Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Inside the modern Colosseum


Inside the modern Colosseum

Сообщений 81 страница 100 из 132

81

*Криста*

Сонни, гордясь мной, своей женой, перед новой знакомой поцеловал меня в висок. Я состроила рожицу, наподобие той, когда бабушка теребит внука за щечки - ну бааа, хватит.
– Не волнуйтесь, Сонни, мне просто нужна помощь вашей жены. Украду её у вас ненадолго, если вы не возражаете.
- Идем, идем. Я помогу, чем смогу - усмехнулась я, составляя компанию Кристе в походе до туалета. Да, девочки всегда ходят парами в уборную. Там можно посплетничать, спросить не смотрится ли в этом платье зад жирным, не просвечивает ли блузка. Только я всех этих девичьих разговоров была лишена. И, по правде сказать, не сильно переживала. В женский туалет дверь была закрыта. Я раздраженно пнула ее, подергала активно ручку, и зашла вслед за смелой Кристой в мужской. Славно, что помещение было пустое, не хотелось никого смущать.
- Всё нормально? Просто мне показалось, что что-то не так. Это конечно не моё собачье дело, и если я перегнула палку, то заранее извини
- Все гуд - киваю - Я выиграла порядка трех штук, разве с этого можно пребывать в унынии? - улыбаюсь. Да, неуравновешенный тип немного попортил настроения, но будь я на его месте, то рвала и метала куда яростней. Так что водитель в белом костюме оправдан.
- Чёрт, кольцо теперь не снять. Не поможешь? - вижу, как пыхтит над своей рукой брюнетка, и подскакиваю к ней, когда она наконец попросила о помощи.
- Да погоди ты, с пальцем оторвешь. Давай намылим - я киваю на висящую на стене коробочку в жидким мылом. - Оно что-то значит для тебя? - спрашивает человек, который не носит просто так побрякушки, только знаковые, такие как обручальное кольцо или золотые часы, подаренные любимым человеком.
Когда удалось разлучить Кристу с кольцом дверь туалета открылась и на пороге застрял мужчина. Но, поколебавшись, и окончательно растерявшись после вопроса девушки, он ушел. Я зашлась смехом вместе с брюнеткой.
- Ничего, за угол сходит
- Ладно, пойдём отсюда, пока очередные гости не нагрянули
- Да, да, идем - и мы покинули помещение с табличкой писающего мальчика на двери.
На ринге шел третий бой, от ставки на который я воздержалась. Вернее сказать, за разговорами и разборками, просто не успела сделать ставку. Я взглянула на дерущихся и стала размышлять о том, на чью бы победу я поставила.
- Слушай, а что…тут дерутся насмерть?
- А? О!? Ооо! - увидев кровь на теле одного из бойцов пыталась справиться с удивлением. Это был не страх, нет. Какой страх у той, кто закапывает трупы в лесу и поджигает тело жены своего брата? Просто я действительно не ожидала, что в Бараккуде разрешено на бой проносить оружие. Или это вне плана?
- Насмерть не должны - уверенно заявляю, это ведь потом проблем не оберешься. Кстати, третьему победителю боев эти самые неприятности гарантированы? Или все замнется. - Боишься крови? - на всякий случай спрашиваю, а потом вспоминаю что эта девушка сама первая пролила кровь в неофициальном бою подле барной стойки - Хотя, что за глупый вопрос, да? - хихикнула я.
- Я сумочку забыла у бара - если Сантино был еще там, то должен присмотреть. А если уже сменил локацию, то надеюсь воришек здесь нет.
Но подойдя к месту нашего обитания, сумочки мы не увидели.
- Погоди, сейчас найдем - я подозвала бармена и обратилась к нему - Кто-нибудь подходил сюда? Мы тут сумочку забыли, а теперь ее нет
- Может администратор забрал - пожал плечами бармен - Он в кабинете - и мужчина указал на дверь в другом конце зала.
- Пойдем спрашивать. Скажи свой номер телефона, я попробую дозвониться. - достаю мобильный, при этом не сбиваясь с назначенного курса. Гудки идут.
- Никто не берет - поворачиваюсь и сообщаю Кристе. - Эм, нам туда? - мы остановились возле двери, ведущей в подвал и, заслышав шум, я повернула ручку. Мы начали спускаться по ступенькам к тусклому свету, который виднелся внизу. Это не похоже на кабинет администратора...
- А ты сюда одна пришла? - девушка, что пришла на бои без правил само по себе звучит странно, а если еще и без сопровождения. - Любишь адреналин? - хмыкнула я.

+7

82

Daniel Rossi

В темноте квартиры, и позже следующим вечером, сложно было осознать по-настоящему насколько сильно изменился Мартин. Да, это было заметно, и понятно уже тогда, и всё же...
Не его характер, повадки или привычки... насколько сильно он изменился внешне. Сейчас же, когда мужчина стоял в центре ринга, освещённый светом своеобразных софитов... Эшлин показалось, что сердце её пропустило удар, если не все два. В клинике он запомнился ей совершенно другим.
Девушка закусила губу и на короткое мгновение отвернулась, чтобы сделать последний глоток гадкого виски, чтобы пропустить самое начало боя. И вместе с началом боя оживились все эти холёные леди и почтенные джентельмены, чья кровь была уже разогрета не только светскими беседами, возможно украденными в полутьме поцелуями, но и алкоголем, и предыдущими боями, которых сама Эшлин не застала, а потом казалась сама себе чересчур равнодушной для собравшихся.

Майлз улыбнулась бармену и отошла от стойки, подходя ближе к рингу и внимательно следя за боем, когда каждый из бойцов точно знал что ему делать, куда бить и как избегать атак – наверное, её это восхищало, где-то в глубине ещё юной души. Эш выудила из сумочки пачку сигарет и чиркнула зажигалкой, с удовольствием делая две затяжки подряд. И когда она так сильно пристрастилась к сигаретам?
На ринге Мартин пропустил удар в бровь, и Эш снова прикусила губу, на этот раз от волнения и беспокойства за друга. Не самая серьёзная травма, конечно, но ведь и приятного в этом наверняка было мало.
Мысленно она конечно поддерживала Юля, но чем сильнее затягивался бой, тем меньше интереса оставалось в самой девушке, и тем сильнее хотелось рассмотреть окружающих, обступивших ринг плотным кольцом, а ведь ещё каких-то несколько минут назад многие из них чинно сидели за столиками или и вовсе стояли в стороне.
Возгласы негодования и одобрения для Эшлин смешались в единое целое, и она больше не различала ничего в этом гомоне голосов, кажется даже своих мыслей ей не было слышно, а потому она вряд ли бы могла с точностью сказать, когда именно в голову пришла идея разжиться довольно лёгкими деньгами – все были слишком увлечены боем, чтобы следить за кошельками, или обращать внимания на девицу, напоминавшую своим внешним видом, скорее случайно оказавшуюся не в том месте проститутку, нежели девушку из «высшего общества», пусть уже несколько лет Эш таковой и не была.

Эшлин окинула собравшихся быстрым взглядом, прикидывая кто мог бы стать лёгкой жертвой... к своему сожалению Эш не была профессиональной карманницей, она даже не была любителем или начинающим, она просто была девчонкой, внезапно оказавшейся в незнакомом месте, в чужом городе, и без какой-либо поддержки. К тому же чем быстрее она достанет деньги, тем быстрее от неё избавится Мартин. Не это ли он дал понять в утро её приезда?
Майлз сделала глубокий вдох, приближаясь к мужчине, не так давно появившемся в зале. Наверное, загляни Эш в его глаза, желание тащить кошелек расвотрилось бы в сигаретном дыме, которым пропах клуб... но она не видела его глаз, и даже не допускала мысли о том, что это может быть не просто очередной богатый мудак.
Она уже готова была протянуть руку к карману, где, возможно, находилось портмоне, или кошелек, как на ринге что-то произошло...
Совершенно не вовремя и не кстати, и взорвавшийся самым настоящим рёвом зал заставил девушку вздрогнуть, оступиться и едва ли не неловко уткнуться в спину мужчины, цепляясь пальцами за его же карман.
«Вот чёрт...» только и пронеслось в голове у Эш, поспешно пробормотавшей извинения, в надежде исчезнуть из чужого поля зрения как можно скорее.

+4

83

- А вот с таких, - поджала губы и резко дернулась на спинку диванчика, дыша дымом сигареты Лив и все время одергивая свое желание выхватить одну сигарету и затянуться да не париться по поводу того, правильно она поступает иль неправильно. В том случае это уже не будет иметь никакого значения.
Как и не имело особого значения то, что Рикардс, то ли подхватив всю эту атмосферу клуба, то ли по причине своей порой крайней несдержанности в эмоциях, сорвалась на виляющую там и сям бедрами официантку. Впрочем, если Ливия после игры со стрессоустойчивостью Нэнси выглядела куда бодрее, то Рикардс, наоборот, изо всех сил старалась встряхнуться и скинуть с себя какое-то непонятное напряжение.  –  Да она!.. – сжимая шланг от кальяна в руках, выпалила блондинка и тут же прикусила язык. – На самом деле, она стала гнуть пальцы веером из-за пустяка. Со стрессоустойчивостью у нее явные проблемы, - ответила уже спокойнее, все так же хмуро осматривая обмотанную руку Фрэнка. В ложе стало по-прежнему многолюдно, но лично Рикардс оттого и неуютно, что в этой компании она была не в своей тарелке, пятым колесом в телеге – можно по-разному это обозначить, но суть остается одна. И дело было даже не в переменившемся настроении мужчин, в суть которого Бернадетт, при всем своем живущем долго и мирно любопытстве, совершенно не желала вникать, хоть и в каком-то смысле оно ее волновало. Из-за Альтиери, по большей части.
- Убежала куда-то, - произнесла, пожав плечами и посмотрев в ту сторону, куда упорхнула девушка; к слову, блондинка и не надеялась сегодня еще раз встретиться с Ирэн в стенах этого клуба, вряд ли это произойдет по чистой случайности, если, конечно, та не вернется в ложу вновь. – Нормально,- посмотрев на Майкла, ответила, в то же время неопределенно поведя руками в воздухе. – И ты извини за рубашку, - немного неуверенно высказала следом, не сумев найти за ту короткую паузу между фразами каких-либо других слов.
Бой Мартина и итальянца, имя которого потонуло в гуле голосов зрителей, да так и осталось женщине неизвестным, в какой-то момент полностью приковал ее внимание; они многим отличались от тех, кто выходил до них сегодня ранее, и в основном это подбивало интерес к проходящим действам на ринге. – Не факт, Лив, не факт, - той не нужно было особо много стараний для того, чтобы подбить Бернадетт на спор. Это дело она любила еще в школьные времена, когда подруги вечно находили поводы для выставления друг друга правыми или неправыми, причем каждая всегда в полной мере была уверена в своей правоте и своих силах. – Ты чего это? – она не сразу сообразила, что произошло, пока следом за Ливией не перевела взгляд на ринг и не увидела сочащуюся у итальянца кровь и Мартина, для бой которых уже был завершен. – Нихера себе, - слова с неприкрытым удивлением слетели с языка. – А этот Мартин не так-то прост. Как ему нож, интересно, удалось с собой пронести? - еще какое-то время понаблюдав за суетой около ринга и на нем, Берн развернулась обратно к Ливии, вздернув бровь, легонько пихнула подругу в бок. – Ну, так что там делает проспорившая?
Рикардс после прямого предложения Фрэнка в какой-то степени была даже рада выйти из ложи, когда ничего кроме раскуривания уже горчащего кальяна да пустых перекидываний репликами и попыток развить тот или иной разговор ей не оставалось.
- Прикинь такого дома завести, – уже стоя возле клетки с оцелотом и с интересом рассматривая важно расхаживающего из угла в угол кошака, произнесла Бернадетт. Пошла ж сейчас мода на животных в городе, которых можно приручить к жизни в домашних условиях, но которые, все же, крайне нуждаются в жизни на воле.
- Может, пойдем еще выпьем? – и пока они направлялись в сторону барной стойки, женщина почувствовала, как она успела устать за те часы маленьких происшествий, хождения по протоптанной дороге от ложи до бара и даже той выходки с глуповатой Нэнси. За вечер ей так и не удалось толком расслабиться, да и сейчас она не надеялась на что-то подобное.
И правильно, в принципе, сделала. Создавалось впечатление, что людей в клубе с каждым часом становилось все больше и больше, сквозь гул голосов блондинка едва ли слышала Ливию, стоящую совсем рядом, и не услышала с первого раза обращающегося к ним мужика, видимо, подошедшего через какое-то время после подруг.
- Блять, ну началось, - как в старые добрые времена, когда рано или поздно около них благодаря тогда еще Манчини оказывался представитель противоположного пола, начиная свои ухаживания с угощения выпивкой и чаще всего оставаясь ни с чем.
- А я на тебя уже давно смотрю. Закажи что-нибудь, я угощаю, - мужчина был весьма внушительных размеров, очень внушительных, стоит заметить; стоя с полным стаканом янтарного алкоголе в руке и периодически почесывая поседевшую в некоторых местах бороду, явно немало выпивший, он времени зря не терял, бросая весьма стандартные в данной ситуации фразы. И его взгляд бегал по изгибам тела Андреоли и порой переходил на Берн, до которой тот, к счастью для нее, не мог дотянуться; а вот Ливия, к счастью для него на этот раз, оказалась рядом, и его ладонь тут же легла той на спину, медленно спускаясь вниз.
- Ой-ой, - ответная реакция итальянки говорила сама за себя, так что Рикардс, подскакивая с места, тут же взяла Лив под руку и потянула за собой. – Пошли-ка, мне срочно надо в уборную, - и она повела ее туда, где, как ей казалось, он и находился, подальше от сального и полностью пропахшего спиртом бородатого колобка, рядом с которым и стоять было невозможно, что уж говорить о большем.
- Боже, с каким акцентом он говорил? - оперлась плечом о стену около запертой с той сторону двери уборной, перед этим несколько раз повертев неподдавшуюся ручку. - Тебе сегодня везет на мужиков, блин, - со смехом произнесла и покосилась в другую сторону коридора, где невозможно было не заметить фигуру этого самого пьянчуги, умудрившегося стойко дойти от стойки до другого конца зала.

Отредактировано Bernadette Rickards (2015-10-20 16:43:54)

+7

84

- Тебе кто-то в кофе утром нассал? Расслабься, - нахмурился, все же поднимая вперед руки в примирительном жесте,  не отводя взгляда от разозленного консильери, - ты знаешь, что я не это имел в виду, - я знал Майка достаточно, чтобы причинным местом чувствовать, когда неуместные замечания_шуточки с моей стороны могут заставить его достигнуть точки кипения. Терпением он не славился, - чему доказательством была его реакция на все тот же чертов сок, пролитый на его драгоценную рубашку, - а я никогда нарочно и не пытался его испытывать. Тяжелая у него работа и все дела, но мне, как человеку далекому от проявления сочувствия, на это было как-то класть. Теперь нервишки подлечить мне и самому не помешало бы.

Ответы на заданный мною вопрос по поводу бритоголовых заправлял «Арены» я прослушал. Выдергивал пару фраз из ведущегося диалога больше для общей информации. Как я понял, устраивать разборки в клубе боссы не собираются – что ж, дело хозяйское. Тем более, если информация, предоставленная Ники, точная, то особенно напрягаться не стоило. Двадцатка неотесанных «арийцев» с пошлой фантазией – хуйня. Даже руки марать особенно не придется, если договориться не получиться. Меня после таких раскладов больше интересовало, с какого такого хуя кучка легионеров возомнила себя способными с нами конкурировать? В смысле, они действительно не понимают с кем имеют дело или за всей этой напускной «несерьезностью» прячется что-то (или кто-то) поглобальнее? Хуй его знает, в общем.
Отвлекаясь на собственные мысли, с небольшим опозданием перевел взгляд на Гвидо, спрашивающего про одного из бойцов. Черт, да я и окончания последнего боя увидеть не успел, как тут же начался другой. И, как оказалось, с участием нашего общего друга, - Да, Марти. Я не знал, что он сегодня махаться собирается.
Обернувшись назад, удобнее устраиваюсь на диване, наблюдая за представившемся представлением. Мартин Юль, парень, которого Майки «рекомендовал» для распространения наркоты на улицах и среди более высокого полета птиц. Второго, итальянца Пеллигрини, я не знал. Меня больше интересовал внезапно для меня сделавшийся бойцом Марти. Серьезно блять? Или я от наркоты такой медленный стал? – Ну и нахрена оно ему надо? Он же и так неплохие бабки поднимает.  – Перевожу взгляд на Майки. Как организатор всего действа, он наверняка был в курсе участия Юля в боях,  -  На случай если его сегодня покалечат – больничный ему что ли выписывать блять?
Махнув рукой на происходящее на ринге, возвращаюсь к разговорам, - Если наш подстреленный решиться – я хочу это видеть, - Отправляю в пепельницу очередной окурок, ободряюще похлопав Фредо по плечу свободной рукой. Уж не знаю насколько успешными окажутся уговоры Ливии, но если наш общий друг решиться, то пропускать такое зрелище я точно не стану.
А пока мне нужно прочистить голову.
- Дайте знать, когда понадоблюсь, - Обращаюсь к Гвидо, Фрэнку и Майки, поднимаясь с места. Сквозь разъяренную толпу пробираюсь ближе к выходу,  недовольно морщась каждый раз, когда кто-то не очень трезвый случайно задевает меня. В последнее время ненавидел столпотворения еще сильнее обычного.

Ashlynn Miles

Оглушительные крики_вои зала заставляют меня ненадолго остановиться прямо напротив арены, на которой все еще велся бой с участием нашего друга. Мартин, воспользовавшись наступлением того второго парня, пырнул его ножом. Кажется, это был нож, я не рассмотрел. Пеллигрини, прижимая ладони к окровавленному боку, удалялся с арены, а сам бой был приостановлен. Или выигран?
Мне-то побоку – я сегодня ставок не делаю. Чисто из любопытства потом узнаю присудили Юлю победу или нет.
Отвлекаюсь от ринга, когда кто-то врезается всем своим телом мне в спину. Разворачиваюсь, недовольным взглядом обвожу виновницу моего раздражения, неуклюже споткнувшуюся рядом со мной, - Какого ?... Только и успеваю сказать, прежде чем замечаю, тонкие пальцы девчонки расположившиеся в моем кармане. Она бормочет какие-то извинения, собираясь по-быстрому исчезнуть в толпе, но я вовремя успеваю схватить ее за запястье, возвращая на место, - ты ахуенно безбашенная девка, ты знаешь? Пойдем-ка со мной, - подталкиваю девчонку в сторону выхода, одновременно пытаясь понять: меня злит или восхищает ее идиотизм. В смысле, если она сюда заявилась, значит должна знать, у кого  красть не стоит. Вот еще воришек-дилетантов мне для полного счастья не хватало. Я закипал стремительно, раздражался каждой секунде того времени, которое я  потратил_потрачу еще на эту девицу. Последний раз, меня ограбить пытались еще тогда, в Нью-Йорке, когда попытка черножопых удалась (пусть и ненадолго). Сейчас же я был оскорблен вдвойне: неопытностью карманницы и самим фактом того, что она пыталась меня обчистить здесь, в «Барракуде». 
- Ты какого хрена тут творишь? – Прижимаю к стенке неловкую девчонку, совершенно не делая скидку на ее юный возраст и хрупкий внешний вид. Решения, последствия… рано или поздно пора учиться нести ответственность. Я, конечно, не лучший педагог, но кое-чему научить смогу.

Отредактировано Daniel Rossi (2015-10-20 18:05:42)

+9

85

Перечень вопросов, слетавших с языка итальянца, заставил Касту ощутить подобие нерешительности; на первый взгляд, неважно, из-за чего они оказались здесь, и почему пришлось прятать ростовщика в холодильной камере, а вот на второй - проблема, в ходе которой так или иначе необходимо объяснить Марти причину. Какая ему выгода? Ей уж точно ничем не обязан. Язык не поворачивался рассказать, для чего нужны были деньги в свое время. Он, скорее всего, вряд ли всерьез осудит, но Ирэн посчитала это лишним.
- Ничего не надо делать. - Глубоко вздохнув, кубинка проводила взглядом повара, нарушившего приватную обстановку. Еще десять минут чистого риска и сюда сбегутся все, кому не лень. Разговоры быстро пройдутся по клубу, а Каста на пару с Манцони схлопочет от родственников. - Ну нужны они были мне! - шикнула она, как только они вновь остались одни. - Какая тебе к черту разница? Это было давно. И да, не отстанет. Именно поэтому я приняла здравое решение запереть его там, - махнула рукой. - Пусть посидит, подумает. - Наворачивая круги по кухне, брюнетка начинала грузиться, а это дело она ой как не любила. Отголоски прошлого настигали весьма не вовремя. Сколько времени прошло, а она продолжала пожинать плоды своего тогдашнего образа жизни. - Пять тысяч. - И пускай это будет последнее, что она ему доверит.
Каста резко повернула голову, услышав крик персонала, а через пару мгновений явился и сам представитель. Глянув на Марти, недоверчиво нахмурилась, слабо представляя, как мужчина собрался самостоятельно разруливать ситуацию. Добьет Малво, что ли? В принципе, очень на руку Ирэн, но опять же: не удастся скрыть подобное. Уж насколько она независима по натуре, но против того, чтобы бывший любовник пострадал из-за нее. Тем не менее, прямо сейчас, совесть не перевесила желание смыться по-быстрому. Коснувшись двумя пальцами виска и изобразив незамысловатый жест, кубинка широко улыбнулась итальянцу, прежде чем покинуть помещение. Признаться, надеялась, что он порешает Джеки к чертям собачьим, и тогда больше не придется оглядываться по сторонам.

В зале происходило нечто невообразимое: многие орали, чему-то возмущались, а девушка все не могла сфокусировать взгляд на ринге, так как впереди маячили повстававшие с мест фигуры. Отпихнув с пути какого-то дрища, убедилась, что бой Мартина с неким Константино еще идет. Точнее, не совсем идет - одного окружил персонал, другой, сгорбившись, стоял ближе к краю. Некоему Пеллигрини значительно досталось: об этом говорила рана в боку, которую прямо сейчас бурно обсуждали гости справа от Касты. Кубинка скрестила руки на груди, ухмыльнувшись. А что вы хотели, думала она, бой без правил подразумевает полное отсутствие правил. Вопрос в другом: как Мартин пронес острый предмет в клуб? Его противник, кстати, неплохо держался, твердо покидая ринг и двигаясь, по-видимому, в сторону раздевалок. Воспользовавшись моментом, добежала до спускающегося дилера, которого пока не окружили эмоциональные и пьяные болельщики.
- Тебе хоть досталось от него? Я все пропустила, - разочарованно протянула Каста, обратив внимание на его руку в крови. - Какой задницей ты думал в этот момент? - Шутки шутками, а от того, что он там припрятал, ему лучше бы избавиться. Зря, что ли, на входе проверяют досконально всех и вся? - Ой, да все с ним в порядке, - фыркнула кубинка на появление доктора. Но того интересовала рассеченная бровь Юля, поэтому она отступила, прикусив губу.

Отредактировано Irene Casta (2015-10-20 23:35:25)

+5

86

Я опоздал. "Всегда являйся на назначенные встречи вовремя". Но этому есть объяснения. Я просто не хотел оказаться в свете прожекторов. "А теперь, судьи и зрители, посмотрите, вот он, тот, кто победил непобедимого Кресто и сорвал с него пояс чемпиона"! Я не собирался учавствовать в драках. тогда я пришёл сюда, мне были нужны деньги, много денег, я устал ночевать под мостом, поскольку не хватало денег даже на ночлежку, а питался я, помимо зарплаты, ещё и тем, что удавалось сныкать с кухни этой самой "Барракуды". Два боя, две победы, и реально охапка денег в моих руках. Я больше не вернулся под мост, я отсыпался на чистом белье на съёмной квартирке. Вы можете оценить, что это - спать на чистом белье? Пока вы не поспите на картонной подстилке внутри картонных коробок, вы это не оцените. И мой второй шаг. меня представили клану Торелли, где я вновь выделился. Перестрелка и мой выход за столом. Я был представлен как человек, который может принести пользу. Это круто. Я выдержал нечто вроде вступительной церемонии в это закрытое сообщество, и сейчас я просто наблюдаю за ходом поединков.
  Мне предложили выйти на арену. И я ответил: "у меня есть деньги. Значит, арена мне не нужна". Я просто кивнул охранникам, узнавшим меня. По крайней мере тому, кто выжил в этой перестрелке. Меня можно назвать своим, хотя и моё участие в этом бизнесе весьма поверхностное. Со- участие. Это правильнее. Появление иногда при встречах, как некий козырь в рукаве. Мне хватает на жизнь. Я не жалуюсь. Я рассматриваю зрителей. Одна дамочка, я уж не знаю, кто она, чья это жена. Этакая даже не корова. Слонятина, учитывая толщину её ног. Интересно, она стрижёт своими мелкими сальными зенками одного из парней потому что надеется, что её трахнут? Кто знает, может, она тут хочет снять себе некоего спортивного мальчика. Я слышал о продажной любви краем уха. За деньги, говорят, тут можно всё. Любой каприз за ваши деньги. Ха ха...
  Я уже не тот наивняк, который жил под мостом, и считал, что всё это ни к чему. Чёрные брюки и рубашка, за которые выложена неплохая сумма, стильные туфли, очки, поднятые на уровень лба, золотая цепочка... на меня смотрят совершенно иначе. Я поймал взгляд девушки в мини. Ноги открыты, как и живот, слипшиеся от жары в клубе длинные чёрные волосы липнут к плечикам и шее. Вздумай я прицениться к её телу, она бы торговалась недолго. Совсем недавно такие, как она, сказали бы мне просто "отвали отсюда". А сейчас зазывной взгляд, она, похоже, мысленно уже насела на мой ствол...
- 'Coz every girl crazy 'bout a sharp dressed man.. - напеваю я ей. (Потому что каждая девушка без ума от стильно одетого парня. (с) ZZ TOP). Напеваю громко. Она почему то отошла в сторону. Пусть катится. Мне вообще понравился старый блюз. А я продолжаю рассматривать арену. Интересно, я много упустил? Разумеется, все уже нашли себе компанию, и неизвестно, я обречён тут проторчать в гордом одиночестве или всё же удастся с кем то пересечься и поговорить?
  - Ты только посмотри. Это он уделал Кресто...
  Этого только не хватало. Если сейчас тут обо мне пойдёт слава "грозы арены", я не знаю, что тогда делать. Нахрен мне ваша арена, забирайте ваш ёбаный пояс, я его и не брал, мне просто нужны были деньги. Сейчас я не собираюсь устраивать махлу в замкнутом помещении с очередным амбалом в плавках и по пидарски ярких сапожонках. К счастью, моему счастью, эта бабёнка, у которой есть явно только одна извилина, и та промеж ног, слишком пьяна. И всё же я отхожу чуть в сторону, когда она, расплывшись в улыбке (неверно сказало - в улыбище), проносится мимо меня с растопыренными, как грабли, руками. Падает в чьи то объятия и повисает на ком то.
  Я теперь по ту сторону арены. Зритель. И продолжаю стоять в тёмной части зала, молча наблюдая за событиями в "Барракуде".

+5

87

Все-таки по голове он хорошо получил, но понял это только тогда, когда спускался с ринга, ощутив легкое головокружение. Хотя это, скорее всего, только начало, и все последствия начнутся чуть позже. Если, конечно, в ближайшее время не принять какие-то меры по этому поводу. Итальянец ушел с ринга раньше, ко всеобщему удивлению отказавшись от помощи медика, Юлю же пришлось дождаться итогов, после чего он и покинул ринг. Кто-то хлопал его по плечам, кто-то все еще недовольно матерился. Парень из персонала пихнул ему его кофту, и дилер сразу накинул ее на плечи, на ходу застегивая молнию. Случайно уловил взглядом приближающуюся Ирэн и притормозил, дожидаясь, когда она приблизится. Теперь они уже вместе шли в сторону раздевалки.

- Блять, ну, как видишь, досталось, - Мартин хмыкнул и посмотрел на девчонку, которая явно была чем-то недовольна. Да и вообще, судя по ее словам, она была занята чем-то более важным, чем наблюдение за боем. На ее следующий вопрос Юль тихо рассмеялся, хотя, мгновение спустя улыбка исчезла, когда рядом оказался местный медик. – Все нормально, - тот что-то запричитал о том, что нужно хотя бы нормально обработать и Мартин согласно кивнул. – Ладно. Давай хоть до раздевалки дойдем?

Мартин приобнял девчонку за шею, повернувшись и чуток наклоняясь, явно собираясь ей что-то сказать, но в этот момент случайно заметив Дэнни, который куда-то тащил Эш. Причем, выражение лица капореджиме с большой натяжкой можно было назвать доброжелательным.
- Слышь, - он оторвал взгляд от итальянца и посмотрел на доктора. – Слышь, подожди в раздевалке, окей? Я приду сейчас. Две минуты, чувак.

Юль остановился, на время забыв о том, что собирался что-то сказать Касте и наблюдая эту сцену, а потом выпустил девчонку и уверенно направился через толпу, расталкивая людей, к парочке, которая явно собиралась уединиться. Ну, ведь явно не для того, чтобы пообжиматься, Эш выглядела испуганной. Он, вроде как, не обязан был изображать няньку, но ведь именно он ее сюда позвал, так что будет лучше, если ее голова останется там же, где и была – на плечах. Потому что за короткое время знакомства с Росси, дилер уже успел понять, что он тот еще больной ублюдок и иногда вообще не видит границ. Вряд ли виной тому был кокс, кстати.

- Эй, Дэнни! Дэнни! – Юль широко улыбнулся, привлекая к себе внимание. – Какие люди, твою же мать. Ты тут занят, а? - Мартин остановился рядом и недовольно покосился на Майлз, но лишь на секунду, а потом снова взглянул на итальянца. - О, а вы уже знакомы? Это Эшлин.
Что могла учудить Эш, что разозлила Росси, Мартин пока мог только гадать. Может, на ногу ему случайно наступила? Лично он больше не видел причин этой ситуации.
- Смотри-ка, кто меня поймал, - блять, ну, если Ирэн была племянницей Ринальди, то они обязаны были быть знакомы. Хотя… Кстати. Мартин снова с интересом посмотрел на Касту. – Ты же знаком с сестрой Альберто, да?

+8

88

внешний вид
Gaetano Serra,
Сегодня Райден прочла новое слово "дуализм". И ей казалось, что оно полностью отражает её состояние. Мерзопакостная опустошенность и нежелание двигаться вперед, как обычно стояло на первом месте; второе же занимал кокаин, который она сегодня впервые попробовала с клиентом. Всего одна небольшая дорожка, но этого было более чем достаточно для бесов в ее буйной голове. Они проснулись от долгого сна и снова принялись за светские беседы. Кто-то смеялся, кто-то кричал. Некоторые прости сидели где-то по углам, и пытались не будить лихо. Вествуд научилась находить с ними общий язык. Дело даже не кармабазепине. Она подпитывала их своими ужасными поступками, некоторого рода "достижениями" в самом извращенном смысле этого слова. И они будто бы сами боялись.

Кожаный диван. Кожаные кресла. Кожаные стулья. Его офис напоминал картинку из "бизнес-журнала". В принципе, она редко обращала внимание на обстановку. Работа проститутки заключалась в том, чтобы быть довольной всегда. Клиенты редко любят брать с собой унылых девочек, привыкших исключительно к шелковым простыням и уютным гостиничным номерам. Нельзя сказать, что Райден open for everything and always. Чаще, ей хотелось проделать с ними процедуру из сериала "Декстер": разрезать на части и фасовать по пакетам. Но цель оправдывала средства, и девушка хотела верить, что осталось совсем недолго. Хотя, какая к черту разница - тебя уже и так оттрахали во все щели "сильные мира Сакраменто".
Сегодня у нее было запланировано рандеву с владельцем какого-то отеля. Как ни странно это звучит, но он записался заранее, выбрав Вествуд среди сотни девушек в портфолио. Её представили, как сумасшедшую двадцатилетнюю нимфоманку. Двадцатилетнюю? Да. Ёбнутую на голову целиком и полностью? Скорее. Нимфоманку? Отнюдь. Напротив, Райден относилась к сексу поверхностно. Извращенцы из "Парадиз" убили в ней всякую любовь к половому акту. Теперь, в графе с ориентацией, она с удовольствием написала бы "асексуальна". Оставим имя клиентом за кадром. Но в принципе, он не был мерзким ублюдком. А это уже плюс.
- Ты когда-нибудь пробовала кокс, мышка? - мужчина присел рядом, его рука аккуратно легла на колено. Вествуд вздрогнула. Чёррррт. Эти жесты. Когда каждый пытается проникнуть к тебе в душу; добиться доверия. Блядская ненависть подступала к горлу, и она представляла - как бы было замечательно вспороть ему брюхо тупым лезвием. Фальшивые старания показаться неплохим парнем. Да, Вествуд сыта вами под завязку.
- Нет, никогда, - смущенно бросает она, поправляя непослушную прядь волос. Он аккуратно высыпает дорожку на стеклянный стол и предлагает ей трубочку. Дальше, я думаю, не стоит углубляться.


Time for party. Райден чувствовала себя отлично. За исключением легкого помутнения рассудка, да и ноги не особо слушались. К слову, у клиента попросту не встал. Он развалился на кровати и что-то бормотал под песни "Rolling stones". А Вествуд предпочла уйти восвояси, в конце концов, ее заказали всего на час, а продлевать отказались. От своих "псевдоподружек" она узнала о происходящем в "Коллизее". Она уже была тут как-то, в качестве эскорта. Шоу ей понравилось. Смотреть на насилие - всегда в радость. Тем более, повтор не за горами. Она напоминала себе заряженное ружье. Хотелось подбежать к кому-то - ударить, накричать, сделать хоть что-то. Но вместо этого, Вествуд просто прячет руки в карманы своей толстовки и находит... хм, простого парня в костюме. Где-то она его уже видела.
Точно.
- Леонардо ди Каприо? В Сакраменто? Если я не возьму у тебя автограф, мои подружки убьют меня, - качает головой, смеется и произносит абсолютно рандомные фразы. Хотелось доебаться. Вопрос: насколько реалистично у нее это вышло? - Скажите, а в следующем году вы получите оскар? Я так распереживалась на вручении этого года! - после чего она достает свой телефон, и самое страшное could happen, - Мы должны сделать селфи!

Отредактировано Ryden Westwood (2015-10-23 16:13:00)

+2

89

- Если бы мне кто-то нассал в кофе, то... Но ладно, забей. - махнув рукой, Ринальди не стал завершать суровой фразы о грозящих такому оскорбителю мочеиспусканиях на его же могилку. Какой смысл был сейчас сердиться на Дэниеля? В этот раз, что удивительно, он лично не был инициатором косяков. А просто исполнял приказы Альтиери. Тем более, они уже все перешли к теме, пусть менее важной, но более актуальной - переговорам с неонацистам из непонятной организации. Стараясь быть всегда в курсе всех изменений в мире криминала, в этот раз консильери, однако, не мог похвастаться информированностью. Впрочем, всевозможных шаек такого толка  в последнее время развелось как собак нерезаных - и чаще всего это были какие-нибудь подростки с плохими оценками и прическами-могавками на макушках.  Иногда, однако, эти подростки вырастали - и превращались в махину вроде Арийского братства. - Спейси? Помню, читал в газетах про некоего Спейси, из-под Мерседа именно. Сколотил там из пацанов с ферм  какой-то "Союз христиан в защиту американского флага". Баклажанов гонял.  Каким образом местечковый клу-клукс-клановец  превратился в итоге в главу тюремного подразделения мутноватого легиона - непонятно. А, впрочем, не бином Ньютона  - слияния и поглощения столь же естественны для преступного сообщества, как и для легального бизнеса.  Разговор о новых хозяевах "Арены" пришлось, однако, прекратить - ибо они приблизились к столику, где сидели Берн с  Ливией.
- Ну, ну, надо будет персонал твоей гостиницы тоже проверить на стрессоустойчивость. Или там у тебя штатный психолог работает? - хмыкнул  мобстер, услышав рассуждения Ливии о поссорившейся с ней официантке. Несколько удивленно посмотрел на Берн. Наезжать на обслугу вроде как было не в ее стиле. - Да что у вас произошло? Нэнси туповата, но жалоб на нее не было. От сей бытовой темы его отвлекли Гвидо с Росси - заведшие (на беду, прямо при Берн) разговор о работе вышедшего на ринг Мартина Юля на них с Дэнни. Пришлось выкручиваться. - Да, он с нами. Сделав глоток виски из граненого стакана, пояснил - специально для Рикардс. - Вон тот боец в нашей строительной фирме работает.  Менеджером по продажам. А дерется тут для удовольствия просто. Последнее было одновременно ответом на вопрос Росси - зачем поднимающий столько бабла человек вздумал мутузиться за деньги. -  Участвует в боях он на свой страх и риск - так что пусть трудится потом! Или отрабатывает после выздоровления. Это опять было адресовано капитану западной стороны. Потом Майк глянул на Ливию, заинтересовавшуюся противником татуированного пушера. - В "Барракуде" вроде тоже есть пара людей, которые давненько в таких соревнованиях участвуют.  Кинул в пепельницу почти нетронутую сигарету, покосился на Берни. Зря погорячился тогда -  она ведь в самом деле облила его совершенно случайно. Не хватало еще выглядеть перед писательницей жлобом, впадающим в бешенство из-за какой-то рубашки. - Да ерунда эта. Это ты меня извини, просто врасплох меня застала. Тут проходивший на ринге поединок перешел в переломную фазу -  наркоторговец нанес Пеллегрини резкий удар, брызнула юшка - и к поединщикам, галдя и ругаясь, ринулись арбитры. - Правильно или не правильно - все рефери решат. И в самом деле - между судьями разгорелся горячий спор. Слышались крики. - Нечестно...!  - Нет такого запрета!  - С собой не проносил!  Видимо, защитники Юля упирали на то, что нож (или что там было?) ему передали из публики. В итоге его объявили победителем -   но добавили что-то вроде того, что могут назначить во втором туре колошматиться с кем-то дополнительно. Советник точно не расслышал - он заметил, что к их столу направляется Спайк, сопровождаемый менеджером конкурирующего заведения, Джамбером,  и загадочной личностью, ранее не светившейся. Личность была  ростом чуть ли не в два метра, c окладистой бородищей,  широченными плечами и ставшим уже стереотипным у нациков лысым черепом. Облачена она была в черную футболку с черепом и костями. - Мясом его кормят. Вон, Беппо может дать. - в самом деле, при грядущей дискуссии лучше Бернадетт не присутствовать  - пусть попотчует оцелота. Однако с чего бы эти треклятые поборники расовой чистоты решили именно сейчас поговорить? Когда  бывшая звезда экрана и решившая ее сопровождать Лив удалилась, арийская троица  без особых церемоний, заняла места на ВИП-диванчике.  Подняв на итальянцев холодные рыбьи глаза,  старший среди них начал. - Я Спайк Саймонс, это Мик Джамбер и Пит Дафф. Я так понял, вы о чем -то хотите побазарить с нами, кроме турнира?  Тем временем, конферансье уже объявлял новую пару - последнюю в этом раунде. - От "Барракуды" -  Каванга Тарзан! Иракский ветеран и мастер кулачных разборок! Непомерных размеров черномазый, будто весь составленных из бугристых мускулов, в набедренной повязке из пальмовых листьев и с ручищами как у гориллы, неспешно перелез через  канаты. На его  толстенной шее красовалось ожерелье из чего-то, напоминавшего клыки хищника - а широкие ноздри были проткнуты экзотического вида костяным кольцом. - От "Арены" -  Масака-Самурай! Каратист  со стажем! Коренастый японец в белом кимоно, быстрый как леопард, вышел вперед.  Не обладая столь мощными мышцами, как африканец, восточный человек был зато упругим и в то же время гибким - как металлическая пружина. Каждое его движение словно дышало возможностью в следующую минуту превратиться в смертоносный прием.

Krista Åberg, Agata Tarantino

Коммерс в этот раз им попался  непонятливый. С множественными порезами и синяками на  покрытом двухдневной щетиной лицом, он отказывался исполнить справедливые требования Ала. Каждый раз, когда ребята сдирали с его потерявшего большинство зубов рта окровавленный пластырь, он начинал орать и звать на помощь. Вместо того, чтобы просто сказать заветные слова - "я заплачу". - Ну что с таким мудаком делать? -   Ларри Скруппа, по прозвищу Шуруп, c досадой съездил пленника, словно для смеха облаченного в клубный пиджак, по челюсти - и тот опрокинулся вместе со стулом.  И сразу получил от надзирателя несколько весьма чувствительных пинков в живот. -  Жаль, что он нам так легко дался. -  с нескрываемым разочарованием заметил Бобби Манандра,  носивший незамысловатое погоняло "Гвоздь". Вытащил пистолет и ткнул им в горло упрямому бизнесмену, выпученные очи которого на мгновение помертвели.  - Если бы он в том леске побежал - я бы ему сходу две пули в ноги всадил. А потом, пока бы падал  - еще одну, на хуй, в очко загнал.  Прицелился в стол, на котором горело несколько обтекающих воском свеч. Они в подвале были, пожалуй, единственным предметом обстановки - кроме, конечно, связанного предпринимателя. - Бах! Бах! Заявление Гвоздя заставило Ларри Шурупа скептически скривиться. Он с некоторым усилием поднял табуретку с прикрученным к ней должником Ринальди-младшего, возвращая ее в исходное положение. - Не пизди тут, когда мы в тире стреляли, ты из шести бутылок только три пробил! Шуруп возмущенно взмахнул "кольтом" - такие инсинуации начинающий рэкетир полагал совершенно несправедливыми. - У меня кумпол болел тогда, мать потом заебала с таблетками своими! А когда я в "Макс Пейн" зарезаюсь  там чувак и не так стрелял! Научиться несложно. Бобби-Гвоздь пренебрежительно сплюнул на пол. Порыскал по карманам в поисках курева - и затем харкнул еще раз, уже от досады. Последние сигареты они высмолили еще утром - когда прижигали ими же этого типка-скупердяя. - Подумаешь. Вот я когда "Контру" гоняю, то по сорок нубов замочить могу. А в реале пальцы бы устали, сечешь? Некоторое время оба молодых головореза молчали - они хотели сделать передышку, перед тем, как перейти к дальнейшему обрабатыванию жертвы. Им уже надоело сидеть в малоприятном подземелье, где еще и чем-то подванивало. Но долг был долг - Альберто на них рассчитывал и они не могли его подвести. Став посвященным,  племянник консильери начал собирать вокруг себя людей - и привлек к своим делам двух старых знакомых. Шуруп ранее состоял с новоиспеченным членом Семьи в одной молодежной банде, был неплохим медвежатником - и теперь, ради темных делишек, с радостью бросил свое место слесаря в мастерской.  Гвоздь же некогда сидел вместе с Алом,  попав за решетку за неудачную попытку ограбления стенда хот-догов. И потому то и дело козырял перед товарищем-фраером своим уголовным прошлым. Однако, несмотря на некоторые разногласия, оба были окрылены представшими перед ними теперь радужными перспективами. Молодцы уже и нарядились истинно по-бандитски- кожаные куртки, растянутые тренировочные штаны и  массивные позолоченные цепи. Осталось себя зарекомендовать перед большими дядями - и  вот это задание было к этому первым шагом.
- Ты слышал, Реццолу "выпрямили"? А ему всегда двадцать семь! Нас на два года всего старше! -  наконец прервал молчание  Скруппа,  поигрывая мускулами. Несговорчивый осел потерял сознание - и можно было поболтать вволю. Сделанное замечание было прелюдией к много раз повторявшемуся, но не перестававшему их радовать обсуждению. Манандра немедленно и привычно перехватил эстафету - солидно кивнув башкой. - У них эти... голодные кадры! Нас, может, и раньше примут. А ты чего сделаешь, в первую очередь, когда посвятят?  Ларри - Шуруп сладострастно прищурился и причмокнул губами. - Да хочу новый комп купить - а то этот ничего не тянет, сука. Ну и Мэй брошь с рубином - и тачилу нормальную заведу... Бобби-Гвоздь встал на руки и прошелся по комнате, демонстрируя пользу регулярных хождений в качалку. Бывших, кроме преступлений, бухла, траха и виртуальных игр, единственной забавой героической двоицы. Хотел было поделиться и своими планами - но затем остановился, озадаченно глядя на забытого узника. Наклонился, покопался в углу каморки и выудил откуда-то молоток.
- Слушай, а давай ему пальцы поломаем? На ногах? Сымай с него ботинки. Глаза невовремя очнувшегося человека, в ком любовь к деньгам превозмогала страх за бренное тело, закатились - однако вскоре он обрел некое успокоение. Ибо Ларри-Шуруп возмущенно отказался, скрестив руки на волосатой груди. -  У него от ног, блять, пахнет как от сыра "проволоне"! Поди какой грибок там! Сам сымай. Тут разгорелись бы прения, возможно, перешедшие в физические разборки   - однако, к счастью для двоих отморозков, входная дверь внезапно заскрипела, со стороны лестницы раздались звуки шагов и женского голоса. С неожиданной прыткостью, молодые люди метнулись в углы, схватив каждый по мешку - из тех, в которые ранее упаковали  изловленного деловика. Увидели, что на пороге показались две девушки - увидел и  скрученный мужчина, начав яростно мычать и выразительно кривить физиономию. Дуболомы переглянулись, моргнули друг другу- и накинули на незванных гостий мешковину,  а затем приставили к затылкам пушки. - Заходите, чо как не родные-то?. И вслед за этим, почти синхронно. - Это ты, членосос/говнюк,  на ключ на запер? И вслед за этим, в завершение,  баритон Гвоздя, в одночасье ставший тенором. - Что же их, валить теперь? Что до Шурупа, то тот ответствовал басом - в который почему-то преобразовался его обычный фальцет. - Ал сказал - без грязи! Слушай, а у них ничего формочки-то!

Отредактировано Michael Rinaldi (2015-11-10 17:51:09)

+12

90

- Ну привет, кошечка, которую опасно гладить, - ухмыльнулась, оказавшись у клетки с оцелотом, и играючи провела пальцем по решетке. Киска лениво повернула на них с Берни голову и одарила пристальным взглядом. - А у меня дома соболь появился, я тебе не говорила? - к слову о необычных питомцах пришлось вспомнить и о своем дружке, которого притащил ей как-то Майк. Какие цели при этом преследовал мужчина, Ливии до сих пор было не до конца ясно. То ли желал воззвать к тонким струнам ее души и как бы проверить, есть ли у нее вообще сердце, то ли просто-напросто рассчитывал на то, что животинка ее покусает. - Целый вольер для него отгрохала, - и сама дивилась, куда транжирит кровно заработанные баксы. - Покажу тебе как-нибудь. Зверек очень милый, правда, - времени у Андреоли хватало как раз только на то, чтобы поумиляться своему питомцу, не более того. Остальное делали люди, которым за это хорошо платили. - Не смотри на меня так, ради бога! Мне его подарили, - сквозь смех постаралась оправдать свою чудаковатость. - Не выбрасывать же на улицу. И потом... все же какая-никакая, а заначка на черный день, - не секрет, что соболиный мех считался одним из самых дорогих в мире, и в случае чего, как бы ни щемило сердце, ей будет кого продать на черном рынке.
- Пожалуй, да, - согласилась с предложением подруги выпить еще и, продолжая посмеиваться, двинулась вместе с Берн в сторону барной стойки. Рассказывать о том, что столь необычный подарок ей приподнес именно Ринальди, Ливия не стала не только из опасения, как бы подруга не приревновала мужчину, но еще и потому, что в руки Майку этот соболь попал отнюдь не честными путями. И Бернадетт лучше этим не грузиться в принципе.
Под гул безумных криков разгоряченных фанатов ринга разговаривать было нелегко и, очутившись у бара, девушки на какое-то время оставили попытки всяческих бесед. Ливия даже собралась сосредоточить взгляд на новой паре ряженых бойцов, но внезапно ударивший в нос запах перегара чуть не сшиб ее с ног. Она дернулась, увидев рядом с собой здоровенного бородатого мужлана с засаленными волосами, который, кажется, пытался с ней заигрывать.
- Отвали, приятель, - выдохнула со смешком на губах и поспешила отвести от него взгляд. Видимо, этот боров даже не постарался оценить свои шансы прежде, чем подойти. Девчонок его уровня здесь было хоть отбавляй, стоило всего лишь оглядеться и не тратить время на заведомо провальный вариант. Но ударов по самолюбию этот тип, кажется, совсем не опасался. Слова Ливии его не остановили, и он перешел к более решительным действиям, коснувшись ее полуобнаженной спины. - Я неясно выразилась? - теперь посмотрела на него уже прямо и без улыбок. Достаточно было одного кивка головы в сторону того же Горлеоне, и парня уделают так, что мало не покажется. И если бы он действительно за ней наблюдал, а не заливал себе в глотку спиртное, то однозначно заметил бы, за каким столиком и в чьей компании она только что сидела. - Руку убери, - повторила спокойно, но тем не менее настойчиво, собираясь сверлить этого кабана взглядом вплоть до тех пор, пока он от них не отойдет. Увы, дождаться его реакции не дала Бернадетт, которая поспешила оттащить подругу подальше от назревавшего конфликта. Так рука незнакомца сама соскользнула с ее спины, а Ливия потянулась вслед за Рикардс, которой срочно понадобилось в уборную. Однако благодаря свойственному подруге никудышному умению ориентироваться в пространстве, они забрели в зону раздевалок для бойцов, остановившись в коридоре у двери с верной надписью WC.
- Эй, мы оставили там свою выпивку, - несколько возмутилась тем, что пришлось сдать позиции и покинуть поле едва не зародившейся битвы. Андреоли была уверена, что если бы приятель не сам свалил после ее слов, то ему бы помогли это сделать ребята из охраны клуба. Но теперь вся ситуация выглядела так, будто это они испугались и сбежали.
- Ммм... - за спиной послышалось довольное поддатое мычание. - Захотели спрятаться? - обернувшись, Ливия увидела все того же жирного мудака, чьи осоловевшие глаза лучились вожделением. - Какие плохие девочки, - он укоризненно зацокал языком, а затем снова расплылся в ухмылке. - Обожаю такие игры.
Не теряя больше и минуты, он в два шага преодолел отделявшее их пространство и, вжав итальянку в стену, впился губами в ее шею.
- Не трогай меня! - зашипела она, всеми силами стараясь оттолкнуть от себя пьяного мерзавца, но, учитывая, что тот был раза в три больше нее, все эти попытки не увенчались успехом. - Позови охрану! - бросила она подруге, не желая поднимать сейчас крик и раздувать из этого удручающего эпизода настоящий скандал. В коридоре они были одни, и все это еще можно было уладить по-тихому. Жирдяя же, которому литры алкоголя придали неведомой храбрости и напора, не испугала даже перспектива скорой встречи с вышибалой, а потому он даже не подумал остановиться, продолжая сжимать девушку в своих отвратительных объятиях и шептать какие-то трудно различимые мерзости.

Отредактировано Livia Andreoli (2015-10-22 01:15:32)

+7

91

Если Ливию обидело то, как Клементе сухо выразился относительно произошедшего, то зря. Он конечно не считал ее лишь красивым, пустоголовым созданием, но в данном случае дело было вообще не в ней. За столом присутствовала Бернадетт, человек не из семьи. И как бы сногсшибательно она не выглядела, Фредерик не любил выносить сор из избы. Он был уверен, потом, ей, Ливии, всё станет известно, но не сейчас. Женщины были очень нетерпеливыми существами, его это иной раз забавляло - смотреть, как очередная недосказанность полностью овладевает любопытством у представительницы противоположного пола.
Непредвиденно для него, они стали провоцировать капо на бой, но как бы из далека, Лив тонко намекала про "честный бой", а мисс Рикардс и вовсе напрямую спросила.
- Смог бы. Так же прямо ответил он, медленно потягивая сигару, хитрым взглядом посмотрел на них. - Будь на то достойная причина. Спокойно продолжил мужчина, давая понять, что их искусительные попытки задеть его гордость не окажут на него влияния.
Он подавил в себе смех, когда наблюдал за перепалкой между девушками и официанткой, переглянувшись с Лео, они явно подумали об одном - женщины.
Как раз к этому моменту из кабинета вышли Майк, Гвидо, Френк и Росси. Первому пришлось выслушать жалобы дам за их столом, не без внимания оставил эту ситуацию и Френк, подколов девушек. Гвидо уже видимо был не так весел, стараясь отвлечься на бой, а Росси себе не изменял.
- По-моему, они в тебя не верят, Фред
Звериная ярость проснулась в нём, после этих слов Андреоли.
По глазам капореджиме пробежала молния, дай только повод, подумал он. Воистину, ничто так не задевало мужское эго, как сомнения со стороны. Но Фредерико внешне оставался невозмутимым. Эмоции он всегда держал на коротком поводке, зная, что давая им волю, можно запутать нити собственной жизни, которые долго и усердно ткал.
Слова Френка были очень кстати - драться, ради чего? Что он, мальчишка, который ищет возможности самоутвердиться? Даже Дэнни услышав разговор, подлил масла в огонь.
Хорошая попытка, Лив. Думая, что усмирил свою гордость, Клементе перевел свое внимание на ринг, бой итальянца и "татуировщика". А Фредо никогда не скрывал любви к землякам, поэтому в душе сразу же стал болеть за первого. Ему казалось, что бойцы дерутся не в полную силу, словно изучая друг друга, впрочем публика была довольна. Откровенного говоря, хоть они и находились в Вип-ложе, в не ней ощущался тот азарт соревнований, который был там, в клетке. Поэтому мужчина позволял себе отвлекаться на посторонние вещи, например чье-нибудь декольте или хорошо натянутые на ягодицы джинсы проходящей мимо красотки. Но в один миг толпа охнула, Фредо переключил взгляд, слегка приподняв голову, было видно как бой остановили. Спустя время выяснилось, как один из бойцов использовал холодное оружие.
- Вот тебе и честный бой, Лив - на одних кулаках. Передразнивая, добавил он, удаляя остатки пепла на потухшем табачном изделии.
Пока на ринге стал суетиться рефери и прочий персонал, Френк относительно тонко попросил девушек прогуляться. В какой-то мере Фредо это даже расстроило, ему понравилась игра на провокацию, а у Лив уже это стало хорошо получаться. - Не расстраивайтесь, леди, еще не вечер. Если к вам будут приставать, зовите, удавлю голыми руками. С улыбкой сказал он, привставая, проявляя всю свою вежливость. Мужчина уже хотел поинтересоваться у андербосса, о чем они будут толковать, как ответ на вопрос не заставил себя ждать. И Клементе, присоединился к главным членам семьи в беседе с "древними арийцами".

Отредактировано Frederick Klemente (2015-10-22 13:01:04)

+8

92

Вообще-то, по большому счёту Фрэнк был прав - кем бы они себя не провозглашали, важно было не это, а то, на что они были способны; но, услышав имя Спейси, Гвидо не мог не напрячься - ведь, по сути, в результате всей той истории, Чарли этот и оказался единственным пострадавшим с их стороны (если, конечно, допустить, что он вообще был на их стороне), и эти дружки его едва ли это забудут. Может, их и мало, но, судя по тому, что один из них заперт не абы где, а в "Серебряных Ручьях", да и вспомнить, к тому же, за что именно он заперт... Отмороженными эти ребята могут быть по полной программе. Если уж даже от Арийского Братства, якобы ответственными за большинство смертей и убийств по тюрьмам, по каким-то причинам, "откололись".
- По словам Ливии, - тут по пути к столику Гвидо попытался слегка передать интонацию Андреоли: - "Та ещё мерзость". Лично его не видел, но не вижу причин не согласиться...
Вообще-то, кажется, он понимал, по каким причинам Легион, или Лига, откуда бы там ноги не росли, с Братством разошлись: Арийцы, насколько Гвидо слышал, с мексиканской мафией находились в уже очень длительном союзе, Спейси же сидел за массовое убийство - и среди его жертв не было ни белых, ни чёрных, ни азиатов, одни "коричневые" - латиносы, из этого можно было сделать вывод, что Белый Легион был более принципиален в своих связях... Это догадки, впрочем.
- А про стрельбу на мексиканском рынке в Сан-Бруно не слышал? - спросил Гвидо у Майкла. - Только это в Сан-Матео было. С Мерседом даже не граничит... - хотя, вообще-то, и не так далёко. Может быть, это и тот же самый Спейси - может, и нет, едва ли это единственный Спейси в Калифорнии, а может быть даже и не единственный Спейси-нацист...

На пол ринга полилась кровь, и толпа разом ахнула, многие повскакивали со своих мест, с ужасом глядя на клетку; как будто не этим же, богатые, разодетые во всё парадное, увешанные золотом, люди, вообще пришли сюда в первую очередь: в надежде, что получится увидеть, что кого-нибудь убьют. Ценный момент, жизненный урок получили не только борцы на арене, но и многие из зрителей... смерть может стать разочарованием и ужасом. Ну или боязнь смерти.
Жадные до развлечений, мучившиеся нехваткой адреналина в своей жизни, недостатком в ней банальных трудностей, которых простолюдины не испытывают, многие из высокопоставленных гостей пришли сюда, чтобы попытаться это компенсировать - от скуки. Посмотреть на кровь... думая, что получат от этого удовольствие.
Смешно.
Наверное, Монтанелли остался одним из самых спокойных людей в зале; только языком сокрушённо цокнув, выразив тем самым, что в принципе был заинтересован боем - хоть он тоже пропустил имя противника Мартина мимо ушей, когда Фрэнк обратил на это внимание, происходящее на сцене стало Гвидо ещё более интересным... как и сам боец, пожалуй - если происхождение действительно итальянское, тем более странно, что сотрудничает он с "Ареной", а не с "Барракудой", и наверное, эту ситуацию стоило бы тоже исправить... Однако, "менеджер по продажам" Майкла воткнул что-то острое ему под рёбра, чем в Гвидо вызвал... досаду. Но и ничего больше. Дон только и сделал, что усмехнулся на последующие слова Фрэнка и Фредерика, не став никак их комментировать. Бойцы знали, на что идут, выходя на арену; те, кто находился в зале - знали, зачем пришли сюда; всё это просто - театр... театр смерти, каким был Колизей много лет тому назад.
И если этот театр не по вкусу нынешним поколениям - что ж, пожалуй, можно сказать, что в чём-то по сравнению с прошлым человечество шагнуло вперёд. Но - с другой стороны, от тяги к таким вещам всё равно не избавилось...
- Фредо прав: для любой драки должна быть достойная причина. - заключил Монтанелли, глядя на то, как помогают Константину покинуть ринг. Хотелось бы надеяться, что у него была хорошая причина туда выходить; ну а причина для другой драки, вне ринга... хорошей Гвидо её всё-таки не считал.
- Майк, пусть, может, им плеснут чего-нибудь - распорядишься? - шепнул Монтанелли на ухо хозяину заведения, глядя на "легионеров", решивших в итоге самостоятельно подойти. Как раз, когда Дэнни ушёл - рискуя тем самым пропустить самое важное... И не только в гостеприимстве даже дело - алкоголь, особенно крепкий, неплохо развязывает язык; а отказ пить, если таковой последует - тоже говорит о многом.
- Джентльмены... - приветственно кивнул Гвидо вошедшим на территорию ложи, с места, правда, не вставая - только наклонившись вперёд, чтобы свет упал на его лицо. Саймонс, Джамбер и Дафф... имена прямо как будто из какого-то полицейского телесериала сошли, честное слово. - Меня зовут Гвидо Монтанелли. Это Фрэнк Альтиери, Майкл Ринальди и Фредерик Клементе. - можно было бы перечислить всех, конечно, кто собрался вокруг; но так бы только на одни церемонии потратили весь вечер - да и Гвидо не считал, что Легиону нужно знать все имена. - Вы правильно поняли, мистер Саймонс, нам есть, о чём перетереть. Вы, и ваша организация... - прости Господи, - ...не так давно в городе, и, хотя и добились определённых успехов - похоже, ещё не в курсе всех раскладов. - заняв "Арену" - большего им не надо. Но если уж "Легион" начнёт расти, став вербовать новых членов, или превратившись в местный филиал "Братства", что тоже возможно, одного бойцовского клуба с качалкой им станет мало. - А расклады таковы, что многие недовольны и обеспокоены вашим появлением - и некоторые из наших партнёров находятся в числе этих многих. Ну, вы понимаете - им не по нраву политика, что вы ведёте... - Гвидо её и сам недолюбливал, не будучи приверженцем теорий расизма - в какой бы то ни было форме, чёрной, белой, карамельной или жёлтой, и возобладание одной расы над другой способом сосуществования людей и преступных группировок в Сакраменто не видел. - И честно говоря, я и сам не могу сказать, что полностью разделяю её - но и не могу сказать, что выступаю против. Я человек достаточно лояльный; всё, чего я хочу - чтобы люди в городе жили в мире друг с другом, занимаясь своими делами. Независимо от своих убеждений. - и совсем необязательно при этом смешиваться друг с другом, притворяясь, что чёрным хорошо живётся с белыми, русским - с китайцами, испаноговорящим - с итальянцами; нет, пусть живут своими общинами по своим традициям - без крестовых походов или чего-то прочего. "Арийцы" же тут не за этим? - Мир - вещь недешёвая, но войны обходятся ещё дороже. Вы ведёте бизнес - значит, вам есть, что терять. Так вот, вы готовы дать разумную цену за мир? За то, чтобы мы заверили своих партнёров в том, что вы - ребята ровные, не собирающиеся создавать кому-то каких-либо проблем; а вы - могли бы ссылаться на меня и моих друзей, если проблемы кто-то попытается устроить уже вам?

+10

93

Daniel Rossi Martin Juhl

Охуенно безбашенной Эшлин себя не считала, вот полной идиоткой – это, пожалуй, да. Сейчас, когда она отчаянно сопротивлялась попыткам мужчины вывести её из зала, девушка даже не могла найти адекватного объяснения своему поступку. Зачем? Какого чёрта? И почему ей, как впрочем и всегда, так сильно «повезло» с выбором?
Она понятия не имела на кого имела честь нарваться, но ничего хорошего ни взгляд, ни тон не обещали, а потому девушке оставалось лишь сильнее упираться.
– Это всего лишь недоразумение, – попыталась убедить неслучившуюся «жертву» Эш, испуганными карими заглядывая в злые и куда более решительно настроенные, но такие же карие.
Вопрос эхом отозвался в её голове, холодом стены в сведённых лопатках. А вот ответа не последовало – Эшлин просто не знала что сказать, всё ещё не понимаю, что же такое она творит. Херню, это было понятно и без слов, но ведь мужику, зажавшему её едва ли не в стальные тиски из стены и собственного тела, нужен куда более вразумительный ответ. Эшлин нужен ответ, который оставит её живой и по возможности невредимой.
– Простите... – она так и не нашлась что сказать. – Это правда всего лишь...
И без того тихий голос тонет в шуме топы, тонет в громком и бодром голосе Мартина.
«Вот чёрт...»
Сейчас Эшлин больше всего хотелось провалиться сквозь землю, не хватало ещё, чтобы ей от Мартина досталось за глупую выходку... теперь точно выгонит из дому.
– Приятно познакомиться... – за каким-то чёртом ляпнула Эш, прикусывая язык и ещё больше мысленно ругая себя, и своё... что? Безрассудство? Неосмотрительность? Свой идиотизм, вот что.
И всё же, воспользовавшись отвлекающим манёровм, иначе и не назовёшь, Юля, Эшлин аккуратно выскользнула из ловушки, не стремясь, впрочем, как можно скорее оказаться за широкой спиной Мартина. И по-хорошему следовало бы тут же раствориться в гудящей толпе, но что-то заставило девушку остаться, прислушиваясь к словам Мартина и поглядывая на всех собравшихся с некоторой опаской и недовольством. Поганая ситуация, и чем больше действующих лиц, тем хуже ей.

+5

94

Застыв с сигаретой в руках, Фрэнк смерил подошедших к ним мужчин. Джентльменов они напоминали слабо, особенно парочка бритоголовых качков, один из них похотливым взглядом проводил задницу Андреоли, после чего вся компания заняла освободившиеся места за столиком вип-зоны. На теле у бравых арийцев было множество татуировок, почти как у Юля, только содержания другого: руны, свастика черепа. У того кто представил их, Спайка – звали его в точности как соседского спаниеля – Фрэнк заметил на пальцах вытатуированные цифры «1488», представляющие какой-то специальный шифр, образованный из первых букв имени их «духовного лидера» и еще какой-то херни, о которой андербосс не помнил. Рельеф мышц у них был внушительным, на лощеных пидорасов, как тот же Поли Фортуно, которых можно было уделать с одного прямого удара в челюсть, они не походили. Но зато их можно было нашпиговать свинцом, не опасаясь каких-то серьезных последствий, что конечно добавляло уверенности. Тот же андербосс не стесняясь, смотрел на них сверху вниз, хотя и был ниже ростом.
В своем стиле Монтанелли начал разговор с достаточно обтекаемых формулировок, не называя вещей своими именами, так словно с трибуны ООН выступал, ну или просто микрофонов опасался. Сегодня, однако, прямого разговора им избежать вряд ли удастся, нужно было четко донести до ребят в берцах, чего от них хотят.
Те вообще и сами вокруг да около, ходить не стали, вытаращившись на Гвидо после попытки последнего указывать, дескать, их политика не правильная.
- Бизнес? – бритоголовые переглянулись между собой, затем тот, что с бородой кивнул на Мика Джамбера, - бизнес – это по его части, а для нас есть вещи поважнее. – На бизнесменов они и в самом деле смахивали слабо, клуб для них был увлечением, местом, куда можно прийти и набить друг другу или еще кому-нибудь морды. Тот же Дафф работал грузчиком на вокзале, жены и детей у него не было, жил он на окраине города в ржавом трейлере, там же набивал себе и своим приятелям татухи, деньги нужны ему были разве что на жратву, и все в этой жизни его устраивало, ну за исключением цветных, конечно. Стать миллионером ни он, ни его товарищи не мечтали.
- Я думал тут мафия, а оказывается гребаные хиппи, - усмехнувшись, произнес Спайк в ответ на слова дона о мире. – Кому не по нраву наша политика? Это ваши черномазые партнеры к мирной жизни не приспособлены, а не мы. Всюду, где они, грязь, наркотики и нищета.
Фрэнк затянулся, предвкушая длинную расистскую речь, и мысленно скрестил пальцы, чтобы никто из друзей не решился вступить с ними в дискуссию. Пытаться в чем-то переубедить фанатиков занятие бессмысленное. Сам же он на самом деле разделял во многом их взгляды, но в отличие от бритоголовых, с радикальными лозунгами резать никого из черных не бежал. Для того чтобы убить человека, им, итальянцам, нужна была более веская причина нежели другой цвет кожи. А ради денег и вовсе готовы были положить на собственные предрассудки, некоторые из них даже клубы для геев крышевали, иметь к ним отношение для этого было вовсе не обязательно.
- Младшую сестру Пита, ей было всего тринадцать, изнасиловали и убили трое черномазых ублюдков, торговавших крэком. Мы отомстили за нее, каждому вбили в лоб вот по такому гвоздю, - растопырил большой и указательный пальцы, демонстрируя длину, - а потом перерезали им глотки. Вам точно наша политика не по нраву, мистер Монтанелли? А с политикой тех гнид все в порядке? – с вызовом посмотрел на главаря итальянцев.
Как понял Фрэнк, возмущение вызвало у легионеров не то, что отныне им предстояло засылать мафии процент с того, что приносила Арена (возможно, они и не поняли этого), а попытка заставить отказаться от собственных убеждений. Глядя на их внешний вид, многочисленные татуировки, было понятно, как глубоко «Майн Кампф» застрял у них в голове. Пытаться заставить скинхедов жить в мире и согласии с черными, было также «реально» как помирить Израиль с Палестиной, в этом отношении проще Ракиму и его парням посоветовать обходить бритоголовых стороной, как белые обходили некоторые гетто, вполне обосновано боясь того, что им там проломят головы. Ну, это конечно, если арийцы согласятся пойти с Торелли на контакт, теми, кто в действительности заправлял в городе.
- С того что приносит Арена вы будете нам засылать тридцать процентов, - Альтиери резко вернул разговор в денежную плоскость, понимая что споры об идеологии ни к чему не приведут, они и не ставили цели избавить Сакраменто от радикально настроенных националистов, их целью было бабла с Арены срубить. – Иначе придется вам ребята искать другой городишко, где осесть.

+8

95

Про стрельбу на мексиканском рынке Майк какую-то статью читал, но деталей не помнил. Это ведь было не что-то исключительное - газеты и телеканалы почти ежегодно рассказывали о новых случаях пальбы в общественных местах. Причем очень часто такие проявления агрессии были бесцельными, излишне кровавыми - и исходили не от представителей криминальных кругов, а от обывателей.  Эдаких хомячков в толстенных очках, тихих конторщиков или продавцов, решивших, что могут прославиться через убийства одноклассников или коллег по работе. Возможно, это свидетельствовало о неком нездоровье нации, о котором твердили в том числе и защитники арийской расы, занявшие сейчас место за их столом.  Соглашаясь с тем, что правильно угостить представителей "Арены", Майк подозвал официанта и велел тому принести пива, виски и всего, чего пожелают гости.  Затем же он погрузился в молчание, предоставив до поры, до времени вести беседу Гвидо с Фрэнком. Сам же консильери, потягивая спиртное,  вроде как лениво наблюдал за происходящим на ринге - но при этом не упускал ни одного сказанного его коллегами или же нацистами слова.
Бой, тем временем, развивался стремительными темпами. Японец в кимоно нанес несколько точных ударов ногами. Однако Каванга-Тарзан, с какой силой бы его не били, сохранял невозмутимое выражение лица и оставался непоколебимым, подобно скале.  Когда Масака-Самурай принялся  напирать на него с новыми силами,  тот лишь отгородился своими мускулистыми руками, блокируя атаки. Это длилось минут десять - а затем Тарзан вдруг резко изменил тактику.  Схватив противника за голень (тот как раз пытался в очередной раз пяткой врезать негру в лоб), иракский ветеран притянул его к себе и заключил в медвежьи объятия. Лицо азиата исказилось от боли, он попытался вырваться - но тщетно. А затем чернокожий просто поднял его и швырнул. Перелетев через  заграждения, субтильный азиат сшиб пару столов и врезался в стену. Запрокинулся на пол - и там и остался. Подбежавший рефери признал победу Тарзана - а болельщики "Барракуды" завопили от радости. Случившееся означало, что, по количеству выигранных поединков, клуб Ала  одержал полную викторию - теперь в полуфинале и финале оставшиеся будут бороться за чемпионский пояс.
Затягиваясь сигаретой, советник клана Торелли  вслушивался в речь Гвидо. Надо сказать, что по своей стилистике она ему понравилась. Было в ней нечто старомафиозное, напоминавшее о тех ушедших временах, когда Достопочтенное общество было в Италии второй, а может быть, даже первой властью. Дедушка Сильвио говорил, что тогда у людей чести в моде было изъясняться с определенной учтивостью и весьма туманно. Так, в качестве примера, он любил приводить байку слышанную от собственного отца. Дон Ванни Сакко, один из главарей сицилийского криминала, слыл либералом. Некий священник-консерватор в проповеди назвал его за то безбожником - и спустя несколько дней получил от Сакко письмо. Проблема была в том, что оно предоставляло из себе такой набор аллюзий и туманных метафор, что святой отец ровным ничего не понял и был вынужден обратиться за толкованием к экспертам. В итоге выяснилось, что служителю алтаря в весьма вежливой форме пригрозили повесить его  на дверях собственной церкви. 
Так-то так, но с тех пор прошло немало времени - и персонажи, с которыми приходилось иметь дело современной Коза Ностра, понимали преимущественно язык примитивных запугиваний. И Майк весьма сомневался, что накачанные нацики вникнут в суть намеков Гвидо, с ними следовало изъясняться четко и конкретно. И желательно не трогать политику - они ведь бизнес обсуждают, да и их обществу не подобает стоять на страже толерантности. Так, по крайней мере, считал Ринальди.
-  Никакой мафии нет. Есть люди, следящие в этом городе за порядком. -  услышав шуточку Спайка по поводу хиппи,  Майкл наконец счел нужным разверзнуть уста - и наградить легионера-вожака весьма холодным и жестким взглядом.  Услышав историю про изнасилование сестры Пита кучкой чернокожих наркоторговцев и последующую месть ему, Ринальди наклонил голову. - Мы с такими ублюдками поступаем так же. И не допускаем на этих территориях беспредела - ни со стороны гуталинов, ни со стороны никого другого, понимаете? Последняя фраза указывала на то, что безумств вроде тех, что творил Спейси, гангстеры не потерпят и со стороны этих новоявленных хозяев "Арены".   Франческо, тем временем,  озвучил требования о выплате дани. Заставившие  Спайка приподнять брови.\ - Тридцать процентов? Это за что еще? Я не помню, чтобы вы нам в долг давали, мистер Альтиери.  Дафф и Джамбер ухмыльнулись - причем первый показал желтоватые и прогнившие зубы, а второй - целый набор золотых.  Майкл слегка хлопнул рукой по столу. - Бои без правил - наша сфера. Вы, оттягивая клиентов, наступайте нам на пятки. Хотите вести дела - ведите, но тогда придется делиться. Тем временем, конферансье взобрался на ринг, а девочки-хостесс помахали флажками, оповещая о начале второй части турнира.  Четыре пары победителей будут драться за право войти в финал. -  Дамы и господа, встречайте тех, кто умудрился  выйти из нашей мясорубки в лавровых венках и почти со всеми целыми костями! Алая Маска против Годзиллы!

+8

96

В окружении своих людей, в клубе, подконтрольном Майклу - Гвидо себя чувствовал уверенно и спокойно, со стороны Спайка и его команды угроз совершенно не боясь; у себя в Арене, может быть, они и были хозяевами (хотя и вряд ли успели пустить туда корни настолько глубоко, чтобы не осталось абсолютно никого, кто не сомневался бы, пусть тихо и про себя, в их главенстве - из тех же самых... Годзилл, к примеру - или других цветных, что выступали под началом Арены, не говоря уже про обслуживающий персонал), но здесь... им стоило щёлкнуть пальцами - и, так же легко, как им приносили напитки, их вышвырнут за порог. Поменяйся расклад - быть может, Монтанелли и задумался бы, но здесь они были в большинстве, Спайка и его маленькую банду они могли бы уделать легко, даже не пачкая собственных рук. Как Гвидо и сказал... было много тех, кто политику не просто не разделял, но и был ей недоволен. Фрэнк и Майк затянулись сигаретами, Монтанелли тоже несколько расслабился, приняв позу поудобнее, предвкушая интересную комедию, что заломят нацисты - да и глядя на них, в сущности, тоже почти как на клоунов. К сценарию представления, впрочем, не спеша вмешиваться, давая высказаться поочерёдно андербоссу и советнику. Когда все споры между ними улягались, когда перед их глазами появлялся кто-то вроде таких нахалов, как Спайк, ведь именно так их трио и работало - Гвидо рассказывал о перспективах, Фрэнк - о том, что бывает с теми, кого перспективы не устраивают, Майкл - разъяснял уже существующие порядки. Тоже своего рода баланс, и когда он оказывался нарушен, когда все трое начинали говорить об одном - это уже грозило определёнными последствиями и переменами. Разрушительными, созидательными или (ре)организационными.
Вещи, поважнее бизнеса... признаться, это Гвидо насмешило даже посильнее, нежели сравнение мафии с хиппи; хотя смеяться вслух, он, конечно, не стал. Интересно, а матери этих ребят, вообще, в курсе, чем их сыновья промышляют в свободное от работы, или чем там они занимаются, времени? Разделяют ли их "серьёзные" увлечения? С первых слов стало понятно, что перед ними попросту молодые отморозки - куда там папин сын Поли, тот по сравнению с ними ещё мог бы считаться интеллигентом - а после живописного рассказа о том, как они гвозди вбивают в головы, так и вовсе не осталось никаких сомнений, что ни в бизнесе, ни в политике, эти "джентльмены" особых успехов не делают. Монтанелли ошибался, ожидая увидеть кого-то серьёзного - будь Спайк настоящим авторитетом, вроде тех, из настоящего Арийского Братства, разговор бы в такое русло не слился... убеждённые "наци" - это ребята уже взрослые, ровесники скорее Фрэнку и Майклу, если не Гвидо самому, хотя почему-то казалось, что всё-таки мало кто из них до пятидесяти доживает. На свободе, во всяком случае...
- Мистер Саймонс... - вызов в глазах Спайка потерялся где-то на полпути, разбившись о напускное равнодушие во взгляде Гвидо. Затем в зале послышался грохот, и босс Семьи Торелли оглянулся, смерив взглядом снёсшего несколько столов в зале японца. Интересно "Барракуда" испорченный обед кому-то из гостей тоже компенсирует? Пока что, впрочем, даже те, кто за этими столами сидел, выражали скорее восторг от такого опыта. Насколько можно было судить; впрочем - важно сейчас не это. - ...мы с Вами знакомы четыре минуты, а Вы меня уже успели оскорбить. Политика же ваша, между тем, допускает присутствие в вашем клубе латиносов и азиатов, насколько я могу видеть, глядя на сцену, так что мне с трудом верится в её серьёзность. Если уж вы не заинтересованы ни в собственной политике, ни в бизнесе - может, нам и впрямь следует дальше вести переговоры с мистером Джамбером, а не с Вами?.. - усомнившись таким образом в серьёзности убеждений Спайка, Гвидо обратился взглядом к его приятелю. - Как сказали мои друзья, проведение боёв в нашем городе стоит тридцать процентов от их дохода. Если такие условия вас не устраивают, вы вольны попробовать найти себе другое место для жизни, с более приемлемой для вас ценой. И там организовывать бои без правил, или пропагандировать свои убеждения, - снова взгляд на Саймонса: - вбивать гвозди в головы ниггерам - что захотите.

+8

97

Ливия и Берни
Кто-то бы сказал уходит с позором, кто-то бы понял, что наоборот, не стал влючать браваду, пытаясь доказать кому-то, что и с дыркой в боку он боец. Надо уметь вовремя останавливаться. Порой философское отношение к самому боевому искусству, Константину мешало, но он четко помнил наставления учителя – Прав не тот, кто прав, а тот, кто умеет быть правым. Он долго не мог понять этой фразы, пока не вырос, понимая жизнь.
Аккуратно, стараясь не задевать беснующую толпу, которая из богачей превратилась в подобие сумасшедших зевак, которых выпустили из замкнутого пространства, и теперь они выкидывали из себя застоявшийся в них адреналин, смотря на кровь и пот, слыша рычание бойцов, подбадривая своих кумиров, тем самым заводя себя еще сильнее. То тут то там вспыхивали вспышки между «не так посмотрел» и «не так сказал». Охрана вовремя оказывалась там, что не давала разгораться конфликтам.
- Народ прибывает, черта с два протолкнешься, - вжавшись в стену, мужчины пропустили тройку молодых людей, торопившихся судя по трепыхающимся в руках деньгам, делать ставки.
Складывалось, что город «голоден» по таким зрелищам. Американцы с бедной историей своей страны, не знавшие ни гильотин, ни Инквизиции, ни обрядов воинов, которые не давались врагу полумертывми, убивали себя, спасая честь. Ничего. Тут просто пусто. Не считая войны Юга и Севера.  И вот поколения поначитавшись, насмотревшись фильмов про насыщенную историю Европы и Азии, воспылали к таким «животным» зрелищам.
Ронни выдернули, показав где проблемы и что его помощь была бы кстати.
- Иди, ты на работе. Что со мной будет то?
Друг скрылся за смыкающейся толпой, И Константин пошлее вдоль стенки к выходу. Но как же он был не прав, что с ним все будет нормально. Проходя мимо двери в туалет, услышал знакомый голос. С той же ноткой испуга и злости. Он не поверил сначала, пока не толкнул дверь в помещение, не откинув сумку в сторону.
- Дорогая, - он покачал головой, смотря за спину шедшей ему навстречу встревоженную женщину. Вероятно подругу его знакомой незнакомки, так как та что-то до этого говорила, обращаясь к прижатой к стене итальянке. – Тебя нельзя оставить ни на минуту. Вечно вляпаешься куда-то.
Взяв аккуратно стоящую блондинку за руку, завел ее за свою спину, чуть нажав на нее, показав, чтобы выходила, или если догадается, откроет дверь, чтобы они потом могли обе выбежать отсюда беспрепятственно.
- Ты закончил? – обратился он борову, который повернулся на его голос, - а теперь убери руки от моей жены, - в рыцарство его вряд ли он поверит, и просто начнет нагло быковать, пользуясь, что женщина никем не приходится Константину. – Дама сказала «отвали». Ты тогой на ум или страх потерял на входе сюда.
Итальянец сделал шаг к стоящим у стены мужчине и женщине, протянув руку Ливии, но это было лишь маневром, чтобы боров попытался ухватить его за кисть, тем самым, отжав женщину от стены, - дорогая, разрешаю почесать коленом его достоинство.
Сам же приблизился на расстояние удара. Бок стало давить. Под повязкой стало намокать от напряжения. Но оставить все так он не мог. Да, в Пеллигрини трепыхался рыцарь. Но если бы не рана, то этот «красавец» уже лежал на полу. Надо было выиграть момент и вырвать итальянку от него.
- Я не люблю повторять дважды, ты же знаешь, дорогая.
- Ты чего мудак? Профилонил бабу, отвали.
- Грубо… - он взглядом показал Ливии вниз, намекая, что его предложение о коленке остается в силе, схватил толстяка за шиворот, натягивая майку к горлу, как в тот момент, женщина правильно поняла, наградила его ударом меж ног. – К двери быстро! А мы поговорим на тему культуры.
Константин ударил под колено жирдяю, вывернув стопу, что тому пришлось осесть слегка, что позволило итальянцу носом впечатать того в стену, ту же отошел на пару шагов. Под резинку потекла горячая кровь. Толстый взвыл, хватаясь за нос, разверзнулся с ревом налетая на Пеллигрин, который был на полголовы ниже его. Сделав пару ударом в корпус, осаживая пыл нападающего о кулак в селезенку, слегка подсаживая того на свою руку, не успел увернуться от прилетевшего удара сверху, что Константин попятился назад. Но главное, что Женщины были у двери.
- Чего замерли! – куртка упала на пол,  по ней уже топтался любитель слабого пола. – Пошли отсюда, - удар был не из прогулочных, что Пеллигрини повело, заставляя опереться рукой о раковину. Но на него тут же попер, как танк, толстый, выставив вперед руки, стараясь зажать Костю в тиски рук. Понимая, что ему не продержаться особо долго, итальянец приподнявшись на руках, дважды ударил в грудь противника, что третий раз ему пятка Константина прилетела в тот же сломанный нос. Рука соскальзывает с раковины, и мужчина падает на пол., пытаясь подобраться, так как боров не унимался. Перевернувшись, Пеллигрини поднялся, шатаясь, закрывая собой выход из туалета, намереваясь не выпустить этого урода. Но тут его отодвинули чуть, что Костя почувствовал плечом как рядом с ним появился еще один персонаж истории «Разборки в Сортире».

+7

98

Со стороны так и не скажешь, наверное, но нежность отношениям Пульса и Таты совсем не чужда; хотя, в них, если сказать по правда, всего было навалом - именно навалом, без особой систематики, у Тарантино было насыщенное прошлое, Пульсоне - хотел компенсировать пятнадцать лет серых стен и несвободы, так что всё зачастую мешалось в кучу, но и не то, чтобы в этом было что-то исключительно плохое, обычно это даже нравилось. Иногда и напрягало, конечно, но семейной жизни без проблем вообще - не бывает; как и любого счастья, семейного надо добиваться, а то, что приходит легко - людьми, как правило, вообще не ценится. Это, кстати, ответ на вопрос о том, почему когда проблем в семейной или любой другой жизни не бывает - их начинают придумывать и создавать. А никуда от этого не денешься - половина процесса эволюции, считай, на этом и построена.
- Если только вернёте её в целости. - улыбнулся Кристе и подмигнул жене. Девочкам иногда надо почувствовать себя... девочками. В том мире, где они с Агатой крутились, и то - почти роскошь; да и новая подружка ей, даже и в собственном доме крутившейся среди одних мужиков, Сонни, Аарон, иногда приходящий Декстер - точно не помешает. Иначе совсем уж... возмужает.
Только вот как она собралась носик пудрить, если сумку оставила у барной стойки?.. Пульс заметил это немного погодя - уже успев увидеть, как кровь одного из бойцов заливает ринг... и только когда вернулся взглядом к бару, переваривая этот момент, заметил, что на стуле осталась бесхозная золотистая сумочка, с ремешком-цепочкой - ну, бывает так, что, увидев что-то новое, замечаешь и в старом пейзаже что-то такое, чего ранее не замечал. А учитывая, как чета Пульсоне-Тарантино притягивают неприятности и неприятных людей (опыт на открытии "Доллз" забыт ещё тоже не был), Сонни решил, что без присмотра чужую сумочку лучше не оставлять и попросту захапал её себе. Выглядел он, пожалуй, со своей бандитской харей и сам не лучше вора по женским сумочкам, но это не особо беспокоило. Главное в нечистом бизнесе - внимание не привлекать, а с этим справляться удавалось всё проще, даже и бармен не заметил ничего, как оказалось.
Но с девчонками Сонни разминулся буквально на полминуты, отлучившись сделать ставку на новый бой - когда же вернулся, Агаты и Кристы уже снова не было у бара, а флегматичный бармен был, как выяснилось, больше заинтересован тем, как бьёт посуду всякие летящие с ринга тела... Опять ставка не сыграла - гости из Японии и любовь Сантино к востоку сегодня выходила ему боком. И вот, когда страсти улеглись немного, и начали уже объявлять следующих - увлекшийся боями Пульсоне решил, что за это время можно было не только "носик попудрить", но и половину женской комнаты заштукатурить, и, взяв сумку под мышку, направился в сторону туалетов.
- Агата?.. - и позвонить бы любимой сразу, но нет, почему-то на этот раз вернулись старые привычки - в тюрьме телефоны только стационарные, да и то не везде, если кто помнит - Сонни решил всё проверить  лично, и... ни Агаты, ни их новой знакомой не нашёл. Впрочем, то, так картина, что он увидел в женской уборной, тоже удостоилась его яркого комментария: - Ни хрена себе...
Прямо как в шанхайском боевике, мужик размахивал ногами, награждая ударами здоровенного толстого парня, но жир у этого колобка-переростка жир, похоже, так равномерно разместился по телу, что этот колобок-переросток просто никак не хотел падать, пусть даже и будучи в крови... Запустив в работу бойцовский клуб, Майкл просто какую-то бомбу сдетонировал, не иначе - уже третья драка в Барракуде вне ринга, случившаяся на его глазах. И ладно бы, если бы это был мужской сортир - в мужских Сонни и сам дрался не раз, будучи и битым, и бьющим, но женский... впрочем, в жизни всё бывает впервые.
- Это тут чего ради? - и на чьей быть стороне? После короткого разъяснительного комментария, Сонни протянул Берни и Лив сумку Кристы: - Подержите немного. - и, не заявляя о своём присутствии, не предупреждая потенциального противника ни о чём, Пульсоне попросту шагнул в туалет, слегка отодвинув Константино (вот только по ладоням хлопнуть осталось, как в настоящем реслинге, честное слово), хотя вот здоровяку, похоже, уже было всё равно, кого бить. Да он и поддатый был уже значительно, похоже - при его габаритах, "значительно", это пивной бочонок, вероятно - никак не меньше. Правда, это на его реакции сказывалось... Сантино не считал себя самого особенно шустрым, при собственных-то немалых габаритах, но даже у него хватило реакции увернуться от удара со стороны жирдяя - массивный кулак так и ушёл в кафель, похоже, даже треснув плитку. Или кости... что-то в тот момент точно треснуло. Что именно - скорее уж зрителям и зрительницам было виднее, поскольку план Константина не пустить его к выходу был на грани провала - парень оказался как раз направлен в эту сторону. Ненадолго, впрочем - Сонни, оказавшись позади него, тут же цапнул здоровяка под брюки, за паховую область - безо всяких коленок, прямо ладонью - а когда того парализовало от коктейля боли и страха потерять самое дорогое, заставив вытянуться стрункой и приподняться слегка на цыпочки, создав идеальное различие в росте: резко наклонившись вперёд, итальянец зарядил собственным лбом ему между лопаток, намереваясь "отключить" и его дыхание на несколько секунд... рыцарство не всегда работает. Хотя намерения при этом не обязательно должны быть неблагородными.
Этих нескольких секунд Сонни вполне хватило завести, прямо за "рычаг", задыхающегося мужика в одну из кабинок, дав короткую подсечку, и - по возможности, плавно (чтобы окончательно не убился) - приземлив красной рожей прямо в унитаз, тут же несколько раз нажав на спуск воды, ещё и чуть ли не верхом противника оседлав - не давая вырваться, пока бачок не опустошится, значительную свою часть отправив ему в лёгкие, вместе с собственной кровью и разными благами из водопроводных труб.
- Умойся немного... - прохрипел Сонни, только затем слезая с него, позволяя осесть на пол и начать потихоньку возвращать воду назад из лёгких и желудка. Собственное дыхание, надо сказать, тоже сбилось... так что попытки бросить курить, видимо, позитивного результата всё-таки не давали ни черта.

+8

99

- На легавых вы не очень похожи, - кинув взгляд на Майка, Спайк довольно точно подметил этот факт, и Фрэнк в свою очередь подивился проницаемости их нового знакомого. А впрочем, поспешил. Тут же мистер Саймонс вновь включил дурачка, – народная дружина? – предположил он, полагая, что это забавно, и не стесняясь, протянул руку за бокалом Леффе Брюн, только что поставленным на стол официантом. – А вот пиво у вас отличное,  мои комплименты, - прозвучал этот комплимент, впрочем, с интонацией похожей на одолжение.
Всю эту шпану, не зависимо от того нацистами они были или кем еще, Альтиери переваривал слабо, даже молодое поколение итальянцев часто бестолочами считал. В большинстве своем мозгов у них и в самом деле было не много, их отсутствие они пытались компенсировать гонором и понтами, но, поскольку в действительности не представляли собой ничего, выглядели в глазах старших еще более жалко.
- В следующий понедельник к вам придет наш человек. – Избавляя себя и своих друзей от необходимости разъяснять для дурачков очевидное, сразу перешел к инструкциям. - Передадите ему деньги. И в ваших же интересах, парни, чтобы полученной суммой он остался доволен. Все поняли? – Вопросительно глянул на них, но вместо кивка головой, что было бы благоразумнее, увидел перед собой средний палец. Задел этот жест Фрэнка мало, не считал он этих ребят кем-то о кого стоит марать собственные руки. Большинство из таких «смельчаков» соглашались платить, стоило их разок отпиздить хорошенько, а бывало, и раньше разум возвращался в их головы, для этого андербосс и дал им время до понедельника, чтобы обмозговали, с кем связались, и что им сулило в случае отказа платить, возможно, Джамбер или кто еще подскажет, если сами не догадаются. Но за деньгами посылать, конечно, стоило того человека, которого не жалко, черт их знает, насколько отмороженными были эти бритоголовые.
Обидевшись должно быть, Спайк нагло ухмыльнулся и поднялся из-за стола (за ним повторил его кореш), и перед тем как покинуть общество гангстеров, уперся руками в стол и посмотрел на Гвидо. – Нас должно волновать, что кого-то из них выпотрошат на ринге? – К вопросу о латиносах и азиатах, дравшихся якобы за Арену. Это не было школой боевых искусств или братством, чью честь они бы защищали, это было местом, куда парни с улиц приходили драться, рассчитывая заработать. – Переговоры окончены, мистер Монтанелли. – После того, как итальянец усомнился в серьезности «Белого Легиона» те в знак протеста решили покинуть своей делегацией их общество, и Джамбер вместе с ними, он хоть и не причислял себя к неонацистам, с последними сработался плотно и возможных от них последствий опасался. – Вам ведь тоже дорог ваш бизнес? – Угрожающим тоном произнес Спайк, и недобрым взглядом обвел стены Барракуды, после чего наклонившись к Монтанелли, прошипел тому в лицо, – не лезьте в наши дела, и мы не будем лезть в ваши.
Не дожидаясь ответа со стороны итальянцев, бравые патриоты лишенные какого бы то ни было инстинкта самосохранения, решительно двинулись прочь от вип-зоны. Проходя мимо ринга, где рефери начал объявлять следующий бой, разгоряченный Саймонс влез в клетку и, отобрав микрофон, постучал по нему, привлекая внимание публики. – Ээ… привет. – Поздоровался с аудиторией и, заметив, что на него обратили внимание, продолжил с большей уверенностью. – Вас еще не заебал этот маскарад? Хотите настоящего мужского боя? Вон те господа, - кивнул в сторону вип-зоны, - утверждают, что у них очень большие яйца. Может, кто-то из них докажет это здесь? – обратился уже непосредственно к ним, вызывая кого-нибудь из итальянцев на бой. – Кто смелый, а?
- Майк, скажи своим людям, чтобы их вышвырнули нахер. - Наблюдая за представлением, которое устроил Спайк, Альтиери обратился к другу, повернувшись к нему вполоборота. Принимать этот вызов андербосс, разумеется, не собирался, тем более что бросали его не конкретно ему. Чтобы продемонстрировать свою силу, в данной ситуации Фрэнк считал достаточным отдать приказ.

+8

100

- Серьезно, соболь? – не ожидая узнать о внезапно воспылавшей в Ливии любви к подобным зверькам – домашним питомцам, удивленно переспросила и покосилась на подругу. – А поехали сегодня к тебе после клуба, покажешь мне этого милого зверька. Я, кстати, никогда не видела соболя вживую, - женщина и не помнила, когда в последний раз была у Андреоли дома; обычно они встречались в стенах пентхауса Рикардс иль же на нейтральной территории, чего, впрочем, всегда было более чем достаточно. Главное, что встречи эти имеют место быть. – Слушай, какая ты блин бессердечная, а! Я тебе поражаюсь, – возмутилась, нахмурив брови и одарив брюнетку наигранно укоризненным взглядом, совершенно не удивляясь тому, что в этом плане Лив не была похожа на большую часть представительниц женского пола. Другая бы женщина верещала и изо дня в день исходила искрами восторга при виде белого пушистого нечто, несмотря на то, что, возможно, в ее шкафу это же нечто висела бы в более…практичном, так сказать, виде, применимом в жизни.
У барной стойки Бернадетт начала дергаться тогда, когда вся эта маленькая игра во флирт превратилась в нечто менее приятное, и бой двух ряженых бугаев да наполовину полный стакан с выпивкой потеряли всякое внимание и значение. В подобной ситуации с пьяным говорить – как попытка курицу обучить технике полета; поэтому Рикардс, не рассчитывая особо на мирное разрешение всего, и потащила итальянку куда подальше от потного проспиртованного бородача.
- О, выпивку оставили, да? – попугаем повторила за Ливией и фыркнула. – Это твой не последний стакан с виски, но если хочешь, можешь вернуться за ним, и тот толстяк купит тебе еще, - и, опять-таки, что-то в этом мире не подлежит изменению. На попытки Берн оттащить подругу от неприятностей в виде новоиспеченных ухажеров в ответ прилетает возмущение, а ответ на возмущение – раздражение и в какой-то степени обида.
Но все это отошло на второй план, когда рядом с ними вновь оказался этого чертов колобок последовал за своей ненаглядной и, совсем уж распустив руки, вжал итальянку в стену и стал покрывать ее шею поцелуями.
Поморщившись, Берн дергано потопталась на месте и уже было высмотрела в толпе охрану, но тут из раскрывшейся двери в женскую уборную вывалились запыхавшиеся да счастливые парень и девушка, которые прошмыгнули мимо и не заметив три фигуры в коридоре, хохоча, скрылись в толпе.
- О, да, там будет гораздо удобнее, - пробубнил толстяк, крепко обхватил одной своей ручищей талию Андреоли, а другой – вцепился в запястье блондинки да потянул ту за собой в душное помещение. – Хочешь присоединиться, сладкая? – Рикардс успела выдернуть свою руку из его хватки до того, пока тот не притянул ее ближе к себе.
- Да пошел ты нахуй, - резко дернулась в сторону. – Лив, дай ты ему по бубенцам, ну твою ж мать! - в этот момент дверь в уборную раскрылась, и Бернадетт даже и слова сказать не успела, как тот самый раненый Мартином в бок боец мигом сориентировался в этой ситуации.
Послушно встав за спиной мужчины, женщина почувствовала, как его пальцы сомкнулись на том же ее запястье и слегка сжали его на несколько секунд; но, когда итальянец отошел и двинулся в сторону пьяницы, сама Берн не двинулась с места. Уже не особо осознавая, что твориться у нее перед глазами, она наблюдала, как боец выводит из равновесия пьянчугу; и вот уже Ливия стоит рядом, американка обхватывает ту за плечи и через пару мгновений выводит из туалета, нетвердо стоя на ногах.
Рикардс слегка задела плечом второго незнакомца, вдруг появившегося рядом с женской сумочкой в руках, которую молодая женщина приняли без каких-либо вопросов и секундных пауз между просьбой и действием; как обычно бывает.
- Ты как? Нормально все? – обеспокоенно пробежалась глазами по подруге и поправила той чуть спутавшиеся во всей потасовке волосы.
Все происходило быстро, и на какие-то пару мгновений внимание женщины отвлекло красное пятно на повязке и ткани, что выступала у итальянца после схватки с этим здоровенным бородачом, которого уже окунали головой в унитаз, словно мелкого школьника – изгоя и объекта насмешек у всех остальных ребят. Мужчина, оседая на полу своей жирной тушей, отплевывался после водных процедур и противно хрипел, попутно невнятно выругиваясь всеми известными и неизвестными ругательствами.
Рядом с ними показалась стайка молоденьких девушек, которые, только завидев все последствия сортирной разборки, поначалу проявили интерес к двум измотанным мужчинам и тому, что все еще приходило в себя; но у одной из них хватило разума, чтобы развернуть остальных и найти себе место…почище, так сказать.
- Черт, - им бы по-хорошему уйти сейчас, но просто так упорхнуть и не сказать им двоим и слова Рикардс не могла. – Спасибо, что помогли. Это было… - неожиданно, сказать по правде; люди по привычке, видя проблемы других людей, обходят их стороной и тем самым обходят участь делать их проблемами своими. За всю свою жизнь с этим Берн сталкивалась нередко. – В общем, да, спасибо.
- У вас тут все совсем плохо, - указала на раненый бок и подошла ближе к бойцу, сил у которого оставалась не так уж и много. Немного помедлив и протянув Сонни обратно его золотую сумочку, она повернулась обратно к итальянцу: - Идти можете?

+10


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Inside the modern Colosseum