленькая девочка, наивная и с неимоверным желанием спасать людей. И как же тебе не понять, что если мы не закроем дверь, то к нам придут совсем не люди, а скорее нелюди. Очень страшные, такие, что разорвут нас на части, даже не задумываясь. И я отчасти виновата в том, что они появились на свет. Замороженные, усыпленные, контролируемые и бесконтрольные образцы вырвутся на свет, поражая неизлечимой болезнь весь мир. В наших интересах, чтобы дверь никогда не открылась. Ни-ког-да. Но Соня не сказала ни слова, промолчала, но всем своим решительным видом показала, что дверь они закроют и чем лучше будет засов, тем спокойней ей будет.
Те, кто мог выжить уже давно выбрались, остальные же были мертвы или без шанса на спасение. Это была именно та цена, которую заплатил каждый из них за те адские эксперименты, которые они проводили, превращая людей в монстров.

У Сони был желудок куда крепче, уже давно разорванные тела не вызывали в ней никаких чувств, ведь она видела вещи куда страшней, привыкла к ним. Потому она съела не только мороженное, но и приготовленный кем-то ужин. После порылась по всей кухне, прошлась по доме в поисках кладовой. Все продукты, которые удалось найти женщина притащила в комнату, где спал Крейн. Когда он проснется, они распределят припасы, оставят все, что лишнее здесь и пойдут к городу. Авария случилась под городом, и в общем-то никак не должна была повлиять на жизнь мирного населения, но если случилась хоть одна утечка, если хоть один вирус вырвался на свободу, то это означало лишь одно - в городе творится безумие.
Другое дело, что только в городе можно найти средства уехать отсюда, перебраться в другую лабораторию и предотвратить апокалипсис... или уже невозможно? Соня очень боялась думать об этом, потому как ощущала свою вину в происходящем. Если не полную, то частично так точно.
Алисия уснула, ей нужен был отдых, как и Соне, но женщина долго не могла уснуть. Все ходила, искала хоть какое-то средство связи, прислушивалась. У них было больше двенадцати часов до того, как Крейн придет в себя и ученая просто не могла потратить это время исключительно на сон. Потому открыв ноутбук, начала искать записи с камер, чтобы понять из-за чего все случилось и был ли вообще сигнал, что нужно убегать.
Оказалось, что был, но выбраться успели далеко не все, потому как Красная Королева сразу начала закрывать здание. Убить меньшее количество, закрыв здание, но не выпустить заразу - хорошее решение, логичное. Вот только вдруг кто-то из выбравшихся все же был инфицирован? А, вдруг, они тоже уже обречены на смерть?
Не сумев связаться с базой, не найдя подтверждения из-за какой лаборатории произошло аварийное купирование лабораторий, Соня поняла, что ей тоже пора отдохнуть, иначе она попросту свихнется, так и не добравшись до истины. Перетащив из другой комнаты матрас и пару пледов, доктор укрыла одним из них племянницу, во второй завернулась сама и растянулась на матрасе, предварительно закрыв входную дверь, приставив к ней стул так, чтоб заблокировать отпирающую ручку. К сожалению, у них не было шанса на ошибку. Она должны проснуться, если вдруг что-то произойдет. Просто обязаны.
[NIC]Sonia Fletsk[/NIC]
[STA]доктор дайте йаду[/STA]
[AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/mtsj1waoihf0.png[/AVA]
[SGN]Инвентарь: чемоданчик с вакциной, ноутбук, аптечка.[/SGN]

+1

14

Без малейшего внимания к чудовищным событиям, что могли развернуться на руинах новых городов, без трепета к волнениям затаившей дыхание власти, без умения размышлять над закономерностями человеческих ошибок, стелющийся в клубах плавящегося, пузырящегося, почерневшего от жара и копоти пластика огонь потрескивал острыми искрами, вспыхивающими одна за одной в алом аварийном освещении разворошенного Улья, и пожирал на своем пути все, что было брошено в тех стенах - оставшись на первом этаже подольше, закрыв глаза и прислушавшись, можно было различить скрежет потолочных перекрытий, упавших друг на друга, а принюхавшись - различить постепенно становящийся горьким и неприятным запах сгорающих тел ученых, уборщиков, охранников. Взорвалась и лопнула стеклянная колба на столе лаборатории. Стремительно испаряясь, затекла под клавиатуру рабочего компьютера нестабильная сыворотка, впиталась в бумаги, обогнула с наклоном брошенные кем-то очки, пока не исчезла в яркой огненной вспышке, уничтожившей еще один отсек погибающего подземного комплекса. Лишенная сожаления, Красная Королева приняла самое верное решение из всех, что могло образоваться системой подбора программы, занимающейся обеспечением безопасности проводящей опыты и выводящей образцы био-органического оружия компании; возможно, обладай прогрессивный компьютерный разум умением отслеживать человеческий фактор и контролировать непредсказуемые импульсы, возникающие в мозгах сотрудников лабораторий и исследовательских под-центров, все решилось бы совершенно иными путями. Последствия, тускло поблескивающие в подбирающемся все ближе пламени на осколках стеклянного корпуса, могли быть предотвращены еще до того, как рука в непроницаемой перчатке совершила необратимое действие. Но какой бы совершенной не была Королева, даже ей не по силам оказалось оставить на краю стола всего одну колбу со штаммом, способным уничтожить весь мир всего за несколько недель вопреки всем попыткам мировых государств остановить распространение инфекции.
Задвинутые в дальний угол прикроватный тумбы, новенькие - словно вчера были куплены неожиданно исчезнувшими из дому хозяевами особняка - электронные часы «моргнули», подсказав наступление полуночи, и, словно услышав работу спрятанных в пластиковый корпус микросхем, мужчина на кровати зашевелился. Лицо лежавшего практически без движения на протяжении нескольких часов агента постепенно начало оживать, позволяя проступать в мимике тяжелым, как свинец на груди, переживаниям полу-наркотического сна, вызванного действиями ядреного препарата. Часам пришлось показать почти двадцать минут первого ночи, чтобы дождаться какого-то действия. Когда сон полностью отступил, оставив после себя только неприятное чувство усталости, Крэйн открыл глаза и осмотрелся, не поворачивая головы. Погруженная в сумрак комната освещалась только уличным фонарем, которого было достаточно, чтобы различать силуэты, но не замечать практически никаких деталей. Свернувшись в кресле спит, подложив обе руки под голову, девочка (Алисия, - услужливо подбрасывает память имя, выхваченной в шуме взрывов, пожаров и оползнями осыпающихся стен Улья), плед очевидно ручной вязки слегка съехал с плеч. Когда в голове еще шумит кровь, а перед глазами неохотно рассеивается туман, мозг старается ухватить любую деталь, даже если она не пригодится ему в дальнейшем. То, насколько у девушки напряженное, обеспокоенное лицо, Крэйн замечает не сразу. А ведь едва ли ее сны на проверку могли бы оказаться более спокойными, чем те, что достались с трудом пришедшему в чувство агенту. На полу, как стало видно приподнявшемуся мужчине, так же беспокойно спала устроившаяся на тонком матрасе женщина. Лицо до половины закрыто еще одним пледом, но Крэйну уже не нужно напрягаться, чтобы вспомнить выбитое не бейдже имя. Оно было и на пластиковой плашке в уничтоженной лаборатории. Оно дублировалось в списках особо важных лиц. Имя Сони с маленьким черно-белым портретом можно было встретить в пластиковой темно-синей папке на столе владельца корпорации среди точно таких же папок с точно таким же содержимым. Еще лежа на постели Крэйн проверил присутствие оружия, с некоторым удивлением обнаружив все на своих местах. Не помня, как добрался до этой комнаты и уж тем более до этой кровати, на которую каким-то образом взгромоздился вместе не просто в обуви, а со всей амуницией в целом, он предположил, что не обошлось без помощи тех, кого он вызвался вытащить. Спустив ноги с кровати, Крэйн переждал несколько секунд, пока утихнет головокружение, затем поднялся придерживая у пояса кобуру пистолета.
Это место было хорошо ему знакомо, но всякий раз, как доводилось бывать в стенах особняка, Крэйн старался не задерживаться надолго, предпочитая уходить в самые короткие сроки. Живущие здесь люди только с виду казались хорошей семьей, любящими супругами, каждую третью среду месяца меняющими шторы в гостиной на первом этаже, хотя на самом деле оба были сотрудниками корпорации, ответственными за внешнюю безопасность и, в частности, за сохранение особняка, как запасного выхода из комплекса. Выхода, о котором знали далеко не все. Отделанные деревом стены, роскошные светильники, обивка мягкой мебели, к которой, как к музейному экспонату, нет ни малейшего желания прикасаться.
Несколько шагов по комнате помогли агенту окончательно придти в себя. За это время он успел дойти до окна и выглянуть наружу, на спокойный, тихий палисадник с червлеными деревьями, напоминающими выкованные из чугуна скульптуры. Даже если что-то уже началось, даже если город уже начали сотрясать ужасающие убийства, то здесь все по-прежнему было тихо и только в сердце поселилось болезненное волнение. Глубоко внизу Красная Королева методично уничтожает все, чем занималась корпорация, старательно подчищая следы экспериментов, которые даже самый вшивый политик назвал бы преступными. Угроза человечеству. Отступив от окна, Крэйн прошел мимо кресла, стараясь ступать как можно тише, и, взявшись за спинку подпирающего дверь стула, осторожно убрал его в сторону. Беспокоить спящих ему не хотелось хотя бы по той причине, что он не мог сориентироваться во времени и не знал, как давно обе женщины уснули. Может быть, всего каких-то минут десять назад. Выйдя из комнаты, он так же тихо притворил за своей спиной дверь, и поднял руку к закрепленной на перевязи рации, без особой надежды услышать активный сигнал, скорее просто для того, чтобы успокоить собственные нервы. Пройдясь по этажу, он заглянул на кухню, методично нажимая кнопку вызова, пошарил по выдвижным ящикам в поисках чего-нибудь полезного. Рация молчала. Молчала, хотя Крэйн прекрасно знал, что кроме Улья есть другие рабочие комплексы, что есть командные центры, есть штаб специальных сотрудников... подхватив с раковины тряпку, мужчина смочил ее под краном и отер лицо. Потом еще раз и еще, пока не избавился от кровавой корки. Плевать на рацию. Им в любом случае нужно уходить. Что, если великолепный компьютер, допустивший одну оплошность, допустит вторую? Что, если сейчас из лаборатории может вырваться не только сам вирус, но и что-то пострашнее? Что-то, о чем он и сам не знает? Забросив тряпку на плечо, Крэйн заглянул обратно в комнату. Если убираться, то тоже всем вместе и, ведомый этой мыслью, он присел рядом с матрасом на корточки, тронул рукой женщину за плечи, слегка ее потормошив:
Доктор Флецк, нам нужно уходить отсюда, — а ведь если бы не она, едва ли они спаслись. У агента не хватило бы сил дойти до выхода, у доктора не хватило бы знаний о расположении заветной двери, а девчонка... подняв голову, мужчина глянул в сторону кресла. Девочка не имела никаких шансов спастись из-под атаки Королевы своими силами.
Тихий шорох, побеспокоивший кусты, росшие густой порослью за домом, не привлек ничье внимание, даже не пробравшись внутрь дома; не вызвала бы волнения и собака, старая, плешивая, что вышла под свет фонаря, подволакивая заднюю лапу, если бы ей не пришло в голову вдруг сесть на дорожке из белого камня и громко надрывно завыть. Всполошившись, Крэйн метнулся к окну на полусогнутых ногах, уже не беспокоясь о том, как бы не перебудить всех. Собака словно почувствовала на себе его взгляд. Кудлатая голова медленно повернулась в сторону дома, приподнялась, мутным взглядом мазнув по окнам с той стороны, и вдруг исказилась. Обезображенные губы обнажили все в красной пене зубы.
Подъем! — уже во весь голос гаркнул агент, перехватывая с перевязи пистолет и начиная спешно открывать окно, но к тому моменту, как он сумел распахнуть створку и прицелиться в псину, та уже скрылась обратно в кустах, — черт побери... — ему не верилось, что собаку сбил и намотал на колесо грузовик. Под фонарем была отлично видна опаленная шерсть и вонзившиеся в бока осколки, — нам нужно убираться отсюда!
[NIC]Agent K. Crane[/NIC] [AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/9fj4qla46scw.png[/AVA][SGN]внешний вид: левая рука перевязана от запястья до локтя; одежда[/SGN]

+1

15

Алисия не помнила, как заснула. Едва тело нашло положение, хотя бы отдаленно подходящее для сна, оно им воспользовалось, и девушка провалилась в сон. Могла бы биться об заклад, что после такого дня будет видеть во сне исключительно кошмары, разодранных людей, кровь и копоть, обвалившиеся стены. Что даже здесь, далеко от всего приключившегося кошмара, в безопасности, будет ощущать вибрацию здания, что обрушивается под ногами. Однако нет, снов Алисия не видела совсем. Провалилась в тяжелый, вязкий, липкий сон, и даже когда настало время проснуться, еле от него освободилась. Это было больше похоже на пробуждение из комы. Несколько секунд абсолютного непонимания обрушились на девушку в самом начале: где она? какое время суток? подъем? куда? зачем? кто она, в конце концов, и что происходит? Алисия не знала, что так вообще бывает, что, проснувшись, можно чувствовать себя такой потерянной и разбитой. С трудом открыть глаза и почувствовать боль в позвоночнике, тяжесть и покалывание в левой ноге, которую она, очевидно, отсидела. Кресло - не самое удобное место для сна, но сегодня об этом думать будет уже некогда.
- Что... что случилось? - Крейн выглядел очевидно обеспокоенным, может быть даже испуганным. Алисия видела это, потому что он стоял у окна, и уличный фонарь хоть и придавал лицу болезненно-бледный вид, но освещал его превосходно. Лица Сони девушка не видела, но женщина начала шевелиться и вот-вот собиралась встать. Алисия не знала, была ли тетя обеспокоена происходящим тоже.

Девушка протянула руку в бок, нащупала кнопку светильника на тумбочке, включила свет, и взгляд её зацепился за консервные банки у стены. Их же не было, когда она садилась в это кресло, да? Лис была не уверена, но вряд ли кто-то хранит консервы в спальной комнате. В таком случае, кто-то их сюда принес? Но зачем? Для того, чтобы поесть, хватило бы одной, ну максимум двух банок, здесь же запас был приготовлен такой, словно они собираются в поход. Что, по понятным причинам, Алисии было не понятно. Им всего лишь и нужно, что поймать попутку, доехать до города, и на всё про всё уйдет полчаса, ну максимум час. Зачем же столько еды?

Приложив усилия, девушка поднялась с кресла. Потянулась, при этом услышав, как захрустели косточки. Всё еще болела спина, однако Лис подошла к окну, выглянула и... ничего. Только кусты шевелятся так, словно в них есть кто-то живой. Или правда есть? На какой-то миг девушке показалось, как между веток блеснули глаза.
- Почему нам нужно убираться отсюда? Разве нельзя подождать до утра? Я спать хочу, да и машину мы сейчас не поймаем... - несколько растерянно произносит девушка, переводя взгляд с одного взрослого, на другого. Похоже, она была единственный человеком в этой комнате, кто не ощущал опасность и не понимал, что в действительности происходит. Но откуда..?

[NIC]Alicia Marshall[/NIC]
[SGN]https://33.media.tumblr.com/b54915e77d5ce42614f5c92db709df3d/tumblr_nur9pa9W1h1rpjxmko3_250.gif[/SGN][ava]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/38svi3n30kdm.png[/ava]

+2

16

Сказать, что Соня отлично выспалась, значило бы соврать. Да и сколько она спала? Часа четыре-пять или того меньше? Первое, что она увидела, проснувшись от шума чужого голоса, были часы, а на них - полночь. Но зачем Крейн их разбудил? Они ведь, действительно, могли отдохнуть здесь какое-то время. Сюда должны были послать хоть кого-то, чтобы забрать отсюда людей. Или же они опоздали и всех уже давно увезли, оставив их сами по себе?
Верить хотелось в лучшее, но очень сложно это сделать, когда слышишь обеспокоенный голос человека, который понимал во всем этом куда больше тебя. Да, пусть Соня и была семь пядей во лбу, но это все оставалось в лаборатории, жизнь же научила ее тому, что мир - безопасное место. Теперь же, из-за чьей-то ошибки это может измениться. Навсегда.
Когда же за окном что-то промелькнуло, Соня не обратила внимание, но прониклась той же тревогой, что и Крейн. Работа в организации научила ее всегда доверять тем, кто обязан тебя защищать. Да, именно так - доверять и обязан. Все строится только на том, чтобы каждый выполнял свою работу, иначе ничего не получится. Сейчас у них были обязательства выбраться отсюда и если произошла трагическая ошибка, то спаси человечество. Вакцина была разработана, но вот проверить на людях еще не было возможности. Животные поддавались лечению хорошо, была лишь одна проблема - вакцина была не панацеей, а лишь сдерживающим средством. Зараженному приходилось постоянно вкалывать препарат, чтобы избежать заражения организма полностью. Но Соня уже давно билась над тем, чтобы сделать универсальное лекарство и, если отбросить лишнюю скромность, ее наработки далеко продвинулись. Еще пол года - год и корпорация бы получила лекарство. Вот только досадные ошибки порой случаются раньше времени. И это - худшее, что могло бы случится для всего мира. К счастью, база данных хранилась всегда при ней - во флешке, которая носилась словно нательный крест. Это было слишком важно,  чтобы случайно потерять. Так же было несколько копий, но почти все они утрачены из-за взрыва.

- Ал, если Крейн говорит, что надо, значит надо. Поверь мне - просто так он бы не вытаскивал нас из дома, который имеет довольно-таки хорошую защиту. - Соня не была проинформирована о том, какие здесь стоят охранные устройства, но была уверена, что этот с виду обычный домик имеет двойное дно и может с легкостью превратится в крепость. - Куда мы пойдем? В город? Мне нужно попасть в лабораторию компании, у меня важный разработки, если худшие опасения подтвердятся, то от этого будет зависеть выживание человечества. - Пусть как бы это не звучало, но доктор была права, и раз уж Крейн остался здесь, с ними, то он тоже это понимал. - Нужно посмотреть, может в гараже есть какой-то транспорт. Далеко на своих двоих мы даже если и уйдем, то главный враг - время. Нужно спешить. А еще на всякий случай - взять еды и воды на несколько дней. - Иногда казалось, что женщина всегда ждала чего-то такого. Будто бы всегда знала, что шутки с природой не закончатся ничем хорошим и рано или поздно, но наступит такой вот час, когда придется бороться за свою жизнь, чтоб помочь выжить и другим. Соня никогда не была воином, но она готова была рискнуть и попробовать.
[NIC]Sonia Fletsk[/NIC]
[STA]доктор дайте йаду[/STA]
[AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/mtsj1waoihf0.png[/AVA]
[SGN]Инвентарь: чемоданчик с вакциной, ноутбук, аптечка.[/SGN]

0

17

Страх рождает уважение.
Специальный агент Крэйн знает, что сейчас страх - это еще и две движущие силы. Два направления. Две власти. Ему нужно придать им одинаковый и верный вектор. Сейчас они в бункере. Бункер - это гигантская металлическая коробка, украшенная в соответствиями с излюбленным архитектурным стилем людей - агентов - которые здесь жили практически на постоянной основе, и создающая ощущение безопасности вместе со всеми этими решетками, высокими подоконниками, тяжелыми, дубовыми дверями и железными запорными механизмами.
«Эй, - шепчут они из внимательных красных маяков сигнализации, с панелей внутренних и наружных видеокамер, транслирующих происходящее снаружи на экраны в полуподвальной комнате охраны, где сейчас пусто и только гул системы напоминает о том, что охранник находился на своем месте до последнего момента, до того, как не смог держать голову прямо, и сейчас может быть несколько широких мониторов залито его кровью, слюной, мозговой жижей, выбитой из черепа, перемешенной вместе с выдранными из панелей кнопками управления, - эй, - шепчут эти стены из каждой вентиляционной сетки, которую не снять без специального инструмента, - эй, - шепчут из оружейной комнаты, закрытой на биометрический замок, шепчут из кухонной кладовки, до которой не добраться, если не знать места нахождения потайного рычажка, - эй, - доносится из генераторов, насосов, подстанций, обеспечивающих особняку тепло, свет и воду, - эй, - в звенящей тишине кажется громче крика в мегафон, - ты за толстыми стенами из бетона и металла, тебя охраняют тонны практически неразрушимого материала, тебя защищают экранированные от радиационного излучения панели, ты защищен, как не был никогда еще в своей жизни». Но это только лишь мнимое ощущение покоя. Стоя возле подоконника и проверяя заряд в прихваченном оружии, Крэйн прекрасно знает, что в этом доме уже настолько же опасно, как и там, снаружи. То, что они смогли поспать и, главное. проснуться, это уже большое чудо. Не стоило и дальше испытывать свою удачу. То, что за окном он видел собаку, а внутри особняка не встретил ни одного сотрудника внешнего контроля, просто не могло не натолкнуть на вполне определенные мысли, селящие беспокойство в остовы даже его крепких нервов.
Разработки? — мельком переспросил Крэйн, но в ту же секунду зло сощурил глаза, — ваши разработки!.. — и опомнился, начав было говорить на повышенных тонах, только взглянув на перепуганную девушку, сразу же сбавив обороты - если сейчас они доведут ее до панической атаки или истерии, то дело останется в мертвой точке. Слишком мертвой, — ...избежать бы с ними встречи.
...каково это - быть проинструктированным и постоянно жить с мыслью о том, что делать, если мир выйдет на порог Апокалипсиса? Это напоминает игру в войну, когда ты, ребенком, еще не веришь в то, что где-то точно такие же люди, правда немного старше, умирают по-настоящему от настоящих пуль и взрывов - невозможно поверить в конец света даже за пять минут до его наступления, но, видно, и даже в самом пекле трудно к этому придти. Трудно признаться самому себе, что если что-то - что-то еще - пойдет не так, то о спокойной жизни можно забыть. Или о жизни в целом. Он несколько секунд смотрит в глаза женщине, которая работала на корпорацию, сначала создавшую смертельно опасный вирус, а после начавшую экстренно производить вакцину против него. Изобретать. Искать лазейки в практически идеальном коде, позволяющем клеткам живых организмом мутировать, стремительно меняться и получать новые возможности, недоступные в процессе естественной эволюции живой природы.
Страх рождает противодействие.
Пока он увидел всего одного добермана. Цербера. Но видеть остальных ему не хотелось вовсе.
С другой стороны, еще страшнее - потерять псину из виду.
У нас нет времени собирать еду и воду, берем все, что есть здесь, — снова раздался командирский тон Крэйна, по всей видимости настроенного крайне серьезно: по всему его напряженному виду было очевидно, что ни заходить на кухню, ни копаться в каких-то вещах в соседних комнатах, он давать женщинам не собирается и сам заниматься подобным не станет, — нам нужно добраться до «Белой королевы», — взводя курок на пистолете, Крэйн выглянул в коридор, не полностью приоткрыв дверь. Тихо. Он нахмурился. Множество ученых по всему миру разрабатывали независимые штаммы вируса и то, что произошло, было пускай чудовищный, но от того не менее ожидаемым событием, — мы спускаемся в гараж, берем машину и едем на место, — обернувшись через плечо, агент перевел взгляд с доктора на девчушку. Ей было хуже всех. Если взрослые понимали, в чем их вина, и могли еще нести за свои поступки ответственность, то для нее, по сути совсем еще ребенка, все происходящее было не правильным. Страшным. И совершенно бесчестным, — не отходите друг от друга. И обе от меня, — он сделал небольшую паузу, нахмурился, — я должен доставить вас обеих живыми и целыми. Идем. Быстро, быстро.
Быстро.
В конце коридора раздались странные, неуместные щелкающие звуки, будто бы кто-то там, в полумраке, чиркал старой зажигалкой со стершимся кремнем и та все никак не могла выдать искру. Судя по тому, как шевельнулись губы Крэйна, он выругался.
Спустя несколько секунд к звукам добавился хрип.
Агент жестами показал выходить из комнаты и идти по коридору назад, за его спиной, а сам прицелился в сторону звуков.
Хрип приближался, но щелкающие звуки стихли. Вместо них в погруженным в темноту и тишину доме раздались неуверенные, шаркающие шаги - секунда, вторая, и в коридоре показалась мужская фигура, одетая в голубоватую форму охранника, болезненно похожую на ту, что принадлежала когда-то сидевшему за пультом управления человеку. Фигура, шатаясь, сделала несколько шагов вперед, и свет выхватил из тени изуродованное лицо с белесыми, запавшими глазами, вываленным изо рта опухшим языком, подрагивающими в судороге губами.
Бегом, — тихо скомандовал Крэйн, сам делая шаг назад, — бегом! — добавил он чуть громче, держа голову охранника на мушке. Он не торопился стрелять, осознавая, что на звук сбегутся остальные - а то, в доме еще как минимум двое таких... результатов эксперимента, было для агента уже очевидным, и вскоре станет очевидным для Сони. Он бы, может быть, не стал бы стрелять вовсе, однако охранник, сделав еще пару неуверенных шагов, вдруг бросился вперед.
Пуля с мерзким звуком взорвала изуродованную голову, отбросив то, что уже было трудно назвать человеком, назад, в коридор.
Резко развернувшись на каблуках, агент бросился вслед за женщинами.
[NIC]Agent K. Crane[/NIC] [AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/9fj4qla46scw.png[/AVA][SGN]внешний вид: левая рука перевязана от запястья до локтя; одежда[/SGN]

+1

18

Хорошо, что Соня принесла еду заранее, теперь можно было не бегать по особняку, а взять пару бутылок с водой и немного уже готовой еды. Пару-тройку дней на этом можно прожить, а потом... если все будет хорошо, очень скоро им не придется думать о том, как выжить и где взять еды и воды: их всем обеспечит компания. А пока что стоило слушаться во всем Крэйна. Он - билет на свободу из зоны заражения.
Откуда было известно, что заражение случилось? Хотя бы из-за собаки, которая выглядела как-то совершенно не нормально, чем наводила на мысли о неминуемом. Хорошо еще, что племянница держалась молодцом. Кажется, ей нереально повезло оказаться здесь в момент взрыва. В городе совсем скоро начнется безумие и вряд ли она бы успела уехать в одиночку.
- Да, хорошо. - Кивнула Соня, на ходу собирая необходимые вещи. Самым главным был, конечно же, ноут и его женщина взяла в первую очередь, во вторую - кейс с препаратами. Еду и воду закинули в рюкзак Алисии. Вот так налегке и отправились к выходу. Особняк был слишком большим для двух людей, которые здесь жили по легенде. На деле их было трое, не так уж и много, но они были первоклассными специалистами, вот только дом почему-то решил ликвидировать всех. Наверное, даже хорошо, что людей было так мало, иначе маленькой команде выжившей в улье сейчас бы не повезло. Они наткнулись бы не на трех жертв экспериментов, а на армию, с которой бы уж точно не совладали.

Существ, подобных тем, которых Соня изучала в самых секретных лабораториях на нижних уровнях улья, здесь встретить не ожидала и каким же было удивление, когда на них шел оживший мертвец. Как вообще могло произойти то, что произошло? Как вирус мог просочится через столько барьеров защиты и выползти наружу? Если Алисия не поняла, кто перед ней и была спокойна, то доктор Флецк впала самый настоящий кататонический ступор, она то уж знала этих тварей. Они на раз и ни два снились в самых жутких кошмарах. Хотелось спрятаться, исчезнуть, провалиться сквозь землю обратно в подземелье улья, только бы подальше отсюда. Хорошо, что рядом был Крэйн, хотя бы он не потерял способность адекватно оценивать ситуацию и вовремя гаркнул на замешкавшихся женщин.
После того, как мужчина прикрикнул на них, Соня будто бы очнулась и шепнула, подтолкнув племянницу вперед: - давай, нам нужно спешить, здесь становится небезопасно. - И они как по команде - побежали. Вперед, без оглядки и лишне суеты: племянница еще не понимая, что ее ожидает и что вообще творится и врач, которая знала о будущем многое и потому очень боялась его.
Бегом залетев в гараж, женщина открыла двери джипа, решив, что он куда надежней легковой машины. - Сюда, - пропуская на заднее сиденье Алис, сама села на переднее, рядом с водителем. Хотя, Крэйн может посчитать, что лучше управлять машиной ей, а он будет сидеть и по надобности - отстреливаться. В общем-то, женщина была сейчас готова на все, лишь бы спастись... шум, который, казалось, сотрясал весь дом заставил сердце замереть. Он был похож на звук садящегося вертолета, но возможно ли такое? Неужели их решили спасти?
[NIC]Sonia Fletsk[/NIC]
[STA]доктор дайте йаду[/STA]
[AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/mtsj1waoihf0.png[/AVA]
[SGN]Инвентарь: чемоданчик с вакциной, ноутбук, аптечка.[/SGN]

+1

19

Бесполезно пытаться что-то изменить.
Если мир катится в непроглядную и лишенную возможности вернуться Бездну, которую люди, его населяющие, всего за несколько лет вырыли своими собственными руками, костьми, целыми скелетами ложась по неровным скошенным стенам в камнях и кровяных ссохшихся буграх, сдирающимися, кровоточащими до мертвенной синевы ногтями загребая паром исходящую землю, зубами и чревами потребляющими песок и белую глину, к которой приложили столько старания, здоровья, жизней своих ли, чужих, то никому не под силу будет остановить это самоубийственное движение вниз, кривое карусельное вращение по чудовищному пути безысходной, направленной внутрь самих себя ярости, желания уничтожить, разложить на куски, на месиво, на кровь и слизь, на белый шум, после которого не останется уже ничего в этом мире.
Бесполезно пытаться докричаться до тех, кто желает себе гибели.
Мучительной. Долгой. Страшной.
В облаках прокаженных ворон, питающихся на пустошах мертвой гниющей плотью, насквозь пропитанной поставившим конец всем цивилизациям планеты вирусом, болезненных, драных, хищных, озлобленных на жизнь почти так же сильно, как были озлоблены люди, взявшие к себе во владение концентрированную смерть в витой пробирке.
В кровавых едких язвах, вывернутых наружу сизых влажных внутренностях, вываленных опухших языках, которым никогда не произнести по этому мире ни одного упокойного слова. Может быть потому, что вера всегда была самообманом. Может быть потому, что боги никогда не смотрели на этот мир. Может быть потому, что...
Ввалившись в двери гаража, агент Крейн плечом неловко влетел в какую-то пластиковую полку, заставив ее пошатнуться, но все-таки устоять и даже сохранить на себе какие-то банки, канистры, мелкий рабочий хлам, редко способный действительно пригодиться владельцам любого дома, - но, в особенности, этого. Живущие здесь специалисты едва ли испытывали регулярную потребность в трехлитровой пластиковой канистре ацетона, за которую проходящий мимо агент ухватился взглядом. Или что кому-то из них могла бы пригодиться розового оттенка краска, огромная банка которой прикорнула под стеллажом на полу.
Сколькими вещами окружил себя человек, создающий этот мир?
Сколько из них могли помочь человеку, попытавшемуся пойти против потока?
На него посмотрят, как на ненормального, размахивающего громкоговорителем и картонной табличкой: «Близится конец света! Покайтесь! Близится кончина ваша, грешники!» и не станут воспринимать всерьез, и не заметят, проходя стороной, мимо, в гущу жизни, действительно подходящей к концу, к истории, которая рано или поздно, но должна была произойти. Всего лишь очередной виток. Гибель великих цивилизаций всегда была предрешена событиями этой реальности.
Цивилизация решила уничтожить сама себя?..
Крейн тоже услышал этот звук. Не спасение, отсрочка - то самое время, отведенное для молитвы, если ты верующий и носишь на груди спасительный крест или, может быть, остроконечную звезду, или вовсе перевернутые символы погибшей сотни лет назад религии, тот самый воздушный мешок, за время которого можно успеть попрощаться с родными и дорогими людьми, лелея затаенную надежду встретится где-то там, in the other side. Звук лопастей вертолета. Такой же бесхитростный и честный, как стук собственного сердца в прижатой перевязью руке.
Несколько секунд агент стоял без движения, в то время как женщины не теряли времени: отозвался сигнализацией огромный джип, принадлежавший тем, кто остался копошиться в оболочках мертвых тел там, в особняке, пребывающая в ледяном шоке Алиссия села на заднее сиденье, вцепившись в него по обе стороны от своих ног с силой, от которой побелели костяшки пальцев, а доктор... доктор, когда-то решившая взять на себя судьбу всего мира вместе с десятком других таких же независимых специалистов, но так неловко выпустившая ее из рук из-за человеческого фактора, устроилась на пассажирском сидении. Все готово к отправлению. Но Крейн обошел машину стороной, обогнул молчаливый капот и в полутьме нашарил ручку откидной двери гаража. Рванул вверх, открывая ее, но вовсе не за тем, чтобы сесть за руль и выгнать джип на заботливо подметенную жильцами дома выездную дорожку. Нет.
Глоток воздуха перед бесконечно глубоким погружением?
Ускорив шаг, он вышел на открытое пространство, держа пистолет со взведенным курком - нападение полудохлой собаки было бы последним, чего он хотел в сложившейся ситуации - глянул вверх. Вертолет.
Проклятый вертолет проклятой организации.
Он вскинул к плечу фонарь и подал несколько сигналов в воздух. Раз-раз-два.
Соня! — уже в приближающемся шуме лопастей и мощного двигателя крикнул он, не оборачиваясь в сторону отрытого гаража, — немедленно! Ко мне! — и под конец ему пришлось практически перекрикивать нарастающий гул. Вертолет с характерным символом на гладком боку начал опускаться на расчищенную специально для этого площадку, замаскированную под мобильный теннисный корт сотрудниками корпорации.
   
Стоит ли спасать мир, который так настойчиво желает быть уничтоженным?
Сидя у окна вертолета, летящего над притихшими городами, Крейн нервозно пристукивал пальцами по своей скуле и вдруг обернулся, словно почувствовав на себе чей-то взгляд.
Стоит ли пытаться самому спастись, если все уже предрешено?
Ничего. Только оперативный сотрудник корпорации сидит в полной броне и держит между коленей автомат. Только тихо дремлет, сидя рядом, уставшая женщина, прижимающая к себе практически калачиком свернувшуюся девушку, цепко держащую на своих коленях рюкзачок и тоже, несомненно, спящую - ее ресницы подрагивали да челюсти сжимались от дурного сна.
Все теперь - один сплошной дурной сон.
Крейн снова отвернулся к окну, баюкая на колене пистолет.[NIC]Agent K. Crane[/NIC] [AVA]http://5.firepic.org/5/images/2015-09/25/9fj4qla46scw.png[/AVA][SGN]внешний вид: левая рука перевязана от запястья до локтя; одежда[/SGN]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » until we walking